Апелляционное определение № 33-352/2026 33-6306/2025 от 16 марта 2026 г.

ВЕРХОВНЫЙ СУД РЕСПУБЛИКИ ФИО5

Председательствующий, судья первой инстанции ФИО6 УИД №

Судья-докладчик апелляционной инстанции ФИО23 №

№

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

17 марта 2026 года <адрес>

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Республики ФИО5 в составе:

председательствующего, судьи Белинчук Т.Г.,

судей Корбута А.О.,

Хмарук Н.С.,

при секретаре ФИО8,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО4 к ФИО1, третьи лица, не заявляющие самостоятельных требований относительно предмета спора, нотариус Ялтинского городского нотариального округа Республики ФИО5 ФИО2, Государственный комитет по государственной регистрации и кадастру Республики ФИО5, о признании сделки недействительной,

по апелляционной жалобе ФИО4 на решение Ялтинского городского суда Республики ФИО5 от ДД.ММ.ГГГГ,-

у с т а н о в и л а :

ДД.ММ.ГГГГ ФИО4 обратился в суд с иском о признании недействительным договора дарения недвижимого имущества, заключённого ФИО3 и ФИО22 ДД.ММ.ГГГГ, применении последствий недействительности сделки.

Требования, с учетом уточнений ( л.д 20 т.2), мотивированы тем, что истец является сыном ФИО3, умершего ДД.ММ.ГГГГ.

За несколько дней до смерти (ДД.ММ.ГГГГ) ФИО3 передал в дар ФИО1 принадлежавшие дарителю объекты недвижимости – земельный участок, кадастровый № площадью 50кв.м. расположенный по адресу: Республика ФИО5. <адрес>, пгт. Гаспра, район «Бумстрой», вид разрешенного использования для индивидуального жилищного строительства, и квартиру, кадастровый № общей площадью 79 кв.м., расположенный по адресу: Республика ФИО5, <адрес>, пгт. Гаспра, <адрес>

Договор удостоверен нотариусом Ялтинского городского нотариального округа Республики ФИО5 ФИО2ДД.ММ.ГГГГ

Истец, будучи наследником ФИО3, принявшим наследство в установленном законом порядке, полагает, что договор дарения, заключённый его отцом при жизни, является недействительным в связи с пороком воли последнего.

В обоснование иска ссылается на недействительность договора как сделки, совершённой лицом, не способным понимать значение своих действий или руководить ими (статья 177 Гражданского кодекса Российской Федерации), сделки, совершённой лицом под влиянием существенного заблуждения (статья 178 Гражданского кодекса Российской Федерации), а также сделки мнимой и (или) притворной (статья 170 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Заявляет, что в действительности его отец намеревался продать принадлежащее ему имущество с целью направить вырученные от продажи средства на лечение. Также отмечает, что сведения о переходе права собственности на земельный участок и квартиру к одаряемому были внесены в ЕГРН лишь после смерти дарителя.

Решением Ялтинского городского суда Республики ФИО5 от ДД.ММ.ГГГГ в удовлетворении исковых требований отказано.

Не согласившись с указанным решением, истцом ФИО4 подана апелляционная жалоба, в которой ставится вопрос об отмене решения суда первой инстанции, как постановленного с нарушением судом первой инстанции норм материального и процессуального права.

Доводы апелляционной жалобы сводятся к тому, что суд первой инстанции, опираясь на мнение нотариуса ФИО2 не принял во внимание тот факт, что в день заключения сделки (ДД.ММ.ГГГГ) ФИО3 не мог обратиться к нотариусу и заявить о намерении совершать оспариваемую сделку, поскольку из материалов дела следует, что в указанный день ФИО3 находился вместе с истцом. Ссылается на показания свидетеля ФИО14, который пояснил, что он присутствовал в момент заключения оспариваемой сделки и видел, что ФИО3 не понимал о чем его спрашивает нотариус, и что от него требуется, а также что ФИО3 передвигался на инвалидной кресле в связи с болезнью, речь у него была невнятная. Также указывает на то, что нотариусом ФИО2 в процессе рассмотрения дела не были предоставлены видео и аудиозапись совершения сделки, из которых можно было достоверно установить лично ли ФИО3 ставил подпись в договоре дарения, поскольку подпись, проставленная в паспорте у ФИО3 и в договоре дарения значительно отличаются. Кроме этого, не согласен с заключением судебной посмертной психиатрической экспертизы, считает, что его нельзя признать достоверным, поскольку выводы указанного заключения отличаются от лабораторных анализов, имеющихся в медицинской карте ФИО3 Также полагает, что справка, подтверждающая, что ФИО9 при жизни на Д-учете у врача психиатра и врача-нарколога не состоял лишь указывает, на то, что ФИО3 при жизни не обращался к указанным специалистам за медицинской помощью. Также указывает, что в материалах дела имеются доказательства того, что ФИО3 совершая сделку, рассчитывал на то, что ФИО1 продаст переданную ему недвижимости, а на вырученные денежные средства ФИО3 будет проходить лечение в клинике, подразумевая, что выдал доверенность на имя ФИО1 на отчуждение недвижимого имущества. Полагает, что судом неправомерно было отказано в удовлетворении ходатайства истца о назначении по делу почерковедческой и психолого-почерковедческой экспертизы.

На апелляционную жалобу поступили письменные возражения ответчика ФИО1, в которых он просит решение суда первой инстанции оставить без изменения, апелляционную жалобу без удовлетворения, а также письменные пояснения нотариуса ФИО2, которая просила принять решение с учетом приведенных в пояснениях доводов.

Определением Председателя судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Республики ФИО5 от ДД.ММ.ГГГГ сформирован состав суда: судьи ФИО23, Корбут А.О., Хмарук Н.С. по рассмотрению гражданского дела №, в связи с прекращением полномочий судьи ФИО11

В судебном заседании суда апелляционной инстанции истец ФИО4 и его представитель ФИО12 поддержали доводы апелляционной жалобы, просили отменить решение уда и удовлетворить исковые требования.

В судебном заседании суда апелляционной инстанции представитель ответчика ФИО1 – ФИО13 возражал против доводов апелляционной жалобы.

Третье лицо нотариус Ялтинского городского нотариального округа Республики ФИО5 ФИО2 направил письменное ходатайство о рассмотрении дела в его отсутствии.

В судебное заседание суда апелляционной инстанции иные лица участвующие в деле, надлежаще извещенные о времени и месте рассмотрения дела, не явились, ходатайств об отложении судебного разбирательства от них не поступало, о причинах неявки суд не известили, в связи с чем, на основании ч. 3 ст. 167, ст. 327 ГПК РФ дело рассмотрено в отсутствие неявившихся лиц, участвующих в деле.

Информация о назначенном судебном заседании размещена на официальном интернет-сайте Верховного Суда Республики ФИО5.

Проверив материалы дела, заслушав доклад судьи-докладчика, пояснения лиц, явившихся в судебное заседание, проверив законность и обоснованность решения суда первой инстанции в пределах доводов, изложенных в апелляционной жалобе, судебная коллегия приходит к следующему.

В соответствии с ч.1 ст. 327.1 ГПК РФ суд апелляционной инстанции рассматривает дело в пределах доводов, изложенных в апелляционных жалобах, представлении и возражениях относительно жалобы, представления.

Согласно части 1 статьи 195 ГПК РФ, решение суда должно быть законным и обоснованным.

В соответствии с постановлением Пленума Верховного Суда Российской Федерации "О судебном решении" N 23 от ДД.ММ.ГГГГ, решение является законным в том случае, когда оно принято при точном соблюдении норм процессуального права и в полном соответствии с нормами материального права, которые подлежат применению к данному правоотношению, или основано на применении в необходимых случаях аналогии закона или аналогии права (часть 1 статьи 1, часть 3 статьи 11 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации). Решение является обоснованным тогда, когда имеющие значение для дела факты подтверждены исследованными судом доказательствами, удовлетворяющими требованиям закона об их относимости и допустимости или обстоятельствами, не нуждающимися в доказывании, а также тогда, когда оно содержит исчерпывающие выводы суда, вытекающие из установленных фактов.

Обжалуемое решение суда первой инстанции соответствует изложенным требованиям.

Согласно статье 330 ГПК РФ, основаниями для отмены или изменения решения суда в апелляционном порядке являются: неправильное определение обстоятельств, имеющих значение для дела; недоказанность установленных судом первой инстанции обстоятельств, имеющих значение для дела; несоответствие выводов суда первой инстанции, изложенных в решении суда, обстоятельствам дела; нарушение или неправильное применение норм материального права или норм процессуального права.

По мнению судебной коллегии, суд первой инстанции при принятии решения таких нарушений не допустил исходя из следующего.

В соответствии с пунктом 1 статьи 572 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору дарения одна сторона (даритель) безвозмездно передает или обязуется передать другой стороне (одаряемому) вещь в собственность либо имущественное право (требование) к себе или к третьему лицу либо освобождает или обязуется освободить ее от имущественной обязанности перед собой или перед третьим лицом.

Согласно пункту 1 статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Как установлено судом и следует из материалов дела, ДД.ММ.ГГГГ ФИО3 и ФИО1 заключили нотариально удостоверенный договор дарения, по условиям которого ФИО3 передал в дар ФИО1 земельный участок, кадастровый № площадью 50кв.м., расположенный по адресу: Республика ФИО5, <адрес>, пгт. Гаспра, район «Бумстрой», вид разрешенного использования для индивидуального жилищного строительства, и квартиру, кадастровый №, общей площадью 79 кв.м., расположенную по адресу: Республика ФИО5, <адрес>, пгт. Гаспра, <адрес>.

Договора дарения недвижимого имущества, удостоверенного нотариусом Ялтинского городского нотариального округа Республики ФИО5 ФИО2 ДД.ММ.ГГГГ, зарегистрированного в реестре №-н/82-2023-4-499.

Свидетель ФИО14, допрошенный в суде первой инстанции, подтвердил факт посещения ФИО3 и ФИО22 нотариуса ДД.ММ.ГГГГ.

В письменных пояснениях нотариуса Ялтинского городского нотариального округа Республики ФИО5 ФИО2 исх. № от ДД.ММ.ГГГГ, нотариус сообщает, что при удостоверении оспариваемого договора у ФИО3 не выявлено признаков алкогольного, наркотического, лекарственного, иного токсического опьянения, а равно не выявлено признаков интеллектуально-мнистических и (или) эмоционально-волевых расстройств, лишающих его способности понимать значение своих действий и руководить ими. По мнению нотариуса, ФИО3 понимал, где он находится, осознавал суть осуществляемого нотариального действия, адекватно реагировал на происходящее.

ДД.ММ.ГГГГ ФИО3 умер, о чём ДД.ММ.ГГГГ Ялтинским городским отделом записи актов гражданского состояния Департамента актов гражданского состояния Министерства юстиции Республики ФИО5 составлена запись акта о смерти №. Факт смерти подтверждается свидетельством серии I-АЯ №, выданным этим же отделом записи актов гражданского состояния ДД.ММ.ГГГГ.

ДД.ММ.ГГГГ сведения о переходе права собственности на земельный участок к ФИО1 внесены в Единый государственный реестр недвижимости (номер государственной регистрации права собственности – №).

В этот же день в Единый государственный реестр недвижимости внесены сведения о переходе к ФИО1 права собственности на квартиру (номер государственной регистрации права собственности – №).

Наследство после смерти ФИО3 принял его сын – ФИО4; наследственному делу присвоен №, что подтверждается справкой, выданной нотариусом Ялтинского городского нотариального округа Республики ФИО5 ФИО15 ДД.ММ.ГГГГ.

Как усматривается из справки о смерти № С-03501, выданной Ялтинским городским отделом записи актов гражданского состояния Департамента катов гражданского состояния Министерства юстиции Республики ФИО5 ДД.ММ.ГГГГ, причиной смерти ФИО3 является недостаточность печени (К72.9) и рак печени (С22.9).

В заключении ГБУЗ РК, «Крымское республиканское бюро судебно-медицинской экспертизы» № ДД.ММ.ГГГГ на основании постановления следователя следственного отдела по <адрес> следственного управления Следственного комитета Российской Федерации по Республике ФИО5 и городу Севастополю ФИО16 (материал проверки КРСП № пр-23), констатировано, что смерть ФИО3 наступила в результате заболевания – гепатоцеллюлярного рака печени с некрозом и воспалением, осложнившегося раковой интоксикацией, дистрофией паренхиматозных органов, а также очаговой гнойной бронхопневмонией в нижних долях обоих лёгких. В крови, стенках желудка, тканях почек и печени ФИО3 этиловый спирт, производные барбитуровой кислоты, алкалоиды группы опия, фенилалкиламины, димедрол, ксантин, парацетамол, амитриптилин, производные фенотиазина, бензодиазепина и пиразолона не обнаружены (материал проверки исследован судом в судебном заседании в оригинале).

Согласно справке №, выданной психоневрологическим отделением ГБУЗ РК «Ялтинская городская больница №» ДД.ММ.ГГГГ, а также ответу, направленному этим же учреждением на запрос суда, ФИО3 при жизни на диспансерном наблюдении у врача психиатра и на динамическом диспансерном наблюдении у врача психиатра-нарколога не состоял.

Определением суда первой инстанции по делу назначено проведение судебной посмертной психиатрической экспертизы.

Из содержания заключения ГБУЗ РК «Крымская республиканская клиническая психиатрическая больница № им. ФИО17» № от ДД.ММ.ГГГГ, следует, что на момент совершения оспариваемой сделки ФИО3 каким-либо тяжёлым психическим расстройством, временным психическим расстройством, слабоумием, иным расстройством психической деятельности не страдал, в связи с чем мог понимать значение своих действий и руководить ими.

Судом первой инстанции установлено, что квартира, переданная в дар ФИО1, местом постоянного или преимущественного проживания ФИО3 не являлась, признаками его единственного жилья не обладала. ФИО3 также принадлежала доля в праве собственности на иную квартиру, в которой он проживал и был зарегистрирован.

Свидетель ФИО18, допрошенная в суде первой иснтанции, свидетеля, пояснила, что ФИО3 и ФИО1, будучи родственниками (умерший приходился ответчику племянником), поддерживали тесные семейные связи, отношения между ними имели лично-доверительный характер. ФИО1 проявлял в отношении племянника заботу, регулярно навещал его, поддерживал, оказывал помощь, содействовал в посещении учреждений здравоохранения. Вместе с тем отношения ФИО3 с сыном (истцом) имели нестабильный характер.

Факт того, что общение между истцом и его отцом нерегулярным (эпизодическим), в судебном заседании суда первой инстанции также подтвердили свидетели ФИО14, ФИО19 и ФИО20

Разрешая настоящий спор, установив юридически значимые для дела обстоятельства, оценив доказательства по правилам статей 55, 59 - 61, 67, 195 ГПК РФ, руководствуясь положениями статей 153, 154, 166, 432, 572, п.1 статьи 177, статей 170, 178 Гражданского кодекса Российской Федерации, учитывая разъяснения, содержащиеся в п. 87 постановления Пленума Верховного Суда РФ «О применения судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», суд первой инстанций пришел к выводу об отказе в удовлетворении исковых требований.

Судебная коллегия соглашается с обоснованностью выводов суда первой инстанции, поскольку они основаны на совокупном исследовании имеющихся в деле доказательств, не противоречат действующему законодательству, подробно аргументированы.

С оценкой доказательств, изложенной судом в решении, судебная коллегия соглашается, оснований для иной оценки не усматривает.

Судебная коллегия отклоняет доводы апелляционной жалобы по следующим основаниям.

Истец, обращаясь в суд с исковыми требования о признании договора дарения недействительным, ссылался на основания предусмотренные п. 1 ст. 177 Гражданского кодекса Российской Федерации, на основания наличия в договоре признаков мнимой или притворной сделки по положениям ст. 170 Гражданского кодекса Российской Федерации, на наличие в договоре признаков следки совершенной под влиянием заблуждения ст. 178 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В соответствии с пунктом 1 статьи 177 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, совершенная гражданином, хотя и дееспособным, но находившимся в момент ее совершения в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими, может быть признана судом недействительной по иску этого гражданина либо иных лиц, чьи права или охраняемые законом интересы нарушены в результате ее совершения.

Суд первой инстанции, разрешая спор по существу, принял предусмотренные законом меры для всестороннего и объективного исследования обстоятельств дела, полно и всесторонне проверил доводы истца, положенные в обоснование заявленных исковых требований, о признания сделки недействительной по основанию п.1 статьи 177 Гражданского кодекса Российской Федерации. Так, судом первой инстанции по делу назначено проведение посмертной судебной психиатрической экспертизы. Комиссия экспертов в заключении ГБУЗ РК «Крымская республиканская клиническая психиатрическая больница № им. ФИО17» № от ДД.ММ.ГГГГ, пришла к категоричному выводу, что на момент совершения оспариваемой сделки ФИО3 каким-либо тяжёлым психическим расстройством, временным психическим расстройством, слабоумием, иным расстройством психической деятельности не страдал, в связи с чем мог понимать значение своих действий и руководить ими.

Доводы апелляционной жалобы о несогласии с результатами судебной экспертизы не влекут отмену обжалуемого судебного постановления.

В соответствии с положениями статьи 79 ГПК РФ, при возникновении в процессе рассмотрения дела вопросов, требующих специальных знаний в различных областях науки, техники, искусства, ремесла, суд назначает экспертизу. Проведение экспертизы может быть поручено судебно-экспертному учреждению, конкретному эксперту или нескольким экспертам.

По смыслу положений статьи 86 ГПК РФ экспертное заключение является одним из самых важных видов доказательств по делу, поскольку оно отличается использованием специальных познаний и научными методами исследования, тем не менее, суд при наличии в материалах рассматриваемого дела заключения эксперта не может пренебрегать иными добытыми по делу доказательствами, в связи с чем, законодателем в статье 67 ГПК РФ закреплено правило о том, что ни одно доказательство не имеет для суда заранее установленной силы, а в положениях части 3 статьи 86 ГПК РФ отмечено, что заключение эксперта для суда необязательно и оценивается наряду с другими доказательствами.

Однако, это не означает права суда самостоятельно разрешить вопросы, требующие специальных познаний в определенной области науки.

Таким образом, экспертные заключения оцениваются судом по его внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании каждого отдельно взятого доказательства, собранного по делу, и их совокупности с характерными причинно-следственными связями между ними и их системными свойствами.

Суд оценивает экспертное заключение с точки зрения соблюдения процессуального порядка назначения экспертизы, соблюдения процессуальных прав лиц, участвующих в деле, соответствия заключения поставленным вопросам, его полноты, обоснованности и достоверности в сопоставлении с другими доказательствами по делу.

В данном случае суд первой инстанции не усмотрел оснований ставить под сомнение достоверность заключения судебной экспертизы, поскольку экспертиза проведена на основании совокупности документов, имеющихся в материалах дела, эксперты предупрежден об уголовной ответственности по статье 307 Уголовного кодекса Российской Федерации, экспертиза проведена компетентными экспертами, выводы которых подробно аргументированы. Таким образом, само по себе несогласие истца с выводами судебной экспертизы не свидетельствует о его порочности. Оснований для иной оценки посмертной судебной психиатрической экспертизы суд апелляционной инстанции не находит.

Суд первой инстанции обоснованно указал, что наличие у ФИО3 проблем со здоровьем – периодические боли, повышенная утомляемость, внезапная слабость (что сторонами дела не оспаривалось) – значения для разрешения вопроса о наличии порока воли при заключении договора не имеет. Физические недостатки – при условии, что они не оказывают влияния на интеллектуально-волевую деятельность – не могут приводить к лишению либо ограничению собственника в праве определить судьбу принадлежащего ему имущества.

Согласно пункту 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

В соответствии с пунктом 86 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна (пункт 1 статьи 170 указанного кодекса).

Согласно пункту 2 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, ничтожна. К сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом существа и содержания сделки применяются относящиеся к ней правила.

Указанной нормой предусмотрены последствия недействительности сделки по признаку притворности: к сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом существа и содержания сделки применяются относящиеся к ней правила.

Таким образом, для признания прикрывающей сделки недействительной в связи с ее притворностью суду необходимо установить, что действительная воля всех сторон сделки была направлена не на возникновение правовых последствий, вытекающих из заключенной сделки (договора дарения), а на заключение иной (прикрываемой) сделки со всеми существенными условиями такой сделки.

Обстоятельств, свидетельствующих о том, что воля ответчика ФИО1 направлена на совершение сделки лишь для вида (формально, номинально) при отсутствии намерения воспользоваться правомочиями собственника в отношении полученного в дар имущества либо на совершение иной сделки, прикрытой договором дарения (например, на заключение договора купли-продажи, договора пожизненного содержания с иждивением и т.д.), судом первой инстанции не установлено.

Доказательства того, что оспариваемый договор в действительности не направлен на безвозмездную передачу имущества от дарителя к одаряемому либо направлен на наступление иных правовых последствий, нежели тех, что предусмотрены условиями заключённого договора, суду первой инстанции представлено не было.

При указанных обстоятельствах суд первой инстанции обоснованно пришел к выводу, что основания для признания оспариваемого договора недействительным применительно к статье 170 Гражданского кодекса Российской Федерации отсутствуют.

Согласно пунктов 1, 2, 3 статьи 178 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, совершенная под влиянием заблуждения, может быть признана судом недействительной по иску стороны, действовавшей под влиянием заблуждения, если заблуждение было настолько существенным, что эта сторона, разумно и объективно оценивая ситуацию, не совершила бы сделку, если бы знала о действительном положении дел (п.1).

При наличии условий, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, заблуждение предполагается достаточно существенным, в частности если: 1) сторона допустила очевидные оговорку, описку, опечатку и т.п.; 2) сторона заблуждается в отношении предмета сделки, в частности таких его качеств, которые в обороте рассматриваются как существенные; 3) сторона заблуждается в отношении природы сделки; 4) сторона заблуждается в отношении лица, с которым она вступает в сделку, или лица, связанного со сделкой; 5) сторона заблуждается в отношении обстоятельства, которое она упоминает в своем волеизъявлении или из наличия которого она с очевидностью для другой стороны исходит, совершая сделку ( п.2).

Заблуждение относительно мотивов сделки не является достаточно существенным для признания сделки недействительной ( п. 3).

Отказывая в признании недействительным оспариваемого договора по основаниям ст. 178 Гражданского кодекса Российской Федерации, суд первой инстанции исходил из того, что доказательства, которые могли бы свидетельствовать о заблуждении ФИО3 в отношении предмета или природы оспариваемого договора, личности одаряемого либо иных существенных обстоятельств, суду не представлены.

Кроме того, суд первой инстанции правомерно исходил из того, что из толкование статьи 178 Гражданского кодекса Российской Федерации даёт основания для вывода, что требование о признании договора недействительным на основании указанной нормы может быть заявлено лишь тем участником сделки, который действовал под влиянием заблуждения. Иные лица права на такой иск в материальном смысле не имеют. Оспаривание сделки по мотивам заблуждения посмертно может быть признано допустимым исключительно при условии, что заблуждавшийся заявил соответствующее требование при жизни, однако защитить своё право не успел. Сведения о том, что ФИО3 при жизни заявлял об имевшем месте заблуждении и обращался по данному вопросу в соответствующий юрисдикционный орган, до суда не доведены.

В доводах апелляционной жалобы истец указал, что договор дарения не подписывался дарителем ФИО3

Определением судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Республики ФИО5 от ДД.ММ.ГГГГ по делу назначено проведение судебной почерковедческой экспертизы, производство которой поручено штатным экспертам ФБУ «Крымская лаборатория судебной экспертизы Министерства юстиции Российской Федерации».

Согласно заключению судебной почерковедческой экспертизы ФБУ «Крымская лаборатория судебной экспертизы Министерства юстиции Российской Федерации» № от ДД.ММ.ГГГГ эксперт пришел к выводу, что подпись от имени ФИО3, расположенная в графе«даритель» в договоре дарения недвижимого имущества, удостоверенногонотариусом Ялтинского городского нотариального округа <адрес> ФИО2 ДД.ММ.ГГГГ, зарегистрированного в реестре№-н/82-2023-4-499, подпись от имени ФИО3, расположенная вграфе «даритель» в договоре дарения недвижимого имущества (<адрес>5), удостоверенного нотариусом Ялтинского городскогонотариального округа Республики ФИО5 ФИО2 ДД.ММ.ГГГГ,зарегистрированного в реестре №-н/82-2023-4-499, выполнены самимФИО3 под влиянием естественного«сбивающего» фактора, обусловленного болезненным состояниемисполнителя.

Также эксперт пришел к выводу, что рукописная запись «ФИО3», расположенная в графе «даритель» в договоре дарения недвижимого имущества, удостоверенного нотариусом Ялтинского городского нотариального округа Республики ФИО5 ФИО21 ДД.ММ.ГГГГ, зарегистрированного в реестре №-н/82-2023-4-499, рукописная запись «ФИО3», расположенная в графе «даритель» в договоре дарения недвижимого имущества (<адрес>5), удостоверенного нотариусом Ялтинского городского нотариального округа Республики ФИО5 ФИО21 ДД.ММ.ГГГГ, зарегистрированного в реестре №-н/82-2023-4-499, выполнены самим ФИО3 под влиянием естественного «сбивающего» фактора, обусловленного болезненным состоянием исполнителя.

Судебная коллегия признает допустимым и достоверным указанное заключение эксперта, поскольку оно отвечает требованиям Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ N 73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации», так как содержит подробное описание произведенных исследований, сделанные в результате их выводы и обоснованные ответы на поставленные вопросы, вывод эксперта не носит вероятностный характер, а также данные о квалификации эксперта, его образовании, стаже работы, сведения о предупреждении эксперта об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения. Выводы эксперта являются категоричными и мотивированными, сомнений в правильности и обоснованности заключения у суда не имеется.

Таким образом, доводы подателя жалобы, изложенные в апелляционной жалобе, не содержат фактов, которые бы влияли на обоснованность и законность обжалуемого судебного акта, либо опровергали выводы суда первой инстанции в связи с чем, признаются судом апелляционной инстанции несостоятельными и не могут служить основанием для отмены обжалуемого судебного акта.

Выводы суда, изложенные в обжалуемом судебном акте, соответствуют фактическим обстоятельствам дела, в силу чего отсутствуют основания для его отмены и удовлетворения апелляционной жалобы.

Нарушений при рассмотрении дела судом первой инстанции норм материального и процессуального права, которые в соответствии со ст. 330 ГПК Российской Федерации являются основанием к отмене или изменению судебного акта, не установлено.

Согласно ч. 1 ст. 88 ГПК РФ судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела.

К издержкам, связанным с рассмотрением дела, в силу ст. 94 ГПК РФ относятся, в том числе суммы, подлежащие выплате экспертам.

ФБУ «Крымская лаборатория судебной экспертизы Министерства юстиции Российской Федерации» предъявлено заявление о возмещении понесенных расходов на проведение экспертизы, счет на оплату за проведение судебной экспертизы в размере 30 000 руб., с его экономическим обоснованием.

На основании определения судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Республики ФИО5 от ДД.ММ.ГГГГ, ФИО4 платежным поручением № от ДД.ММ.ГГГГ внесены денежные средства в размере 30 000 руб. в качестве предварительной оплаты судебной почерковедческой экспертизы на расчетный счет Верховного Суда Республики ФИО5, предназначенный для учета средств во временном распоряжении.

Таким образом, денежные средства, депонированные на расчетный счет Верховного Суда Республики ФИО5 ФИО4 в размере 30 000 руб. по платежному поручению № от ДД.ММ.ГГГГ следует перечислить в пользу ФБУ «Крымская лаборатория судебной экспертизы Министерства юстиции Российской Федерации» за проведение судебной почерковедческой экспертизы.

Определением судебной коллегии от ДД.ММ.ГГГГ у ответчика ФИО1 для проведения экспертизы были истребованы подлинник договора дарения недвижимого имущества, удостоверенный нотариусом Ялтинского городского нотариального округа Республики ФИО5 ФИО2 ДД.ММ.ГГГГ, зарегистрированный в реестре №-н/82-2023-4-499.

У третьего лица нотариуса Ялтинского городского нотариального округа Республики ФИО5 ФИО2 для проведения экспертизы был истребован подлинник договора дарения недвижимого имущества, заключенный между ФИО3 и ФИО1 удостоверенный нотариусом Ялтинского городского нотариального округа Республики ФИО5 ФИО2 ДД.ММ.ГГГГ, зарегистрированный в реестре №-н/82-2023-4-499.

В связи с тем, что судебная почерковедческая экспертиза по делу проведена, истребованные договора у ответчика ФИО1 и третьего лица нотариуса ФИО2 следует возвратить им по принадлежности.

Руководствуясь статьями 327-329 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия, -

о п р е д е л и л а:

Решение Ялтинского городского суда Республики ФИО5 от ДД.ММ.ГГГГ оставить без изменения, апелляционную жалобу ФИО4 без удовлетворения.

Денежные средства, внесенные ФИО4 на депозитный счет Верховного Суда Республики ФИО5 в размере 30 000 руб. (тридцать тысяч руб.) перечислись Федеральному бюджетному учреждению «Крымская лаборатория судебной экспертизы» (ИНН <***>, КПП 910201001, ОГРН <***>, ОКТМО 35701000001, КПО 00175219, получателя УФК по Республике ФИО5 (ФБУ Крымская ЛСЭ Минюста России л\с 20756Щ46280), КОД ТОФК 7500, наименование ТОФК – Управление Федерального казначейства по Республике ФИО5, номер казначейского счета 03№, БИК ТОФК 013510002, ЕКС 40№, наименование банка – ОКЦ № ЮГУ Банка России // УФК по Республике ФИО5 <адрес>, КБК 00№) за проведение судебной почерковедческой экспертизы.

Возвратить ФИО1 оригинал договора дарения, заключенный между ФИО3 и ФИО1, удостоверенный нотариусом Ялтинского городского нотариального округа Республики ФИО5 ФИО2 ДД.ММ.ГГГГ, зарегистрированный в реестре №

Возвратить нотариусу Ялтинского городского нотариального округа Республики ФИО5 ФИО2 оригинал договора дарения, заключенный между ФИО3 и ФИО1, удостоверенный нотариусом Ялтинского городского нотариального округа Республики ФИО5 ФИО2 ДД.ММ.ГГГГ, зарегистрированный в реестре №

Апелляционное определение вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в кассационном порядке путём подачи в Четвёртый кассационный суд общей юрисдикции через суд первой инстанции кассационной жалобы в срок, не превышающий трёх месяцев со дня изготовления мотивированного апелляционного определения.

Апелляционное определение изготовлено и подписано ДД.ММ.ГГГГ.

Председательствующий судья Белинчук Т.Г.

Судьи Корбут А.О.

Хмарук Н.С.