Апелляционное определение № 33-430/2026 33-7375/2025 от 26 января 2026 г.

Дело № 33-430/2026 (33-7375/2025)

В суде первой инстанции дело № 2-2714/2025

УИД 27RS0004-01-2025-001013-03


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

27 января 2026 года г. Хабаровск

Судебная коллегия по гражданским делам Хабаровского краевого суда

в составе:

председательствующего Моргунова Ю.В.,

судей Литовченко А.Л., Плотниковой Е.Г.,

при секретаре Евтушенко М.Е.,

рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело по иску прокурора Индустриального района г. Хабаровска в интересах Российской Федерации к ФИО1, ФИО2 нотариусу нотариального округа г. Хабаровска ФИО3, ООО «Фактура» о признании недействительной (ничтожной) сделкой договор займа, признании незаконной и не подлежащей к исполнению исполнительной надписи, применении последствий недействительности сделки,

по апелляционной жалобе ФИО1 на решение Индустриального районного суда г.Хабаровска от 15 сентября 2025 года.

Заслушав доклад судьи Плотниковой Е.Г., объяснения ответчика ФИО2 посредством систем видеоконференц-связи, представителя истца ФИО4, судебная коллегия

УСТАНОВИЛА:

Прокурор Индустриального района г.Хабаровска обратился в суд в интересах Российской Федерации к ФИО1, ФИО2, нотариусу нотариального округа г. Хабаровска ФИО3, ООО «Фактура» и просил признать недействительной (ничтожной) сделкой договор займа, заключенный 14.12.2023 между ООО «Рубин» и ФИО2, признать незаконной и неподлежащей к исполнению исполнительную надпись № № совершенную 05.06.2024 нотариусом нотариального округа г. Хабаровска Хабаровского края ФИО3 по заявлению ФИО1 о взыскании с ООО «Фактура» задолженности по договору займа от 14.12.2023, применить последствия недействительности ничтожной сделки от 14.12.2023, взыскав с ФИО1 в доход Российской Федерации незаконно полученные денежные средства в размере 15 500 000 руб., в обоснование указав, что прокуратурой Индустриального района г.Хабаровска в ходе проверки сведений, поступивших из МРУ Росфинмониторинга по ДФО, выявлены нарушения требований противолегализационного законодательства РФ. Проверкой выявлена сделка на сумму 15 000 000 руб., имеющая признаки сомнительной. Действительной целью умышленных действий при заключении договора займа, договора о переводе долга и договора уступки требования при обращении к нотариусу за совершением на них исполнительной надписи являлось придание правомерного вида владению, пользованию и распоряжению денежными средствами в сумме 15 000 000 рублей, законность получения которых не подтверждена. На момент совершения нотариусом ФИО3 исполнительной надписи отсутствовали условия, предусмотренные ст. 91 Основ о нотариате, так как предоставленные заявителями договоры не подтверждали бесспорность требований взыскателя к должнику, а при выполнении своих обязанностей с соблюдением требований Федерального закона № 115-ФЗ нотариус имел возможность проверить сведения о заемщиках и взыскателях и установить, что на момент заключения нотариально удостоверенного договора займа заимодавцы не имели легального источника дохода, позволяющего предоставить заем наличными в сумме 15 000 000 руб., а заемщик не вел реальную хозяйственную деятельность.

К участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечена ФИО5

Решением Индустриального районного суда г.Хабаровска от 15.09.2025 исковые требования удовлетворены.

Постановлено:

признать недействительной (ничтожной) сделкой договор займа, заключенный 14.12.2023 между ООО «Рубин» и ФИО2 на сумму 15 000 000 руб.;

признать незаконной и не подлежащей к исполнению исполнительную надпись № №, совершенную 05.06.2024 нотариусом нотариального округа города Хабаровска Хабаровского края ФИО3 по заявлению ФИО1 о взыскании задолженности с должника ООО «Фактура» в размере 15 500 000 руб.;

применить последствия недействительности ничтожной сделки от 14.12.2023, взыскать с ФИО1 в доход Российской Федерации в лице Министерства финансов Российской Федерации незаконно полученные денежные средства в размере 15 500 000 руб.;

взыскать с ФИО2 в доход муниципального образования городской округ «Город Хабаровск» государственную пошлину в размере 26 562, 50 руб.;

взыскать с ФИО1 в доход муниципального образования городской округ «Город Хабаровск» государственную пошлину в размере 26 562,50 руб.;

взыскать с ООО «Фактура» в доход муниципального образования городской округ «Город Хабаровск» государственную пошлину в размере 26 562,50 руб.;

взыскать с нотариуса ФИО3 в доход муниципального образования городской округ «Город Хабаровск» государственную пошлину в размере 26 562,50 руб.

В апелляционной жалобе ФИО1 выражает несогласие с обжалованным решением суда, просит его отменить ввиду его незаконности, необоснованности. В качестве доводов для отмены решения суда указывает на то, что не установлена противоправность сторон, действующих по сделкам, и не установлена противозаконная природа денежных средств. Судом необоснованно применены положения ФЗ от 07.08.2021 №115-ФЗ «О противодействии легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем, и финансированию терроризма», поскольку не установлено, что денежные средства по сделкам получены сторонами преступным путем.

Письменных возражений на доводы апелляционной жалобы не поступило.

В судебном заседании ответчик ФИО2, принимавший участие посредством систем видеоконференц-связи, поддержал доводы, изложенные в апелляционной жалобе ФИО1

Представитель истца ФИО4 в судебном заседании выразила согласие с решением суда первой инстанции.

Иные лица, участвующие в деле, в судебном заседании участия не принимали, о месте и времени судебного разбирательства извещались в установленном порядке, в том числе, путем размещения информации о месте и времени судебного разбирательства на официальном сайте Хабаровского краевого суда. Ходатайства об отложении судебного разбирательства в адрес суда не поступали.

На основании ч.ч. 3, 4 ст. 167, ч. 1 ст. 327 ГПК РФ, судебная коллегия считает возможным рассмотреть дело в отсутствие не явившихся лиц.

В соответствии с ч. 1 ст. 327.1 ГПК РФ суд апелляционной инстанции рассматривает дело в пределах доводов, изложенных в апелляционных жалобе, представлении и возражениях относительно жалобы, представления.

Изучив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, выслушав пояснения лиц, участвующих в деле, проверив законность и обоснованность решения суда, исходя из доводов, изложенных в апелляционной жалобе, судебная коллегия приходит к следующему.

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, в ходе проверки сведений, поступивших из МРУ Росфинмониторинга по ДФО, прокуратурой Индустриального района г.Хабаровска выявлены нарушения требований противолегализационного законодательства Российской Федерации, а именно выявлена сделка на сумму 15 000 000 руб., имеющая признаки сомнительной, что явилось основанием для обращения с настоящим иском в суд.

14.12.2023 между заемщиком ООО «Рубин» в лице директора ФИО5 и займодавцем ФИО2 заключен договор займа, удостоверенный нотариусом ФИО3, по условиям которого ООО «Рубин» заняло у ФИО2 денежные средства в сумме 15 000 000 руб., сроком возврата 04.01.2024.

В п. 7 договора займа сторонами согласовано условие о выплате ООО «Рубин» ФИО2 процентов в сумме 500 000 рублей в случае просрочки возврата суммы займа.

10.01.2024 директору ООО «Рубин» ФИО5 от ФИО2 вручено уведомление о наличии задолженности в сумме 15 500 000 руб., с требованием погашения задолженности в течение 14 дней с момента получения уведомления.

29.05.2024 между ООО «Рубин» в лице директора ФИО5 (первоначальный должник), ООО «Фактура» в лице представителя ФИО2, действующего на основании доверенности (новый должник), удостоверенной нотариусом ФИО3, и ФИО2 (кредитор) заключен договор о переводе долга, удостоверенный нотариусом ФИО3 и зарегистрированный в реестре за № № по условиям которого новый должник принимает на себя в полном объеме обязательства первоначального должника по договору займа, удостоверенному нотариусом ФИО3, заключенному между первоначальным должником и кредитором.

Согласно п. 1.2 договора от 29.05.2024 сумма долга на момент подписания настоящего договора составляет 15 500 000 руб., из которых сумма основного долга – 15 000 000 руб., 500 000 руб. – сумма процентов.

Как следует из п. 4.1-4.2 договора от 29.05.2024, новый должник обязуется погасить кредитору задолженность, указанную в п. 1.2 настоящего договора, в срок не позднее 01.06.2024 путем перечисления денежных средств на счет кредитора.

В случае нарушения новым должником срока погашения задолженности кредитор вправе обратиться к нотариусу за выдачей исполнительного документа (исполнительная надпись) на принудительное взыскание задолженности по договору займа от 14.12.2023.

29.05.2024 между ФИО2 и ФИО1 заключен нотариально удостоверенный нотариусом ФИО3 договор об уступке требования, в соответствии с которым цедент передает (уступает), а цессионарий принимает требования к ООО «Фактура» (должник) о взыскании задолженности (долга) в размере 15 500 000 руб., причитающихся уплате по договору займа.

05.06.2024 ФИО1 обратилась к нотариусу ФИО3 с заявлением о совершении исполнительной надписи о взыскании задолженности с ООО «Фактура».

05.06.2024 нотариусом ФИО3 совершена исполнительная надпись № о взыскании в пользу ФИО1 с должника ООО «Фактура» неуплаченной задолженности, составляющей 15000 000 руб., а также процентов, предусмотренных договором, в размере 500 000 руб.

На основании указанной исполнительной надписи судебным приставом-исполнителем 11.06.2024 возбуждено исполнительное производство №-ИП в отношении должника ООО «Фактура» в пользу взыскателя ФИО1, которое окончено постановлением судебного пристава-исполнителя от 20.09.2024 в связи с исполнением требований исполнительного документа.

Как следует из представленной справки о движении денежных средств по депозитному счету по исполнительному производству №-ИП по состоянию на 20.01.2025, постановления об окончании исполнительного производства от 20.09.2024, в период с 13.06.2024 по 28.08.2024 с должника ООО «Фактура» взыскано 15 534 537 руб., которые были перечислены взыскателю ФИО1, возвращено 34 537 руб.

Разрешая заявленные требования, суд первой инстанции, руководствуясь положениями ст.ст. 8, 153, 167, 169, 382, 388, 807 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ), положениями Федерального закона от 07.08.2001 № 115-ФЗ «О противодействии легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем, и финансированию терроризма», Основами законодательства РФ о нотариате, утвержденными ВС РФ 11.02.1993 № 4462-I, правовой позицией, изложенной в Обзоре по отдельным вопросам судебной практики, связанным с принятием судами мер противодействия незаконным финансовым операциям, утвержденном президиумом Верховного Суда Российской Федерации 08.07.2020, разъяснениями, изложенными в п. 85 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», «Концепцией развития национальной системы противодействия легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем, и финансированию терроризма», утвержденной Президентом РФ 30.05.2018, оценив доказательства, представленные сторонами в обоснование заявленных требований и возражений, установив, что на момент заключения договора займа у ФИО2 отсутствовала реальная возможность предоставить ООО «Рубин» денежные средства в размере 15 000 000 руб., при этом факт передачи денежных средств объективными данными не подтвержден, заключение договора займа, удостоверенного нотариусом, со всей очевидностью имело целью формирование оснований для обращения к нотариусу за совершением исполнительной надписи при действительном отсутствии спора и получением исполнительного документа для последующего обналичивания денежных средств путем придания правомерного вида незаконной финансовой операции, что противоречит требования закона, исполнительная надпись совершена для придания правомерного вида владению, пользованию и распоряжению денежными средствами, установив, что умысел ответчиков был направлен на совершение сомнительных операций с денежными средствами с целью придания видимости законности вывода денежных средств в оборот, пришел к выводу о наличии правовых оснований для удовлетворения заявленных исковых требований.

Судебная коллегия соглашается с выводами суда по существу спора как постановленными на основании исследованных доказательств, при правильном применении норм материального права.

В соответствии со ст. 1 Федерального закона от 07.08.2001 N 115-ФЗ "О противодействии легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем, и финансированию терроризма" (далее - Закон №115-ФЗ) его целью является защита прав и законных интересов граждан, общества и государства путем создания правового механизма противодействия легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем, финансированию терроризма и финансированию распространения оружия массового уничтожения.

Согласно ст. 3 указанного Федерального закона операции с денежными средствами или иным имуществом определены как действия физических и юридических лиц с денежными средствами или иным имуществом независимо от формы и способа их осуществления, направленные на установление, изменение или прекращение связанных с ним гражданских прав и обязанностей.

В целях применения норм Закона N 115-ФЗ признаки, указывающие на необычный характер сделки, приведены в приложении к Положению Банка России от 02.03.2012 N 375-П "О требованиях к правилам внутреннего контроля кредитной организации в целях противодействия легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем, и финансированию терроризма".

К таким признакам, в частности, отнесены запутанный или необычный характер операции (сделки), не имеющей очевидного экономического смысла или очевидной законной цели, либо несоответствие операции (сделки) целям деятельности организации, установленным учредительными документами этой организации, а также несоответствие характера операции (сделки) клиента заявленной при приеме на обслуживание и (или) в ходе обслуживания деятельности и операции по списанию со счета клиента денежных средств на основании исполнительных документов о взыскании денежных средств, характер которой дает основания полагать, что данная операция направлена на легализацию (отмывание) доходов, полученных преступным путем.

Из п. 6 Обзора по отдельным вопросам судебной практики, связанным с принятием судами мер противодействия незаконным финансовым операциям, утвержденного Президиумом Верховного Суда РФ 08.07.2020, разъяснено, что выявление при разрешении экономических и иных споров, возникающих из гражданских отношений, обстоятельств, свидетельствующих о направленности действий участников оборота на придание правомерного вида доходам, полученным незаконным путем, может являться основанием для вывода о ничтожности соответствующих сделок как нарушающих публичные интересы и для отказа в удовлетворении основанных на таких сделках имущественных требований, применении последствий недействительности сделок по инициативе суда.

При оценке того, имеются ли признаки направленности действий участвующих в деле лиц на придание правомерного вида владению, пользованию и распоряжению денежными средствами или иным имуществом, приобретенными незаконным путем, судам необходимо исходить из того, что по смыслу п. 2 ст. 7 Федерального закона от 07.08.2001 N 115-ФЗ такие признаки могут усматриваться, в частности, в запутанном или необычном характере сделок, не имеющих очевидного экономического смысла или очевидной законной цели, а также учитывать разъяснения, данные в пункте 10 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 07.07.2015 N 32 "О судебной практике по делам о легализации (отмывании) денежных средств или иного имущества, приобретенных преступным путем, и о приобретении или сбыте имущества, заведомо добытого преступным путем", принимать во внимание типологии незаконных финансовых операций, подготовленные Росфинмониторингом.

В соответствии со ст. 169 ГК РФ сделка, совершенная с целью, заведомо противной основам правопорядка или нравственности, ничтожна и влечет последствия, установленные статьей 167 настоящего Кодекса. В случаях, предусмотренных законом, суд может взыскать в доход Российской Федерации все полученное по такой сделке сторонами, действовавшими умышленно, или применить иные последствия, установленные законом.

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в определении от 08.06.2004 N 226-О, статья 169 ГК РФ особо выделяет опасную для общества группу недействительных сделок - так называемые антисоциальные сделки, противоречащие основам правопорядка и нравственности, признает такие сделки ничтожными и определяет последствия их недействительности: при наличии умысла у обеих сторон такой сделки - в случае ее исполнения обеими сторонами - в доход Российской Федерации взыскивается все полученное по сделке, а в случае исполнения сделки одной стороной с другой стороны взыскивается в доход Российской Федерации все полученное ею и все причитавшееся с нее первой стороне в возмещение полученного; при наличии умысла лишь у одной из сторон такой сделки все полученное ею по сделке должно быть возвращено другой стороне, а полученное последней либо причитавшееся ей в возмещение исполненного взыскивается в доход Российской Федерации.

Статья 169 ГК РФ указывает, что квалифицирующим признаком антисоциальной сделки является ее цель, то есть достижение такого результата, который не просто не отвечает закону или нормам морали, а противоречит - заведомо и очевидно для участников гражданского оборота - основам правопорядка и нравственности.

Антисоциальность сделки, дающая суду право применять данную норму ГК РФ, выявляется в ходе судопроизводства с учетом всех фактических обстоятельств, характера допущенных сторонами нарушений и их последствий.

Требуя отмены принятого по делу решения, ответчик ФИО1 ссылается на недоказанность противоправности сторон, действующих по сделкам, и противозаконной природы денежных средств.

Судебная коллегия отклоняет данные доводы, поскольку из материалов дела видно, что договор займа от 14.12.2023 между ООО «Рубин» и ФИО2 носит фиктивный характер, наличие денежных средств у ФИО2 в сумме 15 000 000 руб. не подтверждено, ООО «Рубин» зарегистрировано 28.11.2023, менее, чем за месяц до заключения договора займа, по которому выступило заемщиком, договор о переводе долга заключен 29.05.2024 - в день внесения налоговым органом сведений о прекращении юридического лица.

В связи с этим, заключение нотариально удостоверенного договора займа от 14.12.2023 на сумму 15 000 000 руб., со всей очевидностью имело целью формирование оснований для обращения к нотариусу за совершением исполнительной надписи при действительном отсутствии спора и получение исполнительного документа для последующего обналичивания денежных средств путем придания правомерного вида незаконной финансовой операции.

Изложенное подтверждает, что указанный способ оплаты направлен в обход правил контроля за финансовыми операциями, установленных ст. 7 Закона N 115-ФЗ, и реализован в целях использования недобросовестными участниками гражданского оборота института принудительного исполнения для совершения операции с денежными средствами, что свидетельствует о противоречии целей оспариваемой сделки основам правопорядка.

При этом показатели финансово-хозяйственной деятельности, характер движения средств по расчетным счетам ООО «Рубин» свидетельствуют о том, что данная организация реальную хозяйственную деятельность не осуществляла. Согласно сведениям учетных органов в собственности юридического лица отсутствовало движимое и недвижимое имущество, необходимое для осуществления заявленных при регистрации видов деятельности, данная организация не имела сотрудников, перечисление налоговых платежей, страховых взносов, выплата заработной платы не производились, не установлены финансовые операции, связанные с расходами в рамках хозяйственной деятельности.

Исходя из совокупности указанных обстоятельств, суд первой инстанции пришел к правильному выводу, что оспариваемый договор займа совершен с целью, заведомо противной основам правопорядка, что свидетельствует о его ничтожности на основании ст. 169 ГК РФ.

Доводы ФИО2, изложенные им при даче пояснений в суде апелляционной инстанции, о наличии денежных средств в размере, достаточном для передачи в займ, материалами дела не подтверждаются.

Вопреки доводам ФИО2, суд при принятии решения, основывался не только на сведениях, поступивших из МРУ Росфинмониторинга по ДФО, а руководствовался всей совокупностью исследованных доказательств, которым дана надлежащая оценка по правилам ст. 67 ГПК РФ.

Доводы, по которым суд пришел к изложенным им в решении выводам, подробно изложены в оспариваемом решении, не согласиться с которыми судебная коллегия оснований не усматривает.

Содержание решения суда отвечает установленным Гражданским процессуальным кодексом Российской Федерации требованиям: в нем указаны обстоятельства, установленные судом, выводы, к которым пришел суд по результатам рассмотрения дела, мотивы, по которым суд пришел к своим выводам, ссылки на законы, которыми руководствовался суд, приведены мотивы, по которым судом удовлетворены требования истца.

В целом, доводы апелляционной жалобы не содержат указаний на обстоятельства, которые не были бы предметом исследования и оценки суда первой инстанции, не опровергают выводов суда и по существу сводятся лишь к несогласию с ними.

При рассмотрении дела судом не допущено нарушения или неправильного применения норм материального или процессуального права, повлекших вынесение незаконного решения, а поэтому оснований к отмене решения суда, предусмотренных ст. 330 ГПК РФ, по доводам апелляционной жалобы не имеется.

Руководствуясь ст.ст. 328, 329 ГПК РФ, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

решение Индустриального районного суда г.Хабаровска от 15 сентября 2025 года оставить без изменения, апелляционную жалобу ФИО1 – без удовлетворения.

Апелляционное определение вступает в законную силу со дня его принятия.

Председательствующий:

Судьи:

Мотивированное апелляционное определение изготовлено 09.02.2026.