Решение № 12-123/2021 5-798/2021 от 24 марта 2021 г. по делу № 12-123/2021

Судья Губаева Д.Ф. дело № 12-123/2021

(№ 5-798/2021)


РЕШЕНИЕ

Судья Верховного суда Республики Коми Колесникова Д.А.,

при секретаре судебного заседания Тырышкиной Н.Н.,

рассмотрев в открытом судебном заседании 24 марта 2021 года в городе Сыктывкаре Республики Коми жалобу лица, в отношении которого ведется производство по делу об административном правонарушении, ФИО1 на постановление судьи Сыктывкарского городского суда Республики Коми от 31 января 2021 года по делу об административном правонарушении, предусмотренном частью 5 статьи 20.2 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, в отношении ФИО1,

установил:

старшим инспектором ОИАЗ ОП № 2 УМВД России по городу Сыктывкару 31 января 2021 года МАВ в отношении ФИО1 составлен протокол СР №673782 об административном правонарушении, ответственность за которое установлена частью 5 статьи 20.2 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях.

На основании определения от 31 января 2021 года названный протокол об административном правонарушении и сопутствующие ему материалы в соответствии со статьей 23.1 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях переданы на рассмотрение в Сыктывкарский городской суд Республики Коми.

По итогам рассмотрения дела об административном правонарушении с участием лица, в отношении которого велось производство по делу об административном правонарушении, постановлением судьи Сыктывкарского городского суда Республики Коми от 31 января 2021 года ФИО1 признан виновным в совершении административного правонарушения, предусмотренного частью 5 статьи 20.2 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, и подвергнут административному наказанию в виде административного штрафа в размере 10 000 рублей.

Находя постановленный судебный акт незаконным, лицо, в отношении которого ведется производство по делу об административном правонарушении, ФИО1 обратился в Верховный Суд Республики Коми с жалобой, в которой просит о его отмене и прекращении производства по делу ввиду отсутствия состава административного правонарушения, указывая на допущенные процессуальные нарушения. Так в обоснование доводов о допущенных процессуальных нарушениях в жалобе указано на нарушение положений пункта 3 статьи 6 Европейской Конвенции по правам человека, выразившихся в необеспечении достаточных времени и возможностей для подготовки ФИО1 своей защиты. В обоснование доводов о допущенных процессуальных нарушениях в жалобе также указано на рассмотрение дела в отсутствие должностного лица, наделенного полномочиями поддерживать выдвинутое против него обвинение, что, по мнению подателя жалобы, вынудило суд взять на себя часть функций стороны обвинения, лишило суд таких предполагаемых качеств, как независимость и беспристрастность, чем повлекло в отношении заявителя нарушение пункта 1 статьи 6 Европейской Конвенции. В числе доводов об отсутствии состава административного правонарушения ФИО1, не оспаривая участие в публичном мероприятии, имевшем место в описанные в протоколе об административном правонарушении события, между тем, ссылаясь на международные обязательства России, как субъекта международного права, и признанные стандарты обеспечения свободы мирных собраний, настаивает на том, что участники мирного собрания не должны подлежать административному преследованию в случаях, когда не удалось должным образом уведомить уполномоченный органом о проведении такого мирного собрания, которое имело место 31 января 2021 года, обратное свидетельствует о нарушении статьи 11 Европейской Конвенции по правам человека. Также указывает, что у Сыктывкарского городского суда Республики Коми не было оснований для его привлечения к административной ответственности, так как митинг, в котором он принял участие, носил исключительно мирный характер и был посвящен важным проблемам общества, а протестующие манифестанты не нарушали общественный порядок и не создавали угроз общественной безопасности, не участвовали в актах насилия и не призывали к насильственным действиям. В обоснование допущенного нарушения прав ФИО1, указанных в пункте 1 статьи 5 и в статье 11 Европейской Конвенции по правам человека, ссылается на незаконность и недопустимость произведенных в отношении него доставления и задержания, о чем соответствующие процессуальные акты должностными лицами не составлялись, тогда как задержание длилось более трех часов, при том, что невозможность составления протокола об административном правонарушении без применения таких мер обеспечения производства по делу об административном правонарушении, материалы дела не содержат.

Лицо, в отношении которого ведется производство по делу об административном правонарушении, ФИО1, в судебном заседании суда апелляционной инстанции на доводах жалобы настаивал, с постановлением по делу об административном правонарушении выразил несогласие, указав, что не считает себя участником митинга, поскольку каких-либо лозунгов не скандировал, а просто проходил мимо митингующих, его заинтересовало происходящее и он остановился, чтобы посмотреть; требования сотрудников полиции слышал, но не придавал им значения, поскольку не относил себя к митингующим. В суде апелляционной инстанции ходатайство о допуске в качестве его защитника МЭА, указанное им в жалобе, не поддержал, полагал возможным рассмотрение жалобы без участия защитника.

Должностное лицо, составившее протокол об административном правонарушении, старший инспектором ОИАЗ ОП № 2 УМВД России по городу Сыктывкару МАВ, в суде апелляционной иснтнции поддержала квалификацию действий ФИО1 по части 5 статьи 20.2 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, указанную в протоколе, пояснив, что при его составлении пришла к выводу о наличии в действиях ФИО1 состава административного правонарушения, исходя из представленного рапорта, видеозаписи и иных материалов, которые сомнений в участии ФИО1 в несанкционированном публичном мероприятии не вызывали.

Допрошенные в качестве свидетелей командир ОВ ОР ОМОН Управления Росгвардии по Республике Коми Я. и полицейский-боец ОМОН Управления Росгвардии по Республике Коми Ш., составившие рапорт, в судебном заседании подтвердили присутствие ФИО1 в публичном мероприятии и его сопровождение ими в автобус для доставления в отдел внутренних дел.

Заслушав объяснения лица, в отношении которого ведется производство по делу об административном правонарушении, ФИО1, показания должностного лица, составившего протокол об административном правонарушении, МАВ, показания свидетелей Я. и Ш., проверив материалы дела об административном правонарушении, просмотрев видеозапись, изучив доводы жалобы, прихожу к следующим выводам.

Частью 5 статьи 20.2 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях предусмотрена административная ответственность за нарушение участником публичного мероприятия установленного порядка проведения собрания, митинга, демонстрации, шествия или пикетирования, за исключением случаев, предусмотренных частью 6 данной статьи, предусматривающей административную ответственность за те же действия, повлекшие причинение вреда здоровью человека или имуществу, если они не содержат уголовно наказуемого деяния.

Статьей 31 Конституции Российской Федерации гарантировано право граждан Российской Федерации собираться мирно, без оружия проводить собрания, митинги и демонстрации, шествия и пикетирование.

Порядок организации и проведения публичных мероприятий определен Федеральным законом от 19 июня 2004 года № 54-ФЗ «О собраниях, митингах, демонстрациях, шествиях и пикетированиях» (далее - Федеральный закон № 54-ФЗ).

В рамках организации публичного мероприятия Федеральным законом № 54-ФЗ предусмотрен ряд процедур, направленных на обеспечение мирного и безопасного характера публичного мероприятия, согласующегося с правами и интересами лиц, не принимающих в нем участия, и позволяющих избежать возможных нарушений общественного порядка и безопасности (статья 4).

К таким процедурам относится уведомление о проведении публичного мероприятия, которое в силу пункта 1 части 4 статьи 5 Федерального закона № 54-ФЗ организатор публичного мероприятия обязан подать в орган исполнительной власти субъекта Российской Федерации или орган местного самоуправления не ранее 15 и не позднее 10 дней до дня проведения публичного мероприятия (часть 1 статьи 7), а также не позднее чем за три дня до дня проведения публичного мероприятия (за исключением собрания и пикетирования, проводимого одним участником) информировать соответствующий орган публичной власти в письменной форме о принятии (непринятии) его предложения об изменении места и (или) времени проведения публичного мероприятия, указанных в уведомлении о проведении публичного мероприятия (пункты 1 и 2 статьи 5).

Частью 5 статьи 5 Федерального закона № 54-ФЗ предусмотрено, что организатор публичного мероприятия не вправе проводить его, если уведомление о проведении публичного мероприятия не было подано в срок либо если с органом исполнительной власти субъекта Российской Федерации или органом местного самоуправления не было согласовано изменение по их мотивированному предложению места и (или) времени проведения публичного мероприятия.

Как следует из правовой позиции, сформулированной Конституционным Судом Российской Федерации в определениях от 24 октября 2013 года № 1618-О и № 1619-О, Федеральный закон № 54-ФЗ в целях обеспечения мирного, доступного и безопасного характера публичных мероприятий, проводимых в форме собрания, митинга, демонстрации, шествия или пикетирования, закрепляет права и обязанности организатора публичного мероприятия (статьи 5, 7, 9, 11), участников публичного мероприятия (статья 6), а также органов публичной власти и их должностных лиц (статьи 12 - 17). Данным положениям корреспондируют положения Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, которыми предусмотрена административная ответственность за нарушение законодательства о собраниях, митингах, демонстрациях, шествиях и пикетированиях (статьи 5.38, 20.2), в том числе ответственность участника публичного мероприятия за нарушение установленного порядка проведения собрания, митинга, демонстрации, шествия или пикетирования (части 5 и 6 статьи 20.2). При этом в силу общих положений данного Кодекса (часть 1 статьи 2.1) ответственность участника публичного мероприятия может наступать только в случае совершения им противоправных, виновных действий или его противоправного, виновного бездействия.

Частью 1 статьи 6 Федерального закона «О собраниях, митингах, демонстрациях, шествиях и пикетированиях» установлено, что участниками публичного мероприятия признаются граждане, члены политических партий, члены и участники других общественных объединений и религиозных объединений, добровольно участвующие в нем.

Согласно правовой позиции, изложенной в пункте 33 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 июня 2018 года № 28 «О некоторых вопросах, возникающих у судов при рассмотрении административных дел и дел об административных правонарушениях, связанных с применением законодательства о публичных мероприятиях» нарушение участником мирного публичного мероприятия установленного порядка проведения публичного мероприятия, влекущее административную ответственность по части 5 статьи 20.2 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, может иметь место только в случае невыполнения (нарушения) участником публичного мероприятия обязанностей (запретов), установленных частями 3, 4 статьи 6 Закона о публичных мероприятиях.

В силу части 3 статьи 6 Федерального закона № 54-ФЗ, во время проведения публичного мероприятия его участники обязаны выполнять все законные требования организатора публичного мероприятия, уполномоченных им лиц, уполномоченного представителя органа исполнительной власти субъекта Российской Федерации или органа местного самоуправления и сотрудников органов внутренних дел (военнослужащих и сотрудников войск национальной гвардии Российской Федерации); соблюдать общественный порядок и регламент проведения публичного мероприятия; соблюдать требования по обеспечению транспортной безопасности и безопасности дорожного движения, предусмотренные федеральными законами и иными нормативными правовыми актами, если публичное мероприятие проводится с использованием транспортных средств.

Как усматривается из материалов дела, в период времени с 13 часов 00 минут до 13 часов 40 минут 31 января 2021 года ФИО1, являясь участником публичного мероприятия, проводимого в форме митинга, несогласованного с администрацией МО ГО «Сыктывкар», около дома 8 по улица Коммунистической города Сыктывкара Республики Коми не выполнил требования сотрудников полиции о прекращении участия в несогласованном публичном мероприятии, чем нарушил требования пункта 1 части 3 статьи 6 Федерального закона от 19 июня 2004 года № 54-ФЗ «О собраниях, митингах, демонстрациях, шествиях и пикетированиях».

Действия ФИО1 квалифицированы по части 5 статьи 20.2 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях.

Факт совершения ФИО1 административного правонарушения, предусмотренного частью 5 статьи 20.2 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, подтверждается совокупностью имеющихся в материалах дела доказательств, в числе которых протокол СР № 673782 об административном правонарушении от 31 января 2021 года, составленный старшим инспектором ОИАЗ ОП № 2 УМВД России по городу Сыктывкару МАВ, рапорт сотрудников ОМОН Управления Росгвардии по Республике Коми Я. и Ш., показания свидетелей, видеозапись и иные материалы дела.

В силу положений статьи 26.2 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях доказательствами по делу об административном правонарушении являются любые фактические данные, на основании которых судья, орган, должностное лицо, в производстве которых находится дело, устанавливают наличие или отсутствие события административного правонарушения, виновность лица, привлекаемого к административной ответственности, а также иные обстоятельства, имеющие значение для правильного разрешения дела.

Протокол об административном правонарушении и другие материалы дела составлены в соответствии с требованиями закона, надлежащими должностными лицами, не доверять сведениям, указанным в них, оснований не имеется, в связи с чем, судья городского суда правильно признал их допустимыми доказательствами и положил в основу обжалуемого постановления, оценив по правилам статьи 26.11 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях.

Рапорт сотрудников полиции содержит необходимые сведения, указывающие на событие данного правонарушения и на лицо, к нему причастное, согласуется со сведениями, зафиксированными на видеозаписях, и не противоречит им. Каких-либо сведений, объективно свидетельствующих о заинтересованности указанных сотрудников полиции, материалы дела не содержат, а исполнение должностными лицами правоохранительных органов своих служебных обязанностей, включая выявление правонарушений, само по себе, не может свидетельствовать об их предвзятости в изложении совершенного ФИО1 правонарушения.

Допрошенные Я. и Ш., рапорт которых предоставлен в материалы дела, суду показали, что действия ФИО1, продолжавшего находится среди участников публичного мероприятия, несмотря на неоднократные требования сотрудников полиции о прекращении участия в таком мероприятии, не вызывали сомнений в том, что ФИО1 принимал непосредственное участие в митинге. Аналогичные показания дала и МАВ, составившая протокол об административном правонарушении, указав, что ее обозрению при составлении протокола предлагались рапорт и видеозапись, отражающая события митинга. Все свидетели опознали на видеозаписи ФИО1

Вопреки доводам об обратном, показания сотрудников полиции последовательны, непротиворечивы между собой и в части юридически значимых обстоятельств, дополняют друг друга, согласуются с иными материалами дела, отвечают требованиям, предъявляемым Кодексом Российской Федерации об административных правонарушениях к такого вида доказательствам и признаются судом апелляционной инстанции достоверными относительно события рассматриваемого административного правонарушения.

Оснований сомневаться в правдивости и достоверности сведений, сообщенных указанными лицами, а также оснований полагать о наличии у них прямой, личной или косвенной заинтересованности в привлечении к административной ответственности ФИО1 не имеется. Исполнение ими своих служебных обязанностей, включая составление процессуальных документов, само по себе к такому выводу не приводит. Свидетели перед дачей показаний предупреждены об административной ответственности по статье 17.9 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, о чем отобрана подписка.

Совокупность исследованных доказательств является достаточной для установления вины ФИО1 в совершении вмененного правонарушения.

Вывод о наличии в действиях ФИО1 состава административного правонарушения, предусмотренного частью 5 статьи 20.2 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, соответствует фактическим обстоятельствам дела и представленным доказательствам, которые получили надлежащую оценку в судебном постановлении. Каких-либо противоречий или неустранимых сомнений, влияющих на правильность вывода судьи о доказанности вины ФИО1 в совершении описанного выше административного правонарушения, материалы дела не содержат.

Доводы ФИО1 о том, что он не являлся участником публичного мероприятия, поскольку, хотя и находился среди массы людей, между тем, активного участия не принимал, лозунгов не выкрикивал, плакатов не использовал, общественный порядок не нарушал, отклоняются судом апелляционной инстанции, как основанные на неверном токовании норм права.

Вышеперечисленные обязанности участника публичного мероприятия устанавливаются для него Федеральным законом безусловно и не связываются законодателем с тем, принимало ли лицо участие в согласованном, либо не согласованном с органами исполнительной власти публичном мероприятии, занимало ли лицо активную роль или нет.

Вне зависимости от этого участник публичного мероприятия обязан соблюдать установленный Федеральным законом «О собраниях, митингах, демонстрациях, шествиях и пикетированиях» порядок проведения публичного мероприятия в части, касающейся его обязанностей, и не нарушать установленные для участников запреты.

Довод жалобы о нарушении права на свободу выражения мнения и свободу мирных собраний не может служить основанием к отмене судебного постановления.

Положения Федерального закона № 54-ФЗ неоднократно были предметом рассмотрения Конституционного Суда Российской Федерации, который в своем Определении от 2 апреля 2009 года № 484-О-П отметил, что гарантированное Конституцией Российской Федерации, её статьёй 31, право граждан Российской Федерации собираться мирно, без оружия, проводить собрания, митинги и демонстрации, шествия и пикетирование может быть ограничено федеральным законом в той мере, в какой это необходимо в целях защиты основ конституционного строя, нравственности, здоровья, прав и законных интересов других лиц, обеспечения обороны страны и безопасности государства (часть 3 статьи 55 Конституции Российской Федерации).

Частью 3 статьи 17 Федерального закона № 54-ФЗ установлено, что осуществление названного права не должно нарушать права и свободы других лиц.

Согласно части 2 статьи 10 Конвенции (свобода выражения мнения) осуществление свобод, налагающее обязанности и ответственность, может быть сопряжено с определенными формальностями, условиями, ограничениями или санкциями, которые предусмотрены законом и необходимы в демократическом обществе в интересах национальной безопасности, территориальной целостности или общественного порядка, в целях предотвращения беспорядков или преступлений, для охраны здоровья и нравственности, защиты репутации или прав других лиц, предотвращения разглашения информации, полученной конфиденциально, или обеспечения авторитета и беспристрастности правосудия. В силу части 2 статьи 11 Конвенции (свобода собраний и объединений) осуществление прав не подлежит никаким ограничениям, кроме тех, которые предусмотрены законом и необходимы в демократическом обществе в интересах национальной безопасности и общественного порядка, в целях предотвращения беспорядков и преступлений, для охраны здоровья и нравственности или защиты прав и свобод других лиц. Настоящая статья не препятствует введению законных ограничений на осуществление этих прав лицами, входящими в состав вооруженных сил, полиции или административных органов государства.

Такой подход согласуется с общепризнанными принципами и нормами международного права и находит отражение и в Постановлениях Европейского Суда по правам человека от 26 июля 2007 года по делу «ФИО2 против Российской Федерации», от 14 февраля 2006 года по делу «Христианско-демократическая народная партия против Молдовы» и от 20 февраля 2003 года по делу «Джавит Ан (Djavit An) против Турции».

Таким образом, согласно буквальному толкованию Конвенции, приведенные выше права могут быть ограничены законом, которым в данном случае выступает Федеральный закон от 19 июня 2004 года №54-ФЗ «О собраниях, митингах, демонстрациях, шествиях и пикетированиях», принятым в установленном порядке, не утратившим юридическую силу, устанавливающим должный порядок реализации прав на указанные мероприятия в целях соблюдения баланса прав и обязанностей граждан и общества, регулирующего, в том числе возникшие в данном деле правоотношения.

Указанный порядок реализации права ФИО1 не учитывается. Вместе с тем, иная точка зрения лица, в отношении которого ведется производство по делу об административном правонарушении, сводящаяся, в том числе к игнорированию указанных положений Конвенции о защите прав человека и основных свобод, указанного Федерального закона, сама по себе, основанием для иного вывода по делу не является.

С учетом изложенного, участие в публичном мероприятии в форме митинга, шествия, проводимом в нарушение требований Федерального закона № 54-ФЗ, не свидетельствует о нарушении прав ФИО1 на свободу выражения мнения и свободу собраний.

Вопреки доводам жалобы, статья 10 Конвенции о защите прав человека и основных свобод, наряду с провозглашением права каждого свободно выражать свое мнение, исходит из того, что осуществление этой свободы налагает обязанности и ответственность, и может быть сопряжено с определенными формальностями, условиями, ограничениями или санкциями, которые предусмотрены в законе и необходимы в демократическом обществе в целях охраны здоровья и нравственности.

В рамках настоящего дела об административном правонарушении ФИО1 привлечен к административной ответственности не за участие в публичном мероприятии и выражение мнения по общественно-значимым вопросам, а за невыполнение законных требований сотрудников полиции, связанных с обеспечением общественного порядка, безопасности граждан и соблюдением законности при проведении публичного мероприятия, проведение которого не было согласовано, чем нарушил требование пункта 1 части 3 статьи 6 Федерального закона «О собраниях, митингах, демонстрациях, шествиях и пикетированиях».

О том, что ФИО1 был проинформирован о незаконности названного выше публичного мероприятия, следует из представленных в материалы дела доказательств, в том числе, рапорта сотрудников полиции, видеозаписи публичного мероприятия и не оспаривалось самим лицом, в отношении которого ведется производство по делу об административном правонарушении.

При таких обстоятельствах, ФИО1, зная о несогласованности публичного мероприятия, принял в нем участие, не прекратил участие в публичном мероприятии, в связи с чем, его действия правильно квалифицированы по части 5 статьи 20.2 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях.

Доводы жалобы о нарушении судом принципа состязательности и равноправия сторон, в связи с отсутствием в судебном заседании лица, исполняющего функцию государственного обвинения, основаны на ином толковании норм права и не влекут отмену или изменение судебного акта.

Статьей 6 Конвенции о защите прав и основных свобод, статьями 46, 47 Конституции Российской Федерации каждому гарантируется право на судебную защиту посредством независимого и беспристрастного суда, компетенция которого установлена законом.

Согласно разъяснениям, данным в пункте 10 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24 марта 2005 года № 5 «О некоторых вопросах, возникающих у судов при применении Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях» должностные лица, составившие протокол об административном правонарушении, а также органы и должностные лица, вынесшие постановление по делу об административном правонарушении, не являются участниками производства по делам об административных правонарушениях, круг которых перечислен в главе 25 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях. Вместе с тем при рассмотрении дел о привлечении лиц к ответственности за административное правонарушение, а также по жалобам и протестам на постановления по делам об административных правонарушениях в случае необходимости не исключается возможность вызова в суд указанных лиц для выяснения возникших вопросов.

Таким образом, требованиями Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях не предусмотрена необходимость обязательного участия в рассмотрении дела должностного лица, составившего протокол об административном правонарушении.

Вместе с тем, судом апелляционной инстанции при рассмотрении жалобы на постановление по делу об административном правонарушении была обеспечена явка должностного лица, составившего протокол об административном правонарушении, которое в судебном заседании подтвердило обстоятельства, изложенные в протоколе об административном правонарушении в отношении ФИО1

Вопреки утверждению в жалобе, действия ФИО1 квалифицированы в соответствии с нормами Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, какое-либо обвинение в рамках уголовного законодательства не предъявлялось, в связи с чем, нарушений процессуальных норм, выразившихся в рассмотрении дела в отсутствии обвинителя, судом не допущено.

Основания для привлечения прокурора к участию в данном деле, предусмотренные частью 2 статьи 25.11 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, также отсутствовали.

В соответствии с действующим законодательством, суд не является органом преследования, не выступает на стороне обвинения или стороне защиты. Суд создает необходимые условия для исполнения сторонами их процессуальных обязанностей и осуществления предоставленных им прав.

Утверждение подателя жалобы о недостаточности времени для подготовки своей защиты не свидетельствует о нарушении его процессуальных прав. Материалы дела позволяют сделать вывод о том, что право ФИО1 на защиту в ходе производства по делу нарушено не было. Он принимал участие при рассмотрении судьей городского суда дела об административном правонарушении, имел возможность дать объяснения относительно обстоятельств вмененного правонарушения, участвовал в исследовании доказательств, об отложении судебного заседания для обеспечения явки защитника не ходатайствовал, не возражал рассмотрению дела в отсутствие защитника, о чем подтвердил при рассмотрении дела в суде апелляционной инстанции.

К целям и задачам производства по делам об административных правонарушениях не относится достижение благоприятного для привлекаемого к административной ответственности лица результата, отвечающего его ожиданиям, а является всестороннее, полное и объективное рассмотрение всех обстоятельств дела в их совокупности, разрешение его в соответствии с законом.

Положения статьи 6 Конвенции о защите прав и основных свобод, статей 46 и 47 Конституции Российской Федерации в данном деле не нарушены.

Содержащиеся в жалобе доводы о незаконности примененного к ФИО1 доставления и административного задержания не могут повлечь отмену правильного по существу постановления, поскольку доставление и административное задержание относятся к обеспечительным мерам производства по делу об административном правонарушении, не влияющим на наличие либо отсутствие состава административного правонарушения.

Из смысла части 1 статьи 27.2 и части 1 статьи 27.3 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях следует, что возможность применения мер обеспечения производства по делу об административном правонарушении в виде доставления и административного задержания связана, соответственно, с необходимостью составления протокола об административном правонарушении при невозможности его составления на месте выявления административного правонарушения, обеспечения правильного и своевременного рассмотрения дела об административном правонарушении, поэтому применение к ФИО1 такой меры, как доставление, не противоречит требованиям названного Кодекса.

Утверждение в жалобе о нарушении прав ФИО1 при его задержании не соответствует фактическим обстоятельствам дела, поскольку административное задержание, предусмотренное в соответствии с пунктом 2 части 1 статьи 27.1 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, в отношении ФИО1 не применялось.

Кроме того, в соответствии с разъяснениями, содержащимися в абзаце четвертом пункта 40 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 июня 2018 года № 28 «О некоторых вопросах, возникающих у судов при рассмотрении административных дел и дел об административных правонарушениях, связанных с применением законодательства о публичных мероприятиях», действия (бездействия) должностных лиц, связанные с применением мер обеспечения производства по делу об административном правонарушении, могут быть оспорены лицом, к которому применены такие меры, законным представителем этого лица либо прокурором в суд общей юрисдикции по правилам главы 22 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации.

По существу доводы жалобы не содержат правовых аргументов, ставящих под сомнение законность и обоснованность обжалуемого судебного акта, поскольку направлены на переоценку имеющихся в деле доказательств, которые были исследованы судьей городского суда при рассмотрении дела об административном правонарушении.

В соответствии с общими правилами назначения административных наказаний административное наказание за совершение административного правонарушения назначается в пределах, установленных законом, предусматривающим ответственность за данное административное правонарушение в соответствии с Кодексом Российской Федерации об административных правонарушениях (часть 1 статьи 4.1 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях). При назначении административного наказания физическому лицу учитываются характер совершенного им административного правонарушения, личность виновного, его имущественное положение, обстоятельства, смягчающие административную ответственность, и обстоятельства, отягчающие административную ответственность (часть 2 статьи 4.1 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях).

При назначении наказания, суд учел характер совершенного административного правонарушения, фактические обстоятельства его совершения, личность виновного, его имущественное положение.

Оснований для признания, назначенного ФИО1 наказания чрезмерно суровым, не имеется. Назначенное ФИО1 административное наказание согласуется с его предупредительными целями (статья 3.1 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях), соответствует принципам законности, справедливости, неотвратимости и целесообразности юридической ответственности, а также тяжести содеянного.

Нарушений норм материального и процессуального права судьей городского суда допущено не было. Порядок и срок давности привлечения к административной ответственности не нарушены.

Нарушений Конституции Российской Федерации, Конвенции о защите прав человека и основных свобод, при рассмотрении дела в отношении ФИО1, а также норм Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, которые могли бы послужить основанием для изменения или отмены судебного постановления, в том числе по доводам жалобы не установлено.

Руководствуясь статьей 30.7 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, судья Верховного Суда Республики Коми

решил:

постановление судьи Сыктывкарского городского суда Республики Коми от 31 января 2021 года по делу об административном правонарушении, предусмотренном частью 5 статьи 20.2 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, в отношении ФИО1 оставить без изменения, жалобу лица, в отношении которого ведется производство по делу об административном правонарушении, ФИО1 – без удовлетворения.

Судья Д.А. Колесникова