Апелляционное определение № 33-1773/2026 от 22 апреля 2026 г.

Судья Моцный Н.В. № 2-408/2026

(в первой инстанции)

№ 33-1773/2026

(в апелляционной инстанции)


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

23 апреля 2026 года г.Севастополь

Судебная коллегия по гражданским делам Севастопольского городского суда в составе:

председательствующего судьи Ваулиной А.В.,

судей Балацкого Е.В., Козуб Е.В.,

при секретаре Ярмухаметовой А.Е.,

рассмотрев в отрытом судебном заседании апелляционную жалобу ФИО1 на решение Гагаринского районного суда города Севастополя от 04 февраля 2026 года по гражданскому делу по исковому заявлению ФИО1 к Гаражному кооперативу «Садко» о признании решения общего собрания недействительным, восстановлении в членстве в кооперативе, возврате гаражных боксов в пользование,

(третьи лица, не заявляющие самостоятельных требований относительно предмета спора, – Департамент по имущественным и земельным отношениям города Севастополя, ФИО2),

заслушав доклад судьи Ваулиной А.В.,

установила:

ФИО1 обратился в суд с иском к ГК «Садко», в котором с учётом изменений просил:

- признать недействительным решение общего собрания ГК «Садко» от 27 апреля 2024 года в части исключения истца из членов гаражного кооператива и восстановить членство в кооперативе;

- восстановить срок обжалования принятого общим собранием гаражного кооператива решения об исключении.

- вернуть в пользование гаражные боксы №, расположенные в ГК «Садко»;

В обоснование исковых требований указал, что оспариваемое решение собрания является недействительным, поскольку фактически принято не общим собранием членов кооператива, а собранием уполномоченных, которое компетенции на исключение члена из кооператива не имело. Кроме того, кворум на собрании отсутствовал. И истец о проведении собрания не уведомлялся, на нём не присутствовал и не голосовал по данному вопросу. Ввиду того, что настоящий иск подан в течение шести месяцев с момента, когда ФИО1 узнал о нарушении своих прав и обязанностей, то считал, что срок обжалования данного собрания ему должен быть восстановлен.

Решением Гагаринского районного суда города Севастополя от 04 февраля 2026 года требования иска отклонены.

С таким решением суда ФИО1 не согласен и в своей апелляционной жалобе просит его отменить, как постановленное в нарушении норм материального и процессуального права, приняв новое решение об удовлетворении заявленных требований по приведённым в иске доводам. Дополнительно указывает, что районный суд неверно исчислил момент начала течения срока исковой давности, ошибочно применил к спорным отношениям презумпцию осведомлённости, в связи с чем, пришёл к неверному выводу о пропуске истцом срока исковой давности. Считает, что его нарушенное право ввиду ничтожности решения оспариваемого общего собрания подлежит защите независимо от истечения этого срока. Однако, от разрешения его требований по существу суд первой инстанции необоснованно уклонился. Не учёл, что законодатель возможность одностороннего исключения члена из Товарищества за неуплату членских взносов не предусмотрел и не предоставил общему собранию право принятия такого решения. Кроме того, оставил без внимания, что прекращение права пользования гаражом несоразмерно допущенному нарушению в виде задолженности по взносам, противоречит закону и свидетельствует о злоупотреблении ответчиком своим правом. Тем более, что ФИО1 с момента полной выплаты паевого взноса в силу закона и не зависимо от государственной регистрации приобрёл право собственности на спорные гаражи. В связи с чем, просил их ему вернуть.

ГК «Садко» в письменных возражениях просит апелляционную жалобу отклонить.

В судебном заседании суда апелляционной инстанции ФИО2, представитель Департамента по имущественным и земельным отношениям города Севастополя не явились, были надлежащим образом извещены о времени и месте его проведения. В соответствии со статьёй 327 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации судебная коллегия определила рассмотреть дело в отсутствие не явившихся лиц.

ФИО1 апелляционную жалобу поддержал, просил её удовлетворить.

Председатель правления ГК «Садко» ФИО3 и представитель кооператива ФИО4, действующий на основании доверенности от 23 апреля 2025 года, решение суда просили оставить без изменения.

Выслушав стороны, проверив материалы дела, законность и обоснованность постановленного решения суда в порядке, установленном главой 39 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, с учётом положений части 1 статьи 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации в пределах доводов апелляционной жалобы, судебная коллегия приходит к следующему.

Судом установлено и из материалов дела следует, что ГК «Садко» (ОГРН <***>), созданный 08 августа 1990 года (регистрационный номер 22325518), после 18 марта 2014 года привёл свои учредительные документы в соответствие с законодательством Российской Федерации.

ФИО1 являлся членом данного кооператива и имел право пользования местами для размещения гаражей №. Однако, решением общего собрания ГК «Садко» от 27 апреля 2024 года (протокол № 14) с учётом аналогичного решения Правления от 29 мая 2021 года (протокол № 5) из членов кооператива был исключен по основаниям наличия задолженности по основаниям наличия более двух задолженности по оплате членского взноса в размере 20 930 рублей за каждый гаражный бок.

Право пользования местами закреплено за ФИО2

Отклоняя требования иска о признании недействительным решения общего собрания от 27 апреля 2024 года (протокол № 14) в части исключения гражданина из членов ГК «Садко» и восстановлении срока его обжалования, районный суд исходил из обстоятельств пропуска ФИО1 без уважительных шестимесячного срока на обращение в суд с этими требованиями. В связи с чем, также посчитал несостоятельными производные требования о возврате спорных гаражей в пользование истца.

Проверяя законность и обоснованность постановленного судебного акта по доводам апелляционной жалобы ФИО1 судебная коллегия не усматривает правовые основания для его отмены или изменения.

Деятельность гаражно-строительного кооператива регулируется общими положениями Гражданского кодекса Российской Федерации о юридических лицах, в том числе, коммерческих корпоративных организаций (статьи 50123.1 - 123.3 Гражданского кодекса Российской Федерации). Формально не утратил силу Закон СССР от 26 мая 1988 года № 8998-XI «О кооперации в СССР», который может применяться лишь в части, не противоречащей нормам Гражданского кодекса Российской Федерации и другим федеральным законам.

Федеральный закон от 24 июля 2023 года № 338-ФЗ «О гаражных объединениях и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации», установивший новое правовое регулирование отдельного аспекта деятельности гаражных кооперативов, а именно отношений по совместному владению, пользованию и в установленных законом пределах распоряжению имуществом, находящимся в общей собственности или в общем пользовании собственников гаражей в границах территории гаражного назначения либо собственников машино-мест и нежилых помещений, расположенных в гаражных комплексах, а также особенности осуществления деятельности созданными в этих целях юридическими лицами, вопреки доводам апелляционной жалобы истца на отношения, касающиеся порядка принятия решения общего собрания членов гаражного кооператива, оснований признания его недействительным, а также реализации членом права на пай, не распространяется, а потому к настоящему спору не подлежит применению.

Согласно статье 65.3 Гражданского кодекса Российской Федерации высшим органом корпорации является общее собрание ее участников. В некоммерческих корпорациях и производственных кооперативах с числом участников более ста высшим органом может являться съезд, конференция или иной представительный (коллегиальный) орган, определяемый их уставами в соответствии с законом. Компетенция этого органа и порядок принятия им решений определяются настоящим Кодексом, другими законами и уставом корпорации(пункт 1).

Если иное не предусмотрено настоящим Кодексом или другим законом, к исключительной компетенции высшего органа корпорации относится, в том числе определение порядка приема в состав участников корпорации и исключения из числа ее участников, кроме случаев, если такой порядок определен законом.

Законом и учредительным документом корпорации к исключительной компетенции ее высшего органа может быть отнесено решение иных вопросов (пункт 2).

В соответствии с пунктом 4 статьи 12 Закона СССР от 26 мая 1988 года № 8998-XI «О кооперации в СССР» член кооператива может быть исключен из кооператива по решению его общего собрания в случаях, предусмотренных уставом. Исключение из членов кооператива может быть обжаловано в суд.

Уставом ГК «Садко», утверждённым решением общего собрания членов от 17 апреля 2022 года, установлено, что высшим органом управления Кооперативом является общее собрание (собрание уполномоченных) членов Кооператива. Собрание уполномоченных формируется путём избрания доверенных лиц от каждых 20 гаражных боксов. Собрание уполномоченных правомочно, если на нём присутствует не менее 2/3 уполномоченных членов Кооператива (пункт 13.2 Устава).

В силу пункта 14.1 Устава ГК «Садко» к компетенции общего собрания (собрания уполномоченных) относится, в том числе утверждение решений Правления о принятии новых членов и прекращении членства.

Решение об исключении из членов Кооператива считается принятым, если за него проголосовало не менее ? членов Кооператива.

Пунктом 5.3 Устава ГК «Садко» предусмотрено, что членство в Кооперативе прекращается также в случае исключения из членов Кооператива по решению общего собрания (за невыполнение обязательств, установленных Уставом или Общим собранием).

Так в силу пункта 6.2 Устава ГК «Садко» на члена Кооператива возложена обязанность уплачивать членские взносы.

Из положений пункта 5.4 Устава ГК «Садко» следует, что решение об исключении из членов Кооператива может быть принято в случае неуплаты членских взносов свыше 2-х лет.

При таких положениях закона и Устава ГК «Садко» позиция ФИО1 о том, что собрание уполномоченных Кооператива не имеет статуса общего собрания и не наделено правом на разрешение вопроса об исключении из числа своих членов тем более по основанию неуплаты членских взносов, является ошибочной.

В связи с чем, решение общего собрания ГК «Садко» от 27 апреля 2024 года, сформированное согласно протоколу № 14 из 58 уполномоченных членов, действовавший в том числе на основании 28 доверенностей, и представивших 1 180 членов Кооператива, об утверждении ранее принятого решения Правления от 29 мая 2021 года (протокол № 5) и исключении истца из членов Кооператива в связи с наличием в течение более 2-х лет задолженности по уплате членских взносов по каждому из находящегося в пользовании гаражу, было принято компетентным органом управления и в пределах предоставленных ему полномочий.

Из протокола № 14 от 27 апреля 2024 года следует, что кворум на собрании имелся, так как на нём присутствовало более 43 уполномоченным члена Кооператива, и что указанное решение было принято большинством голосов присутствующих.

Согласно пункту 1 статьи 181.3 Гражданского кодекса Российской Федерации решение собрания недействительно по основаниям, установленным настоящим Кодексом или иными законами, в силу признания его таковым судом (оспоримое решение) или независимо от такого признания (ничтожное решение).

В силу пункта 1 статьи 181.4 Гражданского кодекса Российской Федерации решение собрания может быть признано судом недействительным при нарушении требований закона, в том числе в случае, если: допущено существенное нарушение порядка принятия решения о проведении, порядка подготовки и проведения заседания общего собрания или заочного голосования участников общества, а также порядка принятия решений общего собрания, влияющее на волеизъявление участников собрания; допущено нарушение равенства прав участников гражданско-правового сообщества при проведении заседания общего собрания или заочного голосования; допущено существенное нарушение правил составления протокола, в том числе правила о письменной форме протокола (пункт 3 статьи 181.2).

Если иное не предусмотрено законом, решение собрания ничтожно в случае, если оно: принято по вопросу, не включенному в повестку дня, за исключением случая, если в заседании или заочном голосовании приняли участие все участники соответствующего гражданско-правового сообщества; принято при отсутствии необходимого кворума; принято по вопросу, не относящемуся к компетенции собрания; противоречит основам правопорядка или нравственности (статья 181.5 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В соответствии с пунктом 3 статьи 181.4 Гражданского кодекса Российской Федерации решение собрания вправе оспорить в суде участник соответствующего гражданско-правового сообщества, не принимавший участия в заседании или заочном голосовании либо голосовавший против принятия оспариваемого решения.

Решение собрания может быть оспорено в суде в течение шести месяцев со дня, когда лицо, права которого нарушены принятием решения, узнало или должно было узнать об этом, но не позднее чем в течение двух лет со дня, когда сведения о принятом решении стали общедоступными для участников соответствующего гражданско-правового сообщества (пункт 5 статьи 181.4 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Из толкования приведенных норм права следует, что течение срока исковой давности начинается не только в момент, когда лицо достоверно узнало о нарушении своих прав, но и в момент, когда такое лицо должно было узнать о таких обстоятельствах, что в данном случае должно быть оценено в совокупности с принципами разумности и добросовестности действий участников спорных правоотношений.

Согласно статье 205 Гражданского кодекса Российской Федерации в сключительных случаях, когда суд признает уважительной причину пропуска срока исковой давности по обстоятельствам, связанным с личностью истца (тяжелая болезнь, беспомощное состояние, неграмотность и т.п.), нарушенное право гражданина подлежит защите. Причины пропуска срока исковой давности могут признаваться уважительными, если они имели место в последние шесть месяцев срока давности, а если этот срок равен шести месяцам или менее шести месяцев - в течение срока давности.

По делу установлено, что в связи с состоявшимся решением общего собрания членов ГК «Садко» от 27 апреля 2024 года (протокол № 14) в адрес ФИО1 по месту его регистрации по постоянному месту жительства: <адрес>, ответчик единым отправлением с почтовым идентификатором № направил два юридически значимых сообщения - уведомления от 12 июня 20224 года (по каждому из гаражных боксов №) о его исключении на этом собрании из числа членов Кооператива за систематическую неуплату членских взносов. При этом, одновременно разъяснил возможность восстановления членства в кооперативе по каждому гаражу после погашения задолженности по членским взносам в размере 20 930 рублей, оплаты целевого взноса 19 240 рублей и фактических показаний прибора учёта электроэнергии. Также указал, что неуплата долгов повлечёт передачу гаражей в эксплуатацию другому лицу, и что в этом случае пай ФИО1 в денежном эквиваленте за вычетом долгов и прочих расходов будет храниться на расчётном счёте ГК «Садко» (л.д. 92, 93, 131 т.1).

Данная почтовая корреспонденция адресатом получена не была и 22 июля 2024 года была возвращена отправителю с отметкой организации почтовой связи «за истечением срока хранения» (л.д. 95-97 т.1).

Таким образом, с учётом положений статьи 165.1 Гражданского кодекса Российской Федерации и того, что истец в нарушении статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации не доказал, что не смог ознакомится с обозначенным юридически значимым сообщением и(или) оно не было им получено по обстоятельствам, от него не зависящим, при том что соответствующее бремя доказывания возложено именно на адресата, то районный суд верно заключил, что в данном случае ФИО1 считается воспринявшим содержание уведомлений ГК «Садко» от 12 июня 2024 года, а, следовательно, должным образом извещённым о своём исключении из членов Кооператива оспариваемым решением общего собрания. Потому пришёл к обоснованному выводу, что с того же момента, то есть с 22 июля 2024 года – с даты возврата корреспонденции отправителю по причине истечения срока её хранения, для истца наступили неблагоприятные последствия в виде начала течение шестимесячного срока исковой давности на оспаривание решения общего собрания членов Кооператива от 27 апреля 2024 года (протокол № 14).

Доводы апелляционной жалобы ФИО1 о том, что нормы статьи 165.1 Гражданского кодекса Российской Федерации регулируют порядок направления юридически значимых сообщений исключительно в контексте сделок, а не, как в настоящем споре, решений общих собраний, опровергаются содержанием самой упомянутой статьи, из которой право следует, что не только сделка, но и закон могут связывать с заявлениями, уведомлениями, извещениями, требованиями или иными юридически значимыми сообщениями определённые правовые последствия для адресата с момента доставки соответствующего сообщения ему или его представителю.

И так как сообщение считается доставленным и в тех случаях, если оно поступило лицу, которому оно направлено (адресату), но по обстоятельствам, зависящим от него, не было ему вручено или адресат не ознакомился с ним, то применительно к настоящему спору и положениям пункта 5 статьи 181.4 Гражданского кодекса Российской Федерации обстоятельство доставки гражданину извещения о принятом на общем собрании решении, касающихся его прав и обязанностей, влечёт начало течения шестимесячного срока исковой давности, так как с этого момента он считается должным образом об этом решении уведомленным.

Доводы жалобы истца о том, что применение к возникшему спору презумпции осведомлённости является неправомерным, поскольку для этого не установлено фактов личного участия его или его представителя на данном общем собрании, а равно фактического получения адресованной на его имя корреспонденции, являются ошибочными, так как статьёй 165.1 Гражданского кодекса Российской Федерации и разъяснениями по её применению, содержащимися в пунктах 64-67 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 года № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», в действительности предусмотрены иные условия применения данной презумпции, которые применительно к настоящему спору районным судом верно были установлены.

Дополнительно, судебная коллегия считает необходимым обратить внимание на то, что избранный ответчиком способ уведомления ФИО1 о состоявшемся 27 апреля 2024 года решении общего собрания членов ГК «Садко» соответствует закону. А потому отсутствие его упоминания в Уставе Кооператива, вообще не определяющем никакого специального или исключительного способа оповещения своих членов о состоявшихся собраниях и принятых на них решениях, в включая решений об их исключении из членов Кооператива, вопреки необоснованным доводам жалобы истца, не свидетельствует о том, что извещение по почте по адресу регистрации является ненадлежащим.

Ссылки апеллянта на положения пункта 5.7 Устава ГК «Садко», предписывающего дачу объявления в СМИ в отношении исключенных членов, местопребывания которых невозможно установить, сделанных выводов не изменяют, поскольку сведения о месте регистрации истца, по которому он должным образом был уведомлен, у ответчика имелись. В связи с чем, выполнение этих требований Устава, применительно к ФИО1 обязательным не являлось.

Между тем, как было установлено, объявление об исключении из Кооператива ряда членов, включая истца, по результатам проведённого общего собрания членов ГК «Садко» от 27 апреля 2024 года ответчиком было дано в издании «Севастопольская газета», имеющем также официальный сайт в сети Интернет, в № 24 от 13 июня 2024 года. И данное извещение, состоявшееся ранее возврата 22 июля 2024 года за истечением срока хранения обозначенных выше уведомлений от 12 июня 2024 года (почтовый идентификатор №), апеллянтом в его же жалобе признано надлежащим и влекущим начало течения срока исковой давности.

Кроме того, обращает на себя внимание поведение самого ФИО1, который будучи членом ГК «Садко» длительное время (более двух лет до момента исключения 27 апреля 2024 года и в последующем до обращения с иском в суд 15 июля 2025 года) делами в Кооперативе, равно как судьбой переданных ему гаражных боксов № не интересовался, бремя содержания этого имущества, включая обязательные к уплате членские взносы, не нёс. Такое бездействие истца, не обусловленное никакими уважительными причинами, не является в сложившейся ситуации должным, от него ожидаемым и добросовестным. В связи с чем, так же учитывается при разрешении спора.

При совокупности таких обстоятельств судебная коллегия находит верным выводы районного суда о том, что ФИО1 при обращении в суд с настоящим иском 15 июля 2025 года отведённый законодателем шестимесячный срок обжалования решения общего собрания ГК «Садко» от 27 апреля 2024 года (протокол № 14), начавшийся со дня, когда истцу об этом решении стало известно, в данном случае непозднее 22 июля 2024 года, был пропущен.

Доводы апелляционной жалобы, оспаривающие данные обстоятельства, сводятся лишь к переоценке истцом фактических обстоятельств и имеющихся в материалах дела доказательств, а потому отклоняются за несостоятельностью.

Требуя восстановления пропущенного срока, ФИО1 ссылался лишь на то, что о проведении оспариваемого общего собрания он не уведомлялся. Также отмечал своё проживание по месту жительства не в г.Севастополе. Однако, эти обстоятельства в смысле положений статьи 205 Гражданского кодекса Российской Федерации уважительными, влекущими восстановление заявленного срока не являются. Так отсутствие оповещения о собрании, не относится к тем, что имели место в течение шестимесячного срока исковой давности, и которые в этой связи могли быть учтены. А факт проживания в городе Таганроге Ростовской области при наличии в настоящее время различных способов коммуникации и получения информации, а также при установленной законом обязанности по содержанию предоставленного имущества и по уплате членских взносов, исполнение которой не освобождает простое проживание в другом регионе, юридического значения не имеет. Тем более, что свобода передвижения обусловлена волей самого ФИО1

Учитывая это, а также то, что на наличие каких-либо иных уважительных причин, которые бы препятствовали своевременному предъявлению иска истцом не заявлено, при этом объективные обстоятельства (чрезвычайные обстоятельства и происшествия), обстоятельства, связанные с его личностью (болезнь и т.п.), семейные обстоятельства, требующие его личного участия, а также воспрепятствование ответчика в получении сведений об оспариваемом решении общего собрания, ознакомлении с ним, получения его копии - в течение срока исковой давности не имели место и доказательств обратного, ФИО1, на которого это бремя доказывания возложено, не представлено, то в этих условиях в восстановлении пропущенного срока стороне решением суда отказано также правильно.

Ссылки же апеллянта на подачу иска в течение установленного двухлетнего пресекательного срока, доказывают лишь этот факт и об уважительности причины пропуска шестимесячного срока не свидетельствуют, а потому также не учитываются.

Доводы апелляционной жалобы истца о незаконности судебного акта в этой части, повторяют изложенную в суде первой инстанции позицию, указаний на неучтённые юридически значимые обстоятельства не содержат, а потому отклоняются.

Согласно пункту 2 статьи 199 Гражданского кодекса Российской Федерации исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения. Истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

Учитывая пропуск истцом срока исковой давности, отсутствие уважительных причин для его восстановления, а также сделанное ответчиком до вынесения судом решения заявление о применении последствий пропуска срока исковой давности, судебная коллегия соглашается с решением суда об отказе ФИО1 в иске о признании недейтсивтельным решения общего собрания членов ГК «Садко» от 27 апреля 2024 года (протокол № 14) о его исключении из членов Кооператива (независимо от оснований его оспоримости и ничтожности) и с отклонением производных требований о восстановлении в членстве.

Доводы апелляционной жалобы истца о том, что нарушенное право на членство в Кооперативе подлежало судебной защите в связи с ничтожностью оспариваемого решения общего собрания и без относительно к факту пропуска срока его обжалования, являются несостоятельными, основанными на неверном толковании действующего правового регулирования.

Касаемо требований иска ФИО1 о возвращении в его пользование гаражных боксов №, расположенных в ГК «Садко», судебная коллегия отмечает следующее.

Согласно части 1 статьи 48 указанного Закон СССР от 26 мая 1988 года № 8998-XI «О кооперации в СССР» при выходе члена из потребительского общества ему возвращается вся сумма паевого взноса и выплачивается причитающаяся часть распределяемого дохода (прибыли) общества.

Между тем, данный Закона, как указывалось выше, может применяться лишь в части, не противоречащей нормам Гражданского кодекса Российской Федерации, в частности положений пункта 4 статьи 218, согласно которой член жилищного, жилищно-строительного, дачного, гаражного или иного потребительского кооператива, другие лица, имеющие право на паенакопления, полностью внесшие свой паевой взнос за квартиру, дачу, гараж, иное помещение, предоставленное этим лицам кооперативом, приобретают право собственности на указанное имущество.

В соответствии со статьёй 301 Гражданского кодекса Российской Федерации собственник вправе истребовать свое имущество из чужого незаконного владения.

В силу пункта 1 статьи 302 Гражданского кодекса Российской Федерации если имущество возмездно приобретено у лица, которое не имело права его отчуждать, о чем приобретатель не знал и не мог знать (добросовестный приобретатель), то собственник вправе истребовать это имущество от приобретателя в случае, когда имущество утеряно собственником или лицом, которому имущество было передано собственником во владение, либо похищено у того или другого, либо выбыло из их владения иным путем помимо их воли.

Из разъяснений пункта 39 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 10, Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации № 22 от 29 апреля 2010 года «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав» недействительность сделки, во исполнение которой передано имущество, не свидетельствует сама по себе о его выбытии из владения передавшего это имущество лица помимо его воли. Судам необходимо устанавливать, была ли воля собственника на передачу владения иному лицу.

Применительно к настоящему спору установлено недобросовестное поведение истца в отношении спорных гаражей, выразившееся в его уклонении на протяжении длительного времени (более трёх лет до подачи иска) от несения расходов по содержанию данного имущества, в не проявлении интереса к его судье и заботе о нём иным образом.

Мер к государственной регистрации за собой права собственности на данные объекты недвижимости ФИО1 также не предпринималось, хотя это действительно могло воспрепятствовать лишения владения.

Учитывая это, а также то, что при наличии решения общего собрания членов ГК «Садко» от 27 апреля 2024 года (протокол № 14) о его исключении из членов Кооператива истцу была предоставлена реальная возможность восстановления членства, о чём ему ответчиком было сообщено в уведомлении от 12 июня 2024 года, однако, эта возможность, ФИО1, продолжавшим неправомерно бездействовать, реализована не была, то судебная коллегия приходит к выводу, что ситуация, при которой гаражные боксы № из владения истца были ГК «Садко» переданы во владение другому своему члену ФИО2, в свою очередь уплатившему паевые взноса, сложилась по воле истца.

В силу статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

В случае несоблюдения требований, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, суд, арбитражный суд или третейский суд с учетом характера и последствий допущенного злоупотребления отказывает лицу в защите принадлежащего ему права полностью или частично, а также применяет иные меры, предусмотренные законом.

При таком положении закона и установленных обстоятельствах выбытия предмета спора из владения ФИО1 по его воле и ввиду его недобросовестного бездействия, а также возмездной передачи гаражных боксов № (на условиях оплаты пая) иному лицу, судебная коллегия приходит к выводу, что в данном случае истец вправе требовать с ГК «Садко» возврата своего пая, а не этих объектов недвижимости. А так как вернуть пай ФИО1 в рамках настоящего спора не просил, то решением суда в возврате гаражей ему отказано правомерно.

Иные доводы апелляционной жалобы истца по существу сводятся к несогласию с выводами, к которым пришёл суд первой инстанции, к переоценке представленных доказательств, не опровергают выводов районного суда, не содержат обстоятельств, нуждающихся в дополнительной проверке, направлены на иную оценку исследованных доказательств, а поэтому не могут быть приняты судебной коллегией в качестве оснований к отмене обжалуемого решения. Нарушений норм права, повлекших вынесение незаконного решения, судом не допущено. При таких обстоятельствах, законное и обоснованное решение суда по доводам жалобы и основаниям статьи 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации отмене или изменению не подлежит.

Руководствуясь статьями 328, 329 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

определила:

решение Гагаринского районного суда города Севастополя от 04 февраля 2026 года оставить без изменения, а апелляционную жалобу ФИО1 - без удовлетворения.

Апелляционное определение вступает в законную силу со дня принятия.

Апелляционное определение изготовлено в окончательной форме 07 мая 2026 года.

Председательствующий: А.В. Ваулина

Судьи: Е.В. Балацкий

Е.В. Козуб