Решение № 2-454/2020 2-454/2020~М-387/2020 М-387/2020 от 8 сентября 2020 г. по делу № 2-454/2020

Гражданское дело № 2-454/2020

УИД: 66RS0032-01-2020-000939-14


РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

г. Кировград Свердловской области

09 сентября 2020 года

Кировградский городской суд Свердловской области в составе:

председательствующего судьи Доевой И.Б.,

при секретаре судебного заседания Диланян А.С.,

с участием представителя истца ФИО1, действующего на основании ордера № 027645 от 03 августа 2020 года,

представителя ответчика ФИО2, действующей на основании доверенности № 5 от 04 марта 2020 года,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело № 2-454/2020 по иску ФИО3 к государственному учреждению – Управление Пенсионного фонда Российской Федерации в городе Кировграде и городе Верхнем Тагиле Свердловской области о включении периодов работы в специальный стаж, дающий право на досрочное назначение страховой пенсии по старости, признании права на досрочное назначение страховой пенсии по старости,

установил:

ФИО3 с учетом последующего уточнения исковых требований в соответствии со статьей 39 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации обратилась с вышеуказанным иском к государственному учреждению – Управление Пенсионного фонда Российской Федерации в городе Кировграде и городе Верхнем Тагиле Свердловской области (далее по тексту – ГУ - УПФ РФ в г. Кировграде и г. Верхнем Тагиле Свердловской области), указав, что 06 апреля 2020 года подала ответчику заявление о назначении досрочной страховой пенсии по старости на основании на основании пункта 19 части 1 статьи 30 Федерального закона от 28 декабря 2013 года № 400-ФЗ «О страховых пенсиях», однако решением № 457196/20 от 14 апреля 2020 года с учетом дополнительного решения от 26 августа 2020 года ей отказано в назначении пенсии в связи с тем, что по состоянию на 06 апреля 2020 года (дата обращения истца с заявлением о назначении пенсии) с учетом периодов, зачтенных решением Управления, специальный стаж истца на соответствующих видах работ составил 25 лет по состоянию на 03 февраля 2020 года, поскольку право на пенсию по пункту 19 части 1 статьи 30 Федерального закона от 28 декабря 2013 года № 400-ФЗ «О страховых пенсиях» возникло у истца в 20 году, с учетом части 3 статьи 10 Федерального закона от 03 октября 2018 года № 350-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации по вопросам назначения и выплаты пенсий» пенсия истцу может быть назначена только с 04 августа 2021 года. Специальный трудовой стаж истца, принятый к зачету составил 25 лет 02 месяца 01 день, страховой стаж 28 лет 07 месяцев 06 дней. При этом, из специального стажа ответчиком в том числе были исключены периоды с 21 ноября 2005 года по 26 ноября 2005 года, с 13 февраля 2006 года по 27 февраля 2006 года, с 17 апреля 2008 года по 26 апреля 2008 года, с 16 декабря 2009 года по 19 декабря 2009 года – курсы повышения квалификации в период работы в качестве учителя рисования МОУ СОШ № 8, с 12 мая 2016 года по 07 июня 2016 года, с 08 ноября 2016 года по 02 декабря 2016 года, с 10 января 2017 года по 03 февраля 2017 года, с 01 марта 2017 года по 30 июня 2017 года – учебные отпуска в период работы в качестве учителя рисования МОУ СОШ № 8. Не согласившись с данным решением, истец просила включить оспариваемые периоды в специальный стаж и возложить на ответчика обязанность назначить досрочную страховую пенсию по старости на основании пункта 19 части 1 статьи 30 Федерального закона от 28 декабря 2013 года № 400-ФЗ «О страховых пенсиях» с 06 апреля 2020 года, а также просила взыскать с ответчика судебные расходы по оплате государственной пошлины в размере 700 рублей, расходы по оплате юридических услуг представителя в размере 13000 рублей (л.д. 1-5, 61-64).

В судебное заседание истец не явилась, извещалась надлежащим образом. представила заявление о рассмотрении дела в свое отсутствие (л.д. 19).

Представитель истца ФИО1, действующий на основании ордера № 027645 от 03 августа 2020 года, в судебном заседании исковые требования и доводы, изложенные в исковом заявлении с учетом уточнений, поддержал; просил исковые требования удовлетворить в полном объеме.

Представитель ответчика ФИО2, действующая на основании доверенности № 5 от 04 марта 2020 года, исковые требования не признала, просила в удовлетворении иска отказать, представила в материалы дела отзыв на исковое заявление, в котором настаивала на правомерности обжалуемого решения ГУ - УПФ РФ в г. Кировграде и г. Верхнем Тагиле Свердловской области об отказе в назначении истцу досрочной страховой пенсии по старости.

Суд, с учетом мнения лиц, участвующих в деле, положений статьи 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, учитывая надлежащее извещение лиц участвующих в деле, отсутствие сведений о причинах неявки, а также отсутствие каких-либо ходатайств, препятствующих рассмотрению дела в данном судебном заседании, принимая во внимание, что участие в судебном заседании является правом, а не обязанностью лица, участвующего в деле, но каждому гарантируется право на рассмотрение дела в разумные сроки, определил рассмотреть дело при данной явке.

Заслушав лиц, участвующих в деле, исследовав и оценив представленные по делу доказательства в совокупности, суд полагает иск подлежащим удовлетворению.

Согласно части первой статьи 12 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, конкретизирующей статью 123 (часть 3) Конституции Российской Федерации, правосудие по гражданским делам осуществляется на основе состязательности и равноправия сторон.

В развитие указанных принципов статья 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации предусматривает, что каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом. Суд определяет, какие обстоятельства имеют значение для дела, какой стороне надлежит их доказывать, выносит обстоятельства на обсуждение, даже если стороны на какие-либо из них не ссылались.

Доказательствами по делу являются полученные в предусмотренном законом порядке сведения о фактах, на основе которых суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения сторон, а также иных обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения и разрешения дела. Эти сведения могут быть получены в том числе из показаний свидетелей, письменных и вещественных доказательств (часть 1 статьи 55 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

В соответствии с частью 1 статьи 196 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации при принятии решения суд оценивает доказательства, определяет, какие обстоятельства, имеющие значение для рассмотрения дела, установлены и какие обстоятельства не установлены, каковы правоотношения сторон, какой закон должен быть применен по данному делу и подлежит ли иск удовлетворению.

Суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств (часть 1 статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации). При этом, оценка доказательств и отражение ее результатов в судебном решении являются проявлением дискреционных полномочий суда, необходимых для осуществления правосудия, вытекающих из принципа самостоятельности судебной власти, что, однако, не предполагает возможности оценки судом доказательств произвольно и в противоречии с законом и не вправе ограничиваться установлением формальных условий применения нормы. Иное приводило бы к тому, что право на судебную защиту, закрепленное в части 1 статьи 46 Конституции Российской Федерации, оказывалось бы существенно ущемленным.

Согласно части 3 статьи 196 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд принимает решение по заявленным истцом требованиям.

Так, из правовой позиции, изложенной в Постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 03 июня 2004 года № 11-П в Российской Федерации как социальном государстве, политика которого направлена на создание условий, обеспечивающих достойную жизнь и свободное развитие человека, охраняется труд и здоровье людей, устанавливаются государственные пенсии, пособия и иные гарантии социальной защиты, развивается система социальных служб; каждый имеет право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, на вознаграждение за труд без какой бы то ни было дискриминации; каждому гарантируется социальное обеспечение по возрасту, в случае болезни, инвалидности, потери кормильца, для воспитания детей и в иных случаях, установленных законом (статья 7; статья 37, часть 3; статья 39, часть 1).

Важнейшим элементом социального обеспечения является пенсионное обеспечение. Государственные пенсии в соответствии со статьей 39 (часть 2) Конституции Российской Федерации устанавливаются законом.

В соответствии с частью 2 статьи 2 Федерального закона от 28 декабря 2013 года № 400-ФЗ «О страховых пенсиях» страховые пенсии устанавливаются и выплачиваются в соответствии с настоящим Федеральным законом. Изменение условий назначения страховых пенсий, норм установления страховых пенсий и порядка выплаты страховых пенсий осуществляется не иначе как путем внесения изменений в названный Федеральный закон.

По общему правилу право на страховую пенсию по старости имеют лица, достигшие возраста 65 и 60 лет (соответственно мужчины и женщины) с учетом положений, предусмотренных приложением 6 к настоящему Федеральному закону (часть 1 статьи 8 Федерального закона от 28 декабря 2013 года № 400-ФЗ «О страховых пенсиях» в редакции, действовавшей после 01 января 2019 года).

Согласно пункту 19 части 1 статьи 30 Федерального закона от 28 декабря 2013 года № 400-ФЗ «О страховых пенсиях» в редакции, действовавшей на момент подачи истцом заявления о назначении пенсии страховая пенсия по старости назначается ранее достижения возраста, установленного статьей 8 названного Закона, при наличии величины индивидуального пенсионного коэффициента в размере не менее 30 лицам, лицам, не менее 25 лет осуществлявшим педагогическую деятельность в учреждениях для детей, независимо от их возраста с применением положений части 1.1 настоящей статьи.

Из материалов дела следует, что 06 апреля 2020 года ФИО3, ДД.ММ.ГГГГ года рождения обратилась в ГУ - УПФ РФ в г. Кировграде и г. Верхнем Тагиле Свердловской области, представив документы для досрочного назначения страховой пенсии по старости в связи с осуществлением педагогической деятельности в соответствии с пунктом 19 части 1 статьи 30 Федерального закона от 28 декабря 2013 года № 400-ФЗ «О страховых пенсиях».

Решением ГУ - УПФ РФ в г. Кировграде и г. Верхнем Тагиле Свердловской области № 457196/20 от 14 апреля 2020 года с учетом дополнительного решения от 26 августа 2020 года истцу отказано в назначении пенсии в связи с тем, что по состоянию на 06 апреля 2020 года (дата обращения истца с заявлением о назначении пенсии) с учетом периодов, зачтенных решением Управления, специальный стаж истца на соответствующих видах работ составил 25 лет по состоянию на 03 февраля 2020 года, поскольку право на пенсию по пункту 19 части 1 статьи 30 Федерального закона от 28 декабря 2013 года № 400-ФЗ «О страховых пенсиях» возникло у истца в 20 году, с учетом части 3 статьи 10 Федерального закона от 03 октября 2018 года № 350-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации по вопросам назначения и выплаты пенсий» пенсия истцу может быть назначена только с 04 августа 2021 года; специальный трудовой стаж истца, принятый к зачету составил 25 лет 02 месяца 01 день, страховой стаж 28 лет 07 месяцев 06 дней, индивидуальный пенсионный коэффициент 58,391 (л.д. 39-40, 41).

При этом, из специального стажа ответчиком, в том числе были исключены периоды с 21 ноября 2005 года по 26 ноября 2005 года, с 13 февраля 2006 года по 27 февраля 2006 года, с 17 апреля 2008 года по 26 апреля 2008 года, с 16 декабря 2009 года по 19 декабря 2009 года – курсы повышения квалификации в период работы в качестве учителя рисования МОУ СОШ № 8, с 12 мая 2016 года по 07 июня 2016 года, с 08 ноября 2016 года по 02 декабря 2016 года, с 10 января 2017 года по 03 февраля 2017 года, с 01 марта 2017 года по 30 июня 2017 года – учебные отпуска в период работы в качестве учителя рисования МОУ СОШ № 8

Свое решение ответчик мотивировал тем, что включение спорных периодов не предусмотрено Правилами исчисления периодов работы, дающей право на досрочное назначение трудовой пенсии по старости в соответствии со статьями 27 и 28 Федерального закона «О трудовых пенсиях в Российской Федерации», утвержденными Постановлением Правительства Российской Федерации от 111 июля 2002 года № 516.

Разрешая требования истца в части включения спорных периодов в специальный стаж, дающий право на досрочное назначение страховой пенсии по старости, суд учитывает, что Списки соответствующих работ, производств, профессий, должностей, специальностей и учреждений (организаций), с учетом которых назначается страховая пенсия по старости в соответствии с частью 1 данной статьи, правила исчисления периодов работы (деятельности) и назначения указанной пенсии при необходимости утверждаются Правительством Российской Федерации (часть 2 статьи 30 Федерального закона от 28 декабря 2013 года № 400-ФЗ «О страховых пенсиях»).

Периоды работы (деятельности), имевшие место до дня вступления в силу настоящего Федерального закона, засчитываются в стаж на соответствующих видах работ, дающий право на досрочное назначение страховой пенсии по старости, при условии признания указанных периодов в соответствии с законодательством, действовавшим в период выполнения данной работы (деятельности), дающей право на досрочное назначение пенсии (часть 3 статьи 30 Федерального закона от 28 декабря 2013 года № 400-ФЗ «О страховых пенсиях»).

Периоды работы (деятельности), имевшие место до дня вступления в силу настоящего Федерального закона, могут исчисляться с применением правил исчисления, предусмотренных законодательством, действовавшим при назначении пенсии в период выполнения данной работы (деятельности) (часть 4 статьи 30 Федерального закона от 28 декабря 2013 года № 400-ФЗ «О страховых пенсиях»).

В целях реализации положений статьи 30 указанного Закона Правительством Российской Федерации принято постановление от 16 июля 2014 года № 665 «О списках работ, производств, профессий, должностей, специальностей и учреждений (организаций), с учетом которых досрочно назначается страховая пенсия по старости, и правилах исчисления периодов работы (деятельности), дающей право на досрочной пенсионное обеспечение».

В соответствии с подпунктом «м» пункта 1 данного постановления при определении стажа при досрочном назначении страховой пенсии по старости лицам, осуществлявшим педагогическую деятельность в учреждениях для детей применяется, в том числе Список должностей и учреждений, работа в которых засчитывается в стаж работы, дающей право на досрочное назначение трудовой пенсии по старости лицам, осуществлявшим педагогическую деятельность в учреждениях для детей, в соответствии с подпунктом 19 пункта 1 статьи 27 Федерального закона «О трудовых пенсиях в Российской Федерации», утвержденный Постановлением Правительства Российской Федерации от 29 октября 2002 года № 781 «О Списках работ, профессий, должностей, специальностей и учреждений, с учетом которых досрочно назначается трудовая пенсия по старости в соответствии со статьей 27 Федерального закона "О трудовых пенсиях в Российской Федерации», и об утверждении Правил исчисления периодов работы, дающей право на досрочное назначение трудовой пенсии по старости в соответствии со статьей 27 Федерального закона «О трудовых пенсиях в Российской Федерации».

Правилами исчисления периодов работы, дающей право на досрочное назначение трудовой пенсии по старости лицам, осуществлявшим педагогическую деятельность, в соответствии с подпунктом 19 пункта 1 статьи 27 Федерального закона «О трудовых пенсиях в Российской Федерации», утвержденными постановлением Правительства Российской Федерации от 29 октября 2002 года № 781, порядок включения в специальный стаж периодов отпусков не урегулирован.

Согласно пункту 2 указанных выше правил при исчислении стажа работы в части, не урегулированной Правилами, применяются Правила исчисления периодов работы, дающей право на досрочное назначение трудовой пенсии по старости в соответствии со статьями 27 и 28 Федерального закона «О трудовых пенсиях в Российской Федерации», утвержденные постановлением Правительства Российской Федерации от 11 июля 2002 года № 516.

В соответствии с пунктом 5 Правил исчисления периодов работы, дающей право на досрочное назначение трудовой пенсии по старости в соответствии со статьями 27 и 28 Федерального закона «О трудовых пенсиях в Российской Федерации», периоды работы, дающей право на досрочное назначение трудовой пенсии по старости, которая выполнялась постоянно в течение полного рабочего дня, засчитываются в стаж в календарном порядке, если иное не предусмотрено этими правилами и иными нормативными правовыми актами.

При этом в стаж включаются периоды получения пособия по государственному социальному страхованию в период временной нетрудоспособности, а также периоды ежегодных основного и дополнительных оплачиваемых отпусков.

Статьей 116 Трудового кодекса Российской Федерации установлено, что ежегодные дополнительные оплачиваемые отпуска предоставляются работникам, занятым на работах с вредными и (или) опасными условиями труда, работникам, имеющим особый характер работы, работникам с ненормированным рабочим днем, работникам, работающим в районных Крайнего Севера и приравненных к ним местностях, а также в других случаях, предусмотренных Кодексом и иными федеральными законами.

Одним из видов дополнительных отпусков является отпуск, предоставляемый работодателем работникам, совмещающим работу с обучением в образовательных учреждениях высшего профессионального образования, и работникам, поступающим в указанные образовательные учреждения (статья 173 Трудового кодекса Российской Федерации).

Согласно статье 173 Трудового кодекса Российской Федерации работникам, направленным на обучение работодателем или поступившим самостоятельно на обучение по имеющим государственную аккредитацию программам бакалавриата, программам специалитета или программам магистратуры по заочной и очно-заочной формам обучения и успешно осваивающим эти программы, работодатель предоставляет дополнительные отпуска с сохранением среднего заработка.

Таким образом, периоды нахождения работника в дополнительном отпуске с сохранением среднего заработка, предоставляемом работодателем работнику, совмещающему работу с обучением в образовательных учреждениях высшего профессионального образования (учебные отпуска), являются периодами работы с сохранением средней заработной платы, с которой работодатель должен производить отчисление страховых взносов в Пенсионный фонд Российской Федерации.

Кроме того, частью 1 статьи 11 Федерального закона от 28 декабря 2013 года № 400-ФЗ «О страховых пенсиях» установлено, что в страховой стаж включаются периоды работы и (или) иной деятельности, которые выполнялись на территории Российской Федерации лицами, указанными в части 1 статьи 4 данного федерального закона, при условии, что за эти периоды начислялись и уплачивались страховые взносы в Пенсионный фонд Российской Федерации.

При этом, суд обращает внимание на то, что систематическое повышение профессионального уровня является обязанностью педагогического работника, наличие специального образования является необходимым условием на занятие педагогической деятельностью (статьи 46, 48 Федерального закона от 29 декабря 2012 года № 273-ФЗ «Об образовании в Российской Федерации»).

В силу подпункта «д» пункта 6 Положения о лицензировании образовательной деятельности, утвержденного Постановлением Правительства Российской Федерации от 28 октября 2013 года № 966, лицензионными требованиями к лицензиату при осуществлении образовательной деятельности являются наличие педагогических работников, заключивших с лицензиатом трудовые договоры, имеющих профессиональное образование, обладающих соответствующей квалификацией, имеющих стаж работы, необходимый для осуществления образовательной деятельности по реализуемым образовательным программам, и соответствующих требованиям статьей 46 Федерального закона от 29 декабря 2012 года № 273-ФЗ «Об образовании в Российской Федерации».

Необходимость профессиональной подготовки и переподготовки кадров для собственных нужд определяет работодатель. В случаях, предусмотренных федеральными законами, иными нормативными правовыми актами Российской Федерации, работодатель обязан проводить повышение квалификации работников, если это является условием выполнения работником определенных видов деятельности (части 1, 4 статьи 196 Трудового кодекса Российской Федерации).

Согласно статье 187 Трудового кодекса Российской Федерации при направлении работодателем работника на профессиональное обучение или дополнительное профессиональное образование с отрывом от работы за ним сохраняются место работы (должность) и средняя заработная плата по основному месту работы.

Таким образом, анализ вышеприведенных норм свидетельствует о том, что работнику, направленному на обучение и повышение квалификации, гарантируются такие же трудовые права, как и лицам, трудящимся полное рабочее время, по сути, законодателем установлено, что период нахождения работника на курсах повышения квалификации приравнивается к выполнению своих прямых обязанностей по должностям.

Как установлено судом и следует из материалов дела (справки МАОУ СОШ № 8 от 31 июля 2020 года № 25, удостоверений о повышении квалификаций, диплома), ФИО3 в спорные периоды обучалась в имеющем государственную аккредитацию высшем учебном заведении, а также проходила курсы повышения квалификации, в эти периоды ей предоставлялись учебные отпуска с сохранением заработной платы, из которой производились установленные законодательством отчисления, в том числе и в Пенсионный фонд Российской Федерации (л.д. 13, 14, 15, 16, 17).

Исходя из приведенных выше норм, периоды нахождения в учебных отпусках, а также на курсах повышения квалификации являются периодами работы с сохранением средней заработной платы, за которую работодатель должен производить отчисление страховых взносов в Пенсионный фонд Российской Федерации, в связи с чем они подлежат включению в специальный стаж для назначения страховой пенсии по старости. С учетом изложенного, доводы стороны ответчика о том, что включение в специальный стаж периодов учебных отпусков и периодов нахождения истца на курсах повышения квалификации действующим законодательством не предусмотрено, являются несостоятельными.

Поскольку периоды нахождения в учебных отпусках и на курсах повышения квалификации приравниваются к работе, то исчисление стажа в данный период времени следует производить в том же порядке, что и за соответствующую профессиональную деятельность (аналогичная правовая позиция изложена в Обзоре законодательства и судебной практики Верховного Суда Российской Федерации за первый квартал 2006 года, утвержденном Постановлением Президиума Верховного Суда Российской Федерации от 07 и 14 июня 2006 года, определениях Верховного Суда Российской Федерации от 15 августа 2016 года № 18-КГ16-85 и от 04 февраля 2011 года № 74-В10-11).

Право лица на назначение досрочной пенсии на льготных условиях не может быть поставлено в зависимость от периодического прохождения им (как работником) обучения, в частности, на курсах повышения квалификации, которое является для него обязательным условием дальнейшей педагогической деятельности, исключение данных периодов (которые фактически носят вынужденный характер) из специального стажа приведет к ущемлению прав работника в сфере пенсионного обеспечения. При этом, не имеет значение фактическое невыполнение работником в указанные периоды своих должностных обязанностей, так как направление на курсы повышения квалификации осуществляется по инициативе работодателя в целях профессионального обучения (образования) работника. Трудовым законодательством в этих случаях работнику устанавливаются определенные гарантии, предусмотренные статьей 187 Трудового кодекса Российской Федерации, а именно - при направлении работодателем работника на профессиональное обучение или дополнительное профессиональное образование с отрывом от работы за ним сохраняются место работы (должность) и средняя заработная плата по основному месту работы., что согласуется положениями пункта 21 рекомендаций Международной организации труда от 24 июня 1974 года № 148 «Об оплачиваемых учебных отпусках», в силу которого период оплачиваемого учебного отпуска должен приравниваться к периоду фактической работы в целях установления прав на социальные пособия и других, вытекающих из трудовых отношений, прав на основе национального законодательства или правил, коллективных договоров, арбитражных решений или таких других положений, которые соответствуют национальной практике. Повышение квалификации является обязательным условием дальнейшего выполнения работником профессиональных должностных обязанностей.

При таких обстоятельствах, суд приходит к выводу о включении спорных периодов (с 21 ноября 2005 года по 26 ноября 2005 года, с 13 февраля 2006 года по 27 февраля 2006 года, с 17 апреля 2008 года по 26 апреля 2008 года, с 16 декабря 2009 года по 19 декабря 2009 года – курсы повышения квалификации в период работы в качестве учителя рисования МОУ СОШ № 8, с 12 мая 2016 года по 07 июня 2016 года, с 08 ноября 2016 года по 02 декабря 2016 года, с 10 января 2017 года по 03 февраля 2017 года, с 01 марта 2017 года по 30 июня 2017 года – учебные отпуска в период работы в качестве учителя рисования МОУ СОШ № 8), в специальный стаж работы, дающей право на досрочное назначение пенсии в связи с педагогической деятельностью, соответственно, удовлетворяет исковые требования в указанной части.

Разрешая требования истца в части назначения досрочной страховой пенсии по старости на основании пункта 19 части 1 статьи 30 Федерального закона от 28 декабря 2013 года № 400-ФЗ «О страховых пенсиях» с 06 апреля 2020 года, суд исходит из следующего.

Согласно пункту 19 части 1 статьи 30 Федерального закона от 28 декабря 2013 года № 400-ФЗ «О страховых пенсиях» в редакции, действовавшей на момент подачи истцом заявления о назначении пенсии страховая пенсия по старости назначается ранее достижения возраста, установленного статьей 8 названного Закона, при наличии величины индивидуального пенсионного коэффициента в размере не менее 30 лицам, лицам, не менее 25 лет осуществлявшим педагогическую деятельность в учреждениях для детей, независимо от их возраста с применением положений части 1.1 настоящей статьи.

Частью 1.1 статьи 30 Федерального закона от 28 декабря 2013 года № 400-ФЗ «О страховых пенсиях» предусмотрено, что страховая пенсия по старости лицам, имеющим право на ее получение независимо от возраста в соответствии с пунктами 19 - 21 части 1 настоящей статьи, назначается не ранее сроков, указанных в приложении 7 к настоящему Федеральному закону.

Согласно приложению № 7 к Федеральному закону от 28 декабря 2013 года № 400-ФЗ «О страховых пенсиях», если дата возникновения права на страховую пенсию по старости приходится на 2019 год, то назначение страховой пенсии по старости происходит не ранее чем через 12 месяцев со дня возникновения права на страховую пенсию по старости.

При этом, в соответствии с частью 3 статьи 10 Федерального закона от 03 октября 2018 года № 350-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации по вопросам назначения и выплаты пенсий» гражданам, которые указаны в части 1 статьи 8, пунктах 19 - 21 части 1 статьи 30, пункте 6 части 1 статьи 32 Федерального закона от 28 декабря 2013 года № 400-ФЗ «О страховых пенсиях» и которые в период с 01 января 2019 года по 31 декабря 2020 года достигнут возраста, дающего право на страховую пенсию по старости (в том числе на ее досрочное назначение) в соответствии с законодательством Российской Федерации, действовавшим до 1 января 2019 года, либо приобретут стаж на соответствующих видах работ, требуемый для досрочного назначения пенсии, страховая пенсия по старости может назначаться ранее достижения возраста либо наступления сроков, предусмотренных соответственно приложениями 6 и 7 к указанному Федеральному закону, но не более чем за шесть месяцев до достижения такого возраста либо наступления таких сроков.

Таким образом, в силу приведенных нормативных положений, при возникновении у истца в 2019 году права на досрочную страховую пенсию в связи с осуществлением педагогической деятельности, такая пенсия может быть ей назначена не ранее чем через 6 месяцев со дня возникновения права на нее получение, право на досрочное назначение страховой пенсии в связи с педагогической деятельностью указанной категории граждан считается отложенным, но не более чем на 6 месяцев со дня возникновения такого права.

При этом днем возникновения права на досрочное назначение пенсии является не день подачи соответствующего заявления в пенсионный орган, а наступление совокупности условий, указанных в части 1 статьи 8 и пункте 19 части 1 статьи 30 Федерального закона от 28 декабря 2013 года № 400-ФЗ «О страховых пенсиях».

С учетом продолжительности периодов, включенных в специальный стаж истца решением ГУ - УПФ РФ в г. Кировграде и г. Верхнем Тагиле Свердловской области (25 лет 02 месяца 01 день), а также периодов, включенных решением суда (в совокупности 07 месяцев 27 дней), специальный стаж истца на дату обращения в ГУ - УПФ РФ в г. Кировграде и г. Верхнем Тагиле Свердловской области с заявлением о назначении пенсии (т.е. по 06 апреля 2020 года включительно) составил 25 лет 09 месяцев 28 дней.

Таким образом, на дату обращения в ГУ - УПФ РФ в г. Кировграде и г. Верхнем Тагиле Свердловской области с заявлением о назначении пенсии необходимая для назначения пенсии в соответствии с пунктом 19 части 1 статьи 30 Федерального закона от 28 декабря 2013 года № 400-ФЗ «О страховых пенсиях» продолжительность специального страхового стажа (25 лет) у истца уже имелась (выработана в июне 2019 года), а с учетом приведенных выше положений закона реализовать свое право на назначение пенсии истец могла только через 6 месяцев после возникновения права на нее, т.е. не ранее декабря 2019 года.

Согласно пунктам 1 и 2 статьи 22 Федерального закона от 28 декабря 2013 года № 400 «О страховых пенсиях» страховая пенсия назначается со дня обращения за указанной пенсией, но во всех случаях не ранее чем со дня возникновения права на указанную пенсию.

Днем обращения за страховой пенсией считается день приема органом, осуществляющим пенсионное обеспечение, соответствующего заявления со всеми необходимыми документами, подлежащими представлению заявителем с учетом положений пункта 7 статьи 21 названного Федерального закона.

Исходя из системного толкования перечисленных выше положений, следует, что начало течения срока для назначения досрочной пенсии по старости законодатель связывает с двумя обстоятельствами, а именно с заявительным порядком назначения пенсионного обеспечения и наличием у гражданина права на его получение.

Таким образом, учитывая положения частей 1 и 2 статьи 22 Федерального закона от 28 декабря 2013 года № 400-ФЗ «О страховых пенсиях», суд приходит к выводу о возложении на ответчика обязанности назначить истцу досрочную страховую пенсию по старости с 06 апреля 2020 года, то есть со дня обращения за указанной пенсией.

В силу статьи 88 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации судебные расходы состоят из госпошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела, к которым согласно статье 94 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации относятся, помимо прочего, расходы на оплату услуг представителей.

В соответствии с части 1 статьи 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы. В случае если иск удовлетворен частично, указанные расходы присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований.

Как разъяснено в пункте 2 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21 января 2016 № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела» перечень судебных издержек, предусмотренный указанными кодексами, не является исчерпывающим.

Лицо, заявляющее о взыскании судебных издержек, должно доказать факт их несения, а также связь между понесенными указанным лицом издержками и делом, рассматриваемым в суде с его участием. Недоказанность данных обстоятельств является основанием для отказа в возмещении судебных издержек (пункт 10 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21 января 2016 № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела»).

Из приведенного выше следует, что размер понесенных истцом расходов на оплату юридических услуг должен быть подтвержден документально, а с учетом приведенных выше положений закона, такие расходы являются необходимыми, связаны с рассмотрением данного дела.

Исходя из требований статей 12, 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации истец должен доказать факт несения судебных расходов и их размер.

Из материалов дела следует, что стороной истца понесены расходы по уплате государственной пошлины в размере 700 рублей (чек-ордер от 31 июля 2020 года), однако фактически истцом было заявлено два требования о включении периодов работы в специальный стаж, дающий право на досрочное назначение страховой пенсии по старости и признании права на досрочное назначение страховой пенсии по старости.

В соответствии с пунктом 10 части 1 статьи 91 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации цена иска определяется по искам, состоящим из нескольких самостоятельных требований, исходя из каждого требования в отдельности.

Таким образом, размер государственной пошлины, подлежащей уплате в соответствии с положениями подпункта 3 пункта 1 статьи 333.19 Налогового кодекса Российской Федерации, составляет 300 рублей за каждое требование, всего 600 рублей.

С учетом изложенного, с ответчика в пользу истца подлежит взысканию в равных долях государственная пошлина в размере 600 рублей.

На основании статьи 93 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации и статьи 333.40 Налогового кодекса Российской Федерации истцу подлежит возврату излишне уплаченная государственная пошлина в размере 100 рублей.

В силу статьи 100 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.

Исходя из разъяснений, содержащихся в пунктах 12 и 13 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21 Января 2016 года № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела», расходы на оплату услуг представителя, понесенные лицом, в пользу которого принят судебный акт, взыскиваются судом с другого лица, участвующего в деле, в разумных пределах (часть 1 статьи 100 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

Разумными следует считать такие расходы на оплату услуг представителя, которые при сравнимых обстоятельствах обычно взимаются за аналогичные услуги. При определении разумности могут учитываться объем заявленных требований, цена иска, сложность дела, объем оказанных представителем услуг, время, необходимое на подготовку им процессуальных документов, продолжительность рассмотрения дела и другие обстоятельства.

Согласно правовой позиции, изложенной в определении Конституционного Суда Российской Федерации от 21 декабря 2004 года № 454-О, обязанность суда взыскивать расходы на оплату услуг представителя, понесенные лицом, в пользу которого принят судебный акт, с другого лица, участвующего в деле, в разумных пределах является одним из предусмотренных законом правовых способов, направленных против необоснованного завышения размера оплаты услуг представителя, и тем самым на реализацию требования статьи 17 (часть 3) Конституции Российской Федерации.

Именно поэтому в статье 100 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации речь идет по существу, об обязанности суда установить баланс между интересами лиц, участвующих в деле. При этом, установление размера и порядка оплаты услуг представителя относится к сфере усмотрения доверителя и поверенного и определяется договором, а суд не вправе вмешиваться в эту сферу, однако может ограничить взыскиваемую в возмещение соответствующих расходов сумму, если сочтет ее чрезмерной с учетом конкретных обстоятельств, используя в качестве критерия разумность понесенных расходов (определение Конституционного суда Российской Федерации от 17 июля 2007 года № 382-О-О).

Таким образом, разумность расходов, взыскиваемых на оплату услуг представителя, не может быть определена только исходя из размера фактически понесенных стороной расходов на представителя, поэтому разумность расходов на оплату услуг представителя должна быть обоснована стороной, требующей возмещения указанных расходов (статья 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

Для установления разумности рассматриваемых расходов суд оценивает их соразмерность применительно к условиям договора на оказание услуг и характера услуг, оказанных в рамках этого договора, их необходимости и разумности для целей восстановления нарушенного права. Оценке подлежат также объем выполненной представителем стороны работы, ее успешность, длительность участия, сложность спора, значимость защищаемого права.

В обоснование требования о взыскании судебных расходов на оплату юридических услуг по составлению искового заявления, а также за участие представителя в судебном заседании, представлены квитанция серии АЕ № 001993 от 03 августа 2020 года на сумму 3000 рублей и квитанция серии АЕ № 001994 от 03 августа 2020 года на сумму 10000 рублей соответственно.

Определяя размер расходов, подлежащих возмещению в счет оплаты юридических услуг в суде первой инстанции, суд исходит из объема выполненной представителем истца работы, который, в свою очередь, определяется юридической сложностью гражданского спора и длительностью его рассмотрения, а также наличия возражений стороны ответчика относительно чрезмерности взыскиваемых ответчиков расходов, в связи с чем взыскивает с ответчика в пользу истца судебные расходы по оплате юридических услуг представителя в размере 7000 рублей. В данном случае, по мнению суда, это в наибольшей степени отвечает требованиям разумности и справедливости, позволяет соблюсти необходимый баланс процессуальных прав и обязанностей участвующих в деле лиц.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 12, 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

решил:

исковые требования ФИО3 к государственному учреждению – Управление Пенсионного фонда Российской Федерации в городе Кировграде и городе Верхнем Тагиле Свердловской области о включении периодов работы в специальный стаж, дающий право на досрочное назначение страховой пенсии по старости, признании права на досрочное назначение страховой пенсии по старости удовлетворить.

Возложить обязанность на государственное учреждение – Управление Пенсионного фонда Российской Федерации в городе Кировграде и городе Верхнем Тагиле Свердловской области включить ФИО3 в специальный стаж, дающий право на досрочное назначение страховой пенсии по старости на основании пункта 19 части 1 статьи 30 Федерального закона от 28 декабря 2013 года № 400-ФЗ «О страховых пенсиях», периоды с 21 ноября 2005 года по 26 ноября 2005 года, с 13 февраля 2006 года по 27 февраля 2006 года, с 17 апреля 2008 года по 26 апреля 2008 года, с 16 декабря 2009 года по 19 декабря 2009 года – курсы повышения квалификации в период работы в качестве учителя рисования МОУ СОШ № 8, с 12 мая 2016 года по 07 июня 2016 года, с 08 ноября 2016 года по 02 декабря 2016 года, с 10 января 2017 года по 03 февраля 2017 года, с 01 марта 2017 года по 30 июня 2017 года – учебные отпуска в период работы в качестве учителя рисования МОУ СОШ № 8.

Возложить обязанность на государственное учреждение – Управление Пенсионного фонда Российской Федерации в городе Кировграде и городе Верхнем Тагиле Свердловской области назначить ФИО3 досрочную страховую пенсию по старости на основании пункта 19 части 1 статьи 30 Федерального закона от 28 декабря 2013 года № 400-ФЗ «О страховых пенсиях» с 06 апреля 2020 года.

Взыскать с государственного учреждения – Управление Пенсионного фонда Российской Федерации в городе Кировграде и городе Верхнем Тагиле Свердловской области в пользу ФИО3 расходы по оплате государственной пошлины в размере 600 рублей, расходы по оплате юридических услуг в размере 7000 рублей.

Возвратить ФИО3 излишне уплаченную государственную пошлину в размере 100 рублей.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в судебную коллегию по гражданским делам Свердловского областного суда в течение месяца со дня его принятия в окончательной форме с подачей жалобы через Кировградский городской суд Свердловской области.

Судья

И.Б. Доева