Решение № 2А-5536/2025 2А-5536/2025~М-4670/2025 М-4670/2025 от 15 сентября 2025 г. по делу № 2А-5536/2025

Производство № 2а-5536/2025

УИД 28RS0004-01-2025-011677-93


РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

«02» сентября 2025 года г. Благовещенск

Благовещенский городской суд Амурской области в составе:

председательствующего судьи Стеблиной М.В.,

при секретаре Тицкой О.А.,

с участием представителя административного истца Гром С.Б., представителя УМВД России по Амурской области ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании административное дело по административному исковому заявлению ФИО2 к УМВД России по Амурской области о признании решений от 27 февраля 2025 года, 26 июня 2025 года о снятии с учета нуждающихся в улучшении жилищных условий незаконными, возложении обязанности устранить допущенные нарушения,

УСТАНОВИЛ:

ФИО2 обратилась в суд с данным административным исковым заявлением, в обоснование указав, что решением жилищно-бытовой комиссии УМВД России по Амурской области, оформленным протоколом № 230 от 27 февраля 2025 года, она была снята с учета нуждающихся в улучшении жилищных условий в связи с превышением уровня обеспеченности жилой площадью в период с 5 декабря 2000 года по 19 июля 2004 года.

Решением жилищно-бытовой комиссии УМВД России по Амурской области от 26 июня 2025 года (протокол № 259) принятым по жалобе ФИО2, решение о снятии с учета оставлено без изменения.

С указанными решениями административный истец не согласна, указывая, что она была постановлена на учет в 1997 году с составом семьи 4 человека (она, мать, отчим и сын). В последующем, состав семьи неоднократно менялся, в феврале *** года у нее родилась дочь. В 2012 году брак с ФИО3 был расторгнут. В 2021 году из состава семьи был исключен сын в связи с вступлением брак и раздельным проживанием.

На протяжении всего периода времени она ежегодно предоставляла документы для подтверждения статуса нуждающейся. Комиссией не учтено, что как на момент постановки на учет, так и на момент принятия оспариваемого решения данный статус она не утратила.

В спорный период времени с 5 декабря 2000 года по 19 июля 2004 года решение о снятии ее с учета не принималось, несмотря на то, что обстоятельства, послужившие основанием для принятия оспариваемого решения, комиссии были известны.

Так, 23 апреля 2003 года комиссией был составлен акт проверки жилищных условий, был установлен состав семьи, однако решение о снятии с учета принято не было.

На основании изложенного, просит суд признать незаконным решение жилищно-бытовой комиссии УМВД России по Амурской области от 27 февраля 2025 года № 230 о снятии ФИО2 с учета нуждающихся в улучшении жилищных условий; признать незаконным решение жилищно-бытовой комиссии УМВД России по Амурской области от 26 июня 2025 года N 259 об оставлении без изменения решения жилищно-бытовой комиссии УМВД России по Амурской области от 27 февраля 2025 года N 230; возложить обязанность на УМВД России по Амурской области восстановить ФИО2 (в составе семьи 2 человек: она и дочь ФИО4) на учете нуждающихся в улучшении жилищных условий, исходя из даты подачи рапорта - 30 апреля 1997 года.

В судебном заседании представитель административного истца Гром С.Б. на требованиях настаивала. Дополнительно пояснила, что с момента постановки на учет состав семьи ФИО2 неоднократно менялся, на дату подачи рапорта, она проживала вместе с сыном, матерью и отчимом. В последующем, брак между отчимом и ее матерью был расторгнут, они проживали втроем.

Представитель УМВД России по Амурской области ФИО1 с заявленными требованиями не согласилась, пояснив, что при проверке учетного дела ФИО2 с целью проведения процедуры перерегистрации на учете нуждающихся в улучшении жилищных условий УМВД на 2025 год, для дальнейшего предоставления квартиры по договору социального найма, ЖБК УМВД выявлены сведения о том, что в период с 05.12.2000 по 19.07.2004 семья ФИО2 состояла из 3 человек: она; сын — ФИО5; супруг — ФИО3 и была обеспечена жилой площадью (30,5:2)+(27,9:2):3) по 9,73 кв. м. на каждого члена семьи, что свидетельствует об утрате очередником права на улучшение жилищных условий в указанный период, и, как следствие, о незаконности нахождения ФИО2 на учете нуждающихся в период с 05.12.2000 по 19.07.2004. Срок принятия решения о снятии очередника с учета нуждающихся в улучшении жилищных условий не является пресекательным, поскольку срок, указанный в статье 56 ЖК РФ, не содержится прямого запрета на принятие решения о снятия гражданина с жилищного учета и по истечении данного срока. При принятии оспариваемого решения ЖБК УМВД соблюдены требования нормативных правовых актов, устанавливающих полномочия УМВД на принятие оспариваемого решения.

Административный истец, представители ЖБК УМВД России по Амурской области, МВД России, заинтересованное лицо ФИО4 в судебное заседание не явились, о времени и месте рассмотрения дела извещены надлежащим образом. Руководствуясь статьей 150 КАС РФ, суд определил рассмотреть административное дело в отсутствие неявившихся лиц.

Выслушав пояснения явившихся лиц, исследовав представленные материалы, суд приходит к следующим выводам.

В соответствии со статьей 218 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации гражданин, организация, иные лица могут обратиться в суд с требованиями об оспаривании решений, действий (бездействия) органа государственной власти, органа местного самоуправления, иного органа, организации, наделенных отдельными государственными или иными публичными полномочиями, должностного лица, государственного или муниципального служащего, если полагают, что нарушены или оспорены их права, свободы и законные интересы, созданы препятствия к осуществлению их прав, свобод и реализации законных интересов или на них незаконно возложены какие-либо обязанности.

В соответствии с частью 2 статьи 227 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации необходимым условием для удовлетворения административного иска является наличие обстоятельств, свидетельствующих о несоответствии оспариваемого решения, действий (бездействия) административного ответчика требованиям действующего законодательства и нарушении прав административного истца. При этом на административного истца процессуальным законом возложена обязанность доказать обстоятельства, свидетельствующие о нарушении его прав, а также соблюдению срока обращения в суд за защитой нарушенного права. Административный ответчик обязан доказать, что принятое им решение, действия (бездействие) соответствуют закону (части 9 и 11 статьи 226, статья 62 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации).

Суд удовлетворяет заявленные требования об оспаривании решения, действия (бездействия) органа государственной власти, если установит, что оспариваемое решение, действие (бездействия) нарушает права и свободы административного истца, а также не соответствует закону или иному нормативному правовому акту.

Судом установлено и материалами дела подтверждается, что ФИО2 проходила службу в органах внутренних дел Российской Федерации, является пенсионером МВД, с 30 апреля 1997 года состояла на учете нуждающихся в улучшении жилищных условий с составом семьи 4 человека: она (истец), мать ФИО6, сын – ФИО5, отчим – ФИО7

Решением жилищно-бытовой комиссии УМВД России по Амурской области от 27 февраля 2025 года, оформленным протоколом № 230, ФИО2 снята с учета нуждающихся в улучшении жилищных условий с 5 декабря 2000 года на основании части 2 статьи 6 Федерального закона от 29 декабря 2004 года № 189-ФЗ «О введении в действие Жилищного кодекса Российской Федерации», п. 3 ч.1 ст. 56 ЖК РФ в связи с обеспеченностью жилой площадью жилого помещения выше учетной нормы в период с 5 декабря 2000 года по 19 июля 2004 года.

10 апреля 2025 года ФИО2 обратилась в ЖБК УМВД России по Амурской области с письменным заявлением, в котором выражала несогласие с принятым в отношении нее решением, просила пересмотреть вопрос о правомерности ее нахождения на учете нуждающихся в улучшении жилищных условий с ее присутствием.

Решением жилищно-бытовой комиссии № 259 от 26 июня 2025 года по результатам рассмотрения заявления ФИО2 комиссией принято решение исключить из резолютивной части решения от 27 февраля 2025 года ссылку на п. 3 ч. 1 ст. 56 Жилищного кодекса Российской Федерации, оставить без изменения решение ЖБК УМВД России по Амурской области от 27 февраля 2025 года (протокол № 230) в части снятия ее с учета нуждающихся в улучшении жилищных условий с 5 декабря 2000 года

Считая указанные решения незаконными и нарушающими ее права, ФИО2 обратилась в суд с административным исковым заявлением.

Если КАС РФ не установлены иные сроки обращения с административным исковым заявлением в суд, административное исковое заявление может быть подано в суд в течение трех месяцев со дня, когда гражданину, организации, иному лицу стало известно о нарушении их прав, свобод и законных интересов (часть 1 статьи 219 КАС РФ).

Несмотря на то, что обязательного досудебного порядка урегулирования подобного спора нормам КАС РФ не предусмотрено, принимая во внимание, что административным истец воспользовалась своим правом на обращение с жалобой в ЖБК УМВД России по Амурской области по вопросу пересмотра ранее принятого решения о снятии ее с учета, суд признает причину пропуска на обращение в суд с настоящим административным иском уважительной, в связи с чем, с целью реализации ФИО2 права на судебную защиту, данный срок подлежит восстановлению.

Рассматривая заявленные требования по существу, суд исходит из следующего.

Согласно статье 40 Конституции Российской Федерации, каждый имеет право на жилище. Никто не может быть произвольно лишен жилища.

Конституционное право граждан на жилище относится к основным правам человека и заключается в обеспечении государством стабильного, постоянного пользования жилым помещением лицами, занимающими его на законных основаниях, в предоставлении жилища из государственного, муниципального и других жилищных фондов малоимущим и иным указанным в законе гражданам, нуждающимся в жилище, в оказании содействия гражданам в улучшении своих жилищных условий, а также в гарантированности неприкосновенности жилища, исключения случаев произвольного лишения граждан жилища.

Отношения, связанные с обеспечением жилыми помещениями сотрудников, граждан Российской Федерации, уволенных со службы в органах внутренних дел, членов их семей и лиц, находящихся (находившихся) на их иждивении, а также с предоставлением им иных социальных гарантий, регулируются Федеральным законом от 19 июля 2011 года № 247-ФЗ «О социальных гарантиях сотрудникам органов внутренних дел Российской Федерации и внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации».

Согласно части 1 статьи 6 указанного Федерального закона сотрудникам, гражданам Российской Федерации, уволенным со службы в органах внутренних дел, принятым на учет в качестве нуждающихся в жилых помещениях соответствующим территориальным органом федерального органа исполнительной власти в сфере внутренних дел, иным федеральным органом исполнительной власти, в котором проходят службу сотрудники, до 1 марта 2005 года, и совместно проживающим с ними членам их семей указанным федеральным органом предоставляются жилые помещения жилищного фонда Российской Федерации по договору социального найма с последующей передачей этих помещений в муниципальную собственность. Состав членов семьи сотрудника, гражданина Российской Федерации, указанных в настоящей части, определяется в соответствии с Жилищным кодексом Российской Федерации.

Статьей 28 Жилищного кодекса РСФСР (далее - ЖК РСФСР), действовавшего до 1 марта 2005 г., было предусмотрено, что граждане, нуждающиеся в улучшении жилищных условий, имеют право на получение в пользование жилого помещения в домах государственного или общественного жилищного фонда в порядке, предусмотренном законодательством Союза ССР, настоящим Кодексом и другим законодательством РСФСР.

Для целей реализации такого права гражданами статьями 30, 31 ЖК РСФСР был установлен механизм постановки граждан на соответствующий учет.

В соответствии со статьей 5 Федерального закона от 29 декабря 2004 года N 189-ФЗ «О введении в действие Жилищного кодекса Российской Федерации», к жилищным отношениям, возникшим до введения в действие Жилищного кодекса Российской Федерации, Жилищный кодекс Российской Федерации применяется в части тех прав и обязанностей, которые возникнут после введения его в действие, за исключением случаев, предусмотренных данным Федеральным законом.

Согласно статье 6 Федерального закона от 29 декабря 2004 года N 189-ФЗ с 1 марта 2005 года принятие на учет граждан в целях последующего предоставления им по договорам социального найма жилых помещений в государственном или муниципальном жилищном фонде осуществляется по основаниям и в порядке, которые предусмотрены Жилищным кодексом Российской Федерации.

Граждане, принятые на учет до 1 марта 2005 года в целях последующего предоставления им жилых помещений по договорам социального найма, сохраняют право состоять на данном учете до получения ими жилых помещений по договорам социального найма. Указанные граждане снимаются с данного учета по основаниям, предусмотренным пунктами 1, 3 - 6 части 1 статьи 56 Жилищного кодекса Российской Федерации, а также в случае утраты ими оснований, которые до введения в действие Жилищного кодекса Российской Федерации давали им право на получение жилых помещений по договорам социального найма. Указанным гражданам жилые помещения по договорам социального найма предоставляются в порядке, предусмотренном Жилищным кодексом Российской Федерации, с учетом положений настоящей части.

Таким образом, Жилищный кодекс Российской Федерации гарантирует гражданам право состоять на учете в качестве нуждающихся в жилых помещениях до получения ими жилых помещений по договорам социального найма или до выявления оснований для снятия их с учета, предусмотренных статьей 56 Жилищного кодекса Российской Федерации.

По смыслу приведенных выше норм права для граждан, принятых на учет до 1 марта 2005 года, под улучшением ими жилищных условий (основание для снятия с учета нуждающихся в жилых помещениях, предусмотренное пунктом 1 части 2 статьи 32 ЖК РСФСР) следует понимать достижение гражданином уровня обеспеченности площадью жилого помещения по той норме предоставления жилых помещений, которая установлена действующим законодательством.

В соответствии со ст. 52 Жилищного кодекса РФ жилые помещения по договорам социального найма предоставляются гражданам, которые приняты на учет в качестве нуждающихся в жилых помещениях, за исключением установленных настоящим Кодексом случаев. При этом гражданами, нуждающимися в жилых помещения, предоставляемых по договорам социального найма, признаются, в том числе являющиеся нанимателями жилых помещений по договорам социального найма или членами семьи нанимателя жилого помещения по договору социального найма либо собственниками жилых помещений или членами семьи собственника жилого помещения и обеспеченные общей площадью жилого помещения на одного члена семьи менее учетной нормы (п. 2 ч. 1 ст. 51 ЖК РФ в редакции, применявшейся до вступления в действие Федерального закона от 21 июля 2014 года N 217-ФЗ).

Ранее действовавшее жилищное законодательство также устанавливало условие для признания граждан нуждающимися в улучшении жилищных условий. Согласно ч. 1 ст. 29 ЖК РСФСР в качестве такового указывалась обеспеченность жилой площадью на одного члена семьи ниже уровня, устанавливаемого Советом Министров автономной республики, исполнительным комитетом краевого, областного, Московского и Ленинградского городских Советов народных депутатов.

По смыслу части 2 статьи 51 Жилищного кодекса Российской Федерации во взаимосвязи с пунктом 2 части 1 статьи 56 этого же кодекса при определении уровня обеспеченности общей площадью жилого помещения гражданина и членов его семьи, состоящих на учете нуждающихся в жилом помещении, следует исходить из суммарной общей площади всех жилых помещений гражданина и (или) членов его семьи, состоящих на учете нуждающихся в жилом помещении, занимаемых по договорам социального найма, и (или) принадлежащих им на праве собственности, то есть которыми они пользуются или имеют на это право в силу закона.

В соответствии с решением Амурского областного Совета народных депутатов № 102 от 9 апреля 1990 года «О размере жилой площади при постановке на учет», действующим на момент постановки ФИО2 на учет в качестве нуждающейся в улучшении жилищных условий, с 1 мая 1990 года размер жилой площади для постановки на учет граждан, нуждающихся в улучшении жилищных условий, составлял 9,0 кв.м. на одного члена семьи.

Из оспариваемых решений следует, что на момент подачи рапорта ФИО8 от *** состав ее семьи 4 человека: она; мать - ФИО6, сын - ФИО5, *** г.р., отчим - ФИО7, проживают по адресу: ***.

26 июня 1996 года брак между ФИО6 (матерью истца) и ФИО7 расторгнут.

17 июля 1999 года ФИО8 заключила брак с ФИО3, после заключения брака ей присвоена фамилия - ФИО9.

18 февраля 2005 года у ФИО2 родилась дочь ФИО4.

12 апреля 2012 года брак между ФИО2 и ФИО3 расторгнут.

ФИО3 (супруг) в период с 16.08.1999 по 16.03.2004 был зарегистрирован в квартире жилой площадью 27,9 кв. м, общей площадью 50 кв. м, расположенной по адресу: ***, принадлежащей на основании договора о передаче капитальных вложений в порядке долевого участия для строительства жилья 09.09.1998, по ? доли ему и ФИО10 (его матери).

ФИО2 в период с 05.09.1990 по 30.10.2000 совместно с сыном ФИО5 (с 08.12.1992 по 30.10.2000) была зарегистрирована в квартире, жилой площадью 32 кв.м., общей площадью 52,9 кв.м., расположенной по адресу: ***. Указанная квартира находится в долевой собственности сына ФИО5 (1/3 доли), матери ФИО6 (2/3), на основании договора на безвозмездную передачу квартиры (дома) в собственность граждан от 27.04.2000 (право прекращено 17.11.2000). В указанной квартире с 05.09.1990 по 06.03.2000 был зарегистрирован ФИО7 (супруг матери).

В период с 05.12.2000 по 19.07.2004 ФИО2 совместно с сыном ФИО5 была зарегистрирована в квартире жилой площадью 30,5 кв.м, общей площадью 44,1 кв.м, расположенной по адресу: ***, принадлежащей по ? доле сыну ФИО5 и матери ФИО6 (зарегистрирована с 05.12.2000) на основании договора купли-продажи от 13.11.2000.

Согласно акту проверки жилищных условий от 23.04.2003 совместно проживает ФИО3 - супруг.

На основании изложенного комиссия пришла к выводу, что в период с 05.12.2000 по 19.07.2004 семья ФИО2 состояла из 3 человек: она, сын – ФИО5, супруг – ФИО3, следовательно, обеспеченность семьи ФИО2 жилой площадью в указанный период составляла по 9,73 кв. м. на каждого члена семьи (30,5:2)+(27,9:2):3).

В силу части 1 статьи 30 Жилищного кодекса Российской Федерации собственник жилого помещения осуществляет права владения, пользования и распоряжения принадлежащим ему на праве собственности жилым помещением в соответствии с его назначением и пределами его использования, которые установлены Жилищным кодексом Российской Федерации.

Согласно частям 1, 2 статьи 31 Жилищного кодекса Российской Федерации к членам семьи собственника жилого помещения относятся проживающие совместно с данным собственником в принадлежащем ему жилом помещении его супруг, а также дети и родители данного собственника. Другие родственники, нетрудоспособные иждивенцы и в исключительных случаях иные граждане могут быть признаны членами семьи собственника, если они вселены собственником в качестве членов своей семьи.

Вселенные собственником жилого помещения члены его семьи имеют право пользования данным жилым помещением наравне с его собственником, если иное не установлено соглашением между собственником и членами его семьи.

В пункте 11 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 2 июля 2009 года № 14 «О некоторых вопросах, возникших в судебной практике при применении Жилищного кодекса Российской Федерации» разъяснено, что вопрос о признании лица членом семьи собственника жилого помещения судам следует разрешать с учетом положений части 1 статьи 31 ЖК РФ, исходя из того, что членами семьи собственника жилого помещения являются проживающие совместно с ним в принадлежащем ему жилом помещении его супруг, а также дети и родители данного собственника. При этом супругами считаются лица, брак которых зарегистрирован в органах записи актов гражданского состояния (статья 10 Семейного кодекса Российской Федерации). Для признания названных лиц, вселенных собственником в жилое помещение, членами его семьи достаточно установления только факта их совместного проживания с собственником в этом жилом помещении и не требуется установления фактов ведения ими общего хозяйства с собственником жилого помещения, оказания взаимной материальной и иной поддержки.

Как следует из разъяснений, изложенных в абзаце шестом пункта 11 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 2 июля 2009 года № 14 «О некоторых вопросах, возникших в судебной практике при применении Жилищного кодекса Российской Федерации», судам необходимо иметь в виду, что регистрация лица по месту жительства по заявлению собственника жилого помещения или ее отсутствие не является определяющим обстоятельством для решения вопроса о признании его членом семьи собственника жилого помещения, так как согласно ст. 3 Закона Российской Федерации от 25 июня 1993 года № 5242-1 «О праве граждан Российской Федерации на свободу передвижения, выбор места пребывания и жительства в пределах Российской Федерации» регистрация или отсутствие таковой не могут служить основанием ограничения или условием реализации прав и свобод граждан, предусмотренных Конституцией Российской Федерации, федеральными законами и законами субъектов Российской Федерации. Наличие или отсутствие у лица регистрации в жилом помещении является лишь одним из доказательств по делу, которое подлежит оценке судом наряду с другими доказательствами.

Таким образом, необходимым условием для признания лица членом семьи собственника жилого помещения является установление фактов его вселения собственником жилого помещения в принадлежащее ему жилое помещение в качестве члена его семьи, а также совместное проживание вселенного лица с собственником в принадлежащем ему жилом помещении, при этом наличие регистрации в жилом помещении собственника является лишь одним из доказательств по делу, которое подлежит оценке судом наряду с другими доказательствами, в том числе свидетельствующими о вселении лица в качестве члена семьи собственника и его совместном проживании с собственником жилого помещения.

Как было отмечено ранее, принимая оспариваемое решение, комиссия исходила из того, что в спорный период с 05.12.2000 по 19.07.2004 семья ФИО2 состояла из 3-х человек: она, сын ФИО5, супруг ФИО3

Вместе с тем, в указанный период времени семья ФИО2 проживала по адресу ***, одним из собственников которого является мать ФИО2 - ФИО6, которая с 5 декабря 2000 года зарегистрирована в указанном жилом помещении.

При этом, как на момент подачи рапорта 30 апреля 1997 года, так и по состоянию на 23 апреля 2003 года (акт проверки жилищных условий ФИО2) ФИО6 проживала вместе с ФИО2 в указанном жилом помещении, являлась членом ее семьи вплоть до 19 июля 2004 года, о чем указала ФИО2 в своем заявлении на имя председателя ЖБК УМВД России по Амурской области, поданном в порядке ежегодной перерегистрации (л.д. 98).

На основании изложенного, комиссия при определении уровня обеспеченности жилой площадью на одного члена семьи неправомерно не была учтена мать ФИО2 – ФИО6, являющаяся членом ее семьи и проживавшая совместно с ФИО2 в указанном жилом помещении в спорный период времени.

Доказательств того, что в спорный период ФИО11 и ФИО6 совместно не проживали, административным органом не представлено. При этом пояснения ФИО11, данные на заседании жилищной комиссии в апреле 2025 года, данного факта не опровергают. ФИО11 поясняла, что постоянного места жительства не имела, и после заключения брака проживала и у супруга, и у матери, как на ул. Студенческая, так и после ее продажи на ул. Институтская.

Таким образом, в период с 05.12.2000 по 19.07.2004 на каждого члена семьи приходилось по 7,3 кв.м. жилой площади, что ниже учетной нормы.

Более того, суд полагает необходимым учесть следующее.

В соответствии с п. 7 Приказа МВД РФ от 18.03.2003 г. № 169 "Об утверждении Инструкции о порядке учета нуждающихся в улучшении жилищных условий сотрудников подразделений центрального аппарата и подразделений, непосредственно подчиненных Министерству внутренних дел Российской Федерации, и предоставления им жилых помещений", действовавшего до издания Приказа МВД России от 09.06.2022 N 405, принятие на учет нуждающихся в улучшении жилищных условий и улучшение жилищных условий сотрудников (работников) и членов их семей производится с учетом всех имеющихся в пользовании у сотрудников (работников) и членов из семей жилых помещений, в том числе принадлежащих им на праве собственности, а также с учетом гражданско-правовых сделок, совершенных ими с жилыми помещениями.

Для рассмотрения вопроса о принятии на учет сотрудником (работником) в ЖБК подразделения подается рапорт (заявление), к которому прилагаются: справка из кадрового аппарата (с указанием занимаемой должности, специального звания и даты поступления на службу (работу) в органы внутренних дел), выписка из домовой книги, копия финансового лицевого счета, справка (акт) о проверке жилищных условий. В необходимых случаях к рапорту (заявлению) также прилагаются справки (заключения) из учреждений здравоохранения, бюро технической инвентаризации и другие документы, относящиеся к решению данного вопроса (п. 9).

Данным приказом (п. 15) также было предусмотрено, что ежегодно в сроки, устанавливаемые Центральной комиссией, Хозяйственное управление совместно с ЖБК подразделений проводит перерегистрацию сотрудников (работников), состоящих на учете, в ходе которой, при необходимости, дополнительно проверяются жилищные условия очередников. Все изменения, выявленные в ходе перерегистрации, вносятся в учетные дела сотрудников (работников).

Приказом МВД России от 09.06.2022 N 405 утвержден новый Порядок предоставления жилых помещений жилищного фонда Российской Федерации по договору социального найма в органах внутренних дел Российской Федерации.

Согласно п. 8 указанного Порядка жилищно-бытовая комиссия ведет Книгу учета очередников, нуждающихся в жилом помещении, на основании которой формируется список. Изменения, вносимые в Книгу учета, заверяются подписью секретаря жилищно-бытовой комиссии и гербовой печатью территориального органа, организации, подразделения МВД России, в котором (которой) создана жилищно-бытовая комиссия.

Жилищно-бытовая комиссия ежегодно до 1 марта проводит перерегистрацию очередников, в ходе которой самостоятельно запрашивает в установленном законодательством Российской Федерации порядке в федеральном органе исполнительной власти, осуществляющем функции по выработке государственной политики и нормативно-правовому регулированию в сфере ведения Единого государственного реестра недвижимости и предоставления сведений, содержащихся в Едином государственном реестре недвижимости (п. 9 Порядка).

В силу п. 15 Порядка очередник снимается с учета по решению жилищно-бытовой комиссии по основаниям, предусмотренным частью 2 статьи 6 Федерального закона от 29 декабря 2004 года N 189-ФЗ "О введении в действие Жилищного кодекса Российской Федерации". Решение о снятии с учета очередника принимается жилищно-бытовой комиссией, в которой очередник состоит на учете, в течение тридцати рабочих дней со дня выявления обстоятельств, являющихся основанием принятия такого решения. Решение жилищно-бытовой комиссии о снятии с учета очередника должно содержать основания снятия с учета (п. 16 Порядка).

Таким образом, в полномочия жилищно-бытовой комиссии УМВД России по Амурской области входит проверка обоснованности нахождения на учете гражданина в качестве нуждающегося именно на момент решения вопроса о перерегистрации, за исключением случая выявления в представленных документах в орган, осуществляющий принятие на учет, сведений, не соответствующих действительности и послуживших основанием принятия на учет, а также неправомерных действий должностных лиц органа, осуществляющего принятие на учет, при решении вопроса о принятии на учет.

При принятии решения об исключении ФИО2 из списка сотрудников, нуждающихся в улучшении жилищных условий, административным органом учитывались обстоятельства, имевшие место в период с 05.12.2000 по 19.07.2004

Между тем, ФИО2 была принята на учет нуждающихся в улучшении жилищных условий с 30 апреля 1997 года и состояла на данном учете до 27.02.2025 года, то есть почти 28 лет.

Между тем, о наличии в собственности членов семьи ФИО2 жилых помещений административному ответчику было известно с 2008 года, что подтверждается справками и выписками из ЕГРН, содержащимися в материалах учетного дела, сформированного административным ответчиком.

Следовательно, обстоятельства, являющиеся основанием для принятия решения о снятии истца с учета, были выявлены ответчиком в 2008 году, при этом ФИО6 не является членом семьи ФИО2 с 19 июля 2004 года, ФИО3 – с 12 апреля 2012 года, в то время как оспариваемое решение принято ответчиком 27 февраля 2025 года, то есть по истечении более 15 лет как со дня изложенных в нем обстоятельств, так и со дня выявления этих обстоятельств, повлекших его принятие.

Жилищным кодексом Российской Федерации установлены требования, предъявляемые к порядку принятия решений о снятии граждан с учета в качестве нуждающихся в жилых помещениях.

Частью 2 статьи 56 Жилищного кодекса Российской Федерации установлено, что решения о снятии с учета граждан в качестве нуждающихся в жилых помещениях должны быть приняты органом, на основании решений которого такие граждане были приняты на данный учет, не позднее чем в течение тридцати рабочих дней со дня выявления обстоятельств, являющихся основанием принятия таких решений.

Таким образом, материалами дела подтверждается вынесение решения о снятии истца с учета нуждающихся в жилых помещениях с существенным пропуском срока, установленного частью 2 статьи 56 Жилищного кодекса Российской Федерации.

Предусмотренный частью 2 статьи 56 ЖК РФ срок не является пресекательным, однако принятие решения о снятии административного истца с названного учета по истечении столь большого периода времени после выявления обстоятельств, являющихся, по мнению ответчика, основанием принятия спорного решения, расценивается как злоупотребление правом со стороны ответчика, приведшим к снятию истца с учета по прошествии значительного времени с даты, когда истец, по мнению ответчика, вновь обрел право встать на такой учет.

Конституционный Суд Российской Федерации в Постановлении от 14 января 2016 года N 1-П обратил внимание на необходимость соблюдения вытекающих из взаимосвязанных положений ч. 1 ст. 1, ст. 2, ч. 1 ст. 17, ст. 18, ч. 1 ст. 19, ч. ч. 2, 3 ст. 55 Конституции Российской Федерации принципов поддержания доверия граждан к закону и действиям государства, которые гарантируют гражданам, что решения принимаются уполномоченными государством органами на основе строгого исполнения законодательных предписаний, а также внимательного и ответственного подхода к оценке фактических обстоятельств, с которыми закон связывает возникновение прав, тщательности при оформлении соответствующих документов, подтверждающих наличие условий, необходимых для реализации этих прав, с тем, чтобы гражданин как участник соответствующих правоотношений мог быть уверен в стабильности своего официально признанного статуса и в том, что приобретенные в силу этого статуса права будут уважаться государством и будут реализованы.

Материалами дела подтверждается, что как на момент постановки на учет, так и на момент принятия оспариваемого решения ФИО2 отвечала требованиям, позволяющим ей претендовать на получение жилого помещения, поскольку жилых помещений, занимаемых по договору социального найма и принадлежащих на праве собственности (доли в собственности на жилые помещения) не имела и не имеет в настоящее время.

Аналогичный поход изложен и в определении Верховного Суда Российской Федерации от 14 июля 2025 г. N 51-КГ25-5-К8, где отмечено, что действующее правовое регулирование отношений по предоставлению социальных гарантий нуждающимся в улучшении жилищных условий сотрудникам учреждений и органов уголовно-исполнительной системы (граждан, уволенных со службы в учреждениях и органах уголовно-исполнительной системы) не предполагает возможности формального применения его норм и уполномоченным органом, который должен проверить все предусмотренные нормативными положениями условия, необходимые для принятия соответствующего решения в сфере предоставления социальных гарантий сотрудникам (гражданам, уволенным со службы), имеющим право на них, и учесть особенности жизненной ситуации, в которой находится сотрудник (гражданин, уволенный со службы).

Следовательно, суду для исключения формального подхода при разрешении спора по иску гражданина, уволенного со службы в учреждениях и органах уголовно-исполнительной системы, в период службы поставленного на учет для получения единовременной социальной выплаты для приобретения или строительства жилого помещения в связи с нуждаемостью в улучшении жилищных условий, и оспаривающего правомерность решения уполномоченного органа о снятии его с этого учета, надлежит учитывать не только причины, послужившие основанием для принятия уполномоченным органом решения о снятии гражданина с такого учета, но и иные заслуживающие внимания обстоятельства. В числе этих обстоятельств следующие: обстоятельства, послужившие основанием для постановки сотрудника на учет для получения единовременной социальной выплаты как на дату принятия уполномоченным органом решения о постановке сотрудника на такой учет, так и на дату принятия уполномоченным органом решения о его снятии с названного учета; срок, прошедший с даты постановки сотрудника на учет для получения единовременной социальной выплаты, до даты принятия решения о его снятии с учета; представление сотрудником необходимых документов в целях получения единовременной социальной выплаты; действия уполномоченного органа по проверке этих документов на предмет определения права сотрудника на предоставление единовременной социальной выплаты.

Принятие ЖБК УМВД России по Амурской области решения по истечении 28 лет с момента постановки ФИО2 на учет нуждающихся в улучшении жилищных условий нарушает ее право на обеспечение жилым помещением как сотрудника, уволенного из органов внутренних дел, учитывая и то обстоятельство, что за ФИО2 длительное время признавалось право состоять на таком учете.

Между тем подобный подход уполномоченного органа к применению норм, регулирующих отношения по предоставлению гражданам Российской Федерации, уволенным со службы в органах внутренних дел, принятым на учет в качестве нуждающихся в жилых помещениях соответствующим территориальным органом федерального органа исполнительной власти в сфере внутренних дел, социальных гарантий в виде обеспечения жилыми помещениями, противоречит целям социального государства, призванного создавать условия для достойной жизни граждан, и подрывает доверие граждан к закону и действиям государства, нарушает общеправовой принцип справедливости, исключающий формальный подход к разрешению социально значимых вопросов. Данный принцип предполагает учет уполномоченным органом особенностей жизненной ситуации, в которой находится сотрудник (гражданин), и препятствует возложению на такого сотрудника (гражданина) бремени неблагоприятных последствий сложившейся ситуации, позволяя обеспечить справедливое соотношение прав и законных интересов этого сотрудника (гражданина) с правами и законными интересами органа государственной власти.

В этой связи суд приходит к выводу о признании решений жилищно-бытовой комиссии УМВД России по Амурской области от 27 февраля 2025 года N 230, с учетом изменений, внесенных решением жилищно-бытовой комиссии УМВД России по Амурской области от 3 апреля 2025 года N 240, от 26 июня 2025 года N 259 незаконными.

Разрешая вопрос о способе восстановления нарушенных прав административного истца, суд считает необходимым возложить на УМВД России по Амурской области обязанность восстановить ФИО2 (в составе семьи 2 человек: она и дочь ФИО4) на учете нуждающихся в улучшении жилищных условий, исходя из даты подачи рапорта - 30 апреля 1997 года.

В соответствии с пунктом 7 части 1 статьи 333.19 Налогового кодекса Российской Федерации, при подаче административного искового заявления о признании ненормативного правового акта недействительным и о признании решений и действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления, иных органов, должностных лиц незаконными физическое лицо обязано уплатить государственную пошлину в размере 3 000 руб.

ФИО2 уплатила государственную пошлину в размере 4 000 руб., что подтверждается чеком по операции от 6 августа 2025 года.

В связи с удовлетворением требований административного истца, в соответствии с положениями части 1 статьи 111 КАС с УМВД России по Амурской области в пользу административного истца подлежат взысканию судебные издержки по оплате государственной пошлины в размере 3 000 рублей.

Излишне уплаченная государственная пошлина в размере 1 000 рублей подлежит возврату административному истцу на основании статьи 333.40 Налогового кодекса Российской Федерации.

Руководствуясь ст. ст. 175 – 180, 227 КАС РФ, суд

решил:

административное исковое заявление ФИО2 – удовлетворить.

Признать незаконным решение жилищно-бытовой комиссии УМВД России по Амурской области от 27 февраля 2025 года N 230, с учетом изменений, внесенных решением жилищно-бытовой комиссии УМВД России по Амурской области от 3 апреля 2025 года N 240, о снятии ФИО2 с учета нуждающихся в улучшении жилищных условий.

Признать незаконным решение жилищно-бытовой комиссии УМВД России по Амурской области от 26 июня 2025 года N 259 об оставлении без изменения решения жилищно-бытовой комиссии УМВД России по Амурской области от 27 февраля 2025 года N 230

Возложить обязанность на УМВД России по Амурской области восстановить ФИО2 (в составе семьи 2 человек: она и дочь ФИО4) на учете нуждающихся в улучшении жилищных условий, исходя из даты подачи рапорта - 30 апреля 1997 года.

Обязать УМВД России по Амурской области сообщить об исполнении решения суда в суд и административному истцу ФИО2 в течение одного месяца со дня вступления решения суда в законную силу.

Взыскать с УМВД России по Амурской области в пользу ФИО2 судебные расходы по оплате государственной пошлины в размере 3 000 (трех тысяч) рублей.

Возвратить ФИО2 излишне уплаченную госпошлину в размере 1 000 рублей, уплаченную по чеку от 6 августа 2025 года

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Амурский областной суд через Благовещенский городской суд в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме.

Председательствующий М.В. Стеблина

Решение в окончательной форме изготовлено 16 сентября 2025 года