Апелляционное определение № 33-198/2026 33-3363/2025 от 20 января 2026 г.

ВЕРХОВНЫЙ СУД

РЕСПУБЛИКИ БУРЯТИЯ


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

от 21 января 2026 года дело № 33-198/2026 (2-2496/2025)

Судья Герасимова Ю.В.

УИД 04RS0021-01-2025-005295-23

поступило 15 декабря 2025 года

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Республики Бурятия в составе:

председательствующего судьи Гончиковой И.Ч.,

судей коллегии: Цэдашиева Б.Г., Кушнаревой И.К.,

при секретаре Подкаменевой О.В.,

рассмотрела в открытом судебном заседании в г. Улан-Удэ гражданское дело по иску ФИО2 к Генеральной Прокуратуре Российской Федерации, Прокуратуре Республики Бурятия о признании незаконным решения жилищной комиссии в части, обязании поставить на учет нуждающихся в жилых помещениях, обязании повторно рассмотреть заявление, признании незаконным уведомления, по апелляционным жалобам представителя истца ФИО2 – ФИО3, представителя ответчика прокурора Республики Бурятия на решение Советского районного суда г. Улан-Удэ от 3 октября 2025 года, которым иск удовлетворен частично, на Генеральную Прокуратуру РФ возложена обязанность повторно рассмотреть заявление ФИО2 от 9 января 2019 года о предоставлении в собственность занимаемое служебное жилое помещение общей площадью 65,5 кв.м по адресу: <...>, признаны незаконными уведомления прокуратуры Республики Бурятия о выселении от 26 сентября 2022 года N ..., от 22 декабря 2023 года N ..., от 27 февраля 2025 года N .... В удовлетворении остальной части требований отказано.

Заслушав доклад судьи Кушнаревой И.К., судебная коллегия

УСТАНОВИЛА:

истец ФИО2 обратилась в суд с иском к ответчикам Генеральной Прокуратуре РФ и Прокуратуре Республики Бурятия (далее – Прокуратура РБ), в котором с учетом изменения требований просила признать незаконным решение жилищной комиссии Генеральной Прокуратуры РФ от ... года в части отказа в признании ее нуждающейся в жилье в целях предоставления единовременной социальной выплаты для приобретения жилья по заявлению от ... года; обязать поставить на учет нуждающихся в жилых помещениях в целях предоставления единовременной социальной выплаты для приобретения жилья; обязать повторно рассмотреть ее заявление о предоставлении занимаемого истцом служебного помещения в собственность от 17 марта 2025 года; признать незаконными уведомления Прокуратуры РБ от 26 сентября 2022 года N ..., от 22 декабря 2023 года N ..., от 27 февраля 2025 года N ... об освобождении истцом занимаемого служебного помещения.

Требования мотивированы тем, что истец работала в органах прокуратуры с 1974 до 2016 года, уволилась в связи с выходом на пенсию в 2016 году. В 1991 году, как работнику прокуратуры, нуждающемуся в обеспечении жильем, Исполнительным Комитетом Улан-Удэнского городского Совета народных депутатов истцу с составом семьи 3 человека предоставлена квартира общей площадью ... кв.м., жилой – ... кв.м. по адресу: <...>, С 1996 года в Закон о прокуратуре внесены изменение, которыми прокурорам и следователям предоставлено право на дополнительную жилую площадь не менее 20 кв.м. Поскольку нуждаемость в жилом помещении определялась нормой не менее 12 кв.м. жилой площади на человека, а жилая площадь предоставленной ей квартиры составляла 23,4 кв.м., то у истца появилась нуждаемость в улучшении жилищных условий, ее приняли на учет нуждающихся. В марте 2006 года истец приватизировала жилое помещение по <...>. 7 декабря 2007 года жилищно-бытовой комиссией Прокуратуры РБ принято решение о предоставлении истцу по договору служебного найма квартиры общей площадью ... кв.м. по адресу: <...>. При этом, по договоренности с прокурором свою квартиру по ул. <...>, истец по договору дарения от ... года передала в собственность работнику прокуратуры ФИО1 с которым у истца родственных отношений нет. Иным образом передать квартиру прокуратуре возможности не имелось. С декабря 2007 года по настоящее время истец проживает в служебном жилье – квартире по адресу: <...>, на условиях договора найма служебного помещения. Другого жилья у истца не имеется. Истец обратилась в жилищную комиссию с заявлением о предоставлении ей служебного жилого помещения в собственность. 16 декабря 2016 года жилищная комиссия Генеральной прокуратуры РФ отложила принятие решения о предоставлении истцу квартиры в собственность до правового урегулирования вопроса передачи в собственность жилого помещения, превышающего нормы предоставления. При этом, вопрос нуждаемости истца в жилом помещении не оспаривался. В 2019 года на очередное заявление истца ответчиком указано на невозможность предоставления жилого помещения, превышающего размер общей площади жилого помещения, до внесения изменений в Правила оплаты площади жилого помещения в части превышения. Истец считает, что фактически ответчики признали наличие у нее права на предоставление в собственность служебного жилого помещения. Между тем в 2022 году решением жилищной комиссии истцу отказано в признании нуждающейся в предоставлении единой социальной выплаты или жилого помещения, по мотиву того, что ею уже реализовано право на получение жилого помещения путем приватизации квартиры по ул. <...>, однако такое основание отказа действующим законодательством не предусмотрено. Затем в ответах Прокуратуры РФ 2024 и 2025 годов указывалось, что истец в 2007 году признавалась нуждающейся в предоставлении жилого помещения, при этом, в повторном рассмотрении вопроса предоставления истцу жилья отказано, с чем истец не согласна. Также в ответах указывалось, что на учет нуждающихся в целях предоставления единовременной социальной выплаты истец не принималась и оснований для принятия ее на данный учет не имеется. С решениями истец не согласна, полагает, что она должна быть принята на учет, и вправе претендовать на получение социальной выплаты или служебной квартиры в собственность, так как она с 2007 года проживает в служебной квартире, фактически является нуждающейся в жилье.

В судебном заседании суда первой инстанции представитель истца ФИО2 по доверенности (т. 1 л.д. 9) ФИО3 иск поддержала, пояснила, что истец на протяжении всей службы признавалась работодателем нуждающейся в жилье, до настоящего времени проживает в служебном помещении, не имеет иного жилья, в связи с чем считает, что обязанность по обеспечению истца жильем ответчиками не исполнена; относительно дарения квартиры по ул. <...> работнику прокуратуры ФИО1 пояснила, что иным образом передать квартиру было невозможно, так как жилое помещение предоставлено муниципальным органом.

Представитель ответчиков Генеральной прокуратуры РФ, Прокуратуры РБ по доверенностям (т. 1 л.д. 231, т. 2 л.д. 61) Халтыгеева Н.Н. иск не признала, поясняя, что квартира по ул. <...> истцу предоставлялась, как сотруднику прокуратуры и как служебное жилье, приватизировав квартиру истец реализовала свое право, оснований для повторного пересмотра ее заявления, а также принятого решения об отказе Генеральной прокуратурой, не имеется.

Истец ФИО2 в суд не явилась, направив заявление о рассмотрении дела в ее отсутствие.

Судом постановлено приведенное выше решение.

В апелляционной жалобе представитель истца ФИО2 – ФИО3, представившая удостоверение адвоката (т. 1 л.д. 42), просит решение суда в отказанной части требований отменить, требования удовлетворить, указывает, что истец до внесения в закон о прокуратуре изменений имела право на предоставление занимаемого ею служебного жилого помещения в собственность, как уволенной из органов прокуратуры с правом на пенсию и проживающую на момент увольнения в служебном жилом помещении, не имеющей другого жилья, суд своим решением признал постановку истца на учет на момент увольнения в 2016 году законной, изменения внесенные в закон о прокуратуре и порядок учета работников прокуратуры в качестве нуждающихся в жилых помещениях распространяются на сотрудников прокуратуры, принятых на учет на день вступления в силу указанных изменений, в соответствии с действующим законодательством лица, претендующие на получение жилого помещения в собственность, должны состоять на учете нуждающихся в жилых помещениях в целях предоставления им единой социальной выплаты или жилого помещения в собственность, считает, что для реализации права истца на предоставление ей в собственность занимаемого жилого помещения истец должна состоять на учете нуждающихся именно в целях предоставления единовременной социальной выплаты, а так как на нее распространяются внесенные в закон и нормативные акты изменения, ее должны были автоматически перевести на новый учет нуждающихся, полагает, что судом сделаны ошибочные выводы об отсутствии оснований для постановки истца на соответствующий учет, также считает, что без постановки на учет нуждающихся в предоставлении единовременной социальной выплаты истец не может претендовать на предоставление ей жилого помещения в собственность, и данный вопрос не может быть рассмотрен до постановки истца на учет или до признания истца состоящей на данном учете, кроме того, считает, что суд, удовлетворив требование в части повторного рассмотрения заявления истца о предоставлении жилого помещения в собственность, и, одновременно, отказывая в остальной части исковых требований, не учел, что пересмотр заявления истца невозможен, в связи со сделанными судом выводами об отсутствии законных оснований для постановки истца на учет нуждающихся в жилых помещениях в целях предоставления единовременной социальной выплаты, и законных оснований для такой выплаты, так как Генеральная прокуратура РФ будет руководствоваться действующими положениями закона, исходя из постановки истца на учет нуждающихся в целях предоставления единовременной выплаты, также считает, что, признавая, с одной стороны, то, что истец состоит на учете, но не вправе состоять на учете в целях предоставления единовременной социальной выплаты, а, с другой стороны, обязывая генеральную прокуратуру РФ повторно рассмотреть заявление истца о предоставлении жилого помещения в собственность, поданное в рамках действующего законодательства с учетом его изменений, суд сделал противоречивые друг другу выводы и фактически принял неисполнимое решение.

Представителем ответчика прокуратуры РБ Халтыгеевой Н.Н. на апелляционную жалобу стороны истца принесены возражения, просит в обжалуемой части оставить решение суда без изменения, полагает, что действующее законодательство, регулирующее предоставление жилых помещений работникам прокуратуры к истцу не применимо, так как их действия распространяются на прокуроров, принятых на день их вступления в силу на учет нуждающихся в жилых помещениях.

В апелляционной жалобе представитель ответчика прокурора Республики Бурятия Халтыгеева Н.Н. просит решение суда отменить, в удовлетворении иска отказать, считает, что вывод суда о вынужденных обстоятельствах передачи квартиры истцом сотруднику прокуратуры ФИО1 не мотивирован, материалами дела не подтвержден, органами прокуратуры ФИО1 нуждающимся в жилых помещениях не признавался, на учете не состоял, обязательств по обеспечению служебным жилым помещением ФИО1 у прокуратуры не имелось, что подтверждено доказательствами, кроме того, приказом Генерального прокурора РФ от 11 мая 2007 года N 82 <...> прокуратура, прокурором которой являлся ФИО1 с 1 августа 2007 года исключена из состава органов Прокуратуры РБ, ФИО1 проходил службу в органах прокуратуры с 1980 по 21 августа 2007 года, а договор дарения квартиры по <...>, заключен значительно позднее в ноябре 2008 года, то есть в период, когда ФИО1 уже не являлся работником органов прокуратуры РБ, считает, что данный факт нельзя рассматривать как передачу ФИО2 принадлежащего ей жилого помещения в распоряжение органов прокуратуры РБ для последующего предоставления прокурорскому работнику, указывают, что ФИО2 реализовала свое право на приобретение в собственность жилого помещения, приватизировав жилое помещение, полученное ею, в связи с прохождением службы в органах прокуратуры, не согласна с выводом суда о незаконности уведомлений о выселении, так как титульный владелец имеет право требовать устранения всяких нарушений его права, а квартира на <...> является служебным жилым помещением, находящемся в оперативном управлении прокуратуры РБ.

В возражениях на апелляционную жалобу ответчика представитель истца ФИО2 – ФИО3 просит в удовлетворении апелляционной жалобы отказать, указывает, что справки, представленные прокуратурой РБ и <...> прокуратурой не содержат сведений о том, что ФИО1 не признавался нуждающимся или не состоял на учете, в справках указано, что учетное дело ФИО1 отсутствует, что не подтверждает факт того, что он не признавался нуждающимся в жилом помещении и не состоял на учете, факт того, что квартира истца передана ФИО1 как работнику прокуратуры ответчиками не опровергнут, напротив, представленные документы в материалы дела, подтверждают, что действия истца по передаче квартиры были согласованы и на протяжении длительного времени ни каких споров не возникало, также указывает на отсутствие оснований полагать, что истец воспользовалась своим правом на однократное приобретение квартиры в собственность, так как истец за счет средств федерального бюджета жильем не обеспечивалась, приватизация жилья не является основанием для лишения права на предоставление жилья в собственность, установленного Законом о прокуратуре, не согласна с суждениями стороны ответчика о неправомерном признании судом уведомлений о выселении незаконными.

В судебном заседании суда апелляционной инстанции представитель истца ФИО2 – ФИО3 свою, апелляционную жалобу поддержала, с апелляционной жалобой ответчика не согласилась.

Представитель ответчиков Прокуратуры Республики Бурятия, Генеральной прокуратуры РФ Халтыгеева Н.Н. поддержала свою апелляционную жалобу, с апелляционной жалобой представителя истца не согласилась.

Истец ФИО2 в суд не явилась, извещена надлежаще, об отложении судебного разбирательства не заявляла.

Руководствуясь ст. 167 Гражданского процессуального кодекса РФ (далее – ГПК РФ) судебная коллегия посчитала возможным рассмотреть дело в отсутствие неявившегося истца.

Выслушав стороны, изучив материалы дела, проверив решение суда в пределах доводов апелляционных жалоб, возражений на нее, судебная коллегия находит решение суда, подлежащим отмене в части.

В соответствии со ст. 10 Жилищного кодекса РФ (далее - ЖК РФ) жилищные права и обязанности возникают из оснований, предусмотренных настоящим Кодексом, другими федеральными законами и иными правовыми актами, а также из действий участников жилищных отношений, которые хотя и не предусмотрены такими актами, но в силу общих начал и смысла жилищного законодательства порождают жилищные права и обязанности.

Как следует из материалов дела, с 1 августа 1974 года истец ФИО2 являлась работником прокуратуры РБ. Приказом прокурора Республики Бурятия от 6 апреля 2016 года ФИО2 уволена из органов прокуратуры с 13 мая 2016 года по собственному желанию в связи с выходом на пенсию по выслуге лет.

В период службы ФИО2 признавалась работодателем нуждающейся в жилье и дважды обеспечивалась жилыми помещениями.

Так, 23 апреля 1992 года ФИО2 предоставлена двухкомнатная квартира общей площадью ... кв.м. по адресу: <...>, с составом семьи 3 человека (<...>).

Указанное обстоятельство подтверждается представленными в дело ордером и корешком ордера, согласно которому ФИО2 предоставлена названная квартира Исполкомом Железнодорожного района г. Улан-Удэ, на основании «по доле респ. Прокуратуры».

Из представленного в материалы дела решения Исполкома Улан-Удэнского Городского Совета народных депутатов от 12 декабря 1991 года N 300 следует, что утверждены Списки по распределению 30 квартир в доме по <...>, в котором 50% квартир местных Советов, 50% квартир МВД.

В Списках на заселение жильцов в дом, утвержденных 12 декабря 1991 года названным решением, под N ... значится ФИО2, указано основание для выдачи ордера – «по доле респ. прокуратуры».

Копией выписки из реестра муниципальной собственности от 14 марта 2006 года подтверждается, что квартира по ул. <...>, внесена в реестр муниципальной собственности муниципального образования г. Улан-Удэ.

В соответствии с выпиской из технического паспорта на данную квартиру, подтверждается, что по состоянию на 21 марта 2006 года жилое помещение находится в муниципальной собственности.

Комитетом по управлению имуществом Администрации г. Улан-Удэ квартира по ул. <...>, передана в собственность истцу ФИО2 на основании договора приватизации от 10 марта 2006 года.

Стороной ответчиков в материалы дела представлено учетное дело истца в котором имеется заявление ФИО2 на имя прокурора Республики Бурятия Семчишина И.Г. (из общедоступных сведений следует, что работал прокурором республики с 2003 по 2006 год), согласно которому заявитель просит улучшить ее жилищные условия в соответствии с п. 4 ст. 44 Закона о прокуратуре и обязуется имеющуюся квартиру по ул. <...>, передать прокуратуре РБ.

Согласно Книге учета заявлений работников прокуратуры РБ на получение жилья и улучшения жилищных условий, под N ... указана ФИО2, дата подачи заявления указана «29 апреля 2005 года», указан адрес: <...>, имеется пометка: «нуждается в расширении» в примечаниях указано «выделены деньги и заключен договор долевого строительства».

7 декабря 2007 года состоялось заседание жилищно-бытовой комиссии прокуратуры РБ, принявшей решение передать старшему помощнику прокурора республики ФИО2 по договору найма специализированного жилого помещения квартиру по адресу: <...>. Сведений о том, что ФИО2 обязана передать прокуратуре занимаемую ею квартиру по ул. <...>, представленное в дело решение жилищно-бытовой комиссии не содержит.

В тот же день 7 декабря 2007 года между прокуратурой РБ и ФИО2 заключен договор найма служебного жилого помещения N ..., по условиям которого в пользование для временного проживания ФИО2 передано служебное жилое помещение – двухкомнатная квартира общей площадью ... кв.м. по <...>, в состав семьи включена дочь истца. Жилое помещение предоставляется в связи с прохождением службы в органах прокуратуры РБ (раздел 1 договора).

17 декабря 2007 года между сторонами подписан Акт приема-передачи квартиры истцу, где указано, что служебное жилое помещение входит в состав федерального имущества, на него зарегистрировано право оперативного управления прокуратуры РБ. Данное обстоятельство подтверждено сведениями из реестрового дела на квартиру, представленному Управлением Росреестра по Республике Бурятия.

Из реестрового дела на квартиру по <...>, следует, что квартира приобретена Прокуратурой РБ по договору на участие в долевом строительстве от .... Право собственности Российской Федерации на квартиру зарегистрировано ... года. Ограничение прав в виде оперативного управления зарегистрировано в Едином государственном реестре недвижимости ... года за прокуратурой РБ.

Квартира по ул. <...>, передана ее собственником ФИО2 сотруднику прокуратуры ФИО1 Передача прав на квартиру оформлена договором дарения от ... года.

В Книге учета прокуроров нуждающихся в жилых помещениях, начатой Прокуратурой РБ от ... года, ФИО2 также указана нуждающейся в жилье. Сведений о снятии истца прокуратурой республики с учета нуждающихся в жилье, суду не представлено.

9 января 2019 года истец ФИО2 обратилась к Генеральному прокурору РФ с двумя заявлениями: о предоставлении в собственность занимаемого ею жилого помещения по адресу: <...>, и о признании ее нуждающейся в жилье в целях предоставления единовременной социальной выплаты для приобретения или строительства жилья.

Решением жилищной комиссии Генеральной прокуратуры РФ от 16 апреля 2021 года ФИО2 отказано в признании ее нуждающейся в жилом помещении в целях предоставления единовременной социальной выплаты, поскольку «ею уже реализовано право на получение жилого помещения в собственность путем приватизации жилого помещения по адресу: <...>, предоставленного ей в связи с прохождением службы в органах прокуратуры». Также жилищная комиссия решила в связи с этим не выходить к Генеральному прокурору РФ с предложением о наличии оснований для предоставления ФИО2 занимаемого ею служебного жилого помещения по <...>, в собственность.

Суд первой инстанции, удовлетворяя требования истца в части возложения на Генеральную Прокуратуру РФ обязанности по повторному рассмотрению заявления истца от 9 января 2019 года о предоставлении в собственность занимаемого служебного жилого помещения по адресу: <...>, и признания незаконными уведомлений прокуратуры РБ о выселении, пришел к выводу, что решение жилищной комиссии ответчика об отказе истцу в признании ее нуждающейся в жилье по причине реализации ею права на получение муниципального жилья в собственность путем приватизации жилого помещения по адресу: <...>, предоставленного ей в связи с прохождением службы в органах прокуратуры, не соответствует действительности и не может являться основанием для отказа в признании истца нуждающейся в жилье при разрешении Генеральной прокуратурой РФ вопроса о жилищных правах истца. Также суд признал законным постановку истца на учет нуждающихся в предоставлении жилого помещения.

При этом, суд исходил из совокупности последовательных действий ответчика прокуратуры РБ, признававшего право истца на обеспечение жильем за счет прокуратуры, и вынужденных обстоятельства передачи квартиры по адресу: <...>, истцом сотруднику прокуратуры ФИО1 путем заключения договора дарения. Суд полагал, что квартира по ул. <...>, не являлась служебным жилым помещением прокуратуры, и оснований для вывода о том, что истец воспользовалась своим правом на одноразовое приобретение квартиры в собственность, у ответчика не имелось.

Кроме того, придя к выводу, что истец вселена в служебное жилое помещение на законном основании, договор найма специализированного жилого помещения не признан незаконным, недействительным, сторонами не расторгнут, суд признал незаконными уведомления прокуратуры РБ об освобождении истцом занимаемого служебного помещения.

Между тем, суд согласился с выводами жилищной комиссии в части отказа в признании истца нуждающейся в жилом помещении в целях предоставления единовременной социальной выплаты, поскольку законных оснований для такой выплаты истцу не имеется и она не вправе претендовать на получение социальной выплаты для приобретения жилья и на получение служебного жилья в собственность, одновременно.

В связи с указанным, суд отказал в удовлетворении требования истца о возложении на Генеральную прокуратуру РФ обязанности по постановке истца на учет нуждающихся в жилых помещениях в целях предоставления единовременной социальной выплаты для приобретения жилья.

Судебная коллегия с выводами суда об удовлетворении требований в части возложения на Генеральную Прокуратуру РФ обязанности по повторному рассмотрению заявления истца от 9 января 2019 года о предоставлении в собственность занимаемого служебного жилого помещения по адресу: <...>, и признания незаконными уведомлений прокуратуры РБ о выселении, соглашается.

Согласно ч. 5 ст. 41 Федерального закона от 17 января 1992 года N 2202-1 "О прокуратуре Российской Федерации" (далее – Закон о прокуратуре) в редакции, действовавшей с 18 февраля 1992 года по 24 ноября 1995 года, улучшение жилищных условий сотрудников прокуратуры происходило путем предоставления Местными Советами народных депутатов, местной администрацией прокурорским работникам, нуждающимся в улучшении жилищных условий, благоустроенной жилой площади в виде отдельной квартиры или дома в первоочередном порядке, а при назначении на должность - в течение шести месяцев.

В соответствии с решением Исполкома Улан-Удэнского городского Совета народных депутатов от 12 декабря 1991 года квартира по адресу: <...>, распределена работнику прокуратуры ФИО2, которая вселилась в указанную квартиру с матерью и дочерью на основании ордера от ... года N ...

Следует отметить, что ордер от ... года N ... служебным не являлся.

Жилищное обеспечение прокуроров осуществляется в рамках Закона о прокуратуре, действие которого началось с 18 февраля 1992 года.

ФИО2 жилое помещение по адресу: <...>, предоставлено на основании решения Исполкома Улан-Удэнского городского Совета народных депутатов от 12 декабря 1991 года N ....

До введения в действие закона о прокуратуре обеспечение жильем прокуроров осуществлялось в порядке, установленном ЖК РСФСР.

В соответствии со ст. 28 ЖК РСФСР, в первоначальной редакции, действовавшей на момент возникновения правоотношений, граждане, нуждающиеся в улучшении жилищных условий, имеют право на получение в пользование жилого помещения в домах государственного или общественного жилищного фонда в порядке, предусмотренном законодательством Союза ССР, настоящим Кодексом и другим законодательством РСФСР. Жилые помещения предоставляются указанным гражданам, постоянно проживающим в данном населенном пункте (если иное не установлено законодательством Союза ССР и РСФСР), как правило, в виде отдельной квартиры на семью.

Граждане признаются нуждающимися в улучшении жилищных условий по основаниям, предусмотренным законодательством Союза ССР, настоящим Кодексом и другим законодательством РСФСР.

Согласно ст. 30 ЖК РСФСР учет граждан, нуждающихся в улучшении жилищных условий, осуществлялся, как правило, по месту жительства в исполнительном комитете районного, городского, районного в городе, поселкового, сельского Совета народных депутатов. В соответствии с Основами жилищного законодательства Союза ССР и союзных республик в случаях и в порядке, устанавливаемых Советом Министров СССР и Советом Министров РСФСР, граждане могли быть приняты на учет и не по месту их жительства.

Учет нуждающихся в улучшении жилищных условий граждан, работающих на предприятиях, в учреждениях, организациях, имеющих жилищный фонд и ведущих жилищное строительство или принимающих долевое участие в жилищном строительстве, осуществляется по месту работы, а по их желанию - также и по месту жительства.

Порядок учета граждан, нуждающихся в улучшении жилищных условий, а также определения очередности предоставления гражданам жилых помещений устанавливается законодательством Союза ССР, настоящим Кодексом и другим законодательством РСФСР.

Принятие на учет граждан, нуждающихся в улучшении жилищных условий, производится по месту жительства решением исполнительного комитета местного Совета народных депутатов, а по месту работы - совместным решением администрации и профсоюзного комитета предприятия, учреждения, организации (ч. 1 ст. 31 ЖК РСФСР)

Статьей 45 ЖК РСФСР предусматривалось, что жилые помещения, освобождающиеся в домах, переданных государственными предприятиями, учреждениями, организациями исполнительным комитетам местных Советов народных депутатов, а также жилые помещения, освобождающиеся в домах, построенных с привлечением в порядке долевого участия средств предприятий, учреждений, организаций, заселяются в первую очередь нуждающимися в улучшении жилищных условий работниками этих предприятий, учреждений, организаций. Указанный порядок заселения применяется независимо от времени передачи или окончания строительства жилого дома.

В ст. 47 ЖК РСФСР указывалось, что на основании решения о предоставлении жилого помещения в доме государственного или общественного жилищного фонда исполнительный комитет районного, городского, районного в городе, поселкового, сельского Советов народных депутатов выдает гражданину ордер, который является единственным основанием для вселения в предоставленное жилое помещение.

Порядок предоставления и пользования служебными жилыми помещениями был установлен ст. 105 ЖК РСФСР, которой предусматривалось, что такие помещения предоставляются по решению администрации предприятия, учреждения, организации, правления колхоза, органа управления другой кооперативной и иной общественной организации, в ведении которых они находятся; на основании принятого решения исполнительным комитетом соответствующего местного Совета народных депутатов гражданину выдается ордер на служебное жилое помещение. Форма ордера на служебное жилое помещение устанавливается Советом Министров РСФСР.

Согласно ст. 106 ЖК РСФСР с гражданином, на имя которого выдан ордер на служебное жилое помещение, заключается письменный договор найма помещения на все время работы нанимателя, в связи с которой ему предоставлено это помещение.

Таким образом, ФИО2 вселена в квартиру по адресу: <...>, по нормам ЖК РСФСР, при этом представленная квартира не являлась служебным жильем.

В решении Исполкома Улан-Удэнского городского Совета народных депутатов от ... года N 300 указано на утверждение списков по распределению 30 квартир в 60-тиквратирном доме 50% местных советов и 50% МВД. Железнодорожному райисполкому поручено произвести выдачу ордеров. О предоставлении квартиры ФИО2, как работнику прокуратуры, в решении не указано. В самом Списке в строке 12 указано: «ФИО2 Респ.прокурор…», основание для выдачи ордера указано «по доле прокуратуры», в ордере указано на принадлежность дома МВД, что не означает, что жилое помещение предоставлено истцу в соответствии с Законом о прокуратуре, который на момент принятия Исполкомом решения от 12 декабря 1991 года N ..., не был принят.

То, что ордер выдан в апреле 1992 года, так же не свидетельствует об обратном, поскольку он выдан во исполнение решения от 12 декабря 1992 года.

В дальнейшем, Федеральным законом от 17 ноября 1995 года N 168-ФЗ "О внесении изменений и дополнений в Закон о прокуратуре" для прокурорских работников были введены льготы в виде права на дополнительную площадь при предоставлении жилья.

В соответствии ч. 6 ст. 44 Закона о прокуратуре в редакции от 17 ноября 1995 года на органы исполнительной власти субъектов Российской Федерации и органы местного самоуправления возлагалась обязанность предоставлять прокурорам и следователям, нуждающимся в улучшении жилищных условий, благоустроенное жилое помещение в виде отдельной квартиры или дома в государственном или муниципальном жилищном фонде в первоочередном порядке, но не позднее шести месяцев, независимо от срока их проживания в данном населенном пункте.

Как указал Верховный Суд РФ в Определении от 2 ноября 1998 года N 20-В98пр-11, данная норма не содержит указания на необходимость предварительного обращения прокурорских работников в жилищные органы с заявлением об обеспечении жилым помещением. В соответствии со ст. 38 ЖК РСФСР норма жилой площади на одного человека установлена в размере 12 кв. м. Данная норма является нормой прямого действия и не может быть изменена актом субъекта Федерации.

Положения о праве прокуроров и следователей на дополнительную жилую площадь вступили в силу с 1 января 1996 года.

Поскольку ФИО2 имела в пользовании жилое помещение жилой площадью <...> кв.м., а ей на состав семьи из трех человек полагалось не менее 36 кв.м. жилой площади, то обеспечение ее жилым помещением по адресу: <...>, не прекратило ее статус, как нуждающейся в предоставлении жилья.

Федеральным законом от 10 февраля 1999 года N 31-ФЗ внесены изменения в ч. 4 ст. 44 Закона о прокуратуре, вступившие в силу с 17 февраля 1999 года, согласно которым прокурорам и следователям гарантировалось право на дополнительную жилую площадь, и предусматривалось, что органы исполнительной власти субъектов Российской Федерации и органы местного самоуправления обязаны предоставлять прокурорам и следователям, назначенным на должность и (или) нуждающимся в улучшении жилищных условий, благоустроенное жилое помещение в виде отдельной квартиры или дома в государственном или муниципальном жилищном фонде с учетом их права на дополнительную жилую площадь в размере не менее 20 квадратных метров или в виде отдельной комнаты. Указанное жилое помещение предоставляется прокурорам и следователям во внеочередном порядке, но не позднее шести месяцев и независимо от срока их проживания в данном населенном пункте. Стоимость жилых помещений компенсируется органам исполнительной власти субъектов Российской Федерации и органам местного самоуправления за счет средств федерального бюджета, выделяемых на эти цели органам прокуратуры Российской Федерации.

Нуждающимися в улучшении жилищных условий с учетом положений настоящей статьи признаются прокуроры и следователи, не обеспеченные жилой площадью в соответствии с требованиями и нормами, установленными жилищным законодательством Российской Федерации и жилищным законодательством субъектов Российской Федерации.

Как разъяснено в Определение Верховного Суда РФ от 24 августа 2000 года N 78-В00-11, каких-либо изъятий из этого положения закон не содержит, нет в нем и указаний на иной порядок предоставления жилья, то есть, в порядке очередности лиц равной категории.

В соответствии с правовой позицией, изложенной в определении Верховного Суда РФ от 4 июня 2004 года N 19-В04-2, ч. 4 ст. 44 Закона о прокуратуре РФ не ставила реализацию права прокурора на обеспечение жилым помещением, не содержала положений о предоставлении жилого помещения в порядке очередности. Нуждающимися в улучшении жилищных условий с учетом положений ч. 4 ст. 44 Закона о прокуратуре РФ признавались прокуроры и следователи, не обеспеченные жилой площадью в соответствии с требованиями и нормами, установленными жилищным законодательством Российской Федерации и жилищным законодательством субъектов Российской Федерации.

Поскольку ФИО2, как действующий работник прокуратуры имела право на дополнительную жилую площадь в размере жилой площади не менее 20 кв.м., то даже с учетом внесенных в Закон о прокуратуре РФ изменений, она при составе семьи из трех или из двух человек оставалась нуждающейся в улучшении жилищных условий. Ко времени внесения указанных изменений в Закон о прокуратуре РФ, истец имела срок службы более 20 календарных лет.

Кроме того, абзацами 5 и 6 ч. 4 ст. 44 Закона о прокуратуре в редакции от 17 февраля 1999 года, предусматривалось, что занимаемые прокурорами и следователями жилые помещения, находящиеся в государственной или муниципальной собственности, в случае их освобождения предоставляются другим прокурорам и следователям, нуждающимся в улучшении жилищных условий.

С согласия прокуроров и следователей им вместо предоставления жилого помещения выдается из средств федерального бюджета беспроцентная ссуда на приобретение или строительство жилья, которая погашается из тех же средств при условии их работы в органах прокуратуры в пределах территории данного субъекта Российской Федерации не менее 10 лет.

В редакции, вступившей в силу 1 января 2005 года, ч. 4 ст. 44 Закона о прокуратуре РФ предусматривала обеспечение жилыми помещениями прокуроров и следователей, нуждающихся в улучшении жилищных условий, в соответствии с нормами, установленными законодательством Российской Федерации, отдельными жилыми помещениями, приобретаемыми за счет средств федерального бюджета, выделяемыми на эти цели органам Прокуратуры РФ в порядке, определяемом Правительством РФ.

Нуждаемость прокурорских работников определялась ст. 38 ЖК РСФСР, в соответствии с которой норма жилой площади на одного человека составляла 12 кв. м. При этом, Законом о прокуратуре РФ прокурорам гарантировалось право на дополнительную жилую площадь.

Следует отметить, что ЖК РСФСР не разграничивал понятия учетной нормы и нормы предоставления жилой площади. Существовала единая норма жилой площади на человека согласно ст. 38 ЖК РСФСР.

Согласно п. 1 Постановления Правительства РФ от 6 декабря 2005 года N 737 "О порядке обеспечения судей, прокуроров и следователей прокуратуры, нуждающихся в улучшении жилищных условий, отдельными жилыми помещениями в 2005 - 2006 годах" (в первоначальной редакции и в редакции Постановления Правительства РФ от 17 июля 2006 года N 440) и п. 1 Постановления Правительства РФ от 21 марта 2008 года N 192 "О порядке обеспечения судей, прокуроров и следователей Следственного комитета при прокуратуре Российской Федерации, нуждающихся в улучшении жилищных условий, отдельными жилыми помещениями" указанная категория лиц обеспечивается жилыми помещениями, относящимися к специализированному жилищному фонду Российской Федерации.

Приведенные положения свидетельствуют о том, что с 2005 года прокурорам и следователям жилые помещения предоставлялись только в качестве служебного жилья.

Иных нормативных правовых актов, определяющих порядок обеспечения прокуроров жильем и устанавливающих правила признания их нуждающимися и учета нуждающихся, на указанное время Правительством РФ принято не было.

Согласно Книге учета заявлений работников прокуратуры РБ на получение жилья и улучшения жилищных условий, с ... года ФИО2 включена в список нуждающихся в улучшении жилищных условий, так как имела право на предоставление ей жилья с учетом права на дополнительную площадь, в связи с этим включение ее список нуждающихся основан на законе.

ФИО2 на имя прокурора РБ подано заявление с просьбой об улучшении ее жилищных условий в соответствии с Законом о прокуратуре. Также в заявлении истец указала, что квартиру по адресу: <...>, она обязуется передать прокуратуре РБ (т. 1 л.д. 247).

Постановка истца на учет нуждающихся в улучшении жилищных условий подтверждена ответом Генеральной прокуратуры РФ от 1 апреля 2024 года, адресованного ФИО2

27 сентября 2005 года решением жилищно-бытовой комиссии прокуратуры РБ принято решение о выделении прокурору ФИО2 ... руб. на строительство двухкомнатной квартиры по адресу: <...> (жилая вставка), в порядке улучшения ее жилищных условий.

7 декабря 2007 года на основании решения жилищно-бытовой комиссии прокуратуры РБ ФИО2 по договору найма служебного жилого помещения N ... предоставлена служебная двухкомнатная квартира общей площадью ... кв.м. (жилой площадью ... кв.м.), по адресу: <...>, на время прохождения службы в органах прокуратуры РБ (т. 1 л.д 36).

По данному договору найма служебного жилого помещения в состав семьи ФИО2 включена дочь истца ФИО1

28 ноября 2008 года истец передает по договору дарения квартиру по адресу: <...>

Таким образом, с 2008 года истец проживает в жилом помещении по адресу: <...>, иного жилого помещения ни в собственности, ни в пользовании не имеет.

Федеральным законом от 4 июня 2014 года N 145-ФЗ в ч. 4 ст. 44 Закона о прокуратуре РФ внесены изменения, действовавшие до 10 января 2018 года, согласно которым обеспечение прокуроров жилыми помещениями осуществляется в порядке и на условиях, которые предусмотрены законодательными и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации, за счет средств федерального бюджета, выделенных на эти цели прокуратуре Российской Федерации, путем предоставления прокурору служебного жилого помещения или жилого помещения в собственность по решению Генерального прокурора Российской Федерации.

Данное положение вступило только в силу с 1 января 2017 года и действовало до 11 января 2018 года.

Вместе с тем, Приказом Генеральной прокуратуры РФ от 12 ноября 2014 года N 616 утверждено Временное положение о предоставлении прокурорам жилых помещений (далее – Временное положение), которое в соответствии с п. 1 устанавливало порядок предоставления в соответствии с ч. 4 ст. 44 Закона о прокуратуре РФ прокурорам служебных жилых помещений и жилых помещений в собственность.

Согласно п. 2 Временного положения, устанавливалось, что прокуроры, признанные в соответствии с настоящим Положением нуждающимися в жилых помещениях, обеспечиваются служебными жилыми помещениями.

В соответствии с п. 5 Временного положения нуждающимися в жилых помещениях признавались прокуроры: не являющиеся нанимателями жилых помещений по договорам социального найма, договорам найма жилых помещений жилищного фонда социального использования или членами семьи нанимателя жилого помещения по договору социального найма, договору найма жилого помещения жилищного фонда социального использования либо собственниками жилых помещений или членами семьи собственника жилого помещения, а также являющиеся нанимателями жилых помещений по договорам социального найма, договорам найма жилых помещений социального использования или членами семьи нанимателя жилого помещения по договору социального найма, договору найма жилого помещения социального использования либо собственниками жилых помещений или членами семьи собственника жилого помещения, но обеспеченные общей площадью жилого помещения на одного члена семьи менее 15 квадратных метров.

Служебные жилые помещения предоставляются прокурорам в порядке очередности, исходя из даты принятия на учет нуждающихся в жилых помещениях по месту службы (п. 7).

Для принятия на учет нуждающихся в жилых помещениях прокурор подает заявление и необходимые документы в жилищную комиссию по месту службы (п. 9).

Из приведенных положений следует, что правила и основания признания прокуроров, нуждающимся в жилых помещениях, и порядок постановки на учет, предоставления служебных жилых помещений распространяется только на действующих прокуроров, не обеспеченных жильем.

Истец на день принятия Временного положения уже была признана лицом, нуждающимся в жилом помещении, и принята на учет по ранее действовавшим положениям закона, а также обеспечена служебным жилым помещением.

Пунктом 9 Временного положения не предусматривалось такое основания для признания прокурора, нуждающимся в жилом помещении, как его проживание в служебном жилом помещении. А в п. 12 Временного положения не предусматривалось в качестве основания снятия с учета обеспечение прокурора служебным жилым помещением.

Приказом прокурора РБ от 6 апреля 2016 года ФИО2 уволена из органов прокуратуры с 13 мая 2016 года, в связи с выходом на пенсию за выслугу лет.

В подп. 5 п. 12 Временного положения указывалось, что прокурор снимается с учета нуждающихся в жилых помещениях, в случае его увольнения со службы (за исключением случаев, когда право на получение жилого помещения в соответствии с настоящим Положением сохраняется после увольнения).

В соответствии с п. 13 Временного положения у истца, прослужившей в органах прокуратуры более 10 лет, не имевшей в собственности и (или) пользовании другого жилого помещения (п. 5 Временного положения) имела право безвозмездно получить жилое помещение в собственность при условии нуждаемости в жилом помещении в соответствии с настоящим Положением.

Передача в собственность прокурора (иных лиц в случаях, предусмотренных настоящим Положением) жилого помещения осуществлялась по решению Генерального прокурора РФ из состава жилых помещений, приобретенных прокуратурой РФ за счет средств федерального бюджета в порядке, установленном нормативными правовыми актами Российской Федерации (абзац 2 п. 13 Временного положения).

Согласно подп. 1 п. 14 Временного положения право на получение в собственность жилого помещения сохранялось за лицами, уволенными из органов прокуратуры с правом на пенсию, проживающими на дату увольнения в жилых помещениях, предоставленных им прокуратурой РФ из состава жилых помещений, приобретенных за счет средств федерального бюджета.

На момент увольнения из органов прокуратуры в отношении ФИО2 состояла на учете нуждающихся в жилых помещениях, следовательно, за ней сохранялось право на предоставление жилого помещения в собственность.

Федеральным законом от 31 декабря 2017 года N 492-ФЗ в Закон о прокуратуре РФ внесены изменения, в том числе, ч. 4 ст. 44 Закона о прокуратуре РФ признан утратившим силу, вместо него введена ст. 44.1, устанавливающая иной порядок обеспечения прокуроров жилыми помещениями.

Федеральный закон от 31 декабря 2017 года N 492-ФЗ начал действовать с 11 января 2018 года.

В соответствии с частями 1 - 3 указанной статьи, обеспечение прокуроров жилыми помещениями с учетом совместно проживающих с ними членов их семей осуществляется в порядке и на условиях, которые установлены настоящим Федеральным законом, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации, в пределах бюджетных ассигнований, предусмотренных прокуратуре Российской Федерации, путем предоставления прокурорам единовременной социальной выплаты для приобретения или строительства жилых помещений (далее - единовременная социальная выплата) (ч. 1).

Единовременная социальная выплата предоставляется прокурорам, имеющим стаж службы в органах и организациях прокуратуры не менее 10 лет в календарном исчислении на должностях прокуроров, и признанным нуждающимися в жилых помещениях, один раз за весь период государственной службы, в том числе службы в органах и организациях прокуратуры (ч. 3).

Кроме того, ст. 44.1 предусматривает право прокуроров, не имеющих жилого помещения по месту службы, на предоставление служебных помещений и устанавливает основания такого предоставления, аналогичные тем, что ранее излагались в п. 5 Временного положения, в том числе прокуроры, не являющиеся нанимателями жилых помещений по договорам социального найма, договорам найма жилых помещений жилищного фонда социального использования или членами семьи нанимателя жилого помещения по договору социального найма, договору найма жилого помещения жилищного фонда социального использования либо собственниками жилых помещений или членами семьи собственника жилого помещения,

Прокурорам и лицам, указанным в ч. 17 настоящей статьи, на основании их обращения либо с их согласия вместо единовременной социальной выплаты при наличии предусмотренных настоящей статьей оснований и условий ее получения могут предоставляться жилые помещения в собственность по решению Генерального прокурора РФ (ч. 2).

Право на предоставление единовременной социальной выплаты или жилого помещения в собственность сохраняется за нуждающимися в жилых помещениях лицами, уволенными из органов прокуратуры с правом на пенсию, в случае признания их нуждающимися в жилых помещениях в период прохождения службы по основаниям, предусмотренным настоящей статьей (подп. «а» п. 17).

Согласно ч. 1 ст. 4 Федерального закона 31 декабря 2017 года N 492-ФЗ действие положений Закона о прокуратуре РФ (в редакции настоящего Федерального закона) распространяется, в том числе на лиц из числа прокуроров, принятых на день вступления в силу настоящего Федерального закона на учет в качестве нуждающихся в жилых помещениях (служебных жилых помещениях), а также проживающих в служебных жилых помещениях.

В соответствии с частями 2 и 3 ст. 4 Федерального закона от 31 декабря 2017 года N 492-ФЗ, за лицами, указанными в ч. 1 настоящей статьи, состоящими на день вступления в силу настоящего Федерального закона на учете в качестве нуждающихся в жилых помещениях, сохраняется право состоять на таком учете, в том числе в случае утраты в связи с вступлением в силу настоящего Федерального закона оснований, которые давали им право на получение жилых помещений.

За лицами, указанными в ч. 1 настоящей статьи, проживающими в служебных жилых помещениях, сохраняется право на проживание в таких жилых помещениях в случае утраты в связи с вступлением в силу настоящего Федерального закона оснований, которые давали им право на проживание в служебных жилых помещениях.

Как следует из представленных в дело доказательств, ФИО2 жилищной комиссией прокуратуры уже была признана нуждающейся в жилых помещениях и поставлена на учет нуждающихся в жилых помещениях. При этом за период с 2009 года по настоящее время никаких изменений в ее имущественном или семейном положении не произошло, намеренных действий по ухудшению своих жилищных условий истец за названный период не предпринимала.

Таким образом, на момент вступления в силу Федерального закона от 31 декабря 2017 года N 492-ФЗ истец состояла на учете в качестве нуждающихся в жилых помещениях, проживала в служебном жилом помещении, следовательно, на нее распространялись положения ч. 4 ст. 44 Закона о прокуратуре РФ.

В соответствии с ч. 25 ст. 44 Закона о прокуратуре РФ приказом Генерального прокурора РФ от 2 октября 2018 года N 624 "О порядке обеспечения прокуроров жилыми помещениями" (далее – Приказ N 624) утверждено Положение о предоставлении прокурорам и лицам, указанным в п. 17 той же статьи единовременной социальной выплаты (жилого помещения в собственность) (далее - Положение).

Приказом N 624 признано утратившим силу Временное положение.

Пунктом 4 Приказа N 624 указано, что при формировании учета нуждающихся в жилых помещениях в целях предоставления единовременной социальной выплаты и учета в качестве не имеющих жилых помещений по месту службы на основании положений, указанных в п. 1 настоящего Приказа, датой принятия на соответствующий учет для прокуроров и лиц, указанных в ч. 17 ст. 44.1 Закона о прокуратуре РФ, состоявших на учете нуждающихся в жилых помещениях согласно Временному положению, следует считать дату их первоначального принятия на учет.

Прокуроры (граждане), состоящие на учете нуждающихся в жилых помещениях и проживающие в служебных жилых помещениях, вправе подать в жилищную комиссию по месту службы (по последнему месту службы) прокурора заявление на имя Генерального прокурора РФ о предоставлении вместо единовременной социальной выплаты занимаемого жилого помещения в собственность с приложением необходимых документов.

Заявления и необходимые документы, представленные прокурорами (гражданами) органов прокуратуры, подлежат рассмотрению комиссиями и при наличии оснований и условий для предоставления занимаемого жилого помещения в собственность направлению в Комиссию после согласования с прокурорами субъектов Российской Федерации (п. 3.8 Положения).

В целях решения вопросов жилищного обеспечения прокуроров в соответствии с ч. 1 ст. 17 Закона о прокуратуре РФ приказом Генерального прокурора РФ от 19 ноября 2018 года N 770 утверждено Типовое положение о жилищной комиссии прокуратуры субъекта Российской Федерации, приравненной к ней специализированной прокуратуры, регламентирующее задачи, полномочия, функции, права, порядок образования и деятельности жилищной комиссии прокуратуры субъекта Российской Федерации.

В силу Типового положения жилищная комиссия для реализации возложенных на нее задач осуществляет, в том числе, следующие полномочия:

- принимает решения о признании прокуроров, не имеющими жилых помещений по месту службы, принятии их на учет нуждающихся в служебных жилых помещениях, об отказе в принятии на этот учет либо о снятии с такого учета; о наличии оснований для внесения предложений руководителю органа прокуратуры о предоставлении (об освобождении) служебных жилых помещений; согласовании и направлении в жилищную комиссию Генеральной прокуратуры РФ материалов для признания прокуроров (граждан) нуждающимися в жилых помещениях в целях предоставления единовременной социальной выплаты, принятия их на учет нуждающихся в жилых помещениях либо снятия с этого учета; предоставления прокурорам (гражданам) занимаемого жилого помещения в собственность;

- вносит руководителю органа прокуратуры предложения о наличии оснований для предоставления служебных жилых помещений прокурорам, состоящим на учете нуждающихся в служебных жилых помещениях, в очередном и во внеочередном порядке; освобождения служебных жилых помещений прокурорами (гражданами) и (или) членами их семей; согласования и направления в жилищную комиссию Генеральной прокуратуры РФ материалов о признании прокуроров (граждан) нуждающимися в жилых помещениях в целях предоставления единовременной социальной выплаты, принятии их на учет нуждающихся в жилых помещениях либо снятии с этого учета; о предоставлении прокурорам (гражданам), состоящим на учете нуждающихся в жилых помещениях, занимаемого жилого помещения в собственность; исполняет иные полномочия, связанные с решением вопросов жилищного обеспечения прокуроров (граждан), по поручению руководителя органа прокуратуры и жилищной комиссии Генеральной прокуратуры Российской Федерации.

В 2016 году истец обращалась к Генеральному прокурору РФ по поводу рассмотрения вопроса о предоставлении в собственность занимаемого ею жилого помещения, однако, данное обращение не рассмотрено.

9 января 2019 года истец ФИО2 обратилась к Генеральному прокурору РФ с двумя заявлениями: о предоставлении в собственность занимаемого ею жилого помещения по адресу: <...>, и о признании ее нуждающейся в жилье в целях предоставления единовременной социальной выплаты для приобретения или строительства жилья с приложением документов, предусмотренных Положением. Кроме того, истцом подано заявление с ее согласием на оплату площади жилого помещения, превышающей общую площадь жилого помещения, определенную ст. 44.1 Закона о прокуратуре РФ.

Решением жилищной комиссии Генеральной прокуратуры РФ от 16 апреля 2021 года ФИО2 отказано в признании ее нуждающейся в жилом помещении на том основании, что ею уже реализовано право на получение жилого помещения в собственность путем приватизации жилого помещения по адресу: <...>, предоставленного ей в связи с прохождением службы в органах прокуратуры. В связи с этим, жилищная комиссия решила не выходить к Генеральному прокурору РФ с предложением о наличии оснований для предоставления ФИО2 занимаемого ею служебного жилого помещения по <...>, в собственность.

Суд первой инстанции правомерно пришел к выводу о незаконности отказа, поскольку ни Закон о прокуратуре, один нормативный акт, как ранее действовавшие, так и действующие в настоящее время не содержит такого основания для отказа, как приватизация ранее предоставленного жилого помещения.

Кроме того, сторона ответчика ссылалась на то, что обеспечение жильем работника прокуратуры осуществляется один раз за весь срок службы. Под обеспечение подразумевается предоставление не любого жилого помещения, а жилого помещения, отвечающего требованиям, установленным Законом о прокуратуре, в том числе соответствие и достаточности по площади предоставляемого жилого помещения. Однако, жилое помещение по адресу: <...>, на момент его предоставления и до предоставления истцу служебного жилья по адресу: <...>, не соответствовало по площади, в связи с чем, истец оставалась нуждающейся в предоставлении жилья, что нельзя признать обеспечением ее жильем, к которому применяется принцип однократности.

Вместе с тем, судебная коллегия считает, что отказ суда первой инстанции в части возложения на ответчика Генеральную прокуратуру РФ обязанности по постановке истца на учет нуждающихся в жилых помещениях является не основанным на нормах права, поскольку ФИО2 признана нуждающейся в улучшении жилищных условий с 29 апреля 2005 года, в последующем какого-либо решения о снятии ее с учета нуждающихся не принималось, поэтому за истцом в силу п. 4 Приказа N 624 должно быть сохранено право на предоставление жилого помещения в собственность.

Поскольку в соответствии с действующим законодательством Генеральным прокурором РФ вопрос о предоставлении истцу в собственность занимаемого ею жилого помещения не может быть рассмотрен без постановки истца на учет нуждающихся в жилых помещения, установленный Положением, утвержденным Приказом N 624, то требование истца о понуждении ответчика по постановке истца на учет нуждающихся в жилых помещениях является обоснованным, учитывая, что в отказе Генеральной прокуратуры РФ в решении вопроса о передаче истцу занимаемого ею жилого помещения в собственность от 14 марта 2024 года указано, что истец нуждающейся в жилых помещениях не признавалась.

Между тем, то обстоятельство, что после принятия ФИО2 на учет порядок учета нуждающихся в жилых помещениях изменился для сотрудников прокуратуры, как и порядок обеспечения жильем, не свидетельствует о том, что истец не признавалась нуждающейся в жилищных помещениях в период прохождения службы (п. "а" ч. 17 ст. 44.1 Закона о прокуратуре РФ).

В указанной части решение суда об отказе в обязании ответчика поставить истца на учет нуждающихся в жилых помещениях подлежит отмене с вынесением нового решения об удовлетворении данного требования.

Доводы апелляционной жалобы ответчика о передаче истцом квартиры по адресу: <...>, работнику прокуратуры ФИО1. судебной коллегией отклоняются, так как правового значения для разрешения настоящего спора не имеют.

Как уже указывалось, квартира по <...>, предоставленная ФИО2 не соответствовала по площади, истец оставалась нуждающейся в предоставлении жилья, следовательно, предоставление данного жилого помещения не является обеспечением прокурора жильем, как того требовал и требует закон. Кроме того, представленные в материалы дала справки об отсутствии учетного дела на ФИО1., не подтверждают факт того, что он нуждающимся в жилом помещении не признавался, так как во время службы ФИО1 в прокуратуре учет, как таковой не велся, а решения о признании нуждающимися в жилых помещениях в письменном виде отсутствуют. Как следует из Книг учета, представленных прокуратурой РБ, имеется графа «решение (реквизиты документа) и основания принятия на учет нуждающихся в жилых помещениях», однако данная графа не заполнялась вообще, ни по одному из включенных в очередь прокуроров.

Более того, ФИО1 служил в прокуратуре <...>, после 2005 года - <...> прокурором, которая входила в состав прокуратуры РБ. Поскольку при назначении ФИО1, <...> прокурором изменилось место его службы, он подлежал обеспечению жильем по новому месту службы, а для этого необходимости в постановке его на учет не имелось.

Доводы ответчика о том, что на момент передачи квартиры по ул. <...> ФИО1 с 21 августа 2007 года уже не работал в прокуратуре РБ, судебной коллегией отклоняется, так как с августа 2007 года <...> прокуратура, исключена из состава органов прокуратуры РБ и организована в самостоятельную <...> прокуратуру, где ФИО1 осуществлял полномочия <...> прокурора.

То, что ФИО2 в заявлении об улучшении ее жилищных условий 2005 года обязалась передать прокуратуре РБ жилое помещение по ул. <...>, и то, что она это жилое помещение договором дарения переоформила на ФИО1., который на то время являлся <...> прокурором, а также, что с 2008 года по настоящее время каких-либо претензий по данному поводу к ФИО2 со стороны прокуратуры не предъявлялись, свидетельствует о том, что квартира ею была передана работнику прокуратуры не без участия и по согласованию с прокуратурой РБ и действия по передаче квартиры были направлены на обеспечение жильем работника прокуратуры.

Также суд первой инстанции обоснованно пришел к выводу о признании уведомлений о выселении незаконными, поскольку истец вселена в занимаемое ею служебное жилое помещение на законном основании, договор служебного найма не расторгнут, за истцом сохраняется право на предоставление ей служебного помещения в собственность.

Доводы апелляционной жалобы в данной части являются несостоятельными.

С учетом изложенного, судебная коллегия полагает, что решение суда подлежит отмене в части отказа в возложении на Генеральную прокуратуру РФ обязанности по постановке истца на учет нуждающихся в жилых помещениях с даты принятия на учет – 29 апреля 2005 года.

ОПРЕДЕЛИЛА:

решение Советского районного суда г. Улан-Удэ от 3 октября 2025 года отменить в части отказа в возложении на Генеральную прокуратуру РФ обязанности поставить ФИО2 на учет, принят в данной части новое решение.

Обязать Генеральную прокуратуру РФ поставить ФИО2 на учет нуждающихся в жилых помещениях с 29 апреля 2005 года

Председательствующий:

Судьи коллегии:

Мотивированное определение

принято 20 февраля 2026 года.