Приговор № 1-90/2021 от 14 июня 2021 г. по делу № 1-90/2021

31RS0002-01-2021-001229-73 Уголовное дело 1-90/2021


П Р И Г О В О Р

Именем Российской Федерации

город Белгород 15 июня 2021 года

Белгородский районный суд Белгородской области в составе:

председательствующего судьи Крюкова С.Н.,

при секретарях Коршаковой А.А., Зарудней С.В.,

с участием:

государственных обвинителей, помощников прокурора Белгородского района Заздравных И.Э., ФИО1, ФИО2,

потерпевшего ЗСА,

подсудимого ФИО3 и его защитника, адвоката Житниковского С.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании уголовное дело по обвинению

ФИО3, (информация скрыта), не судимого,

по ч. 1 ст. 105 УК РФ,

У С Т А Н О В И Л:

Голованов совершил убийство, то есть умышленное причинение смерти другому человеку при следующих обстоятельствах.

1 ноября 2020 года, в 3-ем часу, в домовладении (адрес обезличен) при распитии спиртного между ФИО3 и хозяином домовладения ЗАА возникла словесная ссора, переросшая в конфликт, в ходе которого Голованов избил ЗАА, нанеся ему не менее трех травматических воздействий с ударом рукой в голову потерпевшего, причинив ему, с учетом травмирования в результате падения от удара ФИО3, (информация скрыта), не повлекшие причинения вреда здоровью ЗАА

Получив указанные повреждения, пребывающий в сильном алкогольном опьянении ЗАА, значительно уступающий ФИО3 по физическим данным и силе, схватил в руку кухонный нож, перехватив и удерживая которую, получив тем самым возможность использовать нож для травмирования потерпевшего, испытывая к нему личную неприязнь в связи с конфликтом, действуя в целью причинения ему смерти, Голованов в тот же день, то есть 1 ноября 2020 года, около 3 часов, в названном домовладении (адрес обезличен), умышленно нанес ЗАА указанным ножом один удар в область (информация скрыта), повлекшие причинение тяжкого вреда здоровью протерпевшего по признаку опасности для жизни человека, создающего непосредственную угрозу для жизни за счет проникновения (информация скрыта).

В результате (информация скрыта), в тот же день, около 3 часов, на месте происшествия наступила сметь ЗАА

В судебном заседании Голованов признал вину в части того, что смерть ЗАА наступила от его действий. Отрицал при этом умысел на причинение смерти потерпевшему, а также специальное приискание ножа для этого. Заявил, что защищался от потерпевшего. Сообщил, что с вечера 31 октября 2020 года распивал спиртное с соседом ЗАА в летней кухне последнего по (адрес обезличен). 1 ноября 2020 года, ночью, при употреблении алкоголя, они с З. поругались, З. стал нецензурно ругаться. Он ударил З. один раз кулаком в область левого глаза. Так как удар был сильный, потерпевший упал и ударился о дверной проем левой частью головы и тела. После этого З. встал, схватил в правую руку кухонный нож и попытался ударить его ножом сверху. Испугавшись действий З., правой рукой он схватил за локоть правой руки З. и немного отвел её в сторону. Одновременно левой рукой схватил за правую руку З. в районе пальцев, которыми тот держал нож, после чего резким движением левой руки отвел от себя правую руку ЗАА с ножом, который в результате воткнулся в грудь потерпевшего. Больше ножом ЗАА он не бил, а наоборот пытался самостоятельно оказать ему помощь, поскольку увидел начавшееся кровотечение. С помощью супруги погибшего вызвал врача, по приезду которого требовал оказать ЗАА медицинскую помощь. Место преступления покинул, одев куртку потерпевшего. Сделал это из-за сильного дождя, от которого промок, пока принимал меры для вызова скорой помощи. Обстановку в помещении летней кухни до приезда полиции не нарушал, нож не прятал, свое пребывание там скрыть не пытался. В ходе следствия ничего не скрывал, при проверке показаний и на следственном эксперименте показал, как все случилось, продемонстрировал свои и З. действия на месте. Сожалел о случившемся.

Помимо частичного признания ФИО3 вины, она подтверждается показаниями потерпевшего, свидетелей, протоколом осмотра места происшествия, места обнаружения орудия преступления, а также изъятых по делу объектов, признанных вещественными доказательствами, заключениями судебно-медицинских, биологических, дактилоскопической экспертиз, иными исследованными в судебном заседании доказательствами.

Так, потерпевший ЗСА, сын погибшего, сообщил, что 1 ноября 2020 года вернулся домой со дня рождения знакомого поздно, около 2 часов 20-30 минут. Когда проходил мимо летней кухни их домовладения по (адрес обезличен), где в последнее время, после развода с матерью, жил отец, увидел свет внутри этого помещения. Услышал оттуда голоса двоих мужчин, которые он не узнал. Мужчины ругались. Он подумал, что отец вновь с кем-то употребил спиртное и поругался, что в последнее время бывало не раз, так как отец злоупотреблял спиртным. Примерно в 3 часа его разбудила его бабушка СВН, сообщив о происшествии в летней кухне. Там уже находилась мать ЗГН, рассказавшая, что её разбудил сосед Голованов, сообщивший, что ЗАА плохо. Через дверь они увидели, что ЗАА лежит в летней кухне на боку в неестественной позе с отекшим лицом, после чего приехала скорая помощь и врач, осмотрев отца, сообщила о его смерти в результате ножевого ранения. Сообщил, что у отца в летней кухне имелся небольшой кухонный нож, который он использовал по назначению. Соседа ФИО3 охарактеризовал в целом положительно, подтвердил злоупотребление отцом спиртного и его привычку в ссорах хватать нож, который он, однако, никогда не применял.

Свидетель ЗГН подтвердила, в том числе с учетом оглашенных в порядке ч.3 ст. 281 УПК РФ показаний (т.1 л.д.74-80), пояснения сына о злоупотреблении ЗАА спиртного и их разводе по этой причине. Сообщила, что бывший супруг, несмотря на худощавое телосложение и небольшой рост, в последнее время сильно злоупотреблял спиртным. В трезвом виде бывшего супруга охарактеризовала положительно, при употреблении спиртного - отрицательно. Сообщила, что она также в 22 часа 31 октября 2020 года слышала из летней кухни домовладения голова двух мужчин, которых она не видела, по голосу узнала ЗАА и ФИО3. Около 3 часов ее разбудил сосед Голованов, сообщивший о том, что ЗАА плохо. Голованов был пьян. Она проследовала в летнюю кухню и обнаружила там ЗАА, который находился на диване и хрипел, на лице видела «синяки». В кухне увидела бутылку из-под спиртного. После этого она вызвала скорую помощь и полицию. По приезду скорой помощи фельдшер сообщила, что в летней кухне нож, на что появившийся откуда-то Голованов требовал, чтобы она оказывала помощь ЗАА, но тот уже был мертв. Обратила внимание, что утром 31 октября 2020 года, около 9 часов, видела ЗАА без телесных повреждений на лице.

Свидетель САВ, подтвердила показания дочери ЗГН, в том числе о их совместном проживании с ЗАА и последующем разводе в результате его злоупотребления спиртным. Бывшего зятя в целом в трезвом состоянии охарактеризовала положительно. Обратила внимание, что агрессию ЗАА проявлял только по отношению к своей семье, с посторонними вел себя спокойно. Сообщила, что также видела его утром 31 октября 2020 года без телесных повреждений. Примерно в 20 часов слышала из летней кухни, как он разговаривал с кем-то о голубях, больше его не видела. Ночью её, как и З., разбудил Голованов, сообщивший, что ЗАА плохо. Последнего обнаружили в летней кухне, вызвали скорую помощь, врач сообщила, что тот мертв.

Свидетель ОИА, работающая фельдшером, сообщила, что именно она прибыла ночью 1 ноября 2020 года по вызову к дому (адрес обезличен), где в летней кухне обнаружила ЗАА, а рядом находился подсудимый. Последний пояснил, что потерпевший упал, но при его осмотре она увидела кровь на футболке потерпевшего, на теле – ранение, а на столе нож, после чего поняла, что имеет место криминал, вышла из помещения и ожидала приезда полиции. Обратила внимание на наличие у ЗАА гематом и крови на лице в районе носа и уха. Пояснила, что Голованов был пьян.

О нетрезвом состоянии ФИО3 в ночь с 31 октября 2020 года на 1 ноября 2020 года сообщила и его супруга НЖМ Она рассказала, что вечером 31 октября 2020 года, примерно в 17-18 часов, вернулась с ФИО3 из деревни, где муж употреблял спиртное, а по прибытии в с.Стрелецкое, примерно в 20-21 час, взял спиртное (1,5 литра самогона) и пошел продолжить его употребление. Как выяснилось, пошел он к соседу ЗАА Примерно в 3 часа 20 минут позвонила ЗГН - бывшая супруга ЗАА, сообщив ей, что его зарезали, также З. рассказала ей, что её разбудил Голованов и просил её вызвать для З. скорую помощь. После 4 часов домой пришел Голованов, который был пьян, шатался и повторял, что его посадят. Он был в чужой куртке, после чего он переоделся и собрался сдаваться в полицию, но сотрудники полиции сами приехали за ним и забрали его. Мужа охарактеризовала положительно, ЗАА – отрицательно, как склонного к агрессии.

Сообщила о возмещении семье З. материального ущерба на похороны в размере 25 тысяч рублей, что подтвердила свидетель СВА

Родной брат ФИО3 – ГАИ, а также ИАА, показания которого оглашены в порядке ч.1 ст. 281 УПК РФ, являющийся сыном НЖМ, охарактеризовали ФИО3 исключительно положительно, З. – в целом отрицательно.

ИАА дополнил, что 31 октября 2020 года, около 21 часа, Голованов звонил ему и хотел зайти в гости для употребления спиртного, но его дома не было. В эту же ночь, примерно в 3 часа 30 минут, ему позвонила ЗГН, от нее узнал о смерти ЗАА, к чему каким-то образом оказался причастен Голованов, которого З. требовала забрать из их домовладения.

Родственники потерпевшего - его сестра ТЛА и её супруг ТАВ, напротив, ЗАА в целом охарактеризовали положительно, за исключением злоупотребления спиртным, ФИО3, в целом – отрицательно.

Потерпевший и свидетели предупреждались об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных показаний. Их показания логичны, последовательны, согласуются между собой и в своей совокупности позволяют суду воссоздать обстоятельства, предшествовавшие смертельному травмированию ЗАА ножом, они согласуются и с другими доказательствами. Оснований не доверять им в части событий, происходивших с участием ФИО3 и З. 31 октября – 1 ноября 2020 года - нет.

При этом суд отмечает, что характеристики личности подсудимого и потерпевшего основаны на личном восприятии свидетелей – родственников как ЗАА, так и ФИО3.

Помимо показаний подсудимого, потерпевшего и свидетелей, вина ФИО3 в инкриминируемом деянии подтверждается и иными доказательствами.

Так, из сообщения от ЗГН в 4-ом часу 1 ноября 2020 года в дежурную часть ОМВД России по Белгородскому району известно о том, что по адресу: (адрес обезличен) избит её бывший муж (т. 1 л.д. 44).

Из карты вызова скорой помощи известно о поступившем в 3 часа 24 минуты 1 ноября 2020 года сообщении женщины об избиении бывшего супруга по (адрес обезличен), по прибытии куда в 3 часа 28 минут фельдшером ОИА обнаружен труп ЗАА и рядом нож с веществом красного цвета на нем, констатирована смерть З. до прибытия скорой помощи (т. 1 л.д. 38-39).

Адрес, по которому выехала скорая помощь, является местом регистрации и жительства потерпевшего ЗАА (т.3 л.д. 29-35).

При осмотре этого домовладения (адрес обезличен) в летней кухне обнаружен труп ЗАА с признаками насильственной смерти в виде (информация скрыта); также в ходе осмотра места происшествия зафиксирована обстановка происшествия и установлены признаки распития спиртного - в помещении на полу обнаружены – две пластиковые пустые полуторалитровые бутылки с небольшим количеством жидкости и запахом алкоголя, на столе – пластиковый стакан, чашка, тарелка с остатками пищи, небольшой кусок хлеба, вилка и нож; на ноже, а также на простыне и наволочке на диване обнаружены наложения вещества бурого цвета; нож, две бутылки, вырезы с простыни и наволочки, а также дактилоскопическая пленка со следом пальца руки с дверной коробки – изъяты; изъятые объекты – осмотрены, признаны вещественными доказательствами, приобщены к материалам дела (т. 1 л.д. 12-26, 138-139, )

Согласно заключений судебно-медицинской и медико-криминалистической экспертиз на трупе ЗАА, обнаруженном на месте происшествия, выявлены телесные повреждения, образовавшиеся в срок, который может соответствовать 1 ноября 2020 года:

- (информация скрыта), которые образовались от однократного ударно-травматического воздействия острого предмета плоской формы, имеющего заостренный конец, острый режущий край и П-образный обушок, повлекшие причинение тяжкого вреда здоровью ЗАА по признаку опасности для жизни человека, создающего непосредственную угрозу для жизни за счет проникновения (информация скрыта);

- (информация скрыта), не повлекшие в совокупности причинения вреда здоровью ЗАА

Сметь ЗАА наступила в результате (информация скрыта), в тот же день.

В крови трупа ЗАА выявлено наличие этилового спирта в количестве – 4,45 г/л. (т. 1 л.д. 180-192, т.2 л.д.96-104)

Эксперт З, имеющая более чем 20-и летний стаж экспертной работы, подтвердила достоверность своих выводов о таком установленном опьянении потерпевшего. Пояснила, что для обычного, не злоупотребляющего спиртным человека, такое опьянение соответствует смертельной дозе алкоголя. Такое опьянение назвала тяжелым, несмотря на то, что в последние годы им рекомендовано в заключениях избегать формулировок о степени тяжести опьянения, поскольку этот показатель – очень индивидуален и зависит от уровня толерантности к алкоголю.

Заключением медико-криминалистической экспертизы подтверждены выводы судебно-медицинской экспертизы о возможности причинения ЗАА колото-резанного ранения острым предметом плоской формы, имеющим заостренный конец, острый режущий край и П-образный обушок, в том числе и ножом, изъятым при осмотре места происшествия (т.2 л.д. 81-84).

При производстве выемки из бюро судебно-медицинской экспертизы изъята одежда с трупа ЗАА – футболка, спортивные брюки (штаны), трусы; изъятые объекты осмотрены, на футболке обнаружены наложения вещества бурого цвета, в области груди также обнаружено механическое повреждение в виде разреза; футболка признана вещественным доказательством, приобщен к делу (т.1 л.д.154-159, 160-175, т.3 л.д. 139-140).

При осмотре домовладения подсудимого ФИО3 по адресу: (адрес обезличен), куда он проследовал после инкриминируемого ему деяния, обнаружены и изъяты вещи ФИО3, в том числе штаны и куртка темно-синего цвета с оранжевыми вставками (т. 1 л.д. 27-37).

При производстве выемки у супруги подсудмого НЖМ изъяты вещи ФИО3 – куртка, свитер, футболка (т.1 л.д. 144-153)

Изъятые по месту жительства и в ходе выемки у НЖМ вещи ФИО3 осмотрены, при этом на куртке, свитере и футболке преимущественно на передней поверхности и обнаружены наслоения вещества бурого цвета; объекты признаны вещественными доказательствами, приобщены к материалам дела (т.1 л.д.160-175, т.3 л.д. 139-140).

В судебном заседании Голованов присутствие на своей одежде крови объяснил её попаданием в результате кровотечения у потерпевшего З. после его травмирования ножом.

Заключениями биологических экспертиз такие показания ФИО3 подтверждены, на куртке, свитере и футболке ФИО3, а также в смывах с рук и в срезах с ногтевых пластинах ФИО3 действительно обнаружена кровь человека, которая могла произойти от потерпевшего ЗАА (т.2 л.д.18-20, 40-42)

Согласно заключениям других биологических экспертиз на двух фрагментах ткани и на ноже, изъятых с места происшествия. а также на футболке и на спортивных брюках с трупа ЗАА также обнаружена кровь человека, которая могла произойти от потерпевшего ЗАА (т.2 л.д.7-9, 29-31)

Из заключения дактилоскопической экспертизы известно, что на дактилоскопической пленке со следом пальца руки с дверной коробки и на одной из пластиковых бутылок обнаружены следы пальцев рук человека, пригодные для идентификации, первый оставлен потерпевшим ЗАА, второй – подсудимым - ФИО3; на изъятом с места происшествия ноже не обнаружено следов пальцев рук ФИО3 (т.1 л.д. 247-251)

У него, как следует из выводов судебно-медицинской экспертизы, не обнаружено телесных повреждений, соответствующих времени конфликта с ЗАА, установлены лишь две ссадины спины, образовавшиеся за 2-3 дня до его осмотра экспертом и не повлекшие причинение вреда здоровью (т. 1 л.д. 223-224).

При этом согласно акт освидетельствования у ФИО3 в 6 час 53 минуты 1 ноября 2020 года установлено состояние опьянения (т.3 л.д. 65).

Анализ этих доказательств, согласующихся с показаниями свидетелей, позволяет суду сделать вывод о том, что в ночь с 31 октября на 1 ноября истекшего года в домовладении ЗАА он употреблял спиртного именно с ФИО3, оба при этом были пьяны. Итогом такого времяпрепровождения явилось обнаружение трупа ЗАА на месте употребления спиртного с множественными телесными повреждениями в области головы, конечностей и туловища, среди которых и ножевое ранение в области сердца, а на объектах с места происшествия, в том числе на кухонном ноже, а также на одежде ЗАА. и ФИО3 и в смывах с его рук и срезов с ногтевых пластин обнаружена кровь человека, которая могла произойти от ЗАА При этом у другого участника застолья ФИО3 никаких телесных повреждений не обнаружено, его крови ни в одном из изъятых по делу объектов не обнаружено.

Не отрицая этих обстоятельств, Голованов объяснил случившееся своими оборонительными действиями от ЗАА, напавшего на него с ножом.

Этой версия в ходе следствия и в судебном заседании проверена с исследованием протокола проверки показаний ФИО3 от 1 ноября 2020 года и следственных экспериментов с его участием, на которых он демонстрировал свои действия по отношению к ЗАА и действия З. в тот же день, в том числе исследована произведенная в ходе одного из следственных экспериментов видеозапись.

При проверке его показаний на месте Голованов пояснил и продемонстрировал как, по его версии, З. держа нож в правой руке, попытался ударить его сверху, в ответ на что он, испугавшись действий З., правой рукой схватил за локоть правой руки З. и отвел её в сторону. Одновременно левой рукой схватил за правую руку З. в районе пальцев, которыми тот держал нож, после чего резким движением левой руки отвел от себя правую руку ЗАА с ножом, который в результате воткнулся в грудь потерпевшего (т.2 л.д. 148-157).

Из заключения медико-криминалистической экспертизы, на исследование которой были представлены протокол проверки показаний подсудимого с видеозаписью, следует, что при условии фиксированного в кисти потерпевшего ножа с его направлением клинком обращенным вниз по направлению к грудной клетки потерпевшего не исключается причинение таким образом ножевого ранения в области груди потерпевшего (т.2 л.д. 67-72).

В последующем следствие, получив более точные сведения о росте и телосложении потерпевшего и ФИО3, о характеристиках ножа – орудия преступления, пришло к выводу о необходимости проведения следственного эксперимента с воссозданием условий, близких к событиям преступления. В ходе эксперимента Голованов также продемонстрировал как, по его версии, отбивая нож от удара ЗАА, он неумышленно попал этим ножом в грудь потерпевшего, результаты эксперимента также представлены экспертам для проведения комиссионной судебно-медицинской экспертизы по материалам дела (т.2 л.д. 180-189).

При этом, согласно заключения комиссионной (ситуационной) судебно-медицинской экспертизы исключено образование колото-резаного ранения груди ЗАА при обстоятельствах, указанных ФИО3 в ходе названного следственного эксперимента ввиду несовпадения по локализации приложения, направлению травмирующего воздействия, расположению клинка в раневом канале (т. 2 л.д. 96-104).

Результаты такой экспертизы не устроили сторону защиты, настаивающей на том, что причиной таких показаний ФИО3 на следственном эксперименте, которые поставлены под сомнение экспертами, явилось нахождение подсудимого во время эксперимента в наручниках.

Поэтому по ходатайству стороны защиты проведен повторный эксперимент, где Голованов уже без наручников продемонстрировал как З. напал на него с ножом и как он перехватил руку потерпевшего с ножом и отвел её от себя, в результате чего нож воткнулся в грудь потерпевшего (т.3 л.д. 185-193, 194).

Участвующая в этом эксперименте в качестве специалиста, работающая судебно-медицинским экспертом ДГМ. подтвердила значительное превосходство ФИО3 над ЗАА по антропометрическим данным.

Кроме того, в судебном заседании в качестве специалистов допрошены ТИЛ, работающий тренером по (информация скрыта), и СКИ, инструктор по различным (информация скрыта), которым были представлены видеозаписи проверки показаний ФИО3 и повтороного следственного эксперимента с его участием. Оба пришли к выводу, что Голованов в ходе этих следственных действий пытался демонстрировать действия, похожие на применение боевого контратакующего специального приема, когда у нападающего нож перехватывается с фиксацией кисти руки нападавшего, лезвие ножа перенаправляется в сторону нападавшего и ему наносится урон в виде ножевого ранения. Оба выразили сомнение в обладании ФИО3 этим боевым и очень сложным для практического применения приемом, который без специальной подготовки невозможно выполнить не получив ни одного повреждения своих рук.

Показания указанных специалистов, как и результаты проверки показаний Голована и следственных экспериментов с ним, а также заключения медико-криминалистических экспертиз суд оценивает в совокупности с другими доказательствами и приходит к выводу о том, что эти доказательства основаны на первичном источнике – показаниях ФИО3.

При этом Голованов, проходивший службу в (информация скрыта) (т.3 л.д.49-54), в последующем работающий (информация скрыта) (т.3 л.д.68), не обладающий специальными боевыми приемами, в том числе против противника с ножом, что он подтвердил суду, в действительности при проведении проверки показаний и при следственных экспертиментах имитировал прием самообороны, что согласуется с отсутствием у него в на правой кисти каких-либо повреждений от ножа.

Суд акцентирует внимание на вывод заключения медико-криминалистической экспертизы (т.2 л.д. 67-72), обратившей внимание на то, что ключевым условием, при котором возможно сделать вывод о причинении повреждения потерпевшему так, как изначально показывал подсудимый, является жесткое фиксирование рукой ФИО3 кисти потерпевшего и в ней – ножа, с его последующим направлением клинком, обращенным вниз, по направлению к грудной клетки потерпевшего.

С учетом нахождения ЗАА в состоянии сильного опьянения, такое фиксирование ФИО3 рукояти ножа в руке потерпевшего и его направление клинком в сторону З. – по сути есть умышленное нанесение ФИО3 этим ножом удара ЗАА с причинением ранения, а не попытка выбить таким образом нож из руки З. с его случайными попаданием в грудь потерпевшего.

С этим выводом сразу согласуются результаты обоих медико-криминалистических экспертиз и показания указанных специалистов, в связи с чем суд полагает, что именно этот вывод является результатом анализа всех исследованных доказательств и поэтому показаниям ФИО3 при проверке его показаний на месте и при проведении следственных экспериментов о своих оборонительных действиях от ЗАА оснований для доверия нет.

Поэтому такие утверждения подсудимого суд расценивает как способ защиты от предъявленного обвинения.

Все доказательства проверены судом путем сопоставления друг с другом, и оценены с точки зрения их относимости, допустимости и достоверности, а в своей совокупности – достаточности для разрешения уголовного дела. Оснований для признания доказательств недопустимыми - не установлено.

Экспертизы выполнены имеющими высокую квалификацию и большой стаж работы экспертами, которые предупреждены об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения. Выводы экспертиз понятны, логичны, научно обоснованы, их формулировки сомнений не вызывают, они согласуются с другими доказательствами. Оснований не доверять им не имеется.

Все исследованные доказательства, в том числе экспертные заключения (с учетом указанного вывода суда), согласуются между собой.

Их совокупностью полностью подтверждаются называемые подсудимым и свидетелями дата, время, место травмирования потерпевшего, обстоятельства этого, в том числе характер, количество, механизм причинения и локализация повреждений, вид и характеристики используемого орудия, которые в своей совокупности указывают именно на ФИО3 как на лицо, причинившее ножом смертельное ранение ЗАА после совместного употребления алкогольных напитков.

Факт совместного распития подсудимым и потерпевшим спиртного подтверждает свидетель З.. Это подтверждается также результатами осмотра места происшествия, в ходе которого зафиксировано застолье со спиртным, а также актом освидетельствования ФИО3 (выявлено состояние опьянения) и заключением судебно-медицинской экспертизы трупа (в биосредах обнаружен этиловый спирт).

Оценивая показания подсудимого, сопоставляя их с показаниями потерпевшего, свидетелей и с другими доказательствами, суд приходит к выводу о том, что показания ФИО3 в части совместного распития с потерпевшим спиртного в домовладении последнего, о причинении потерпевшему телесных повреждений, в том числе - смертельного ножевого ранения, полностью согласуются с остальными доказательствами, оснований не доверять показаниям подсудимого в этой части нет.

При этом показания подсудимого в части того, что инициатором конфликта был потерпевший, о том, что именно потерпевший набросился на него с ножом, а он был вынужден обороняться, в процессе чего потерпевшему неумышленно было нанесено смертельное ножевое ранение, не согласуются с исследованными в судебном заседании доказательствами.

Так, у ФИО3 не выявлено телесных повреждений, при этом у потерпевшего помимо смертельного ножевого ранения, выявлены и иные телесные прижизненные повреждения, указывающие на то, что именно он был избит в конфликте с ФИО3 еще до ножевого ранения.

При этом в момент ранения он находился в состоянии алкогольного опьянения, что подтверждено наличием у него в крови этилового спирта в концентрации 4,45 г/л.

С учетом показаний потерпевшего ЗСА и свидетелей З., С. о худощавом телосложении и невысоком росте ЗАА, злоупотребляющего при этом в последние несколько лет спиртным, ведущим нездоровый образ жизни, а также принимая во внимание значительное количество употребленного потерпевшим алкоголя, суд приходит к выводу о том, что в момент конфликта с подсудимым потерпевший находился в сильном алкогольном опьянении, которое препятствовало его активным и целенаправленным действиям.

Поэтому его действия, даже несмотря на наличие у него кухонного ножа, фактически не представляли угрозы для жизни и здоровья подсудимого, который там же одним ударом сбил ЗАА с ног с падением и получением существенных телесных повреждений на голове и теле.

Поэтому суд приходит к выводу, что для подсудимого было очевидно отсутствие для себя угрозы со стороны потерпевшего. Суд приходит к выводу, что Голованов ЗАА не боялся, поскольку в силу своих физических данных легко мог с ним справиться.

Доводы защиты о предыдущем конфликтном поведении ЗАА по отношении к членам своей семьи и к другим селянам, которое якобы указывает о наличии для ФИО3 угрозы со стороны ЗАА, этот вывод суда под сомнение не стиавит, поскольку о таком поведении ЗАА в состоянии опьянения, ФИО3 было хорошо известно и до того, как он, захватив спиртное, без приглашения пришел к ЗАА в домовладение для распития спиртного. Не опасаясь ЗАА в состоянии опьянения, Голованов в его домовладении употреблял там алкоголь несколько часов подряд наедине с ЗАА, а при возникновении словесной ссоры с последним не только не ушел оттуда, но и инициировал её развитие в физический конфликт, в ходе которого нанес потерпевшему такой удар, который сбил того с ног. При этом Голованов визуально видел телосложение ЗАА и достоверно знал количество выпитого практически без закуски им спиртного, в связи с чем для него было очевидно, что ЗАА уже был настолько пьян, что был не способен причинить вред его здоровью или жизни.

Показаниям ФИО3 о несущественном опьянении ЗАА суд не доверяет – наличие в крови алкоголя в количестве 4,45 г/л наглядно указывают на надуманность таких показаний подсудимого.

Демонстрация ФИО3 в ходе следствия и в судебном заседании своих действий в конфликте с ЗАА, вопреки доводам защиты, указывает не только на то, что он не боялся потерпевшего и не опасался за свою жизнь и здоровье, но и на умышленные действия подсудимого, направленные на травмирование потерпевшего ножом в жизненно важный орган. Именно на это указывают действия подсудмого по отношению к потерпевшему, изложенные им в своих показаниях: правой рукой он спокойно перехватил правую руку потерпевшего в районе локтя и удерживал её, левой рукой - схватил за правую руку потерпевшего в районе кисти. То есть, тем самым он получил полный контроль за правой рукой потерпевшего, в которой был нож, фактически удерживая в своей руке и кисть потерпевшего и рукоятку ножа.

Суду очевидно, что после этого Голованов, испытывая неприязненные отношения к потерпевшему из-за их конфликта, умышленно направил острием клинка ножа, который был в руке потерпевшего, в сторону грудной клетки потерпевшего, то есть фактически таким необычным способом он нанес удар ножом в грудь потерпевшему.

Необычностью нанесения удара, обусловленной тем, что Голованов удерживал руку потерпевшего с ножом в руке, а не незначительной силой травматического воздействия, объясняется относительно небольшая длинна раневого канала ранения потерпевшего (около 2,5 см). Суд приходит к выводу о том, что ФИО3 в таком положении просто неудобно было вонзить нож сильнее, что наглядно было видно при исследовании видеозаписи следственного эксперимента, на котором подсудимый демонстрировал как именно он травмировал потерпевшего.

С учетом названной необычности нанесения удара, которая подтверждается характером раневого канала в его сопоставлении с размерами клинка ножа - орудия преступления, установленными при его осмотре, суд приходит к выводу о достоверности показаний ФИО3 о том, что потерпевший в ходе конфликта действительно воспользовался ножом и держал его в правой руке.

При этом, несмотря на признание суда установленным факта вооружения потерпевшим ножом, суд не имеет никаких оснований для признания установленным факта нападения потерпевшего на подсудимого.

На это указывает как отсутствие каких-либо повреждений у ФИО3, так и наличие у потерпевшего прижизненных повреждений помимо ножевого ранения, а также данные осмотра места происшествия и одежды потерпевшего и подсудимого с обнаружением крови потерпевшего при отсутствии крови подсудимого.

Кроме того, свидетели З., ОИА и НЖМ, с которыми Голованов общался сразу после ранения ЗАА, не сообщили суду о том, что Голованов говорил им о нападении на него ЗАА с ножом и о своих оборонительных действиях от потерпевшего, что согласуется с выводом суда о том, что таких действий со стороны потерпевшего не было, а имело место вооружение ЗАА ножом после его травмирования ФИО3 в голову и его удерживание в правой руке.

Доказательством агрессивного поведения потерпевшего суд, вопреки доводам стороны защиты, не признает наличие у З. судимости, поскольку он не судим, при этом суд принимает во внимание, что ЗАА в истекшем году привлекался к административной ответственности за мелкое хулиганство и неуплату административного штрафа (т.3 л.д.36-37).

Поскольку суду стороной обвинения не представлено доказательств наличия угрозы для жизни потерпевшего до того, как он схватил нож, его вооружение ножом в конфликте с ФИО3 без наличия для этого оснований указывает на противоправность действий потерпевшего именно в этой части.

Поэтому суд приходит к выводу о том, что именно вооружение потерпевшего ножом в их конфликте явилось поводом для последующего преступления в отношения него, поскольку именно это вызвало у ФИО3 злость и решимость на убийство ЗАА, на что указывают его последующие целенаправленные и имеющие трагические последствия для потерпевшего действия.

Оснований для признания иного, помимо вооружения ножом, поведения потерпевшего противоправным, суд не усматривает, с чем согласуются с показания ФИО3, сообщившего о нанесении удара кулаком в голову потерпевшего в его же домовладении еще до того, как З. схватил нож. Более того, Голованов признал, что ЗАА после получения удара в голову имел право на оборону от его действий.

Локализация раневого ранения – в области сердца потерпевшего не оставляет сомнений относительно намерений подсудимого пронзить ножом сердце потерпевшего, что указывает на умысел подсудимого на убийство ЗАА

ФИО3 инкриминируется причинение одного ножевого ранения, но – смертельного, от которого потерпевший скончался на месте преступления через непродолжительное время. Поэтому доводы защиты об отсутствии иных ножевых ранении не могут быть учтены как доказательство отсутствия умысла на убийство ЗАА – в данном случае для этого хватило и одного ранения в сердце.

При таких обстоятельствах, показания ФИО3 в части отсутствия умысла на убийство потерпевшего, о том, что испугался ЗАА и оборонялся от его действий, суд во внимание не принимает и расценивает их как способ защиты от предъявленного обвинения в совершении особо тяжкого преступления.

В остальной части показаний ФИО3, в том числе о том, что смерть ЗАА наступила именно от его действий, о предшествующим ножевому ранению распитию спиртного с потерпевшим и о его избиении с нанесением удара в голову, о вооружении потерпевшим в ходе конфликта ножом, суд основания не доверять не имеет, поскольку в этой части его показания подтверждаются иными исследованными доказательствами.

Суд отмечает, что для квалификации действий подсудимого в данном случае не имеет значение механизм непосредственного получения потерпевшим телесных повреждений на голове и конечностях (от одного удара подсудимого с последующими травматичекскими соударениями потерпевшего о твердые предметы или от 3-ех ударов кулаками). Объективную сторону инкриминируемого преступления причинение этих телесных повреждений не образуют. При этом сам факт причинения всех повреждений на голове и конечностях потерпевшего именно подсудимым – доказан.

Существенное значение для дела имеет то обстоятельство, что именно причинение этих повреждений предшествовало тому, что потерпевший схватил нож, которым подсудимый, получив к нему доступ, и нанес смертельное ранение ЗАА

При таких обстоятельствах, доводы подсудимого и его защитника об оборонительном характере его действий и необходимости переквалификации его действий, своего подтверждения при рассмотрении дела не нашли.

Таким образом, исследовав представленные сторонами доказательства в их совокупности, сопоставив их между собой, суд находит вину подсудимого в инкриминируемом деянии доказанной, а предъявленное обвинение - обоснованным, подтвержденным исследованными доказательствами.

Поэтому, вопреки доводам стороны защиты, оснований для переквалификации действий подсудимого по ч.1 ст. 109 УК РФ и ст. 114 УК РФ суд не усматривает. Не установлено и оснований для возвращения уголовного дела прокурору в порядке ст. 237 УПК РФ.

Действия ФИО3 суд квалифицирует по ч. 1 ст. 105 УК РФ – убийство, то есть умышленное причинение смерти другому человеку.

Преступление - особо тяжкое, его объект - общественные отношения, направленные на обеспечение такого блага, как жизнь человека.

При его совершении Голованов осознавал общественную опасность своих действий, связанных с нанесением ножом удара в жизненно важный орган потерпевшему, предвидел неизбежность наступления общественно опасных последствий в виде смерти человека и желал их наступления, то есть действовал с прямым умыслом.

При назначении наказания суд учитывает характер и степень общественной опасности совершенного преступления, личность подсудимого, наличие смягчающих и отсутствие отягчающих его наказание обстоятельств, а также влияние назначенного наказания на исправление осужденного и на условия жизни его семьи.

Голованов не судим, 2019-2020 годах к административной ответственности не привлекался. Зарегистрирован и проживает по адресу: (адрес обезличен). (информация скрыта), имеет двух несовершеннолетних детей. Работает (информация скрыта) По месту жительства участковым уполномоченным полиции характеризуется удовлетворительно, по месту работы – положительно, неоднократно поощрялся на добросовестный труд и вклад в развитие сельского хозяйства с вручением грамот и объявлением благодарностей. (информация скрыта) На учете у врачей психиатра и нарколога не состоит (т.3 л.д.45, 49-54, 55-61, 66-76, 162-168).

Согласно заключению судебно-психиатрической экспертизы Голованов на период времени, относящийся к инкриминируемому деянию, хроническим психическим расстройством, временным психическим расстройством, слабоумием или иным болезненным состоянием психики, которое делало его неспособным осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий либо руководить ими не страдал, и не страдает ими в настоящее время. У него выявлен: (информация скрыта). Указанные (информация скрыта) выражены не столь значительно. Он мог в период инкриминируемого деяния и может в настоящее время в полной мере осознавать фактический характер, общественную опасность своих действий и руководить ими. В состоянии физиологического аффекта не находился. По своему психическому состоянию в применении принудительных мер медицинского характера не нуждается. Среди индивидуально-психологических особенностей: нерезко выраженная неустойчивая эмоциональность, склонность к непосредственному отреагированию своих эмоций и чувств, ориентацию в поведении на удовлетворение ситуативно возникающих потребностей, формальность в межличностных взаимодействиях с легкостью бестактного отношения к окружающим, вероятностью проявления агрессии в отношении хорошо знакомых ему лиц (т. 3 л.д. 51-58).

С учетом научно обоснованных, последовательных, логичных и понятных выводов экспертов и обстоятельств дела, принимая во внимание поведение ФИО3 в судебном заседании, суд признает его вменяемым.

Смягчающими наказание подсудимого обстоятельствами суд признает: частичное признание вины, раскаяние в содеянном с принесением извинений потерпевшему и отсутствием претензий с его стороны и добровольное возмещение материального ущерба в размере 25 тысяч рублей, что суд признает иными действиям, направленными на заглаживание вреда потерпевшему (п. «к» ч.1 ст. 61 УК РФ); наличие малолетнего ребенка (п. «г» ч.1 ст. 61 УК РФ); наличие несовершеннолетнего ребенка, в содержании и воспитании которого подсудимый принимает участие (ч.2 ст. 61 УК РФ); состояние здоровья, обусловленное наличием хронических заболеваний (информация скрыта) (ч.2 ст. 61 УК РФ); противоправное поведение потерпевшего, выразившееся в вооружение ножом в ходе конфликта, что фактически явилось поводом для последующего преступления в отношении него (п. «з» ч. 1 ст. 61 УК РФ).

Свидетели прямо указали именно на ФИО3, как на лицо, причастное к ножевому ранению потерпевшего, после чего полицией было установлено местонахождение подсудимого. Он практически сразу был задержан со следами крови на одежде. На месте происшествия был обнаружен нож – орудие убийства. Потому суд, учитывая содействие ФИО3 раскрытию и расследованию преступления, выразившееся в сообщении следствию обстоятельств совершенного преступления, в том числе при проведении проверки его показаний на месте, не усматривает оснований для признания этого содействия таким, которое бы существенно облегчило задачу по раскрытию и расследованию преступления. В связи с этим нет оснований для признания смягчающими наказание подсудимого обстоятельствами его содействие раскрытию и расследованию преступления.

С учетом локализации смертельного ранения и наступления смерти потерпевшего прямо на месте происшествия через крайне непродолжительное время, оснований для суждения об оказании реальной медицинской помощи подсудимому суд не имеет, поэтому оснований для признания оказания помощи потерпевшему смягчающим наказание подсудимого обстоятельством - нет.

Иных, смягчающих наказание подсудимого обстоятельств, не установлено.

При совершении преступления подсудимый пребывал в состоянии алкогольного опьянения, установленного как актом его освидетельствования, так и показаниями свидетелей, что он и сам не отрицает. Вместе с этим, установлен факт совместного времяпрепровождения подсудимого и потерпевшего за распитием спиртного не только непосредственно перед его преступным деянием, но и в течении нескольких часов в этот день. Употребление спиртного и нахождение в этот период времени в состоянии опьянения одновременно ослабило самоконтроль подсудимого и потерпевшего, но позволяло им на протяжении длительного времени общаться без криминальных проявлений, поскольку из показаний свидетелей усматривается, что такое состояние уже стало для подсудимого и потерпевшего обыденным.

При этом уже в процессе общения подсудимого с потерпевшим между ними возникла взаимная неприязнь по различным поводам, переросшая в конфликт, после которого у подсудимого возник и сформировался преступный умысел на причинение смерти потерпевшему, который он и реализовал.

Поэтому суд не усматривает оснований полагать, что нахождение подсудимого в состоянии опьянения, вызванного совместным с потерпевшим употреблением алкоголя, в данном конкретном случае сыграло ключевую и решающую роль в возникновении у него умысла на совершение преступления в отношении потерпевшего. Поэтому нет оснований для признания нахождения подсудимого в состоянии опьянения, вызванного употреблением алкоголя, тем обстоятельством, которое отягчает его наказание.

Иных, отягчающих наказание ФИО3 обстоятельств, также не установлено.

При назначении вида и размера наказания суд учитывает обстоятельства совершенного подсудимым преступления, в том числе то, что местом преступления является чужое для ФИО3 домовладение, наличие смягчающих и отсутствие отягчающих его наказание обстоятельств, сведения о его личности, в целом характеризующегося положительно, и считает, что цели наказания могут быть достигнуты с назначением ФИО3 наказания в виде лишения свободы с дополнительным наказанием в виде ограничения свободы, полагая, что эти виды наказания справедливы, соответствуют характеру и степени общественной опасности преступления, обстоятельствам его совершения и личности виновного и повлияют на его исправление.

Наличие смягчающего наказание подсудимого обстоятельства, предусмотренного п. «к» ч.1 ст. 61 УК РФ, при отсутствии отягчающих его наказание обстоятельств, указывает на необходимость применения положений ч.1 ст. 62 УК РФ.

С учетом фактических обстоятельств преступления, степени его общественной опасности, в том числе обусловленной использованием ножа для физического воздействия на потерпевшего, оснований для изменения в порядке ч.6 ст. 15 УК РФ категории преступления на менее тяжкую, а также для применения ст. 73 УК РФ, то есть условного осуждения подсудимого - нет.

Не установлено и исключительных обстоятельств, существенно уменьшающих степень общественной опасности особо тяжкого преступления против личности, с причинением смерти человеку, поэтому нет оснований для применения положений ст. 64 УК РФ.

С учетом тяжести совершенного подсудимым преступления и сведений о его личности, согласно п. «в» ч.1 ст. 58 УК РФ, лишение свободы ФИО3 необходимо отбывать в исправительной колонии строгого режима.

1 ноября 2020 года Голованов задержан в порядке ст. ст. 91-92 УПК РФ, в качестве меры пресечения избрано заключение под стражу. Оснований для отмены или изменения меры пресечения не установлено, избранную меру пресечения следует сохранить до вступления приговора в законную силу.

В соответствии с п. «а» ч.3.1 ст. 72 УК РФ время содержания подсудимого под стражей с момента его задержания до вступления приговора в законную силу, включительно, необходимо зачесть в срок наказания из расчета один день содержания лица под стражей за один день лишения свободы в исправительной колонии строгого режима.

Гражданский иск не заявлен.

Вещественными доказательствами признаны: нож, две пластиковые бутылки, вырезы ткани с места происшествия, одежда с трупа ЗАА, одежда ФИО3 – куртка, свитер и футболка. Согласно ч.3 ст. 81 УПК РФ они подлежат уничтожению.

Процессуальные издержки, предусмотренные ч.2 ст. 131 УПК РФ, связанные с оплатой труда защитника, адвоката ЧПН в размере 3050 рублей, согласно ч.1 ст. 132 УПК РФ, подлежат взысканию с ФИО3

На основании изложенного и руководствуясь ст. ст. 296, 307 – 310 УПК РФ, суд

П Р И Г О В О Р И Л:

Признать ФИО3 виновным в совершении преступления, предусмотренного ч.1 ст. 105 УК РФ, и назначить ему наказание в виде лишения свободы сроком на 9 (девять) лет с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима, с ограничением свободы сроком на 1 (один) год с установлением в период отбытия дополнительного наказания, в виде ограничения свободы, следующих ограничений:

- не изменять без согласия специализированного государственного органа, осуществляющего надзор за отбыванием наказания в виде ограничения свободы, место жительства, где он будет проживать после отбытия основного наказания,

- не выезжать без согласия специализированного государственного органа, осуществляющего надзор за отбыванием наказания в виде ограничения свободы за пределы того муниципального образования, в котором он будет проживать после отбытия основного наказания,

- возложить на осужденного обязанность являться в уголовно-исполнительную инспекцию 1 (один) раз в месяц для регистрации в дни и время, назначенные уголовно-исполнительной инспекцией.

Срок основного наказания в виде лишения свободы исчислять со дня вступления приговора в законную силу, срок дополнительного наказания в виде ограничения свободы исчислять со дня освобождения осужденного из исправительного учреждения.

На основании п. «а» ч.3.1 ст. 72 УК РФ время содержания под стражей ФИО3 с 1 ноября 2020 года до вступления приговора в законную силу, включительно, зачесть в срок лишения свободы из расчета один день содержания лица под стражей за один день отбывания наказания в исправительной колонии строгого режима.

Меру пресечения ФИО3 до вступления приговора в законную силу оставить прежней – заключение под стражу.

Вещественные доказательства: нож, две пластиковые бутылки, вырезы ткани, изъятые с места происшествия, одежду с трупа ЗАА, одежду ФИО3 – куртку, свитер и футболку – уничтожить.

Процессуальные издержки, связанные с оплатой труда защитника, адвоката ЧПН в размере 3050 рублей - взыскать с ФИО3

Приговор может быть обжалован в судебную коллегию по уголовным делам Белгородского областного суда в течение 10 суток со дня его провозглашения, осужденным, содержащимся под стражей, в тот же срок со дня вручения ему копии приговора суда, путем подачи апелляционной жалобы через Белгородский районный суд Белгородской области.

В этот же срок, в случае подачи апелляционной жалобы, осужденный вправе ходатайствовать о своем участии и участии его защитника в рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции.

Судья С.Н.Крюков