Апелляционное постановление № 10-6/2018 от 11 сентября 2018 г. по делу № 10-6/2018

Дело №10-6/2018


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ (вводная и резолютивная часть)

С.Пировское 12.09.2018 года

Пировский районный суд Красноярского края в составе:

председательствующего судьи Головиной Е.В.,

с участием государственного обвинителя –и.о.прокурора Пировского района Колегова И.П., осужденного ФИО1, его адвоката Лапина К.А.

при секретаре Пономарёвой Л.Н.,

рассмотрев в открытом судебном заседании в апелляционном порядке уголовное дело №10-6/2018 по апелляционной жалобе адвоката Лапина К.А. на приговор мирового судьи судебного участка №118 в Пировском районе Красноярского края от ДД.ММ.ГГГГ по уголовному делу в отношении:

ФИО1 ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженца <адрес>, гражданина РФ, с неполным средним образованием, холостого, не имеющего на иждивении несовершеннолетних детей, зарегистрированного и проживающего по адресу <адрес>2 <адрес>, не работающего, ранее не судимого,

осужденного по ч.1 ст.119 УК РФ к обязательным работам на срок 240 часов,

У С Т А Н О В И Л:

Приговором мирового судьи судебного участка №118 в Пировском районе от ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 осужден по ч.1 ст.119 УК РФ к обязательным работам на срок 240 часов. Разрешен вопрос о судьбе вещественных доказательств.

Согласно приговору ДД.ММ.ГГГГ около 14 часов, ФИО1, находясь в салоне автомобиля марки «Урал», на расстоянии около 1 км. от <адрес> на автодороге "Пировское – Комаровка", <адрес>, увидел автомобиль марки «Сузуки Г. В.» государственный регистрационный знак <данные изъяты>, принадлежащий ФИО2, в котором находились ФИО3 и ФИО4, возник умысел на угрозу убийством ФИО3 и ФИО4

Реализуя свой преступный умысел, направленный на угрозу убийством, ФИО1 из личных неприязненных отношений к ФИО3 и ФИО4, находясь в вышеуказанном месте, в вышеуказанное время тех же суток, вышел из кабины автомобиля «Урал» и, вытащив из кабины автомобиля неустановленный предмет, показавшийся ФИО3 и ФИО4 охотничьим одноствольным ружьем, произвел действия, который ФИО3 и ФИО4 восприняли как действия направленные на снаряжение ружья патроном. После чего, ФИО1 направил в сторону лобового стекла автомобиля "Сузуки Г. В.", государственный регистрационный знак <***>, в котором находились ФИО3 и ФИО4, неустановленный предмет, показавшийся потерпевшим охотничьим одноствольным ружьем и стал приближаться к автомобилю. Указанные действия ФИО1, ФИО3 и ФИО4 восприняли как реальную угрозу своей жизни, полагая, что ФИО1 желает причинить им смерть, то есть как угрозу убийством. Приблизившись к автомобилю, ФИО1 открыл переднюю пассажирскую дверь, высказав в адрес ФИО4 и ФИО3 слова угрозы убийством, и подкрепляя своими действиями высказанную угрозу убийством стал наносить неустановленным предметом, удары по различным частям тела ФИО4, который сидел на переднем пассажирском сиденье, тем самым, создавая реальную опасность для жизни и здоровья ФИО4 Последний, испугавшись за свою жизнь и здоровье, воспринимая реальность высказанных ФИО1 угроз, стал закрывать лицо руками и пытался увернуться от многочисленных ударов. Продолжая свои преступные намерения осуществить угрозу убийством ФИО3, ФИО1 подошел со стороны водительской двери автомобиля «Сузуки Г. В.» государственный регистрационный знак <***>, удерживая в руках неустановленный предмет как показалось потерпевшим охотничье одноствольное ружье, и стал наносить удары ногой по различным частям тела ФИО3, который в это время боролся на дороге с его сыном, тем самым подкрепляя своими действиями высказанную в его адрес угрозу убийством. После чего, ФИО1 нанес удар в область головы ФИО3 неустановленным предметом. В продолжение своих действий, направленных на угрозу убийством и придания им реальности, ФИО1 продемонстрировал ружье когда его сын ФИО5 приказал ФИО3 убежать от машины, пригрозив, что иначе убьет его. ФИО3, полагая, что ФИО1 может причинить ему смерть, стал убегать от ФИО1

В результате противоправных действий ФИО1 причинил ФИО3 телесные повреждения в виде: раны затылочной области и кровоподтеков ушной раковины и лобно-височной области слева. Рана затылочной области вызвала временное нарушение функций органов и систем (временную нетрудоспособность), продолжительностью до 21 дня (включительно), что согласно п. 8.1 приказа МЗиСР РФ №н от 24.04.2008г. отнесено к критериям, характеризующим квалифицирующий признак кратковременного расстройства здоровья. По указанному признаку, согласно Правилам определения тяжести вреда причиненного здоровью человека (Постановление Правительства РФ № от ДД.ММ.ГГГГ) рана квалифицируются как легкий вред здоровью. Кровоподтеки, согласно п. 9 приказа МЗиСР №н от ДД.ММ.ГГГГ расцениваются как повреждения, не причинившие вред здоровью человека.

В продолжение своих действий, направленных на угрозу убийством, и придания им реальности, ФИО1 подошел к ФИО4 и, открыв переднюю пассажирскую дверь автомобиля, стал наносить ФИО4 удары неустановленным предметом по различным частям тела, высказывая при этом слова угрозы убийством. Своими действиями ФИО1 причинил ФИО4 физическую боль и телесные повреждения в виде: ссадин левой кисти (8), правой кисти (5), правого лучезапястного сустава (2), правой ушной раковины (1), левой голени (3), кровоподтеков в области грудины (1), правого бедра (1) и правой стопы (1). Кровоподтеки и ссадины, согласно пункту 9 приказа МЗиСР РФ №н от ДД.ММ.ГГГГ расцениваются как повреждения, не причинившие вред здоровью человека.

ФИО4 и ФИО3 угрозу убийством высказанную ФИО1, восприняли реально, так как агрессивность его поведения, отсутствие на тот момент возможности скрыться от ФИО1, применение им предмета показавшимся потерпевшим охотничьим одноствольным ружьем, причинение им многочисленных телесных повреждений, давали им основания опасаться осуществления этой угрозы.

Не согласившись с постановленным приговором, адвокат Лапин К.А обратился в Пировский районный суд с апелляционной жалобой на приговор мирового судьи, просив приговор отменить, возвратить уголовное дело прокурору на основании п.1 ч.1 ст.237 УПК РФ. Мотивируя тем, что показания потерпевших противоречивы, не согласуются с заключением экспертиз и с текстом предъявленного обвинения. ФИО6 и ФИО4 утверждают, что Хлебников был вооружен ружьем, при нанесении ударов сломалась деревянная деталь оружия, а в тексте обвинения фигурирует предмет, похожий на ружье. При этом оружие, обнаруженное у ФИО7, повреждений не имеет. По заключению эксперта изъятые в автомобиле фрагменты дерева, ранее являлись фрагментом единого целого, в том числе ножки или подлокотника мебели. Не установлено кто конкретно –ФИО5 и ФИО1 - какие телесные повреждения нанесли ФИО3 Направление на медицинскую экспертизу ФИО4 не выдавалось, где он находился 21.03.2018г, пояснить не смог. Согласно заключению от 10.02.2017г. у ФИО4 обнаружено 17 ссадин и 3 кровоподтека, а согласно заключению от 21.03.2018г. уже 19 ссадин и 3 кровоподтека. В нарушение п.66-68 Приказа Минздравсоцразвития РФ от 12.05.2010г. №н оказывавший Федченко медицинскую помощь хирург ФИО8 участвовал в проведении его судебно-медицинской экспертизы, экспертиза проведена без присутствия ФИО4 – по документам. Поэтому экспертизы являются недопустимыми доказательствами. Судья в приговоре изменил содержание описания преступного деяния.

В судебном заседании адвокат Лапин К.А жалобу поддержал по изложенным в ней основаниям. Пояснил, также что судья в приговоре изменил содержание описания преступного деяния в части использования ФИО7 ружья, а не предмета, похожего на ружье, как указано в обвинительном заключении. То, что хирург Ратко проводил экспертизу – нарушение в том, что он по сути свидетель, и не может быть экспертном. Как конкретно это повлияло на выводы эксперта, на их достоверность, не может указать. Без лица проводя экспертизу эксперт не может опросить лицо, это повлияло на выводы.

В судебном заседании и.о.прокурора Пировского района Колегов И.П. полагал приговор законным и обоснованным, отмене не подлежащим. Изменение в приговоре формулировки обвинения не нарушило прав обвиняемого, не ухудшило его положение, является не существенным. При назначении и проведении экспертиз нормы УПК РФ не нарушены, ведомственный приказ не является нормами уголовно-процессуального законодательства, оснований для признания заключений экспертиз недопустимыми доказательствами нет. В соответствии со ст.199, 204, 207 УПК РФ при недостаточности представленных на экспертизу материалов (в том числе в случае необходимости обследования лица) эксперт вправе с мотивированным сообщением вернуть материалы следователю. Эксперт провел экспертизу по документам, что допускается, представленных письменных материалов было достаточно, согласно показаниям эксперта в суде, ранее он уже обследовал лицо. Обе экспертизы установили наличие телесных повреждений в виде ссадин и кровоподтеков. Кроме того, ч.1 ст.119 УК РФ – формальный состав, последствий в виде причинения вреда здоровью не требуется для состава.

Подсудимый ФИО1 в судебном заседании доводы жалобы поддержал.

Потерпевшие надлежащим образом извещенные о дате судебного заседания в суд не явились, о причинах неявки не известили, ходатайство о рассмотрении дела с их участием не заявляли, что не препятствует рассмотрению жалобы в их отсутствие.

Проверив доводы апелляционной жалобы, дело в полном объеме, заслушав адвоката, обвинителя, изучив письменные материалы дела, имеющие отношение к доводам жалобы, суд полагает приговор подлежащим изменению, жалобу не подлежащей удовлетворению по следующим основаниям.

В соответствии со ст. 389.15 УПК РФ, основаниями отмены или изменения судебного решения в апелляционном порядке являются:

2) существенное нарушение уголовно-процессуального закона;

3) неправильное применение уголовного закона;

4) несправедливость приговора;

5) выявление обстоятельств, указанных в части первой и пункте 1 части первой.2 статьи 237 настоящего Кодекса;

6) выявление данных, свидетельствующих о несоблюдении лицом условий и невыполнении им обязательств, предусмотренных досудебным соглашением о сотрудничестве.

Согласно п. 9 ч.1 ст. 389.20 УПК РФ, в результате рассмотрения уголовного дела в апелляционном порядке суд принимает одно из решений:

9) об изменении приговора или иного обжалуемого судебного решения;

Как разъяснено судам в п.17. Постановления Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ N 26 при рассмотрении уголовного дела в апелляционном порядке суд вне зависимости от доводов жалобы или представления проверяет, имеются ли предусмотренные статьей 389.15 УПК РФ основания отмены или изменения судебного решения, не влекущие ухудшение положения осужденного (оправданного).

В соответствии с п.1 ст.307 УПК РФ Описательно-мотивировочная часть обвинительного приговора должна содержать:

1) описание преступного деяния, признанного судом доказанным, с указанием места, времени, способа его совершения, формы вины, мотивов, целей и последствий преступления;…

Как разъяснено судам в п.20 Постановление Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ N 55"О судебном приговоре" всякое изменение обвинения в суде должно быть обосновано в описательно-мотивировочной части приговора.

Суд вправе изменить обвинение и квалифицировать действия (бездействие) подсудимого по другой статье уголовного закона, по которой подсудимому не было предъявлено обвинение, лишь при условии, если действия (бездействие) подсудимого, квалифицируемые по новой статье закона, вменялись ему в вину, не содержат признаков более тяжкого преступления и существенно не отличаются по фактическим обстоятельствам от поддержанного государственным (частным) обвинителем обвинения, а изменение обвинения не ухудшает положения подсудимого и не нарушает его права на защиту.

Существенно отличающимся обвинением от первоначального по фактическим обстоятельствам следует считать всякое иное изменение формулировки обвинения (вменение других деяний вместо ранее предъявленных или преступления, отличающегося от предъявленного по объекту посягательства, форме вины и т.д.), если при этом нарушается право подсудимого на защиту.

Из разъяснения, содержащегося в п.24. Постановления Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ N 55"О судебном приговоре", следует, что с учетом того, что разбирательство дела в суде производится только в отношении подсудимых, использование в приговоре формулировок, свидетельствующих о виновности в совершении преступления других лиц, не допускается.

Согласно ч.1 ст.75 УПК РФ Доказательства, полученные с нарушением требований настоящего Кодекса, являются недопустимыми. Недопустимые доказательства не имеют юридической силы и не могут быть положены в основу обвинения, а также использоваться для доказывания любого из обстоятельств, предусмотренных статьей 73 настоящего Кодекса.

Суд указывает, что процессуальных нарушений, влекущих безусловную отмену приговора мировым судьей при рассмотрении дела не допущено.

Заключения судебно-медицинских экспертиз от 10.02.2017г. и от 21.03.2018г. в отношении ФИО4 (первичной и дополнительной) являются достаточно обоснованными, существенных противоречий не содержат, компетенция эксперта сомнений у суда не вызывает. Обе экспертизы выявили у ФИО4 телесные повреждения в виде ссадин и кровоподтеков.

Требования ст.ст.80, 195-207 УПК РФ при назначении и проведении указанных экспертиз, составлении заключения не нарушены. Нарушение п.66-68 Приказа Минздравсоцразвития РФ от 12.05.2010г. №н в части того, что оказывавший Федченко медицинскую помощь хирург ФИО8 участвовал в проведении его судебно-медицинской экспертизы, дополнительная экспертиза проведена без присутствия ФИО4 – по документам, не является нарушением уголовно-процессуального законодательства, соответственно оснований для признания данных доказательств недопустимыми не имеется. При этом данные несущественные нарушения не повлияли на результаты экспертизы. Сведений о том, что ФИО8 является родственником или свойственником обвиняемого или потерпевших, иным образом был заинтересован в результате экспертизы суду не представлено. Оснований для отвода эксперту, предусмотренных ст.61, 70 УПК РФ в суде не установлено. То обстоятельство, что ФИО8 оказывал ФИО4 ранее медицинскую помощь не могло повлиять на результат экспертизы по данному делу, и не свидетельствует о его заинтересованности, поскольку вопроса о качестве оказанной медицинской помощи, о наличии повреждений, не выявленных при оказании медицинской помощи, о взаимосвязи выявленного вреда здоровью с правильностью оказания медицинской помощи и тому подобных перед данным экспертом не ставилось. В соответствии со ст.199 УПК РФ при недостаточности представленных на экспертизу материалов (в том числе в случае необходимости обследования лица) эксперт был вправе с мотивированным сообщением вернуть материалы следователю. Эксперт провел экспертизы по документам, что допускается УПК РФ, представленных письменных материалов, согласно показаниям эксперта в суде, было достаточно, ранее данный эксперт уже лично обследовал ФИО4, что следует из акта медицинского освидетельствования № от 16.01.2017г.

Кроме того, причинение конкретных телесных повреждений не является необходимым признаком состава преступления, предусмотренного ч.1 ст.119 УК РФ, в связи с чем расхождение в экспертизах в количестве ссадин, имевшихся у потерпевшего, существенного значения не имеет.

Действия ФИО1, правильно квалифицированы мировым судьей по ч.1 ст.119 УК РФ.

Оснований для отмены приговора, и возвращении уголовного дела прокурору на основании п.1 ч.1 ст.237 УПК РФ по доводам жалобы не имеется. Поскольку обвинительное заключение, составлено без существенных не устранимых судом нарушений требований УПК РФ, на основе данного заключения было возможно постановление судом приговора.

При описании преступного деяния мировым судьей допущено изменение формулировок, приведенных в обвинительном заключении и постановлении о привлечении в качестве обвиняемого. Конкретно демонстрация ружья с целью подкрепления угрозы убийством подсудимому не вменялась, однако на это указано судьей в приговоре. Вместе с тем, учитывая, что переквалификация действий подсудимого на более тяжкое обвинение мировым судьей не производилась, наличие или отсутствие в приговоре фразы на листе 2 приговора (т.3 л.д.130) «В продолжение своих действий, направленных на угрозу убийством и придания им реальности, ФИО1 продемонстрировал ружье когда его сын ФИО5 приказал ФИО3 убежать от машины, пригрозив, что иначе убьет его» не влияет на квалификацию действий подсудимого, суд полагает приговор изменить, исключив из описательно мотивировочной части приговора данную фразу, что не нарушит право подсудимого на защиту. Также данная фраза подлежит исключению, поскольку в ней фактически используется неоднозначная формулировка, свидетельствующая о причастности к преступлению другого лица - ФИО5, который не является подсудимым по делу, процессуального решения, устанавливающего его виновность, согласно материалам дела, не принималось.

Допущенные мировым судьей иные изменения в описании преступного деяния не меняют существа предъявленного обвинения, не являются существенными, право подсудимого на защиту не нарушают.

При определении вида и размера наказания мировой судья обоснованно принял во внимание отсутствие смягчающих и отягчающих вину обстоятельств, характеристики личности осужденного, назначив справедливое наказание в рамках санкции ч.1 ст.119 УК РФ. В жалобе доводов о суровости назначенного наказания не содержится.

На основании изложенного и руководствуясь ст.389.20 УПК РФ, суд

ПОСТАНОВИЛ:

Приговор мирового судьи судебного участка №118 в Пировском районе Красноярского края от ДД.ММ.ГГГГ в отношении ФИО1 изменить. Исключить из описательно-мотивировочной части приговора при описании преступного деяния на листе 2 приговора (т.3 л.д.130) предложение: «В продолжение своих действий, направленных на угрозу убийством и придания им реальности, ФИО1 продемонстрировал ружье когда его сын ФИО5 приказал ФИО3 убежать от машины, пригрозив, что иначе убьет его».

В остальной части приговор оставить без изменения, а жалобу адвоката Лапина К.А.

– без удовлетворения.

Мотивированное постановление будет изготовлено судом ДД.ММ.ГГГГ.

Судья: Е.В. Головина

Копия верна: Судья: