Приговор № 1-132/2019 от 16 мая 2019 г. по делу № 1-132/2019

Дело № 1-132/2019 ***



П Р И Г О В О Р

Именем Российской Федерации

г. Челябинск 16 мая 2019 года

Калининский районный суд г. Челябинска в составе:

председательствующего судьи Ардалиной А.Ю.,

с участием государственных обвинителей - помощников прокурора Калининского района г. Челябинска Козловой Н.Б., ФИО2,

представителя потерпевшей ФИО1,

подсудимого ФИО3,

защитника – адвоката Дюсенбаевой Е.А., предоставившей удостоверение № и ордер № от (дата),

при секретаре судебного заседания Габинет А.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании в помещении Калининского районного суда г. Челябинска материалы уголовного дела в отношении ФИО3, ***, несудимого,

обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 105 УК РФ,

у с т а н о в и л:

В период с 12 часов 00 минут по 21 час 07 минут 27 февраля 2018 года в (адрес) между ФИО3 и ФИО9, находившимися в состоянии алкогольного опьянения, произошел конфликт, в ходе которого у ФИО3 из личных неприязненных отношений к ФИО9 возник преступный умысел, направленный на ее убийство. В осуществление преступного умысла ФИО3, находясь в указанное время в указанном месте, действуя умышлено, нанес ФИО9 руками не менее 2 ударов в голову, 9 ударов по рукам. Затем ФИО3 приискал в качестве орудия совершения преступления нож, взял его в руку и, действуя умышлено, с целью убийства ФИО9, применяя насилие, опасное для жизни и здоровья, нанес последней клинком ножа не менее 9 удавов в шею, то есть в область расположения жизненно важных органов потерпевшей. Своими умышленными преступными действиями ФИО5 причинил ФИО9: 2 кровоподтека правой кисти, 6 кровоподтеков левой кисти, 1 кровоподтек второго пальца левой кисти, которые не влекут обычно за собой кратковременного расстройства здоровья или незначительную стойкую утрату общей трудоспособности, и расценивается, как повреждение, не причинившее вред здоровью человека; 7 резаных ран шеи, которые не влекут обычно за собой кратковременного расстройства здоровья или незначительную стойкую утрату общей трудоспособности, и расценивается, как повреждение, не причинившее вред здоровью человека; слепое колото-резаное ранение шеи, не проникающие в полости, без повреждений органов, магистральных сосудов и нервов, которое у живых лиц вызывает кратковременное расстройство здоровья продолжительностью менее трех недель и по этому признаку квалифицируется, как повреждение, причинившее легкий вред здоровью; слепое ранение шеи с повреждением крупного кровеносного сосуда (левой общей сонной артерии), которое причинило тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни, вызвавшее массивную кровопотерю. Указанное ранение вызвало угрожающее жизни состояние и повлекло смерть ФИО9 на месте происшествия в период около 15-30 минут после возникновения травмы.

В ходе судебного заседания были исследованы доказательства, представленные стороной обвинения и стороной защиты.

В судебном заседании подсудимый ФИО5 вину по предъявленному обвинению признал частично, пояснил, что действительно именно он нанес удары потерпевшей ФИО9 по кистям рук и причинил раны шеи ножом, именно от его действий в последующем наступила смерть ФИО9 Указал, что 27 февраля 2018 года он, ФИО17 и ФИО9 в (адрес) распивали спиртные напитки. В ходе распития спиртного между ним и ФИО9 произошел конфликт ввиду того, что ФИО9 стала выражаться нецензурной бранью в его адрес, а также в адрес его сожительницы и ФИО17 В ходе конфликта он нанес ФИО9 руками 2 удара в голову, а также возможно наносил удары по рукам, поскольку ФИО9 закрывалась от ударов руками. Затем он взял со стола нож с зеленой рукояткой и нанес им ФИО9 около 5 ударов в шею с левой стороны. От ударов ФИО9 упала на пол, лежала на спине на ковре, у ФИО9 пошла кровь, она издавала хрип. После он откинул нож в сторону, взял у ФИО17 пододеяльник, порвал его и стал прикладывать к шее ФИО9, чтобы остановить кровь, при этом пытался разбудить ФИО17, который уснул на диване в состоянии алкогольного опьянения. Когда ФИО17 проснулся, он рассказал о произошедшем, но ФИО17 встал, сходил в туалет, после снова лег спать. Он позвонил Свидетель №1, спросил, когда она вернуться домой, Свидетель №1 сказала, что вернется домой по окончании рабочего дня. После того как ФИО9 перестала хрипеть, он понял, что ФИО9 умерла. Он накрыл ФИО9 ковром, помыл руки, вышел в коридор, где стал ожидать прихода Свидетель №1 Когда пришла Свидетель №1, он вызвал скорую медицинскую помощь, которая по приезду констатировала смерть ФИО9 Позже в квартиру приехала сотрудники полиции, которые его задержали и доставили в отдел полиции. Смерть ФИО9 наступила от его действий, однако он не имел умысла на убийство потерпевшей ФИО9

В ходе предварительного следствия в качестве обвиняемого 13 декабря 2018 года, 25 декабря 2018 года, а также в ходе очной ставки 18 декабря 2018 года ФИО3 пояснял, что он, ФИО17 и ФИО9 распивали спиртные напитки в (адрес). Через некоторое время ФИО17 заснул. В ходе распития спиртного между ним и ФИО9 произошел конфликт ввиду того, что ФИО9 стала оскорблять его и ФИО17 В ходе конфликта он нанес ФИО9 несколько ударов по голове рукой, ФИО9 упала на пол. ФИО9 продолжала оскорблять его нецензурными словами, также оскорбляла его сожительницу. Он разозлился. Не помнит, как в его руке оказался нож. Данным ножом он нанес ФИО9 около 5 ударов в шею, чтобы та прекратила оскорблять. ФИО9 захрипела, у нее пошла кровь. Он оказывал ей помощь, останавливая кровотечение, через 10 минут ФИО9 перестала дышать. После он дождался Свидетель №1, вызвал скорую помощь. Умысла на убийство ФИО9 не имел (т. 3 л.д. 125-130, 141 – 146, 155 – 159).

Из показаний представителя потерпевшего ФИО1 в судебном заседании следует, что ФИО9 приходилась ей родной сестрой. Периодически ФИО9 проживала с ней, но она не разрешала ФИО9 употреблять алкогольные напитки, в связи с чем ФИО9 уходила бродяжничать. Последний раз ФИО9 проживала с ней в августе-сентябре 2017 года, после она устроила ФИО9 в социальный центр, где последняя проживала около 2 месяцев, иногда на выходные приезжала к ней в гости. Последний раз она видела ФИО9 в ноябре 2017 года. Она пыталась найти ФИО9, не смогла, на связь с ней ФИО9 не выходила. О смерти ФИО9 ей стало известно от сотрудников полиции. По обстоятельствам дела ей ничего неизвестно.

Из показаний свидетеля Свидетель №1, данных в ходе предварительного следствия 28 февраля 2018 года, оглашенных в судебном заседании в соответствии с ч. 3 ст. 281 УПК РФ, следует, что около 18 часов 27 февраля 2018 года она находилась на работе, ей звонил ФИО3 и спросил, когда она вернется домой, на что она пояснила, что работает до 20 часов. Далее в период с 20 часов по 21 час ей позвонил ФИО3 и сказал, что у них в квартире труп, но она ему не поверила. Через некоторое время она вернулась домой и в коридоре увидела ФИО3 Пройдя с ним в комнату, она увидела, что на полу лежит ФИО9, которая была прикрыта ковром. Также в комнате находился ФИО17, который спал. ФИО3 хотел перевернуть ФИО9, в этот момент она увидела, что под ФИО9 большое количество крови, тогда ФИО3 отпустил ФИО9, последняя перевернулась в тоже положение. Далее она сказала, чтобы ФИО3 вызвал скорую медицинскую помощь, потом они вышли из комнаты, ФИО3 вызвал бригаду скорой медицинской помощи, стали ожидать их на лестничной клетке. По прибытию врачи скорой медицинской помощи констатировали смерть ФИО9 и вызвали сотрудников полиции (т. 2 л.д. 129-132).

Из показаний свидетеля Свидетель №1, данных в ходе предварительного следствия 26 июля 2018 года, оглашенных в судебном заседании в соответствии с ч. 3 ст. 281 УПК РФ, следует, что ранее данные показания подтвердила и дополнила, что когда она пришла с работы, увидела в квартире кровь, ФИО3 сказал ей: «Смотри, что ФИО17 натворил». Позже со слов ФИО3 ей стало известно, что ФИО17 стал приставать к ФИО9, хотел вступить с последней в интимную близость, но ФИО9 была против, возник конфликт. Позже к ней и ФИО3 приезжали ФИО4 - сестра ФИО17, ФИО27 – сожительница ФИО17, которые просили ФИО3 взять вину в совершении преступления на себя, ФИО3 отказался (т. 2 л.д. 133 – 135).

На дополнительные вопросы свидетель Свидетель №1 в судебном заседании пояснила, что оглашенные показания подтверждает в полном объеме, противоречия в показаниях связаны с давностью событий. Кроме того, указала, что после того как она прошла в комнату, она увидела женщину, лежащую в коридоре, данная женщина была одета в кофту светлого цвета и темно-серые брюки, при этом повреждений не теле потерпевшей она не видела. Порядок в комнате нарушен не был, все вещи стояли на местах, при этом на столе стояли рюмки, в связи с чем она сделала вывод, что в данной комнате распивали спиртное. По приезду сотрудники полиции разбудили ФИО17, который сообщил сотрудникам полиции, что ФИО9 убил ФИО3 После чего ФИО3 был задержан сотрудниками полиции, позже был задержан ФИО17 Спустя несколько дней ФИО3 отпустили, он вернулся в квартиру. Со слов ФИО3 ей стало известно, что ФИО3 и ФИО17 27 февраля 2018 года распивали спиртное, пригласили в квартиру ФИО9, с которой продолжили распивать спиртное. Спустя некоторое время ФИО17 стал приставать к ФИО9, хотел вступить с последней в интимную близость, но ФИО9 была против, между ФИО17 и ФИО9 произошел конфликт, в ходе которого ФИО17 нанес ФИО9 удар ножом в шею. ФИО3 пытался оказать ФИО9 первую медицинскую помощь, закрывал тряпками рану, хотел остановить кровь. После произошедших событий они прибирала в комнате, выкинула какие-то тряпки, затерла кровь на паласе, при этом кровь была только в одном месте, где лежал труп женщины, более кровь нигде не было. Позже она обратила внимание, что в квартире отсутствует один из ножей.

Из показаний свидетеля Свидетель №3, данных в судебном заседании, следует, что ФИО3 и ФИО17 приходятся ей братьями, они проживали по адресу: (адрес). О произошедших событиях ей стало известно от Свидетель №1 – сожительницы ФИО3, которая ей сообщила, что 27 февраля 2018 года она вернулась домой после работы, в комнате находился труп женщины, были вызваны бригада скорой медицинской помощи и сотрудники полиции, после ФИО3 и ФИО17 были задержаны, подробности произошедшего ей неизвестны, ФИО3 и ФИО17 ей ничего об этом не сообщали. Спустя несколько дней ФИО3 отпустили, а ФИО17 была избрана мера пресечения в виде заключения под стражей. После проведения следственных действий ФИО17 был освобожден, а под стражу заключили ФИО3 Она действительно приходила вместе с Настей – бывшей сожительницей ФИО17 в квартиру ФИО17 за вещами ФИО17, где в то время проживали ФИО3 и Свидетель №1, однако она не просила и не убеждала ФИО3 взять вину за совершение преступления на себя.

В судебном заседании в соответствии с ч. 3 ст. 281 УПК РФ были оглашены показания свидетеля ФИО17, данные в ходе предварительного следствия.

Из показаний ФИО17, данных 28 февраля 2018 года, следует, что в утреннее время 27 февраля 2018 года он и ФИО3 проводили Свидетель №1 на работу, после стали употреблять алкогольные напитки. Около 11 часов ФИО3 ушел в магазин и вернулся с ФИО9, далее они продолжили употреблять алкогольные напитки втроем в комнате. В какой-то момент он увидел, что ФИО3 ударил не менее 3 раз в лицо ФИО9, которая сидит на полу, как ФИО3 начал бить ФИО9, он не помнит. После ФИО3 примерно 5 минут душил ФИО9 веревкой или тряпкой, при этом она лежала на полу, лицом вверх. Далее ФИО3 встал, подтащил ФИО9 к столу и накрыл ковром, ФИО9 более не шевелилась. После он и ФИО3 еще выпили. Далее он уснул и проснулся, когда его разбудили сотрудники полиции. Он увидел, что труп ФИО9 лежал на полу, там же, где он видел ФИО9, когда засыпал (т. 2 л.д. 240-243).

Из показаний ФИО17, данных 28 февраля 2018 года, следует, что ранее данные показания подтверждает в полном объеме (т. 2 л.д. 247-249).

Из показаний ФИО17, данных 26 апреля 2018 года, следует, что ранее данные показания подтверждает в полном объеме. Указал, что 27 февраля 2018 года он, ФИО3 и ФИО9 находились по адресу: (адрес), где распивали спиртное за столом в комнате, при этом он сидел на диване с левой стороны от стола, ближе к нему на табурете сидел ФИО3, возле ФИО3 на табурете сидела ФИО9 В какой-то момент он увидел, что ФИО9 стоит на коленях возле входа в комнату, лицом к ней стоял ФИО3, при этом на правой руке ФИО3 была намотана тряпка (на кулак) из обрывков простыни. ФИО3 нанес правой рукой в область лица ФИО9 не менее трех ударов. Он подошел к ним и попросил ФИО3 прекратить наносить удары ФИО9, после ФИО3 нанес еще не менее двух ударов по лицу ФИО9, после вышел из комнаты, при этом в руках ФИО3 ножа он не видел. Он вернулся в комнату примерно через 15 минут и увидел, что ФИО3 взял лежащую на полу ФИО9 за руки и волоком потащил в сторону окна, положил ФИО9 на ковер, лежащий на полу. После он видел, что ФИО3 расположился за спиной ФИО9 таким образом, что верхняя часть тела ФИО9 была приподнята и опиралась спиной в область живота и груди ФИО3, ноги ФИО9 были вытянуты. В свою ФИО3 держал ФИО9 за шею двумя руками, при этом в руках ФИО3 была тряпка, которую он прижимал к шее ФИО9, тряпка была в крови, на руках ФИО3 крови он не видел. После ФИО3 накрыл ФИО9 ковром, каких-либо криков или плача от ФИО9 не исходило, был лишь слышен хрип. ФИО3 сказал, что ФИО9 мертва. Он прошел в комнату, сел на диван, после он и ФИО3 выпили спиртное, далее он уснул на диване. Его разбудили сотрудники полиции (т. 3 л.д. 1-5).

Из показаний ФИО17, данных в ходе очной ставки между ФИО17 и ФИО3 18 декабря 2018 года, следует, что показания обвиняемого ФИО3 слышал, согласен с ними частично. Он не наносил удары рукой по голове ФИО9, ударял потерпевшую только тапком. В остальной части полностью поддерживает показания ФИО3 (т. 3 л.д. 141-146).

На дополнительные вопросы свидетель ФИО17 в судебном заседании пояснил, что оглашенные показания подтверждает в полном объеме, противоречия в показаниях связаны с давностью событий. Указал, что ранее он и ФИО3 знали ФИО9, конфликтов, неприязненных отношений между ними не было. В ходе распития спиртного ФИО9 стала выражаться нецензурной бранью в адрес ФИО3, сожительницы ФИО3 и него, причины такого поведения не было. После он нанес ФИО9 два удара тапком в область головы справа в волосистую часть, при этом от его ударов ФИО9 не падала, иных ударов он не наносил. ФИО3 встал перед ФИО9, попросил, чтобы она успокоилась и перестала их оскорблять, но ФИО9 еще сильнее стала кричать и выражаться нецензурной бранью в их адрес. После он увидел, что ФИО3 ударил кулаком два раза в область головы ФИО9, от ударов ФИО9 упала со стула, на полу присела на колени, при этом продолжала выражаться нецензурной бранью, после встала и села на стул. Далее ФИО3 сел на стул, они продолжили распивать спиртное, далее он лег спать на диване. Спустя некоторое время он проснулся и увидел, что ФИО3 находится на полу у стола и держит тряпку у горла ФИО9, при этом ФИО9 лежала на полу лицом вверх, а ФИО3 стоял на коленях у головы ФИО9 таким образом, что голова ФИО9 практически находилась на коленях ФИО3 При этом ФИО9 хрипела, ФИО3 руками не шевелил. Он сходил в туалет, вернулся в комнату, где по-прежнему находилась ФИО9 и ФИО3, при этом ФИО9 хрипела, он лег обратно спать на диван. Позже его разбудили сотрудники полиции. Он увидел, что на полу в комнате у дивана лежит женщина, накрытая ковром, головой она была обращена к столу, при этом следов крови он не видел. Он не предлагал ФИО9 вступить с ним в интимную связь.

В судебном заседании с согласия сторон в соответствии с требованиями ч. 1 ст. 281 УПК РФ были оглашены показания свидетелей ФИО12, ФИО13, ФИО14, ФИО16, данные в ходе предварительного следствия.

Из показаний свидетеля ФИО12, данных 08 ноября 2018 года, следует, что он является сотрудником полиции. Около 21 часа 00 минут (дата) из дежурной части поступило сообщение о том, что по адресу: (адрес), на втором этаже, находится женщина с ножевым ранением. Далее он прибыл на указанный адрес, прошел в квартиру, где находились двое мужчин ФИО3 и ФИО17, которые находились в состоянии алкогольного опьянения, а на полу лежала женщина, которая была вся в крови. Также на полу было большое количество крови, в некоторых местах было заметно, что ее пытались затереть. Через некоторое время прибыла бригада скорой медицинской помощи, сотрудники которой констатировали смерть женщины. На столе в квартире стояли 3 рюмки, флакончики от спирта, также на полу был закатанный ковер. Он спросил у мужчин, что произошло, на что ФИО3 ответил, что они вдвоем с ФИО17 находились в комнате, употребляли алкогольные напитки, откуда в комнате появился труп женщины, они не знают, кроме него и ФИО17 в квартире никого не было. ФИО17 ничего не говорил (т. 2 л.д. 94-95).

Из показаний свидетеля ФИО13, данных 09 ноября 2018 года, следует, что он является сотрудником полиции. С 08 часов 00 минут 27 февраля 2018 года он заступил на суточное дежурство, около 21 часа 00 минут (дата) из дежурной части поступило сообщение о том, что в (адрес), на втором этаже, произошло убийство женщины. Он в составе следственно-оперативной группы прибыл на указанный адрес, прошел в комнату, где находились двое мужчин - ФИО3 и ФИО17, которые были в состоянии алкогольного опьянения. ФИО17 был в сонном состоянии. На полу комнаты лежал труп женщины, на трупе и возле него было большое количество крови, местами было заметно, что кровь пытались вытереть. На столе было 3 рюмки, флакончики от спирта. Он спросил у ФИО3 и ФИО17, что произошло, на что ФИО3 ответил, что они находились вдвоем с ФИО17, пригласили указанную женщину для совместного распития алкогольных напитков, после вместе пили спирт. Далее ФИО3 пояснил, что вышел в магазин или в туалет, а вернувшись в комнату, увидел, что на полу лежит труп женщины, а ФИО17 спал. После ФИО3 вызвал скорую медицинскую помощь и сотрудников полиции. ФИО17 ничего не говорил. ФИО3 не говорил, были ли они ранее знакомы с данной женщиной. Кроме того, ФИО3 пояснял, что кроме него, ФИО17 и женщины в квартире никого не было, также на столе в квартире находилось три рюмки, следов присутствия четвертого человека в квартире не было. Далее при осмотре квартиры был обнаружен нож с рукоятью темно-зеленого цвета, на котором имелись следы вещества бурого цвета, похожего на кровь, данный нож был изъят следователем (т. 2 л.д. 91-93).

Из показаний свидетеля ФИО14, данных 11 октября 2018 года, следует, что он является врачом скорой медицинской помощи. Около 20 часов 58 минут 27 февраля 2018 года он находился на суточном дежурстве, в это время от диспетчера поступил вызов о том, что по адресу: (адрес), находится женщина около 40 лет с ножевым ранением. Он и фельдшер ФИО15 в 21 час 07 минут 27 февраля 2018 года прибыли по указанному адресу. Когда они вошли в квартиру, им указали на тело женщины, которая лежала на полу в комнате. При осмотре указанной женщины была констатирована ее смерть, при этом на голове женщины имелись множественные повреждения, волосистая часть головы пропитана запекшейся кровью (т. 2 л.д. 170-172).

Из показаний свидетеля ФИО16, данных 16 августа 2018 года, следует, что в середине 2018 года она познакомилась с ФИО3, со слов которого зимой 2018 года он, его брат ФИО17 и женщина распивали спиртное, ФИО17 стал приставать к женщине, та отказала, брат ударил ее ножом в шею. Потом ФИО3 вызвал скорую и сотрудников полиции. В связи с этими событиями ФИО3 проходил исследование на полиграфе (т. 2 л.д. 77-79).

Согласно рапорту 27 февраля 2018 года поступило сообщение об обнаружении трупа неустановленной женщины с признаками насильственной смерти в (адрес) (т. 1 л.д. 37).

Согласно выписке из КУСП № от (дата) в 21 час 01 минуту в отдел полиции поступило сообщение, что по адресу: (адрес) мужчина в состоянии алкогольного опьянения нанес ножевое ранение женщине, она находится без сознания (т. 1 л.д. 78).

Согласно выписке из КУСП № от (дата) в 21 час 19 минут в отдел полиции поступило сообщение, что по адресу: (адрес) труп женщины, 40 лет (т. 1 л.д. 79).

Согласно карте вызова скорой медицинской помощи № от (дата), в 20 часов 58 минут 27 февраля 2018 года бригада скорой медицинской помощи вызвана по адресу: (адрес), бригада скорой медицинской помощи прибыла по указанному адресу в 21 часов 07 минуты 27 февраля 2018 года. По указанному адресу обнаружен труп женщины с признаками насильственной смерти (т. 2 л.д. 176-178).

Согласно протоколу осмотра трупа от 27 февраля 2018 года в (адрес) обнаружен труп неустановленной женщины, который расположен лежа на спине на полу, возле трупа имеется большое количество крови. На шее трупа множество колото-резаных ран, два из которых щелевидной формы (т. 1 л.д. 38-41).

Согласно протоколу осмотра места происшествия от 27 февраля 2018 года осмотрено помещение (адрес). В ходе осмотра места происшествия изъято: две кофты, колготки, трико, тряпка, три ножа, две рюмки, 2 кружки (т. 1 л.д. 43-53).

Согласно протоколу выемки от 28 февраля 2018 года у ФИО3 изъяты: футболка серого цвета, толстовка на замке темного цвета, джинсы темного цвета, трусы, пара носков черного цвета (т. 2 л.д. 62-70).

Согласно протоколу выемки от 28 февраля 2018 года у ФИО17 изъято: носки, трико, кофта и мастерка (т. 2 л.д. 193-199).

Согласно протоколу осмотра предметов от 23 декабря 2018 года осмотрены: 3 ножа, один из которых с зеленой рукояткой, на лезвии которого пятна бурого цвета; тряпка, пропитанная веществом бурого цвета; колготки коричневого цвета, на верхней и нижней поверхности которых пятна бурого цвета; штаны серого цвета; футболка черного цвета; женская футболка серого цвета, на которой пятна бурого цвета; толстовка черного цвета; женская черная кофта, на которой обширные пятна бурого цвета пропитывающие и уплотняющие ткань; серая кофта; черная толстовка; джинсы; черные спортивные штаны; пара носков серого цвета; две рюмки, кружка стеклянная, кружка пивная, 2 конверта с образцами для сравнительного исследования, два предметных стекла; тампон из ротовой полости, два предметных стекла; тампон из влагалища, два предметных стекла; тампон из прямой кишки; трусы, пара носков черного цвета (т. 1 л.д. 55-73).

Согласно заключению эксперта № от (дата), смерть ФИО9, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, наступила от слепого колото-резаного ранения шеи с повреждением крупного кровеносного сосуда (левой общей сонной артерии), вызвавшим массивную кровопотерю. Исходя из развития трупных явлений, с момента смерти ФИО9 до момента экспертизы трупа (28 февраля 2018 года в 12 часов 17 минут) прошел срок около 15 - 30 часов. На теле ФИО9 имелись следующие повреждения: 4 ссадины, 4 кровоподтека, 5 кровоизлияний в мягкие ткани лица, 7 ран слизистых оболочек верхней и нижней губы, 2 кровоподтека правой кисти, 6 кровоподтеков левой кисти, 1 кровоподтек второго пальца левой кисти, которые расценивается как повреждение, не причинившее вред здоровью человека. Указанные повреждения причинены в период 1 часа до смерти в результате воздействия тупых твердых предметов, при этом в область правой кисти не менее двух воздействий, в область левой кисти не менее 7 воздействий. Также на теле ФИО9 имелись: 7 резаных ран шеи, которые расценивается как повреждение, не причинившее вред здоровью человека; слепое колото-резаное ранение шеи, не проникающие в полости, без повреждений органов, магистральных сосудов и нервов, которое у живых лиц вызывает кратковременное расстройство здоровья продолжительностью менее трех недель и по этому признаку квалифицируется как повреждение, причинившее легкий вред здоровью; слепое ранение шеи с повреждением крупного кровеносного сосуда (левой общей сонной артерии), которое причинило тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни, вызвавшее массивную кровопотерю, находится в причинной связи с наступлением смерти. Резанные ранения причинены плоским орудием. Все повреждения причинены прижизненно. Смерть ФИО9 наступила в период около 15 - 30 минут после причинений ей ранения шеи с повреждением крупного сосуда (левой общей сонной артерии), вызвавшим кровопотерю (т. 1 л.д. 87-111).

Согласно заключению эксперта № от (дата) раны «А» и «Б» на представленном лоскуте кожи с области левой передне-боковой поверхности шеи, изъятом от трупа ФИО9, по механизму своего образования являются колото-резаными и причинены одним колюще-режущим орудием плоской формы, типа ножа, следообразующая часть которого имела узкий (остроугольный) конец (острие), лезвие и не заточенную часть - обушок. Обушок на поперечном сечении имел «П»-образную форму. Толщина обушка в пределах 1,0 - 1,5 мм. Максимальная ширина следообразующей части клинка с учетом растяжимости кожи не превышает 22 мм. Раны № 1-7 на представленном лоскуте кожи с области левой передне-боковой поверхности шеи, изъятом от трупа ФИО9, по механизму своего образования являются поверхностными надрезами и образовались в результате воздействия орудия плоской формы, следообразующая часть которого имела острую кромку – лезвие. Таким орудием мог являться нож. Указанные выше раны «А» и «Б», а также поверхностные надрезы и разрезы (№ 1-7) могли быть причинены клинком ножа № 1 (нож с темно-зеленой рукоятью), который изъят 27 февраля 2018 года в ходе осмотра места происшествия по адресу: (адрес), и представлен на экспертизу. Возможность образования указанных выше ран клинками ножей № 2 и № 3, которые были изъяты в ходе осмотра места происшествия 27 февраля 2018 года, исключается (т. 1 л.д. 120-131).

Согласно заключению эксперта № от (дата) на двух кофтах, колготках, трико и тряпке, изъятых с места происшествия, на носках ФИО17 и на джинсах ФИО3 найдена кровь человека, которая может принадлежать потерпевшей ФИО9 (т. 1 л.д. 140-147).

Согласно заключению эксперта № от (дата) на ноже I (нож с темно-зеленой рукоятью) найдена кровь человека. Расчетная (условная) вероятность того, что данные следы крови действительно произошли от ФИО9, составляет не менее 99,9999999999999998%. Происхождение данных следов крови от ФИО3 и ФИО17 исключается (т. 1 л.д. 156-172).

Согласно заключению эксперта № от (дата) следы крови на кофте содержат ДНК женской половой принадлежности и обнаруживают генотипическое совпадение с ДНК из образца крови ФИО9, по всем исследованным генетическим системам. Расчетная (условная) вероятность того, что данные следы крови на кофте действительно произошли от потерпевшей ФИО9, составляет не менее 99,9999999999999998%. Происхождение данных следов крови от ФИО3 и ФИО17 исключаются (т. 2 л.д. 8-24).

Согласно заключению эксперта № от (дата) между истинными повреждениями на шее трупа ФИО9, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, и предполагаемыми повреждениями, которые могли бы образоваться у потерпевшей, при тех обстоятельствах происшествия, на которые ссылается свидетель ФИО3 в своих показаниях в протоколе допроса и протоколе проверки показаний на месте от 28 февраля 2018 года, выявлено их сходство по механизму образования (колото-резаные раны) и общей локализации (область шеи). Вместе с тем, установлено несоответствие по конкретной анатомической локализации истинных и предполагаемых ран (истинные – на левой боковой поверхности шеи, а предполагаемые – на правой ее боковой поверхности). Кроме этого, в указанных протоках следственных действий не содержится какой-либо информации о том, при каких обстоятельствах возникли резаные раны на шее потерпевшей (т. 1 л.д. 194-205).

Согласно заключению эксперта № от (дата) возможность причинения слепого ранения шеи с повреждением кровеносного сосуда (левой общей сонной артерии) и слепого колото-резаного ранения шеи, не проникающего в полости, при обстоятельствах на которые ссылается ФИО3 в протоколе допроса подозреваемого от 15 августа 2018 года и в протоколе проверки показаний на месте от 15 августа 2018 года исключается (т. 1 л.д. 239-249).

Все изложенные доказательства в приговоре были собраны и закреплены в соответствии с требованиями УПК РФ, нарушений при сборе и закреплении доказательств не имеется, данные доказательства исследованы в судебном заседании, они согласуются между собой, дополняют друг друга, конкретизируют обстоятельства происшедшего. Приведенные доказательства являются достаточными для разрешения данного уголовного дела.

Анализируя совокупность представленных доказательств, суд приходит к выводу, что вина подсудимого ФИО3 в совершении инкриминируемого преступления полностью доказана.

Судом достоверно установлено, что именно ФИО3 в период времени с 12 часов 00 минут по 21 час 07 минут 27 февраля 2018 года в (адрес) в ходе конфликта из личных неприязненных отношений, умышленно причинил смерть ФИО9

Вина ФИО3 в совершении данного преступления подтверждается его показаниями, данными в судебном заседании.

ФИО3 подробно описал обстоятельства происшедшего, свои действия, указав, что после того, как ФИО17 заснул, он нанес потерпевшей ФИО9 удары рукой по голове и рукам, а после нанес удары ножом по шее. От его действий у потерпевшей ФИО9 образовались телесные повреждения и раны, и в непродолжительное время после причинения этих телесных повреждений наступила смерть ФИО9 на месте происшествия.

Аналогичные показания ФИО3 давал в ходе предварительного следствия в качестве обвиняемого 13 декабря 2018 года, 18 декабря 2018 года, 25 декабря 2018 года, при этом будучи неоднократно допрошенным, ФИО3 указывал, что именно он нанес ФИО9 удары рукой в голову, а также ножом в шею, от чего в непродолжительный период наступила смерть ФИО9 При этом ФИО3 подробно и аналогичным образом описывал обстоятельства происшедшего, указал мотив совершения преступления, подробно описал место совершения преступления, способ и механизм причинения телесных повреждений потерпевшей, орудие преступления.

Как видно из исследованных в судебном заседании протоколов допросов ФИО3 в качестве обвиняемого и протокола очной ставки от 13 декабря 2018 года, 18 декабря 2018 года, 25 декабря 2018 года, указанные следственные действия были проведены надлежащим лицом, с участием адвоката, с разъяснением процессуальных прав, в том числе права не свидетельствовать против самого себя. ФИО3 было также разъяснено, что данные им показания могут быть использованы в качестве доказательства по делу, даже в случае их последующего отказа от них. Данные показания были получены в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона. Каких-либо замечаний от участвующих в следственных действиях ФИО3 и его защитника по поводу их проведения, не поступало и в протоколах не зафиксировано. Фактов недозволенных методов ведения следствия в отношении ФИО3 в судебном заседании не установлено. Кроме того, ФИО3 дал показания в присутствии профессионального защитника – адвоката, что исключает возможность оказания давления на ФИО3 со стороны сотрудников правоохранительных органов. Указанные протоколы соответствует требованиям УПК РФ, в них содержатся подписи всех участвующих лиц. Суд признает указанные показания ФИО3 последовательными, в целом непротиворечивыми, поскольку эти показания согласуются между собой, дополняют друг друга, подтверждаются другими доказательствами, в том числе письменными материалами дела.

Приведенные показания ФИО3 суд признает допустимыми и достоверными доказательствами по уголовному делу, поскольку они подтверждаются совокупностью доказательств.

Давая оценку первоначальным показаниям ФИО3, данным в ходе предварительного следствия до 13 декабря 2018 года, суд не принимает их во внимание, расценивает как желание ФИО3 избежать уголовной ответственности за содеянное, поскольку эти показания в части причинения потерпевшей телесных повреждений опровергнуты ситуационными экспертизами, иными доказательствами по делу. Кроме того, в судебном заседании ФИО3 указал, что изначально давал показания о причинении смерти ФИО9 ФИО17, в действительности этого не было.

Вина ФИО3 в совершении инкриминируемого преступления также подтверждается показаниями свидетеля ФИО17 – очевидца происшедших событий, который на протяжении всего производства по уголовному делу утверждал, что ФИО3 нанес ФИО9 рукой не менее двух ударов в голову, затем он видел, как ФИО3 находился рядом с ФИО9, последняя лежала на полу и хрипела, в руках у ФИО3 была тряпка, пропитанная кровью, через некоторое время ФИО9 умерла.

Указание свидетелем ФИО17 на то, что ФИО3 душил ФИО9 в тот момент, когда та лежала на полу, суд расценивает как его заблуждение, поскольку он точно не видел, какие действия совершал ФИО3, находясь рядом с лежащей на полу ФИО9, согласно заключению судебно-медицинского эксперта следов удушения на трупе ФИО9 не обнаружено. ФИО17 мог неправильно воспринять действия ФИО3 вследствие невнимательности, поскольку относился к ним безразлично.

Кроме того, вина ФИО3 в совершении преступления подтверждается показаниями свидетеля Свидетель №1 – сожительницы ФИО3, свидетелей ФИО12 и ФИО13 – сотрудников полиции, согласно которых 27 февраля 2018 года по адресу: (адрес) ФИО3, ФИО17, ФИО9 распивали спиртные напитки, после по данному адресу был обнаружено тело ФИО9 с ножевыми ранениями, прибывшие сотрудники скорой медицинской помощи констатировали смерть потерпевшей, под трупом было много крови.

Вина ФИО3 в совершении преступления также подтверждается показаниями свидетеля ФИО14 – врача скорой медицинской помощи, который прибыв по вызову в 21 час 07 минут 27 февраля 2018 года по адресу: (адрес) обнаружил на полу комнаты тело женщины, им была констатирована ее смерть.

Также вина ФИО3 подтверждается показаниями представителя потерпевшей ФИО1, согласно которых от сотрудников полиции ей стало известно, что ее сестра ФИО9 убита.

Приведенные показания представителя потерпевшей ФИО1, свидетелей ФИО12, ФИО13, Свидетель №1, ФИО14, ФИО17 в целом непротиворечивы, последовательны, постоянны, согласуются между собой, дополняют друг друга, в совокупности устанавливают одни и те же обстоятельства, объективно подтверждаются письменными материалами дела, в том числе заключением судебно-медицинского эксперта о локализации и характере телесных повреждений. Оснований для оговора представителем потерпевшего и данными свидетелями подсудимого ФИО3 судом не установлено.

Оглашенные показания свидетелей ФИО12, ФИО13, Свидетель №1, ФИО14, ФИО17, получены в предусмотренном уголовно-процессуального законом порядке. Как видно из исследованных в судебном заседании протоколов допроса указанных свидетелей, по окончании данных следственных действий каких-либо замечаний от свидетелей не поступало и в протоколах не зафиксировано. Приведенные показания свидетелей ФИО12, ФИО13, Свидетель №1, ФИО14, ФИО17 и показания представителя потерпевшей ФИО1 согласуются с совокупностью исследованных в судебном заседании доказательств.

Приведенные показания представителя потерпевшего ФИО1, свидетелей ФИО12, ФИО13, Свидетель №1, ФИО14, ФИО17 суд признает достоверными и допустимыми доказательствами, принимает их за основу приговора, поскольку они дополняют друг друга, устанавливают одни и те же обстоятельства и изобличают ФИО3 в совершении преступления.

Утверждения свидетеля Свидетель №1 о том, что ФИО3 данное преступление не совершал, смерть потерпевшей ФИО9 причинил в ходе конфликта ФИО17, суд расценивает критически, как обусловленные стремлением данного свидетеля помочь подсудимому ФИО3, с которым она состола в близким отношениях, уклониться от уголовной ответственности, поскольку эти утверждения опровергаются совокупностью доказательств, исследованных в судебном заседании, признанных судом достоверными. При этом суд учитывает, что данная версия свидетелем Свидетель №1 при первоначальном допросе не сообщалась, была сообщена только по прошествии нескольких месяцев, в течение которых она проживала совместно с ФИО3, в связи с чем они могли договориться о даче именно таких показаний. Кроме того, в судебном заседании была допрошена в качестве свидетеля сестра ФИО3 и ФИО17 – Свидетель №3, которая опровергла показания Свидетель №1 о том, что Свидетель №3 и сожительница ФИО17 уговаривала ФИО3 признать вину в совершении преступления, которого тот не совершал.

Показания свидетеля ФИО16 о том, что ей летом 2018 года стало известно, что ФИО9 удары ножом нанес ФИО17, суд расценивает как добросовестное заблуждение, поскольку сама ФИО16 очевидцем преступления не была, со свидетелями по делу она не знакома, данные показания свидетеля ФИО16 противоречат другим доказательствам, признанным судом достоверными, кроме того сообщенные ФИО16 на допросе сведения известны ей только со слов ФИО3, который желал избежать ответственности за содеянное, указал о совершении преступления иным лицом, хотя в действительности это было не так. В судебном заседании ФИО3 это подтвердил.

Вина ФИО3 в совершении преступления также подтверждается письменными доказательствами, изложенными в приговоре, в том числе заключениями экспертиз. Заключение эксперта в соответствии с положениями ст. 74 УПК РФ является одним из видов доказательств по уголовному делу, которое может быть положено в основу обвинительного приговора в совокупности с другими доказательствами. По данному уголовному делу экспертизы назначены в соответствии с требованиями УПК РФ, проведены в надлежащих экспертных учреждениях, экспертами соответствующей квалификации, выводы заключений ясны и понятны. Протоколы следственных действий соответствуют требованиям УПК РФ. Оснований сомневаться в письменных доказательствах у суда не имеется.

Согласно судебно-медицинских, генетических, криминалистических экспертиз установлены тяжесть причиненного потерпевшей вреда здоровью, локализация телесных повреждений, их давность и причина смерти потерпевшей. Согласно заключений экспертиз, а также протоколов осмотра предметов на одежде ФИО3, а также на ноже, на который ФИО3 указал как на оружие преступления, была обнаружена кровь потерпевшей ФИО9 Достоверность письменных доказательств не вызывает у суда сомнений.

Совокупность представленных сторонами и изложенных в приговоре доказательств, суд считает достаточной для вывода о доказанности вины подсудимого и юридической оценки его действий.

Суд квалифицирует действия ФИО3 по ч. 1 ст. 105 УК РФ - как убийство, то есть умышленное причинение смерти другому человеку.

Оснований для иной квалификации действий Бастыл ёва С.В., вопреки доводам стороны защиты, суд не усматривает.

Приведенные в приговоре доказательства неопровержимо свидетельствуют о том, что данное преступление было совершено подсудимым ФИО3 с прямым умыслом, поскольку он осознавал характер своих действий, а также последствия, желал наступления преступного результата.

Действия ФИО3 в отношении потерпевшей ФИО9 были совершены именно с целью умышленного причинения смерти ФИО9 О наличии у ФИО3 умысла на причинение ФИО9 смерти, свидетельствует совокупность всех обстоятельств совершенного преступления, осознанное поведение ФИО3, его целенаправленные действия, способ и механизм причинения телесных повреждений, локализация и количество нанесенных ударов – нанесение ударов в шею, то есть в часть тела, где расположены жизненно важные органы человека, применение орудия преступления - ножа, обладающего большой поражающей способностью. То обстоятельство, что смерть потерпевшей ФИО9 наступила не сразу, а в период около 15 - 30 минут после возникновения травмы на месте происшествия, не свидетельствует об отсутствии у ФИО3 умысла на убийство потерпевшей ФИО9

Согласно заключению судебно-медицинского эксперта смерть ФИО9 наступила от слепого ранения шеи с повреждением крупного кровеносного сосуда (левой общей сонной артерии), которое вызвало массивную кровопотерю. Указанное повреждение квалифицируется как причинившее тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни и состоит в причинной связи с наступлением смерти. Оно причинено орудием типа ножа. При этом установлено, что между телесными повреждениями, причиненными ФИО3 потерпевшей, и смертью последней имеется причинная связь. Нанесение ФИО3 ударов ножом в шею потерпевшей с очевидностью свидетельствуют о наличии и реализации в полной мере ФИО3 умысла на убийство потерпевшей. Кроме того, ФИО3 потерпевшей ФИО9 причинено слепое колото-резаное ранение шеи, не проникающие в полости, без повреждений органов, магистральных сосудов и нервов, это повреждение вызывает кратковременное расстройство здоровья продолжительностью менее трех недель и по этому признаку квалифицируется, как повреждение, причинившее легкий вред здоровью. Также ФИО3 потерпевшей ФИО9 причинены многочисленные резаные раны шеи и кровоподтеки правой и левой кисти, второго пальца левой кисти, эти повреждения не влекут за собой кратковременного расстройства здоровья или незначительную стойкую утрату общей трудоспособности, и расценивается, как повреждение, не причинившее вред здоровью человека.

Судом достоверно установлено, что ФИО3 действовал на почве личных неприязненных отношений, возникших у него к потерпевшей в связи с ее противоправным поведением, которое явилось поводом к совершению преступления.

Анализируя совокупность представленных доказательств, суд приходит к выводу, что установлено и доказано нанесение ФИО3 потерпевшей ФИО9 количество ударов, указанное в описательно-мотивировочной части приговора. Письменными материалами уголовного дела, а также показаниями свидетелей, самого подсудимого ФИО3 достоверно не подтверждается, что подсудимым было нанесено потерпевшей большее количество ударов.

В прениях государственный обвинитель просил исключить из объема предъявленного ФИО3 обвинения причинение им ФИО9 4 ссадин, 4 кровоподтеков, 5 кровоизлияний в мягкие ткани лица, 7 ран слизистых оболочек верхней и нижней губы. Суд соглашается с мнением государственного обвинителя, считает его обоснованным, поскольку постановлением мирового судьи судебного участка № 9 Калининского района г.Челябинска от 13 марта 2019 года, вступившим в законную силу 26 марта 2019 года, установлено, что данные телесные повреждения ФИО9 причинил ФИО17 В судебном заседании также установлено, что ФИО17 и ФИО3 действовали в разное время, ФИО3 причинил ФИО9 телесные повреждения после того, как это сделал ФИО17

Также из объема предъявленного ФИО3 обвинения суд исключает нанесение им ударов ФИО9 тупым твердым предметом, поскольку стороной обвинения не предоставлено ни одного доказательства этому обстоятельству. Такой предмет органами предварительного следствия не установлен. Из показаний свидетелей, ФИО3, заключений экспертиз не следует, что ФИО9 удары были нанесены тупым твердым предметом.

Показания представителя потерпевшего, свидетелей и письменные доказательства, признанные допустимыми и достоверными доказательствами по уголовному делу, позволяют суду сделать вывод о том, что подсудимый ФИО3 отрицает вину в совершении убийства ФИО9, с целью уменьшения ответственности за содеянное. К показаниям подсудимого об отсутствии умысла на причинение смерти потерпевшей ФИО9 суд относится как к избранному способу защиты, с целью избежать уголовной ответственности за содеянное, которые опровергаются совокупностью исследованных и изложенных в приговоре судом доказательств.

Доводы стороны защиты о том, что ФИО3 было нанесено потерпевшей меньшее количество ранений ножом и повреждений на руках, суд расценивает как не состоятельные, поскольку как указал сам ФИО3, свидетели, а также согласно заключения судебно-медицинской экспертизы, до происшедших событий у ФИО9 не было телесных повреждений на шеи и кистях и пальцах рук, когда ФИО3 наносил ФИО9 удары в голову, она защищалась, подставляла руки, никто другой ударов по рукам ФИО9 не наносил, также только ФИО3 наносил потерпевшей удары ножом, таких ударов было несколько, все телесные повреждения причинены прижизненно, в короткий промежуток времени.

С учетом сведений о личности ФИО3 суд признает его подлежащим уголовной ответственности и наказанию.

При назначении вида и размера наказания ФИО3, суд в соответствии со ст. 6, 43, 60 УК РФ учитывает характер и степень общественной опасности содеянного, личность виновного, обстоятельства смягчающие и отягчающее его наказание, влияние назначенного наказания на исправление подсудимого и на условия жизни его семьи.

ФИО3 совершено преступление, относящееся к категории особо тяжких.

В качестве данных, характеризующих ФИО3, суд учитывает то, что ФИО3 имеет постоянное место жительства и регистрации, не состоит на учете у врача-психиатра и у врача-нарколога, холост, состоял в фактических брачных отношениях, детей не имеет, был неофициально трудоустроен, положительно охарактеризован по месту жительства.

Согласно заключению комиссии судебно-психиатрических экспертов № от (дата) ФИО3 каким-либо хроническим психическим расстройством, временным психическим расстройством, слабоумием или иными болезненным состоянием психики, лишающим его способности осознавать фактических характер и общественную опасность своих действий и руководить ими, не страдал в период совершения инкриминируемого ему деяния, и не страдает в настоящее время, а обнаруживает признаки психических поведенческих расстройств вследствие зависимости от алкоголя. В период совершения инкриминируемого ему деяния он не обнаруживал признаков какого-либо временного болезненного расстройства психической деятельности, а находился в состоянии простого алкогольного опьянения, он мог в период инкриминируемого ему деяния и может в настоящее время осознавать фактических характер и общественную опасность своих действий и руководить ими. По своему психическому состоянию ФИО3 в принудительном лечении не нуждается. По состоянию своего психического здоровья ФИО3 способен правильно воспринимать обстоятельства, имеющие значение для дела, и давать о них показания, а также самостоятельно осуществлять права на защиту (т. 1 л.д. 226-228).

К обстоятельствам, смягчающим наказание ФИО3, суд относит: признание вины, раскаяние в содеянном, совершение преступления впервые, оказание помощи потерпевшей непосредственно после совершения преступления, противоправное поведения потерпевшей, явившееся поводом к совершению преступления, неудовлетворительное состояние здоровья ФИО3 и его близких лиц.

Оснований для признания протокола явки с повинной (т. 3 л.д. 65) и явки с повинной (чистосердечного признания) (т. 3 л.д. 120) ФИО3 в качестве обстоятельства, смягчающего наказание ФИО3, как явки с повинной суд не находит по следующим основаниям. По смыслу закона под явкой с повинной, которая в силу п. «и» ч. 1 ст. 61 УК РФ является обстоятельством, смягчающим наказание, следует понимать добровольное сообщение лица о совершенном им или с его участием преступлении, сделанное в письменном или устном виде. Не может признаваться добровольным заявление о преступлении, сделанное лицом в связи с его задержанием по подозрению в совершении этого преступления. Признание лицом своей вины в совершении преступления в таких случаях может быть учтено судом в качестве иного смягчающего обстоятельства в порядке ч. 2 ст. 61 УК РФ.

Из материалов уголовного дела усматривается, что преступление ФИО3 совершено 27 февраля 2018 года, первая явка с повинной о совершении преступления была им дана только 14 августа 2018 года после его задержания по подозрению в совершении данного преступления, после проведения по уголовному делу ряда следственных действий, в том числе допроса свидетелей. Вторая явка с повинной дана ФИО3 в еще более поздний период – 13 декабря 2018 года, когда органами предварительного следствия были установлены обстоятельства происшедшего. В данных заявлениях ФИО3 указал о совершении им преступления, о котором уже органам предварительного расследования было известно, также ФИО3 признал вину в совершении преступления. Таким образом, данные заявления ФИО3 с учетом его показаний по уголовному делу суд учитывает в качестве смягчающего обстоятельства – признание вины в совершении преступления.

Суд не находит оснований для признания в качестве смягчающего наказание ФИО3 обстоятельства активное способствование раскрытию и расследованию преступления по следующим основаниям.

По смыслу закона активное способствование раскрытию и расследованию преступления следует учитывать в качестве обстоятельства, смягчающего наказание, предусмотренного п. «и» ч. 1 ст. 61 УК РФ, если лицо о совершенном им преступлении предоставило органам следствия информацию, имеющую значение для раскрытия и расследования преступления, оно может выражаться в том, что виновный представляет указанным органам информацию об обстоятельствах совершения преступления, дает правдивые и полные показания, способствовавшие раскрытию и расследованию преступления, предоставляет органам следствия информацию, до того им не известную.

Из материалов уголовного дела следует, что труп ФИО9 обнаружен вечером 27 февраля 2018 года, в это же время правоохранительными органами установлено, что незадолго до смерти ФИО9 находилась в комнате с ФИО3 и ФИО17, в связи с чем возникли основания полагать, что они могут быть причастны к совершению преступления. Орудие преступления было изъято с места происшествия. 28 февраля 2018 года было возбуждено уголовное дело. В этот же день ФИО3 был допрошен в качестве свидетеля, указал, что телесные повреждения потерпевшей ФИО9, от которых наступила смерть последней, причинил ФИО17 При проверке показаний на месте и в ходе очной ставки ФИО3 28 февраля 2018 года указал о совершении убийства ФИО17 и продемонстрировал его действия. В дальнейшем ФИО3 был дополнительно допрошен в качестве свидетеля 20 апреля 2018 года, дал аналогичные первоначальным показания. 14 августа 2018 года ФИО3 был задержан, при допросе в качестве подозреваемого, обвиняемого, при проверке показаний на месте 15 августа 2018 года настаивал на своей первоначальной версии. В дальнейшем ФИО3 при проведении очной ставки и при допросе в качестве обвиняемого 13 сентября 2018 года и 14 ноября 2018 года соответственно указывал о совершении преступления ФИО17 В это время были проведены ситуационные экспертизы, которые опровергли указанные показания ФИО3 Лишь 13 декабря 2018 года, после ознакомления с ситуационными экспертизами, ФИО3 указал, что убийство ФИО9 совершил он. При этом ФИО17 на протяжении всего производства по уголовному делу изобличал ФИО3 в совершении преступления, на одежде ФИО3 была обнаружена кровь потерпевшей. Следовательно, ФИО3, будучи неоднократно допрошенным до 13 декабря 2018 года в качестве свидетеля, подозреваемого, обвиняемого, при проверке показаний на месте и в ходе очных ставок, виновным в убийстве себя не признавал, давал показания, противоречащие установленным следствием и судом обстоятельствам по делу, вводя следствие в заблуждение. Такая процессуальная позиция ФИО3 не может быть расценена как активное способствование раскрытию и расследованию преступления, поскольку такое способствование состоит в активных действиях виновного, направленных на сотрудничество с органами следствия, данные действия должны быть направлены на сотрудничество с правоохранительными органами, совершены добровольно, а не под давлением имеющихся у следствия доказательств.

Суд признает смягчающим наказание обстоятельством оказание помощи потерпевшей, поскольку ФИО3 предпринял действия, направленные на оказание посильной медицинской помощи потерпевшей, а именно пытался остановить кровотечение. Доводы государственного обвинителя, что действия подсудимого заведомо недостаточны для предотвращения смерти, не может стать основанием для непризнания данного обстоятельства смягчающим, поскольку содержание п. «к» ч. 1 ст. 61 УК РФ не связывает признание данного обстоятельства с последствиями в виде предотвращения вреда жизни потерпевшей.

Суд, учитывая характер и степень общественной опасности преступления, обстоятельства его совершения, личность ФИО3, признает обстоятельством, отягчающим наказание ФИО3, совершение им преступления в состоянии опьянения, вызванном употреблением алкоголя. При этом суд учитывает, что именно состояние алкогольного опьянения, в которое подсудимый ФИО3 сам себя привел, распивая спиртные напитки, сняло внутренний контроль за его поведением, состояние опьянения повлияло на поведение ФИО3, вызвало агрессию к потерпевшей, что привело к совершению им особо тяжкого преступления против личности. Факт нахождения ФИО3 в момент совершения преступления в состоянии алкогольного опьянения подтверждается доказательствами, исследованными в судебном заседании, и не оспаривается самим ФИО3

Оснований для признания в качестве обстоятельства, отягчающего наказание ФИО3, рецидива преступлений суд не находит, поскольку согласно ст. 86 УК РФ в редакции до 2013 года на момент совершения ФИО3 27 февраля 2018 года преступления, за которое он осуждается данным приговором, судимость по приговору от 24 декабря 2001 года являлась погашенной.

Правовых оснований для изменения категории тяжести преступления, совершенного ФИО3, согласно ч. 6 ст. 15 УК РФ, а также применения положений ч. 1 ст. 62 УК РФ, не имеется, поскольку в действиях ФИО3 имеется отягчающее наказание обстоятельство.

Учитывая характер и степень общественной опасности совершенного подсудимым деяния, конкретные обстоятельства содеянного, данные о личности ФИО3 и его образе жизни, принимая во внимание принцип соразмерности наказания, суд приходит к выводу о необходимости назначения ФИО3 за совершение преступления наказание в виде реального лишения свободы и об отсутствии оснований для применения при назначении наказания ФИО3 положений ст. 73 УК РФ. Сведений о невозможности содержания ФИО3 под стражей, суду не представлено.

Оснований для назначения ФИО3 наказания с применением ст. 64 УК РФ суд не усматривает. По смыслу ст. 64 УК РФ обстоятельства, связанные с целями и мотивами преступления, ролью виновного, его поведением во время или после совершения преступления, и иные обстоятельства, существенно уменьшающие степень общественной опасности преступления, должны быть исключительными. По настоящему делу суд таких исключительных обстоятельств в отношении ФИО3 не установил. Наличие указанных смягчающих обстоятельств, по мнению суда, не может быть достаточным для применения к ФИО3 положений ст. 64 УК РФ

Учитывая совокупность смягчающих наказание обстоятельств, личность подсудимого, суд считает возможным не назначать ФИО3 дополнительное наказание в виде ограничения свободы, предусмотренное санкцией ч. 1 ст. 105 УК РФ.

Такое наказание, по мнению суда, будет соответствовать восстановлению социальной справедливости, целям исправления подсудимого, предупреждения совершения им новых преступлений и не повлияет на условия жизни его семьи.

Вид исправительного учреждения, в котором ФИО3 необходимо отбывать наказание, суд определяет в соответствии с п. «в» ч. 1 ст. 58 УК РФ – исправительная колония строгого режима, поскольку ФИО3 осуждается за совершение особо тяжкого преступления.

Мера пресечения в виде заключения под стражу в отношении подсудимого ФИО3 до вступления приговора в законную силу изменению не подлежит. В срок отбывания ФИО3 наказания в виде лишения свободы зачесть согласно п. «а» ч. 3.1 ст. 72 УК РФ время его задержания и содержания под стражей, а именно с 27 февраля 2018 года по 28 февраля 2018 года и в период с 14 августа 2018 года по день вступления настоящего приговора в законную силу из расчета один день за один день.

Вещественными доказательствами следует распорядиться в соответствии с положениями ч. 3 ст. 81 УПК РФ.

Представителем потерпевшей ФИО1 заявлены исковые требования к подсудимому ФИО3 о компенсации морального вреда в сумме 200000 рублей.

При определении размера компенсации морального вреда суд учитывает положения п. 2 ст. 1101 ГК РФ, согласно которых размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда.

Подсудимый ФИО3 исковые требования представителя потерпевшего ФИО1 о компенсации морального вреда не признал в полном объеме.

Несмотря на это суд полагает, что исковые требования представителя потерпевшей ФИО1 о компенсации морального вреда подлежат удовлетворению в полном объеме в соответствии с ч. 4 ст. 42 УПК РФ, ст.151, 1101 ГК РФ в полном объеме, и подлежат взысканию с подсудимого ФИО3

Рассматривая исковые требования представителя потерпевшей ФИО1 о компенсации морального вреда, причиненного виновными действиями ФИО3, суд принимает во внимание обстоятельства совершенного ФИО3 преступления, степень физических и нравственных страданий представителя потерпевшего ФИО1, степень ее родства с потерпевшей ФИО9, которая приходилась ей родной сестрой, была близким и родным человеком, смерть ФИО9 является невосполнимой утратой, влияние смерти потерпевшей на психическое состояние здоровья ФИО1, которая в связи со смертью единственной сестры сильно переживала, находилась в угнетенном, подавленном состоянии.

Также суд при разрешении исковых требований представителя потерпевшего ФИО1 принимает во внимание имущественное положение подсудимого ФИО3

На основании изложенного и руководствуясь ст. 303-309 УПК РФ, суд

п р и г о в о р и л:

Признать ФИО3 виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 105 УК РФ, и назначить ему наказание в виде 9 (девяти) лет лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима.

Меру пресечения в виде заключения под стражу в отношении ФИО3 до вступления приговора в законную силу оставить без изменений, а затем - отменить.

Срок наказания ФИО3 исчислять с 16 мая 2019 года, зачесть в срок отбывания ФИО3 наказания время его задержания и содержания под стражей, а именно с 27 февраля 2018 года по 28 февраля 2018 года и в период с 14 августа 2018 года до 16 мая 2019 года.

Периоды задержания и содержания ФИО3 под стражей с 27 февраля 2018 года по 28 февраля 2018 года и с 14 августа 2018 года по день вступления настоящего приговора в законную силу зачесть в срок лишения свободы из расчета один день за один день.

Исковые требования представителя потерпевшего ФИО1 удовлетворить.

Взыскать с ФИО3 в пользу ФИО1 в счет компенсации морального вреда 200000 (двести тысяч) рублей 00 копеек.

Вещественные доказательства по делу:

- 3 ножа, 2 конверта с образцами для сравнительного исследования, два окурка от сигарет «Корона», два предметных стекла, тампон из ротовой полости, два предметных стекла, тампон из влагалища, два предметных стекла, тампон из прямой кишки, половую тряпку, колготки коричневого цвета, женскую футболку серого цвета, женскую черную кофту - уничтожить;

- серьгу, кольцо - передать ФИО17 как собственнику помещения, в котором данное имущество было изъято, а в случае отказа ФИО17 в получении – уничтожить;

- две рюмки, кружку стеклянная, кружку пивную «Уральский мастер», трусы серого цвета, пару носков черного цвета, штаны серого цвета, футболку черного цвета, толстовку черного цвета, серую кофту, черную толстовку, джинсы, черные спортивные штаны, пару носков серого цвета - передать ФИО17, а в случае отказа ФИО17 в получении - уничтожить.

Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке в судебную коллегию по уголовным делам Челябинского областного суда с подачей жалобы через Калининский районный суд г. Челябинска в течение 10 суток со дня его провозглашения, а осужденным, находящимся под стражей, - в тот же срок со дня вручения ему копии приговора.

Разъяснить осужденному ФИО3, что в тот же срок он вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении дела судом апелляционной инстанции путем указания об этом в своей апелляционной жалобе или путем подачи отдельного ходатайства, либо после получения копий апелляционных жалоб (представления) других участников процесса, в случае их принесения, путем указания об этом в своих возражениях на эти жалобы (представления) или также путем подачи отдельного ходатайства.

Председательствующий: *** А.Ю. Ардалина

***

***

***

***

***

***

***