Решение № 12-15/2025 от 7 декабря 2025 г. по делу № 12-15/2025

Дело № 12-15/2025


РЕШЕНИЕ

08 декабря 2025 года с. Чемал

Судья Чемальского районного суда Республики Алтай Береснева О.Г., рассмотрев в открытом судебном заседании жалобу ФИО1 на постановление инспектора ДПС ОГИБДД Отделения МВД России по Чемальскому району Ш. № от 11 октября 2025 года, вынесенное в отношении ФИО1 по делу об административном правонарушении по ч. 1 ст. 12.15 КоАП РФ,

УСТАНОВИЛ:

Постановлением инспектора ДПС ОГИБДД Отделения МВД России по Чемальскому району Ш. № от 11 октября 2025 года ФИО1 за нарушение требований п. 9.10 Правил дорожного движения признан виновным в совершении административного правонарушения, предусмотренного ч. 1 ст. 12.15 КоАП РФ и подвергнут административному наказанию в виде административного штрафа в размере 2 250 рублей.

Не согласившись с указанным постановлением, ФИО1 обратился в Чемальский районный суд Республики Алтай с жалобой, в которой просит обжалуемое постановление отменить, производство по делу об административном правонарушении прекратить за отсутствием состава и события административного правонарушения, указав, что столкновение транспортных средств – автомобиля «<данные изъяты>» с г/н № под его управлением и автомобиля «<данные изъяты>» г/н № под управлением А. произошло не в результате нарушения им п. 9.10 ПДД РФ, а в результате того, что водитель автомобиля «<данные изъяты>» А. остановился в неотведенном для этого месте - на середине дорожной полосы, с целью поворота через сплошную линию, для заезда на автозаправочную станцию «Роснефть», а у него с учетом рельефа местности (горка), ограниченной видимости (поворот), двигавшегося с разрешенной скоростью, отсутствовала возможность избежать столкновения при наличии достаточной дистанции до впереди идущего автомобиля; действуя в соответствии с ПДД, он не имел возможности избежать столкновение, не имел возможности предположить о том, что А. собирается совершить маневр поворота налево в неотведенном для этого месте; его действия ошибочно квалифицированы как правонарушение, рапорт, схема места совершения административного правонарушения, объяснения А. содержат недостоверные данные.

Заявитель ФИО1 представил в суд письменные пояснения. В письменных пояснениях ФИО1 доводы жалобы поддержал, дополнительно пояснил, что 11 октября 2025 года в 16 часов 17 минут, управляя автомобилем «<данные изъяты>» с г/н №, он двигался из с. Усть-Кокса в г. Горно-Алтайск через п. Усть-Сема с разрешенной скоростью и на достаточном расстоянии до впереди идущего автомобиля «<данные изъяты>». Проехав п. Усть-Сема, далее был крутой дорожный поворот, за которым виднелась АЗС «Роснефть», расположенная на противоположной стороне движения. Выехав из поворота, он увидел, что впереди идущее транспортное средство через двойную сплошную намеревался повернуть налево в сторону АЗС. Поскольку «<данные изъяты>» пропускало встречную машину, появившуюся из-за горки, «<данные изъяты>» затормозило и оказалось в стоячем положении непосредственно перед его автомобилем. Он пытался избежать столкновения, вывернул руль вправо, но не успел объехать стоящий «Ниссан Санни», так как автодорога узкая, только 2 полосы и маневр был неожиданным. Столкновение транспортных средств произошло по касательной, а механизм столкновения и возникшие повреждения указывают на то, что он начал экстренное торможение, но избежать столкновения не успел, с учетом того, что до столкновения дистанция до «Ниссан Санни» составляла 14-16 метров. Прибывший на место ДТП инспектор Ш. определил виновным водителя «<данные изъяты>» А. Протокол на месте ДТП не составлялся, оформление было в с. Чемал в отделении ГИБДД, где в отношении него был составлен протокол и вынесено постановление по ч. 1 ст. 12.15 КоАП РФ. Утверждает, что ПДД он не нарушал, водитель «<данные изъяты>» не включил сигнал поворота, в подтверждение своих доводов прикладывает видеозапись с камеры видеонаблюдения АЗС «Роснефть».

В судебном заседании ФИО1, участвующий посредством видео-конференц-связи при содействии Горно-Алтайского городского суда Республики Алтай, доводы жалобы и письменные пояснения поддержал, дополнительно пояснил, что 11 октября 2025 года после 16 часов на автомобиле «Ауди» он, супруга и ребенок ехали со стороны с. Чепош в сторону г. Горно-Алтайска. В п. Усть-Сема он следовал за автомобилем «<данные изъяты>» под управлением А. на значительном расстоянии от него. Подъезжая к АЗС «Роснефть», он видел сплошную разделительная полосу. Перед самой АЗС он видел, что А. начал притормаживать, он также стал притормаживать. В этот момент с АЗС в сторону кольца налево выезжал грузовик. Так, А. и он пропустили грузовик, после чего он увидел как А. начал ускоряться, набирая скорость. Он в свою очередь тоже начал ускоряться. В какой-то момент А. резко остановился без каких-либо опознавательных знаков, он начал экстренно тормозить, хотел уйти от удара, но остановиться не получилось, произошло столкновение левым краем его автомобиля с автомобилем А. Он не видел чтобы А. включил сигнал поворота. В приобщенной им видеозаписи с АЗС также не видны сигналы поворота. После столкновения он вышел из автомобиля через переднюю пассажирскую дверь, так как водительскую дверь заклинило. А. подошел к нему, они обсудили ДТП. Он позвонил в службу 112, вызвал сотрудников ГИБДД. Через несколько минут приехали сотрудники ГИБДД. Изначально инспектор Ш. сказал, что в ДТП виновен А., так как поворачивал через сплошную полосу. В дальнейшем оформление ДТП происходило в с. Чемал, в ДТП была установлена обоюдная вина, его и А. В отношении него по ч. 1 ст. 12.15 КоАП РФ составили протокол и вынесли постановление, он с ними был не согласен, в протоколе написал свои возражения. Процессуальные документы: протокол и постановление были написаны непонятным почерком, он не мог их прочитать. Полагает, что должностным лицом - инспектором ДПС нарушена предусмотренная КоАП РФ процедура его привлечения к административной ответственности, так как постановление было вынесено не на месте, а в отделении ГИБДД. Настаивает на том, что ПДД он не нарушал, административное правонарушение он не совершал, в сложившейся дорожной ситуации у него отсутствовала возможность затормозить.

Защитник Кыдрашева Т.В., участвующая в судебном заседании посредством видео-конференц-связи при содействии Горно-Алтайского городского суда Республики Алтай, доводы жалобы ФИО1 поддержала, направила в суд письменные пояснения, в судебном заседании дополнительно пояснила, что обжалуемое постановление в отношении ФИО1 является незаконным и подлежит отмене, так как ни в протоколе об административном правонарушении, ни в постановлении не раскрыто подробно событие правонарушения; не раскрыт механизм совершения ДТП, не отражены действия А., который в ходе движения остановился, собираясь через сплошную линию повернуть налево, совершил неожиданный для ФИО1 маневр; не установлена причинно-следственная связь между действиями водителей и дорожно-транспортным происшествием, что послужило основанием для столкновения. Полагает, что из материалов дела и добытых доказательств следует, что механизмом ДТП послужило не несоблюдение дистанции ФИО1, а незаконные действия второго участника ДТП – А., который собирался совершить маневр поворота через двойную сплошную полосу, не включил ни проблесковых маячков, ни сигнала об экстренной остановке, не показал поворотник, что видно из приобщенной видеозаписи. Кроме того, из дорожной обстановки, разрешенной скорости, рельефа местности, у ФИО1 отсутствовала возможность избежать столкновения. Из видеозаписи видно, что ФИО1 ехал не вплотную к автомобилю А., находился на достаточном расстоянии от А.

В письменных пояснениях защитник Кыдрашева Т.В. дополнительно к ранее изложенному пояснила, что в данной дорожной ситуации, двигаясь с разрешенной скоростью 90 км/ч, учитывая конкретные фактические обстоятельства, ФИО1 соблюдал достаточный интервал до впереди идущего транспортного средства «<данные изъяты>», в его действиях отсутствует нарушение п. 9.10 ПДД, с учетом максимально неожиданного маневра автомобиля «<данные изъяты>», рельефа местности, а столкновение автомобилей произошло не из-за несоблюдения ФИО1 интервала до впереди идущего ТС, а из-за нарушения ПДД со стороны водителя А. При описании события административного правонарушения, которое вменено ФИО1 должностным лицом попущены нарушения требований ст.ст. 24.1, 26.1. п.п. 4, 6 ч. 1 ст. 29.10 КоАП РФ, должностное лицо фактически ограничилось указанием на диспозицию норм без приведения обстоятельств его совершения. Обстоятельства, при которых совершено административное правонарушение, в постановлении по делу об административном правонарушении также не отражены. Из указанного в постановлении должностного лица и протокола об административном правонарушении существа нарушения, не представляется возможным сделать вывод о том, какое дорожно-транспортное происшествие имело место; не указаны конкретные действия участников дорожно-транспортного происшествия, в том числе по нарушению Правил дорожного движения; направление движения транспортных средств - участников ДТП, совершаемые ими маневры. Между тем названные обстоятельства относятся к событию административного правонарушения, и их отсутствие свидетельствует о том, что событие административного правонарушения не конкретизировано, должным образом не описано, в постановлении должностного лица фактически отсутствует мотивировочная часть. Установление виновности предполагает доказывание вины лица в совершении противоправного действия (бездействия), то есть объективной стороны деяния. Объективная сторона административного правонарушения, предусмотренного ч. 1 ст. 12.15 КоАП РФ, заключается в нарушении расположения транспортного средства на проезжей части дороги, встречного разъезда, а равно движение по обочинам или пересечение организованной транспортной или пешей колонны либо занятие места в ней. Таким образом, указанная норма является бланкетной, а потому при описании совершенного лицом правонарушения должно быть в обязательном порядке указано, какое именно положение Правил дорожного движения им нарушено, а при рассмотрении дела следует установить, какие правила расположения транспортного средства на проезжей части дороги или встречного разъезда были нарушены лицом, в отношении которого ведется производство по делу об административном правонарушении. Вынесенное должностным лицом постановление не отвечает требованиям ст. 29.10 КоАП РФ, в соответствии с п. 3 ч. 1 ст. 30.7 КоАП РФ подлежит отмене, а производства по делу об административном правонарушении в отношении ФИО1 прекращению.

Должностное лицо – инспектор ДПС ОГИБДД ОМВД России по Чемальскому району Ш. в судебном заседании с доводами жалобы ФИО1 не согласился, полагал постановление законным, дополнительно пояснил, что состоит в должности инспектора ДПС ОГИБДД ОМВД России по Чемальскому району. 11 октября 2025 года он находился на службе, совместно со стажером Р. на служебном автомобиле «УАЗ-Патриот» патрулировали территорию Чемальского района. Около 16 часов они двигались со стороны с. Чемал в направлении п. Усть-Сема, ехали между с. Чепош и п. Усть-Сема. Около 16 часов 17 минут от дежурного ОМВД по Чемальскому району им поступило сообщение о ДТП в районе АЗС «Роснефть» в п. Усть-Сема. На место ДТП они прибыли примерно через 10 минут. По приезду на месте ДТП автомобиль «<данные изъяты>» находился на противоположной полосе движения, на въезде в АЗС, автомобиль «<данные изъяты>» стоял на обочине дороги по ходу движения. Погода в указанное время была ясная, сухая, солнечная, видимость хорошая, данный участок дороги имеет асфальтобетонное покрытие, горизонтальный, прямой, с разметкой в виде сплошной линии, имеет две полосы движение, по одной в каждую сторону, с противоположной стороны имеется дополнительная полоса - заезд на АЗС. В ходе выяснения обстоятельств ДТП водитель А. пояснил, что хотел заехать на заправку, поворачивал налево, а ФИО1 врезался ему в заднюю часть автомобиля, ФИО1 пояснил, что он не знал, что А. будет поворачивать и врезался ему в заднюю часть автомобиля. На месте ДТП виновника ДТП он не определял, о виновности А. не говорил. На месте они сделали замеры, составили схему ДТП, установили место столкновения автомобилей, сделали фотографии обстановки, зафиксировали повреждения у автомобилей. Участникам ДТП сообщили о необходимости проехать в отделение ГИБДД в с. Чемал для дальнейшего оформления документов. Место столкновения было расположено на полосе движения в направлении с. Барангол. Столкновение автомобилей было не по касательной, следов экстренного торможения он не помнит. Далее, в отделении ГИБДД в отношении ФИО1 был составлен протокол об административном правонарушении и вынесено постановление по ч. 1 ст. 12.15 КоАП РФ, нарушение правил расположения движущихся транспортных средств в отношении впереди движущегося транспортного средства, с которым он допустил столкновение, так как согласно ПДД водитель должен соблюдать безопасную дистанцию до впереди движущегося транспортного средства, чтобы избежать столкновения, определенного расстояния в метрах, сантиметрах нет, безопасная дистанция должна определяться самим водителем, который управляет транспортным средством, который должен не допустить столкновения с автомобилем впереди идущим или стоящим. В отношении А. было вынесено постановление по ч. 2 ст. 12.16 КоАП РФ за совершение маневра поворот налево через сплошную линию разметки. Утверждения ФИО1 о крутом повороте не соответствуют действительности, поворота на подъезде к АЗС нет, подъезд к АЗС просматривается, дорожные условия были в норме, помехи движения отсутствуют. Перед подъездом к АЗС со стороны п. Усть-Сема имеется небольшой спуск. Местом административного правонарушения указан 1 км автодороги «Усть-Сема-Чемал-Куюс» согласно имеющейся в отделении ГИБДД организации дорожного движения Чемальского района, где указано, что автодорога «Усть-Сема-Чемал-Куюс» начинается от кольца на Чуйском тракте перед п. Усть-Сема и имеет протяженность 90 км до с. Куюс.

Потерпевший А. в судебном заседании пояснил, что 11 октября 2025 года, днем в начале пятого, он поехал на своем автомобиле «Ниссан Санни» из с. Камлак в п. Усть-Сема на заправку. Погода была ясная, было светло и сухо. Ехал примерно 60 км/час. АЗС расположена за п. Усть-Сема в направлении с. Барангол с левой стороны по ходу его движения. Подъезжая к АЗС, собираясь совершить поворот налево, он стал притормаживать, так как в сторону с. Барангол с АЗС выезжала фура. Так как из-за фуры он не видел встречных автомобилей, перед поворотом на АЗС он остановился ближе к разделительной полосе. При этом у него был включен указатель поворота налево, в зеркало заднего вида он на значительном расстоянии видел двигавшегося за ним ФИО1 на автомобиле «<данные изъяты> Несколько секунд он стоял, затем убедившись, что встречная полоса свободна, он собирался совершить маневр поворота налево, тронулся и произошел удар сзади. От удара его автомобиль развернуло и откинуло на проезжую часть - подъезд к АЗС. Удар был сильный, не по касательной. ФИО1 не тормозил. ФИО1 вызвал инспекторов ГИБДД, которые прибыли на место через 5 минут, осмотрели место ДТП, сделали замеры, зафиксировали повреждения, предложили проехать в с. Чемал для разбора. В с. Чемал в отделении ГИБДД в отношении него было вынесено постановление по ч. 2 ст. 12.16 КоАП РФ, выписан штраф за нарушение сплошной линии. Утверждения ФИО1 о крутом повороте перед АЗС не соответствуют действительности, перед АЗС 100 метров прямая дорога, просматривается. Указатели поворотов сзади и стоп-сигналы на его автомобиле исправны. Считает доводы ФИО1 не нашли своего подтверждения в судебном заседании, являются необоснованными, просит жалобу не удовлетворять.

Свидетель К. в судебном заседании пояснила, что ФИО1 приходится ей супругом. Около 16 часов 11 октября 2025 года на их собственном автомобиле «Ауди» они втроем – она, супруг и ребенок, ехали от «Лохматой фермы», расположенной в с. Узнезя, на базу «Орлиное гнездо», где у них был забронирован номер. Автомобилем управлял ФИО1, она сидела сзади на пассажирском сиденье за водителем, ребенок находился в автокресле сзади на пассажирском сиденье справа. На подъезде к АЗС «Роснефть» около п. Усть-Сема она почувствовала, что ФИО1 стал резко тормозить, она посмотрела вперед по ходу движения в промежуток между левой стойкой и водителем, увидела стоявший впереди белый автомобиль. ФИО1 пытаясь избежать столкновения со стоящим автомобилем, вывернул руль вправо, однако столкновение произошло. После столкновения ФИО1 остановил автомобиль, пытался выйти через водительскую дверь, но не смог, так как она не открывалась, вышел из автомобиля через переднюю пассажирскую дверь. Далее, ФИО1 с водителем белого автомобиля А. обсуждали обстоятельства ДТП. Она, выйдя из автомобиля, увидела поврежденные передний бампер, капот, левое переднее крыло на автомобиле «Ауди», автомобиль А. стоял на противоположной стороне автодороги. Выглядывая по ходу движения, она не видела у автомобиля А. включенный сигнал поворота. В результате столкновения никто не пострадал.

Выслушав стороны, свидетеля, изучив жалобу, проверив материалы дела об административном правонарушении в полном объеме, прихожу к следующему.

Часть 1 ст. 12.15 КоАП РФ предусматривает административную ответственность за нарушение правил расположения транспортного средства на проезжей части дороги, встречного разъезда, а равно за движение по обочинам или пересечение организованной транспортной или пешей колонны либо занятие места в ней.

Согласно требованиям пункта 1.3 Правил дорожного движения Российской Федерации, утвержденных Постановлением Совета Министров - Правительства Российской Федерации от 23 октября 1993 года N 1090 (далее - Правила дорожного движения, Правила), участники дорожного движения обязаны знать и соблюдать относящиеся к ним требования данных Правил, сигналов светофоров, знаков и разметки.

Согласно п. 9.10. Правил дорожного движения РФ водитель должен соблюдать такую дистанцию до движущегося впереди транспортного средства, которая позволила бы избежать столкновения, а также необходимый боковой интервал, обеспечивающий безопасность движения.

Лица, нарушившие требования данных Правил, несут ответственность в соответствии с действующим законодательством (пункт 1.6 Правил).

Как усматривается из материалов дела, водитель ФИО1 11 октября 2025 года в 16 часов 17 минут, управляя транспортным средством – легковым автомобилем марки «<данные изъяты>» с г/н №, на 1 км автодороги «Усть-Сема-Чемал-Куюс», двигаясь в направлении с. Барангол не соблюдал дистанцию до двигающегося впереди автомобиля марки «<данные изъяты>» с г/н №, в результате чего допустил с ним столкновение, ФИО1 вменено нарушение п. 9.10 ПДД. В результате столкновения транспортные средства получили механические повреждения.

Фактические обстоятельства дела подтверждаются собранными доказательствами: протоколом об административном правонарушении, рапортом ИДПС ОГИБДД ОМВД России по Чемальскому району Ш., схемой места ДТП с подписями водителей ФИО1 и А., сведениями о водителях и транспортных средствах, участвовавших в ДТП с подписями водителей ФИО1 и А., водительскими удостоверениями ФИО1 и А., свидетельствами о регистрации ТС, фотографией с места ДТП, получившими оценку с точки зрения их относимости, допустимости, достоверности и достаточности по правилам статьи 26.11 КоАП РФ.

Проверив собранные по делу доказательства, дав правильную юридическую оценку действиям ФИО1 на основе полного, объективного и всестороннего исследования представленных доказательств, по правилам ст. 26.11 КоАП РФ, принимая во внимание траекторию движения транспортных средств, место и обстоятельства их столкновения, должностное лицо обоснованно пришло к выводу, что ФИО1 при осуществлении движения не были соблюдены правила дистанции до движущегося впереди транспортного средства, которая позволила бы избежать столкновения.

Поскольку материалы настоящего дела содержат достаточный объем доказательств вины ФИО1 в нарушении требований п. 9.10 ПДД и совершении им административного правонарушения, предусмотренного ч. 1 ст. 12.15 КоАП РФ, обстоятельств, которые могли бы поставить под сомнение выводы должностного лица, вынесшего постановление № от 11 октября 2025 года, не имеется, также, как и не имеется каких-либо противоречий, которые могли бы повлиять на правильность установления обстоятельств правонарушения и доказанности вины ФИО1

По смыслу закона, ч. 1 ст. 12.15 КоАП РФ предусмотрена ответственность в том числе за нарушение правил расположения транспортного средства на проезжей части дороги, вместе с тем, сами правила расположения транспортного средства на проезжей части дороги определяются разделом 9 Правил дорожного движения Российской Федерации, в котором, среди прочего, закрепляется обязанность водителя соблюдать такую дистанцию до движущегося впереди транспортного средства, которая позволила бы избежать столкновения, а также необходимый боковой интервал, обеспечивающий безопасность движения (пункт 9.10 ПДД).

Согласно правовой позиции, сформулированной в определении Конституционного Суда Российской Федерации от 28 марта 2017 года № 490-О «Об отказе в принятии к рассмотрению жалобы гражданки С. на нарушение ее конституционных прав частью 1 статьи 12.15 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях» правила расположения транспортного средства на проезжей части дороги определяются разделом 9 Правил дорожного движения Российской Федерации, утвержденных постановлением Совета Министров - Правительства Российской Федерации от 23 октября 1993 года № 1090, в котором, среди прочего, закрепляется обязанность водителя соблюдать такую дистанцию до движущегося впереди транспортного средства, которая позволила бы избежать столкновения, а также необходимый боковой интервал, обеспечивающий безопасность движения (пункт 9.10). Таким образом, водитель должен самостоятельно учитывать необходимость соблюдения определенных интервалов безопасности между автомобилями, движущимися попутно или во встречных направлениях, величина которых зависит от различных факторов: условий видимости, погоды, скорости, технических характеристик автомобиля и т.д.

Таким образом, исходя из вышеизложенного, водитель должен самостоятельно учитывать необходимость соблюдения определенных интервалов безопасности между автомобилями, движущимися попутно или во встречных направлениях, величина которых зависит от различных факторов: условий видимости, погоды, скорости, технических характеристик автомобиля и т.д., в связи с чем, доводы ФИО1 о том, что водитель автомобиля «<данные изъяты>» А. резко затормозил и создал аварийную ситуацию, которую невозможно было предвидеть, суд находит несостоятельными, не нашедшими своего подтверждения в ходе судебного рассмотрения его жалобы, опровергаются пояснениями самого ФИО1 о том, что двигаясь по п. Усть-Сема в сторону АСЗ «Роснефть» за автомобилем А., он видел, что пропуская выезжающий налево с АЗС грузовик, А. притормозил, и он также притормозил, то есть видел стоп-сигналы автомобиля «<данные изъяты>». Маневр А. был предсказуем для ФИО1, вопреки его доводам и доводам защитника. Однако, пояснения ФИО1 о том, что пропустив грузовик, А. начал ускоряться, он вслед за А. также ускорился, но А. резко остановился, он экстренно затормозил, но избежать столкновения не удалось, опровергаются приобщенной видеозаписью с камеры видеонаблюдения, установленной на АЗС «Роснефть». Из указанной видеозаписи следует, что автомобиль «Ниссан Санни» перед поворотом налево на АЗС двигается медленно и начал плавное, а не резкое торможение.

Кроме того, доводы ФИО1 о резком торможении А., его неожиданной и непрогнозируемой для ФИО1 остановке посередине проезжей части, не могут являться основанием для его освобождения от соблюдения требований п. 9.10 ПДД и от административной ответственности.

Нарушение требований пункта 9.10 Правил дорожного движения РФ, в том числе обязанности соблюдения такой дистанции до движущегося впереди транспортного средства, которая позволила бы избежать столкновения, образует объективную сторону состава административного правонарушения, предусмотренного ч. 1 ст. 12.15 КоАП РФ.

ФИО1 не выполнил требования п. 9.10 ПДД, обязывающего водителя транспортного средства, следующего за другим транспортным средством, соблюдать соответствующую дистанцию, чтобы избежать столкновения в случае неожиданного торможения или остановки движущегося впереди транспортного средства.

Вопреки доводам ФИО1 и его защитника, представленная в материалы дела ФИО1 запись с камеры видеонаблюдения, расположенной на здании АЗС «Роснефть», не опровергает нарушение ФИО1 п. 9.10 ПДД в части несоблюдения дистанции до впереди идущего автомобиля, а следовательно, основания для его привлечения по ч. 1 ст. 12.15 КоАП РФ имелись.

Доводы ФИО1 и его защитника о том, что А. не включил указатель поворота перед маневром, что у автомобиля «<данные изъяты>» не работали стоп-сигналы, не нашли подтверждения в ходе судебного рассмотрения настоящего дела. Из видеозаписи с камеры видеонаблюдения АЗС «Роснефть» усматривается, что на камере записывается часть автодороги в районе АЗС, запись ведется на значительном расстоянии, стоп-сигналы и указатели поворотов автомобилей, двигающихся по автодороге в обозрение видеокамеры не попадают. К показаниям ФИО1 и его супруги К., допрошенной в качестве свидетеля, о том, что на автомобиле «Ниссан Санни» они не видели сигналов указателя поворота, суд относится критически, данные показания противоречат доводам самого ФИО1, изложенным в жалобе, в которой (страница 1) ФИО1 указывает, что водитель «<данные изъяты>» остановился с целью поворота - для заезда на АЗС «Роснефть», в неотведенном для этого месте, через сплошную полосу.

Доводы ФИО1 и его защитника о рельефе местности (горка), ограниченной видимости (поворот), вследствии чего у ФИО1 отсутствовала возможность избежать столкновения при наличии достаточной дистанции до впереди идущего автомобиля «Ниссан Санни», опровергаются показаниями должностного лица Ш. и потерпевшего А. о том, что указанный участок автодороги ровный, крутых поворотов не имеет, просматривается на расстоянии 100 метров, показаниями самого ФИО1 о том, что он видел автомобиль «Ниссан Санни» на подъезде к АЗС, притормозил вслед за указанным автомобилем, пропуская грузовик, выезжающий с АЗС. Кроме того, из проекта организации дорожного движения на участке автодороги Р-256 Подъезд к п. Усть-Сема, фотографии с места ДТП следует, что участок автодороги, где произошло ДТП – ровный, просматриваемый с обеих сторон, согласно продольному профилю – имеет небольшой уклон – спуск, незначительную кривизну.

В соответствии со ст. 28.5 КоАП РФ протокол об административном правонарушении составляется немедленно после выявления совершения административного правонарушения (часть 1); в случае, если требуется дополнительное выяснение обстоятельств дела либо данных о физическом лице или сведений о юридическом лице, в отношении которых возбуждается дело об административном правонарушении, протокол об административном правонарушении составляется в течение двух суток с момента выявления административного правонарушения (часть 2). Таким образом, вопреки доводам ФИО1, составление протокола об административном правонарушении не на месте ДТП, а в отделении ГИБДД в с. Чемал, регламентировано законом, недействительность протокола не влечет.

Протокол об административном правонарушении составлен в соответствии с положениями ст. 28.2 КоАП РФ и вопреки доводам защитника содержит все необходимые для рассмотрения дела сведения: о событии, времени и месте совершения правонарушения и о ФИО1 как лице, в отношении которого возбуждено дело об административном правонарушении.

Довод ФИО1 о непонятном почерке должностного лица, который составлял процессуальные документы, и отсутствии у него возможности прочитать составленные документы, суд считает надуманным, не соответствующим действительности. В ходе судебного рассмотрения дела процессуальные документы изучены, являются читаемыми и написаны понятным почерком, при их подписании ФИО1 замечаний не имел.

Оценивая в целом пояснения ФИО1, изложенные им в жалобе, в письменных пояснениях, в судебном заседании, суд находит их непоследовательными, противоречивыми.

Утверждение ФИО1 и его защитника о том, что дорожно-транспортное происшествие произошло по вине водителя автомобиля «<данные изъяты>» А., не может быть принято во внимание при рассмотрении настоящей жалобы, поскольку согласно ст. 25.1 КоАП РФ постановление, решение по делу об административном правонарушении выносятся исключительно в отношении лица, привлекаемого к административной ответственности, и не могут содержать выводов о виновности иных лиц, производство в отношении которых не осуществлялось, поскольку иное означало бы выход за рамки установленного ст. 26.1 КоАП РФ предмета доказывания по делу об административном правонарушении, в связи с чем, действиям участника дорожно-транспортного происшествия А. при рассмотрении дела об административном правонарушении в отношении ФИО1 суд не вправе давать правовую оценку.

Кроме того, степень вины каждого участника дорожно-транспортного происшествия в его совершении, механизм ДТП, причинно-следственная связь между действиями участников ДТП с наступившими последствиями, подлежат определению в ином, установленном законом порядке.

Порядок и срок давности привлечения ФИО1 к административной ответственности соблюдены. Административное наказание назначено ФИО1 с учетом положений статей 3.1, 3.5, 3.8, 4.1 - 4.3 КоАП РФ в пределах санкции ч. 1 ст. 12.15 КоАП РФ.

Обстоятельств, которые в силу пунктов 2 - 5 ч. 1 ст. 30.7 КоАП РФ могли бы повлечь безусловную отмену обжалуемого постановления, не установлено.

Между тем, имеются основания для изменения обжалуемого постановления.

В силу п. 2 ч. 1 ст. 30.7 КоАП РФ по результатам рассмотрения жалобы на постановление по делу об административном правонарушении выносится решение об изменении постановления, если при этом не усиливается административное наказание или иным образом не ухудшается положение лица, в отношении которого вынесено постановление.

Вопрос о месте совершения административного правонарушения, равно как и другие обстоятельства, подлежащие в силу ст. 26.1 КоАП РФ установлению по делу об административном правонарушении, выясняются при его рассмотрении.

В соответствии с частью 2 статьи 28.2 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях место, время совершения и событие административного правонарушения должны быть указаны в протоколе об административном правонарушении.

Согласно представленным материалам, место совершения административного правонарушения: 1 км автодороги «Усть-Сема-Чемал-Куюс», что подтверждается протоколом об административном правонарушении, схемой места ДТП, сведениями о водителях и транспортных средствах, участвовавших в ДТП.

В судебном заседании установлено и не оспаривается сторонами, что ДТП с участием автомобилей ФИО1 и А. произошло напротив АЗС «Роснефть» на полосе движения в направлении от п. Усть-Сема в сторону с. Барангол.

Согласно проекту организации дорожного движения указанный участок автомобильной дороги имеет наименование «Подъезд к п. Усть-Сема» автодороги Р-256, место ДТП - 496 км.

Таким образом, местом совершения административного правонарушения является - 496 км автодороги Р-256 – подъезд к п. Усть-Сема, в связи с чем постановление инспектора ДПС ОГИБДД Отделения МВД России по Чемальскому району Ш. № от 11 октября 2025 года подлежит изменению путем уточнения места совершения административного правонарушения.

Территориальная подсудность рассмотрения дела с учетом изменения места совершения административного правонарушения не нарушена, поскольку указанный адрес расположен в границах Чемальского района Республики Алтай.

Данные изменения не влекут усиление административного наказания ФИО1, не влияют на доказанность его вины, иным образом его положение не ухудшают.

На основании изложенного, руководствуясь ст. 30.7 КоАП РФ, судья

РЕШИЛ:

Постановление инспектора ДПС ОГИБДД Отделения МВД России по Чемальскому району Ш. № от 11 октября 2025 года о привлечении ФИО1 к административной ответственности по ч. 1 ст. 12.15 КоАП РФ изменить, уточнить место совершения административного правонарушения: 496 км автодороги Р-256 – подъезд к п. Усть-Сема.

В остальной части постановление инспектора ДПС ОГИБДД Отделения МВД России по Чемальскому району Ш. № от 11 октября 2025 года оставить без изменения, жалобу ФИО1 без удовлетворения.

Решение может быть обжаловано в Верховный Суд Республики Алтай в течение 10 дней со дня получения копии решения.

Судья О.Г. Береснева