Апелляционное постановление № 22-607/2021 от 17 мая 2021 г. по делу № 1-6/2021

Председательствующий: Заблоцкая М.П.

Дело 22-607/2021


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Абакан 18 мая 2021 года

Верховный Суд Республики Хакасия в составе

председательствующего судьи Будника Д.Д.,

при секретаре Смокотниной Т.В.,

с участием:

адвоката Пружинина Э.Э.,

потерпевшей ФИО1,

представителя потерпевшей адвоката Величко Е.В.,

прокурора Анищук О.В.,

рассмотрел в открытом судебном заседании 18 мая 2021 года, материалы уголовного дела по апелляционной жалобе (основной и дополнительной) защитников-адвокатов Киреевой И.Н., Пружинина Э.Э., действующих в интересах осужденного ФИО3 на приговор Усть-Абаканского районного суда Республики Хакасия от 28 января 2021 года, которым

ФИО3, <данные изъяты>, несудимый,

осужден по ч. 5 ст. 264 УК РФ к наказанию в виде лишения свободы сроком на 3 года с отбыванием наказания в колонии-поселении с лишением права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами сроком на 2 года 6 месяцев.

Постановлено срок наказания исчислять с момента прибытия ФИО3 для отбывания наказания в колонию–поселение. Время следования осужденного к месту отбывания наказания в соответствии с предписанием УФСИН России по РХ постановлено засчитать в срок лишения свободы из расчета 1 день за 1 день отбывания наказания.

Срок наказания в виде лишения права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами, постановлено исчислять с момента отбытия основного наказания.

Приговором суда с ФИО3 постановлено взыскать:

- в пользу в пользу ФИО2 в счет возмещения морального вреда 600 000 рублей;

- в пользу ФИО1 в счет возмещения морального вреда 500 000 рублей;

- в пользу ФИО2 в счет возмещения расходов на погребение 70 020 рублей;

- в пользу ФИО1 в счет возмещения расходов на погребение 121 980 рублей.

Также приговором решен вопрос по вещественным доказательствам и процессуальным издержкам потерпевшей ФИО1

Заслушав доклад председательствующего по обстоятельствам дела и доводам апелляционной жалобы (основной и дополнительной) защитников-адвокатов Киреевой И.Н., Пружинина Э.Э. действующих в интересах ФИО3, мнение адвоката Пружинина Э.Э. поддержавшего доводы апелляционной жалобы, просившего приговор отменить, ФИО3 оправдать, пояснения потерпевшей ФИО1 и ее представителя адвоката Величко Е.В., просивших приговор суда оставить без изменения, выступление прокурора Анищук О.В., возражавшей по доводам апелляционной жалобы (основной и дополнительной), суд

УСТАНОВИЛ:

ФИО3 совершил преступление, предусмотренное ч. 5 ст. 264 УК РФ, нарушение лицом, управляющим автомобилем, правил дорожного движения, повлекшее по неосторожности смерть двух лиц.

Преступление совершено на территории <адрес>, при изложенных в приговоре обстоятельствах. Приговор постановлен в общем порядке.

В апелляционной жалобе адвокат Киреева И.Н., действующая в интересах осужденного ФИО3 выражает несогласие с приговором, считает его незаконным, необоснованным, а выводы суда не соответствующими фактическим обстоятельствам дела.

Обращает внимание, что на стр. 17 приговора имеется ссылка на судебную автотехническую экспертизу от 07 апреля 2020 года № 4/155, однако выводы данной экспертизы отражены в приговоре не полно, а именно отражены лишь промежуточные параметры удаления, которые не несут никакой смысловой нагрузки на главный вопрос: с учетом рассчитанного удаления располагал ли водитель мотоцикла <данные изъяты> технической возможностью предотвратить столкновение с автомобилем <данные изъяты>, двигаясь с разрешенной скоростью (90 км/час) путем применения торможения и не меняя полосу движения.

Со ссылкой на п. 6 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 09 декабря 2008 года № 25 апеллянт утверждает, что если у водителя имелась техническая возможность избежать дорожно-транспортного происшествия и между его действиями и наступившими последствиями установлена причинная связь, то виновным в дорожно-транспортном происшествии признают именно его, даже если он ехал по главной дороге. Полагает, что исходя из заключения эксперта, такая возможность у водителя мотоцикла имелась.

Также, автор жалобы обращает внимание на судебную автотехническую экспертизу от 05 мая 2020 года № 4/154, отраженную на 17 странице приговора не в полном объеме. Указывает, что данная экспертиза проводилась по ходатайству стороны защиты для установления взаиморасположения транспортных средств в момент столкновения. Ее целью было - уточнить их расположение на дороге, с учетом оставшихся на месте происшествия признаков, а также направление движения одного транспортного средства по отношению к другому непосредственно перед столкновением. Согласно данной экспертизе, апеллянт делает выводы, что автомобиль под управлением ФИО3 уже «встал» на свою полосу, а мотоциклист переместился из левой полосы в правую и совершил наезд на автомобиль.

Указывает, что в приговоре также не полно отражены показания свидетеля ФИО63 на странице 16-17 приговора, в частности, отсутствуют вопросы стороны защиты, которые, по мнению апеллянта, являются свидетельством невиновности ФИО3

Также, апеллянт делает выводы, что мотоциклисту по Правилам дорожного движения нужно было снижать скорость и тормозить, однако согласно протоколу осмотра места происшествия от 24 апреля 2019 года (т. 1 л.д. 6-20) у мотоцикла отсутствует тормозной след, что также подтверждается и автотехническими экспертизами и показаниями свидетеля ФИО62, что говорит о том, что водитель мотоцикла не принял меры к снижению скорости и нарушил п. 10.1 ПДД РФ.

Считает, что суд допустил явное неравенство и необъективность в оценке сходных фактических обстоятельств, поскольку не принял в качестве достоверных показаний показания свидетеля ФИО5, гражданской супруги подсудимого, которая пояснила, что после поворота они двигались по крайней правой полосе около 20 метров, пока не почувствовали сильный удар в заднюю часть автомобиля справа.

Со ссылкой на постановление Европейского Суда по делу «Булут против Австрии» от 22 февраля 1996 года автор жалобы полагает, что в судебном заседании председательствующий занял позицию обвинения и препятствовал стороне защиты представлять и исследовать доказательства, отклонял ходатайства стороны защиты; председательствующий нарушил принцип объективности, принцип состязательности сторон, принцип равенства сторон, не предоставив возможность реализовать свое право на предоставление доказательств. В частности, суд не принял в качестве достоверной представленную стороной защиты схему ДТП, изготовленную свидетелем защиты ФИО6 (стр. 14 приговора), а также не обосновал в приговоре, почему представленная стороной защиты схема является недостоверной.

Также, апеллянт выражает несогласие с выводами суда о том, что доводы защиты об износе шин мотоцикла, уклонах, имеющихся на дорожном покрытии, не являются существенными и не влияют на законность принимаемого судом решения. Полагает, что ФИО7 нарушил требования п. 5.1. Перечня неисправностей и условий, при которых запрещается эксплуатация транспортных средств; п. 11 Основных положений по допуску транспортных средств к эксплуатации, запрещающих эксплуатацию мотоцикла при таком техническом состоянии шин и, как следствие, п. 2.3.1 Правил дорожного движения РФ, обязывающего водителя перед выездом проверить и в пути обеспечить состояние транспортного средства в соответствии с вышеуказанными Основными положениями.

Считает, что выводы суда о том, что вина ФИО3 подтверждается показаниями самого подсудимого, показаниями потерпевшей, свидетелей, протоколами следственных действий, иными документами являются необоснованными, поскольку суд не пояснил, каким образом упомянутые выше материалы доказывают вину подсудимого, и какое отношение они имеют к делу.

Приговор просит отменить и вынести оправдательный приговор в отношении ФИО3

В дополнениях к апелляционной жалобе адвокат Пружинин Э.Э., действующий в интересах осужденного ФИО3 выражает несогласие с приговором, считает его незаконным, необоснованным, несправедливым.

Обращает внимание, что в приговоре указано, что нарушение ФИО3 требований п.п. 1.3, 1.5, 10.1, 8.1, 13.9 ПДД, дорожного знака «2.4» и дорожной разметки «1.1» состоит в прямой причинной связи с ДТП и наступившими последствиями.

Однако суд не дал оценки показаниям свидетеля ФИО62, согласно которым, «До того, как выехать на федеральную трассу, автомобиль пропустил автомобиль, двигавшийся со стороны <данные изъяты>. Таким образом, водитель ФИО3 выполнил требования п. 2.4 ПДД, который необоснованно вменен ФИО3 судом.

Автор жалобы выражает несогласие с выводами суда о том, что суд принял во внимание выводы судебной автотехнической экспертизы № 4/394 от 30 августа 2019 года, а также дополнительной судебной автотехнической экспертизы № 4/155 от 07 апреля 2020 года, согласно которым при заданных исходных данных и принятых допущениях ориентировочная скорость движения мотоцикла в момент столкновения с автомобилем могла находиться в диапазоне 189-218 км/ч, однако посчитал, что указанное обстоятельство не свидетельствует о невиновности ФИО3 в инкриминируемом преступлении, при описанных судом обстоятельствах. Считает, что изложенное, противоречит имеющимся материалам дела, поскольку в соответствии с вышеназванными заключениями указанных экспертиз установлено, что водитель мотоцикла при движении с разрешенной скоростью 90 км/час, располагал технической возможностью предотвратить столкновение с автомобилем «путем применения экстренного торможения. Полагает, что именно водитель мотоцикла, двигаясь с опасной огромной скоростью, значительно нарушил установленной на данном участке местности скоростной режим - 90 км/ч, чем нарушил п. 10.1 ПДД, который находится в прямой причинно-следственной связи с наступившими последствиями, поскольку избранный им скоростной режим не позволял ему контролировать дорожную ситуацию.

Со ссылкой на п. 6 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 09 декабря 2008 № 25 автор жалобы полагает, что вина в ДТП именно водителя мотоцикла, в связи с нарушением им скоростного режима, а исходя из положений п. 5 указанного постановления суд не может вдаваться в оценку виновности в инкриминируемом преступлении водителя мотоцикла, так как в соответствии со ст. 252 УПК РФ судебное разбирательство проводится только в отношении обвиняемого и лишь по предъявленному обвинению.

Апеллянт полагает, что установив в судебном заседании вину и водителя мотоцикла, суду следовало в данном случае возвратить уголовное дело прокурору в порядке ст. 237 УПК РФ.

Просит приговор суда отменить, ФИО3– оправдать.

В возражения на апелляционную жалобу адвоката Киреевой И.Н. государственный обвинитель – старший помощник прокурора Усть-Абаканского района Потапова Ю.Г. считает приговор суда законным, справедливым, обоснованным, а доводы, изложенные в апелляционной жалобе несостоятельными.

Утверждает, что при постановлении приговора и назначении наказания подсудимому ФИО3 судом дана оценка всем исследованным доказательствам, в том числе проведённым по уголовному делу экспертизам, показаниям свидетелей. Определяя вид и размер наказания, суд учел смягчающие наказание обстоятельства и мотивировал решение о необходимости назначения ФИО3 наказания в виде лишения свободы с отбыванием колонии-поселении.

Просит приговор суда в отношении ФИО3 оставить без изменения, апелляционную жалобу адвоката Киреевой И.Н. - без удовлетворения.

Проверив материалы уголовного дела, обсудив доводы, изложенные в апелляционной жалобе (основной и дополнительной), возражения прокурора, выслушав участников судебного заседания, суд апелляционной инстанции приходит к следующим выводам.

Тщательно исследовав представленные сторонами доказательства, суд первой инстанции пришел к правильному выводу о том, что вина ФИО3 в совершении инкриминированного деяния доказана полностью и установлена приговором суда на основе достоверных доказательств, полученных при предварительном расследовании с соблюдением уголовно-процессуального закона, исследованных в ходе судебного разбирательства и получивших оценку суда в приговоре с учетом требований ст. 87, 17, 88 УПК РФ, с точки зрения их относимости, допустимости, достоверности, а также достаточности для правильного рассмотрения уголовного дела.

Подсудимый ФИО3 в судебном заседании вину не признал, пояснил, что он совершил только административное правонарушение, а именно нарушил требование дорожной горизонтальной разметки «1.1», совершив ее пересечение.

Виновность ФИО3 установлена и подтверждается приведенными в приговоре показаниями:

- свидетеля ФИО5, которая пояснила суду, что 24 апреля 2020 года до обеда, точного времени не помнит, она вместе с ФИО3 ехали из <адрес> на своём автомобиле <данные изъяты>. Руль в автомобиле расположен с правой стороны, управлял автомобилем ФИО3, она сидела рядом на переднем пассажирском сиденье. Доехали до перекрестка с федеральной трассой <данные изъяты>. Остановились перед перекрестком, она посмотрела по сторонам, чтобы убедиться в отсутствии автомобилей и возможности проехать перекресток, и сказала ФИО3, что на дороге никого нет, после чего ФИО3 снова посмотрел по сторонам и начал движение. На середине дороги не останавливались, продолжили движение. После того, как выехали на трассу, примерно через 20 метров услышали сильный грохот, машину закрутило, а когда она остановилась и они вышли из машины, то не могли понять, что произошло. Подойдя ближе, на обочине увидели, что горит мотоцикл. Кто передвигался на данном мотоцикле, она не знает.

Из оглашенных в судебном заседании в порядке ч. 3 ст. 281 УПК РФ показаний свидетеля ФИО5 следует, что остановившись на перекрестке, они оба посмотрели и убедились, что на дороге никого нет, после этого ФИО3 продолжил движение, совершая маневр – поворот налево.

- свидетеля ФИО62, который пояснил, что весной 2019 года он ехал на автомобиле в сторону <адрес> со стороны <адрес> со скоростью около 60 км/час. Погода была хорошая, ясная, дорога чистая. Когда пошел на спуск с горы перед <адрес> его обогнал мотоцикл в районе информирующей шторки со скоростью 100-120 км/час. На мотоцикле были двое, водитель и пассажир, одетые в специальную экипировку и в шлемах. Когда мотоцикл стал приближаться к повороту со второстепенной дорогой, ведущей в сторону <адрес>, то со второстепенной дороги на главную дорогу резко выехал автомобиль и повернул налево в сторону <адрес>. До того, как выехать на федеральную трассу, автомобиль пропустил автомобиль, двигавшийся со стороны <адрес>. Автомобиль выехал сначала в левую полосу, потом резко стал перестраиваться в крайнюю правую полосу. Водитель мотоцикла от столкновения уйти не смог и столкнулся с задней частью автомобиля. Стоп сигналов у автомобиля он не видел, т.к. был от него на большом расстоянии. От удара автомобиль отбросило на встречную полосу, мотоцикл лежал ближе к обочине. Мотоцикл и водитель горели. Он остановился, оттащил водителя мотоцикла на обочину и стал его тушить из огнетушителя. Мимо проезжавшие машины стали останавливаться. В одном из них была женщина, которая сказала, что она имеет медицинское образование. Она проверила пульс у мужчины, он был мертв. Девушка с мотоцикла лежала на обочине дороги. Когда затушил, поехал дальше и по дороге ему встретились сотрудники пожарной службы. На месте ДТП он был около 10 минут.

Из оглашенных в порядке ч. 3 ст. 281 УПК РФ показаний свидетеля ФИО62 на предварительном следствии, подтвержденных последним в судебном заседании, следует, что 24 апреля 2019 года утром около 10 часов 30 минут он выехал на автомобиле <данные изъяты>, государственный регистрационный знак <данные изъяты>, из г<адрес> и поехал в <адрес>, его маршрут проходил по федеральной автодороге по направлению в г<адрес> Его автомобиль двигался со скоростью около 70 километров в час. В районе 384 километра федеральной автодороги он двигался по правой полосе движения, его обогнал мотоциклист с пассажиром, на мотоцикле темного цвета. После того как мотоциклист его обогнал он всегда был у него в зоне видимости, так как дорога там идет под наклоном с горы, видимость там хорошая. Проехав имеющийся на дороге мост через ручей, огороженный бетонными ограждениями, он обратил внимание, что на перекрестке направлением «<адрес> стоит автомобиль иномарка серебристого цвета, водитель которой как он понял, уступал дорогу транспортным средствам движущимся по главной дороге федеральной дороге в сторону <адрес>, для того чтобы выехать и продолжить движение в сторону <адрес>. Пропустив встречные для него автомобили, водитель серебристой иномарки начал свое движение, то есть стал пересекать полосы движения федеральной автодороги, он пересек две встречные полосы для него и выехал в правую крайнюю полосу. До этого мотоцикл уже перестроился в крайнюю правую полосу и двигался примерно со скоростью 120 километров в час. Водитель мотоцикла столкнулся с автомобилем серебристого цвета следующим образом: мотоциклист врезался в заднюю правую часть автомобиля, от удара автомобиль развернуло и выбросило на встречную полосу движения, мотоцикл улетел на правую обочину, пассажир мотоцикла перелетела через автомобиль, в который они врезались, и так же улетел на правую обочину, водитель мотоцикла остался на мотоцикле, от удара мотоцикл загорелся, у водителя мотоцикла загорелась обувь, после чего он вытащил водителя мотоцикла с мотоцикла и он лежал на проезжей части, но так как поток транспорта продолжался, он побоялся, что его не заметят, и утащил водителя мотоцикла на обочину. Затем он взял огнетушитель и стал тушить обувь мотоциклиста. ДТП произошло 24 апреля 2019 года около 11 часов 11 минут, так как он до этого смотрел на часы (т. 1 л.д. 89-91, т. 2 л.д. 96-97).

Свои показания свидетель ФИО62 подтвердил в ходе очной ставки со свидетелем ФИО5 (т. 3 л.д. 100-103), и в ходе проверки показаний на месте (т. 2 л.д. 98-102).

- свидетеля ФИО8, который в судебном заседании пояснил, что он ехал с женой ФИО9 из <адрес> скоростью около 110 км/час. На горе перед <адрес> их обогнал мотоцикл, который двигался примерно со скоростью около 140 км./час. При подъезде к повороту в сторону <адрес> они увидели на дороге дальше поворота по пути движения из <адрес> в сторону <адрес>, автомобиль, у которого задняя часть имела повреждение в виде вмятины, неподалеку от данного автомобиля на краю асфальта ближе к обочине лежал мотоцикл, который до этого их обогнал. Мотоцикл горел, водитель находился на земле и у него горели ноги. Водитель, остановившегося на месте ДТП грузового автомобиля тушил из огнетушителя водителя мотоцикла, и потом сам мотоцикл. Поскольку ФИО9 по образованию медик, она подошла к мужчине и сказала, что он уже мертв. Неподалеку лежала женщина, которая была пассажиром мотоцикла. Она была жива. Водитель и пассажир мотоцикла были в шлемах. С водителем автомобиля он не разговаривал, видел только, что у женщины - пассажира автомобиля на лице была кровь.

Из оглашенных в порядке ч. 3 ст. 281 УПК РФ показаний свидетеля ФИО8 на предварительном следствии, подтвержденных последним в судебном заседании, следует, что 24 апреля 2019 года около 11 часов он и его супруга на собственном автомобиле <данные изъяты> государственный регистрационный знак <данные изъяты>, ехали из <адрес> по федеральной автодороге со скоростью около 100 км/ч., проехали под рамкой «Платон», во время их движения их обогнал мотоциклист с пассажиром по направлению в <адрес>. Ему показалось, что мотоциклист обогнал их со скоростью около 150 км/ч. Он двигался по правой полосе движения в сторону <адрес>, мотоциклист обогнал его по левой полосе, после чего сразу исчез из виду. Подъезжая к перекрестку <адрес> он увидел, что с мотоциклистом, который его обогнал, произошло ДТП. Водитель мотоцикла лежал на асфальте на левой полосе движения, был одет в экипированную одежду, и у него горела обувь. Мотоцикл был на правой обочине по ходу движения в <адрес>. На встречной полосе движения поперек дороги стоял автомобиль серебристого цвета, у которого была повреждена правая задняя часть, то есть кузов автомобиля был сильно деформирован, а именно вмят в салон (т.1л.д.92-94).

- свидетеля ФИО9, которая пояснила, что она ехала с мужем ФИО8 из <адрес>. Точную дату не помнит. При подъезде к повороту на <адрес> они увидели недалеко от поворота грузовой автомобиль и легковой автомобиль, который стоял на проезжей части. В автомобиле имелась вмятина в задней части справа ближе к краю. Также неподалеку от легкового автомобиля лежал мотоцикл, который горел. Они с мужем остановились и подошли посмотреть и оказать помощь, т.к. она имеет медицинское образование. Водитель грузового автомобиля тушил водителя мотоцикла, после чего оттащил его на обочину. Водитель мотоцикла был мертв. Она увидела на обочине женщину и когда подошла к ней, хотела ее перевернуть и посмотреть чем может помочь. Пульса у данной женщины не было.

Из оглашенных в порядке ч. 3 ст. 281 УПК РФ показаний свидетеля ФИО9 на предварительном следствии, подтвержденных последней в судебном заседании, следует, что 24 апреля 2019 года около 11 часов она с мужем ФИО8 возвращалась с в с<адрес> на автомобиле <данные изъяты> государственный регистрационный знак <данные изъяты>, за рулем был муж, двигались они по федеральной автодороге. Подъезжая к повороту на автодорогу <адрес>, они с ФИО8 увидели, что произошло ДТП. Мужчина вытаскивал водителя мотоцикла из-за руля. Они с ФИО8 остановились на обочине, так как она медик по образованию, то она хотела оказать пострадавшему помощь. Находясь на месте ДТП, она видела, что водитель мотоцикла лежит на асфальте, ему расстегнули шлем, но пульс у него она не прощупала. Пассажир мотоцикла лежал на обочине, по украшениям, а именно сережкам на ушах она поняла, что это женщина, пульс у нее не прощупывался, но ей казалось, что она жива. Мотоцикл лежал на правой обочине и горел. На встречной полосе движения поперек стоял автомобиль серого цвета иномарка, как она поняла, водителем данного автомобиля был пожилой мужчина. Она слышала, что водитель автомобиля, участник ДТП говорил, что он уже повернул на федеральную дорогу, и произошло столкновение после этого, как он пояснил, мотоцикл он не видел (т.1л.д.96-98).

- оглашенными в порядке ч. 1 ст. 281 УПК РФ свидетеля ФИО10, из которых следует, что он работает в должности старшего техника в <данные изъяты>, имеет сертификат <данные изъяты> выданный 22 декабря 2010 года. При осмотре предоставленного ему спидометра на панели приборов мотоцикла <данные изъяты> государственный регистрационный знак <данные изъяты>, после ДТП, может пояснить следующее: данный спидометр электронного типа и механическая связь с колесами отсутствует, в связи с чем показатели спидометра считываются с датчиков и путем подачи электрических импульсов показания выводятся на спидометр. Имеющиеся показания на спидометре на техническом осмотре находились на максимально возможной шкале, что не соответствует характеристикам двигателя данной модели мотоцикла. Вероятнее всего максимальные показания спидометра и тахометра панели приборов появились из-за удара во время ДТП. На момент осмотра панель приборов с показаниями спидометра и тахометра находятся в нерабочем состоянии (т. 1 л.д. 104-106).

- оглашенными в порядке ч. 1 ст. 281 УПК РФ показаниями свидетеля ФИО11, из которых следует, что он работает в должности механика в центре <данные изъяты>. Поясняет, что свет фар у мотоцикла «<данные изъяты>, 2005 г.в., включается автоматически, при повороте ключа в замке зажигания, то есть при включении двигателя (т. 3 л.д. 75-78).

Также в приговоре суд привел показания потерпевшей ФИО1, оглашенные в порядке ч. 1 ст. 281 УПК РФ показания потерпевшей ФИО2 (т. 1 л.д. 69-70), свидетелей ФИО12, ФИО13

Судом первой инстанции, были оценены показания вышеуказанных потерпевших, свидетелей, в совокупности с иными представленными сторонами доказательствами, вследствие чего суд первой инстанции обоснованно пришел к выводу об отсутствии оснований сомневаться в правдивости и достоверности известных и наблюдаемых ими событий. Показания указанных свидетелей, потерпевших последовательны, согласуются как между собою, так и с другими доказательствами, исследованными судом, получены с соблюдением требований уголовно-процессуального закона, достоверность, сведений, отраженных в протоколах удостоверена подписями. Противоречий, существенных для доказывания, оснований для оговора подсудимого, и причин их личной заинтересованности в исходе дела, не установлено, вследствие чего оснований относиться к показаниям указанных свидетелей критически, а также признания этих показаний недопустимыми или недостоверными доказательствами у суда апелляционной инстанции не имеется.

Кроме того, все вышеприведенные показания объективно подтверждаются письменными доказательствами, к которым суд отнес:

- протокол осмотра места происшествия от 24 апреля 2019 года (т.1л.д. 6-20);

- протокол дополнительного осмотра места происшествия от 12 марта 2020 года (т.2 л.д. 130-134);

- протокол дополнительного осмотра места происшествия от 15 июля 2020 года (т.3 л.д.87-97);

- протокол дополнительного осмотра места происшествия от 21 июля 2020 года (т.3 л.д.150-160);

- схему осмотра места происшествия, которой зафиксировано место столкновения автомобиля <данные изъяты> с мотоциклом <данные изъяты> (т.1 л.д. 10);

- протокол осмотра предметов от 15 мая 2019 года (т.1 л.д.114-120);

- протокол осмотра предметов от 01 июня 2019 года (т.1л.д.108-113), осмотренные предметы признаны в качестве вещественных доказательств (т. 1 л.д. 183-186);

- протокол следственного эксперимента с участием свидетеля ФИО62 от 05 сентября 2019 года (т. 2 л.д.103-111);

- протокол следственного эксперимента от 19 марта 2020 года (т.2 л.д.135-141);

- заключение судебной автотехнической экспертизы № 4/394 от 30 августа 2019 года (т.2 л.д.77-78);

- заключение дополнительной судебной автотехнической экспертизы № 4/155 от 07 апреля 2020 года (т.2 л.д.149-152);

- показания свидетеля ФИО63 заместителя начальника ЭКЦ МВД по РХ, данные в судебном заседании, по заключению эксперта № 4/394 от 30 августа 2019 года;

- заключение судебной автотехнической экспертизы (дополнительной) № 4/155 от 07 апреля 2020 года (т.2 л.д.149-152);

- заключение судебной автотехнической экспертизы № 4/154 от 05 мая 2020 года (т.2 л.д.163-168);

- заключение судебно-медицинской экспертизы трупа ФИО14 № 212 от 31 мая 2019 года (т.1л.д.152-162);

- заключение судебно-медицинской экспертизы трупа ФИО7 № 526 от 03 июня 2019 года (т.1 л.д.170-176).

Все экспертизы по уголовному делу назначены и проведены с соблюдением прав осужденного, в соответствии с предусмотренной законом процедурой, квалифицированными специалистами, выводы которых в заключениях мотивированы и научно-обоснованы, не содержат противоречий, изложены в ясных и понятных выражениях, согласуются и подтверждаются совокупностью других доказательств, свидетельствуют о виновности ФИО3 в совершенном деянии, при установленных судом обстоятельствах преступления.

Суд первой инстанции обоснованно сослался на вышеуказанные письменные доказательства, а также на другие процессуальные документы, свидетельствующие о виновности ФИО3 в совершении деяния, при установленных судом обстоятельствах, поскольку они получены с соблюдением уголовно-процессуального закона.

Допустимость приведенных в приговоре доказательств сомнений не вызывает, поскольку они получены с соблюдением требований закона и проверены в условиях судебного разбирательства.

Какие-либо не устраненные судом существенные противоречия в доказательствах, требующие их истолкования в силу ст. 14 УПК РФ в пользу ФИО3, которые могли повлиять на выводы суда о доказанности вины осужденного или на квалификацию его действий, вопреки доводам апелляционной жалобы (основной и дополнительной), по делу отсутствуют.

Невыясненных обстоятельств, которые могли бы существенно повлиять на выводы суда о виновности или невиновности осужденного из материалов дела не усматривается.

Оценив все исследованные доказательства в совокупности, суд первой инстанции правильно квалифицировал действия ФИО3 по ч. 5 ст. 264 УК РФ, - нарушение лицом, управляющим автомобилем правил дорожного движения, повлекшее по неосторожности смерть двух лиц. Оснований для постановления оправдательного приговора или направления уголовного дела прокурору в порядке ст. 237 УПК РФ, как об этом просят апеллянты, суд апелляционной инстанции не усматривает.

Суд апелляционной инстанции приходит к выводу о том, что данное уголовное дело органами предварительного расследования расследовано, а судом рассмотрено полно и объективно. Судебное разбирательство было произведено с соблюдением принципов уголовного судопроизводства, в том числе и принципов состязательности и равноправия сторон. Участникам судебного разбирательства были созданы необходимые условия для исполнения процессуальных обязанностей и осуществления предоставленных прав, стороны были равноправны перед судом. Заявленные ходатайства, в том числе ходатайства стороны защиты, разрешались судом с соблюдением норм УПК РФ. В связи с чем соответствующие доводы апеллянтов о том, что председательствующий занял позицию обвинения и препятствовал стороне защиты представлять и исследовать доказательства, отклонял ходатайства стороны защиты; председательствующий нарушил принцип объективности, принцип состязательности сторон, принцип равенства сторон суд апелляционной инстанции признает необоснованными. Выводы суда, изложенные в приговоре, соответствуют представленным сторонами и исследованным судом доказательствам, правильно оценены и надлежащим образом мотивированы.

Согласно п. 5 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 09 декабря 2008 года № 25 "О судебной практике по делам о преступлениях, связанных с нарушением правил дорожного движения и эксплуатации транспортных средств, а также с их неправомерным завладением без цели хищения" при исследовании причин создавшейся аварийной обстановки необходимо установить, какие пункты правил дорожного движения или эксплуатации транспортных средств нарушены и какие нарушения находятся в причинной связи с наступившими последствиями, предусмотренными статьей 264 УК РФ.

В тех случаях, когда нарушения правил дорожного движения были допущены двумя или более участниками дорожного движения, содеянное каждым из них влечет уголовную ответственность по статье 264 УК РФ, если их действия по управлению транспортным средством находились в причинной связи с наступившими последствиями, указанными в названной статье Уголовного кодекса Российской Федерации.

На этом основании судом первой инстанции обоснованно установлено, что подсудимый ФИО3, управляя автомобилем при совершении маневра левого поворота с въездом на федеральную автодорогу Р-257 «Енисей» проигнорировал дорожную горизонтальную разметку 1.1 ПДД РФ своими действиями создавая опасность для движения водителю мотоцикла <данные изъяты>, то есть своими действиями создал опасность для движения водителю ФИО7, в нарушение пунктов 1.3, 1.5, 8.1, 10.1, 13.9 Правил дорожного движения РФ и дорожного знака 2.4. При этом, действия осужденного по управлению транспортным средством, находятся в причинной связи с фактом рассматриваемого дорожно-транспортного происшествия, поскольку являются необходимым условием возникновения дорожно-транспортного происшествия - создание опасной обстановки, и с наступившими последствиями, указанными в ч. 5 ст. 264 УК РФ.

Также несостоятелен довод дополнительной апелляционной жалобы адвоката Пружинина Э.Э. о нарушении правил дорожного движения водителем ФИО7, поскольку в силу ч. 1 ст. 252 УПК РФ судебное разбирательство проводится только в отношении обвиняемого и лишь по предъявленному ему обвинению.

Указание адвоката Пружинина Э.Э. о несогласии с выводами суда по доводам стороны защиты об износе шин мотоцикла суд апелляционной инстанции признает несостоятельным, так как выводы суда сделаны на основании исследованных в судебном заседании доказательств, в том числе допросе свидетеля ФИО63

Доводы апелляционной жалобы (основной и дополнительной) адвокатов Киреевой И.Н. и Пружинина Э.Э. о невиновности ФИО3 в инкриминируемом преступлении с изложением собственных оценок доказательств по делу, представляющихся им правильной, и являющимися по сути их процессуальной позицией, - не подлежат удовлетворению, поскольку оценивая доказательства по делу в их совокупности, суд первой инстанции пришел к правильному выводу о виновности ФИО3 в совершении указанного преступления и дал правильную юридическую оценку его действиям.

Краткое изложение и оценка исследованных некоторых доказательств судом первой инстанции в приговоре, вопреки доводам апелляционной жалобы адвоката Киреевой И.Н. не противоречит требования УПК РФ и не подвергает сомнению виновность осужденного в совершении инкриминированного ему преступления.

Утверждение адвоката Киреевой И.Н. о том, что суд не принял в качестве достоверной представленную стороной защиты схему ДТП, изготовленную свидетелем защиты ФИО4, а также не обосновал в приговоре, почему представленная стороной защиты схема является недостоверной, судом апелляционной инстанции признаются несостоятельными, так как судом первой инстанции, представленному стороной защиты доказательству, дана полная и правильная оценка в приговоре, с которой суд апелляционной инстанции соглашается.

Ссылка адвоката Пружинина Э.Э. в дополнении к апелляционной жалобе на приговор Кировского районного суда г. Томска от 23 мая 2011 года и определение Томского областного суда от 28 июля 2011 года не относится к обстоятельствам рассматриваемого уголовного дела и не имеет преюдициального значения.

Доводы стороны защиты о том, что ФИО3 после завершения маневра уже «встал» на свою полосу, а мотоциклист переместился из левой полосы в правую и совершил наезд на автомобиль, противоречат совокупности доказательств, исследованных судом, кроме того, были известны суду первой инстанции и мотивированно опровергнуты в приговоре. Вопреки доводам дополнений к апелляционной жалобе адвоката Пружинина Э.Э., суд обоснованно установил нарушение водителем ФИО3 требований знака 2.4 Правил дорожного движения, так как действия указанного знака распространяются на весь перекресток, а не на одну полосу движения, где осужденный пропускал транспортное средство

При назначении наказания ФИО3, суд первой инстанции учел характер и степень общественной опасности преступления, личность подсудимого, его возраст, род занятий, состояние здоровья его и членов его семьи, влияние наказания на его исправление и на условия жизни его семьи.

ФИО3 впервые привлекается к уголовной ответственности (т. 1 л.д. 212), на учёте у нарколога и психиатра не состоит (т. 1 л.д. 213), по месту жительства участковым уполномоченным полиции характеризуется удовлетворительно (т. 2 л.д. 205), по месту жительства соседями характеризуется положительно.

Отягчающих наказание обстоятельств, предусмотренных ст. 63 УК РФ, в действиях подсудимого суд обоснованно не установил.

На основании ч. 2 ст. 61 УК РФ в качестве смягчающих наказание обстоятельств суд правильно признал возраст, состояние здоровья подсудимого и членов его семьи.

Довод адвоката Пружинина Э.Э. о необходимости признания в качестве смягчающего наказание обстоятельства противоправного поведения потерпевшего, так как он нарушил п. 10.1 Правил дорожного движения суд апелляционной инстанции считает несостоятельным, так как установленными судом первой инстанции обстоятельствами виновность потерпевшего ФИО7 в совершении дорожно-транспортного происшествия не обсуждалась.

Оснований для применения к подсудимому положений ч. 1 ст. 62 УК РФ судом первой инстанции обоснованно не установлено.

С учетом обстоятельств совершенного преступления, сопоставляя их с личностью ранее не судимого ФИО3, суд мотивировал в приговоре назначение наказания в виде реального лишения свободы с обязательным дополнительным наказанием в виде лишения права управления транспортными средствами на определенный срок и отсутствие оснований для применения ст. 64 УК РФ, ст.73 УК РФ и ч. 6 ст. 15 УК РФ.

Местом отбывания наказания в соответствии с п. «а» ч. 1 ст. 58 УК РФ правильно назначена ФИО3 колония-поселение.

Гражданские иски о взыскании с ФИО3 компенсации морального вреда в пользу ФИО2 в счет возмещения морального вреда 600 000 рублей и расходов на погребение, в пользу ФИО1 в счет возмещения морального вреда 500 000 рублей и расходов на разрешены в соответствии с требованиями закона, мотивы принятого решения приведены в приговоре. Размер компенсации морального вреда определен судом в соответствии со ст. 151, 1099-1101 ГК РФ, с учетом требований разумности и справедливости, возраста, трудоспособности и материального положения осужденного, его вины по отношению к совершенному преступлению, а также индивидуальных особенностей потерпевших и гражданских истцов. Получение компенсации по ОСАГО, на что обратил внимание адвокат Пружинин Э.Э. в заседании суда апелляционной инстанции, не влияет на правильность разрешения гражданских исков о компенсации морального вреда.

Иные доводы апелляционной жалобы (основной и дополнительной) и высказанные стороной защиты в заседании суда апелляционной инстанции не влияют на законность приговора суда.

На основании изложенного и руководствуясь ст. 389.13, 389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ, суд

ПОСТАНОВИЛ:

приговор Усть-Абаканского районного суда Республики Хакасия от 28 января 2021 года в отношении ФИО3 оставить без изменения, а доводы апелляционной жалобы (основной и дополнительной) - без удовлетворения.

Апелляционное постановление может быть обжаловано в судебную коллегию по уголовным делам Восьмого кассационного суда общей юрисдикции в порядке, предусмотренном гл. 47.1 УПК РФ, в течение 6 месяцев со дня его вынесения.

В случае подачи жалобы осужденный вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий: Д.Д. Будник

Справка: осужденный ФИО3 проживает по адресу: <адрес>