Апелляционное определение № 33-4994/2025 от 2 декабря 2025 г.

Судья Тарасенко М.С. УИД 39RS0010-01-2024-001913-64

дело №2-4147/2025


А П Е Л Л Я Ц И О Н Н О Е О П Р Е Д Е Л Е Н И Е



№ 33-4994/2025
03 декабря 2025 года
г. Калининград
Судебная коллегия по гражданским делам Калининградского областного суда в составе:

председательствующего Гарматовской Ю.В.,

судей Теплинской Т.В. Харитоненко Н.О.,

при секретаре Вишняковой Т.Д.

рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело по апелляционной жалобе ФИО1 и апелляционной жалобе ФИО2 на решение Гурьевского районного суда Калининградской области 17 апреля 2025 года по иску ФИО1 к ФИО3, ФИО4 о признании брачного договора недействительным, признании договора купли-продажи недействительным в части, разделе общего имущества и долговых обязательств, встречному иску ФИО3 к ФИО1 о разделе совместного имущества, признании долговых обязательств общими, взыскании компенсации в счет произведенных платежей.

Заслушав доклад судьи Гарматовской Ю.В., пояснения ФИО1, его представителя ФИО5, ФИО2, поддержавших доводы апелляционных жалоб, возражения представителя ФИО3 – ФИО6, судебная коллегия

У С Т А Н О В И Л А:

ФИО1 обратился в суд с иском к ФИО3, указав, что 17.06.2017 г. заключили брак. Фактически семейные отношения между ФИО1 и ФИО3 прекращены с 01.03.2024 г.

В период брака ФИО1 и ФИО3 было приобретено следующее имущество:

- жилой дом блокированной застройки с кадастровым номером № и земельный участок с кадастровым номером №, находящиеся по адресу: <адрес>;

- квартира с кадастровым номером №, находящаяся по адресу: <адрес>;

- автомобиль «Хонда FIТ», регистрационный знак №.

Кроме того, в период брака ФИО3 и ФИО1 были заключены следующие договоры:

- ДД.ММ.ГГГГ между ФИО3 и Банком ВТБ (ПАО) кредитный договор №, в соответствии с условиями которого ФИО3 был предоставлен кредит в размере 205411 руб.;

- ДД.ММ.ГГГГ между ФИО3 и ФИО7, ФИО9 договор займа, в соответствии с которым ФИО3 был предоставлен займ на сумму 1 500 000 руб.,

- ДД.ММ.ГГГГ между ФИО3 и ПАО Банк «ФК Открытие» кредитный договор №, в соответствии с условиями которого ФИО3 был предоставлен кредит в размере 382720 руб. для приобретения автомобиля «Хонда FIТ», регистрационный знак №;

- ДД.ММ.ГГГГ между ФИО2 и ФИО1 договор займа на сумму 3 000 000 руб.

23.08.2023 г. между ФИО3 и ФИО1 был заключен брачный договор, согласно которому стороны договорились, что квартира по адресу: <адрес>, является личной раздельной собственностью ФИО3, на все остальное имущество, приобретенное в период брака, а также будущее движимое и недвижимое имущество, будущие имущественные права и обязанности установлен режим совместной собственности.

ФИО1 указывал, что брачный договор является мнимой сделкой, стоимость жилого дома и земельного участка по адресу: <адрес>, фактически составляла 4 700 000 руб., из которых 2 700 000 руб. были его личными денежными средствами, денежные средства по договору займа от ДД.ММ.ГГГГ, заключенному с ФИО2, ФИО3 потратила по своему усмотрению не на нужды семьи.

На основании изложенного, ФИО1 просил:

- признать пункт 3.1 договора купли-продажи жилого дома блокированной застройки и земельного участка от 28.04.2022 г., заключенного между ФИО3 и ФИО4 недействительным в части указания стоимости объектов недвижимости;

- признать сумму в размере 4 700 000 руб. фактически полученной ФИО4 по договору купли-продажи жилого дома блокированной застройки и земельного участка;

- разделить имущество, являющееся совместной собственностью супругов, признав право собственности на жилой дом с кадастровым номером № и земельный участок с кадастровым номером №, находящиеся по адресу: <адрес>, за ним на 81/100 долю, за ФИО3 на 19/100 доли в праве общей долевой собственности;

- признать недействительным брачный договор от 23.08.2022 г., удостоверенный нотариусом Калининградского нотариального округа ФИО8;

- признать за ним и ФИО3 право собственности по 1/2 доле в праве общей долевой собственности за каждым на квартиру с кадастровым номером №, находящуюся по адресу: <адрес>;

- признать единоличной собственностью ФИО3 автомобиль «Хонда FIТ», регистрационный знак №;

- взыскать с ФИО3 в его пользу компенсацию в счет стоимости передаваемого автомобиля в размере 345 000 руб.;

- признать общим совместным долгом обязательства, возникшие из кредитного договора № от ДД.ММ.ГГГГ, заключенного между ФИО3 и ПАО Банк «ФК Открытие»;

- признать единоличным долгом ФИО3 долговые обязательства перед ФИО2 в размере 2 827 000 руб. (том 5 л.д. 104-105).

ФИО3 предъявила встречный иск, указав, что жилой дом и земельный участок по адресу: <адрес>, приобретались за счет совместных средств и средств, полученных по договору займа, заключенному с родственниками Щ-ными. Денежные средства, полученные по кредитному договору, заключенному с Банком ВТБ (ПАО) были использованы на нужды семьи.

На основании изложенного ФИО3 просила:

- разделить имущество, являющееся совместной собственностью супругов, признав право собственности на жилой дом с кадастровым номером № и земельный участок с кадастровым номером №, по адресу: <адрес>, за ней и ФИО1 по 1/2 доле в праве общей долевой собственности за каждым;

- передать в ее собственность автомобиль «Хонда FIТ», регистрационный знак №, взыскав с нее в пользу ФИО1 компенсацию в размере 1/2 от израсходованных на покупку автомобиля совместных денежных средств в размере 340 000 руб., что составляет 170 000 руб.;

- признать общим долгом обязательство, возникшее из кредитного договора № от ДД.ММ.ГГГГ, заключенного между ней и Банком ВТБ (ПАО) на сумму 205 411 руб.;

- взыскать с ФИО1 в ее пользу компенсацию в счет выплаченных за период с 01.03.2024 г. по 28.10.2024 г. денежных средств по кредитному договору № от ДД.ММ.ГГГГ в размере 32 039,72 руб.;

- признать общим долгом обязательства, возникшие из договора займа от ДД.ММ.ГГГГ, заключенного между ней и ФИО7, ФИО9 на сумму 1 500 000 руб.,

- взыскать с ФИО1 в ее пользу компенсацию в счет выплаченных за период с 01.03.2024 г. по 20.10.2024 г. денежных средств по договору займа от ДД.ММ.ГГГГ в размере 128 700,04 руб. (том 5 л.д. 35-37).

Решением Гурьевского районного суда Калининградской области от 17 апреля 2025 года исковые требования ФИО1 и встречный иск ФИО3 удовлетворены частично.

Признан пункт 3.1 договора купли-продажи жилого дома блокированной застройки и земельного участка от 28.04.2022 г., заключенного между ФИО3 и ФИО4 недействительным в части указания цены объектов недвижимости.

Признан договор купли-продажи жилого дома блокированной застройки и земельного участка от 28.04.2022 г., заключенный между ФИО3 и ФИО4, с условием о стоимости недвижимого имущества в размере 4 700 000 руб.

Произведен раздел совместного имущества ФИО1 и ФИО3.

Признано за ФИО1 право собственности на 1/2 долю в праве общей долевой собственности на жилой дом блокированной застройки с кадастровым номером № и на 1/2 долю в праве общей долевой собственности на земельный участок с кадастровым номером №, по адресу: <адрес>.

Оставлены в собственности ФИО3 1/2 доля в праве общей долевой собственности на жилой дом блокированной застройки с кадастровым номером № и 1/2 доля в праве общей долевой собственности на земельный участок с кадастровым номером №, по адресу: <адрес>.

Оставлен в собственности ФИО3 автомобиль «Хонда FIТ», регистрационный знак №.

Взыскана с ФИО3 в пользу ФИО1 компенсация в счет стоимости передаваемого имущества в размере 345 000 руб.

Признаны общим долгом ФИО3 и ФИО1 долговые обязательства, возникшие из кредитного договора № от ДД.ММ.ГГГГ, заключенного между ФИО3 и ПАО Банк «ФК «Открытие».

Признаны общим долгом ФИО3 и ФИО1 долговые обязательства, возникшие из кредитного договора № от ДД.ММ.ГГГГ, заключенного между Банком ВТБ (ПАО) и ФИО3.

Взыскана с ФИО1 в пользу ФИО3 компенсация в счет платежей по кредитному договору № от ДД.ММ.ГГГГ, произведенных за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, в размере 32 039,72 руб.

Признано общим долгом ФИО3 и ФИО1 долговое обязательство, возникшее из договора займа от ДД.ММ.ГГГГ, заключенного между ФИО3 и ФИО7 и ФИО9.

Взыскана с ФИО1 в пользу ФИО3 компенсация в счет платежей, произведенных по договору займа от ДД.ММ.ГГГГ за период с 01.03.2024 г. по 20.10.2024 г. в размере 128 700,04 руб.

В удовлетворении исковых требований ФИО1, встречных исковых требований ФИО3 в остальной части отказано.

Взыскано с ФИО3 в пользу ФИО1 в возмещение судебных расходов, понесенных на оплату государственной пошлины, 20 794,88 руб.

Взыскано с ФИО1 в пользу ФИО3 в возмещение судебных расходов, понесенных на оплату государственной пошлины, 13 682,66 руб.

Окончательно путем взаимозачета взысканы с ФИО3 в пользу ФИО1 денежные средства в размере 191 372,46 руб.

В апелляционной жалобе ФИО1 просит решение суда изменить, признав брачный договор недействительным, разделить блок-секцию и земельный участок, признав за ним 79/100 доли в праве, а за ФИО3 – 21/100 долю в праве на данное имущество.

Продолжает настаивать на своих доводах о заключении брачного договора, чтобы исключить обращение взыскания на данное имущество в связи с его задолженностью по уплате алиментов на содержание ребенка. Настаивает на том, что ФИО3 знала о его задолженности, они собирались продать эту квартиру, чтобы сделать ремонт в доме, рассчитаться с долгами. Однако после оформления брачного договора, эти цели не были достигнуты, ФИО3 ввела его в заблуждение относительно цели договора.

Также автор жалобы критикует оценку, данную судом доказательствам по делу, полагая, что ФИО1 доказал приобретение блок-секции за счет подаренных сестрой ФИО2 денежных средств.

Приводит свою оценку доказательствам, в том числе показаниям сторон и третьих лиц.

В апелляционной жалобе ФИО2 просит решение суда изменить, полагает, что суд безосновательно не признал долгом ФИО3 полученные от ФИО2 денежные средства по расписке, составленной ФИО1 на сумму в 3 000 000 рублей. Настаивает на том, что ФИО3 эти денежные средства ФИО1 не передала, лишив его возможности за счет этих сумм погасить долг по алиментам и задолженность по уплате налогов.

Указывает, что продала квартиру в <адрес>, которая фактически принадлежала брату, хотя право на нее зарегистрировано за ней, ФИО2 Все денежные средства отдала брату для приобретения жилья в Калининграде, на эти деньги приобрели блок-секцию за 4700 000 рублей, поэтому его доля значительно больше.

ФИО3 представлены возражения на жалобы.

В судебное заседание не явились остальные участники судебного разбирательства, о месте и времени рассмотрения дела извещены надлежаще, с заявлением об отложении судебного заседания не обращались, в связи с чем суд апелляционной инстанции в соответствии с ч. 3 ст. 167, ч. 1, 2 ст. 327 ГПК РФ считает возможным рассмотреть дело в их отсутствие.

Проверив материалы дела и решение суда в пределах доводов апелляционной жалобы, судебная коллегия приходит к следующему.

Из материалов дела следует, что стороны вступили в брак 16 июня 2017 года. Фактически семейные отношения между ФИО1 и ФИО3 прекращены с 01.03.2024 г., что стороны не оспаривали.

23 августа 2023 г. между ФИО3 и ФИО1 был заключен брачный договор, согласно которому стороны договорились, что права и обязанности участника долевого строительства, возникшие на основании договора участия в долевом строительства № 17Р/10-17 от 10 октября 2017 года, дополнительного соглашения к нему от 31 мая 2022 года, зарегистрированного Управлением Росреестра по Архангельской области и Ненецкому автономному округу 23 октября 2017 года в отношении квартиры на земельному участке по адресу: <адрес>, является личной раздельной собственностью ФИО3, на все остальное имущество, приобретенное в период брака, а также будущее движимое и недвижимое имущество, будущие имущественные права и обязанности установлен режим совместной собственности ( л.д.72-74 т.1). Стороны согласовали, что данный договор вступает в силу с момента заключения и нотариального удостоверения (п.5). Брачный договор удостоверен нотариусом 23 августа 2023 года.

Требуя признания данного брачного договора недействительным, ФИО1 ссылался на его ничтожность по тому основанию, что он был заключен для того, чтобы избежать возможного обращения взыскания на квартиру, находящуюся по адресу: <адрес>, по его обязательствам перед бывшей супругой по оплате алиментов на содержание ребенка.

Согласно ст. 40 СК РФ брачным договором признается соглашение лиц, вступающих в брак, или соглашение супругов, определяющее имущественные права и обязанности супругов в браке и (или) в случае его расторжения.

Статьей 44 СК РФ установлены общие и специальные основания для признания брачного договора недействительным.

Брачный договор может быть признан судом недействительным полностью или частично по основаниям, предусмотренным Гражданским кодексом Российской Федерации для недействительности сделок (п.1 ст. 44 СК РФ).

Суд может также признать брачный договор недействительным полностью или частично по требованию одного из супругов, если условия договора ставят этого супруга в крайне неблагоприятное положение. Условия брачного договора, нарушающие другие требования пункта 3 статьи 42 настоящего Кодекса, ничтожны (п.2 ст. 44 СК РФ).

В соответствии с абз.2 п. 15 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 5 ноября 1998 г. № 15 «О применении судами законодательства при рассмотрении дел о расторжении брака», если брачным договором изменен установленный законом режим совместной собственности, то суду при разрешении спора о разделе имущества супругов необходимо руководствоваться условиями такого договора. При этом следует иметь в виду, что в силу пункта 3 статьи 42 Семейного кодекса Российской Федерации условия брачного договора о режиме совместного имущества, которые ставят одного из супругов в крайне неблагоприятное положение (например, один из супругов полностью лишается права собственности на имущество, нажитое супругами в период брака), могут быть признаны судом недействительными по требованию этого супруга.

В силу пункта 1 статьи 170 Гражданского кодекса РФ мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

По смыслу приведенной нормы права, обе стороны мнимой сделки при ее заключении не имеют намерения устанавливать, изменять либо прекращать права и обязанности ввиду ее заключения, то есть стороны не имеют намерений ее исполнять либо требовать ее исполнения.

Согласно пункту 2 статьи 179 Гражданского кодекса РФ, сделка, совершенная под влиянием обмана, может быть признана судом недействительной по иску потерпевшего. Обманом считается также намеренное умолчание об обстоятельствах, о которых лицо должно было сообщить при той добросовестности, какая от него требовалась по условиям оборота.

Согласно п.1 и п.3 ст. 178 ГК РФ сделка, совершенная под влиянием заблуждения, может быть признана судом недействительной по иску стороны, действовавшей под влиянием заблуждения, если заблуждение было настолько существенным, что эта сторона, разумно и объективно оценивая ситуацию, не совершила бы сделку, если бы знала о действительном положении дел.

Заблуждение относительно мотивов сделки не является достаточно существенным для признания сделки недействительной.

Суд может отказать в признании сделки недействительной, если заблуждение, под влиянием которого действовала сторона сделки, было таким, что его не могло бы распознать лицо, действующее с обычной осмотрительностью и с учетом содержания сделки, сопутствующих обстоятельств и особенностей сторон (п.5 ст.178 ГК РФ).

Отказывая в удовлетворении иска ФИО1 о признании брачного договора недействительной сделкой, суд первой инстанции, руководствуясь ст. 44 СК РФ, оценив представленные доказательства по правилам ст. 67 ГПК РФ, исходил из того, что на момент заключения брачного договора ФИО1 располагал полной информацией об условиях договора, изменяющих режим личной собственности супругов, добровольно, в соответствии со своим волеизъявлением принял на себя все права и обязательства, определенные договором, собственноручно подписав договор, имел возможность отказаться от подписания брачного договора.

Так, суд правильно указал, что доказательства, что ФИО1 и ФИО3 не имели намерения создать соответствующие сделке правовые последствия, а именно установить право индивидуальной собственности ФИО3 на спорную квартиру, расположенную по адресу: <адрес>, в материалах дела отсутствуют.

После заключения брачного договора, 13.10.2023 г. ФИО3 была оформлена доверенность на имя ФИО7, содержащая полномочие на право принятия квартиры, подписания акта приема-передачи, регистрации права собственности, в том числе с правом продажи данного имущества (том 1 л.д.133-135).

08.11.2023 г. между ФИО3 и Фондом «Фонд защиты прав граждан-участников долевого строительства в Архангельской области» было заключено дополнительное соглашение к договору №17Р/10-17 от 10.10.2017 г. участия в долевом строительстве, согласно которому в преамбуле договора в качестве стороны была указана только ФИО3 (том 1 л.д.137).

Таким образом, как верно отметил суд, своими последующими действиями ФИО3 подтвердила действительность заключенного сторонами брачного договора.

Также из материалов дела следует, что брачный договор совершен между супругами в предусмотренном законом порядке, правовые последствия заключения брачного договора нотариусом сторонам были разъяснены, допустимых и достаточных доказательств отсутствия намерения на совершение и исполнение спорной сделки, в материалы дела не представлено.

Ссылка ФИО1 на заключение договоров под влиянием обмана и заблуждения относительно последствий такой сделки правомерно отклонена судом как не влияющая на ее действительность, поскольку доказательств совершения ФИО3 в отношении супруга обманных действий не представлено, кабальные условия не навязывались, договор заключен на обычных условиях. Доказательств того, что при включении в договор условия о режиме раздельной собственности в отношении одного объекта воля истца была деформирована, он действовал под влиянием заблуждения, не представлено. Доводы ФИО1 и ФИО2 о намерении продать данную квартиру, а также избежать обращения на полученные средства взыскания в связи с наличием у ФИО1 долга по уплате алиментов, судом правильно отклонены, поскольку помимо собственных утверждений авторов жалоб, допустимых и относимых доказательств тому не представлено.

Судебная коллегия в полной мере соглашается с выводами суда первой инстанции. Данные выводы основаны судом на материалах дела, к ним он пришел в результате обоснованного анализа письменных доказательств, которым дал надлежащую оценку в соответствии с положениями ст. 67 ГПК РФ ГПК РФ во взаимосвязи с нормами действующего законодательства.

Выводы суда не противоречат требованиям действующего законодательства и доводами апелляционных жалоб не опровергаются.

Разрешая исковые требования о разделе жилого дома и земельного участка, суд установил, что 28.04.2022 г. между ФИО4 и ФИО3 был заключен договор купли-продажи жилого дома блокированной застройки с кадастровым номером № и земельного участка с кадастровым номером №, находящихся по адресу: № (том 1 л.д.150-151).

Согласно пункту 3.1 договора стоимость объектов недвижимости составляет 1 300 000 руб., из которых 1 100 000 руб. стоимость жилого дома, 200 000 руб. – стоимость земельного участка.

Оценив представленный в материалы дела ФИО1 предварительный договор купли-продажи от 30.12.2020 г., согласно которому ФИО4 получил от ФИО1 денежные средства в размере 2 700 000 руб., расписку от 28.04.2022 г., из которой следует, что ФИО4 получил от ФИО3 денежные средства в размере 4 700 000 руб., из которых в договоре от 28.04.2022 г. по соглашению сторон указана сумма 1 300 000 руб. и оставшаяся часть по расписке 3 400 000 руб. (том 1 л.д. 25-27, том 5 л.д.108), суд пришел к выводу, что фактически стоимость жилого дома и земельного участка составила 4 700 000 руб.

Выводы суда в данной части в апелляционных жалобах не оспариваются.

Согласно ч.1 ст. 33 СК РФ законным режимом имущества супругов является режим их совместной собственности. Законный режим имущества супругов действует, если брачным договором не установлено иное.

В силу положений ст. 34 СК РФ имущество, нажитое супругами во время брака, является их совместной собственностью. Общим имуществом супругов являются также приобретенные за счет общих доходов супругов движимые и недвижимые вещи, ценные бумаги, паи, вклады, доли в капитале, внесенные в кредитные учреждения или в иные коммерческие организации, и любое другое нажитое супругами в период брака имущество независимо от того, на имя кого из супругов оно приобретено либо на имя кого или кем из супругов внесены денежные средства.

Из указанных положений закона следует, что право на имущество, нажитое супругами в период брака, принадлежит обоим супругам независимо от того, кем из них и на имя кого из них приобретено имущество (внесены денежные средства), выдан правоустанавливающий документ. Любой из супругов в случае спора не обязан доказывать факт общности имущества, если оно нажито в период брака, так как в силу закона существует презумпция, что указанное имущество является совместной собственностью супругов, если иное не установлено брачным договором.

Согласно п.1 ст. 36 СК РФ имущество, принадлежавшее каждому из супругов до вступления в брак, а также имущество, полученное одним из супругов во время брака в дар, в порядке наследования или по иным безвозмездным сделкам (имущество каждого из супругов), является его собственностью.

Согласно пунктам 15,16 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 05.11.1998 № 15 «О применении судами законодательства при рассмотрении дел о расторжении брака» общей совместной собственностью супругов, подлежащей разделу (п. п. 1 и 2 ст. 34 Семейного кодекса Российской Федерации), является любое нажитое ими в период брака движимое и недвижимое имущество, которое в силу ст. 128, 129, п. п. 1 и 2 ст. 213 Гражданского кодекса Российской Федерации может быть объектом права собственности граждан, независимо от того, на имя кого из супругов оно было приобретено или внесены денежные средства, если брачным договором между ними не установлен иной режим этого имущества. Раздел общего имущества супругов производится по правилам, установленным статьями 38 и 39 Семейного кодекса Российской Федерации и статьей 254 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Как указано в ч.1 ст. 56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Для признания имущества, не входящим в состав совместной собственности в соответствии с п.1 ст. 36 СК РФ необходимо установить, что имущество приобретено хотя и во время брака, но на личные средства одного из супругов, принадлежавшие ему до вступления в брак, полученное в дар или в порядке наследования (абз. 4 п. 15 Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 05.11.1998 № 15).

Разрешая заявленные требования о признании недвижимого имущества совместно нажитым сторонами и его разделе, суд первой инстанции обоснованно пришел к выводу о поступлении вышеуказанного недвижимого имущества в собственность супругов, учитывая, что оно приобретено по возмездной сделке в период брака. Производя раздел данного имущества, суд обоснованно признал доли супругов в имуществе равными.

Судебная коллегия находит решение суда в данной части законным и обоснованным.

Доводы ФИО1 об использовании при покупке дома и земельного участка в <адрес> его личных, подаренных сестрой ФИО2 денежных средств, увеличении его доли в указанном имуществе, судом первой инстанции правомерно признаны несостоятельными.

Учитывая положения вышеназванных норм права, именно на ФИО1 лежала обязанность предоставить не вызывающие сомнений доказательства того, что в период нахождения в браке с ФИО3 спорное имущество приобреталось не за счет совместных доходов супругов, о чем супруга знала. Однако не вызывающих сомнений и соответствующих требованиям ГПК РФ об их относимости и допустимости доказательств данным обстоятельствам по делу не представлено.

ФИО1 утверждал, что оплата стоимости жилого дома и земельного участка в размере 4 700 000 руб. была произведена за счет его личных денежных средств в 2 700 000 руб., подаренных ему сестрой ФИО2, а также за счет совместных средств в размере 2 000 000 руб., из которых 800 000 руб. были получены от продажи автомобиля «БМВ», и 1 200 000 руб. – совместные накопления.

ФИО3 пояснила, что оплата стоимости жилого дома и земельного участка была произведена за счет совместных денежных средств, из которых 800 000 руб. были получены от продажи автомобиля «БМВ», 1 500 000 руб. были предоставлены Щ-ными на основании договора займа от ДД.ММ.ГГГГ, 1 200 000 руб. – совместные накопления, 1 200 000 руб. – денежные средства, переданные ее матерью ФИО10

Оценив представленные сторонами доказательства, суд пришел к правомерному выводу о том, что факт дарения ФИО2 ФИО1 денежных средств в размере 3 000 000 руб. и использования их для приобретения спорных объектов недвижимости, допустимыми и относимыми доказательствами не подтвержден. При этом суд исходил из того, что ФИО3 представлены не вызывающие сомнений доказательства происхождения денежных средств на покупку спорного имущества.

Так, представленные ФИО1 доказательства дарения денежных средств - шкатулка, на крышке которой имеется запись о дарении денежных средств в размере 3 000 000 руб., в которой, по утверждению представителя ФИО1 находились денежные средства в указанном размере (том 2 л.д. 204), а также устные пояснения его сестры ФИО2, судом первой инстанции правомерно оценены критически, поскольку не свидетельствуют бесспорно о расходовании этих средств на покупку жилого дома и земельного участка.

Правомерно суд отклонил и показания свидетелей ФИО11 и ФИО12, поскольку они находятся в дружеских отношениях с ФИО1, обстоятельства дарения денег и покупки жилого дома и земельного участка им известны со слов ФИО1, денежные средства они не видели, в момент дарения не присутствовали.

При этом доводы ФИО3 о происхождении денежных средств на покупку жилого дома и земельного участка подтверждены письменными доказательствами.

Так, из материалов дела следует, что ДД.ММ.ГГГГ г. между ПАО «Промсвязьбанк» и ФИО9 был заключен кредитный договор №, в соответствии с условиями которого ФИО9 был предоставлен кредит в размере 1 755 000 руб. (том 2 л.д.2-12).

24.03.2022 г. ФИО9 сняты со счета денежные средства в размере 1 500 000 руб. (том 1 л.д. 234).

25.03.2022 г. денежные средства в размере 1 500 000 руб. были зачислены ФИО7 на банковский счет ФИО3 (том 2 л.д. 69, 74).

В этот же день ФИО3 была составлена расписка, согласно которой она получила в долг от ФИО9 и ФИО7 денежные средства в размере 1 500 000 руб. на покупку жилого дома и земельного участка, находящихся по адресу: <адрес>, с рассрочкой платежей согласно графику погашения по кредитному договору № от ДД.ММ.ГГГГ, заключенному между ФИО9 и ПАО «Промсвязьбанк», срок возврата не позднее 23.02.2029 г. (том 2 л.д. 20).

Из выписки по счету, открытому на имя ФИО3 в Банке ВТБ (ПАО) следует, что 29.03.2022 г. с банковского счета, на который поступили указанные выше денежные средства, было снято 1 200 000 руб. (том 2 л.д. 74).

Распиской ФИО4 от 29.03.2022 г. подтверждается получение им от ФИО1 денежных средств в размере 1 200 000 руб. в качестве аванса по предварительному договору купли-продажи недвижимости от 30.12.2020 г. (том 1 л.д. 30).

Из представленных платежных документов следует, что ФИО3 ежемесячно на банковский счет ФИО7 перечислялись денежные средства в счет погашения займа в даты и в размере, соответствующем размеру ежемесячного платежа по кредитному договору, заключенному между ФИО9 и ПАО «Промсвязьбанк», в соответствии с графиком погашения задолженности (том 1 л.д.179-227, том 2 л.д. 198-200, том 5 л.д. 42-44).

При этом 22.07.2022 г. платеж в размере 33 026,38 руб. был произведен с банковского счета ФИО1 (том 5 л.д. 110).

Кроме того, с банковского счета ФИО1 на счет ФИО7 23.08.2022 г. были перечислены денежные средства в размере 12 026,38 руб., что в сумме с денежными средствами в размере 21 000 руб., перечисленными ФИО3, составляет сумму ежемесячного платежа по кредитному договору (том 2 л.д.179, том 5 л.д.109).

При таких обстоятельствах, суд пришел к обоснованному выводу о том, что ФИО1 было известно о заключении ФИО3 договора займа с Щ-ными, он производил платежи в погашение данного долга, что подтверждено вышеуказанными материалами дела.

Осведомленность ФИО1 о данном займе подтверждается также представленной в материалы дела перепиской, в которой ФИО1 указывает на наличие долга перед ФИО7 по кредиту (том 2 л.д. 208).

Также нашли свое подтверждение доводы ФИО3 о том, что ее мать ФИО10 передала ФИО13 в долг на покупку спорного жилого дома и земельного участка денежные средства в размере 1 200 000 руб., хотя договор займа в письменной виде не составлялся.

Факт передачи ФИО10 денежных средств в размере 1 200 000 руб. подтверждается расходным кассовым ордером от 13.01.2021 г., из которого следует, что с банковского счета ФИО10 сняты денежные средства в размере 1 200 000 руб. (том 2 л.д. 190) и выпиской из лицевого счета по вкладу, открытому на имя ФИО1, из которого следует, что в этот же день на его банковский счет поступили денежные средства в размере 1 200 000 руб. (том 2 л.д.121-123), в расходном кассовом ордере и выписке по счету, открытому на имя ФИО1, указан один и тот же номер счета - №.

Также из выписки по банковскому счету, открытому на имя ФИО1, и приходного кассового ордера следует, что 04.12.2020 г. ФИО1 внес на свой банковский счет денежные средства в размере 1 200 000 руб. (том 2 л.д. 121-123, 124).

Из данной банковской выписки следует, что 21.01.2021 г. ФИО1 сняты денежные средства в размере 2 400 000 руб., в указанную сумму вошли денежные средства в размере 1 200 000 руб., поступившие на счет 04.12.2020 г. – общие средства супругов, и денежные средства в размере 1 200 000 руб., поступившие на счет 13.01.2021 г. от матери ФИО3 ФИО10

Согласно доводам представителя ФИО1 именно эти денежные средства были переданы продавцу ФИО4

Таким образом вывод суда о том, что спорные жилой дом и земельный участок были приобретены А-выми за 4 700 000 руб. за счет совместных денежных средств (1 200 000 руб. – совместные накопления, 1 200 000 руб. – предоставлены ФИО10, 1 500 000 руб. – займ у Щ-ных, 800 000 руб. – от продажи автомобиля «БМВ»), основан на совокупности представленных по делу доказательств, оценка которым дана судом в соответствии со ст. 67 ГПК РФ. Доводы апелляционных жалоб в данной части сводятся к субъективной оценке доказательств по делу, на правильность выводов суда не влияют.

Согласно п. 3 ст. 39 Семейного кодекса РФ общие долги супругов при разделе общего имущества супругов распределяются между супругами пропорционально присужденным им долям.

В соответствии с п.1 и п.2 ст. 45 Семейного кодекса РФ по обязательствам одного из супругов взыскание может быть обращено лишь на имущество этого супруга. При недостаточности этого имущества кредитор вправе требовать выдела доли супруга-должника, которая причиталась бы супругу-должнику при разделе общего имущества супругов, для обращения на нее взыскания и взыскание обращается на общее имущество супругов по общим обязательствам супругов, а также по обязательствам одного из супругов, если судом установлено, что все, полученное по обязательствам одним из супругов, было использовано на нужды семьи. При недостаточности этого имущества супруги несут по указанным обязательствам солидарную ответственность имуществом каждого из них.

Таким образом, закон допускает существование у каждого из супругов собственных обязательств, в отличие от возникновения режима общей совместной собственности на приобретенное в браке имущество.

В связи с изложенным, для возложения на супруга обязанности отвечать по долгам второго супруга, в силу названных положений закона, необходимо доказать, что долг возник по инициативе обоих супругов в интересах семьи либо является обязательством одного из супругов, по которому все полученное было использовано на нужды семьи. При этом бремя доказывания данных обстоятельств лежит на стороне, заявляющей об этом (ст.56 ГПК РФ).

Разрешая требования о признании приобретенных супругами А-выми долговых обязательств суд установил использование денежных средств, полученных по договору займа от ДД.ММ.ГГГГ, заключенному между ФИО3 и ФИО7 и ФИО9 на нужды семьи, а именно на приобретение спорных жилого дома и земельного участка, в связи с чем правомерно удовлетворил исковые требования ФИО3 в части признания общим долгом обязательства, возникшего из вышеуказанного договора займа, и взыскании с ФИО1 в пользу ФИО3 компенсации в счет выплаченных за период с 01.03.2024 г. по 20.10.2024 г. денежных средств в размере 128 700,04 руб. Факт погашения ФИО3 задолженности по договору займа подтверждается представленными в материалы дела платежными документами.

Разрешая требования о признании общим долгом супругов обязательства ФИО3 по кредитному договору с Банком ВТБ (ПАО), суд установил, что 28.03.2022 г. между ООО «Технарь плюс Калининград» и ФИО1 был заключен договор на изготовление лестницы (том 5 л.д. 224-225).

28.02.2022 г. была произведена предоплата в размере 20 000 руб., 30.03.2022 г. в размере 22 000 руб., 02.07.2022 г. произведен окончательный расчет в размере 150 000 руб. (том 2 л.д. 70, том 5 л.д. 226, 227).

При этом денежные средства в размере 150 000 руб. были перечислены с кредитной карты ФИО3, что подтверждается выпиской по счету кредитной карты № хххх8738 и квитанцией об оплате, в которой указан тот же номер кредитной карты (том 1 л.д.169-171, 237).

Согласно доводам ФИО3, для погашения задолженности по кредитной карте они с супругом приняли решение заключить кредитный договор с Банком ВТБ (ПАО) на более выгодных условиях.

ДД.ММ.ГГГГ между Банком ВТБ (ПАО) и ФИО3 заключен кредитный договор №, в соответствии с условиями которого ФИО3 был предоставлен кредит в размере 205 411 руб. (том 2 л.д. 85-89).

Из выписки по счету следует, что 18.08.2022 г. на банковский счет ФИО3 были зачислены денежные средства в размере 205 411 руб., из которых 19 411 руб. были списаны в счет оплаты страховой премии, 5900 руб. в счет оплаты страхового полиса.

В этот же день ФИО3 сняты денежные средства в размере 160 100 руб. и зачислены на счет кредитной карты, с которого производилась оплата стоимости лестницы, 22.08.2022 г. денежные средства в размере 21 000 руб. перечислены на банковский счет ФИО7 в счет погашения задолженности по договору займа от 25.03.2022 г. (том 1 л.д.169, том 2 л.д. 73).

Таким образом, вывод суда о том, что денежные средства, полученные по кредитному договору № от ДД.ММ.ГГГГ, заключенному между Банком ВТБ (ПАО) и ФИО3 были потрачены на нужды семьи, подтверждается вышеприведенными доказательствами.

Более того, в представленной в материалы дела переписке ФИО1 подтверждает использование кредитных средств для оплаты стоимости лестницы (том 2 л.д. 96).

Учитывая изложенное, суд правомерно удовлетворил исковые требования ФИО3 о признании общим долгом обязательства, возникшего из кредитного договора № от ДД.ММ.ГГГГ, заключенного с Банком ВТБ (ПАО) и взыскании с ФИО1 в ее пользу компенсации в счет выплаченных за период с 01.03.2024 г. по 28.10.2024 г. денежных средств в размере 32 039,72 руб.

Также судом установлено, что ДД.ММ.ГГГГ между ФИО3 и ПАО Банк «ФК «Открытие» был заключен кредитный договор на сумму 382 720 руб. для приобретения автомобиля «Хонда FIТ» (том 1 л.д. 92-96).

30.06.2023 г. между ООО «Авто-Кар» и ФИО3 был заключен договор купли-продажи автомобиля «Хонда FIТ», 2009 года выпуска (том 1 л.д. 97-100).

В настоящее время автомобиль находится в фактическом пользовании ФИО3, его стоимость ФИО1 оценил в размере 690 000 руб., ФИО3 с указанной стоимостью согласилась.

Поскольку данный автомобиль был приобретен в период брака за счет совместных денежных средств и денежных средств, полученных ФИО3 по кредитному договору, заключенному с ПАО Банк «ФК «Открытие», что сторонами не оспаривалось, суд обоснованно признал данный автомобиль совместным имуществом супругов, обязательства, возникшие из указанного выше кредитного договора, совместными обязательствами супругов, доли в обязательстве равными.

Разрешая требования о разделе автомобиля, суд транспортное средство оставил в собственности ФИО3, взыскав с нее в пользу ФИО1 компенсацию в размере половины стоимости автомобиля, то есть в размере 345 000 руб. (690 000 : 2 = 345 000).

В данной части решение суда не оспаривается.

Разрешая исковые требования ФИО1 в части признания единоличным долгом ФИО3 долговых обязательств перед его сестрой ФИО2 на сумму 2 827 000 руб., суд установил следующее.

В материалы дела ФИО1 представлена расписка от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которой ФИО1 занимает у ФИО2 денежные средства в размере 3 000 000 руб. на семейные нужды, обязуется их вернуть с продажи квартиры в <адрес>, но не позднее 31.12.2024 г., а ФИО2 обязуется передать сумму займа любым способом (наличными, на счет ФИО1, ФИО3) в срок до 01.06.2023 г. (том 2 л.д. 158).

В подтверждение факта передачи денежных средств по данному договору ФИО1 и ФИО2 ссылались на выписку по счету, открытому на имя ФИО3 в Банке ВТБ (ПАО), из которой следует, что на данный банковский счет от ФИО2 поступили денежные средства 25.11.2022 г. в размере 100 000 руб., 03.01.2023 г. в размере 262 000 руб., 31.01.2023 г. в размере 600 000 руб., 09.02.2023 г. в размере 400 000 руб., 24.05.2023 г. в размере 1 000 000 руб., 10.06.2023 г. в размере 450 000 руб., 04.07.2023 г. в размере 15 000 руб., всего 2 827 000 руб. (том 2 л.д. 71-75).

ФИО3 предоставление указанных денежных средств в долг отрицала, пояснив, что денежные средства переводились для оплаты строительства жилого дома для дочери ФИО2, строительством которого занимался ФИО1

Исходя из вышеприведенных положений закона, признание долга личным долгом супруга возможно только при доказанности того факта, что заемное обязательство, возникло не для удовлетворения семейных нужд, обязательство, имущественное предоставление по которому не было потрачено в интересах семьи.

Оценив приведенные сторонами доводы и представленные в материалы дела доказательства, суд первой инстанции пришел к выводу о том, что не имеется оснований для признания данного долга личным долгом ФИО3 по требованиям ФИО1, который, оформив расписку о получении долга у сестры, фактически требовал перевода данного долга на ФИО3

Руководствуясь положениями ст. 391 ГК РФ, согласно которым перевод должником долга на другое лицо допускается только по соглашению между первоначальным должником и новым должником, а также с обязательного согласия кредитора и при отсутствии такого согласия является ничтожным, учитывая, что согласие ФИО2 на перевод долга, а также соглашение между ФИО1 и ФИО3 о переводе долга, отсутствовало, суд первой инстанции правомерно отказал в удовлетворении и данных требований ФИО1

При этом следует отметить, что ФИО2 каких-либо требований относительно указанных денежных средств не заявляла. Из апелляционной жалобы ФИО2 и дополнений к ней следует, что она намерена отдельно заявлять требования о возврате перечисленных ФИО3 средств.

При таких обстоятельствах, суд правомерно не усмотрел оснований для удовлетворения исковых требований ФИО1 о признании долга перед ФИО2 личным долгом ФИО3

Доводы апелляционных жалоб по существу направлены на переоценку выводов суда о фактических обстоятельствах, имеющих значение для правильного рассмотрения спора, оценку представленных доказательств и не содержат каких-либо обстоятельств, которые опровергали бы выводы судебного решения, в связи, с чем не могут быть признаны состоятельными.

Суд с достаточной полнотой исследовал все обстоятельства дела и в соответствии с положениями ст. 67 ГПК РФ дал надлежащую оценку представленным доказательствам, выводы суда не противоречат материалам дела, юридически значимые обстоятельства по делу судом установлены правильно, нормы материального права судом применены верно, оснований не согласиться с оценкой представленных доказательств, произведенной судом первой инстанции, судебная коллегия не усматривает, в связи с чем предусмотренных ст. 330 ГПК РФ оснований для отмены решения у суда апелляционной инстанции не имеется.

Нарушений норм процессуального закона коллегией не установлено.

Судебные расходы распределены судом с учетом положений ст.ст. 88,94,98 ГПК РФ.

При таких обстоятельствах, решение суда является законным и обоснованным, оснований к его отмене по доводам апелляционных жалоб не усматривается.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 328,329 ГПК РФ, судебная коллегия

О П Р Е Д Е Л И Л А:

решение Гурьевского районного суда Калининградской области от 17 апреля 2025 года оставить без изменения, апелляционные жалобы – без удовлетворения.

Мотивированное апелляционное определение изготовлено 08 декабря 2025 г.

Председательствующий:

Судьи: