Апелляционное определение № 33-7242/2025 от 17 декабря 2025 г.

Дело № 33-7242/2025

№ 2-2135/2025

УИД: 36RS0004-01-2025-003365-94

Строка № 2.178

ВОРОНЕЖСКИЙ ОБЛАСТНОЙ СУД


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

г. Воронеж 18 декабря 2025 г.

Судебная коллегия по гражданским делам Воронежского областного суда в составе:

председательствующего судьи Леденевой И.С.,

судей Очневой О.В., Юрченко Е.П.,

при секретаре Полякове А.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании в помещении Воронежского областного суда в г. Воронеже по докладу судьи Юрченко Е.П.

гражданское дело по иску ФИО1 к акционерном обществу «Альфа Банк» о признании кредитного договора ничтожным в части, применении последствий недействительности ничтожной сделки, о возложении обязанности аннулировать записи по обязательству, компенсации морального вреда

по апелляционной жалобе ФИО1

на решение Ленинского районного суда г. Воронежа от 25 августа 2025 г.

(судья районного суда Калинина Е.И.),

У С Т А Н О В И Л А:

ФИО1 обратилась с иском к АО «Альфа-Банк», просила признать дополнительное соглашение от 28 февраля 2025 г. к потребительскому кредиту с лимитом кредитования от 02 сентября 2025 г. ничтожным и применить последствия ничтожной сделки, обязать АО «Альфа Банк» направить в Бюро кредитных историй информацию об аннулировании записей по обязательству от 28 февраля 2025 г., взыскать компенсацию морального вреда в размере 24795, 00 руб., расходы по уплате госпошлины в размере 3000, 00 руб. (Т. 1 л.д. 3-6).

В обоснование иска указано, что 28 февраля 2025г. в личном кабинете на портале Госуслуги неизвестное лицо поменяло пароль, получив доступ к личным данным истца, отправляло запросы в банки от имени истца на выдачу кредитов, о чем истец узнала из СМС сообщений на телефоне №, однако сама истец кодов в СМС-сообщениях не вводила, сообщений не отправляла, запросов на СМС также не было.

О произошедшем истец сообщила в полицию.

Истцу пришли сообщения из АО «Альфа Банк», что совершен вход в личный кабинет, оформлен перевод денежных средств. Истец сообщила оператору АО «Альфа Банк» о том, что от ее имени действуют иные лица, доступ в личный кабинет Банк заблокировал. Из ООО «<данные изъяты>» ей сообщили, что запрошен перевод от ее имени на сумму 80000, 00 руб., после сообщения работникам ООО «<данные изъяты>» о том, что от ее имени действуют иные лица, перевод был заблокирован.

Далее истец обратилась с заявлением в АО «Альфа Банк» о том, что кредитный договор она не оформляла, перевод денежных средств не запрашивала, однако, в расторжении договора отказано.

Из выписки по счету АО «Альфа Банк» усматривается, что на имя истца 28 февраля 2025 г. оформлено дополнительное соглашение к договору потребительского кредита, с лимитом кредитования от 02 сентября 2022 г. на сумму 119795, 00 руб., из которых 24795, 00 руб. Банк удержал за предоставление рассрочки, 95000, 00 руб. Банк перевел на счет дебетовой карты истца, затем на сумму 15000, 00 руб. осуществлен перевод неизвестному лицу по СБП по номеру телефона, на сумму 80000, 00 руб. осуществлен платеж через СБП в ООО «<данные изъяты>», а затем осуществлен возврат указанной суммы 80000,00 руб., поскольку ООО «<данные изъяты>» перевод был заблокирован.

В этот же день телефон истца с СИМ-картой № изъяли в СУ УМВД России по Ленинскому району г. Воронежа на экспертизу.

01 марта 2025 г. возбуждено уголовное дело № 12501200070140293 по признакам преступления предусмотренного ч. 3 ст. 30, п. «г» ч. 3 ст. 158 УК РФ, истец признана потерпевшей по указанному делу.

04 марта 2025 г. истец возвратила на счет АО «Альфа Банк» 80001,13 руб. со счета, на который поступил возврат суммы 80000, 00 руб. с ООО «<данные изъяты>».

12 марта 2025 г. АО «Альфа Банк» ответил отказом на претензию истца о расторжении кредитного договора.

На 17 марта 2025 г. в справке по рассрочке к дебетовой карте общая задолженность истца составляет 39 794, 87 руб.

Поскольку 28 февраля 2025 г. истец заявку на получение кредита не подавала и рассрочку от 28 февраля 2025 г. к потребительскому договору не подписывала, следовательно, никаких прав и обязанностей у сторон по договору не возникло.

Указанные обстоятельства послужили основанием для подачи настоящего иска.

Решением Ленинского районного суда г. Воронежа от 25 августа 2025 г., исковые требования ФИО1 удовлетворены частично.

Дополнительное соглашение от 28 февраля 2025 г. к договору потребительского кредита с лимитом кредитования № от 02 сентября 2022 г., заключенного между ФИО1 и АО «Альфа Банк» признано недействительным, применены последствия недействительности ничтожной сделки, постановлено освободить ФИО1 от исполнения обязательств, вытекающих из дополнительного соглашения от 28 февраля 2025 г., удалить из кредитной истории запись о дополнительном соглашении соглашение от 28 февраля 2025 г. к договору потребительского кредита с лимитом кредитования № от 02 сентября 2022 г.

С АО «Альфа Банк» в пользу ФИО1 в счет компенсации морального вреда взыскано 5 000,00 руб., а также расходы по уплате государственной пошлины в размере 3 000, 00 руб.

В удовлетворении остальных требований ФИО1 отказано (Т. 1 л.д. 227-232).

В апелляционной жалобе АО «Альфа Банк» в лице представителя по доверенности ФИО3 просило отменить решение суда первой инстанции и принять по делу новый судебный акт об отказе в удовлетворении иска в полном объеме, ссылаясь на то, что суд не учел, что Банком с истцом был заключен договор на дистанционное банковское обслуживание 27 июля 2021 г., где был указан доверенный номер, при этом смс-сообщения направлялись на указанный истцом номер телефона №, коды и пароли введены корректно, клиентом совершен успешный вход в Интернет Банк с использованием одноразового пароля, от Банка было предупреждение – не сообщать никому пароль. Вход неустановленных лиц возможен лишь при разглашении кодов, персональных данных и порядка использования карт. Успешная аутентификация и верификация истца, ввод одноразовых паролей, поступивших на ее номер телефона, позволяли Банку считать, что операции и распоряжения составлено именно установленным лицом, в связи с чем у Банка отсутствовали основания не исполнять поступившее распоряжение клиента Банка. Истец Банку своевременно не сообщил о разглашении конфиденциальных данных. Вывод суда об отсутствии волеизъявления истца на совершение сделок не соответствует действительности. Обращение истца с заявлением в правоохранительные органы, вынесение постановления о возбуждении уголовного дела по факту хищения имущества и признание истца потерпевшим, само по себе достаточным и достоверным доказательством факта совершения оспариваемых операций не истцом не является, приговор суда по факту мошеннических действий не постановлен (Т. 2 л.д. 1-2, 13-24).

В возражениях на апелляционную жалобу ФИО1 просила оставить решение суда без изменения, апелляционную жалобу АО «Альфа Банк» - без удовлетворения. Заявление в Банк о мошеннических действиях было написано в тот же день 28 февраля 2025 г. Быстрый перевод между счетами клиента, потом третьим лицам свидетельствует о подозрительности операций, требует повышенных мер предосторожности. По детализации звонков видно, что смс сообщения с телефона истца в период времени с 12.39 час. до 13.25 час. 28 февраля 2025 г. не направлялись, т.е. истец коды не подтверждала. Выводами экспертизы, проведенной в рамках уголовного дела, подтверждено, что в памяти телефона находится стороннее, вредоносное приложение, позволяющее принимать смс, просматривать сообщения, т.е. позволяет дистанционно оформить кредит. Кроме того, совершалась нетипичная операция, поскольку ранее рассрочку более чем на 19 160 руб. истец не просила. Помимо этого, Банк увеличил лимит кредитования при непогашенной просрочке (Т. 2 л.д. 41-47).

В судебное заседание ФИО1, представители АО «Альфа Банк», АО «Национальное бюро кредитных историй» не явились, о времени, дате и месте судебного разбирательства извещены (Т.2 л.д. 51-64). В соответствии с положениями части 1 статьи 327 и части 3 статьи 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее - ГПК РФ) судебная коллегия сочла возможным рассмотреть дело в отсутствие неявившихся лиц, участвующих в деле.

Согласно пункту 4 статьи 847 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) договором может быть предусмотрено удостоверение прав распоряжения денежными суммами, находящимися на счете, электронными средствами платежа и иными способами с использованием в них аналогов собственноручной подписи (пункт 2 статьи 160), кодов, паролей и других средств, подтверждающих, что распоряжение дано уполномоченным на это лицом.

В соответствии со статьей 854 ГК РФ списание денежных средств со счета осуществляется банком на основании распоряжения клиента (пункт 1).

При приеме к исполнению платежного поручения банк обязан удостовериться в праве плательщика распоряжаться денежными средствами, проверить соответствие платежного поручения установленным требованиям, достаточность денежных средств для исполнения платежного поручения, а также выполнить иные процедуры приема к исполнению распоряжений, предусмотренные законом, банковскими правилами и договором (абзац 1 пункта 2 статьи 864 ГК РФ).

Аналогичные требования содержатся в части 4 статьи 8 Федерального закона от 27 июня 2011 г. № 161-ФЗ «О национальной платежной системе» (далее - ФЗ «О национальной платежной системе»).

В соответствии с пунктом 11 статьи 9 ФЗ «О национальной платежной системе» в случае утраты электронного средства платежа и (или) его использования без добровольного согласия клиента клиент обязан направить соответствующее уведомление оператору по переводу денежных средств в предусмотренной договором форме незамедлительно после обнаружения факта утраты электронного средства платежа и (или) его использования без добровольного согласия клиента, но не позднее дня, следующего за днем получения от оператора по переводу денежных средств уведомления о совершенной операции.

В пункте 3 Приказа Банка России от 27 сентября 2018 г. № ОД-2525 утверждены признаки осуществления перевода денежных средств без согласия клиента, определены критерии, такие как несоответствие характера и (или) параметров, и (или) объема проводимой операции (время (дни) осуществления операции, место осуществления операции, устройство, с использованием которого осуществляется операция и параметры использования, сумма осуществления операции, периодичность (частота) осуществления операций, получатель средств) операциям, обычно совершаемым клиентом оператора по переводу денежных средств (осуществляемой клиентом деятельности).

Согласно пункту 3 статьи 1 ГК РФ при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно.

В силу пункта 4 статьи 1 ГК РФ никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.

Оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. По общему правилу пункта 5 статьи 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное (пункт 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 года № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации»).

Согласно пункту 1 статьи 160 ГК РФ сделка в письменной форме должна быть совершена путем составления документа, выражающего ее содержание и подписанного лицом или лицами, совершающими сделку, либо должным образом уполномоченными ими лицами.

Письменная форма сделки считается соблюденной также в случае совершения лицом сделки с помощью электронных либо иных технических средств, позволяющих воспроизвести на материальном носителе в неизменном виде содержание сделки, при этом требование о наличии подписи считается выполненным, если использован любой способ, позволяющий достоверно определить лицо, выразившее волю. Законом, иными правовыми актами и соглашением сторон может быть предусмотрен специальный способ достоверного определения лица, выразившего волю.

В силу пункту 1 статьи 8 Закона Российской Федерации от 7 февраля 1992 г. № 2300-1 «О защите прав потребителей» (далее Закон о защите прав потребителей) потребитель вправе потребовать предоставления необходимой и достоверной информации об изготовителе (исполнителе, продавце), режиме его работы и реализуемых им товарах (работах, услугах).

Статьей 10 Закона о защите прав потребителей предусмотрена обязанность исполнителя своевременно предоставлять потребителю необходимую и достоверную информацию об услугах, обеспечивающую возможность их правильного выбора.

В статье 5 Федерального закона от 21 декабря 2013 г. № 353-ФЗ «О потребительском кредите» (далее - Закон о потребительском кредите, в редакции, действовавшей на момент возникновения спорных правоотношений) подробно указана информация, которая должна быть доведена кредитором до сведения заемщика при заключении договора, при этом индивидуальные условия договора потребительского кредита в соответствии с п. 9 этой статьи согласовываются кредитором и заемщиком индивидуально.

В пункте 14 статьи 7 Закона о потребительском кредите установлено, что документы, необходимые для заключения договора потребительского кредита (займа) в соответствии с указанной статьей, включая индивидуальные условия договора потребительского кредита (займа) и заявление о предоставлении потребительского кредита (займа), могут быть подписаны сторонами с использованием аналога собственноручной подписи способом, подтверждающим ее принадлежность сторонам в соответствии с требованиями федеральных законов, и направлены с использованием информационно-телекоммуникационных сетей, в том числе сети «Интернет». При каждом ознакомлении в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» с индивидуальными условиями договора потребительского кредита (займа) заемщик должен получать уведомление о сроке, в течение которого на таких условиях с заемщиком может быть заключен договор потребительского кредита (займа) и который определяется в соответствии с этим федеральным законом.

В силу части 2 статьи 5 Федерального закона от 6 апреля 2011 г. № 63-ФЗ «Об электронной подписи» (далее – Закон об электронной подписи) определено, что простой электронной подписью является электронная подпись, которая посредством использования кодов, паролей или иных средств подтверждает факт формирования электронной подписи определенным лицом.

Согласно части 2 статьи 6 Закона об электронной подписи закреплено, что информация в электронной форме, подписанная простой электронной подписью или неквалифицированной электронной подписью, признается электронным документом, равнозначным документу на бумажном носителе, подписанному собственноручной подписью, в случаях, установленных федеральными законами, принимаемыми в соответствии с ними нормативными правовыми актами, нормативными актами Центрального банка Российской Федерации или соглашением между участниками электронного взаимодействия, в том числе правилами платежных систем. Нормативные правовые акты и соглашения между участниками электронного взаимодействия, устанавливающие случаи признания электронных документов, подписанных неквалифицированной электронной подписью, равнозначными документам на бумажных носителях, подписанным собственноручной подписью, должны предусматривать порядок проверки электронной подписи. Нормативные правовые акты и соглашения между участниками электронного взаимодействия, устанавливающие случаи признания электронных документов, подписанных простой электронной подписью, равнозначными документам на бумажных носителях, подписанным собственноручной подписью, должны соответствовать требованиям ст. 9 данного закона.

Как разъяснено Конституционным Судом Российской Федерации в определении от 13 октября 2022 г. № 2669-О, к числу обстоятельств, при которых кредитной организации в случае дистанционного оформления кредитного договора надлежит принимать повышенные меры предосторожности, следует отнести факт подачи заявки на получение клиентом кредита и незамедлительной выдачи банку распоряжения о перечислении кредитных денежных средств в пользу третьего лица (лиц).

Таким образом, при заключении договора потребительского кредита, а также при предложении дополнительных услуг, оказываемых кредитором и (или) третьими лицами, включая страхование жизни и (или) здоровья заемщика в пользу кредитора, а также иного страхового интереса заемщика, в том числе с помощью электронных либо иных технических средств кредитором до сведения заемщика должна быть своевременно доведена необходимая и достоверная информация об услугах, обеспечивающая возможность их правильного выбора, при этом индивидуальные условия договора потребительского кредита должны быть в обязательном порядке согласованы кредитором и заемщиком индивидуально.

В случае совершения лицом сделки с помощью электронных либо иных технических средств его письменная форма считается соблюденной, если эти средства позволяют воспроизвести на материальном носителе содержание договора в неизменном виде (в частности, при распечатывании).

Информация в электронной форме, подписанная простой электронной подписью, признается электронным документом, равнозначным документу на бумажном носителе, подписанному собственноручной подписью, в случаях, установленных федеральными законами или соглашением между участниками электронного взаимодействия, которые должны предусматривать в том числе правила определения лица, подписывающего электронный документ, по его простой электронной подписи.

Соответственно, для обеспечения документа, подписанного простой электронной подписью, юридической силой необходимо идентифицировать лицо, которое использует простую электронную подпись, понятие которой в законе определено не только через наличие присущих ей технических признаков - использование кодов, паролей или иных средств, но и через ее функциональные характеристики - необходимость подтверждения факта формирования электронной подписи определенным лицом.

Учитывая изложенное, легитимность электронного документа с простой электронной подписью, содержащего условия, которые названы в законе или иных правовых актах как существенные или необходимые для договоров данного вида, а также все те условия, относительно которых по заявлению одной из сторон должно быть достигнуто соглашение, подтверждается наличием указания в нем лица, от имени которого составлен и отправлен электронный документ.

Возможность использования персональных данных физического лица для дистанционного совершения сделки предполагает необходимость применения повышенных стандартов проверки всех ее элементов (в том числе, субъектного состава, реальности воли и волеизъявления). Тем более, значимыми данные обстоятельства являются при формировании сделок между субъектами коммерческой деятельности и потребителями.

Неэффективность сформированного Банком порядка проверки своего предполагаемого контрагента, с которым он намерен заключить кредитный договор и выдать в долг денежные средства, не может создавать неблагоприятных последствий для сторонних лиц, которые в такой сделке участия не принимают.

Будучи профессиональным участником финансового рынка, субъектом предпринимательства, деятельность которого прямо направлена на извлечение прибыли из сделок по предоставлению в долг денежных средств, именно Банк должен предпринимать все необходимые меры, обеспечивающие заключение им сделок именно с теми лицами, которым он намерен выдать кредит.

Иной подход позволяет Банку освобождать себя от любых неблагоприятных последствий, обусловленных выдачей им кредитов без должной проверки контрагента, и, более того, создает условия для незаинтересованности в такой проверки, поскольку допускает возможность возложения обязательства по погашению долга на лицо, стороной данного обязательства не являющегося.

Оценив имеющиеся в деле доказательства по правилам статьи 67 ГПК РФ, суд первой инстанции верно установил юридически значимые обстоятельства.

Между истцом и АО «Альфа Банк» согласовано заключение кредитного договора посредством его подписания простой электронной подписью в рамках услуги интернет банка «<данные изъяты>». Обслуживание клиента в Банке осуществляется в соответствии с договором о комплексном банковском обслуживании физических лиц АО «<данные изъяты>»

Согласие на присоединение к Договору о комплексном банковском обслуживании физических лиц (далее – ДКБО) выражено клиентом собственноручной подписью.

27 июля 2021 г. истец подтвердил свое присоединение к ДКБО, выразил согласие со всеми условиями и тарифами.

От истца в Банк сведений об изменении номера телефона не поступало.

Согласно пункту 2.4.2 ДКБО основанием для предоставления клиенту услуги при условии успешной верификации и аутентификации клиента в «Альфа Клик» является распоряжение клиента в виде электронного документа, подписанного простой электронной подписью клиента (Т.1 л.д. 94).

В силу пункта 3.22.1 ДКБО одноразовый пароль может формироваться банком при проведенииаутентификации клиента при подаче клиентом распоряжения посредством услуги «Альфа клик». Для клиентов Банка допустимо оформление услуг и подписание документов посредством простой электронной подписи (далее - ПЭП), что предусмотрено пунктом 3.27 ДКБО. Банк предоставляет клиенту возможность в целях заключения в электронном виде договора потребительского кредита при наличии технической возможности оформить и направить в Банк электронные документы, подписанные простой электронной подписью в соответствии с Приложением №12 к ДКБО (Т. 1 л.д. 97-97).

Договор потребительского кредита признается заключенным в электронном виде с момента подписания клиентом ПЭП в целях заключения договора потребительского кредита.

Посредством интернет канала клиент может оформить и подписать электронные документы с применением ПЭП в целях заключения договора потребительского кредита, предусматривающего предоставление кредита наличными, а также поручение на перевод денежных средств со счета клиента с целью оплаты страховой премии по заключенным/заключаемым договорам страхования.

Соглашением об электронном взаимодействии между Банком и клиентом выступает Приложение №12 к ДКБО, являющееся Правилами электронного документооборота между Банком и заключения договоров с банком в электронном виде с использованием простой электронной подписи с условиями которого истец был ознакомлен и согласен при подписании анкеты клиента о присоединении к ДКБО. При наличии технической возможности у Банка, клиент и Банк могут оформлять электронные документы и подписать их ПЭП. Особенности формирования и подписания электронных документов между банком и клиентами посредством СДБО установлены разделом 5 Приложения №12 к ДКБО.

В пунктах 5.1, 5.2 Приложения №123 к ДКБО предусмотрено, что в установленных Банком случаях электронные документы могут подписываться клиентом в СДБО простой электронной подписью. Клиент, следуя инструкции в экранных формах СДБО, используя функциональные кнопки, инициирует формирование и подписание соответствующего электронного документа или пакета электронных документов, подписываемых одной ПЭП. Одним из способов подписания электронных документов в зависимости от вида СДБО может выступить ключ ПЭП клиента в виде одноразового пароля (пункт 5.3 Приложения №12 к ДКБО). Клиент подписывает электронный документ ПЭП посредством ввода корректного ключа в соответствующее поле СДБО.

В пункте 5.5 Приложения №12 к ДКБО предусмотрено, что для подписания электронного документа ПЭП, формируемой с использованием одноразового пароля, Банк отправляет клиенту одноразовый пароль в составе смс сообщения на номер телефона сотовой связи клиента /информационного ЮССД сообщения или в составе push уведомления на мобильное устройство клиента с помощью которого осуществляется доступ к услуге «Альфа Мобайл»/Альфа Мобайл лайт. До подписания электронного документа клиент обязан ознакомиться с ним. Если клиент не желает подписывать документ в электронном виде, он вправе подписать его на бумажном носителе, обратившись в отделение ДКБО.

Сведения, содержащиеся в простой электронной подписи, фиксируются в ПО банка (электронный архив) и подтверждают факт подписания клиентом и банком электронного документа с применением ПЭП в указанные в электронном документе дату и время его подписания.

В силу положений пункта 2.13 Приложения №12 к ДКБО электронные документы, подписанные ПЭП клиента, после положительных результатов проверки ключа, введенного клиентом, в соответствии с ДКБО признаются банком и клиентом равнозначными документам на бумажном носителе, подписанном собственноручной подписью, удовлетворяют требованию совершения сделки в простой письменной форме в соответствии с Гражданским Кодексом Российской Федерации и влекут юридические последствия, аналогичные последствиям совершении сделки с физическим присутствием клиента.

28 февраля 2025 г. в 12:46:33 час. осуществлен успешный вход в Интернет Банк «<данные изъяты> с использованием одноразового пароля, направленного Банком 28 февраля 2025 г. в 12:46 (МСК) на номер клиента ФИО1 № «код для входа в Альфа онлайн: <данные изъяты>. Никому его не сообщайте (Т.1 л.д. 191).

28 февраля 2025 г. в 13:03 (МСК) Банком на номер телефона клиента ФИО1 № было направлено СМС сообщение «код <данные изъяты> для подтверждения заключения рассрочки. Никому его не передавайте» с одноразовым паролем для заключения между клиентом и банком договора кредита путем подписания клиентом электронных документов с использованием простой электронной подписи.

Посредством ввода пароля из смс сообщения, отправленного банком осуществлено подписание с использованием простой электронной подписи договора кредита, что подтверждается отчетом о подписании электронных документов простой электронной подписью заемщика в целях предоставлении услуги «деньги в рассрочку».

Из вышеназванного отчета следует, что 28 февраля 2025 г. 13:03:45 (МСК) был сформирован ключ <данные изъяты>, далее он был направлен на телефон истца посредством СМС сообщения и в 13:04:05 успешно введен.

Таким образом, по мнению Банка между клиентом и Банком 28 февраля 2025 г. посредством интернет Банка было заключено Дополнительное соглашение к Договору потребительского кредитования от 02 сентября 2022 г. №

Согласно условиям кредитного договора возобновляемый лимит составляет 0 руб., не возобновляемый лимит 119795, 00 руб. и комиссии за предоставление рассрочки 24795, 00 руб. Денежные средства в размере 95000,00 руб. по договору кредита переведены на счет клиента №. После заключения Дополнительного соглашения к Договору потребительского кредита с лимитом кредитования № 02 сентября 2022 г. совершен внутрибанковский перевод кредитных денежных средств в размере 95000 руб. на счет №, далее операции по переводу денежных средств посредством системы быстрых платежей в пользу третьих лиц: 15000, 00 руб. в пользу клиента + № через систему быстрых и платежей и 80000, 00 руб. в пользу <данные изъяты> (Т. 1 л.д. 25-26).

Для подтверждения операций по счету были использованы одноразовые пароли из СМС уведомлений направляемых на номер мобильного телефона истца.

Таким образом, указанные операции по подписанию Дополнительного соглашения к кредитному договору и дальнейшем перечислении денежных средств, полученных по дополнительному соглашению и переводы их на счета третьих лиц совершены в промежуток времени 28 февраля 2025 г. с 12:37 до 13:13 часов, согласно представленной ФИО1 детализации СМС сообщений. Кроме того, как усматривается из распечатки отправленных сообщений представленную АО «Альфа Банк» коды для входа в Альфа Онлайн направлялись на телефон истца посредством PUSH –уведомлений.

В свою очередь перевод денежных средств в <данные изъяты> на сумму 80000 руб. посредством быстрых платежей был заблокирован <данные изъяты> Банком, был совершен звонок клиенту ФИО1, которая пояснила, что переводов денежных средств не производит, денежные средства в размере 80000,00 руб. возвращены на счет ФИО1 в Альфа банке, впоследствии учтены в счет заключенного соглашения от 28 февраля 2025 г.

В обоснование своих требований о признании недействительным дополнительного соглашения от 28 февраля 2025 г. к Договору потребительского кредита с лимитом кредитования 02 сентября 2022 г. №, применении последствий недействительности ничтожной сделки ФИО1 указывала, что 28 февраля 2025 г. неизвестное лицо получило доступ к личным данным в личном кабинете Госуслуги, отправляло запросы от ее имени в банки на предоставление и выдачу кредитов, о чем ФИО1 узнавала из приходящих СМС на ее телефон, однако ответных СМС с кодами подтверждениями она не отправляла, о чем сообщила Банку, после чего ее счет был заблокирован.

Между тем, неизвестные лица, оформив дополнительное соглашение к кредиту от ее имени, успели осуществить перевод денежных средств - совершен перевод кредитных денежных средств в размере 95000 руб. на внутрибанковский счет №, открытый на имя ФИО1, далее операции по переводу денежных средств посредством системы быстрых платежей в пользу третьих лиц: 15000, 00 руб. в пользу клиента +№ через систему быстрых и платежей и 80000 руб. в пользу <данные изъяты> Банк.

Банк <данные изъяты> проявил бдительность и совершил звонок в адрес ФИО1 для подтверждения воли клиента по переводу денежных средств, в результате чего мошеннические действия неустановленных лиц были пресечены, денежные средства возвращены на счет истца в АО «Альфа Банк». В свою очередь АО «Альфа Банк» не проявил должной бдительности, заключив дополнительное соглашение к договору кредитования от 28 февраля 2025 г., удержав комиссию за рассрочку платежей в размере 24795, 00 руб. и перечислив третьему лицу через систему быстрых платежей денежную сумму 15000, 00 руб.

Как следует из материалов дела, ответчиком не оспаривалось, что 28 февраля 2025 г. после получения вышеуказанных уведомлений об одобрении кредита и перечислении кредитных средств третьим лицам, истец ФИО1 в кратчайшее время сообщила ответчику об отсутствии воли клиента на осуществление операций с его денежными средствами.

Кроме того, 28 февраля 2025 г. ФИО1 обратилась в отделение полиции № 8 УМВД России по г. Воронежу о совершении в отношении нее мошеннических действий. Постановлением следователя отдела по расследованию преступлений на территории Ленинского района СУ УМВД России по г. Воронежу от 01 марта 2025 г. возбуждено уголовное дело по признакам преступления предусмотренного ч. 3 ст. 30 п «г» ч. 3 ст. 158 Уголовного кодекса Российской Федерации.

Постановлением следователя отдела по расследованию преступлений на территории Ленинского района СУ УМВД России по г. Воронежу от 01 марта 2025 г. ФИО1 признана потерпевшей по уголовному делу №.

Проведенной проверкой установлено, что 28 февраля 2025 г. в период времени с 12 час. 39 мин. до 13 час. 25 мин. неустановленное лицо, находясь в неустановленном месте, тайно совершило покушение на хищение денежных средств со счета ПАО «Альфа Банк» № на общую сумму 95000, 00 руб., принадлежащих ФИО1

Согласно заключению эксперта №, проведенного ЭКЦ ГУ МВД России по Воронежской области от 21 марта 2025 г. в рамках расследования уголовного дела, при исследовании мобильного телефона марки «<данные изъяты>» модель <данные изъяты> установлено, что в памяти представленного телефона имеется информация, накопленная в ходе эксплуатации в период с 27 февраля 2025 г. по 28 февраля 2025 г. Данная информация в виде сформированного файла отчета формата <данные изъяты>», а также файлов различных форматов скопированных экспертом в каталог. В памяти SIM карты и карты памяти информации, накопленной в ходе эксплуатации в период с 27 февраля 2025 г. по 28 февраля 2025 г. не обнаружено. В результате сканирования при помощи дополнительного модуля программы «Вредоносные объекты (АО «<данные изъяты>» версия <данные изъяты>) с актуальным обновлением антивирусных баз установлено наличие в памяти телефона файлов (приложений) детектируемых антивирусной программой. В ходе осмотра меню телефона установлено, что в пункте меню «приложения» имеется стороннее приложение с наименованием «<данные изъяты>», которое имеет следующие разрешения для работы в устройстве: получение данных о статусе телефона, осуществление телефонных вызовов, отправка и просмотр телефонных сообщений, прием СМС сообщений, просмотр СМС и ММС.

При этом последовательные действия по переводу денежных средств с одной карты на другую ФИО1 через Альфа Онлайн, установленного в мобильном устройстве, откуда незамедлительно были переведены на счета третьих лиц, при не направлении Банком СМС сообщений, отправкой информации в виде PUSH уведомлений клиенту, при должной степени осмотрительности и предосторожности со стороны банка, применительно к положениям статьи 10 ГК РФ и частями 5 и 5.3 статьи 8 ФЗ «О национальной платежной системе» позволяли оператору по переводу денежных средств, с учетом интересов потребителя и обеспечения безопасности дистанционного предоставления услуг, усомниться в наличии согласия клиента на распоряжение денежными средствами путем перевода между своими счетами и осуществить приостановление операции, с последующим запросом у клиента подтверждения возобновления исполнения распоряжения.

Судом первой инстанции приняты во внимание доводы истца о том, что Банк необоснованно нарушил условия дополнительного соглашения к кредитному договору от 02 сентября 2022 г., которым оформлена рассрочка 4000,00 руб. на три месяца, из содержания которого усматривается, что возобновляемый лимит кредитования (п.1.1) 0 рублей, возобновляемый лимит кредитования будет увеличен после полного погашения задолженности по невозобновляемому лимиту кредитования по всем оформленным рассрочкам (пункт 1.2) Однако, денежные средства по соглашению не вносились истцом, рассрочка не погашена, но лимит банком возобновлен. Ранее рассрочки истца в банке не превышали лимита 19160 руб., несмотря на это, банк значительно увеличил кредитный лимит, не согласовав дополнительно указанное условие с клиентом.

Разрешая заявленные требования, с учетом представленного заключения эксперта №, проведенного ЭКЦ ГУ МВД России по Воронежской области от 21 марта 2025 г., свидетельствующего о наличии в телефоне вредоносных программ, позволяющих без ведома абонента осуществлять прием и отправку СМС сообщений, при наличии доводов банка о соблюдении требований об идентификации и аутентификации клиента, суд первой инстанции пришел к выводу, что факт совершения распоряжений от имени ФИО1, но без ее участия, а также об отсутствии волеизъявления ФИО1 на получение и использование кредитных средств, установленным.

На основании изложенного, суд первой инстанции пришел к выводу об удовлетворении требований ФИО1 о применении к правоотношениям последствий недействительности сделки в виде освобождения ФИО1 от исполнения обязательств, вытекающих из дополнительного соглашения от 28 февраля 2025 г., и возложении обязанности на АО «Альфа Банк» сообщить Бюро кредитных историй информацию об аннулировании записей о дополнительном соглашении от 28 февраля 2025 г. к договору потребительского кредита с лимитом кредитования № от 02 сентября 2022 г.

В части возложения обязанности удалить вышеуказанные сведения о дополнительном соглашении от 28 февраля 2025 г. к договору потребительского кредита от 02 сентября 2022 г. из кредитной истории Апелляционная жалоба АО «Альфа-Банк» доводов не содержит. Законность решение суда в названной части в соответствии со статьей 327.1 ГПК РФ не проверяется. Удовлетворение судом иска в данной части не в буквальной формулировке заявленных исковых требований, в случае сложности при исполнении допустимо устранить путем разъяснения судебного акта.

На основании статьи 15 Закона о защите прав потребителей и разъяснений, изложенных в пункте 45 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 28 июня 2012 г. № 17 «О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей», учитывая конкретные обстоятельства дела, характер допущенного ответчиком нарушения, принимая во внимание, что Банк нарушил права истца, не обеспечив в полном объеме безопасность предоставляемых дистанционных услуг, суд первой инстанции пришел к выводу об удовлетворении требований истца части взыскания компенсации морального вреда, снизив ее размер до 5000, 00 руб.

В соответствии с требованиями статей 98, 100 ГПК РФ с АО «Альфа Банк» в доход бюджета взыскана государственная пошлина в размере 3000, 00 руб.

Принимая во внимание вышеизложенные обстоятельства в совокупности, судебная коллегия считает обоснованными выводы суда первой инстанции, соответствующими фактическим обстоятельствам дела, сделанными при правильном применении норм права, при верной оценке доказательств.

При таких обстоятельствах доводы апелляционной жалобы АО «Альфа Банк» о том, что успешная аутентификация и верификация истца, ввод одноразовых паролей, поступивших на номер телефона истца, позволили Банку подтвердить, что операции и распоряжения составлено именно установленным лицом, судебная коллегия отклоняет ввиду следующего.

Согласно статье 153 ГК РФ сделками признаются действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей.

Указание в законе на цель данных действий свидетельствует о том, что они являются актом волеизъявления соответствующего лица.

В Обзоре судебной практики Верховного Суда Российской Федерации, № 1 (2019), утвержденном Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 24 апреля 2019 г., указано, что согласно статье 8 ГК РФ гражданские права и обязанности могут порождаться как правомерными, так и неправомерными действиями.

Заключение договора в результате мошеннических действий является неправомерным действием, посягающим на интересы лица, не подписывавшего соответствующий договор, и являющегося применительно к статье 168 (пункт 2) ГК РФ третьим лицом, права которого нарушены заключением такого договора.

Таким образом, договор, заключенный в результате мошеннических действий, является ничтожным.

В соответствии со статьей 307 ГК РФ при установлении, исполнении обязательства и после его прекращения стороны обязаны действовать добросовестно, учитывая права и законные интересы друг друга, взаимно оказывая необходимое содействие для достижения цели обязательства, а также предоставляя друг другу необходимую информацию (пункт 3).

Пунктом 1 статьи 10 данного кодекса установлено, что не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

Согласно пункту 7 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 г. № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», если совершение сделки нарушает запрет, установленный пунктом 1 статьи 10 ГК РФ, в зависимости от обстоятельств дела такая сделка может быть признана судом недействительной (пункты 1 или 2 статьи 168 ГК РФ).

В определении Конституционного Суда Российской Федерации от13 октября 2022 г. № 2669-0 об отказе в принятии к рассмотрению жалобы гражданки ФИО4 обращено внимание на то, что к числу обстоятельств, при которых кредитной организации в случае дистанционного оформления кредитного договора надлежит принимать повышенные меры предосторожности, следует отнести факт подачи заявки на получение клиентом кредита и незамедлительной выдачи банку распоряжения о перечислении кредитных денежных средств в пользу третьего лица (лиц).

Подписание договора кредита с использованием простой электронной подписи - ввода пароля из СМС сообщения, отправленного Банком, не идентифицирует владельца счета. Для обеспечения документа, подписанного простой электронной подписью, юридической силой необходимо идентифицировать лицо, которое использует простую электронную подпись, понятие которой в законе определено не только через наличие присущих ей технических признаков - использование кодов, паролей или иных средств, но и через ее функциональные характеристики - необходимость подтверждения факта формирования электронной подписи определенным лицом (Определение Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации от 08 июля 2025 г. № 78-КГ25-12-КЗ).

Судебная коллегия полагает заслуживающими внимания доводы ФИО1, содержащиеся в возражениях на апелляционную жалобу, о том, что распечатка детализации от 28 февраля 2025 г. по номеру +№ показывает, что входящие от АО «Альфа Банк» СМС сообщения о свершившихся операциях приходили в очень короткий промежуток времени с 12:39 по 13:25, и нет ни одной исходящей с телефона истца СМС в Банк, что говорит о том, что коды-подтверждения истец не отправляла (Т. 1 л.д. 206-221).

Согласно заключению эксперта № ЭКЦ ГУ МВД России по Воронежской области от 21 марта 2025 г., свидетельствующего о том, что в памяти телефона обнаружено стороннее приложение с наименованием «<данные изъяты>», которое имеет следующие разрешения для работы в устройстве: получение данных о статусе телефона, осуществление телефонных вызовов, отправка и просмотр телефонных сообщений, прием СМС сообщений, просмотр СМС и ММС.

Кроме того, указанный в отчете от 28 февраля 2025 г. адрес электронной почты заемщика, на который осуществлена отправка электронный документов, указан неверный, отличный от адреса электронной почты, указанного заемщиком в анкете клиента АО «Альфа Банк». Из кредитной истории истца в Банке усматривается, что сумма запрашиваемых ею рассрочек не превышает 19160, 00 руб., что значительно меньше запрошенных от имени истца денежных средств 28 февраля 2025 г.

На основании изложенного, судебная коллегия приходит к выводу, что Банк, предоставляя услуги дистанционным путем, действуя добросовестно и осмотрительно, учитывая интересы клиента и оказывая ему содействие, должен был принять во внимание характер операции – оформлении рассрочки на получение кредитных средств с одновременным их перечислением в другой банк на счет, принадлежащий другому лицу, и предпринять соответствующие меры предосторожности, чтобы убедиться в том, что данные операции в действительности совершаются клиентом и в соответствии с его волеизъявлением.

Данные действия банка, являющегося профессиональным участником этих правоотношений, с точки зрения разумности и осмотрительности при заключении договора и исполнении обязательств, нельзя признать отвечающими требованиям, изложенным в приказе Банка России № ОД-2525.

Доводы жалобы о том, что обращение истца с заявлением в правоохранительные органы, вынесение постановления о возбуждении уголовного дела по факту хищения имущества и признание истца потерпевшим, само по себе не опровергает факт совершения оспариваемых операций не истцом также не могут повлечь отмену решения суда.

Действуя предусмотрительно, боясь наступления негативных последствий, истец незамедлительно обратилась в полицию с заявлением о факте совершения мошеннический действий.

Факт возбуждения уголовного дела по заявлению ФИО1, действительно, не является безусловным подтверждением совершения вышеуказанных операций не истцом, а третьими лицами, однако, материалы из уголовного дела приняты судом как письменные доказательства и оценены судом в совокупности с иными доказательствами по делу.

Доводы, изложенные в апелляционной жалобе, не содержат фактов, которые не были бы проверены и не учтены судом первой инстанции при рассмотрении дела и имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли на обоснованность и законность судебного решения, либо опровергали изложенные выводы, в связи с чем, признаются судом апелляционной инстанции несостоятельными, основанными на неправильном толковании норм материального права, и не могут служить основанием для отмены решения суда.

Несогласие в апелляционной жалобе с произведенной судом оценкой доказательств основанием отмены либо изменения решения суда не является, поскольку в силу статей 56, 59, 67 ГПК РФ суд правильно распределил бремя доказывания обстоятельств, оценил доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании доказательств, и исходя из доводов жалобы оснований для переоценки доказательств судебной коллегией не установлено.

Нарушений норм материального и процессуального права, которые привели бы к неправильному разрешению дела, а также предусмотренных частью 4 статьи 330 ГПК РФ, являющихся основанием для безусловной отмены судебного постановления, не установлено.

Руководствуясь статьями 328, 329 ГПК РФ, судебная коллегия

О П Р Е Д Е Л И Л А:

решение Ленинского районного суда г. Воронежа от 25 августа 2025 г. оставить без изменения, апелляционную жалобу акционерного общества «Альфа Банк» - без удовлетворения.

Мотивированное апелляционное определение изготовлено 29 декабря 2025 г.

Председательствующий

Судьи коллегии