Определение № 33-3022/2026 от 13 апреля 2026 г.

УИД: 66RS0012-01-2024-001617-74

Дело 33-3022/2026

Мотивированное
определение составлено 14.04.2026

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

10.04.2026

г. Екатеринбург

Судебная коллегия по гражданским делам Свердловского областного суда в составе:

председательствующего

Волошковой И.А.,

судей

Орловой Е.Г.,

Фефеловой З.С.,

при ведении протокола помощником судьи Соколовым М.А.

рассмотрела в открытом судебном заседании дело по исковому заявлению ФИО1 к ФКУЗ «Медико-санитарная часть № 66 ФСИН России по Свердловской области», филиалу медицинской части № 7 ФКУЗ «Медико-санитарная часть № 66 ФСИН России по Свердловской области», начальнику медицинской части № 7 ФКУЗ «Медико-санитарная часть № 66 ФСИН России по Свердловской области» ФИО2, терапевту медицинской части № 7 ФКУЗ «Медико-санитарная часть № 66 ФСИН России по Свердловской области» ФИО3, Федеральной службе исполнения наказаний России, Главному управлению Федеральной службы исполнения наказаний России по Свердловской области о признании незаконными действий (бездействия), взыскании компенсации морального вреда по апелляционной жалобе ответчиков ФСИН России, ГУФСИН России по Свердловской области, ФКУЗ «Медико-санитарная часть № 66 ФСИН России по Свердловской области» на решение Синарского районного суда г. Каменск-Уральского Свердловской области от 13.11.2025,

заслушав доклад судьи Фефеловой З.С., пояснения представителя ответчика ГУФСИН России по Свердловской области ФИО4, ответчика ФИО3, прокурора Беловой К.С.,

установила:

ФИО1 обратился в суд с административным иском в обоснование указав, что в настоящее время отбывает наказание в ФКУ ИК-47 ГУФСИН России по Свердловской области. С 21.03.2022 он неоднократно обращался в медицинскую часть № 7 ФКУЗ «Медико-санитарная часть № 66 ФСИН России по Свердловской области» с жалобами на состояние здоровья, наличие болей в правой ноге. Однако его жалобы игнорировались, медицинская помощь была оказана ему несвоевременно и не в полном объеме, следствием чего явилась <...>

На основании изложенного истец просил признать незаконными действия (бездействие) административных ответчиков, связанных с оказанием ему медицинской помощи ненадлежащего качества, а также взыскать в счет денежной компенсации морального вреда 2100000 руб.

Решением Синарского районного суда г. Каменск-Уральского от 13.11.2025 требования истца удовлетворены частично. Судом постановлено признать незаконным допущенные в период с 21.03.2022 по 06.07.2022 действия (бездействие) сотрудников ФКУЗ «Медико-санитарная часть № 66 ФСИН России по Свердловской области» по оказанию ФИО1 медицинской помощи несвеовременно и ненадлежащего качества, взыскать в пользу ФИО1 с Российской Федерации в лице Федеральной службы исполнения наказаний Российской Федерации за счет казны Российской Федерации в счет денежной компенсации морального вреда 600000 руб. В остальной части требования оставлены без удовлетворения.

Не согласившись с принятым решением, ответчик ФКУЗ «Медико-санитарная часть № 66 ФСИН России по Свердловской области» представил в суд апелляционную жалобу, в которой просит решение суда отменить, принять по делу новое решение, которым отказать в удовлетворении исковых требований. В обоснование жалобы указывает, что деятельность ответчика организуется в соответствии с нормами действующего законодательства, осуществляется на основании лицензии, которая гарантирует стабильный уровень качества медицинской помощи. Обращает внимание коллегии на то, что суд первой инстанции не дал оценки тому факту, что осужденный имел отказы от оказания медицинской помощи в филиале Областной больницы. В связи с длительностью его несогласия на оказание медицинской помощи образовалась гангрена, которая угрожала жизни и здоровью истца. Кроме того, все обследования и рекомендации, назначенные ответчиком, выполнялись в полном объеме. Также указывает, что истцу не был причинен вред здоровью, причинно-следственной связи с действиями медицинского персонала не доказано. Дефекты оказания медицинской помощи имели место в связи с несогласием пациента на оказание помощи, в том числе на ампутацию. Ампутация была проведена как крайняя мера по спасению жизни пациента. Вторая операция была проведена в целях устранения неудобств. Из представленного в материалы дела заключения комиссии экспертов также не следует прямой вины в отношении медицинского персонала ФКУЗ «Медико-санитарная часть № 66 ФСИН России по Свердловской области».

Истцом представлены возражения на апелляционную жалобу, в которых просит решение суда оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Апелляционным определением судебной коллегии по административным делам Свердловского областного суда от 19.02.2026 постановлено перейти к рассмотрению дела по административному иску ФИО1 о признании незаконными действий, компенсации морального вреда по правилам гражданского судопроизводства в силу части 6 статьи 227.1 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации

В судебном заседании суда апелляционной инстанции представитель ответчика и ответчик доводы апелляционной жалобы поддержали, просили об ее удовлетворении, отмене решения суда.

Прокурор полагала решение суда подлежащим оставлению без изменения.

В судебное заседание иные лица, участвующие в деле, не явились, извещены о дате и времени проведения судебного заседания надлежащим образом.

Учитывая, что в материалах дела имеются доказательства заблаговременного извещения участников процесса о времени и месте рассмотрения дела судом апелляционной инстанции, в том числе, путем публикации извещения на официальном сайте Свердловского областного суда, судебная коллегия считает возможным рассмотреть дело при данной явке.

Заслушав пояснения, изучив материалы дела, проверив законность и обоснованность решения в пределах доводов апелляционной жалобы и представленных возражений в соответствии со статьей 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия приходит к следующему.

В соответствии с частью 2 статьи 10 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации, при исполнении наказаний осужденным гарантируются права и свободы граждан Российской Федерации с изъятиями и ограничениями, установленными уголовно-исполнительным и иным законодательством Российской Федерации.

Частью 6 статьи 12 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации установлено, что осужденные имеют право на охрану здоровья, включая получение первичной медико-санитарной и специализированной медицинской помощи в амбулаторно-поликлинических или стационарных условиях в зависимости от медицинского заключения.

Как установлено судом и следует из материалов дела, ФИО1 приговором Первоуральского городского суда Свердловской области от 26.10.2018 осужден к наказанию в виде лишения свободы на срок 14 лет и отбывает наказание в ФКУ ИК-47 ГУФСИН России по Свердловской области с 11.01.2019.

Медицинскую помощь осужденным, отбывающим наказание в ФКУ ИК-47 ГУФСИН России по Свердловской области, оказывают медицинские работники МСЧ-66, в частности непосредственно в исправительном учреждении – филиала МЧ-7 МСЧ-66.

Материалам дела подтверждается, что в период с 21.03.2022 истец неоднократно обращался за медицинской помощью в МЧ-7 МСЧ-66, в дальнейшем с 27.04.2022 по 06.07.2022 находился на стационарном лечении в ОБ-2 МСЧ-66, где ему 19.05.2022 проведена операция <...>. В последующем 14.02.2024 также в ОБ-2 МСЧ-66 ФИО1 проводилась оперативное вмешательство <...>

Кроме того, определением Синарского районного суда г. Каменск-Уральского 24.07.2024 в рамках рассмотрения спора судом первой инстанции по ходатайству истца назначена комиссионная судебно-медицинская экспертиза, производство которой поручено <...>

<...>

<...>

<...>

<...>

<...>

Разрешая настоящий спор, суд, оценив представленные сторонами доказательства в соответствии с требованиями статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, руководствуясь положениями статей 218, 226, 227, 124, 103, 111, 114 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, статей 12, 101 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации, статей 1064, 1068, 150, 1101, 151, 1069, 1071, 333 Гражданского кодекса Российской Федерации, Правил внутреннего распорядка исправительных учреждений, утвержденных Приказом Минюста России от 04.07.2022 № 110, Федерального закона от 21.11.2011 № 323-ФЗ "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации", Порядка организации оказания медицинской помощи лицам, заключенным под стражу или отбывающим наказание в виде лишения свободы, утвержденного Приказом Минюста России от 28.12.2017 № 285, Постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 1 от 26.01.2010 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда», Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25.12.2018 № 47 «О некоторых вопросах, возникающих у судов при рассмотрении административных дел, связанных с нарушением условий содержания лиц, находящихся в местах принудительного содержания», Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 1 от 21.01.2016 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела», а также внимание все обстоятельства дела, степень вины МСЧ-66, объем допущенных его сотрудниками недостатков при оказании медицинской помощи ФИО1, суд полагал возможным определить ко взысканию в пользу истца с Российской Федерации в лице ФСИН России за счет казны Российской Федерации в возмещение морального вреда сумму в размере 600 000 руб., а также признать незаконным допущенные в период с 21.03.2022 по 06.07.2022 действия (бездействие) сотрудников ФКУЗ «Медико-санитарная часть № 66 ФСИН России по Свердловской области».

Судебная коллегия, разрешая доводы апелляционной жалобы, исходит из следующего.

К числу признаваемых в Российской Федерации и защищаемых Конституцией Российской Федерации прав и свобод относятся, прежде всего, право на жизнь (ч. 1 ст. 20), как основа человеческого существования, источник всех других основных прав и свобод и высшая социальная ценность, и право на охрану здоровья (ч. 1 ст. 41), которое также является высшим для человека благом, без которого могут утратить значение многие другие блага.

Согласно п. 1 ст. 150 Гражданского кодекса Российской Федерации право на жизнь и здоровье наряду с другими нематериальными благами и личными неимущественными правами принадлежит гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемо и непередаваемо иным способом.

Нематериальные блага защищаются в соответствии с данным Кодексом и другими законами в случаях и в порядке, ими предусмотренных, а также в тех случаях и тех пределах, в каких использование способов защиты гражданских прав (ст. 12 Гражданского кодекса Российской Федерации) вытекает из существа нарушенного нематериального права и характера последствий этого нарушения (п. 2 ст. 150 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Как установлено п. 1 ст. 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации, основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 и ст. 151 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред (ст. 151 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В соответствии с п. п. 1, 2 ст. 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, определяющей общие основания ответственности за причинение вреда (как имущественного, так и морального), вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине.

Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.

В абз. 1, 3 п. 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 № 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" (далее - постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 № 33) разъяснено, что обязанность компенсации морального вреда может быть возложена судом на причинителя вреда при наличии предусмотренных законом оснований и условий применения данной меры гражданско-правовой ответственности, а именно: физических или нравственных страданий потерпевшего; неправомерных действий (бездействия) причинителя вреда; причинной связи между неправомерными действиями (бездействием) и моральным вредом; вины причинителя вреда (статьи 151, 1064, 1099 и 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Вина в причинении морального вреда предполагается, пока не доказано обратное. Отсутствие вины в причинении вреда доказывается лицом, причинившим вред (пункт 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В п. 11 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.01.2010 № 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни и здоровью гражданина" даны разъяснения о том, что по общему правилу, установленному пунктами 1 и 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, ответственность за причинение вреда возлагается на лицо, причинившее вред, если оно не докажет отсутствие своей вины. Установленная статьей 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт увечья или иного повреждения здоровья, размер причиненного вреда, а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

В соответствии с п. 1 ст. 1068 Гражданского кодекса Российской Федерации юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей.

Положениями Федерального закона от 21.11.2011 № 323-ФЗ "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" (далее - Федеральный закон от 21.11.2011 № 323-ФЗ) регулируются отношения в сфере охраны здоровья граждан, право граждан на охрану здоровья и медицинскую помощь гарантируется системой закрепляемых в законе мер, включающих в том числе как определение принципов охраны здоровья, качества медицинской помощи, порядков оказания медицинской помощи, стандартов медицинской помощи, так и установление ответственности медицинских организаций и медицинских работников за причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи.

В силу ч. 2 и 3 ст. 98 Федерального закона от 21.11.2011 N 323-ФЗ медицинские организации, медицинские работники и фармацевтические работники несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации за нарушение прав в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи. Вред, причиненный жизни и (или) здоровью граждан при оказании им медицинской помощи, возмещается медицинскими организациями в объеме и порядке, установленных законодательством Российской Федерации.

В абз. 2 п. 19 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.01.2010 № 1 разъяснено, что в случаях, предусмотренных законом, обязанность компенсировать моральный вред может быть возложена судом на лиц, не являющихся причинителями вреда (например, образовательную организацию, медицинскую организацию или иную организацию, обязанную осуществлять надзор за малолетним гражданином, под надзором которых он временно находился, либо на лицо, осуществлявшее надзор над малолетним гражданином на основании договора, - за моральный вред, причиненный малолетним (пункты 1 - 3 статьи 1073 Гражданского кодекса Российской Федерации), и др.).

Из изложенного следует, что в случае причинения гражданину морального вреда (нравственных и физических страданий) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, в числе которых право гражданина на охрану здоровья, право на семейную жизнь, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Проанализировав обстоятельства причинения вреда здоровью истцу, судебная коллегия находит обоснованными доводы апелляционной жалобы о несоразмерности присужденной суммы компенсации морального вреда причиненным истцу нравственным страданиям в связи с ампутацией конечности.

В ст. 4 Федерального закона от 21.11.2011 № 323-ФЗ закреплены такие основные принципы охраны здоровья граждан, как соблюдение прав граждан в сфере охраны здоровья и обеспечение связанных с этими правами государственных гарантий; приоритет интересов пациента при оказании медицинской помощи; ответственность органов государственной власти и органов местного самоуправления, должностных лиц организаций за обеспечение прав граждан в сфере охраны здоровья; доступность и качество медицинской помощи; недопустимость отказа в оказании медицинской помощи (пункты 1, 2, 5 - 7 статьи 4 Федерального закона от 21.11.2011 № 323-ФЗ).

Качество медицинской помощи - совокупность характеристик, отражающих своевременность оказания медицинской помощи, правильность выбора методов профилактики, диагностики, лечения и реабилитации при оказании медицинской помощи, степень достижения запланированного результата (п. 21 ст. 2 Федерального закона от 21.11.2011 № 323-ФЗ).

Критерии оценки качества медицинской помощи согласно ч. 2 ст. 64 Федерального закона от 21.11.2011 № 323-ФЗ формируются по группам заболеваний или состояний на основе соответствующих порядков оказания медицинской помощи, стандартов медицинской помощи и клинических рекомендаций (протоколов лечения) по вопросам оказания медицинской помощи, разрабатываемых и утверждаемых в соответствии с частью 2 статьи 76 этого федерального закона, и утверждаются уполномоченным федеральным органом исполнительной власти.

Как разъяснено в п. 48 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 года № 33, медицинские организации, медицинские и фармацевтические работники государственной, муниципальной и частной систем здравоохранения несут ответственность за нарушение прав граждан в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью гражданина при оказании ему медицинской помощи, при оказании ему ненадлежащей медицинской помощи и обязаны компенсировать моральный вред, причиненный при некачественном оказании медицинской помощи (статья 19 и части 2, 3 статьи 98 Федерального закона от 21.11.2011 № 323-ФЗ).

Разрешая требования о компенсации морального вреда, причиненного вследствие некачественного оказания медицинской помощи, суду надлежит, в частности, установить, были ли приняты при оказании медицинской помощи пациенту все необходимые и возможные меры для его своевременного и квалифицированного обследования в целях установления правильного диагноза, соответствовала ли организация обследования и лечебного процесса установленным порядкам оказания медицинской помощи, стандартам оказания медицинской помощи, клиническим рекомендациям (протоколам лечения), повлияли ли выявленные дефекты оказания медицинской помощи на правильность проведения диагностики и назначения соответствующего лечения, повлияли ли выявленные нарушения на течение заболевания пациента (способствовали ухудшению состояния здоровья, повлекли неблагоприятный исход).

При этом на ответчика возлагается обязанность доказать наличие оснований для освобождения от ответственности за ненадлежащее оказание медицинской помощи, в частности отсутствие вины в оказании медицинской помощи, не отвечающей установленным требованиям, отсутствие вины в дефектах такой помощи, способствовавших наступлению неблагоприятного исхода, а также отсутствие возможности при надлежащей квалификации врачей, правильной организации лечебного процесса оказать пациенту необходимую и своевременную помощь, избежать неблагоприятного исхода.

На медицинскую организацию возлагается не только бремя доказывания отсутствия своей вины, но и бремя доказывания правомерности тех или иных действий (бездействия), которые повлекли возникновение морального вреда.

Таким образом, право граждан на охрану здоровья и медицинскую помощь гарантируется системой закрепляемых в законе мер, включающих в том числе как определение принципов охраны здоровья, качества медицинской помощи, порядков оказания медицинской помощи, стандартов медицинской помощи, так и установление ответственности медицинских организаций и медицинских работников за причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи.

Нарушение установленных в соответствии с законом порядка и стандарта оказания медицинской помощи, проведения диагностики, лечения, выполнения является нарушением требований к качеству медицинской услуги, нарушением прав в сфере охраны здоровья, что рассматривается как основание для компенсации пострадавшим морального вреда.

Как разъяснено в абз. 3 п. 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 № 33, под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.

Из разъяснений, содержащихся п. 14 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 № 33, следует, что моральный вред может заключаться в нравственных переживаниях в связи с утратой родственников.

Суду при разрешении спора о компенсации морального вреда, исходя из ст. ст. 151, 1101 ГК РФ, устанавливающих общие принципы определения размера такой компенсации, необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении (п. 25 Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 № 33).

Определяя размер компенсации морального вреда, суду необходимо, в частности, установить, какие конкретно действия или бездействие причинителя вреда привели к нарушению личных неимущественных прав заявителя или явились посягательством на принадлежащие ему нематериальные блага и имеется ли причинная связь между действиями (бездействием) причинителя вреда и наступившими негативными последствиями, форму и степень вины причинителя вреда и полноту мер, принятых им для снижения (исключения) вреда (п. 26).

Тяжесть причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом заслуживающих внимания фактических обстоятельств дела, к которым могут быть отнесены любые обстоятельства, влияющие на степень и характер таких страданий (п. 27).

Согласно разъяснениям п. 30 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 № при определении размера компенсации морального вреда судом должны учитываться требования разумности и справедливости (пункт 2 статьи 1101 ГК РФ).

В связи с этим сумма компенсации морального вреда, подлежащая взысканию с ответчика, должна быть соразмерной последствиям нарушения и компенсировать потерпевшему перенесенные им физические или нравственные страдания (статья 151 ГК РФ), устранить эти страдания либо сгладить их остроту.

Судам следует иметь в виду, что вопрос о разумности присуждаемой суммы должен решаться с учетом всех обстоятельств дела, в том числе значимости компенсации относительно обычного уровня жизни и общего уровня доходов граждан, в связи с чем исключается присуждение потерпевшему чрезвычайно малой, незначительной денежной суммы, если только такая сумма не была указана им в исковом заявлении.

Согласно представленному в материалы дела заключению комиссии экспертов невозможно установить прямую причинно-следственную связь между действия ответчика и причинением истцу вреда здоровью. Так, исходя из содержания заключения, а именно указания комиссии экспертов на наличие косвенной, опосредованной причинно-следственной связи между действиями ответчика и причинением вреда истцу, указание на неоднократное нарушение сотрудниками ФКУЗ «Медико-санитарная часть № 66 ФСИН России по Свердловской области» норм осуществления медицинской помощи, такие как неполнота физикального обследования, неправильного установления диагноза, неполноты лечения, несвоевременности госпитализации в стационар, можно сделать вывод, что именно действия ответчика «Медико-санитарная часть № 66 ФСИН России по Свердловской области» повлекли нарушение прав истца, что обоснованно принято судом во внимание при разрешении данного вопроса. Вместе с тем, судом не в полной мере учтены выводы экспертов о том, что все вышеперечисленные недостатки оказания медицинской помощи, не состоящие в прямой причинно-следственной связи с наступлением неблагоприятного исхода (ампутация <...>) к вреду, причиненному здоровью человека не относятся. Они создавали условия для выраженности (тяжести) течения <...>, но сами по себе ее причиной не являлись. Основным в наступлении неблагоприятного исхода (<...>) у ФИО1 явились характер и тяжесть имевшегося заболевания (<...>) и его развившихся осложнений <...>). Кроме того, судом не учтены выводы экспертов об отсутствии добровольного информированного согласия ФИО1 на медицинское вмешательство до 19.05.2022, в связи с чем оперативное вмешательство от 19.05.2022 по отношению в моменту появления показаний (11.05.2022) являлось несвоевременным (запоздалым), при том, что несвоевременность выполнения была обусловлена объективными, независящими от медицинской организации причинами.

Поскольку указанное обстоятельство (действия самого потерпевшего, имевшего отказы от оказания медицинской помощи) не учтено судом первой инстанции в качестве основания для уменьшения размера компенсации морального вреда, доводы апелляционной жалобы принимаются судебной коллегией во внимание, в связи с чем размер компенсации морального вреда подлежит снижению с 600 000 руб. до 400 000 руб., что, по мнению судебной коллегии, в наибольшей степени отвечает требованиям разумности и справедливости, а также способствует восстановлению нарушенных прав истца, учитывая при этом в совокупности фактические обстоятельства данного конкретного дела.

В остальной части выводы суда при установлении права истца на компенсацию морального вреда с учетом юридически значимых обстоятельств дела соответствуют нормам материального права.

В данном случае судом сделан ошибочный вывод о размере компенсации морального вреда, что повлекло принятие решения, не соответствующего нормам материального права, а также фактическим обстоятельствам (п. п. 3, 4 ч. 1 ст. 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации). Решение суда в указанной части подлежит изменению путем снижения суммы компенсации морального вреда до 400 000 руб.

Руководствуясь статьями 327, 327.1, частью 2 статьи 328, статьей 329 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

определила:

решение Синарского районного суда г. Каменск-Уральского от 13.11.2025 изменить в части размера взысканного в пользу ФИО1 с Российской Федерации в лице Федеральной службы исполнения наказаний Российской Федерации за счет казны Российской Федерации компенсации морального вреда, определив ее ко взысканию в размере 400 000 руб.

В остальной части это же решение оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Председательствующий И.А. Волошкова

Судьи Е.Г. Орлова

З.С. Фефелова

<...>

<...>

<...>

<...>

<...>

<...>

<...>

<...>

<...>

<...>

<...>

<...>

<...>

<...>

<...>

<...>

<...>

<...>

<...>

<...>

<...>

<...>