Приговор № 1-137/2019 от 22 августа 2019 г. по делу № 1-137/2019

ПРИГОВОР

именем Российской Федерации

<адрес> 23 августа 2019 г.

Приволжский районный суд Астраханской области в составе:

председательствующего судьи Колчиной Н.А.,

с участием государственного обвинителя – старшего помощника прокурора Приволжского района Астраханской области Мамцева М.Н.,

подсудимого ФИО1,

защитника подсудимого ФИО1 - адвоката некоммерческой организации «Ставропольская краевая коллегия адвокатов» ФИО2,

потерпевшей К.Н.А.,

представителя потерпевшей К.Н.А. – адвоката Адвокатского кабинета «Морозова Люция Фаутовна» Морозовой Л.Ф.,

при ведении протокола секретарем Абдрахимовой А.М.,

рассмотрев в открытом судебном заседании в общем порядке судебного разбирательства материалы уголовного дела в отношении ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженца <адрес>, гражданина Российской Федерации, проживающего и зарегистрированного по адресу: <адрес>, военнообязанного, женатого, имеющего на иждивении несовершеннолетнего ребенка - С.И.Д., ДД.ММ.ГГГГ года рождения, со средним образованием, не работающего, не судимого,

обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч.3 ст. 264 УК Российской Федерации,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1, как лицо, управляющее автомобилем, нарушил правила дорожного движения, повлекшее по неосторожности смерть человека.

Так, ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ не позднее 21 часа 00 минут, управляя автомобилем <данные изъяты> с государственным регистрационным номером №, двигаясь на участке <адрес>, действуя по неосторожности в форме небрежности, не предвидя возможности наступления общественно опасных последствий своих действий, хотя при необходимой внимательности и предусмотрительности должен был и мог предвидеть эти последствия, и имея возможность их предотвращения при соблюдении Правил дорожного движения РФ, ФИО1 нарушил требования п. 2.3.1, п. 10.1 Правил дорожного движения Российской Федерации, утвержденных Постановлением Совета Министров – Правительства Российской Федерации от 23 октября 1993 г. № 1090, согласно которым:

- водитель транспортного средства обязан перед выездом проверить и в пути обеспечить исправное техническое состояние транспортного средства в соответствии с Основными положениями по допуску транспортных средств к эксплуатации и обязанностями должностных лиц по обеспечению безопасности дорожного движения, при возникновении в пути прочих неисправностей, с которыми приложением к Основным положениям запрещена эксплуатация транспортных средств, водитель должен устранить их, а если это невозможно, то он может следовать к месту стоянки или ремонта с соблюдением необходимых мер предосторожности (п.2.3.1);

- водитель должен вести транспортное средство со скоростью, не превышающей установленного ограничения, учитывая при этом интенсивность движения, особенности и состояние транспортного средства и груза, дорожные и метеорологические условия, в частности видимость в направлении движения: скорость должна обеспечивать водителю возможность постоянного контроля за движением транспортного средства для выполнения требований Правил; при возникновении опасности для движения, которую водитель в состоянии обнаружить, он должен принять возможные меры к снижению скорости вплоть до остановки транспортного средства (п. 10.1),

а именно тем, что на участке автодороги «Астрахань – Образцово-Травино», имеющем ограничение максимальной скорости «70 км/ч», двигался со скоростью, превышающей допустимую – не менее 90,2 км/ч, без учета дорожных и метеорологических условий, в темное время суток в условиях ограниченной видимости в направлении движения автомобиля, вне населенного пункта при отсутствии дорожного искусственного освещения, с ближним светом фар, регулировка которых была нарушена и не соответствовала требованиям ГОСТа Р 51709-2001. «Государственный стандарт Российской Федерации. Автотранспортные средства. Требования безопасности к техническому состоянию и методы проверки» (утв. Постановлением Госстандарта России от 01.02.2001 № 47-ст), не обеспечил необходимые меры предосторожности при движении, что исключало возможность постоянного контроля за движением транспортного средства, и при возникновении опасности для движения в виде пешехода М.Ю.А., переходившего проезжую часть справа налево относительно движения автомобиля, своевременно не принял возможных мер к снижению скорости вплоть до остановки транспортного средства и передней правой частью управляемого им автомобиля совершил наезд на пешехода М.Ю.А.

При судебно-медицинском исследовании трупа М.Ю.А. обнаружены повреждения: сочетанная тупая травма головы, туловища, конечностей; ушибленная рана головы (затылочная область в центре); ссадины лицевой области головы (в лобной области справа, в проекции лобного бугра, в лобной области слева, в проекции лобного бугра, в правой скуловой области, в правой околоушно-жевательной области, в правой височной области, на границе волосистой части головы, в проекции тела нижней челюсти справа в средней трети длины, в носовой области на спинке носа слева, в носовой области (крыло слева), в подбородочной области слева); кровоподтеки лицевой области головы (в правой глазничной области на верхнем веке, в носовой области на спинке носа в центре, в левой околоушно-жевательной области, в проекции средней трети длины тела нижней челюсти слева); ссадины верхних конечностей (в проекции задней поверхности левого лучезапястного сустава, в проекции второй и третьей пястных костей, в проекции второго, третьего и четвертого пястно-фаланговых суставов, в проекции задней поверхности правого локтевого сустава, в проекции второй пястной кости правой кисти по тыльной поверхности, в проекции проксимальных фаланг второго, третьего и четвертого пальцев правой кисти по тыльной поверхности, в проекции средней фаланги четвертого пальца правой кисти по тыльной поверхности); ссадины туловища (ягодичные области, проекция задней верхней оси правой подвздошной кости); ссадины левой нижней конечности (на передней поверхности бедра, от уровня верхней до средней трети, ограничиваясь расстояниями 89 см и 71 см от подошвенной поверхности левой стопы, на передней поверхности левого бедра в нижней трети, на расстоянии 63 см от подошвенной поверхности левой стопы, на наружной поверхности левого бедра в нижней трети, на расстоянии 62 см от подошвенной поверхности левой стопы, в проекции передней поверхности левого коленного сустава, на расстоянии 58 см от подошвенной поверхности стопы, на передней поверхности левой голени в верхней трети с переходом на передневнутреннюю поверхность, ограничиваясь расстояниями в 52 см и 45 см от подошвенной поверхности левой стопы); ссадины правой нижней конечности в области бедра (на передневнутренней поверхности от уровня верхней до средней трети, ограничиваясь расстояниями 88 см и 72 см от подошвенной поверхности левой стопы); ссадина правой нижней конечности в области бедра (на наружной поверхности в верхней трети, на расстоянии 87 см от подошвенной поверхности левой стопы); кровоподтеки левой нижней конечности (на передневнутренней поверхности голени в верхней трети, на расстоянии 51 см от подошвенной поверхности левой стопы, на передней поверхности голени в верхней трети, на расстоянии 50 см от подошвенной поверхности левой стопы, на передней поверхности голени в верхней трети, на расстоянии 48 см от подошвенной поверхности левой стопы, на передневнутренней поверхности голени в средней трети, на расстоянии 28 см от подошвенной поверхности левой стопы, на передней поверхности голени в средней трети, на расстоянии 26 см от подошвенной поверхности левой стопы); рвано-ушибленная рана левой нижней конечности (в проекции внутренней поверхности левого коленного сустава, на расстоянии 48 см от подошвенной поверхности стоп); кровоизлияния в мягкие ткани головы (в лобной области справа, в затылочной области в центре); кровоизлияния под мягкую мозговую оболочку (на конвекситальной поверхности теменных, затылочных долей, базальной поверхности височной доли правого полушария); полный поперечный перелом правой ключицы; переломы 5-9-х ребер справа по передней подмышечной линии с повреждением пристеночной плевры; разрыв висцеральной плевры и ткани левого легкого; кровоизлияния в связочный аппарат внутренних органов; кровоизлияния в мышечные группы на задней поверхности левой голени, на расстоянии 29 см от подошвенной поверхности стоп, в области подколенной ямки правой нижней конечности, на расстоянии 46 см от подошвенной поверхности стоп, на наружной поверхности левой голени в средней трети, на расстоянии 28 см от подошвенной поверхности стоп.

Вышеуказанные повреждения составляют комплекс сочетанной тупой травмы головы, туловища, конечностей, образовавшейся прижизненно, незадолго до смерти, в результате воздействия тупого твердого предмета (предметов), приведшей к развитию сочетания угрожающих для жизни состояний в виде травматического шока и массивной кровопотери, согласно пунктам 6.2.1. и 6.2.3. приложения к приказу министерства здравоохранения и социального развития Российской Федерации от 24 апреля 2008 г. №194н «Об утверждении медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека», являющейся опасной для жизни, соответствующей тяжкому вреду здоровью, стоящей в прямой причинной связи с наступлением смерти М.Ю.А.

В судебном заседании подсудимый ФИО1 виновным себя не признал, однако принес соболезнования в связи с утратой брата потерпевшей в судебном заседании, указав, что работал ближний свет фар, поскольку впереди двигался транспорт, ДД.ММ.ГГГГ возвращался с работы в районе 21.00 часов на дороге Астрахань-Травино, на автомобиле ВАЗ 2114, со скоростью 70-80 км/ч, за неделю проходил технический осмотр, выдана диагностическая карта, в том числе по световым приборам, автомобиль допущен к эксплуатации, торможение вплоть до удара не предпринимал, почувствовал тупой удар, полагая, что столкнулся с коровой или предметом, оставленным на дороге, остановил машину, включил аварийную сигнализацию, увидел человека, вызвал помощь 112, сбавил скорость в промежутке между знаками «Обгон запрещен» и «Ограничение скорости 70 км/ч», имелся также знак «Змейка», то есть аварийный участок дороги, участок дороги представляет из себя – прямую трассу с поворотом, пешеходных путей и жилой зоны нет.

Добавив, что извинения принес отцу, пешеход находился в состоянии алкогольного опьянения, у него отсутствовали отражающие элементы на одежде, ему было достаточно света для контроля на дороге, не увидел пешехода, так как он был одет в черное, столкновение произошло на повороте, поскольку фары уходили в степь.

Допросив подсудимого, потерпевшую, свидетелей, исследовав письменные материалы дела, оценив как каждое в отдельности, так и в совокупности все добытые по делу доказательства, суд приходит к выводу о доказанности виновности ФИО1 в инкриминируемом ему деянии.

Потерпевшая К.Н.А. пояснила в судебном заседании, что М.Ю.А. является ей родным братом, который погиб ДД.ММ.ГГГГ в результате ДТП на трассе Астрахань-Травино, в вечернее время суток, наезд совершен ФИО1, которым нарушен скоростной режим и режим световых приборов, поскольку на данном участке дороги действовало ограничение 70 км/ч, М.Ю.А. направлялся к сестре, спиртными напитками не злоупотреблял.

У суда не имеется оснований сомневаться в достоверности показаний потерпевшей, поскольку они логичны, последовательны, согласуются с другими исследованными в судебном заседании доказательствами по делу. Данных, свидетельствующих о заинтересованности потерпевшей в исходе дела и об оговоре подсудимого, судом не установлено.

Согласно показаний свидетеля М.Б.К. в судебном заседании, он работает инспектором ДПС группы ДПС ОГИБДД по Приволжскому району Астраханской области, был направлен на оформление ДТП с участием водителя <данные изъяты> – ФИО1 на асфальтированной автодороге Астрахань-Травино с сухим покрытием, очевидцев не было, на обочине лежал труп, в связи с чем была вызвана следственно-оперативная группа, удар пришелся в правую переднюю часть автомобиля, освещение и пешеходный переход на данном участке дороги отсутствовали.

Им также отмечено, что перед выездом водитель должен проверить состояние автомобиля, тормозную и рулевую системы, обеспечить техническую исправность автомобиля, при возникновении неисправности – остановиться и устранить неисправность, при невозможности ее устранить – вызвать эвакуатор, избранная водителем скорость должна обеспечить водителю контроль на дороге, при возникновении опасности водитель должен принять меры к снижению скорости, вплоть до полной остановки.

Как следует из показаний свидетеля М.Б.К. в ходе предварительного расследования и оглашенных в судебном заседании, что ДД.ММ.ГГГГ примерно в 21.05 часов направлен на место дорожно-транспортного происшествия, а именно на <адрес>, где ФИО1, управляя автомашиной <данные изъяты> с государственным регистрационным знаком №, двигаясь со стороны <адрес> в направлении <адрес> совершил наезд на пешехода, который получив телесные повреждения, скончался на месте дорожно-транспортного происшествия до приезда скорой помощи. На месте происшествия покрытие дороги - сухой асфальт, уличное освещение отсутствовало, проезжая часть предназначена для движения в двух направлениях, на проезжей части горизонтальная разметка отсутствует (том 1, л.д. 226-228).

После оглашения указанных показаний, свидетель М.Б.К. подтвердил их в полном объеме.

Свидетель Ж.Р.Ж. в судебном заседании указал, что до июля 2016 г. работал следователем СО ОМВД по Приволжскому району Астраханской области, проводил процессуальную проверку по материалу в отношении ФИО1, водителя ВАЗ-2114, автомобиль двигался с ближним светом фар по трассе вне населенного пункта по асфальтному покрытию, в направлении <адрес>, пешеход ФИО3 скончался от наезда, водителем представлен видеорегистратор, который зафиксирован момент наезда, встречный разъезд, не зафиксирован момент переключения фар, на данном участке дороги действовало ограничение скорости 70 км/ч, им проводился осмотр автомобиля и следственный эксперимент, ограничений по передвижению пешехода не было, ближний свет фар ограничивал действия водителя, нарушение правил дорожного движения пешеходом не снимает ответственность с водителя.

Как следует из его показаний, данных в ходе предварительного расследования и оглашенных в судебном заседании, ему передан материал процессуальной проверки по факту дорожно-транспортного происшествия, имевшего место ДД.ММ.ГГГГ примерно в 21:00 час., где водитель ФИО1, управляя автомашиной ВАЗ-21140 с государственным регистрационным знаком <***>, двигаясь по 17 километру автодороги «Астрахань - Травино» совершил наезд на М.Ю.А., при просмотре видеозаписи установлено, что объяснение ФИО1 относительно того, что наезд произошел при разъезде с встречно следующим автомобилем не соответствует действительности, так как согласно видеозаписи автомобилей в попутном или встречном направлении в период дорожно-транспортного происшествия не было, пешеход ФИО3 обращен лицом к автомобилю ФИО1, из чего сделан вывод, что двигался справа налево, ДТП произошло в зоне действия дорожных знаков, ограничивающих максимальную скорость в 70 км/час.

Согласно заключению автотехнической судебной экспертизы № от ДД.ММ.ГГГГ, в данной дорожной обстановке водитель автомобиля «ВАЗ-21140» при возникновении опасности для дальнейшего движения должен был действовать в соответствии с требованиями пунктов 10.1 «Правил дорожного движения Российской Федерации». Средняя скорость движения автомобиля «ВАЗ-21140» под управлением ФИО1 приблизительно составляет 90,6 км/час, которая не соответствовала условиям видимости, при рассчитанной максимально допустимой скорости 73 км/час (том 1, л.д. 229-232).

После оглашения указанных показаний, свидетель Ж.Р.Ж. подтвердил их в полном объеме.

Свидетель Т.Т.Н. в судебном заседании указала, что погибший М.Ю.А. приходится ей двоюродным братом, который ДД.ММ.ГГГГ умер в результате ДТП на повороте <адрес> и Мансур, проживал с отцом, о конфликтных ситуациях ей не известно, шел в их сторону.

Анализируя в совокупности показания потерпевшей и свидетелей, суд не усматривает в них каких - либо существенных противоречий, которые могли бы поставить под сомнение их показания, они последовательны, логичны, согласуются между собой и другими исследованными в судебном заседании доказательствами по делу, их показания соответствуют фактическим обстоятельствам, оснований для оговора подсудимого в ходе судебного следствия не установлено, как и обстоятельств, указывающих на их заинтересованность в исходе дела, в связи с чем, суд признает показания допустимыми и учитывает их за основу обвинительного приговора наряду с другими исследованными в судебном заседании и приведенными в приговоре доказательствами.

Из протокола осмотра места происшествия от ДД.ММ.ГГГГ следует, что объектом осмотра является участок автодороги Астрахань-Образцово-Травино 17 км + 670 метров. Видимость ограничена темным временем суток. Уличное освещение отсутствует. Асфальтированное покрытие сухое. Осматриваемый участок местности имеет сплошную линию разметки. На правой стороне обочины по направлению в сторону <адрес>, головой по направлению в сторону <адрес> находится труп мужчины, лицом вниз. Труп расположен на обочине дороги в 0,5 метра от края проезжей части. На данном месте обнаружены мужские ботинки, осколки стекла. На расстоянии 670 метров от неподвижного объекта находится автомобиль (задняя ось) марки <данные изъяты>, г/н №, на котором установлена зимняя резина (шипы) марки «Кордиант» 175х70 R13. На автомобиле отсутствует задний бампер, повреждено правое крыло, отсутствует правая блок фара и правая часть переднего бампера, повреждено лобовое стекло с правой стороны (том 1, л.д. 3-25).

Из протокола осмотра места происшествия от ДД.ММ.ГГГГ следует, что на 17 км автодороги Астрахань - Образцово-Травино справа от полосы движения в направлении <адрес> находится дорожный знак, ограничение скорости «70 км» (том 1, л.д. 51-55). Факт нахождения данного дорожного знака отражен и в протоколе осмотра от ДД.ММ.ГГГГ (том 1, л.д. 124-128).

Согласно схемы происшествия (том 1, л.д.9) подсудимый ФИО1 с ней согласился.

По протоколу осмотра места происшествия от ДД.ММ.ГГГГ – на участке <адрес> водитель ФИО1 определил предельное расстояние, до того места, где находился эксперт с планшетом, 42.7 м. Указанные действия были проведены еще дважды, при этом значения составили 42.40 м. и 41.20 м. (том 1, л.д. 109-113).

Протоколом осмотра транспортного средства от ДД.ММ.ГГГГ - <данные изъяты>, с государственным регистрационным номером <***> регион, с номером кузова ХТА 21140064283637, принадлежащего С.А.Т. установлено, что повреждения отсутствуют, так как автомобиль подвергся ремонту (том 1, л.д. 214-220).

Вместе с тем, протоколом осмотра транспортного средства от ДД.ММ.ГГГГ, проведенного с участием специалиста ООО «Специализированная диагностика», согласно которому было установлено, что корректор фар не работал, пучок и сила света не соответствовали техническому регламенту, угол наклона фар ниже технической характеристики, фары работоспособны (том 2, л.д. 56-64).

Согласно протокола осмотра транспортного средства от ДД.ММ.ГГГГ (том 2, л.д. 87- 92) – с участием специалиста Г.Н.М., а именно, автомобиля ВАЗ-2114, с государственным регистрационным знаком <***>, свет передних фар соответствует техническому регламенту.

При этом свидетель Г.Н.М. в судебном заседании пояснил, что работает в ООО «Специализированная диагностика» техником-экспертом, в его обязанности входит проведение технического осмотра, весной 2017 г. проведен осмотр ВАЗ-2114, где установлены новые фары, ранее им также производился осмотр данного транспортного средства, фары которого были занижены, что не соответствует техническому регламенту.

При оценке указанных протоколов осмотра транспортного средства судом учитывается, что исходя из протокола осмотра места происшествия от ДД.ММ.ГГГГ имеет повреждения только правый угол кузова автомобиля, а именно, отсутствует правая блок фара, тогда как левая фара не была повреждена, и в протоколе осмотра транспортного средства от ДД.ММ.ГГГГ не конкретизирована область ремонта, соответственно судом принимается во внимание данные осмотра транспортного средства, содержащиеся в протоколе от ДД.ММ.ГГГГ, о несоответствии обоих световых приборов техническому регламенту и показания в этой части свидетеля Г.Н.М.

По протоколу выемки от ДД.ММ.ГГГГ у ФИО1 был изъят флеш-накопитель «Smartbuy 8 Gb» с видеозаписью ДТП в мультимедиа файле «Pict5191» (том 1, л.д.243-246), которая была предметом осмотра по протоколу от ДД.ММ.ГГГГ, в ходе которого установлено, что начало видеозаписи: 20ДД.ММ.ГГГГ 20:30:42 (что очевидно соответствует ДД.ММ.ГГГГ 20 час 30 мин 42 секунды) объектив видеокамеры автомобильного регистратора направлен вперед, на переднем плане неосвещённая проезжая часть автодороги «Астрахань-Травино», на экране темное время суток, проезжая часть частично освещена передними световыми приборами автомобиля, 20ДД.ММ.ГГГГ 20:30:42 - автомобиль проезжает дорожный знак 3.20 «Обгон запрещен», на дальности порядка 150-200 метров впереди - свет задних фонарей попутно следующего автомобиля, 20ДД.ММ.ГГГГ 20:31:05: автомобиль проезжает дорожный знак 3.24 «Ограничение максимальной скорости» - 70 км час, 20ДД.ММ.ГГГГ 20:31:08: в свете фар на полосе движения автомобиля (в центре правой полосы) появляется мужчина, одетый в темную куртку и черные брюки, мужчина обращен лицом и корпусом тела навстречу автомобилю, 20ДД.ММ.ГГГГ 20:31:09 - мужчина успевает сделать шаг левой ногой в направлении правого края проезжей части, происходит наезд на пешехода, 20ДД.ММ.ГГГГ 20:31:10-20ДД.ММ.ГГГГ 20:31:30- автомобиль останавливается у правого края проезжей части, слышна открывающаяся дверь водителя, у места происшествия останавливаются автомобили, 00:32:40 - конец видеозаписи (том 2, л.д. 1-6).

Указанные обстоятельства также были установлены во время просмотра данной записи в судебном заседании.

С целью установления видимости пешехода в момент дорожно-транспортного происшествия проведены следственные эксперименты, по результатам которых составлены протоколы:

- от ДД.ММ.ГГГГ: от передней оси остановившегося автомобиля <данные изъяты> с государственным регистрационным знаком № до статиста конкретная видимость составила 46,0 м, 46,8 м. и 42,8 м. в условиях дальнего света передних фар конкретная видимость статиста составила 52,0 м, общая видимость планшета 69,0 (том 2, л.д.11-15);

- от ДД.ММ.ГГГГ: от передней оси остановившегося автомобиля <данные изъяты> с государственным регистрационным знаком № до статиста конкретная видимость статиста при дальнем свете фар составила 58,5 м, 66,3 м. и 65,0 м, при условии включенных свет передних фар в режиме «ближний» свет - 32,6 м, 29,3 м, 24,4 м (том 2, л.д. 93-104);

- от ДД.ММ.ГГГГ: от передней оси остановившегося автомобиля <данные изъяты> с государственным регистрационным знаком № до статиста конкретная видимость при дальнем свете фар составила 73 м, при условии включенных свет передних фар в режиме «ближний» свет - 30,6 метров, от автомобиля по правому краю проезжей части в направлении <адрес> до статиста с планшетом в руках видимость составила 53,9 метра для ближнего света фар и 113,9 метров при дальнем свете фар (том 2, л.д.134-141).

В заключении эксперта № 83 от 21 декабря 2016 указано, что при судебно-медицинском исследовании трупа М.Ю.А. обнаружены повреждения: сочетанная тупая травма головы, туловища, конечностей; ушибленная рана головы (затылочная область в центре); ссадины лицевой области головы (в лобной области справа, в проекции лобного бугра, в лобной области слева, в проекции лобного бугра, в правой скуловой области, в правой околоушно-жевательной области, в правой височной области, на границе волосистой части головы, в проекции тела нижней челюсти справа в средней трети длины, в носовой области на спинке носа слева, в носовой области (крыло слева), в подбородочной области слева); кровоподтеки лицевой области головы (в правой глазничной области на верхнем веке, в носовой области на спинке носа в центре, в левой околоушно-жевательной области, в проекции средней трети длины тела нижней челюсти слева); ссадины верхних конечностей (в проекции задней поверхности левого лучезапястного сустава, в проекции второй и третьей пястных костей, в проекции второго, третьего и четвертого пястно-фаланговых суставов, в проекции задней поверхности правого локтевого сустава, в проекции второй пястной кости правой кисти по тыльной поверхности, в проекции проксимальных фаланг второго, третьего и четвертого пальцев правой кисти по тыльной поверхности, в проекции средней фаланги четвертого пальца правой кисти по тыльной поверхности); ссадины туловища (ягодичные области, проекция задней верхней оси правой подвздошной кости); ссадины левой нижней конечности (на передней поверхности бедра, от уровня верхней до средней трети, ограничиваясь расстояниями 89 см и 71 см от подошвенной поверхности левой стопы, на передней поверхности левого бедра в нижней трети, на расстоянии 63 см от подошвенной поверхности левой стопы, на наружной поверхности левого бедра в нижней трети, на расстоянии 62 см от подошвенной поверхности левой стопы, в проекции передней поверхности левого коленного сустава, на расстоянии 58 см от подошвенной поверхности стопы, на передней поверхности левой голени в верхней трети с переходом на передневнутреннюю поверхность, ограничиваясь расстояниями в 52 см и 45 см от подошвенной поверхности левой стопы); ссадины правой нижней конечности в области бедра (на передневнутренней поверхности от уровня верхней до средней трети, ограничиваясь расстояниями 88 см и 72 см от подошвенной поверхности левой стопы); ссадина правой нижней конечности в области бедра (на наружной поверхности в верхней трети, на расстоянии 87 см от подошвенной поверхности левой стопы); кровоподтеки левой нижней конечности (на передневнутренней поверхности голени в верхней трети, на расстоянии 51 см от подошвенной поверхности левой стопы, на передней поверхности голени в верхней трети, на расстоянии 50 см от подошвенной поверхности левой стопы, на передней поверхности голени в верхней трети, на расстоянии 48 см от подошвенной поверхности левой стопы, на передневнутренней поверхности голени в средней трети, на расстоянии 28 см от подошвенной поверхности левой стопы, на передней поверхности голени в средней трети, на расстоянии 26 см от подошвенной поверхности левой стопы); рвано-ушибленная рана левой нижней конечности (в проекции внутренней поверхности левого коленного сустава, на расстоянии 48 см от подошвенной поверхности стоп); кровоизлияния в мягкие ткани головы (в лобной области справа, в затылочной области в центре); кровоизлияния под мягкую мозговую оболочку (на конвекситальной поверхности теменных, затылочных долей, базальной поверхности височной доли правого полушария); полный поперечный перелом правой ключицы; переломы 5-9-х ребер справа по передней подмышечной линии с повреждением пристеночной плевры; разрыв висцеральной плевры и ткани левого легкого; кровоизлияния в связочный аппарат внутренних органов; кровоизлияния в мышечные группы на задней поверхности левой голени, на расстоянии 29 см от подошвенной поверхности стоп, в области подколенной ямки правой нижней конечности, на расстоянии 46 см от подошвенной поверхности стоп, на наружной поверхности левой голени в средней трети, на расстоянии 28 см от подошвенной поверхности стоп.

Вышеуказанные повреждения составляют комплекс сочетанной тупой травмы головы, туловища, конечностей, образовавшейся прижизненно, незадолго до смерти, в результате воздействия тупого твердого предмета (предметов), приведшей к развитию сочетания угрожающих для жизни состояний в виде травматического шока и массивной кровопотери, согласно пунктам 6.2.1. и 6.2.3. приложения к приказу министерства здравоохранения и социального развития Российской Федерации от 24 апреля 2008 г. №194н «Об утверждении медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека», являющейся опасной для жизни, соответствующей тяжкому вреду здоровью, стоящей в прямой причинной связи с наступлением смерти М.Ю.А. (том 2 л.д.35-44).

Эксперт С.Р.Х. в судебном заседании указал, что им в рамках настоящего уголовного дела проводились автотехнические экспертизы, заключение по которым дано в пределах его компетенции, представленные материалы были достаточны для ответов на поставленные следователем вопросы, водитель при возникновении опасности должен принять меры к снижению скорости, вплоть до полной остановки транспортного средства, водитель двигался на ближнем свете фар, при этом указывает, что видимость ночью снижается, на вопрос о необходимости использовать дальний свет фар при возникновении препятствия эксперт ответил, что необходимости исследовать данный вопрос не было, так как водитель двигался со скоростью свыше 70 км/ч, при ближнем свете фар учитывается конкретная видимость, требования ГОСТ учитываются при видимости проезжей части, а не объекта, каковым является человек, в связи с чем данный вопрос не выяснялся, в исходных данных указан технически исправный автомобиль, установление видимости на дороге пешехода является конкретной.

Согласно заключения эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ о том, что в данной дорожной обстановке водитель автомобиля № при возникновении опасности для дальнейшего движения должен был действовать в соответствии с требованиями пунктов 10.1 ПДД РФ. При своевременном применении экстренного торможения и движении с допустимой скоростью движения на данном участке проезжей части вне населенного пункта, водитель не мог остановить автомобиль до линии движения пешехода и тем самым предотвратить наезд. Следовательно, действия водителя в данной ситуации не противоречили требованиям безопасности дорожного движения п. 10.1 ПДД РФ и не состоят в причинной связи с фактом ДТП. Водитель автомобиля <данные изъяты> не располагал технической возможностью предотвратить наезд на пешехода путем своевременного снижения скорости с остановкой автомобиля до линии движения пешехода с момента начала движения в опасном направлении как при установленной скорости движения, так и при движении с допустимой скоростью на данном участке проезжей части. Средняя скорость движения автомобиля <данные изъяты> с государственным регистрационным знаком № под управлением ФИО1 на участке между вышеописанными положениями, запечатленными на выбранных кадрах, приблизительно составляет 105,88 ± 10,6 км/ч. (том 1, л.д. 81-91).

Судом учитывается при оценке указанного заключения экспертизы, что вывод о том, что в данной дорожной обстановке водитель должен был руководствоваться п. 10.1 ПДД, и вывод, что действия водителя в данной ситуации не противоречили требованиям безопасности дорожного движения п. 10.1 ПДД РФ, противоречат друг другу, при том, что средняя скорость установлена как 105,88 ± 10,6 км/ч, что свидетельствует о ее превышении в зоне действия знака, ограничивающего максимальную скорость 70 км/ч.

Как следует из заключения эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ о том, что в данной дорожной обстановке водитель автомобиля № при возникновении опасности для дальнейшего движения должен был действовать в соответствии с требованиями пунктов 10.1 ПДД РФ. Скорость автомобиля могла составлять величину около 90,6 ± 2,9 км/ч, следовательно, не соответствовала требованиям дорожного знака 3.24 «Ограничение максимальной скорости», не соответствовала требованиям п. 10.1 ПДД РФ. При своевременном применении экстренного торможения и движении с допустимой скоростью движения на данном участке проезжей части вне населенного пункта, водитель не мог остановить автомобиль до линии движения пешехода и тем самым предотвратить наезд. Следовательно, действия водителя в данной ситуации не противоречили требованиям безопасности дорожного движения п. 10.1 ПДД РФ и не состоят в причинной связи с фактом ДТП. Водитель автомобиля <данные изъяты> не располагал технической возможностью предотвратить наезд на пешехода путем своевременного снижения скорости с остановкой автомобиля до линии движения пешехода с момента возникновения опасности, как при установленной скорости движения автомобиля, так и при максимально допустимой по условиям видимости проезжей части. Скорость движения автомобиля равная около 90,6±2,9 км/ч в данных дорожных условиях не соответствовала условиям видимости при рассчитанной максимально допустимой скорости автомобиля (73,8:73,5:72,3) км/ч. Превышение скоростного режима движения автомобиля по условиям видимости дорожного полотна не состоит в причинной связи с фактом ДТП. Средняя скорость движения автомобиля № с государственным регистрационным знаком № под управлением ФИО1 на участке между вышеописанными положениями, запечатленными на выбранных кадрах, приблизительно составляет 90,6 ± 2,9 км/ч. Водитель не располагал технической возможностью предотвратить наезд на пешехода применением экстренных мер к остановке транспортного средства следует, что превышение скоростного режима не состоит в причинной связи с фактом ДТП (том 1, л.д. 136-149).

К выводам данной экспертизы следует также отнестись критически, поскольку в данной дорожной обстановке водитель ФИО1 при возникновении опасности для дальнейшего движения должен был действовать в соответствии с требованиями п.10.1 ПДД РФ, о чем имеется ссылка в п.1 указанного заключения, скорость движения автомобиля не соответствовала требованиям п. 10.1 ПДД РФ и условиям видимости, однако в заключении при всех установленных обстоятельствах делается вывод об отсутствии технической возможности предотвратить наезд на пешехода и тот факт, что превышение скоростного режима движения автомобиля по условиям видимости дорожного полотна не состоит в причинной связи с фактом ДТП, тогда как экспертом установлена средняя скорость 90,6 ± 2,9 км/ч.

Согласно заключению эксперта № от 28 февраля 2017 г. в дорожной обстановке водитель автомобиля «<данные изъяты> г.н. № при возникновении опасности для дальнейшего движения должен был действовать в соответствии с требованиями пунктов 10.1 ПДД РФ и в соответствии с требованием дорожного знака 3.24 «Ограничение максимальной скорости». В дорожной ситуации при выборе режима света передних световых приборов водитель автомобиля <данные изъяты> г.н. № в своих действиях должен был руководствоваться п.п. 19.1, 19.2, 19.3, 19.4 ПДД РФ. Максимально-допустимая (безопасная) скорость автомобиля <данные изъяты> по условиям видимости дорожного полотна определяется равной примерно 73,2 км/ч. Водитель автомобиля <данные изъяты> г.н. №, «двигаясь с режимом света передних фар автомобиля «дальний свет»», не располагал технической возможностью предотвратить наезд на пешехода путем своевременного снижения скорости с остановкой автомобиля до линии движения пешехода с момента возникновения опасности, как при скорости движения автомобиля 90,2 км/час согласно постановления, так и при максимально разрешенной скоростью 70 км/час. Водитель автомобиля <данные изъяты> г.н. №, не располагал технической возможностью предотвратить наезд на пешехода путем своевременного снижения скорости с остановкой автомобиля до линии движения пешехода с момента возникновения опасности, как при скорости движения автомобиля 90,2 км/час согласно постановления, так и при максимально разрешенной скоростью 70 км/час независимо от выбора работы режима света передних фар (ближнего или дальнего света фар), т.е. усматриваемые несоответствия при выборе скорости в действиях водителя автомобиля <данные изъяты> г.н. № требованиям дорожного знака 3.24 «Ограничение максимальной скорости». «70 км/час» не состоят в причинной связи с фактом ДТП (том 2, л.д. 70-76).

К выводам данной экспертизы о том, что усматриваемые несоответствия при выборе скорости и режима света фар в действиях водителя автомобиля требованиям дорожного знака ограничения максимальной скорости не состоят в причинной связи с фактом ДТП, следует отнестись критически, поскольку в данной дорожной обстановке водитель ФИО1 при возникновении опасности для дальнейшего движения должен был действовать в соответствии с требованиями п.10.1 ПДД РФ и при выборе режима света передних световых приборов водитель должен был руководствоваться п.п. 19.1, 19.2, 19.3, 19.4 ПДД РФ, о чем также имеется ссылка в заключении.

В заключении эксперта №-э от ДД.ММ.ГГГГ констатировано, что максимально допустимая скорость по условиям видимости в условиях места происшествия составляет 84 км/ч. Водитель автомобиля <данные изъяты> не располагал технической возможностью предотвратить наезд на пешехода, как при движении с максимально разрешённой скоростью движения - 70 км/ч, при максимально допустимой скорости движения по условиям видимости - 84 км/ч, так и при заданной скорости движения - 90,2 км/ч. В данной дорожно-транспортной ситуации, водитель автомобиля <данные изъяты> должен был руководствоваться требованиями п.10.1 и дорожным знаком 3.24 «Ограничение максимальной скорости 70 км/ч» Правил дорожного движения. С технической точки зрения в действиях водителя автомобиля «<данные изъяты> усматривается несоответствие требованиям п.10.1 абзац 1 и дорожного знака 3.24 «Ограничение максимальной скорости 70 км/ч» Правил дорожного движения. Несоответствий требования п.10.1 абзац 2 Правил дорожного движения не усматривается. Действия водителя несоответствующие требованиям п.10.1 абзац 1 и дорожного знака 3.24 «Ограничение максимальной скорости 70 км/ч» Правил дорожного движения, не находятся в причинной связи с дорожно- транспортным происшествием. Требованиями Правил дорожного движения не регламентирован режим работы головного освещения (ближний или дальний свет фар) в зависимости от скорости движения транспортного средства. Исследование вопроса о технической возможности у водителя автомобиля <данные изъяты> избежать наезда на пешехода путем объезда препятствий, не имеет технического смысла, как действие, не предусмотренное требованиями Правил дорожного движения (том 2, л.д.245-249).

К выводам данной экспертизы о том, что действия водителя несоответствующие требованиям п.10.1 абзац 1 и дорожного знака 3.24 «Ограничение максимальной скорости 70 км/ч» Правил дорожного движения, не находятся в причинной связи с дорожно-транспортным происшествием, следует отнестись критически, поскольку выводы эксперта вступают в противоречие между собой. Так этой же экспертизой установлено, что в данной дорожно-транспортной ситуации, водитель автомобиля <данные изъяты> должен был руководствоваться требованиями п.10.1 и дорожным знаком 3.24 «Ограничение максимальной скорости 70 км/ч», при этом как констатирует сам эксперт ПДД РФ не регламентирован режим работы головного освещения (ближний или дальний свет фар) в зависимости от скорости движения транспортного средства.

Эксперт И.А.Г. в судебном заседании пояснил, что исходные данные предоставлены следователем, скорость в выводах указана исходя из расчетов, техническая возможность избежать столкновения была при дальнем свете, при ближнем свете технической возможности нет, выезжал на следственный эксперимент в темное время суток, при этом использовался автомобиль <данные изъяты> изучалась видимость направления движения ФИО1, установлено, что ближний свет фар распространяется на 35 метров, данные эксперимента заложены в формулу остановочного пути, результаты оказались большего значения, чем при ближнем свете фар, при следственном эксперименте автомобиль останавливается в тот момент, когда статист-пешеход виден, останавливается до линии пешехода, данные действия проводятся неоднократно, выводится среднее значение, проводится в замедленном действии, чтобы принять меры к снижению, рельеф дороги влияет на условия видимости, если была бы техническая неисправность автомобиля, то это повлияло на видимость, ранее существовал государственный стандарт, который определял видимость при ближнем свете фар 40 метров, при дальнем свете фар 75-80 метров, сейчас не существует, когда автомобиль проходит технический осмотр, учитывается данные пучка рассеивания света, в исходных данных заложено, что автомобиль технически исправный, при этом следователь не ставил вопрос о технической исправности.

Отметил, что проезжая часть не освещалась, отсутствовала разметка, с обеих сторон имелись насаждения, погрешность к применяемой скорости не исключается, но столкновение произошла в зоне действия знака ограничения скорости 70 км/ч, водитель двигался с превышением скорости, эксперт не рассматривает действия пешехода, так как правила движения пешехода общедоступные и не требуют специальных познаний, пешеход находился до поворота, скорость рассчитана на том участке дороги, где была возможность ее рассчитать, исходные данные – пешеход находился без движения – конкретная видимость, когда пешеход двигался – общая видимость, другой методики проведения следственных экспериментов нет, использовалась раскадровка видеорегистратора, водитель самостоятельно выбирает режим работы световых приборов.

В заключении экспертов № от ДД.ММ.ГГГГ указано, что в дорожной ситуации с целью обеспечения безопасности дорожного движения и предотвращения (предупреждения) происшествия водитель автомобиля Lada 21140 samara гос. номер № ФИО1 должен был действовать в соответствии с п.п. 1.5, 10.1 абзац 2 ПДД РФ. Средняя скорость движения автомобиля Lada 21140 samara гос.номер А 750 ЕС/30 составляла 90.2 км/ч. Требованиями ПДД РФ режим света фар не регулируется. При условии движения автомобиля <данные изъяты> с горением света фар в режиме «дальний» у водителя ФИО1 имелась техническая возможность предотвратить наезд. В рассматриваемой ситуации имело место превышение скорости движения автомобиля <данные изъяты> относительно знака 3.24 «Ограничение максимальной скорости», однако, данное превышение не состоит в причинной связи с фактом наезда. В рассматриваемой ситуации действия водителя автомобиля <данные изъяты> ФИО1 в причинной связи с фактом наезда не состоит (том 2, л.д. 144-155).

Суд относится критически к выводам данной экспертизы в части того, что действия водителя автомобиля <данные изъяты> ФИО1 в причинной связи с фактом наезда не состоит, поскольку в этом же заключении одновременно делается другой вывод, что в дорожной ситуации с целью обеспечения безопасности дорожного движения и предотвращения (предупреждения) происшествия водитель должен был действовать в соответствии с п.п. 1.5, 10.1 абзац 2 ПДД РФ, при этом обращается внимание и на то, что скорость движения превышала максимально допустимое значение и при условии движения с горением света фар в режиме «дальний» у водителя ФИО1 имелась техническая возможность предотвратить наезд.

При оценке автотехнических экспертиз суд берет во внимание вывод о том, что водитель ФИО1 должен был руководствоваться в данной дорожно-транспортной ситуации требованиями п.10.1 ПДД РФ и дорожным знаком 3.24 «Ограничение максимальной скорости 70 км/ч».

Судом учитывается и вывод экспертизы № от ДД.ММ.ГГГГ о том, что при условии движения автомобиля Lada 21140 samara с горением света фар в режиме «дальний» у водителя ФИО1 имелась техническая возможность предотвратить наезд. Вывод в указанной части подтвержден в судебном заседании показаниями эксперта И.А.Г. о наличии технической возможности избежать столкновения при дальнем свете, режим которых выбирает водитель.

Принимается во внимание судом и вывод экспертизы № от ДД.ММ.ГГГГ, что в дорожной ситуации при выборе режима света передних световых приборов водитель автомобиля «ВАЗ-21140», государственный номер <***> регион в своих действиях должен был руководствоваться п.п. 19.1, 19.2, 19.3, 19.4 ПДД РФ. При этом эксперт С.Р.Х. подтвердил в судебном заседании, что видимость в ночное время снижается, тогда как дорожно-транспортное происшествия имело место не позднее 21 часа 00 минут.

О целесообразности использования дальнего света фар свидетельствуют данные следственных экспериментов, в ходе которых установлено значительное превышение общей видимости при дальнем свете фар значения конкретной видимости при ближнем свете фар.

Анализ собранных по делу доказательств, позволил суду сделать вывод о доказанности виновности ФИО1 в совершенном преступлении.

Суд действия ФИО1 квалифицирует по ч.3 ст. 264 УК Российской Федерации, а именно как нарушение лицом, управляющим автомобилем, правил дорожного движения, повлекшее по неосторожности смерть человека.

Данная квалификация нашла свое подтверждение, так как ФИО1, управляя автомобилем <данные изъяты> действуя по неосторожности в форме небрежности, не предвидя возможности наступления общественно опасных последствий своих действий, хотя при необходимой внимательности и предусмотрительности должен был и мог предвидеть эти последствия, и имея возможность их предотвращения при соблюдении Правил дорожного движения РФ, ФИО1 нарушил требования п. 2.3.1, п. 10.1 Правил дорожного движения Российской Федерации, повлекшее смерть пешехода М.Ю.А.

Утверждения стороны защиты о том, что ФИО1 действовал в рамках ПДД не имеют объективного подтверждения, поскольку опровергаются сведениями, зафиксированными на видеорегистраторе автомобиля, свидетельствующими о том, что подсудимый никаких своевременных мер к предотвращению дорожно-транспортного происшествия не предпринимал, поскольку согласно п.10.1 ПДД РФ водитель должен вести транспортное средство со скоростью, не превышающей установленного ограничения, учитывая при этом интенсивность движения, особенности и состояние транспортного средства и груза, дорожные и метеорологические условия, в частности видимость в направлении движения. Скорость должна обеспечивать водителю возможность постоянного контроля за движением транспортного средства для выполнения требований Правил. При возникновении опасности для движения, которую водитель в состоянии обнаружить, он должен принять возможные меры к снижению скорости вплоть до остановки транспортного средства.

Доводы подсудимого в части того, что пешеход находился в состоянии опьянения суд находит несостоятельными, поскольку сами по себе действия потерпевшего не являются основанием для освобождения от уголовного преследования. Материалами уголовного дела не установлено, что данное дорожно-транспортное происшествие имело место исключительно в результате несоответствия действий пешехода требованиям Правил дорожного движения.

Следует также учитывать и то, что субъективная сторона преступления характеризуется неосторожной виной.

Ссылка защитника на автотехнические экспертизы как подтверждающие невиновность подсудимого безосновательна, поскольку ни одно доказательство не имеет преимущественное значение перед другим, все доказательства оцениваются с точки зрения относимости, допустимости, достоверности, собранные доказательства в совокупности - достаточности для постановления обвинительного приговора.

Показания ФИО1 о скорости управляемого им автомобиля 70-80 км/ч опровергаются материалами дела, которыми установлено, что он двигался со скоростью, превышающей максимально допустимую знаком ограничения скорости 70 км/ч.

В то же время ФИО1 не отрицает наличие знака - «Опасный поворот» - Аварийный участок дороги, который относится по Правилам дорожного движения к числу предупреждающих знаков. Наличие данного знака на указанном участке дороги зафиксировано и в проекте организации дорожного движения на автомобильных дорогах общего пользования (том 2, л.д.8-10), где отражена дислокация знаков 1.12.1, 1.12.2 «Опасные повороты». И как пояснил подсудимый ФИО1 в судебном заседании, по данному участку дороги он передвигается ежедневно, соответственно знаком с дорожной ситуацией на данном участке местности.

Выводы ФИО1 и его защитника, что используемый им ближний свет фар был обусловлен впереди идущим транспортным средством, не нашли своего объективного подтверждения. Свидетель Ж.Р.Ж. в судебном заседании указал, что на видеорегистраторе не зафиксирован момент переключения фар, а также из его показаний, данных в ходе предварительного следствия и оглашенных в судебном заседании, что на просмотренной записи автомобилей в попутном или встречном направлении в период дорожно-транспортного происшествия не было. В ходе просмотра самой видеозаписи установлено, что 2015.12.05 20:30:42 - автомобиль проезжает дорожный знак 3.20 «Обгон запрещен», на дальности порядка 150-200 метров впереди - свет задних фонарей попутно следующего автомобиля.

При этом ПДД РФ регламентируется переключение дальнего света фар на ближний в населенных пунктах, при встречном разъезде и для исключения возможности ослепления водителей как встречных, так и попутных транспортных средств, тогда как расстояние до попутно следующего автомобиля установлено 150-200 м.

При назначении наказания суд, в соответствии с положениями ст. 6, 43, 60 УК Российской Федерации, учитывает характер и степень общественной опасности преступления, данные о личности виновного, смягчающие наказание обстоятельства, а также влияние назначенного наказание на исправление ФИО1 и на условия жизни его семьи.

Смягчающими наказание обстоятельствами суд согласно ст. 61 УК Российской Федерации, признает совершение впервые преступления средней тяжести вследствие случайного стечения обстоятельств; оказание медицинской помощи непосредственно после совершения преступления, путем вызова экстренной оперативной службы 112 (п. «к» ч.1 ст. 61 УК Российской Федерации), принесение извинений потерпевшей, наличие несовершеннолетнего ребенка на иждивении.

Отягчающих наказание обстоятельств, предусмотренных ст. 63 УК Российской Федерации, судом не установлено.

Учитывая наличие смягчающего наказание обстоятельства, предусмотренного п. «к» ч.1 ст. 61 УК Российской Федерации, и отсутствие обстоятельств, отягчающих наказание, суд назначает наказание по правилам ч.1 ст. 62 УК Российской Федерации.

На основании вышеизложенного, с учетом характера и степени общественной опасности совершенного ФИО1 преступления, относящегося к категории средней тяжести, данных о личности виновного, наличия смягчающих и отсутствие отягчающих наказание обстоятельств, требований ч.1 ст. 62 УК Российской Федерации, влияния назначенного наказания на его исправление и на условиях жизни его семьи, суд приходит к выводу, что в целях восстановления социальной справедливости, а также для достижения целей исправления подсудимого, предупреждения совершения им новых преступлений, необходимо назначить ему наказание в виде лишения свободы.

Вместе с тем, смягчающие наказание обстоятельства, которые суд признает таковыми при назначении ФИО1 наказания, сами по себе не могут свидетельствовать о том, что исправление подсудимого может быть достигнуто при назначении наказания с применением положений ст. 73 УК Российской Федерации.

Конкретные фактические обстоятельства совершенного преступления, данные о личности подсудимого не дают оснований для применения к нему требований ч.6 ст. 15 УК РФ и изменения категории преступлений.

Исключительных обстоятельств, дающих основания для назначения наказания с применением ст. 64 УК Российской Федерации, суд не усматривает.

В соответствии с требованиями п. «а» ч. 1 ст. 58 УК Российской Федерации, отбытие наказания ФИО1 назначить в колонии-поселении.

Учитывая характер, степень общественной опасности и конкретные обстоятельства совершенного ФИО1 преступления, данные его личности, в том числе смягчающие обстоятельства, суд приходит к выводу, что в целях восстановления социальной справедливости, исправления осужденного и предупреждения совершения им новых преступлений, следует назначить дополнительное наказание в виде лишения права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами.

Сведений о том, что работа подсудимого непосредственно связана с управлением транспортным средством и является единственным источником доходов его семьи, суду представлено не было.

Потерпевшей К.Н.А. заявлен гражданский иск к ФИО1 о возмещении ущерба, причиненного преступлением, а именно о возмещении материального ущерба в размере 49300 рублей, морального вреда в размере 1 500 000 рублей, расходов на адвокатские услуги в размере 140 000 рублей, документально подтверждая расходы. Ею отмечено, что понадобилось 3,5 года, чтобы довести дело до суда, несла затраты по адвокату и похоронам, помощь не оказывал, договорились встретиться на следующий день после поминок, однако на связь не вышел.

В судебном заседании потерпевшая К.Н.А. и ее представитель Морозова Л.Ф. поддержали заявленные требования, просили их удовлетворить.

Гражданский ответчик ФИО1 возражал против удовлетворения исковых требований, полагая, что исковые требования должны быть предъявлены к виновному лицу, каковым он себя не считает.

Суд, рассмотрев требования гражданского иска, выслушав стороны, исследовав материалы дела в этой части, приходит к следующему выводу.

В соответствии со ст. 1064 ГК Российской Федерации вред, причиненный личности или имуществу гражданина, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

В результате дорожно-транспортного происшествия, вызванного преступной небрежностью водителя ФИО1, пешеход М.Ю.А. получил телесные повреждения, от которых скончался на месте происшествия.

Нарушение водителем ФИО1 требований п. 2.3.1, п.10.1 ПДД РФ находятся в прямой причинной связи с наступлением общественно-опасных последствий – причинением смерти М.Ю.А.

Согласно свидетельства о смерти I-КВ №, выданного Специализированным отделом по государственной регистрации смерти службы записи актов гражданского состояния Астраханской области ДД.ММ.ГГГГ М.Ю.А. умер ДД.ММ.ГГГГ

Материальный ущерб складывается из расходов на поминальный обед (15 000 рублей), ритуальные услуги по подготовке тела в размере 3580 рублей, принадлежностям и организации похорон в размере 27500 рублей.

Вместе с тем, квитанция на сумму 3310 рублей, свидетельствующая о покупке пирогов, датируемая ДД.ММ.ГГГГ не может быть принята во внимание, поскольку не содержит целевое назначение.

Заявленная сумма, затраченная на поминальные обеды в размере 21800 рублей, опровергается материалами дела, поскольку стороной истца (потерпевшей) представлены квитанции от 8, ДД.ММ.ГГГГ на общую сумму 15 000 рублей.

Что касается расходы на оплату услуг адвоката в размере 140 000 рублей, то как разъяснил Пленум Верховного Суда Российской Федерации в Постановлении от 21 января 2016 г. № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела» разумными следует считать такие расходы на оплату услуг представителя, которые при сравнимых обстоятельствах обычно взимаются за аналогичные услуги. При определении разумности могут учитываться объем заявленных требований, цена иска, сложность дела, объем оказанных представителем услуг, время, необходимое на подготовку им процессуальных документов, продолжительность рассмотрения дела и другие обстоятельства (пункт 13).

По смыслу нормы, содержащейся в ч.1 ст.100 ГПК Российской Федерации, разумные пределы расходов являются оценочным понятием, четкие критерии их определения применительно к тем или иным категориям дел законом не предусматриваются. Размер подлежащих взысканию расходов на оплату услуг представителя суд определяет в каждом конкретном случае с учетом характера заявленного спора, степени сложности дела, рыночной стоимости оказанных услуг, затраченного представителем на ведение дела времени, объема фактически оказанных стороне юридических услуг, соразмерности защищаемого права и суммы вознаграждения, а также иных факторов и обстоятельств дела.

Как установлено в судебном заседании, уголовное дело возбуждено ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ отказано в возбуждении уголовного дела, ДД.ММ.ГГГГ постановление об отказе в возбуждении уголовного дела отменено, ДД.ММ.ГГГГ отказано в возбуждении уголовного дела, ДД.ММ.ГГГГ отказано в возбуждении уголовного дела, ДД.ММ.ГГГГ адвокатом Морозовой А.Ф. выписан ордер на представительство К.Н.А. в ОП (квитанция от ДД.ММ.ГГГГ на сумму 10 000 рублей), ДД.ММ.ГГГГ постановление об отказе в возбуждении уголовного дела отменено, ДД.ММ.ГГГГ в возбуждении уголовного дела отказано, ДД.ММ.ГГГГ постановление об отказе в возбуждении уголовного дела отменено, ДД.ММ.ГГГГ в возбуждении уголовного дела отказано, ДД.ММ.ГГГГ постановление об отказе в возбуждении уголовного дела отменено, ДД.ММ.ГГГГ в возбуждении уголовного дела отказано, ДД.ММ.ГГГГ постановлением заместителем прокурора <адрес> постановление об отказе в возбуждении уголовного дела отменено, ДД.ММ.ГГГГ возбуждено уголовное дело, ДД.ММ.ГГГГ К.Н.А. признана потерпевшей, ДД.ММ.ГГГГ отменено постановление о возбуждении уголовного дела, ДД.ММ.ГГГГ отказано в возбуждении уголовного дела, ДД.ММ.ГГГГ постановление об отказе в возбуждении уголовного дела отменено, ДД.ММ.ГГГГ в возбуждении уголовного дела отказано, ДД.ММ.ГГГГ отменено постановление об отказе в возбуждении уголовного дела, ДД.ММ.ГГГГ К.Н.А. признана потерпевшей, допрошена в этом статусе, ДД.ММ.ГГГГ Морозовой Л.Ф. выписан ордер на представление интересов потерпевшей в СУ СЧ (квитанция от ДД.ММ.ГГГГ в размере 10 000 рублей), ДД.ММ.ГГГГ допущена к уголовному делу в качестве представителя потерпевшего, ДД.ММ.ГГГГ уголовное дело прекращено, ДД.ММ.ГГГГ постановлением заместителем прокурора <адрес> постановление о прекращении уголовного дела отменено, ДД.ММ.ГГГГ предварительное следствие возобновлено, ДД.ММ.ГГГГ адвокатом Жихаревым В.Г. выписан ордер на представление интересов К.Н.А. в отделе по РДТП СУ (квитанция от ДД.ММ.ГГГГ на сумму 20000 рублей), ДД.ММ.ГГГГ уголовное дело прекращено, ДД.ММ.ГГГГ постановление о прекращении уголовного дела отменено, ДД.ММ.ГГГГ предварительное следствие возобновлено, ДД.ММ.ГГГГ уголовное дело прекращено, ДД.ММ.ГГГГ постановление о прекращении уголовного дела отменено, ДД.ММ.ГГГГ предварительное следствие возобновлено, ДД.ММ.ГГГГ уголовное дело прекращено, ДД.ММ.ГГГГ постановление о прекращении уголовного дела отменено, ДД.ММ.ГГГГ предварительное следствие возобновлено, ДД.ММ.ГГГГ уголовное дело прекращено, ДД.ММ.ГГГГ постановлением суда разрешена отмена постановления о прекращении уголовного дела, ДД.ММ.ГГГГ указанное постановление судом апелляционной инстанции оставлено без изменения, ДД.ММ.ГГГГ уголовное дело поступило в суд, ДД.ММ.ГГГГ адвокатом Морозовой Л.Ф. выписан ордер на представление интересов потерпевшей К.Н.А. в суде.

Учитывая, что материалами дела подтвержден факт несения потерпевшей расходов на услуги представителя, а также с учетом требований разумности и справедливости, исковые требования в части взыскания расходов на оплату услуг представителя подлежат частичному удовлетворению в части 65 000 рублей.

Согласно ст. 1099 ГК Российской Федерации основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными гл. 59 и ст. 151 ГК Российской Федерации. Компенсация морального вреда осуществляется независимо от подлежащего возмещению имущественного вреда.

В соответствии с положениями ст.151 ГК Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

В силу п. 1 ст. 1100 ГК Российской Федерации компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случаях, когда вред причинен жизни или здоровью гражданина источником повышенной опасности.

В соответствии с п. 2 ст. 1101 ГК Российской Федерации, размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации морального вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Учитывая обстоятельства дела, степень вины причинителя вреда, характер причиненных потерпевшей физических и нравственных страданий, невосполнимость утраты гибели брата, суд приходит к выводу о частичном удовлетворении исковых требования о компенсации морального вреда, а именно в размере 1 000 000 рублей.

Меру пресечения ФИО1 в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении до вступления приговора в законную силу оставить без изменения.

В силу требований ч.3 ст. 81 УПК Российской Федерации и с учетом правовой позиции Верховного Суда Российской Федерации, выраженной в п.30 постановления Пленума от 9 декабря 2008 г. № 25 «О судебной практике по делам о преступлениях, связанных с нарушением правил дорожного движения и эксплуатации транспортных средств, а также с их неправомерным завладением без цели хищения», транспортное средство не может быть признано орудием, оборудованием или иным средством совершения преступления, предусмотренного ст. 264, 264.1 УК Российской Федерации, с вещественного доказательства – автомобиля <данные изъяты> г/н №, возвращенного владельцу ФИО1, снять ограничения.

В силу требований ч.3 ст. 81 УПК Российской Федерации вещественное доказательство – флеш-накопитель SMARTBUY 8 GB с видеозаписью ДТП в мультимедиа-файле «PICT5191» следует оставить при уголовном деле в течение всего срока хранения.

На основании изложенного, руководствуясь ст. 303, 304, 307-309 УПК Российской Федерации, суд

ПРИГОВОРИЛ:

ФИО1 признать виновным в совершении преступления, предусмотренного ч.3 ст. 264 УК Российской Федерации, и назначить наказание в виде лишения свободы сроком на 2 года, с отбыванием в колонии – поселении, с лишением права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами, сроком на 2 года.

Гражданский иск К.Н.А. к ФИО1 о возмещении материального ущерба и компенсации морального вреда - удовлетворить частично.

Взыскать с ФИО1 в пользу К.Н.А. в счет возмещения материального ущерба 46080 (сорок шесть тысяч восемьдесят) рублей, в счет возмещения расходов на оплату услуг представителя в размере 65 000 (шестидесяти пяти тысяч) рублей.

Взыскать с ФИО1 в пользу К.Н.А. в счет компенсации морального вреда 1 000 000 (один миллион) рублей.

Меру пресечения ФИО1 в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении до вступления приговора в законную силу оставить без изменения.

Разъяснить осужденному порядок исполнения назначенного наказания в виде лишения свободы с отбыванием в колонии-поселении, предусмотренный ст.751 УИК Российской Федерации, согласно которой территориальным органом уголовноисполнительной инспекции не позднее 10 суток со дня получения копии приговора, осужденному будет вручено предписание о направлении к месту отбывания наказания и обеспечении её направления в колонию-поселение.

Возложить на осужденного обязанность незамедлительно явиться по вызову территориального органа уголовно-исполнительной системы, исполнить полученное предписание о направлении к месту отбывания наказания, куда следовать самостоятельно.

Срок наказания в виде лишения свободы ФИО1 исчислять со дня прибытия в колонию-поселение. Зачесть в срок отбытия наказания время следования осужденного к месту отбывания наказания.

Меру пресечения ФИО1 в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении до вступления приговора в законную силу оставить без изменения.

С вещественного доказательства – автомобиля <данные изъяты> г/н №, возвращенного владельцу ФИО1, снять ограничения, вещественное доказательство – флеш-накопитель SMARTBUY 8 GB с видеозаписью ДТП в мультимедиа-файле «PICT5191» - оставить при уголовном деле в течение всего срока хранения.

Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке в судебную коллегию по уголовным делам Астраханского областного суда в течение десяти суток со дня его провозглашения.

В случае подачи апелляционных жалоб или представления, осужденный вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции, а также вправе пригласить защитника по своему выбору или ходатайствовать о назначении ему защитника судом при рассмотрении дела в суде апелляционной инстанции.

Председательствующий Н.А. Колчина