Апелляционное постановление № 22К-5128/2025 от 9 октября 2025 г. по делу № 3/1-66/2025

Судья Панова Е.П.

Дело № 22К-5128/2025


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Пермь 10 октября 2025 года

Пермский краевой суд в составе

председательствующего Толпышевой И.Ю.,

при секретаре Моторзиной А.А.,

с участием прокурора Губановой С.В.,

обвиняемой М.,

адвоката Фадина Д.В.

рассмотрел в открытом судебном заседании с использованием систем видеоконференц-связи материал по апелляционной жалобе адвоката Копеева В.Р. в защиту подозреваемой М. на постановление Кунгурского городского суда Пермского края от 3 октября 2025 года, которым

М., родившейся дата в ****,

избрана мера пресечения в виде заключения под стражу на срок 2 месяца, до 2 декабря 2025 года.

Изложив содержание обжалуемого судебного решения, существо апелляционной жалобы, заслушав выступления обвиняемой М. в режиме видеоконференц-связи и адвоката Фадина Д.В. в поддержку доводов жалобы, мнение прокурора Губановой С.В. об оставлении постановления без изменения, суд

УСТАНОВИЛ:

М. обвиняется в покушении на незаконный сбыт наркотического средства в крупном размере, группой лиц по предварительному сговору, с использованием информационно-телекоммуникационных сетей (включая сеть «Интернет»).

2 октября 2025 года по данному факту в отношении М. возбуждено уголовное дело № 12501570004001479 по признакам преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 30 п. «г» ч. 4 ст. 228.1 УК РФ.

В тот же день М. задержана в порядке ст. 91, 92 УПК РФ.

Старший следователь СО МО МВД России «Кунгурский» Г. с согласия руководителя следственного органа обратилась в суд с ходатайством об избрании в отношении подозреваемой М. меры пресечения в виде заключения под стражу.

Судом принято указанное выше решение.

8 октября 2025 года М. предъявлено обвинение в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 30 п. «г» ч. 4 ст. 228.1 УК РФ.

В апелляционной жалобе защитник обвиняемой М. – адвокат Копеев В.Р.считает постановление незаконным и необоснованным, ставит вопрос о его отмене. Полагает, что основания, предусмотренные ст. 97 УПК РФ, для избрания М. меры пресечения в виде заключения под стражу отсутствуют, одна лишь тяжесть инкриминируемого преступления не может являться безусловным основанием для изоляции его подзащитной от общества. Выводы суда о том, что М. может скрыться от органов предварительного следствия и суда, воспрепятствовать производству по уголовному делу, принять меры к созданию условий, препятствующих эффективному производству предварительного расследования, исследованными материалами не подтверждены, носят предположительный характер. Отмечает, что М. активно сотрудничает со следствием, до возбуждения уголовного дела дала признательные показания, вину полностью признала, в содеянном раскаивается, общественно-опасных последствий от ее действий не наступило. По мнению автора жалобы, оснований для избрания в отношении М. меры пресечения до предъявления ей обвинения не имелось. Обращает внимание, что подозреваемая ранее ни к уголовной, ни к административной ответственности не привлекалась, имеет постоянное место жительства и регистрации в г. Кунгуре Пермского края, трудоустроена, в быту характеризуется положительно, оказывает помощь бабушке, которая по состоянию здоровья нуждается в постороннем уходе. При таких обстоятельствах полагает, что иная, более мягкая мера пресечения, сможет обеспечить надлежащее поведение и участие М. в производстве по уголовному делу.

Проверив материалы дела, доводы апелляционной жалобы, суд апелляционной инстанции не находит оснований для отмены постановления.

На основании ст. 108 УПК РФ заключение под стражу в качестве меры пресечения применяется по судебному решению в отношении подозреваемого или обвиняемого в совершении преступления средней тяжести с применением насилия либо с угрозой его применения, тяжкого или особо тяжкого преступления, при невозможности применения иной, более мягкой, меры пресечения.

Согласно ч. 1 ст. 100 УПК РФ в исключительных случаях при наличии оснований, предусмотренных ст. 97 УПК РФ, и с учетом обстоятельств, указанных в ст. 99 УПК РФ, мера пресечения может быть избрана в отношении подозреваемого.

В соответствии со ст. 97 УПК РФ суд вправе избрать меру пресечения в виде заключения под стражу при наличии достаточных оснований полагать, что подозреваемый, обвиняемый скроется от дознания, предварительного следствия и суда, может продолжать заниматься преступной деятельностью, может угрожать свидетелю, иным участникам уголовного судопроизводства, уничтожить доказательства либо иным путем воспрепятствовать производству по уголовному делу.

Согласно ст. 99 УПК РФ при решении вопроса о необходимости избрания меры пресечения в отношении подозреваемого или обвиняемого в совершении преступления и определения ее вида помимо прочего должны учитываться тяжесть преступления, сведения о личности подозреваемого или обвиняемого, его возраст, состояние здоровья, семейное положение, род занятий и другие имеющие значение обстоятельства.

Из представленных материалов следует, что ходатайство следователя об избрании в отношении подозреваемой М. меры пресечения в виде заключения под стражу заявлено перед судом в рамках возбужденного уголовного дела, уполномоченным лицом, с согласия руководителя следственного органа, к ходатайству приложены необходимые материалы, подтверждающие изложенные в нем доводы, оно соответствует требованиям ст. 108 УПК РФ.

Суд первой инстанции убедился в достаточности данных, свидетельствующих о наличии разумных оснований для уголовного преследования М. без вхождения в обсуждение вопросов, подлежащих разрешению при рассмотрении уголовного дела по существу.

Выводы суда первой инстанции о наличии обстоятельств, которые позволяют избрать в отношении М. меру пресечения в виде заключения под стражу, соответствуют фактическим обстоятельствам, установленным по делу, сделаны не только с учетом тяжести преступления, в совершении которого последняя подозревается, но и в совокупности с данными о ее личности, а также другими обстоятельствами.

Кроме того, представленные материалы дела содержат достаточные сведения об исключительных обстоятельствах, при которых в соответствии со ст. 100 УПК РФ имеются основания для избрания меры пресечения до предъявления обвинения.

Несмотря на то, что М. впервые подвергается уголовному преследованию, имеет постоянное место жительства, устойчивые родственные связи, принимая решение по заявленному ходатайству, суд правильно исходил из того, что последняя подозревается в совершении преступления, относящегося к категории особо тяжких.

Вопреки позиции стороны защиты, суд обоснованно учел и сослался на это обстоятельство, что полностью соответствует разъяснению, данному ч. 2 п. 5 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 19 декабря 2013 года № 41 «О практике применения судами законодательства о мерах пресечения в виде заключения под стражу, домашнего ареста и залога», согласно которому вывод о том, что лицо может скрыться от предварительногоследствия или суда, на первоначальных этапах производства по уголовному делу, может быть обоснован тяжестью предъявленного обвинения и возможностью назначения наказания в виде лишения свободы на длительный срок.

Кроме того, суд первой инстанции верно исходил из фактических обстоятельств дела, характера инкриминируемого М. деяния в группе с неустановленными лицами, данных о личности подозреваемой, учел стадию производства по уголовному делу, объем планируемых следственных действий.

Указанные обстоятельства обоснованно признаны судом достаточными для вывода о том, что М. находясь на свободе, может скрыться от следствия и суда, продолжить заниматься преступной деятельностью, а, следовательно, имеются предусмотренные ст. 97 УПК РФ основания для применения меры пресечения в виде заключения под стражу.

Суд апелляционной инстанции не усматривает оснований ставить под сомнение эти выводы суда первой инстанции, так как они должным образом мотивированы и объективно подтверждаются представленными материалами дела.

Возможность применения в отношении М. более мягкой меры пресечения была предметом рассмотрения суда первой инстанции. При этом суд обоснованно не нашел оснований для избрания в отношении подозреваемой иной, не связанной с содержанием под стражей, меры пресечения, в том числе в виде домашнего ареста, не усматривает их и суд апелляционной инстанции, поскольку на начальном этапе сбора и закрепления доказательств риск вмешательства обвиняемой в ход уголовного судопроизводства является реальным и наступление негативных последствий, указанных в ст. 97 УПК РФ, имеет высокую степень вероятности.

Данные о личности М., на которые ссылается сторона защиты, были известны суду и учтены при принятии решения, получили оценку в совокупности с другими обстоятельствами.

Каких-либо новых обстоятельств, которые могут повлиять на результаты рассмотрения вопроса об избрании в отношении М. меры пресечения, в материалах дела не имеется.

Сведений о невозможности содержания М. в условиях следственного изолятора, в том числе и по медицинским показаниям, ни суду первой, ни суду апелляционной инстанции не представлено.

Срок содержания обвиняемой М. под стражей определен судом первой инстанции в пределах срока предварительного следствия.

Нарушений требований уголовно-процессуального закона, влекущих отмену или изменение принятого решения, судом первой инстанции не допущено.

На основании изложенного, руководствуясь ст.389.13, 389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

ПОСТАНОВИЛ:

постановление Кунгурского городского суда Пермского края от 3 октября 2025 года в отношении М. оставить без изменения, апелляционную жалобу адвоката Копеева В.Р. – без удовлетворения.

Апелляционное постановление может быть обжаловано в кассационном порядке путем подачи кассационных жалоб (представлений) в судебную коллегию по уголовным делам Седьмого кассационного суда общей юрисдикции (г. Челябинск), с соблюдением требований ст. 401.4 УПК РФ.

В случае передачи кассационной жалобы (представления) с делом для рассмотрения в судебном заседании суда кассационной инстанции лица, участвующие в деле, вправе заявить ходатайство о своем участии в рассмотрении дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий подпись