Апелляционное постановление № 22-2308/2015 22-2308/2019 от 28 августа 2019 г. по делу № 22-2308/2015

Судья Сейдешева А.У.
АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

уголовное

дело № 22-2308/2015
г.Астрахань
29 августа 2019г.
Суд апелляционной инстанции Астраханского областного суда в составе:

председательствующего судьи Фролова Ю.Ф.,

при ведении протокола секретарем Котовой Е.А.,

с участием государственного обвинителя Филипповой А.А.,

потерпевшей Н.Т.А.,

осужденного ФИО1,

адвоката Хожаинова А.А.,

рассмотрел в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционной жалобе Хожаинова А.А. в интересах осужденного ФИО1 на приговор Советского районного суда г.Астрахани от 11 июня 2019г., которым

ФИО1, ... года рождения, уроженец ..., ранее не судимый:

осужден по:

ч. 1 ст. 119 УК РФ к 300 часам обязательных работ,

ч. 1 ст. 232 УК РФ к 2 годам лишения свободы,

на основании ч. 2 ст. 69 УК РФ, по совокупности преступлений, путем поглощения менее строгого наказания более строгим, окончательно к 2 годам лишения свободы с отбыванием наказания в колонии-поселении.

Выслушав осужденного и адвоката, поддержавших доводы жалобы и дополнений к ней, мнение потерпевшей Н.Т.А. и государственного обвинителя Филипповой А.А., полагавших, что приговор является законным и обоснованным, суд апелляционной инстанции

У С Т А Н О В И Л:

Приговором суда ФИО1 признан виновным с угрозе убийством и систематическом предоставлении помещений для потребления наркотических средств.

Преступления совершены в г.Астрахани при изложенных в приговоре обстоятельствах.

В апелляционной жалобе и дополнении к ней адвокат Хожаинов А.А. в интересах осужденного ставит вопрос об изменении приговора, в части осуждения ФИО1 по ч. 1 ст. 119 УК РФ в связи с несправедливостью, и отмене приговора, в части осуждения его подзащитного по ч. 1 ст. 232 УК РФ, ввиду несоответствия выводов суда фактическим обстоятельствам, установленным по делу, и существенных нарушений уголовно-процессуального закона.

При этом ссылается на показания свидетеля Б.Р.Н., пояснившего, что в ходе предварительного следствия были выделены материалы доследственной проверки по фактам возможного сбыта наркотических средств неустановленным лицом свидетелям Ч.Ю.М., К.А.В., Д.М.Д.. В ходе проверки факты сбыта наркотических средств указанным лицам не подтвердились, это свидетельствует о том, что они не приобретали наркотические средства, а, следовательно, не могли принести их в жилище ФИО1 и употребить их. Суд данное обстоятельство не учел, хотя оно могло существенно повлиять на вывод о виновности ФИО1 в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 232 УК РФ.

Обращает внимание, что согласно приговору, ФИО1 предоставлял свое жилище для употребления наркотического средства – пирролидиновалерофенона, которое является международным названием наркотического средства N-метилэфедрон, однако, это средство не включено в Перечень, утвержденный Правительством Российской Федерации Постановлением от 30 июня 1998г. № 681, а вывод суда в приговоре ничем не обосновывается. Показания специалиста К.Р.Р. опровергают вывод суда о том, что пирролидиновалерофенон является международным названием наркотического средства N-метилэфедрон.

Ссылаясь на п. 6 Примечания к Постановлению Правительства РФ № 681, указывает, что если пирролидиновалерофенон по показаниям специалиста К.Р.Р. является производным от наркотического средства N-метилэфедрон, то эти вещества отличаются по структуре, и одно вещество не может быть международным названием другого, так как их химическая структура хоть и схожа, но не идентична. Специалист пояснил, что химическая структура N-метилэфедрона ему неизвестна, так как биохимией он не занимается, и о химической структуре могут делать выводы только лица, занимающиеся биохимией, к которым он не относится. Эти обстоятельства свидетельствуют об отсутствии у К.Р.Р. специальных знаний, позволяющих делать выводы о том, является ли пирролидиновалерофенон производным наркотического средства N-метилэфедрон, поскольку, согласно вышеуказанному п. 6, для установления производного наркотического вещества необходимо установить его химическую структуру, а также ее схожесть с веществом, включенным в Перечень, исходя из содержания одного или нескольких атомов водорода, галогенов и (или) гидроксильных группы в их химической стриктуре. Суд эти обстоятельства при разрешении дела не учел.

Считает, что сведения, полученные специалистом К.Р.Р. из интернет сайта «Википедия» не могут быть признаны достоверными. Каких-либо других доказательств, кроме показаний К.Р.Р., о том, что пирролидиновалерофенон является производным наркотического средства, суд в приговоре не привел.

Отмечает, что в основу обвинительного приговора суд положил показания неявившегося свидетеля К.А.В., которые были оглашены при отсутствии для этого законных оснований, предусмотренных ст. 281 УПК РФ. На досудебной стадии ФИО1 не была предоставлена возможность оспорить данное доказательство, поэтому показания К.А.В. не могли быть положены в основу приговора, поскольку добыты с нарушением уголовно-процессуального закона и норм признанного Россией международного законодательства.

Защитник считает, что по уголовному делу имелись основания для его возвращения прокурору в порядке ст. 237 УПК РФ. При составлении обвинительного акта дознавателем Д.А.А. в нарушение требований п. 1 ч. 1 ст. 225 УПК РФ не была указана дата его составления. Согласно справке, прилагаемой к обвинительному акту - в период с 15 ноября по 5 декабря 2018г. уголовное дело в отношении ФИО1 было приостановлено, в этот же период дознавателем и был составлен обвинительный акт, то есть в период, когда уголовное дело в ее производстве не находилось. Данные сведения Д.А.А. лично сообщала ФИО1 при возобновлении расследования, и об указанных обстоятельствах ФИО1 сообщил суду в ходе своего допроса, а также в ходатайстве о возвращении уголовного дела прокурору. Кроме того, при ознакомлении с материалами дела в порядке ст. 217 УПК РФ, в ходе которого ФИО1 был предъявлен обвинительный акт, он заявил ходатайство о его допросе по обстоятельствам предъявленного обвинения, в удовлетворении ходатайства ФИО1 было отказано, в нарушение положений п. 2 ч. 1 ст. 47, п. 3 ч. 3 ст. 47 УПК РФ. То есть после вынесения обвинительного акта ФИО1 был лишен права давать показания и возражать против предъявленного обвинения, что является существенным нарушением уголовно-процессуального закона и его права на защиту.

С учетом приведенных доводов, полагает, что приговор в части назначенного ФИО1 по ч. 1 ст. 119 УК РФ является излишне суровым, и размер наказания должен быть, по мнению защитника, снижен, в связи с наличием множества смягчающих обстоятельств. По ч. 1 ст. 232 УК РФ ФИО1 должен быть оправдан.

На апелляционную жалобу адвоката и дополнения к ней потерпевшей Н.Т.А. принесены возражения, в которых она указывает, что приговор является законным и справедливым и просит оставить его без изменения.

Выслушав осужденного ФИО1 и адвоката Хожаинова А.А., поддержавших доводы жалобы, мнение потерпевшей Н.Т.А. и прокурора Филипповой А.А., считавшей приговор суда законным, обоснованным и справедливым, суд апелляционной инстанции не находит оснований для отмены либо изменения приговора по доводам защитника.

В заседании суда первой инстанции ФИО1 вину в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 119 УК РФ признал полностью, по ч.1 ст.232 УК РФ не признал.

Несмотря на такую позицию осужденного по отношению к обвинению, предъявленному по ч. 1 ст. 232 УК РФ и вопреки доводам, изложенным в апелляционной жалобе и дополнениях к ней адвокатом Хожаиновым А.А., вывод суда первой инстанции о доказанности вины ФИО1 в систематическом предоставлении помещений для потребления наркотических средств соответствует установленным фактическим обстоятельствам и основан на совокупности исследованных по делу доказательств.

Данный вывод суда подтверждается следующими доказательствами: показаниями свидетелей Б.Р.Н., Ч.Ю.М., Д.М.Д., Ч.Т.А., специалиста К.Р.Р.; а также письменными доказательствами: актами медицинского освидетельствования на состояние опьянения (алкогольного, наркотического или иного токсического) Ч.Ю.М. от 13 июня 2018г., К.А.В. от 14 июня 2018г., Д.М.Д. от 17 июня 2018г.; актами оперативного наблюдения и проведения ОРМ «отождествление личности»; протоколом осмотра данных о детализации телефонных соединений между ФИО1 и Д.М.Д. - содержание которых подробно приведено в приговоре.

Как установлено судом и изложено в приговоре, действия ФИО1, связанные с систематическим предоставлением помещений для потребления наркотических средств, выразились в том, что он распространил неограниченному кругу людей сведения о возможности потребления наркотических средств в приспособленном им для этого жилище, в котором он проживает, а именно в ..., где создал необходимые условия для потребления лицами наркотических средств, выразившиеся в ограничении обзора и самовольного доступа в помещение посторонних лиц, поддерживал жилище в соответствующем состоянии, то есть лишающем возможности без его волеизъявления проникать в указанное помещение, и в период с 13 по 17 июня 2018г. предоставлял вышеуказанное жилище Ч.Ю.М., К.А.В. и Д.М.Д. для потребления наркотического средства пирролидиновалерофенон, являющегося международным названием наркотического средства - N-метилэфедрон.

Показания свидетелей Б.Р.Н., Ч.Ю.М., Д.М.Д. объективно оценены судом и обоснованно признаны достоверными и положены в основу обвинительного приговора, поскольку они подтверждаются совокупностью иных исследованных доказательств.

Тщательно исследовав вышеперечисленные доказательства, а также доказательства, касающиеся угрозы убийством в отношении Н.Т.А., суд первой инстанции верно установил фактические обстоятельства дела и обоснованно признал ФИО1 виновным в совершении преступлений, квалифицировав его действия по ч. 1 ст. 119 и ч. 1 ст. 232 УК РФ.

Суд апелляционной инстанции не может согласиться с доводами защитника о том, что в приговоре не приведено доказательств тем фактам, что 13, 14 и 17 июня 2018г. Ч.Ю.М., К.А.В. и Д.М.Д. употребляли в предоставленной ФИО1 квартире именно наркотическое средство.

Как видно из актов медицинского освидетельствования указанных лиц, состояние опьянения было установлено после проведения химико-токсикологического исследования путем использования метода ГХ/МС (газовой хроматографии-масс-спектрометрии), которая установила наличие у каждого пирролидиновалерофенона.

Специалист К.Р.Р. в судебном заседании пояснил, что данное вещество является наркотическим средством производным N-метилэфедрона.

Довод о том, что данный специалист не обладает необходимыми познаниями и не мог назвать формулу одного и другого вещества, является несостоятельным, поскольку факт употребления именно наркотического средства установлен в результате проведения химико-токсикологического исследования с применением специального оборудования.

Как верно указал суд, согласно Постановлению Правительства Российской Федерации от 30 июня 1998г. № 681, в Перечень наркотических средств включен не только N-метилэфедрон, но и все его производные.

Все положенные в основу обвинительного приговора и вывода о виновности ФИО1 доказательства, за исключением показаний свидетеля К.А.В., получены с соблюдением норм уголовно-процессуального закона, отвечают требованиям относимости, допустимости и достоверности.

Данных, свидетельствующих о нарушении процессуальных прав участников уголовного судопроизводства, в том числе права осуждённого ФИО1 на защиту, из материалов дела не усматривается.

Таким образом, нарушений уголовно-процессуального законодательства, влекущих отмену приговора, при проведении предварительного расследования и рассмотрении уголовного дела, в том числе тех, на которые указывается в апелляционной жалобе, не допущено.

Вместе с тем, суд апелляционной инстанции, соглашаясь с одним из доводов адвоката Хожаинова А.А., находит приговор подлежащим изменению в связи с допущенным нарушением уголовно-процессуального закона при оглашении показаний свидетеля К.А.В.

Как усматривается из протокола судебного заседания, показания свидетеля К.А.В., несмотря на возражения стороны защиты, были оглашены по ходатайству государственного обвинителя в связи с тем, что принятыми мерами обеспечить ее явку не представилось возможным и поступившими сведениями об отсутствии данного свидетеля по месту проживания.

В части 2 статьи 281 УПК РФ закреплены конкретные обстоятельства, позволяющие огласить показания неявившегося свидетеля.

Кроме того, согласно ч. 2.1 ст. 281 УПК РФ решение об оглашении показаний свидетеля и о воспроизведении видеозаписи или киносъемки следственных действий, производимых с его участием, может быть принято судом при условии предоставления обвиняемому (подсудимому) в предыдущих стадиях производства по делу возможности оспорить эти доказательства предусмотренными законом способами.

Поскольку ФИО1 в предыдущих стадиях производства по делу не была предоставлена такая возможность, то предусмотренных законом оснований для оглашения показаний свидетеля К.А.В. в судебном заседании не имелось, а поэтому они подлежат исключению из приговора.

Вместе с тем, исключение показаний данного свидетеля не свидетельствует о незаконности и необоснованности обвинительного приговора в целом, постановленного на достаточной совокупности иных исследованных в судебном заседании доказательствах, отвечающих требованиям закона.

Факт потребления К.А.В. наркотического средства в квартире подтверждается актами ОРМ «наблюдение», медицинского освидетельствования и постановлением по делу об административном правонарушении от 5 июля 2018г., согласно которому 14 июня 2018г. примерно в 19 часов К.А.В. потребила наркотическое средство без назначения врача в .... Факт потребления наркотического средства Ч.Ю.М. и Д.М.Д. в указанной квартире также установлен аналогичными судебными актами (том 1 л.д. 112-114).

Кроме того, суд апелляционной инстанции признает необходимым уточнить в вводной части приговора данные о личности ФИО1, касающиеся даты его рождения.

Наказание осуждённому назначено в соответствии с требованиями ст. 6, 43, 60 УК РФ, с учетом характера и степени общественной опасности преступлений, данных, характеризующих личность осужденного, установленных и признанных судом смягчающих обстоятельств и отсутствия отягчающих.

Выводы суда об отсутствии оснований для изменения категории преступления на менее тяжкую и исключительных обстоятельств, позволяющих применения при назначении наказания правила ст. 64 УК РФ, основаны на исследованных в судебном заседании материалах, требованиям закона не противоречат.

На основании изложенного, руководствуясь ст. 389.20, 389.28, 389.33 УПК Российской Федерации, суд апелляционной инстанции

П О С Т А Н О В И Л:

Приговор Советского районного суда г.Астрахани от 11 июня 2019г. в отношении ФИО1 изменить:

- уточнить во вводной части приговора дату рождения ФИО1 считать правильной - ....

- исключить из описательно-мотивировочной части приговора ссылку на показания свидетеля К.А.В. (том л.д. 105-109) как доказательство виновности ФИО1

В остальной части приговор оставить без изменения, апелляционную жалобу адвоката Хожаинова А.А. - без удовлетворения.

Апелляционное постановление вступает в законную силу с момента провозглашения и может быть обжаловано в кассационном порядке, установленном главой 47.1 УПК РФ.

Председательствующий: Ю.Ф. Фролов