Апелляционное определение № 33-2362/2026 от 24 марта 2026 г.

Судья Топорков М.М. дело № 33-2362/2026

(УИД 34RS0№ <...>-22)


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

25 марта 2026 года г. Волгоград

Судебная коллегия по гражданским делам Волгоградского областного суда в составе:

председательствующего судьи Торшиной С.А.,

судей: Жабиной Н.А., Попова К.Б.,

при секретаре Логиной А.А.,

рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело № <...> по иску ФИО1 к ФИО2, ФИО3 о признании недействительным договора дарения, признании заключенным договора купли-продажи, взыскании стоимости доли жилого помещения

по апелляционной жалобе и дополнениям к апелляционной жалобе ответчика ФИО2 в лице представителя ФИО4

на решение Камышинского городского суда Волгоградской области от 19 ноября 2025 года, с учетом определения об исправлении описки от ДД.ММ.ГГГГ, которым

иск ФИО1 к ФИО2, ФИО3 о признании недействительным договора дарения, признании заключенным договора купли-продажи, взыскании стоимости доли жилого помещения удовлетворен.

Признан договор дарения ? доли квартиры, расположенной по адресу: <адрес>, с кадастровым номером № <...>, заключенный ДД.ММ.ГГГГ между ФИО2 и ФИО3, недействительным.

Исключена из Единого государственного реестра недвижимости запись о регистрации ? доли права собственности за ФИО3 за номером № <...> от ДД.ММ.ГГГГ.

Признан заключенным договор купли-продажи ? доли квартиры, расположенной по адресу: <адрес>, с кадастровым номером № <...>, между ФИО2 (продавец) и ФИО1 (покупатель).

Взыскана с ФИО1 в пользу ФИО3 стоимость ? доли квартиры, расположенной по адресу: <адрес>, с кадастровым номером № <...>, в размере 548674 рублей 07 копеек, внесенных в качестве обеспечительных мер на счет Управления Федерального казначейства по <адрес> (Управление Судебного департамента в <адрес>) согласно чеку от ДД.ММ.ГГГГ, УПНО № <...>.

Заслушав доклад судьи Торшиной С.А., выслушав представителя ответчика ФИО2 – ФИО4, поддержавшего доводы апелляционной жалобы, представителя истца ФИО1 – Кельна А.Б., возражавшего против доводов апелляционной жалобы, судебная коллегия по гражданским делам Волгоградского областного суда

УСТАНОВИЛА:

ФИО1 обратилась с иском к ФИО2, ФИО3 о признании недействительным договора дарения, признании заключенным договора купли-продажи, взыскании стоимости доли жилого помещения.

В обоснование иска указала, что она является собственником ? доли квартиры, расположенной по адресу: <адрес>, кадастровый № <...>, на основании свидетельств о праве на наследство по закону после смерти отца ФИО5

ФИО2 также является собственником ? доли данного жилого помещения.

После оформления права собственности на спорное имущество ответчик неоднократно предлагал продать квартиру или выкупить принадлежащую ей долю за 1500000 рублей, что является явно завышенной стоимостью.

ДД.ММ.ГГГГ ответчик в ее адрес направил уведомление о намерении продать принадлежащую долю в спорной квартире за 1000000 рублей с предоставлением преимущественного права выкупа, однако она согласия не выразила.

С ноября 2024 года ответчик систематически размещал объявление о продаже доли в квартире, при этом периодически понижая стоимость принадлежащей ему доли, вплоть до 875000 рублей, однако с таким предложением ответчик к ней не обращался.

В июле 2025 года ей стало известно, что ФИО2 подарил принадлежащую ему долю ФИО3, однако данная сделка прикрывает фактически сделку купли-продажи ? доли спорной квартиры. Стоимость спорной доли в договоре дарения указана в размере 548647 рублей 07 копеек.

Ссылаясь на указанные обстоятельства, истец просила суд признать договор дарения ? доли квартиры, расположенной по адресу: <адрес>, кадастровый № <...>, заключенный ДД.ММ.ГГГГ между ФИО2 и ФИО3, ничтожным, признать заключенным договор купли-продажи ? доли указанной квартиры, между ФИО1, с одной стороны, и ФИО2, с другой стороны, взыскать с ФИО1 в пользу ФИО3 стоимость ? доли квартиры в размере 548674 рублей 07 копеек.

Суд постановил указанное выше решение.

В апелляционной жалобе и дополнениях к апелляционной жалобе представитель ФИО2 ? ФИО4 оспаривает законность и обоснованность постановленного судом решения, просит решение отменить, принять по делу новое решение. Ссылается на допущенные судом нарушения норм материального и процессуального права, неверное определение обстоятельств, имеющих значение для дела. Полагает, что у суда первой инстанции отсутствовали правовые основания для удовлетворения иска, поскольку фактически между ФИО2 и ФИО3 был заключен договор дарения доли квартиры, признак возмездной сделки отсутствует, доказательства факта передачи денежных средств не представлено. Ответчик решил подарить принадлежащую ему долю в спорной квартире ФИО3, поскольку она помогла ему в организации похорон его отца. Кроме того, взысканная судом с истца в пользу ФИО3 стоимость ? доли спорного жилого помещения не соответствует рыночной стоимости данного объекта недвижимости.

Истец ФИО1, ответчик ФИО2, ответчик ФИО3, третье лицо нотариус ФИО6, представитель третьего лица Управления Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по <адрес>, надлежащим образом извещенные о времени и месте рассмотрения дела в суде апелляционной инстанции, в судебное заседание не явились, доказательств уважительности причин неявки не представили, в связи с чем на основании статьи 167 Гражданского процессуального права Российской Федерации, судебная коллегия находит возможным рассмотрение дела в их отсутствие.

Проверив законность и обоснованность решения суда первой инстанции в соответствие со статьей 327.1 Гражданского процессуального права Российской Федерации в пределах доводов, изложенных в апелляционной жалобе, изучив материалы дела, оценив имеющиеся в деле доказательства, судебная коллегия не находит оснований для отмены постановленного решения.

В соответствии со статьей 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации основаниями для отмены или изменения решения суда в апелляционном порядке являются неправильное определение обстоятельств, имеющих значение для дела; недоказанность установленных судом первой инстанции обстоятельств, имеющих значение для дела; несоответствие выводов суда первой инстанции, изложенных в решении суда, обстоятельствам дела; нарушение или неправильное применение норм материального права или норм процессуального права.

Таких нарушений норм материального и процессуального права при рассмотрении настоящего дела судом первой инстанции допущено не было.

Согласно пункту 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, ничтожна.

В пункте 87 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 года № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что в связи с притворностью недействительной может быть признана лишь та сделка, которая направлена на достижение других правовых последствий и прикрывает иную волю всех участников сделки. Намерения одного участника совершить притворную сделку для применения указанной нормы недостаточно. К сделке, которую стороны действительно имели в виду (прикрываемая сделка), с учетом ее существа и содержания применяются относящиеся к ней правила (пункт 2 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Для прикрытия сделки может быть совершена не только одна, но и несколько сделок. В таком случае прикрывающие сделки являются ничтожными, а к сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом ее существа и содержания применяются относящиеся к ней правила (пункт 88 Постановления Пленума).

Из содержания указанной нормы и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации следует, что в случае признания сделки недействительной в связи с притворностью суду необходимо установить действительную волю сторон, выяснить фактические отношения между сторонами, а также намерения каждой стороны. При этом следует учесть, что признание договора притворной сделкой не влечет таких последствий как реституция, поскольку законом в отношении притворных сделок предусмотрены иные последствия - применение к сделке, которую стороны действительно имели в виду (прикрываемой сделке), относящихся к ней правил, с учетом существа и содержания такой прикрываемой сделки.

К сделке, которую стороны действительно имели в виду (прикрываемая сделка), с учетом ее существа и содержания применяются относящиеся к ней правила (пункт 2 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации).

По смыслу действующего законодательства притворная сделка ничтожна потому, что не отражает действительных намерений сторон. Общим правилом является применение закона, относящегося к прикрытой сделке, при этом она представляет собой произвольную комбинацию условий прав и обязанностей, не образующих известного Кодексу состава сделки, и также может выходить за рамки гражданских сделок. Применение закона, относящегося к прикрытой сделке, состоит в оценке именно тех ее условий, которые указаны в законах, на которые ссылается истец.

Для признания сделки недействительной по мотиву ее притворности необходимо установить, что воля обеих сторон была направлена на совершение сделки, отличной от заключенной, а также, что сторонами в рамках исполнения притворной сделки выполнены все существенные условия прикрываемой сделки.

Согласно статье 572 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору дарения одна сторона (даритель) безвозмездно передает или обязуется передать другой стороне (одаряемому) вещь в собственность либо имущественное право (требование) к себе или к третьему лицу либо освобождает или обязуется освободить ее от имущественной обязанности перед собой или перед третьим лицом.

При наличии встречной передачи вещи или права либо встречного обязательства договор не признается дарением. К такому договору применяются правила, предусмотренные пунктом 2 статьи 170 настоящего Кодекса.

Согласно пункту 1 статьи 454 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору купли-продажи одна сторона (продавец) обязуется передать вещь (товар) в собственность другой стороне (покупателю), а покупатель обязуется принять этот товар и уплатить за него определенную денежную сумму (цену).

В соответствии с частью 2 статьи 35 Конституции Российской Федерации каждый вправе иметь имущество в собственности, владеть, пользоваться и распоряжаться им как единолично, так и совместно с другими лицами.

Согласно пункту 1 статьи 244 Гражданского кодекса Российской Федерации имущество, находящееся в собственности двух или нескольких лиц, принадлежит им на праве общей собственности.

Имущество может находиться в общей собственности с определением доли каждого из собственников в праве собственности (долевая собственность) или без определения таких долей (совместная собственность) (пункт 2 статье 244 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Статья 246 Гражданского кодекса Российской Федерации определяет, что участник долевой собственности вправе по своему усмотрению продать, подарить, завещать, отдать в залог свою долю либо распорядиться ею иным образом с соблюдением при ее возмездном отчуждении правил, предусмотренных статьей 250 этого же Кодекса.

В силу пункта 1 статьи 250 Гражданского кодекса Российской Федерации при продаже доли в праве общей собственности постороннему лицу остальные участники долевой собственности имеют преимущественное право покупки продаваемой доли по цене, за которую она продается, и на прочих равных условиях, кроме случая продажи с публичных торгов, а также случаев продажи доли в праве общей собственности на земельный участок собственником части расположенного на таком земельном участке здания или сооружения либо собственником помещения в указанных здании или сооружении.

Продавец доли обязан известить в письменной форме остальных участников долевой собственности о намерении продать свою долю постороннему лицу с указанием цены и других условий, на которых продает ее. Если остальные участники долевой собственности не приобретут продаваемую долю в праве собственности на недвижимое имущество в течение месяца, а в праве собственности на движимое имущество в течение десяти дней со дня извещения, продавец вправе продать свою долю любому лицу. В случае, если все остальные участники долевой собственности в письменной форме откажутся от реализации преимущественного права покупки продаваемой доли, такая доля может быть продана постороннему лицу ранее указанных сроков (пункт 2 статьи 250 Гражданского кодекса Российской Федерации).

При продаже доли с нарушением преимущественного права покупки любой другой участник долевой собственности имеет право в течение трех месяцев требовать в судебном порядке перевода на него прав и обязанностей покупателя (пункт 3 статьи 250 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Судом установлено и подтверждается материалами дела, что истцу ФИО1 на праве общей долевой собственности принадлежит ? доля жилого помещения – квартиры по адресу: <адрес>, с кадастровым номером № <...>

Ответчик ФИО2 также являлся собственником ? доли в данном жилом помещении.

На основании договора дарения от ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 передал свою долю спорной квартиры в собственность ФИО3, при этом стороны определили стоимость дара в размере 548674 рублей 07 копеек.

Переход прав собственности на указанную долю жилого помещения зарегистрирован в Едином государственном реестре недвижимого имущества и сделок с ним.

Судом также установлено, что ответчик ФИО2 перед заключением указанного договора дарения имел намерение распорядится принадлежащей ему долей объекта недвижимости, что подтверждается размещением на сайте «Авито» объявления о продаже спорной доли квартиры, перепиской сторон в мессенждерах, в которой явно прослеживается конфликтный характер отношений между наследниками имущества.

Факт получения ФИО2 денежных средств за продажу доли в спорной квартире от ФИО3 после подписания договора дарения подтвердил в судебном заседании представитель ответчика.

Оценив представленные сторонами доказательства по правилам статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации в их совокупности с объяснениями сторон, суд первой инстанции пришел к выводу о притворном характере договора дарения от ДД.ММ.ГГГГ, поскольку между ответчиками отсутствуют родственные либо иные отношения, которыми мог быть обусловлен безвозмездный характер договора дарения, а доказательств, объясняющих дарение дорогостоящего имущества, не представлено. Кроме того, суд также учел обстоятельства, предшествовавшие заключению спорной сделки, а именно наличие публичного объявления о продаже недвижимости с поэтапным снижением цены, а также подтверждение получения ФИО2 денежных средств от ФИО3 в счет передачи спорной доли после заключения договора дарения.

Установив приведенные по делу обстоятельства, проанализировав имеющиеся в деле доказательства, суд пришел к выводу, что оспариваемый договор дарения доли квартиры носил возмездный характер. При этом воля обеих сторон сделки была направлена именно на куплю-продажу доли квартиры, совершенную в обход статьи 250 Гражданского кодекса Российской Федерации. В связи с чем договор дарения является притворной сделкой, прикрывающей договор купли-продажи, совершенный с нарушением преимущественного права покупки другого долевого собственника – ФИО1, что влечет переход прав и обязанностей к последней от покупателя ФИО3

Судебная коллегия считает, что при разрешении настоящего спора правоотношения сторон в рамках заявленных требований и закон, подлежащий применению, определены судом первой инстанции правильно, обстоятельства, имеющие правовое значение, установлены на основании добытых по делу доказательств, оценка которым дана согласно статье 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, в связи с чем, доводы апелляционной жалобы, оспаривающие выводы суда по существу рассмотренного спора, направленные на иную оценку доказательств, не могут повлиять на содержание постановленного судом решения.

Доводы апелляционной жалобы ответчика о том, что договор дарения носил реальный характер, подлежат отклонению, поскольку в материалах дела имеется достаточная совокупность достоверных и убедительных доказательств мнимости заключенного договора дарения, поскольку данный договор носил возмездный характер, что исключает его квалификацию в качестве договора дарения.

Доводы стороны ответчика ФИО2 о том, что денежные средства передавались им ФИО3 не в счет оплаты стоимости приобретаемой ей в будущем квартиры, а в счет долговых обязательств, отклоняются судебной коллегией, поскольку каких-либо доказательств, отвечающих требованиям относимости и допустимости, подтверждающих наличие между ответчиками правоотношений, вытекающих из договора займа, материалы дела не содержат.

Доводы апелляционной жалобы, что при заключении договора ответчиками нотариусом им были разъяснены характер сделки и ее правовые последствия, не опровергают выводы суда первой инстанции, поскольку стороны сделки своими действиями имели намерение оформить сделку как безвозмездную с целью избежать необходимость соблюдения преимущественного права второго участника долевой собственности на приобретение доли спорной квартиры.

Соглашаясь с выводами суда первой инстанции о том, что договор дарения между ФИО2 и ФИО3 фактически прикрывал договор купли-продажи, судебная коллегия отмечает недобросовестный характер поведения сторон данной сделки.

Частью 3 статьи 17 Конституции Российской Федерации установлено, что осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц.

Данному конституционному положению корреспондирует пункт 3 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации, согласно которому при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно.

В пункте 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации закреплена недопустимость действий граждан и юридических лиц, осуществляемых исключительно с намерением причинить вред другому лицу, а также злоупотребление правом в иных формах.

По смыслу приведенных выше законоположений, добросовестность при осуществлении гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей предполагает поведение, ожидаемое от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующее ей.

При этом установление злоупотребления правом одной из сторон влечет принятие мер, обеспечивающих защиту интересов добросовестной стороны от недобросовестного поведения другой стороны.

Поведение одной из сторон может быть признано недобросовестным не только при наличии обоснованного заявления другой стороны, но и по инициативе суда, если усматривается очевидное отклонение действий участника гражданского оборота от добросовестного поведения. В этом случае суд при рассмотрении дела выносит на обсуждение обстоятельства, явно свидетельствующие о таком недобросовестном поведении, даже если стороны на них не ссылались. Если будет установлено недобросовестное поведение одной из сторон, суд в зависимости от обстоятельств дела и с учетом характера и последствий такого поведения отказывает в защите принадлежащего ей права полностью или частично, а также применяет иные меры, обеспечивающие защиту интересов добросовестной стороны или третьих лиц от недобросовестного поведения другой стороны (абзацы четвертый, пятый пункта 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 года № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации»).

В данном случае судом первой инстанции установлено, что ФИО2 и ФИО3 при заключении спорной сделки действовали недобросовестно, в обход закона о преимущественном праве покупки другого долевого собственника. В результате чего указанные лица нарушили право ФИО1, являющейся долевым собственником спорной квартиры, не имеющей возможности воспользоваться преимущественным правом покупки доли квартиры, которая отчуждена ответчиком постороннему лицу.

Ссылки в апелляционной жалобе стороны ответчика на то, что взысканная судом с истца в пользу ФИО3 стоимость ? доли спорного жилого помещения не соответствует рыночной стоимости данного объекта недвижимости, не влекут отмену постановленного судом решения.

Установив, что в пункте 2.1 договора стороны указали стоимость спорной доли в размере 548674 рублей 07 копеек, что соответствует кадастровой стоимости объекта недвижимости согласно выписке из Единого государственного реестра недвижимости, суд первой инстанции пришел к выводу, что таким образом они согласовали условие о цене купли-продажи недвижимости в требуемой форме. В связи с чем суд пришел к выводу о наличии оснований для применения последствий недействительной ничтожности притворной сделки посредством признания спорного договора дарения договором купли-продажи. При этом сделка, совершенная с нарушением преимущественного права покупки, не может быть признана недействительной, в этом случае такое лицо может защищаться с помощью специального способа защиты, предусмотренного пунктом 3 статьи 250 Гражданского кодекса Российской Федерации посредством предъявления иска о переводе прав и обязанностей покупателя.

Кроме того, доводы ответчика ФИО2 о заниженной стоимости отчуждаемой им доли в пользу ФИО3 не могут быть приняты во внимание, поскольку перевод прав и обязанностей покупателя по договору купли-продажи прооизведен на истца ФИО1 с ответчика ФИО7, которая решение суда не оспаривает и не выражает несогласие с размером взысканной в ее пользу стоимости доли спорной квартиры. Тем самым определение судом стоимости доли спорной квартиры не нарушает права и законные интересы ответчика ФИО2, который распорядился своим имуществом по своему усмотрению.

Доводы апелляционной жалобе об отсутствии доказательств, подтверждающих факт передачи денежных средств от ФИО2 в пользу ФИО3, со ссылкой, что утверждение представителя ответчика о передачи денежных средств являлось предположительным, документально бездоказательным, не могут служить основанием для отмены решения суда, поскольку указанные доводы расцениваются судебной коллегией как способ избежать ответственности по данному спору.

Доводы апелляционной жалобы по существу сводятся к несогласию с выводами суда и не содержат фактов, которые не были бы проверены и не учтены судом первой инстанции при рассмотрении дела и имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли на обоснованность и законность судебного решения, либо опровергали выводы суда первой инстанции, в связи с чем, признаются судом апелляционной инстанции несостоятельными, и не могут служить основанием для отмены решения суда.

Согласно статье 328 Гражданского процессуального кодекса РФ по результатам рассмотрения апелляционных жалобы, представления суд апелляционной инстанции вправе оставить решение суда первой инстанции без изменения, апелляционные жалобу, представление без удовлетворения.

Учитывая, что при рассмотрении дела судом первой инстанции установлены все значимые по делу обстоятельства, нормы материального и процессуального права применены правильно, выводы, сделанные судом первой инстанции полностью основаны на оценке фактов установленных судом, достоверность которых подтверждена исследованными доказательствами, полученными с соблюдением процессуальных норм права, исследованными как в отдельности, так и в совокупности, то суд апелляционной инстанции не находит правовых оснований для удовлетворения апелляционной жалобы.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 328, 329 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия по гражданским делам Волгоградского областного суда

ОПРЕДЕЛИЛА:

решение Камышинского городского суда Волгоградской области от 19 ноября 2025 года, с учетом определения об исправлении описки от ДД.ММ.ГГГГ, оставить без изменения, апелляционную жалобу и дополнения к ней ФИО2 в лице представителя ФИО4 – без удовлетворения.

Определение суда апелляционной инстанции вступает в законную силу со дня его принятия.

Апелляционное определение может быть обжаловано в кассационном порядке в Четвертый кассационный суд общей юрисдикции в срок, не превышающий трех месяцев со дня изготовления мотивированного апелляционного определения.

Мотивированное апелляционное определение изготовлено ДД.ММ.ГГГГ.

Председательствующий

Судьи