Постановление № 01-0409/2025 1-409/2025 от 21 июля 2025 г. по делу № 01-0409/2025

77RS0002-02-2025-009554-55

1-409/2025


П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

адрес 22 июля 2025 года

Судья Басманного районного суда адрес Вахрамеев Т.С., при секретаре фио, с участием

государственного обвинителя – старшего помощника Басманного межрайонного прокурора адрес фио,

подсудимого фио и его защитника – адвоката фио, представившего удостоверение и ордер,

подсудимого фио и его защитника – адвоката фио, представившей удостоверение и ордер,

рассмотрев в закрытом судебном заседании в порядке предварительного слушания материалы уголовного дела в отношении

ФИО1, обвиняемого в совершении преступлений, предусмотренных п.п. «ж,з» ч. 2 ст. 105 УК РФ (в редакции Федерального закона № 63-ФЗ от 13.06.1996 года), п. «в» ч. 4 ст. 162 УК РФ (в редакции Федерального закона от 08.12.2003 № 162-ФЗ),

ФИО2, обвиняемого в совершении преступлений, предусмотренных п.п. «ж,з» ч. 2 ст. 105 УК РФ (в редакции Федерального закона № 63-ФЗ от 13.06.1996 года), п. «в» ч. 4 ст. 162 УК РФ (в редакции Федерального закона от 08.12.2003 № 162-ФЗ),

У С Т А Н О В И Л:

Органами уголовного преследования ФИО1, ФИО2 обвиняются в совершении преступлений, указанных во вводной части постановления.

В ходе предварительного слушания судьей поставлен на обсуждение вопрос о возвращении настоящего уголовного дела прокурору на основании п. 1 ч. 1 ст. 237 УПК РФ ввиду невыполнения органом предварительного следствия требований ч. 2.2 ст. 27 УПК РФ до направления уголовного дела в суд.

Подсудимый ФИО2 и его защитник – адвокат фио просили возвратить уголовное дела прокурору в порядке ст. 237 УПК РФ, поскольку уголовное преследование по п. «в» ч. 4 ст. 162 УК РФ должно было быть прекращено, однако в нарушение требований процессуального закона уголовное дело было направлено в суд.

Подсудимый ФИО1 и его защитник – адвокат фио также считали, что органом предварительного следствия допущены существенные нарушения процессуального закона, что влечет за собой возврат уголовного дела прокурору.

Государственный обвинитель фио возражала против возвращения уголовного дела прокурору в порядке ст. 237 УПК РФ, поскольку обвинительное заключение составлено в соответствии с требованиями ст. 220 УПК РФ, уголовное дело направлено в суд с соблюдением процессуальных сроков. Обвиняемые ФИО2 и ФИО1 были задержаны в начале 2025 года, вследствие чего процессуальный срок для направления дела в суд должен исчисляться с учетом их не признания в совершении инкриминируемого преступления с момента их задержания.

Суд, выслушав мнение участников процесса, исследовав письменные материалы дела, приходит к следующему.

В соответствии с п. 1 ч. 1 ст. 237 УПК РФ суд по ходатайству стороны или по собственной инициативе возвращает уголовное дело прокурору для устранения препятствий рассмотрения его судом в случаях, если обвинительное заключение составлено с нарушением требований УПК РФ, что исключает возможность постановления судом приговора или вынесения иного решения на основании данного обвинительного заключения.

Согласно разъяснениям Верховного Суда Российской Федерации, изложенным в Постановлениях Пленума от 5 марта 2004 года №1 «О применении судами норм Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации» и от 22 декабря 2009 года № 28 «О применении судами норм уголовно-процессуального законодательства, регулирующих подготовку уголовного дела к судебному разбирательству», под допущенными при составлении обвинительного заключения или обвинительного акта нарушениями требований уголовно-процессуального закона следует понимать такие нарушения положений ст. ст. 220, 225 УПК РФ, которые исключают возможность принятия судом решения по существу дела на основании таких процессуальных актов.

В соответствии с ч. 2.2 ст. 27 УПК РФ если производство по уголовному делу продолжено в обычном порядке в связи с наличием возражений подозреваемого или обвиняемого против прекращения уголовного преследования по основанию, указанному в пункте 3 части первой статьи 24 настоящего Кодекса, и уголовное дело не передано в суд или не прекращено по иному основанию в порядке, установленном настоящим Кодексом, уголовное преследование подлежит прекращению по основанию, предусмотренному пунктом 1 части первой настоящей статьи, по истечении двух месяцев производства предварительного расследования с момента истечения сроков давности уголовного преследования в отношении лица, подозреваемого или обвиняемого в совершении преступления небольшой тяжести, трех месяцев - в отношении лица, подозреваемого или обвиняемого в совершении преступления средней тяжести, 12 месяцев - в отношении лица, подозреваемого или обвиняемого в совершении тяжкого или особо тяжкого преступления.

Согласно разъяснениям, данным в п. 5 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17 декабря 2024 г. N 39 «О практике применения судами норм уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, регламентирующих основания и порядок возвращения уголовного дела прокурору» внимание судов обращено на то, что положения ч. 2.2 ст. 27, ст. 281, 282 и п. 3.1 ч. 1 ст. 208 УПК РФ закрепляют гарантии обязательного прекращения или приостановления уголовного преследования в отношении подозреваемого, обвиняемого на стадии предварительного расследования при наличии соответствующих оснований и не допускают в этих случаях составления следователем, дознавателем обвинительного документа.

В частности, если по уголовному делу о преступлении, по которому истекли сроки давности уголовного преследования, производство продолжено в связи с возражением обвиняемого против его прекращения по данному основанию, но дело не передано в суд или не прекращено по иному основанию в установленные ч. 2.2 ст. 27 УПК РФ сроки, то оно подлежит прекращению в связи с непричастностью обвиняемого к совершению преступления.

С учетом этого по смыслу п. 1 ч. 1 ст. 237 УПК РФ невыполнение в указанных случаях следователем, дознавателем своей процессуальной обязанности по прекращению или приостановлению предварительного расследования, составление по его результатам обвинительного документа и направление прокурором уголовного дела в суд, влекущие негативные последствия для лица, в отношении которого вопреки требованиям закона продолжается уголовное преследование, препятствуют рассмотрению такого дела судом и являются основанием для возвращения его прокурору.

Преступления, в совершении которых обвиняются ФИО1 и ФИО2, в соответствии с ч. 5 ст. 15 УК РФ отнесены к категории особо тяжких.

В соответствии с п. «г» ч. 1 ст. 78 УК РФ лицо освобождается от уголовной ответственности, если со дня совершения особо тяжкого преступления истекло пятнадцать лет после совершения преступления.

Согласно положениям ч. 4 ст. 78 УК РФ решение вопроса о применении сроков давности к лицу, совершившему преступление, за которое предусмотрено наказание в виде пожизненного лишения свободы или смертной казни, относится к исключительной компетенции суда.

Течение сроков давности приостанавливается, если лицо, совершившее преступление, уклоняется от следствия или суда. В этом случае течение сроков давности возобновляется с момента задержания указанного лица или явки его с повинной.

Из предъявленного обвинения и обвинительного заключения следует, что подсудимые ФИО1 и ФИО2 обвиняются в совершении:

- убийства, то есть умышленного причинения смерти другому человеку совершенное группой лиц по предварительному сговору, сопряженное с разбоем (дата совершения преступления исходя из обвинения – в период времени с 19 часов 00 минут 10 ноября по 00 часов 00 минут 11 ноября 2008 года);

- разбоя, то есть нападения в целях хищения чужого имущества, совершенного с применением насилия, опасного для жизни и здоровья, с причинением тяжкого вреда здоровью потерпевшего (дата совершения преступления исходя из обвинения – в период времени с 19 часов 00 минут до 22 часов 31 минуту 10 ноября 2008 года).

Сведений о том, что ФИО1 и ФИО2 скрывались от органов предварительного следствия либо совершали иные действия с целью избежать задержания и привлечения к уголовной ответственности (например, намеренное изменение места жительства, нарушение подозреваемым, обвиняемым, подсудимым избранной в отношении его меры пресечения, в том числе побег из-под стражи) материалы дела не содержат и в ходе предварительного слушания не представлено.

С учетом изложенного, суд приходит к выводу, что предусмотренный п. «г» ч. 1 ст. 78 УК РФ пятнадцатилетний срок давности по преступлению, предусмотренному п. «в» ч. 4 ст. 162 УК РФ (в редакции Федерального закона от 08.12.2003 № 162-ФЗ), истек 9 ноября 2023 года.

Таким образом, срок установленный для направления уголовного дела в суд по обвинению фио и фио в совершении преступления, предусмотренного п. «в» ч. 4 ст. 162 УК РФ (в редакции Федерального закона от 08.12.2003 № 162-ФЗ), в соответствии с требованиями ч. 2.2 ст. 27 УПК РФ, истек 9 ноября 2024 года, тогда как уголовное дело по обвинению, в том числе указанного преступления, поступило в суд 26 июня 2025 года, вопреки требованиям вышеприведенной процессуальной нормы.

Прекращение уголовного дела по основанию, предусмотренному ч. 2.2 ст. 27 УПК РФ, не является производным от положений ч. 2.1 ст. 27 УПК РФ, согласно которой не допускается повторное прекращение уголовного преследования по основаниям, указанным в пункте 3 части первой статьи 24, статьях 25, 25.1, 28, 28.1 и 28.2 настоящего Кодекса, а также пункте 3 части первой настоящей статьи, после отмены постановления о прекращении уголовного преследования по данным основаниям, если подозреваемый или обвиняемый против этого возражает, а является самостоятельным основанием прекращения, что следует из содержания данной нормы закона, а также подтверждается Определением Конституционного Суда РФ от 27.06.2023 N 1774-О «Об отказе в принятии к рассмотрению жалобы гражданки фио на нарушение ее конституционных прав частью первой статьи 24 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации», согласно которому в соответствии с ч. 2.2 ст. 27 УПК РФ, если производство по уголовному делу продолжено в обычном порядке в связи с наличием возражений подозреваемого или обвиняемого против прекращения уголовного преследования по основанию, указанному в п. 3 ч. 1 ст. 24 УПК РФ, и уголовное дело не передано в суд или не прекращено по иному основанию в порядке, установленном данным Кодексом, уголовное преследование подлежит прекращению по основанию, предусмотренному пунктом 1 части первой данной статьи, по истечении двух месяцев производства предварительного расследования с момента истечения сроков давности уголовного преследования в отношении лица, подозреваемого или обвиняемого в совершении преступления небольшой тяжести, трех месяцев - в отношении лица, подозреваемого или обвиняемого в совершении преступления средней тяжести, двенадцати месяцев - в отношении лица, подозреваемого или обвиняемого в совершении тяжкого или особо тяжкого преступления.

С учетом изложенного, на даты предъявления обвинения, составления обвинительного заключения и направления уголовного дела в суд двенадцатимесячный срок производства предварительного расследования, предусмотренный ч. 2.2 ст. 27 УПК РФ, исчисленный со дня истечения сроков давности привлечения фио и фио, к уголовной ответственности по преступлению, предусмотренному п. «в» ч. 4 ст. 162 УК РФ (в редакции Федерального закона от 08.12.2003 № 162-ФЗ), истек, производство по уголовному делу в указанной части ввиду наличия оснований, предусмотренных ч. 2.2 ст. 27 УПК РФ подлежало прекращению следователем.

Доводы стороны обвинения относительно исчисления сроков, предусмотренных ч. 2.2 ст. 27 УПК РФ, с даты отбора возражений со стороны обвиняемых относительно несогласия на прекращение уголовного преследования (дела) нереабилитирующим основаниям либо с момента задержания подозреваемых (обвиняемых) основаны на неверном толковании закона, поскольку сроки, установленные ч. 2.2 ст. 27 УПК РФ, являются пресекательными.

Более того, для разрешения вопроса о возврате уголовного дела прокурору, в рамках которого органом предварительного расследования допущены нарушения ч. 2.2 ст. 27 УПК РФ, не имеет правового значения наличие либо отсутствие самого по себе факта выяснения у обвиняемых возражения относительно возможности прекращения уголовного преследования (дела) по нереабилитирующим основаниям после истечения сроков давности уголовного преследования, поскольку процессуальные сроки, установленные ч. 2.2 ст. 27 УПК РФ, являются непрерывными и автоматически исчисляются с момента истечения сроков давности уголовного преследования.

Невыполнение данной процессуальной обязанности и направление уголовного дела с обвинительным заключением в суд влечет негативные правовые последствия для обвиняемых фио и фио, в отношении, которых, вопреки требованиям закона, продолжено уголовное преследование, что является препятствием к рассмотрению дела судом и свидетельствует о необходимости возврата уголовного дела прокурору по основаниям п. 1 ч. 1 ст. 237 УПК РФ.

Указанные нарушения требований закона не могут быть восполнены судом при рассмотрении по существу уголовного дела, поскольку из системного толкования п. 3 ст. 24, п. 2 ч. 1 ст. 27, ч.ч. 5, 8 ст. 302 УПК РФ в их взаимосвязи следует, что прекращение дела по данному основанию при установленных по настоящему уголовному делу обстоятельствах (истечение срока давности уголовного преследования, а также истечение сроков, установленных в ч. 2.2. ст. 27 УПК РФ, в период предварительного расследования) относится к компетенции органа предварительного расследования, но не суда.

Этот вывод подтвержден также п. 2 постановления Конституционного Суда РФ от 18.07.2022 N 33-П "По делу о проверке конституционности части второй статьи 27 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации и пункта "в" части первой статьи 78 Уголовного кодекса Российской Федерации в связи с жалобой гражданина фио", согласно которому органы публичной власти и должностные лица, осуществляющие уголовное судопроизводство, констатировав наличие предусмотренных законом оснований отказа от уголовного преследования, обязаны действовать так, чтобы обеспечить соблюдение прав подвергнутых ему лиц в формах, предопределенных применимым в конкретном деле основанием прекращения уголовного преследования, в том числе должны соблюдать установленные законом условия такого прекращения. Иное противоречило бы обязанности соблюдать Конституцию Российской Федерации и законы, провозглашенной ее статьей 15 (часть 2), принципам законности, равенства, справедливости, уважения достоинства личности.

Суд также считает необходимым акцентировать внимание на том, что несмотря на то, что преступление, предусмотренное п. п. «ж, з» ч. 2 ст. 105 УК РФ (в редакции Федерального закона № 63-ФЗ от 13.06.1996 года), также отнесено уголовным законом к категории особо тяжких, санкция данной статьи предусматривает наказание в виде пожизненного лишения свободы, а также смертной казни.

В связи с чем, во взаимосвязи с положениями ч. 4 ст. 78 УК РФ, требования ч. 2.2 ст. 27 УПК РФ по преступлению, предусмотренному п. п. «ж, з» ч. 2 ст. 105 УК РФ (в редакции Федерального закона № 63-ФЗ от 13.06.1996 года) в отношении фио и фио неприменимы, поскольку вопрос о применении сроков давности к лицу, совершившему преступление, наказуемое смертной казнью или пожизненным лишением свободы, отнесено к исключительной компетенции суда, и, соответственно, правовые последствия, связанные с истечением сроков давности привлечения к уголовной ответственности, как и производные сроки, предусмотренные ч. 2.2 ст. 27 УПК РФ, в рамках предварительного следствия по данному преступлению не наступают.

В соответствии с ч. 3 ст. 237 УПК РФ при возвращении уголовного дела прокурору судья решает вопрос о мере пресечения в отношении обвиняемого.

Согласно ст. 110 УПК РФ мера пресечения отменяется, когда в ней отпадает необходимость, или изменяется на более строгую или более мягкую, когда изменяются основания для избрания меры пресечения, предусмотренные статьями 97 и 99 УПК РФ.

Постановлением Басманного районного суда адрес от 21 июля 2025 года срок содержания под стражей подсудимым ФИО1 и ФИО2 продлен до 26 октября 2025 года.

Основания, по которым ФИО1 и ФИО2 избрана мера пресечения в виде заключения под стражу, не отпали, свою актуальность в настоящее время не утратили, в связи с чем оснований для отмены избранной меры пресечения в отношении каждого из подсудимых не имеется.

Арест на имущество обвиняемого фио надлежит сохранить, поскольку основания, по которым был наложен арест, в настоящий момент не отпали и не изменились.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 237, 255 УПК РФ,

П О С Т А Н О В И Л:

Уголовное дело в отношении ФИО1, обвиняемого в совершении преступлений, предусмотренных п. п. «ж, з» ч. 2 ст. 105 УК РФ (в редакции Федерального закона № 63-ФЗ от 13.06.1996 года), п. «в» ч. 4 ст. 162 УК РФ (в редакции Федерального закона от 08.12.2003 № 162-ФЗ), ФИО2, обвиняемого в совершении преступлений, предусмотренных п. п. «ж, з» ч. 2 ст. 105 УК РФ (в редакции Федерального закона № 63-ФЗ от 13.06.1996 года), п. «в» ч. 4 ст. 162 УК РФ (в редакции Федерального закона от 08.12.2003 № 162-ФЗ) – возвратить Первому заместителю Басманного межрайонного прокурора адрес на основании п. 1 ч. 1 ст. 237 УПК РФ для устранения препятствий его рассмотрения судом.

Меру пресечения в виде заключения под стражу подсудимым ФИО1, ФИО2 - оставить без изменения.

Арест, наложенный на основании постановления Басманного районного суда адрес от 03.06.2025 на имущество обвиняемого фио, а именно денежные средства, находящиеся на его расчетном счете, открытом в ПАО «Сбербанк», в пределах суммы причиненного ущерба в размере сумма – сохранить до принятия итогового решения по делу.

Настоящее постановление может быть обжаловано в Московский городской суд в течение 15 суток со дня его вынесения. В случае подачи апелляционной жалобы подсудимые вправе ходатайствовать о своем участии в ее рассмотрении судом апелляционной инстанции.

Судья Т.С. Вахрамеев