Апелляционное определение № 33-764/2026 от 15 апреля 2026 г.

41RS0003-01-2025-000617-21 Дело № 33-764/2026

Судья Горячун Д.В.(2-462/2025)


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

г. Петропавловск-Камчатский 16.04.2026

Судебная коллегия по гражданским делам Камчатского краевого суда в составе:

председательствующего

Мартьяновой С.Ю.,

судей

ФИО4, ФИО5

при секретаре Таневской Э.С. рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО6 к администрации Вилючинского городского округа о признании права собственности на жилой дом в силу приобретательной давности

по апелляционной жалобе третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, Министерства обороны Российской Федерации на решение Вилючинского городского суда Камчатского края от 22.12.2025.

Заслушав доклад председательствующего судьи Мартьяновой С.Ю., объяснения представителя администрации Вилючинского городского округа ФИО7, судебная коллегия

установила:

ФИО6 обратился в суд с иском к администрации Вилючинского городского округа (далее администрация ВГО), в обоснование которого указал, что с 1976 года он со своими родителями проживал в доме, расположенном по адресу: <адрес>, общей площадью 32,1 кв.м. Собственником указанного жилого дома являлся его отец ФИО1 Регистрация права собственности на данный жилой дом не производилась, однако он числится в Едином государственно реестре недвижимости под кадастровым номером №, был поставлен на кадастровый учет 28.06.2012, как ранее учтенный. После смерти отца истец продолжал пользоваться домом и до настоящего времени открыто и добровольно владеет и пользуется им, как своим собственным уже более 49 лет, содержит домовладение в надлежащем состоянии, производит капитальные и текущие ремонты. Жилой дом соответствует санитарным нормам и правилам, подключен к коммунальным ресурсам. На придомовой территории имеются хозяйственные постройки и огород. Признание права собственности необходимо истцу для регистрации права собственности, свободного владения, пользования и распоряжения принадлежащим ему имуществом.

Просил признать за ним право собственности на указанный жилой дом в силу приобретательной давности.

Судом постановлено решение, которым исковые требования удовлетворены, за ФИО6 признано право собственности на жилой дом, расположенный по адресу: <адрес>, в силу приобретательной давности.

В апелляционной жалобе третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, Министерства обороны Российской Федерации ставится вопрос об отмене решения как незаконного ввиду неправильного применения судом норм материального права, нарушения норм процессуального права. Указано на то, что в соответствии с Положением «О Министерстве обороны Российской Федерации», утвержденным Указом Президента Российской Федерации № 1082 от 16.08.2004, Министерство обороны Российской Федерации является уполномоченным федеральным органом исполнительной власти в сфере управления и распоряжения имуществом Вооруженных Сил Российской Федерации и подведомственных Министерству обороны организаций, который осуществляет свою деятельность непосредственно и через органы управления военных округов, иные органы военного управления, территориальные органы. В соответствии с пунктом 12 Федерального закона «Об обороне» имущество Вооруженных Сил Российской Федерации, других войск, воинских формирований, органов, является федеральной собственностью и находится у них на правах хозяйственного ведения или оперативного управления. В силу пункта 71 Положения Министерство обороны осуществляет в пределах своей компетенции правомочия собственника имущества, закрепленного за Вооруженными силами на правах хозяйственного ведения или оперативного управления. Ранее спорный жилой дом принадлежал войсковой части №. Каких-либо документов или сведений о его передаче от указанной воинской части во владение и пользование ФИО6 не имеется, договор купли-продажи имущества (договора дарения), заключенного между войсковой частью № и ФИО6 отсутствует. Кроме того, регистрация права на указанный объект недвижимого имущества не производилась.

В возражениях на апелляционную жалобу истец ФИО6 полагает решение суда законным и обоснованным.

В заседании суда апелляционной инстанции представитель администрации Вилючинского городского округа Галкина В.Г. доводы жалобы Министерства обороны Российской Федерации полагала правильными, а решение суда – подлежим отмене, указала также, что администрация с апелляционной жалобой в краевой суд не обращалась.

Истец ФИО6, третьи лица Управление Росреестра по Камчатскому краю, ФГКУ «Дальневосточное территориальное управление имущественных отшений Министерства обороны Российской Федерации, ФГКУ «Управление лесного хозяйства и природопользования», Министерство обороны Российской Федерации, ФГКУ «261 ОМИС» Министерства обороны Российской Федерации, ФИО. участия в судебном заседании суда апелляционной инстанции не принимали.

С учетом положений части 1 статьи 327, частей 3, 4 статьи 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд апелляционной инстанции пришел к выводу о возможности рассмотрения апелляционной жалобы при установленной явке.

Выслушав представителя ответчика, исследовав материалы гражданского дела, материалы гражданского дела № 2-606/2017, проверив законность и обоснованность судебного решения в пределах доводов апелляционной жалобы в соответствии с частью 1 статьи 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия приходит к следующему.

В соответствии со статьей 8 Гражданского кодекса Российской Федерации гражданские права и обязанности возникают из оснований, предусмотренных законом и иными правовыми актами, а также из действий граждан и юридических лиц, которые хотя и не предусмотрены законом или такими актами, но в силу общих начал и смысла гражданского законодательства порождают гражданские права и обязанности. В частности, гражданским права и обязанности возникают в результате приобретения имущества по основаниям, допускаемым законом.

По правилам пунктов 1, 3 статьи 218 Гражданского кодекса Российской Федерации право собственности на имущество, которое имеет собственника, может быть приобретено другим лицом на основании договора купли-продажи, мены, дарения или иной сделки об отчуждении этого имущества. В случае смерти гражданина право собственности на принадлежавшее ему имущество переходит по наследству к другим лицам в соответствии с завещанием или законом.

В случаях и в порядке, предусмотренных настоящим Кодексом, лицо может приобрести право собственности на имущество, не имеющее собственника, на имущество, собственник которого неизвестен, либо на имущество, от которого собственник отказался или на которое он утратил право собственности по иным основаниям, предусмотренным законом.

В силу положений статьи 234 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо гражданин или юридическое лицо, не являющееся собственником имущества, но добросовестно, открыто и непрерывно владеющее как своим собственным недвижимым имуществом в течение пятнадцати лет либо иным имуществом в течение пяти лет, приобретает право собственности на это имущество (приобретательная давность). Право собственности на недвижимое и иное имущество, подлежащее государственной регистрации, возникает у лица, приобретшего это имущество в силу приобретательной давности, с момента такой регистрации.

До приобретения на имущество права собственности в силу приобретательной давности лицо, владеющее имуществом как своим собственным, имеет право на защиту своего владения против третьих лиц, не являющихся собственниками имущества, а также не имеющих прав на владение им в силу иного предусмотренного законом или договором основания.

Лицо, ссылающееся на давность владения, может присоединить ко времени своего владения все время, в течение которого этим имуществом владел тот, чьим правопреемником это лицо является.

Течение срока приобретательной давности в отношении вещей, находящихся у лица, из владения которого они могли быть истребованы в соответствии со статьями 301 и 305 настоящего Кодекса, начинается со дня поступления вещи в открытое владение добросовестного приобретателя, а в случае, если было зарегистрировано право собственности добросовестного приобретателя недвижимой вещи, которой он владеет открыто, - не позднее момента государственной регистрации права собственности такого приобретателя

Как следует из разъяснений, изложенных в пунктах 15, 16 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 10 и Пленума Высшего Арбитражного Суда № 22 от 29.04.2010 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав», давностное владение является добросовестным, если лицо, получая владение, не знало и не должно было знать об отсутствии основания возникновения у него права собственности; давностное владение признается открытым, если лицо не скрывает факта нахождения имущества в его владении. Принятие обычных мер по обеспечению сохранности имущества не свидетельствует о сокрытии этого имущества; давностное владение признается непрерывным, если оно не прекращалось в течение всего срока приобретательной давности. В случае удовлетворения иска давностного владельца об истребовании имущества из чужого незаконного владения имевшая место ранее временная утрата им владения спорным имуществом перерывом давностного владения не считается. Передача давностным владельцем имущества во временное владение другого лица не прерывает давностного владения. Не наступает перерыв давностного владения также в том случае, если новый владелец имущества является сингулярным или универсальным правопреемником предыдущего владельца; владение имуществом как своим собственным означает владение не по договору. По этой причине статья 234 Гражданского кодекса Российской Федерации не подлежит применению в случаях, когда владение имуществом осуществляется на основании договорных обязательств (аренды, хранения, безвозмездного пользования и т.п.).

По смыслу статей 225 и 234 Гражданского кодекса Российской Федерации право собственности в силу приобретательной давности может быть приобретено на имущество, принадлежащее на праве собственности другому лицу, а также на бесхозяйное имущество.

Конституционный Суд Российской Федерации в постановлении от 26.11.2020 № 48-П разъяснил, что добросовестность предполагает, что вступление во владение не было противоправным, совершено внешне правомерными действиями. Добросовестное заблуждение давностного владельца о наличии у него права собственности на данное имущество положениями статьи 234 Гражданского кодекса Российской Федерации не предусмотрено в качестве обязательного условия для возникновения права собственности в силу приобретательной давности. Напротив, столь длительное владение вещью, право на которую отсутствует, предполагает, что давностный владелец способен знать об отсутствии у него такого права, особенно в отношении недвижимого имущества, возникновение права на которое, по общему правилу, требует формального основания и регистрации в публичном реестре; требование о добросовестном заблуждении в течение всего срока владения без какого-либо разумного объяснения препятствует возвращению вещи в гражданский оборот и лишает лицо, открыто и добросовестно владеющее чужой вещью как своей, заботящееся об этом имуществе и несущее расходы на его содержание, не нарушая при этом ничьих прав, права легализовать такое владение, оформив право собственности на основании данной нормы.

Для признания владельца добросовестным при определенных обстоятельствах не требуется, чтобы он имел основания полагать себя собственником имущества. Добросовестность может быть признана судами и при наличии оснований для понимания владельцем отсутствия у него оснований приобретения права собственности.

В рамках института приобретательной давности защищаемый законом баланс интересов определяется, в частности, и с учетом возможной утраты собственником имущества (в том числе публичным) интереса в сохранении своего права. Для приобретения права собственности в силу приобретательной давности не является обязательным, чтобы собственник, в отличие от положений статьи 236 Гражданского кодекса Российской Федерации, совершил активные действия, свидетельствующие об отказе от собственности, или объявил об этом. Достаточным является то, что титульный собственник в течение длительного времени устранился от владения вещью, не проявляет к ней интереса, не исполняет обязанностей по ее содержанию, вследствие чего вещь является фактически брошенной собственником.

Таким образом, давностное владение является добросовестным, если, приобретая вещь, лицо не знало и не должно было знать о неправомерности завладения ею, то есть в тех случаях, когда вещь приобретается внешне правомерными действиями, однако право собственности в силу тех или иных обстоятельств возникнуть не может. При этом лицо владеет вещью открыто, как своей собственной, то есть вместо собственника, без какого-либо правового основания (титула).

Статьей 11 Федерального закона от 30.11.1994 № 52-ФЗ «О введении в действие части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» предусмотрено, что действие статьи 234 Кодекса (приобретательная давность) распространяется и на случаи, когда владение имуществом началось до 01.01.1995 и продолжается в момент введения в действие части первой Кодекса.

Судом первой инстанции установлено и следует из материалов дела, что индивидуальный жилой дом площадью 32.1 кв.м, расположенный по адресу: <адрес>, поставлен на кадастровый учет как ранее учтенный 28.06.2012, ему присвоен кадастровый №. Записи о зарегистрированных правах на жилой дом отсутствуют (л.д. 51,63-65).

Указанный жилой дом расположен на участке с кадастровым номером №, категория: земли населенных пунктов, в кадастровом квартале №. Записи о зарегистрированных правах отсутствуют, внесены сведения о характерных точках границ (л.д. 96-105).

Согласно техническому паспорту, данный жилой дом построен в 1956 году, собственником значится ФИО1 (л.д. 8-21).

В учетно-технической документации, регистрационных книгах (журналах), информационной системе, находящихся на хранении в КГБУ «Камчатская государственная кадастровая оценка», сведения о наличии права собственности на спорный жилой дом отсутствуют (л.д. 56).

По сведениям МКУ «Городской архив» ВГО ЗАТО г. Вилючинска Камчатского края правоустанавливающие документы в отношении ранее возникшего права собственности ФИО1 на жилой дом <адрес> и сведения о принадлежности земельного участка, расположенного под вышеуказанным жилым домом, в документах архивного фонда «Администрация» не найдены (л.д. 62).

Реестр федерального имущества также не содержит сведений об объекте, расположенном в г. Вилючинске с кадастровым номером № и о земельном участке, расположенном под указанным объектом (л.д.121).

Истец ФИО6 является сыном ФИО1, наследственное дело после смерти которого не заводилось.

В обоснование исковых требований ФИО6 указывает, что в спорном жилом доме он проживает с 1976 года, до настоящего времени открыто и добровольно владеет и пользуется им, как своим собственным, содержит его в надлежащем состоянии.

Из представленных в дело документов видно, что 01.01.2019 между ФИО2 (супругой истца) и МКП ВГО «Вилючинский водоканал» заключен договор по подаче в дом № <адрес> холодного водоснабжения, согласно справке АО «Каминжиниринг» задолженности по оплате коммунальных услуг по состоянию на 01.10.2025 по указанному адресу не имеется (т.1, л.д. 26-32,106). Придомовой участок ухоженный, имеются хозяйственные постройки, огород (л.д. 23-25).

Допрошенная судом первой инстанции в качестве свидетеля ФИО3 показала, что в 2021 году приобрела дом по соседству с домом истца, была у него на участке и в доме. Семья К-ных использует спорный жилой дом в качестве дачи с 2001 года, занимается хозяйственными делами и огородничеством, регулярно собирает урожай.

Таким образом, истец с 1976 года открыто, добросовестно и непрерывно владеет спорным жилым домом как своим собственным, выполняет свои обязанности по отношению к указанному недвижимому имуществу, правопритязания на него со стороны иных лиц отсутствуют.

При этом добросовестность истца, открытость и непрерывность владения спорным участком, а также несение бремени его содержания никем под сомнение не поставлены, иных лиц, претендующих на данный жилой дом, не установлено, равно как не установлено обстоятельств, свидетельствующих о недобросовестности ФИО6 как при вступлении во владение спорным недвижимым имуществом, так и в последующем, не установлено.

Учитывая указанные обстоятельства, суд первой инстанции пришел к правильному выводу об удовлетворении заявленных истцом требований, признании за ФИО6 права собственности на жилой дом, расположенный по адресу: <адрес>, в силу приобретательной давности.

Не соглашаясь с вынесенным судом решением, третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований относительно предмета спора, Министерство обороны Российской Федерации, обратилось с апелляционной жалобой, ссылаясь на то, что ранее спорный жилой дом принадлежал войсковой части №. Каких-либо документов или сведений о его передаче от указанной воинской части во владение и пользование ФИО6 не имеется, договор купли-продажи имущества (договора дарения), заключенный между войсковой частью № и ФИО6 отсутствует.

Вместе с тем, вопреки положениям статей 56, 57, 59, 60 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, относимых и допустимых доказательств, подтверждающих принадлежность Министерству обороны как непосредственно спорного жилого дома, так и земельного участка, на котором он располагается, в материалы дела не представлено.

В постановлении Главы ЗАТО г. Вилючинска от 17.11.1999 № «О признании жилых домов и жилых помещений, принадлежащих войсковой части № в п. Сельдевая непригодными для постоянного проживания» отсутствует указание на жилой дом по <адрес> (л.д. 33,34).

В судебном заседании от 18.11.2025 представитель истца подтвердила, что данное постановление было ошибочно представлено в рамках настоящего гражданского дела (л.д. 153).

Кроме того, из дела следует, что в 2017 году с иском о признании права собственности на дома № <адрес> в силу приобретательной давности к администрации ВГО обращалась ФИО2 (гражданское дело № 2-606/2017), в обоснование которого указала на то, что спорный жилой дом был предоставлен ФИО1 в 1976 году РКЦ «Колхоз имени Ленина».

ФКУ «Дальневосточное территориальное управление имущественных отношений» Министерства Обороны Российской Федерации было привлечено к участию в данном деле в качестве третьего лица.

Решением Вилючинского городского суда Камчатского края от 09.11.2017 в удовлетворении требований ФИО2 отказано ввиду предъявления иска к ненадлежащему ответчику. Суд исходил из того, что поскольку спорный жилой дом не находится в муниципальной собственности Вилючинского городского округа ЗАТО г. Вилючинска, иск предъявлен к ненадлежащему ответчику.

Согласно справке от 16.08.1999, имеющейся в данном деле, в БТИ г. Вилючинска Камчатской области по вопросу регистрации дома № <адрес>, никто не обращался. Документов, подтверждающих право собственности ФИО1, в БТИ не имеется. Копия технического паспорта соответствует дате последнего обследования областным БТИ г. Петропавловска-Камчатского 09.12.1982.

Кроме того, из других документов данного дела следует, что по сообщению Рыболовецкого колхоза им. В.И. Ленина, он не владеет жилым домом, расположенным по адресу: <адрес>, не является его собственником, какими-либо иными правами в отношении указанного имущества не обладает.

В реестре муниципального жилищного фонда администрации ВГО ни жилой дом по <адрес>, ни земельный участок с кадастровым номером № не значатся.

По сообщению ФКУ «Дальневосточное территориальное управление имущественных отношений» Министерства Обороны Российской Федерации, спорный жилой дом расположен в границах земельного участка с кадастровым номером №, площадью 2 586 000 кв.м, принятого на учет учреждения в ходе реорганизации ФГУ «Вилючинская квартирно-эксплуатационная часть района» Минобороны России, на указанный земельный участок зарегистрировано право собственности Российской Федерации. Земельный участок № расположен в запретной зоне военного объекта Камчатское лесничество Минобороны России. Документы, послужившие основанием для образования земельного участка с кадастровым номером №, а также схемы раздела земельного участка №, находящегося в ведении Минобороны России, в адрес учреждения не поступили, соответственно участок № образован незаконно.

В соответствии с государственным актом на право пользование землей № земельный участок № спецназначения закреплен в бессрочное и бесплатное пользование за в/ч №.

Согласно сведениям АО «Северо-Восточный ремонтный центр», с 01.12.2001 в соответствии с приказом Министра Обороны Российской Федерации, войсковая часть № переименована в ФГУП «СВРЦ» Министерства Обороны Российской Федерации, распоряжением Территориального управления Федерального агентства по управлению федеральным имуществом по Камчатской области от 29.12.2007 № ФГУП «СВРЦ» Министерства Обороны Российской Федерации преобразовано путем приватизации в АО «СРВЦ».

Дом № <адрес> и земельный участок, на котором он расположен, на балансе ФГУП «СВРЦ» не значился и в состав имущественного комплекса АО «СВРЦ» не вошел. АО «СВРЦ» не является и никогда не являлся собственником указанных жилого дома и земельного участка.

Из выписки ЕГРН действительно следует, что земельный участок № полностью расположен в границах зоны с реестровым номером № от 03.04.2019, ограничение использования земельного участка в пределах зоны: в соответствии со статьей 65 Водного кодекса Российской Федерации. Вид/наименование – зона с особыми условиями использования территории, часть водоохранной зоны Тихого океана, тип – водоохранная зона, решение от 28.07.2022 № 178 Амурского бассейнового водного управления. Земельный участок полностью расположен в зоне с особыми условиями использования территории с реестровым номером № от 16.02.2016. Ограничение использования земельного участка в пределах зоны: пункт 12 постановления Правительства Российской Федерации от 05.05.2014 № 405 «Об установлении запретных и иных зон с особыми условиями использования земель для обеспечения функционирования военных объектов Вооруженных Сил Российской Федерации, других войск, воинских формирований и органов, выполняющих задачи в области обороны страны». Вид/наименование – запретная зона военного объекта – Камчатского лесничества Министерства обороны Российской Федерации, тип – запретная зона при военном складе, решение заместителя министра обороны Российской Федерации от 29.09.2020 № 1070.

Вместе с тем, ссылаясь на пункт 5 части 1 статьи 1, подпункт 5 пункта 1, пункт 2 статьи 104, пункт 10 статьи 105 Земельного кодекса Российской Федерации, а также пункт 4 постановления Правительства Российской Федерации от 05.05.2014 № 405 «Об установлении запретных и иных зон с особыми условиями использования земель для обеспечения функционирования военных объектов Вооруженных Сил Российской Федерации, других войск, воинских формирований и органов, выполняющих задачи в области обороны страны», пункт 12 «Положения об установлении запретных и иных зон с особыми условиями использования земель для обеспечения функционирования военных объектов Вооруженных Сил Российской Федерации, других войск, воинских формирований и органов, выполняющих задачи в области обороны страны», суд первой инстанции указал на то, что действующее законодательство не содержит запрета на использование гражданами таких земельных участков под уже существующими объектами недвижимости, которые расположены в границах запретных зон военных объектов. Использование таких земельных участков допускается с соблюдением ограничений, предусмотренных вышеуказанным Положением.

В данном случае, жилой дом был построен в 1956 году, то есть до введения в действие Земельного кодекса Российской Федерации и установления границ запретной зоны военного объекта, в связи с чем, нахождение в запретной зоне спорного жилого дома не препятствует его эксплуатации, а также осуществлению истцом правомочий собственника по владению, пользованию и распоряжению данным недвижимым имуществом.

Суд апелляционной инстанции с указанными выводами соглашается, поскольку они являются правильными, основаны на нормах действующего законодательства и соответствуют установленным обстоятельствам дела.

Как установлено в ходе рассмотрения дела, земельный участок №, на котором располагается спорный жилой дом, в ведении Министерства Обороны Российской Федерации не находится, расположен в границах населенного пункта, не изъят и не ограничен в обороте.

При преобразовании войсковой части № в ФГУП «СВРЦ» Министерства Обороны Российской Федерации спорный объект недвижимости на баланс предприятия не передавался, соответственно, оснований для вывода о принадлежности жилого дома к Министерству Обороны Российской Федерации у суда первой инстанции не имелось.

При этом, несмотря на отсутствие дома в реестре муниципального имущества, он находится на земельном участке, относящемся к территории населенного пункта – Вилючинскому городскому округу, в связи с чем, принимая во внимание положения пункта 5 части 1 статьи 1 Земельного кодекса Российской Федерации, регламентирующего принцип единства судьбы земельных участков и прочно связанных с ними объектов, иск ФИО6 обоснованно предъявлен к администрации Вилючинского городского округа.

Правовые выводы по аналогичному делу изложены в определении Девятого кассационного суда общей юрисдикции от 07.11.2024 № 88-8628/2024.

Таким образом, решение суда первой инстанции является законным, обоснованным и не подлежит отмене либо изменению по доводам апелляционной жалобы.

Нарушений норм процессуального права, которые бы привели или могли привести к неправильному разрешению дела либо являлись безусловным основанием для отмены решения суда, судом первой инстанции не допущено.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 327.1 – 329 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

определила:

решение Вилючинского городского суда Камчатского края от 22.12.2025 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Председательствующий

Судьи

Мотивированное апелляционное определение изготовлено 20.04.2026.