Апелляционное определение № 33-2465/2026 от 8 апреля 2026 г.

Председательствующий: Величева Ю.Н. № 33-2465/2026

55RS0007-01-2025-007215-35


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

г. Омск 9 апреля 2026 года

Судебная коллегия по гражданским делам Омского областного суда в составе:

председательствующего Перфиловой И.А.,

судей Калининой К.А., Савчук А.Л.,

при секретаре Вагановой А.М.,

с участием прокурора Саюн А.В.,

рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело №2-95/2026

по апелляционной жалобе ответчика ФИО1

на решение Центрального районного суда г. Омска от 22 января 2026 года

по иску ФИО2 к ФИО1 о взыскании компенсации морального вреда,

по встречному иску ФИО1 к ФИО2 о взыскании компенсации морального вреда.

Заслушав доклад судьи Перфиловой И.А., судебная коллегия

установила:

ФИО2 обратился в суд с иском к ФИО1 о взыскании компенсации морального вреда, в обоснование указав, что 20 мая 2024 года ответчик произвел выстрел из травматического оружия «Оса» в область <...> истца, причинив последнему телесные повреждения средней степени тяжести.

С учетом уточнений просил взыскать с ФИО1 компенсацию морального вреда в сумме 350 000 руб.

ФИО1 обратился в суд со встречным исковым заявлением к ФИО2 о компенсации морального вреда, в обоснование указав, что на основании постановления мирового судьи судебного участка № 46 в Кировском судебном районе г. Омска от 5 сентября 2025 года ФИО2 признан виновным в совершении административного правонарушения, предусмотренного статьей 6.1.1 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях. Из постановления следует, что ФИО1 20 мая 2024 года в дневное время находился в гостях у знакомой (бывшей супруги ФИО2), в квартиру пришел ФИО2, который стал вести себя агрессивно, схватил ФИО1 за шею и начал душить. В момент, когда ФИО2 ослабил хватку, ФИО1, опасаясь за свою жизнь и здоровье, достал травматическое оружие «Оса» и произвел выстрел в сторону ФИО2 Выстрел был произведен в состоянии необходимой обороны.

Просил взыскать с ФИО2 в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 500000 рублей.

В судебном заседании истец ФИО2, его представители ФИО3, ФИО4, действующие на основании доверенностей, представитель ФИО5, допущенная к участию в деле на основании устного ходатайства, исковые требования поддержали, встречные требования не признали. Истец пояснил, что конфликт был спровоцирован ФИО1, который пришел в квартиру, находящуюся в долевой собственности его и его бывшей супруги, где не имел права находиться. Истец не душил ФИО1, тот неожиданно произвел выстрел в истца, при этом являясь врачом, медицинской помощи не оказал.

ФИО1 участия в судебном заседании не принимал, его представитель ФИО6, действующая на основании доверенности, встречные исковые требования поддержала, иск ФИО2 не признала. Указала, что при наличии вступившего в законную силу постановления по делу об административном правонарушении нельзя говорить о том, что ФИО2 не душил ФИО1 Данный факт установлен судебным постановлением. В свою очередь ФИО1 произвел выстрел в состоянии необходимой обороны, что исключает возможность компенсации морального вреда в пользу ФИО2

Судом постановлено решение о частичном удовлетворении исковых и встречных исковых требований. С ФИО1 в пользу ФИО2 взыскана компенсация морального вреда в размере 100000 рублей. С ФИО2 в пользу ФИО1 взыскана компенсация морального вреда в размере 20000 рублей.

В апелляционной жалобе ответчик по первоначальному иску и истец по встречному иску ФИО1 с решением суда не соглашается в части удовлетворения исковых требований ФИО2, вновь ссылаясь на то, что, производя выстрел из пневматического пистолета, он действовал в состоянии с необходимой обороной, её пределы превышены не были, соответственно, на основании положений статьи 1066 Гражданского кодекса Российской Федерации, он должен быть освобожден от возмещения вреда истцу.

Представитель ФИО1 ФИО7, действующая на основании доверенности, в судебном заседании доводы жалобы поддержала.

Представитель ФИО2 - ФИО8, действующий на основании доверенности, в судебном заседании полагал, что решение суда является законным и обоснованным.

В своем заключении помощник прокурора Саюн А.В. полагала, что при рассмотрении дела судом первой инстанции нарушений норм материального и процессуального права допущено не было, в связи с чем просила решение суда оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

ФИО2, ФИО1 участия в судебном заседании не принимал, о месте и времени рассмотрения дела извещен надлежащим образом, судебная коллегия, руководствуясь статьями 167, 327 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, сочла возможным рассмотрение дела в их отсутствие.

Проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, заслушав представителя ФИО1, представителя ФИО2, заключение прокурора, полагавшего решение суда законным и обоснованным, судебная коллегия приходит к следующему.

В соответствии со статьей 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд апелляционной инстанции рассматривает дело в пределах доводов, изложенных в апелляционной жалобе, представлении и возражениях относительно жалобы, представления. Суд апелляционной инстанции оценивает имеющиеся в деле, а также дополнительно представленные доказательства.

Апелляционное производство как один из процессуальных способов пересмотра, не вступивших в законную силу судебных постановлений, предполагает проверку и оценку фактических обстоятельств дела, и их юридическую квалификацию в пределах доводов апелляционных жалоб, представления и в рамках тех требований, которые уже были предметом рассмотрения в суде первой инстанции.

Основаниями для отмены или изменения решения суда в апелляционном порядке, в частности, являются нарушение или неправильное применение норм материального права (статья 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

Таких нарушений судом первой инстанции при рассмотрении исковых требований допущено не было.

Судом установлено и из материалов дела следует, что 20 мая 2024 года в 12 часов 00 минут в квартире, расположенной по адресу: <...>, в результате произошедшего конфликта ФИО2 и ФИО1 причинили друг другу телесные повреждения.

20 мая 2024 года в 16 часов 42 минуты ФИО2 обратился в бюджетное учреждение здравоохранения Омской области «Городская клиническая больница № 1 имени Кабанова А.Н.» по поводу огнестрельного ранения <...>, с жалобами на боль в области раны. Со слов пациента 20 мая 2024 года в 12 часов 30 минут неизвестный выстрелил ему в <...> из травматического оружия (том 1 л.д. 190).

Постановлением дознавателя отдела дознания отдела полиции № 2 Управления Министерства внутренних дел Российской Федерации по г. Омску от 28 ноября 2025 года возбуждено уголовное дело № <...> по признакам состава преступления, предусмотренного пунктом «в» части 2 статьи 115 Уголовного кодекса Российской Федерации, в отношении неустановленного лица, по факту причинения 20 мая 2024 года в <...> ФИО2 легкого вреда здоровью неустановленным лицом, которое, действуя умышленно, осознавая неправомерность своих преступных действий, с целью причинения телесных повреждений, применяя травматический пистолет, используемый в качестве оружия, причинило вред здоровью (том 1 л.д. 132).

В ходе рассмотрения дела ФИО1 не оспаривался факт причинения им ФИО2 20 мая 2024 года телесных повреждений с использованием травматического оружия. Однако указывалось на то, что выстрел был произведен им в состоянии необходимой обороны, в связи с тем, что ФИО2 в ходе возникшего между ними конфликта схватил его двумя руками за шею и сильно сдавил.

Вина ФИО2 в совершении насильственных действий в отношении ФИО1, выразившихся в том, что ФИО2 двумя руками схватил ФИО1 за шею и сдавил, тем самым причинив последнему физическую боль, установлена постановлением мирового судьи судебного участка № 46 в Кировском судебном районе в г Омске от 5 сентября 2024 года, оставленным без изменения решением судьи Кировского районного суда г. Омска от 25 февраля 2025 года, на основании которого ФИО2 назначено административное наказание в виде административного штрафа в размере 5000 рублей, в связи с совершением административного правонарушения, предусмотренного статьей 6.1.1 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях (том 1 л.д. 208-210, том 2 л.д. 11-26).

Полагая, что вред его здоровью причинен в связи с виновными действиями ФИО1, ФИО2 обратился в суд с настоящим иском о взыскании в его пользу компенсации морального вреда.

Ссылаясь на то, что вред здоровью ФИО2 причинен в состоянии необходимой обороны, ввиду его противоправных действий, в результате которых ФИО1 также причинены телесные повреждения, последний обратился в суд со встречным иском о взыскании в его пользу компенсации морального вреда.

Разрешая требования ФИО2 суд первой инстанции исходил из того, что материалами дела подтверждается, что вред здоровью ФИО2 причинен в результате противоправных действий ФИО1, при этом вывод о причинении ФИО1 вреда здоровью ФИО2 в состоянии необходимой обороны в рамках расследования уголовного дела не установлен, в связи с чем пришел к выводу о наличии оснований для взыскания с ФИО1 в пользу ФИО2 компенсации морального вреда в размере 100000 рублей.

Судебная коллегия с указанными выводами районного суда соглашается, в связи со следующим.

В силу статьи 151 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

Согласно пункту 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» (далее также – постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года № 33) права и свободы человека и гражданина признаются и гарантируются согласно общепризнанным принципам и нормам международного права и в соответствии с Конституцией Российской Федерации, каждый вправе защищать свои права и свободы всеми способами, не запрещенными законом (статьи 17 и 45 Конституции Российской Федерации). Одним из способов защиты гражданских прав является компенсация морального вреда (статьи 12, 151 Гражданского кодекса Российской Федерации). Под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.

В соответствии со статьей 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 «Обязательства вследствие причинения вреда» Гражданского кодекса Российской Федерации (статьи 1064 - 1101) и статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации.

По общему правилу, установленному статьей 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, вред, причиненный личности или имуществу гражданина, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине.

Не подлежит возмещению вред, причиненный в состоянии необходимой обороны, если при этом не были превышены ее пределы (статья 1066 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Из разъяснений, содержащихся в пунктах 11 - 12, 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 года № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» следует, что, по общему правилу, установленному пунктами 1 и 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, ответственность за причинение вреда возлагается на лицо, причинившее вред, если оно не докажет отсутствие своей вины. Установленная статьей 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт увечья или иного повреждения здоровья, размер причиненного вреда, а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред. При причинении вреда в состоянии необходимой обороны (статья 1066 Гражданского кодекса Российской Федерации) вред возмещается на общих основаниях (статья 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации) только в случае превышения ее пределов. Размер возмещения определяется судом в зависимости от степени вины как причинителя вреда, так и потерпевшего, действиями которого было вызвано причинение вреда. Учитывая, что причинение вреда жизни или здоровью гражданина умаляет его личные нематериальные блага, влечет физические или нравственные страдания, потерпевший, наряду с возмещением причиненного ему имущественного вреда, имеет право на компенсацию морального вреда при условии наличия вины причинителя вреда. При этом суду следует иметь в виду, что, поскольку потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается. Установлению в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда. При определении размера компенсации морального вреда суду с учетом требований разумности и справедливости следует исходить из степени нравственных или физических страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, степени вины нарушителя и иных заслуживающих внимания обстоятельств каждого дела.

Обязанность компенсации морального вреда может быть возложена судом на причинителя вреда при наличии предусмотренных законом оснований и условий применения данной меры гражданско-правовой ответственности, а именно: физических или нравственных страданий потерпевшего; неправомерных действий (бездействия) причинителя вреда; причинной связи между неправомерными действиями (бездействием) и моральным вредом; вины причинителя вреда (статьи 151, 1064, 1099 и 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации). Вина в причинении морального вреда предполагается, пока не доказано обратное. Отсутствие вины в причинении вреда доказывается лицом, причинившим вред (пункт 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации). Под физическими страданиями следует понимать физическую боль, связанную с причинением увечья, иным повреждением здоровья, либо заболевание, в том числе перенесенное в результате нравственных страданий, ограничение возможности передвижения вследствие повреждения здоровья, неблагоприятные ощущения или болезненные симптомы, а под нравственными страданиями - страдания, относящиеся к душевному неблагополучию (нарушению душевного спокойствия) человека (чувства страха, унижения, беспомощности, стыда, разочарования, осознание своей неполноценности из-за наличия ограничений, обусловленных причинением увечья, переживания в связи с утратой родственников, потерей работы, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, раскрытием семейной или врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию, временным ограничением или лишением каких-либо прав и другие негативные эмоции). Причинение морального вреда потерпевшему в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях предполагается, и сам факт причинения вреда здоровью, в том числе при отсутствии возможности точного определения его степени тяжести, является достаточным основанием для удовлетворения иска о компенсации морального вреда. Привлечение лица, причинившего вред здоровью потерпевшего, к уголовной или административной ответственности не является обязательным условием для удовлетворения иска. Наличие причинной связи между противоправным поведением причинителя вреда и моральным вредом (страданиями как последствиями нарушения личных неимущественных прав или посягательства на иные нематериальные блага) означает, что противоправное поведение причинителя вреда повлекло наступление негативных последствий в виде физических или нравственных страданий потерпевшего. По общему правилу, ответственность за причинение морального вреда возлагается на лицо, причинившее вред. Моральный вред подлежит компенсации независимо от формы вины причинителя вреда (умысел, неосторожность). Вместе с тем при определении размера компенсации морального вреда суд учитывает форму и степень вины причинителя вреда (пункты 12, 14 - 15, 18 - 19, 22 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года № 33).

Из названных норм права и актов их толкования в их системном единстве следует, что, устанавливая презумпцию вины нарушителя Гражданский кодекс Российской Федерации возлагает на него бремя доказывания отсутствия вины. Взыскание компенсации морального вреда возможно при наличии определенных условий, в том числе установленного факта причинения вреда личным неимущественным правам либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, наличия вины причинителя вреда и причинно-следственной связи между наступившими последствиями и противоправным поведением ответчика. Наличие причинной связи между противоправным поведением причинителя вреда и моральным вредом предполагает, что противоправное поведение причинителя вреда должно быть условием наступления негативных последствий в виде физических и нравственных страданий потерпевшего.

Следовательно, для привлечения к гражданско-правовой ответственности в виде компенсации морального вреда юридически значимыми и подлежащими доказыванию являются обстоятельства, связанные с тем, что потерпевший перенес физические и нравственные страдания в связи с посягательством причинителя вреда на принадлежащие ему нематериальные блага, при этом на причинителе вреда лежит бремя доказывания правомерности его поведения, а также отсутствия его вины, то есть установленная законом презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт наличия вреда, а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

Как уже указывалось выше, ФИО1 в ходе рассмотрения дела не оспаривался факт причинения им ФИО2 20 мая 2024 года телесных повреждений с использованием травматического оружия.

При этом, как верно указанно районным судом, материалами дела не подтверждается довод ФИО1 о том, что его действия по осуществлению выстрела в область <...> ФИО2 из травматического оружия, следует расценивать как действия в состоянии необходимой обороны.

При рассмотрении материалов предварительной проверки дознавателем отдела дознания отдела полиции № 2 Управления Министерства внутренних дел Российской Федерации по г. Омску было установлено, что 20мая 2024 года неустановленное лицо, действуя умышленно, осознавая неправомерность своих преступных действий, с целью причинения телесных повреждений ФИО2, применяя травматический пистолет, как предмет, используемый в качестве оружия, причинило последнему телесные повреждения в виде <...>, которые причинили ему легкий вред здоровью (том 1 л.д. 132).

Несмотря на то, что выводы должностных лиц отдела дознания отдела полиции № 2 Управления Министерства внутренних дел Российской Федерации по г. Омску в части того, что напавшее на ФИО2 лицо осознавало противоправность своих действий, действовало умышлено, с целью причинения телесных повреждений ФИО2, не имеют преюдициального значения для рассмотрения дела о гражданско-правовой ответственности ответчика, однако такое обстоятельство не препятствует суду при рассмотрении настоящего дела принять приведенное выше постановление о возбуждении уголовного дела в качестве письменного доказательства и оценить его наряду с другими доказательствами по делу (статья 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

Вместе с тем достоверных доказательств, свидетельствующих о том, что выстрел из травматического оружия был произведен ФИО1 в связи с общественно опасным посягательством ФИО2, сопряженным с насилием, создающим реальную опасность для жизни ФИО1, материалы дела не содержат.

С учетом изложенного, судебная коллегия полагает, что ФИО1 были совершены самостоятельные действия, направленные на умышленное причинение телесных повреждений ФИО2, в результате возникшего между ними конфликта, что свидетельствует не о защите последнего от посягательства со стороны ФИО2, а о его активном участии в конфликте, что исключает возможность применения положений статьи 1066 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Таким образом, учитывая, что материалами дела подтверждается факт причинения ФИО2 телесных повреждений в результате противоправных действий со стороны ФИО1 в ходе возникшего между ними конфликта, судебная коллегия соглашается с выводами районного суда о наличии оснований для взыскания с ФИО1 в пользу ФИО2 компенсации морального вреда.

В соответствии с пунктом 2 статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

В абзаце первом пункта 25 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года № 33 содержатся разъяснения о том, что суду при разрешении спора о компенсации морального вреда, исходя из статей 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, устанавливающих общие принципы определения размера такой компенсации, необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении.

При определении размера компенсации морального вреда судом должны учитываться требования разумности и справедливости (пункт 2 статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации). В связи с этим сумма компенсации морального вреда, подлежащая взысканию с ответчика, должна быть соразмерной последствиям нарушения и компенсировать потерпевшему перенесенные им физические или нравственные страдания (статья 151 Гражданского кодекса Российской Федерации), устранить эти страдания либо сгладить их остроту. Судам следует иметь в виду, что вопрос о разумности присуждаемой суммы должен решаться с учетом всех обстоятельств дела, в том числе значимости компенсации относительно обычного уровня жизни и общего уровня доходов граждан, в связи с чем исключается присуждение потерпевшему чрезвычайно малой, незначительной денежной суммы, если только такая сумма не была указана им в исковом заявлении (пункт 30 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года № 33).

Как уже указывалось, выше 20 мая 2024 года ФИО2 обратился в бюджетное учреждение здравоохранения Омской области «Городская клиническая больница № 1 имени Кабанова А.Н.» по поводу <...>. По результатам осмотра ему установлен диагноз: <...>, рекомендовано: наблюдение врача-хирурга амбулаторно, полуспиртовые повязки (том 1 л.д. 190).

В последующем ФИО2 обратился 12 июня 2024 года в общество с ограниченной ответственностью «Клинико-диагностический центр «Ультрамед» (далее также – ООО «КДЦ «Ультрамед») на прием к врачу-хирургу, которым ему по результатам осмотра и произведенных обследований установлен диагноз: <...>, выдан листок временной нетрудоспособности на период с 12 июня 2024 года по 19 июня 2024 года (том 1 л.д. 10).

В этот же день истцу проведена операция: <...> (том 1 л.д. 15).

13 и 19 июня 2024 года истцу производились перевязки в области проведения операции (том 1 л.д. 11,13).

На приеме у врача-хирурга ООО «КДЦ «Ультрамед» 19 июня 2024 года ФИО2 предъявил жалобы на небольшую боль в области операции. Ему рекомендованы ежедневные перевязки до полного заживления (том 1 л.д. 12).

На приеме у врача-хирурга ООО «КДЦ «Ультрамед» 26 июня 2024 года ФИО2 жалоб не предъявил, локально: <...> выписан к труду с 27 июня 2024 года (том 1 л.д. 17).

Согласно заключению эксперта бюджетного учреждения здравоохранения Омской области «Бюро судебно-медицинской экспертизы» от 11 ноября 2025 года № <...> у ФИО2 обнаружены повреждения в виде поверхностной <...> причинившие легкий вред здоровью по признаку кратковременного расстройства его на срок до 3-х недель.

Длительность лечения ФИО2 свыше 3-х недель связана с его поздним обращением в лечебное учреждение, поэтому при квалификации вреда здоровью во внимание не принимались (том 1 л.д. 170-173).

Определяя размер компенсации морального вреда, подлежащий взысканию в пользу ФИО2 суд первой инстанции учитывал поведение самого ФИО1, который находился с травматическим пистолетом в квартире, принадлежащей ФИО2 и его бывшей супруге на праве собственности, в которой также проживают несовершеннолетние дети, обстоятельства, при которых был осуществлен выстрел, а именно, обстоятельства применения насильственных действий ФИО2 в отношении ФИО1, в связи с чем пришел к выводу о том, что сумма 100000 рублей соразмерна характеру причиненных ФИО2 физических и нравственных страданий, степени тяжести вреда, причиненного его здоровью (легкий вред), характеру и длительности его лечения.

С учетом совокупности приведенных выше обстоятельств коллегия судей полагает, что взысканный районным судом размер компенсации морального вреда отвечает требованиям разумности и справедливости, в том числе с учетом необходимости соблюдения баланса прав и законных интересов сторон.

Суд апелляционной инстанции отмечает, что моральный вред по своему характеру не предполагает возможности его точного выражения в деньгах и полного возмещения, предусмотренная законом денежная компенсация должна лишь отвечать признакам справедливого вознаграждения потерпевшего за перенесенные страдания в разумных размерах.

Данная категория дел носит оценочный характер, и суд вправе при определении размера компенсации морального вреда, учитывая вышеуказанные нормы материального права, с учетом степени вины причинителя вреда и индивидуальных особенностей потерпевшего, определить размер денежной компенсации морального вреда по своему внутреннему убеждению, исходя из конкретных обстоятельств дела.

В части удовлетворения встречных исковых требований ФИО1 к ФИО2 о взыскании компенсации морального вреда, решение суда не обжалуется, в связи с чем в силу части 2 статьи 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации предметом оценки суда апелляционной инстанции не является.

Руководствуясь статьями 328, 329 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

определила:

решение Центрального районного суда г. Омска от 22 января 2026 года оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Апелляционное определение может быть обжаловано в кассационном порядке в Восьмой кассационный суд общей юрисдикции в течение трех месяцев со дня изготовления мотивированного апелляционного определения, путем подачи кассационной жалобы через Центральный районный суд г. Омска.

Мотивированное апелляционное определение изготовлено 23 апреля 2026 года.

Председательствующий

Судьи