Решение № 2-209/2025 2-209/2025(2-3529/2024;)~М-1925/2024 2-3529/2024 М-1925/2024 от 12 февраля 2025 г. по делу № 2-209/2025

07RS0001-02-2024-001990-90

Дело № 2-209/2025


Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

13 февраля 2025 года город Нальчик

Нальчикский городской суд Кабардино-Балкарской Республики в составе:

председательствующего Пшуноковой М.Б.,

при секретаре Тиловой А.А.,

с участием: помощников прокурора Муртазовой Л.З.; ФИО1 и ФИО2; истца по первоначальному иску – ответчика по встречному иску ФИО7, ее представителя адвоката Гешева З.Б., действующего на основании доверенности от 06.04.2024 и представившего ордер № 912 от 05.04.2024; представителя ПАО «Промсвязьбанк» (ответчика по первоначальному иску и истца по встречному иску) - ФИО4, выступающей на основании доверенности от 23.05.2023,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО5 Публичному акционерному обществу «Промсвязьбанк» о признании заключенными договоров банковского вклада, взыскании суммы вклада, процентов на вклад, компенсации морального вреда, штрафа за неудовлетворение в добровольном порядке требований потребителя и судебных расходов, по встречному исковому заявлению Публичного акционерного общества «Промсвязьбанк» к ФИО5 ТяжговуЗаурбеку Адиловичуо признании договора банковского вклада незаключенным,

установил:

ФИО7 обратилась в Нальчикский городской суд КБР с иском к Публичному акционерному обществу «Промсвязьбанк» (далее – ПАО «Промсвязьбанк»), в котором, с учетом уточнений в порядке ст. 39 ГПК РФ, просит: взыскать с Публичного акционерного общества "Промсвязьбанк" (ИНН <***>, ОГРН <***>) в свою пользу 985 447 руб., из которых: 500000 руб. сумма вклада; 216563 руб. проценты по вкладу за период с 30.10.2019 по 31.03.2024; 218 884 руб. неустойка по ст. 856 ГК РФ за тот же период; 50000 руб. представительские расходы; штраф в размере 50% от взысканной суммы в размере 492723 руб., а также компенсацию морального вреда в размере 100000 руб.

В обоснование исковых требований указано, что 30.10.2019 между ФИО7 и ПАО «МИнБанк» в лице ОО «РУ в городе Нальчик» МИнБАНК филиала СКРУ ПАО «МИнБанк» заключен договор размещения денежных средств во вклад «Накопительный» в рамках договора банковского обслуживания №,по условиям которого ФИО7 передала банку 500 000 руб. сроком до30.10.2020с выплатой ей 10,50% годовых. В подтверждение поступления денежных средств на счет банка ФИО7 выдан банковский ордер№отДД.ММ.ГГГГ на сумму 500000 руб.

28.08.2020 ФИО7 обратилась в Банк с целью выяснить информацию по своему вкладу, а также о сумме начисленных процентов, однако ответчик сообщил, что такой информацией не располагает в связи с отсутствием вклада.

После этого ФИО7 обратилась в прокуратуру с заявлением о принятии мер к руководству Банка, похитившим ее денежные средства. Письмом от 05.11.2020 Управление Службы по защите прав потребителей ЦБ РФ уведомило ФИО7 о том, что она не является клиентом Банка, и договор банковского вклада с ней не заключался.

Впоследствии в отношении бывшего руководителя Банка ФИО6 возбуждено уголовное дело, по которому ФИО7 признана потерпевшей.

Как указано в исковом заявлении, нормами гражданского законодательства установлен порядок начисления процентов по вкладу, следовательно, проценты, предусмотренные договором вклада, подлежат возмещению банком в полном объеме.

27.06.2024 ПАО «Промсвязьбанк» предъявило встречное исковое заявление к ФИО7 и Т.З.АБ.,в котором просит о признании незаключенным договора банковского вклада№ от ДД.ММ.ГГГГ, выполненный в виде Условий по размещению денежных средств во вклад «Накопительный» в рамках договора банковского обслуживания.

Требования мотивированы тем, что в качестве доказательств заключения договора вклада «Накопительный» истцом к первоначальному иску приложены копии заявления о размещении денежных средств во вклад «Накопительный».

Между тем, вклад «Накопительный», указанный в представленных документах, в АО «МИнБанк» никогда не существовал, что подтверждается Приказом№ 65от26.02.2014 «О внесении изменений в структуру «Единой Унифицированной Линейки Вкладов ОАО «МИнБанк» для физических лиц», приказом № 28 от 21.01.2019 «Об изменении процентных ставок по вкладам и банковским счетам физических лиц в рублях РФ».

Следовательно, между АО «МИнБанк» и ФИО7, по мнению представителя Банка,не мог быть заключен договор вклада «Накопительный» на указанных в иске условиях. Учитывая, что денежные средства в АО «МИнБанк» (правопредшественник ПАО «Промсвязьбанк») по договору вклада, на которые ссылается истец не вносились, момент заключения договора нельзя считать наступившим, следовательно, право требования вклада от ПАО «Промсвязьбанк» истца, по мнению Банка, отсутствует.

Согласно пункту 3.1 Положения Банка России от29.01.2018 № 630-П прием наличных денег кассовым работником от физических лиц для зачисления на банковские счета, счета по вкладам должен осуществляться по приходным кассовым ордерам. Однако, в качестве доказательства внесения денежных средств во вклад к исковому заявлению приложены банковские ордеры.

В соответствии с пунктом 1 Указания Банка России от24.12.2012 № 2945-У банковский ордер является распоряжением о переводе, а не передаче денежных средств и может применяться кредитной организацией при осуществлении операций по банковскому счету, счету по вкладу (депозиту), открытому в этом банке. Таким образом, банковский ордер, представленный истцом в материалы дела, не может быть принят и учтен в бухгалтерской отчетности банка и, как следствие, не может служить основанием для осуществления банковских проводок по зачислению или выдаче денежных средств, поскольку данный документ не соответствуют требованиям Положения, является подложным и не является доказательством внесения денежных средств в кассу АО «МИнБанк».

Согласно Положению о Плане счетов бухгалтерского учета для кредитных организаций и порядке его применения (утвержден Банком России27.02.2017 № 579-П) документами аналитического учета кредитной организации являются лицевые счета. В реквизитах лицевых счетов отражаются: дата совершения операции, номер документа, вид (шифр) операции, номер корреспондентского счета, суммы – отдельно по дебету и кредиту, остаток и другие реквизиты.

Таким образом, подтверждением отражения в бухгалтерской отчетности банковских операций, в том числе по поступлению денежных средств на счета клиентов, служит выписка из лицевого счета.

В соответствии с пунктом 1.8 Положения о Плане счетов, регулирующим особенности организации бухгалтерской работы при совершении кассовых операций, в кредитной организации в обязательном порядке ведется Кассовый журнал по приходу0401705.

Кассовый журнал по приходу за 30.10.2019 не содержит сведений о внесении во вклад денежных средств в указанном в иске размере.

Таким образом, достаточных доказательств, подтверждающих факт внесения ФИО7 денежных средств во вклад, по мнению представителя Банка,не представлено.

Банк также считает, что отсутствуют доказательства наличия у ФИО7 денежных средств в указанном размере для внесения во вклад. Доказывание факта передачи АО «МИнБанк» денежных средств во вклад предполагает необходимость доказывания истцомналичие в его распоряжении денежных средств в размере суммы вклада. Такие доказательства не представлены. Следовательно, в отсутствие реального внесения денежных средств договор банковского вклада нельзя считать заключенным. Поскольку истецне доказал факт заключения договора банковского вклада и внесения денежных средств в кассу АО «МИнБанк» (правопредшественник ПАО «Промсвязьбанк»), у ПАО «Промсвязьбанк» не возникла обязанность по зачислению указанных истцомденежных средств на соответствующий счет и обязанность по возврату указанных денежных средств. Поведение истцавыходит за рамки простой неосмотрительности обычного гражданина-вкладчика, не знакомого с банковскими правилами и обычаями делового оборота, и может свидетельствовать о цели получения дохода не от размещения денежных средств во вклад, а от иной деятельности.

В письменном возражении на исковое заявление представитель ПАО «Промсвязьбанк» просит иск ФИО7 оставить без удовлетворения.

Истец по первоначальному иску и ответчик по встречному исковому заявлению ФИО7 и ее представитель поддержали исковые требования с учетом уточнений, по основаниям, изложенным в иске, просили их удовлетворить. В удовлетворении встречного иска ПАО «Промсвязьбанк» просили отказать за необоснованностью и пропуском срока обращения в суд.

Представитель ПАО «Промсвязьбанк» встречное исковое заявление ПАО «Промсвязьбанк» поддержал по основаниям, приведенным во встречном исковом заявлении, и просил встречное исковое заявление удовлетворить. В удовлетворении иска ФИО7 просил отказать по основаниям, приведенным в письменных возражениях на указанное исковое заявление.

Ответчик по встречному иску Т.З.АГ. и его конкурсный управляющийКарданов Р.М., третьи лица, не заявляющие самостоятельные требования относительно предмета спора, Центральный Банк Российской Федерации, Федеральная служба по финансовому мониторингу, в судебное заседание не явились. О времени и месте слушания дела извещены своевременно.

Помощник прокурора дал заключение о необоснованности заявленных ФИО7 требований.

В соответствии с положениями ст. 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд рассмотрел дело в отсутствие Т.З.АВ., его конкурсного управляющегои третьих лиц.

Выслушав лиц, участвующих в деле, заслушав заключение прокурора, исследовав материалы гражданского дела, суд приходит к следующему.

Из материалов гражданского дела следует, что30.10.2019на бланке ПАО «МИнБанк» оформлено заявление ФИО7 о размещении денежных средств в размере 500000 руб. во вклад №,наименование вклада «Накопительный», под 10,50% годовых доДД.ММ.ГГГГ с получением процентов один раз в год.

В подтверждение внесения наличных денежных средств во вклад «Накопительный» в размере 500000 руб. ФИО7 выдан банковский ордер№отДД.ММ.ГГГГ.

На заявлении о размещении денежных средств во вклад,Условиях по размещению денежных средств по вклад «Накопительный» в рамках договора банковского обслуживания отДД.ММ.ГГГГ, банковском ордере от 30.10.2019имеются печати ПАО «МИнБанк» и подписи от имени работников данной кредитной организации.

ДД.ММ.ГГГГ ФИО7 обратилась в Банк с целью получения информации по вкладу, а также сумме процентов, однако ответчик сообщил, что такой информацией не располагает в связи с отсутствием вклада.

В соответствии с пунктом 1 статьи 834 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) по договору банковского вклада (депозита) одна сторона (банк), принявшая поступившую от другой стороны (вкладчика) или поступившую для нее денежную сумму (вклад), обязуется возвратить сумму вклада и выплатить проценты на нее на условиях и в порядке, предусмотренных договором.

К отношениям банка и вкладчика по счету, на который внесен вклад, применяются правила о договоре банковского счета (глава 45), если иное не предусмотрено правилами настоящей главы или не вытекает из существа договора банковского вклада (п. 3 ст. 834 ГК РФ).

Договор банковского вклада должен быть заключен в письменной форме. Письменная форма договора банковского вклада считается соблюденной, если внесение вклада удостоверено сберегательной книжкой, сберегательным или депозитным сертификатом либо иным выданным банком вкладчику документом, отвечающим требованиям, предусмотренным для таких документов законом, установленными в соответствии с ним банковскими правилами и применяемыми в банковской практике обычаями (пункт 1 статьи 836 ГК РФ).

Несоблюдение письменной формы договора банковского вклада влечет недействительность этого договора. Такой договор является ничтожным (пункт 3 статьи 836 ГК РФ).

Согласно Постановлению Конституционного Суда Российской Федерации отДД.ММ.ГГГГN 28-П по делу о проверке конституционности пункта 1 статьи 836 Гражданского кодекса Российской Федерации в связи с жалобами гражданФИО15,ФИО16,ФИО17,ФИО18,ФИО19,Л.И. С. Степанюгинойфедеральный законодатель, давая нормативную дефиницию договора банковского вклада в статье 834 ГК РФ, указал на наличие двух последовательных юридических фактов, необходимых для совершения договора, - заключение в письменной форме соглашения между банком и вкладчиком и фактическую передачу банку конкретной денежной суммы, зачисляемой на счет вкладчика, открытый ему в банке (пункт 1 статьи 836 ГК РФ).

Таким образом, договор банковского вклада считается заключенным с момента, когда банком были получены конкретные денежные суммы, а право требования вклада, принадлежащее вкладчику, и корреспондирующая ему обязанность банка по возврату вклада возникают соответственно лишь в случае внесения средств вкладчиком.

Исходя из того, что пункт 1 статьи 836 ГК РФ допускает подтверждение соблюдения письменной формы договора банковского вклада выданным банком вкладчику документом, отвечающим требованиям, установленным банковскими правилами и применяемыми в банковской практике обычаями делового оборота, то есть перечень документов, которые могут удостоверять факт заключения договора банковского вклада, не является исчерпывающим, внесение денежных средств на счет банка гражданином-вкладчиком, действующим при заключении договора банковского вклада разумно и добросовестно, может доказываться любыми выданными ему банком документами.

При этом несение неблагоприятных последствий несоблюдения требований к форме договора банковского вклада и процедуры его заключения возлагается непосредственно на банк, поскольку как составление проекта такого договора, так и оформление принятия денежных средств от гражданина во вклад осуществляются именно банком, который, будучи коммерческой организацией, самостоятельно, на свой риск занимается особым видом предпринимательской деятельности, направленной на систематическое получение прибыли (абзац третий пункта 1 статьи 2 и статья 50 ГК РФ), обладает специальной правоспособностью и является - в отличие от гражданина-вкладчика, незнакомого с банковскими правилами и обычаями делового оборота, - профессионалом в банковской сфере, требующей специальных познаний.

Подобная ситуация имеет место и в случае, когда договор банковского вклада заключается уполномоченным работником банка, но вопреки интересам своего работодателя, то есть без зачисления на счет по вкладу поступившей от гражданина-вкладчика денежной суммы, притом, что для самого гражданина из сложившейся обстановки определенно явствует, что этот работник действует от имени и в интересах банка.

Суд не вправе квалифицировать, руководствуясь пунктом 2 статьи 836 ГК РФ во взаимосвязи с его статьей 166, как ничтожный или незаключенный договор банковского вклада с гражданином на том лишь основании, что он заключен неуполномоченным работником банка и в банке отсутствуют сведения о вкладе (об открытии вкладчику счета для принятия вклада и начисления на него процентов, а также о зачислении на данный счет денежных средств), в тех случаях, когда - принимая во внимание особенности договора банковского вклада с гражданином как публичного договора и договора присоединения - разумность и добросовестность действий вкладчика (в том числе применительно к оценке предлагаемых условий банковского вклада) при заключении договора и передаче денег неуполномоченному работнику банка не опровергнуты. В таких случаях бремя негативных последствий должен нести банк, в частности создавший условия для неправомерного поведения своего работника или предоставивший неуправомоченному лицу, несмотря на повышенные требования к экономической безопасности банковской деятельности, доступ в служебные помещения банка, не осуществивший должный контроль за действиями своих работников или наделивший полномочиями лицо, которое воспользовалось положением работника банка в личных целях, без надлежащей проверки.

При этом на гражданина-вкладчика, не обладающего профессиональными знаниями в сфере банковской деятельности и не имеющего реальной возможности изменить содержание предлагаемого от имени банка набора документов, необходимых для заключения данного договора, возлагается лишь обязанность проявить обычную в таких условиях осмотрительность при совершении соответствующих действий (заключить договор в здании банка, передать денежные суммы работникам банка, получить в подтверждение совершения операции, опосредующей их передачу, удостоверяющий этот факт документ). Поэтому с точки зрения конституционных гарантий равенства, справедливости и обеспечения эффективной судебной защиты необходимо исходить из того, что гражданин-вкладчик, учитывая обстановку, в которой действовали работники банка, имел все основания считать, что полученные им в банке документы, в которых указывается на факт внесения им денежных сумм, подтверждают заключение договора банковского вклада и одновременно удостоверяют факт внесения им вклада. Иное означало бы существенное нарушение прав граждан-вкладчиков как добросовестных и разумных участников гражданского оборота.

В связи с этим положения, закрепляющие требования к форме договора банковского вклада, не препятствуют суду на основании анализа фактических обстоятельств конкретного дела признать требования к форме договора банковского вклада соблюденными, а договор - заключенным, если будет установлено, что прием от гражданина денежных средств для внесения во вклад подтверждается документами, которые были выданы ему банком (лицом, которое, исходя из обстановки заключения договора, воспринималось гражданином как действующее от имени банка) и в тексте которых отражен факт внесения соответствующих денежных средств, и что поведение гражданина являлось разумным и добросовестным.

Из содержания искового заявления ФИО7, а также ее пояснений и пояснений ее представителя в судебном заседании следует, что процедура заключения договора по вкладу и передача денежных средств для внесения денежных средств во вклад происходила в помещении Банка в кабинете управляющего отделением филиала ПАО «МИнБанк» Т.З.АВ.,который представил на подпись договор и заявление о размещении денежных средств во вклад ПАО «МИнБанк». Деньги от ФИО7,вносимые во вклад, принял сам Т.З.АГ.

Факт, что в период заключения спорного договора банковского вклада Т.З.АГ. являлся управляющим ОО «РУ вг.Нальчик» Филиала СКРУ ПАО «МИнБанк», подтверждается материалами гражданского дела и не оспаривается сторонами.

Приказом Председателя правления ПАО «МИнБанк» от12.05.2020 Т.З.АГ. освобожден от занимаемой должности на основании пункта 7 части 1 статьи 81 Трудового кодекса Российской Федерации в связи с утратой доверия.

Судом также установлено, что в отношении Т.З.АВ. МСО СЧ ГУ МВД России по СКФО возбуждено уголовное дело по признакам состава преступления, предусмотренного частью 4 статьи 159 УК РФ.

Согласно постановлению старшего следователя по особо важным делам 3 отдела СЧ ГУ МВД России по СКФО от22 декабря 2020 года, ФИО7 признана потерпевшей по указанному уголовному делу.

С учетом установленных по делу фактических обстоятельств, руководствуясь приведенной правовой позицией Конституционного Суда Российской Федерации, суд находит, что действия ФИО7 при заключении спорного договора банковского вклада были разумными и добросовестными, поскольку оназаключала указанный договор и передала денежные средства для внесения во вклад в подразделении ПАО «МИнБанк», в служебном кабинете руководителя подразделения Банка. Исходя из этих обстоятельств у ФИО7 имелись основания полагать, что лица, заключающие эти договоры от имени Банка и принявшие от нее денежные средства, наделены соответствующими полномочиями, поскольку это явствовало из сложившейся обстановки, а также из того, что ей выдавались соответствующие документы, скрепленные подписями работников Банка и печатью Банка.

При таких обстоятельствах риск заключения оспариваемого договора банковского вклада на указанных в нем условиях, не внесение ТяжговымЗ.В.в кассу Банка денежных средств, полученных от ФИО7 для внесения во вклады, оформление платежных документов с нарушением требований к их форме, лежит на самом Банке, поскольку эти нарушения допущены работником Банка.

На истца,как на потребителя финансовых услуг и экономически слабую сторону, не может быть возложена ответственность за неправомерные действия сотрудника Банка.

Доводы представителя ПАО «Промсвязьбанк» об отсутствии у Банка сведений о заключении с ФИО7 договора банковского вклада и об открытии счета, отсутствии соответствующих сведений в кассовых журналах по приходу и расходу, не могут поставить под сомнение добросовестность вкладчика, так как эти обстоятельства не связаны с его действиями.

Суд также считает, что истцомдоказано наличие у него на момент заключения спорного договора банковского вклада денежных средств в указанном в договоре размере и их происхождение.

Так, согласно письменному сообщению Управления ФНС России по КБР от 01.07.2024, в базе данных налогового органа имеются сведения о доходах по форме 2-НДФЛ за 2019 год в отношении ФИО7, согласно которым ее общая сумма дохода за 2019 год составила 12000 руб.

Согласно справке о доходах физического лица ФИО8 (супруг истца) за 2017 год, общая сумма дохода составила 68500 руб., за 2018 год – 111500 руб., за 2019 год – 607742,10 руб.

Согласно справке местной администрации с.п. Н. ФИО9 от ДД.ММ.ГГГГ №, приусадебный участок ФИО7 составляет 0,45 га, КРС – 10 голов. Справка составлена на основании похозяйственной книги № и лицевого счета №.

Согласно справке местной администрации с.п. Н. ФИО9 от ДД.ММ.ГГГГ №, в подворье ФИО7 в 2019 году имелся крупный рогатый скот в количестве 6 голов.

Представленные доказательства подтверждают наличие у истца на момент заключения спорного договора банковского вклада денежных средств в указанном в договоре размере и их происхождение.

Суд находит, что представленные истцомдоказательства в подтверждение своих исковых требований являются надлежащими и допустимыми доказательствами заключения между ФИО7 и ПАО «МИнБанк» договора банковского вклада.

По указанным основаниям суд находит исковые требования ФИО7 о взыскании суммы вклада, процентов по договору банковского вклада, штрафа, за отказ от добровольного исполнения требований потребителя, денежной компенсации морального вреда подлежащими удовлетворению.

По этим же основаниям суд находит, что в удовлетворении встречного искового заявления ПАО «Промсвязьбанк» надлежит отказать в полном объеме.

Разрешая заявление ФИО7 о применении срока исковой давности к встречным исковым требованиям, суд исходит из следующего.

Согласно пункту 2 статьи 199 ГКРФ исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения.

Статьей 196 ГК РФ общий срок исковой давности установлен в три года.

Оспариваемый договор банковского вклада заключен 30.10.2019. Дата окончания срока вклада 30.10.2020. При этом постановление о возбуждении уголовного дела в отношении ФИО6 принято 04.06.2020. Банк признан потерпевшим по указанному уголовному делу постановлением от 03.03.2021.

Кроме того, в Банке сведения об оспариваемом договоре отсутствуют, ФИО7 с требованием о возврате денежных средств в Банк не обращалась. Банку стало известно о том, что у ФИО7 имеются какие-либо требования к Банку только после ее обращения в суд, т.е. 08.04.2024.

Встречное исковое заявление о признании договора банковского вклада незаключенным поступило в суд 27.06.2024, т.е. в пределах установленного законом срока.

При таких обстоятельствах, оснований для отказа в удовлетворении встречного иска в связи с пропуском срока исковой давности, не имеется.

Суд проверил расчет процентов по ст. 395 ГК РФ, представленный стороной истца и находит его неверным, поскольку в нем неверно указано количество просроченных дней, также он произведен без учета Постановления Правительства Российской Федерации от 28.03.2022 № 497.

Суд проверил контррасчет, представленный ответчиком, он является арифметически верным и юридически обоснованным, произведен с учетом моратория, введенного Постановлением Правительства Российской Федерации от 28.03.2022 №497 «О введении моратория на возбуждение дел о банкротстве по заявлениям, подаваемым кредиторами».

В силу пункта 7 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24 декабря 2020 г. № 44 «О некоторых вопросах применения положений статьи 9.1 Федерального закона от 26 октября 2002 года № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» в период действия моратория проценты за пользование чужими денежными средствами (статья 395 Гражданского кодекса Российской Федерации), неустойка (статья 330 Гражданского кодекса Российской Федерации), пени за просрочку уплаты налога или сбора (статья 75 Налогового кодекса Российской Федерации), а также иные финансовые санкции не начисляются на требования, возникшие до введения моратория, к лицу, подпадающему под его действие (подпункт 2 пункта 3 статьи 9.1, абзац десятый пункта 1 статьи 63 Закона о банкротстве). Это означает, что не подлежит удовлетворению предъявленное в общеисковом порядке заявление кредитора о взыскании с такого лица финансовых санкций, начисленных за период действия моратория.

С момента введения моратория, то есть с 1 апреля 2022 г. на 6 месяцев прекращается начисление неустоек за неисполнение или ненадлежащее исполнение должником денежных обязательств и обязательных платежей по требованиям, возникшим до введения моратория. За период действия моратория на возбуждение дел о банкротстве неустойка, предусмотренная Законом о защите прав потребителей, не взыскивается с юридического лица, на которое распространяется действие этого моратория.

При этом из постановления Правительства Российской Федерации от 28 марта 2022 г. № 497 следует, что оно применяется ко всем юридическим лицам и гражданам, в том числе индивидуальным предпринимателям, за исключением лиц, указанных в пункте 2 указанного Постановления. Необходимость подачи заявления о применении моратория законом не предусмотрена.

Таким образом с ответчика в пользу истца подлежат взысканию проценты по ст. 395 ГК РФ за период с 30.10.2020 по 16.12.2024 в размере 190368,18 руб., а также сумма вклада в размере 500000 руб., проценты на вклад по договору в размере 216 563 руб.

Разрешая требование истца о компенсации морального вреда, суд исходит из следующего.

К отношениям, возникшим между сторонами из договора банковского вклада, применяется Закон Российской Федерации от 7 февраля 1992 года № 2300-1 «О защите прав потребителей».

В силу статьи 15 Закона о защите прав потребителей, моральный вред, причиненный потребителю вследствие нарушения изготовителем (исполнителем, продавцом, уполномоченной организацией или уполномоченным индивидуальным предпринимателем, импортером) прав потребителя, предусмотренных законами и правовыми актами Российской Федерации, регулирующими отношения в области защиты прав потребителей, подлежит компенсации причинителем вреда при наличии его вины. Размер компенсации морального вреда определяется судом и не зависит от размера возмещения имущественного вреда.

Таким образом, по смыслу Закона о защите прав потребителей сам по себе факт нарушения прав потребителя презюмирует обязанность ответчика компенсировать моральный вред.

Пунктом 2 ст. 1101 ГК РФ предусмотрено, что размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Учитывая степень негативных последствий допущенного ответчиком, нарушения прав потребителя, а также требования разумности, справедливости и соразмерности причиненному вреду, суд находит возможным взыскать с ПАО «Промсвязьбанк» в пользу истца компенсацию морального вреда в размере 20 000 рублей, отказав ему во взыскании испрашиваемой компенсации в большем размере.

В соответствии с п. 6. ст. 13 Закона РФ "О защите прав потребителей" при удовлетворении судом требований потребителя, установленных законом, суд взыскивает с изготовителя (исполнителя, продавца, уполномоченной организации или уполномоченного индивидуального предпринимателя, импортера) за несоблюдение в добровольном порядке удовлетворения требований потребителя штраф в размере пятьдесят процентов от суммы, присужденной судом в пользу потребителя.

В силу требований пункта 6 статьи 13 Закона о защите прав потребителей, а также пункта 46 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 28 июня 2012 г. N 17 "О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей" при удовлетворении судом требований потребителя в связи с нарушением его прав, установленных Законом о защите прав потребителей, которые не были удовлетворены в добровольном порядке изготовителем (исполнителем, продавцом, уполномоченной организацией или уполномоченным индивидуальным предпринимателем, импортером), суд взыскивает с ответчика в пользу потребителя штраф независимо от того, заявлялось ли такое требование суду.

Применительно к требованиям п. 6 ст. 13 Закона о защите прав потребителей с ПАО «Промсвязьбанк» в пользу истца подлежит взысканию штраф в размере 463465,59 руб., при расчете которого учтены размер взыскиваемых сумм и определенная сумма компенсации морального вреда (500 000 руб. + 216 563 руб. + 190368,18 руб. + 20000 руб. : 2).

В соответствии с пунктом 1 статьи 333 ГПК РФ суд вправе уменьшить неустойку, если подлежащая уплате неустойка явно несоразмерна последствиям нарушения обязательства. Если обязательство нарушено лицом, осуществляющим предпринимательскую деятельность, суд вправе уменьшить неустойку при условии заявления должника о таком уменьшении.

Верховный Суд Российской Федерации в пункте 34 постановления Пленума от 28 июня 2012 г. N 17 "О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей" разъяснил, что применение статьи 333 ГПК РФ по делам о защите прав потребителей возможно в исключительных случаях и по заявлению ответчика с обязательным указанием мотивов, по которым суд полагает, что уменьшение размера неустойки является допустимым.

Аналогичные положения, предусматривающие инициативу ответчика по уменьшению неустойки на основании данной статьи, содержатся в пункте 72 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24 марта 2016 г. N 7 "О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств", в котором также разъяснено, что заявление ответчика о применении положений статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации может быть сделано исключительно при рассмотрении дела судом первой инстанции или судом апелляционной инстанции в случае, если он перешел к рассмотрению дела по правилам производства в суде первой инстанции.

Таким образом, исходя из смысла приведенных выше правовых норм и разъяснений, а также принципа осуществления гражданских прав своей волей и в своем интересе (статья 1 Гражданского кодекса Российской Федерации) размер процентов, штрафа может быть снижен судом на основании статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации только при наличии соответствующего заявления со стороны ответчика, поданного суду первой инстанции или апелляционной инстанции, если последним дело рассматривалось по правилам, установленным частью 5 статьи 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.

Разрешая требования Банка о применении положений ст. 333 ГК РФ к требованиям о взыскании штрафа, суд находит их обоснованными, поскольку сумма штрафа явно несоразмерна последствиям нарушения обязательства. Штраф, по мнению суда, подлежит снижению до 200000 руб.

Заявление представителя ПАО «Промсвязьбанк» о подложности документов не может быть приняты во внимание, так как ничем объективно не подтверждены. Само по себе несогласие лица, участвующего в деле, с тем или иным доказательством и заявление о подложности не свидетельствует о том, что это доказательство подложно.

Статьей 186 ГПК РФ установлено право, а не обязанность суда для проверки заявления о подложности доказательств, поскольку при поступлении такого заявления суд оценивает его в совокупности с другими доказательствами и обстоятельствами дела, исходя из возложенной на него обязанности по вынесению законного и обоснованного решения. Кроме того, наделение суда таким правом не предполагает произвольного его применения, а связывает с наличием у суда обоснованных сомнений в подлинности доказательства.

При не представлении в нарушение статьи 56 ГПК РФ доказательств подложности доказательств само по себе заявление представителя ПАО «Промсвязьбанк» о подложности (фиктивности) доказательств в силу статьи 186 ГПК РФ не влечет автоматического исключения представленных истцомв материалы дела документов из числа доказательств, в связи с тем, что на стороне, заявившей о подложности, лежит обязанность доказать наличие фиктивности конкретного доказательства, и учитывая, что представитель Банка указанную процессуальную обязанность не выполнил, ограничившись только заявлением, суд находит указанные доводы несостоятельными.

В соответствии с ч. 1 ст. 100 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.

Из разъяснений, данных в п. 13 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.01.2016 года № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела» следует, что разумными следует считать такие расходы на оплату услуг представителя, которые при сравнимых обстоятельствах обычно взимаются за аналогичные услуги. При определении разумности могут учитываться объем заявленных требований, цена иска, сложность дела, объем оказанных представителем услуг, время, необходимое на подготовку им процессуальных документов, продолжительность рассмотрения дела и другие обстоятельства.

Таким образом, суду при определении разумности понесенных стороной расходов на оплату услуг представителя в каждом случае надлежит исходить из конкретных обстоятельств дела, а также учитывать принцип свободы договора, благодаря которому сторона может заключить договор со своим представителем на оказание юридических услуг на любую сумму. Однако это не должно нарушать принцип справедливости, и умалять прав другой стороны, которая вынуждена компенсировать судебные расходы на оплату услуг представителя выигравшей стороны, но с учетом принципа разумности.

Конституционный Суд РФ в своем Определении от 20.10.2005 года № 355-О «Об отказе в принятии к рассмотрению жалобы гражданки ФИО3 на нарушение ее конституционных прав частью первой статьи 100 ГПК РФ» указал, что обязанность суда взыскивать расходы на оплату услуг представителя, понесенные лицом, в пользу которого принят судебный акт, с другого лица, участвующего в деле, в разумных пределах является одним из предусмотренных законом правовых способов, направленных против необоснованного завышения размера оплаты услуг представителя, и тем самым – на реализацию требования статьи 17 (часть 3) Конституции Российской Федерации.

Вместе с тем, вынося мотивированное решение об изменении размера сумм, взыскиваемых в возмещение соответствующих расходов, суд не вправе уменьшать его произвольно, тем более, если другая сторона не заявляет возражения и не представляет доказательства чрезмерности взыскиваемых с неё расходов.

В подтверждение расходов на оплату услуг представителя истцом представлены следующие документы: доверенность на представителя от 06.04.20244; ордер № от ДД.ММ.ГГГГ, а также квитанция к приходному кассовому ордеру № от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которому от ФИО7 на основании соглашения № от ДД.ММ.ГГГГ принята сумма в размере 50000 руб.

Исходя из вышеизложенного, принимая во внимание характер спорных правоотношений, конкретные обстоятельства дела, его сложность, объем проделанной представителем истца работы по делу, время его рассмотрения судом, считает необходимым взыскать с ответчика в пользу истца судебные расходы на оплату услуг представителя в размере 20 000 рублей, которая, по мнению суда, в рассматриваемом случае, является разумной и обоснованной.

Согласно ч. 1 ст. 103 ГПК РФ, государственная пошлина, от уплаты которой истец был освобожден, взыскивается с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, пропорционально удовлетворенной части исковых требований. В этом случае государственная пошлина зачисляется в соответствующий бюджет согласно нормативам отчислений, установленным бюджетным законодательством Российской Федерации.

Поскольку судом удовлетворены исковые требования имущественного характера, подлежащие оценке, на сумму 906931,18 руб., согласно пп. 1 п. 1 ст. 333.19 Налогового кодекса РФ в доход бюджета с ответчика подлежит взысканию денежная сумма в размере 23138,62 руб. (15 000 рублей плюс 2 % от 406931,18 руб.).

На основании изложенного, руководствуясь статьями 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

решил:

исковые требования ФИО5 (23.06.1982года рождения, уроженки с. Н. <адрес> КБР,паспорт серии83 08 №,выдан ОУФМС России по КБР в <адрес> ДД.ММ.ГГГГ)к Публичному акционерному обществу «Промсвязьбанк»(ОГРН <***>, ИНН <***>)– удовлетворить частично.

Признать заключенным договор банковского вклада, выполненный в виде условий по размещению денежных средств во вклад "Накопительный" в рамках договора банковского обслуживания от ДД.ММ.ГГГГ №, подписанный между ФИО5 и АО "Московский индустриальный банк" в лице операционного офиса "Региональное управление в <адрес> " филиала СКРУ АО "МИнБанк".

Взыскать с Публичного акционерного общества "Промсвязьбанк" ФИО5: 1146931,18 (один миллион сто сорок шесть тысяч девятьсот тридцать один) руб. 18 коп., из которых: 500000 руб. – сумма вклада; 216 563 руб. – проценты на вклад; 190368,18 руб. – проценты по ст. 395 ГК РФ; 200000 руб. – штраф, 20000 руб. – компенсация морального вреда; 20000 руб. – представительские расходы.

Во взыскании процентов по вкладу, неустойки, штрафа, компенсации морального вреда и представительских расходов в большем размере – отказать.

Взыскать с Публичного акционерного общества "Промсвязьбанк" в пользу бюджета г.о. Нальчик государственную пошлину в размере 23138,62 (двадцать три тысяч сто тридцать восемь) руб. 62 коп.

В удовлетворении встречных исковых требований Публичного акционерного общества «Промсвязьбанк» к ФИО5 ТяжговуЗаурбеку Адиловичуо признании незаключенным договора банковского вклада№ от 30 октября 2019 года, выполненных в виде Условий по размещению денежных средств во вклад «Накопительный» в рамках договора банковского обслуживания – отказать.

Решение может быть обжаловано в Судебную коллегию по гражданским делам Верховного Суда КБР через Нальчикский городской суд КБР в течение месяца со дня его принятия в окончательной форме.

Мотивированное решение суда составлено 13.02.2025.

Председательствующий: подпись

Копия верна: судья М.Б. Пшунокова