Апелляционное определение № 33-1764/2025 33-73/2026 от 21 января 2026 г.

Судья Полубесова Ю.Н. Дело № 33-73/2026

Дело № 2-3264/2025 (№ 33-1764/2025)

УИД 41RS0001-01-2025-002705-71


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

22 января 2026 года г. Петропавловск-Камчатский

Судебная коллегия по гражданским делам Камчатского краевого суда в составе:

Председательствующего Нечунаевой М.В.,

судей Гавриной Ю.В., Вербицкой Е.В.,

при секретаре Ткаченко А.В.,

рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к индивидуальному предпринимателю ФИО2 о признании отношений трудовыми, возложении обязанности внесения записи в трудовую книжку о приеме на работу, взыскании задолженности по заработной плате, отпускных, компенсации за неиспользованный отпуск, оплаты за сверхурочную работу, компенсации за нарушение срока выплат, компенсации морального вреда,

по апелляционной жалобе ФИО1 на решение Петропавловск-Камчатского городского суда Камчатского края от 25 сентября 2025 года, которым постановлено:

В удовлетворении исковых требований ФИО1 к индивидуальному предпринимателю ФИО2 о признании отношений трудовыми в период с 3 марта 2023 года по 13 февраля 2024 года, возложении обязанности внести запись в трудовую книжку о приеме на работу в должности администратора, взыскании задолженности по заработной платы за август 2023 года в размере 1 000 руб., отпускных выплат за период с 8 августа 2023 года по 3 сентября 2023 года в размере 52 409 руб. 07 коп., компенсации за неиспользованный отпуск в размере 53 393 руб. 78 коп., оплаты за сверхурочную работу в общем размере 139 952 руб. 94 коп., компенсации за нарушение срока выплат за период с 8 августа 2023 года по 4 июля 2025 года в размере 167 223 руб. 36 коп., а также с 5 июля 2025 года по день фактической выплаты, компенсации морального вреда в размере 100 000 руб. - отказать.

Заслушав доклад судьи Гавриной Ю.В., объяснения представителя истца ФИО3, представителя ответчика ФИО4, судебная коллегия

установила:

ФИО1 обратилась в суд с иском к индивидуальному предпринимателю ФИО2 (далее - ИП ФИО2), в котором, окончательно определившись с исковыми требованиями, просила установить факт трудовых отношений с ответчиком в период с 3 марта 2023 года по 14 февраля 2024 года в должности администратора, возложить на ответчика обязанность внести запись в трудовую книжку о периоде работы в указанной должности, взыскать заработную плату за август 2023 года в размере 1 000 руб., отпускные выплаты за очередной отпуск с 8 августа 2023 года по 3 сентября 2023 года в размере 52 409 руб. 07 коп., компенсацию за неиспользованный отпуск в количестве 23,2 дня в размере 53 393 руб. 78 коп., оплату за сверхурочную работу в общем размере 139 952 руб. 94 коп., компенсацию за нарушение срока выплаты указанных выплат за период с 8 августа 2023 года по 4 июля 2025 года в размере 167 223 руб. 36 коп., с последующим взысканием компенсации за нарушение срока выплаты заработной платы, отпускных, компенсации отпуска, за период с 5 июля 2025 года по день фактической выплаты в размере не ниже 1/150 ключевой ставки Центрального банка Российской Федерации, действующей в указанный период, а также взыскать денежную компенсацию морального вреда в размере 100 000 руб.

В обоснование требований указала, что в период с 3 марта 2023 года по 14 февраля 2024 года осуществляла у ответчика трудовую деятельность в должности администратора в салоне <данные изъяты> Объявление о наборе в салон администраторов увидела на «Авито»; 2 марта 2023 года состоялась ознакомительная встреча с ответчиком, после которой ФИО2 приняла истца на работу. Трудовой договор между сторонами не заключался. Ответчик ознакомил истца с распорядком дня, показал рабочее место, рассказал должностные обязанности, условия выплаты заработной платы: 2 500 руб. за одну рабочую смену, дополнительно могла выплачиваться премия, за хорошую работу – бонусы, размер которых ответчик определяет самостоятельно. В период работы заработная плата выплачивалась безналичным путем посредством перевода с личной карты ФИО2 на карту истца. При уходе в отпуск в период с 8 августа 2023 года по 3 сентября 2023 года отпускные истцу не выплачивались. 14 февраля 2024 года истцом ответчику подано заявление об увольнении, возражений со стороны ответчика не поступало, увольнение произведено в тот же день. Поскольку трудовой договор не заключался, запись в трудовую книжку истца о периоде работы у ответчика не внесена. 26 февраля 2024 года истец обратилась к ответчику с претензий о выплате отпускных и компенсации за неиспользованный отпуск, которая последним оставлена без удовлетворения.

Истец ФИО1, ответчик ИП ФИО2 в судебном заседании участия не принимали.

Представитель истца ФИО3, уточненные исковые требования просила удовлетворить в полном объеме. Полагала, что материалами дела подтверждается факт допуска истца к работе с ведома ответчика, постоянный характер этой работы, личное выполнение истцом трудовой функции. Указала, что стороной ответчика в обоснование своих возражений не представлен договор гражданско-правового характера, заключенный с истцом. Срок на обращение в суд полагала непропущенным.

В письменном отзыве ответчик ИП ФИО2 исковые требования не признала, заявила о пропуске истцом срока исковой давности, просила отказать в удовлетворении требований. Указано, что трудовых отношений с ФИО1 не возникло, последняя по своей инициативе помогала ответчику по результатам собеседования. Ответчик утверждает, что неоднократно предлагал заключить трудовой договор, но истец отказывалась. По версии ответчика помощь истца носила разовый характер по выполнению прямых заданий ответчика (работа с кассой, складом, клиентами и т.д.) и была оплачена по факту выполнения. Истец сама определяла время работы в период с 09:00 до 21:00, и могла предупредить об отсутствии. Оплата зависела от выручки салона (от 55 000 до 170 000 руб.) плюс бонусы. Выплаты производились на карту, а не дважды в месяц в соответствии с Трудовым кодексом Российской Федерации. На момент сложившихся отношений штатное расписание у ответчика отсутствовало. Истец не предоставляла трудовую книжку для оформления трудовых отношений, с заявлениями о нарушении трудовых прав в трудовую инспекцию не обращалась. Поскольку ответчику требовались официальные сотрудники, поэтому принято решение о прекращении сотрудничества с истцом. После получения претензии от ФИО1 ответчик пытался связаться с истцом для урегулирования вопроса, но безуспешно, после чего сообщил об отказе в выплатах.

Представители ответчика ИП ФИО2 ФИО5, ФИО4, поддержали позицию доверителя, подчеркнув, что отношения носили гражданско-правовой характер (оказание услуг), и не являлись трудовыми. Истец рассматривалась как кандидат в администраторы, но отказалась от прохождения обязательного обучения. В связи с пропуском срока исковой давности просили в иске отказать в полном объеме.

Третье лицо ООО «Абаканская Маркетинговая Компания» представителя в судебное заседание не направило. В письменных пояснениях указали, что ответчик ведет деятельность по оказанию услуг СПА-салона на основании договора коммерческой концессии, п.8.2.7 которого предусмотрено, что ответчик не вправе допускать до работы в СПА-салоне лиц, не прошедших обучение и не сдавших экзамен, однако в связи с необходимостью начать оказывать услуги в СПА-салоне в кратчайшие сроки правообладателем (ООО «АМК») было сделано исключение для пользователя (ИП ФИО2), ответчику было разрешено заключить с истцом договор гражданско-правового характера.

Рассмотрев дело, суд постановил указанное выше решение.

В апелляционной жалобе ФИО1, выражая несогласие с принятым решением, просит его отменить, иск удовлетворить. В обоснование доводов жалобы ссылается на то, что суд первой инстанции пришел к необоснованному выводу о пропуске истцом срока на обращение в суд за защитой нарушенного права без уважительных причин. Полагает, что судом неверно определена дата начала течения срока, с которым Трудовой кодекс Российской Федерации связывает возникновение трудовых прав и обязанностей, а соответственно сделан неверный вывод о пропуске срока для обращения в суд, поскольку применение данных норм возможно только после признания отношений трудовыми.

В возражениях на апелляционную жалобу ИП ФИО2 указанно на законность судебного акта и необоснованность апелляционной жалобы. Судом правомерно применены положения ст. 392 ТК РФ, поскольку 14 февраля 2024 года прекращено взаимодействие сторон, претензия истца от 26 февраля 2024 года оставлена без удовлетворения, что подтверждает осведомленность истца о нарушении ее прав. Вместе с тем с исковым заявлением ФИО1 обратилась в суд только 17 марта 2025 года, то есть с пропуском установленного законом срока на обращение в суд. Доказательств уважительности причин пропуска процессуального срока в материалы дела не представлено. В контролирующие органы по факту нарушения трудовых прав истец не обращалась.

В судебном заседании суда апелляционной инстанции представитель ФИО1 – ФИО3 поддержала апелляционную жалобу по изложенным в ней основаниям.

Представитель ИП ФИО2 – ФИО4 полагал решение суда первой инстанции законным и обоснованным, жалобу не подлежащей удовлетворению.

Истец ФИО1, ответчик ИП ФИО2, третье лицо – ООО «Абаканская Маркетинговая Компания» о времени и месте рассмотрения дела судом апелляционной инстанции извещены надлежащим образом, в суд не явились, в связи с чем судебная коллегия на основании ст. ст. 167, 327 ГПК РФ и ст. 165.1 ГК РФ признала возможным рассмотреть дело в их отсутствие.

Согласно абз. 1 п. 46 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 22 июня 2021 года № 16 «О применении судами норм гражданского процессуального законодательства, регламентирующих производство в суде апелляционной инстанции» в соответствии с ч.ч. 1, 2 ст. 327.1 ГПК РФ суд апелляционной инстанции проверяет законность и обоснованность судебного постановления суда первой инстанции только в обжалуемой части, исходя из доводов, изложенных в апелляционных жалобе, представлении и возражениях относительно них.

Заслушав объяснения участников процесса, изучив материалы дела, проверив законность и обоснованность судебного решения в пределах доводов апелляционной жалобы, судебная коллегия приходит к следующему.

Судом первой инстанции установлено и подтверждается материалами дела, что ФИО2 зарегистрирована в качестве индивидуального предпринимателя и осуществляет деятельность по оказанию услуг СПА-салона <данные изъяты>

Анализ представленных в материалы дела доказательств, в частности графиков работы администраторов в апреле-сентябре 2023 года (л.д. 18-33), выполненные собственноручно ФИО1 отметки о получении заявлений клиентов в октябре и декабре 2023 года (л.д. 51,52); выполнение истцом определенной трудовой функции администратора - встреча и консультирование клиентов, осуществление записи на процедуры, работа с кассой, ведение отчетности, обеспечение хозяйственных нужд салона, которые носили постоянный, а не разовый характер; подчинение правилам внутреннего трудового распорядка - работа по согласованному графику (два через два или три через три дня) с фиксированным временем работы с 09 часов до 21 часа; интеграция в хозяйственную деятельность ответчика - работа осуществлялась на территории и с использованием инфраструктуры салона ответчика (рабочее место, униформа, кассовое оборудование), истец действовала в интересах и под управлением ответчика, о чем также свидетельствует переписка по служебным вопросам; периодичность и характер выплат – перевод денежных средств осуществлялся ответчиком на регулярной основе (дважды в месяц), их размер был связан с фиксированной оплатой за смену и бонусами, что характерно для системы оплаты труда, а не для разовых выплат по гражданско-правовым договорам, позволяет прийти к выводу, что отношения между ФИО1 и ИП ФИО2 в спорный период обладали признаками трудовых отношений, перечисленными в ст. 15 Трудового кодекса Российской Федерации (далее – ТК РФ).

Кроме того, стороной ответчика не представлен договор, который подтверждал наличие между сторонами гражданско-правовых отношений, как и доказательств разового характера работ или оказания конкретных услуг к определенному сроку.

В своих пояснениях и отзывах ответчик не отрицает, что истец выполняла определенную работу в салоне, но ошибочно квалифицирует ее как «помощь» или «разовые задания».

Указанные обстоятельства в совокупности позволяют судебной коллегии прийти к выводу о том, что ФИО1 была допущена к работе с ведома и в интересах ИП ФИО2, выполняла лично и под ее управлением определенную трудовую функцию, включенную в нормальную деятельность работодателя, за регулярное вознаграждение. Следовательно, при своевременном обращении в суд у истца имелись правовые основания для признания отношений трудовыми и взыскания соответствующих гарантий и компенсаций, предусмотренных трудовым законодательством (заработной платы, отпускных, компенсации за неиспользованный отпуск и др.).

Вместе с тем, как следует из искового заявления и пояснений ФИО1, в период с 3 марта 2023 года по 14 февраля 2024 года она осуществляла трудовую деятельность в должности администратора у ответчика. 26 февраля 2024 года истцом была направлена ответчику претензия о выплате отпускных и иных сумм, которая осталась без удовлетворения. В суд с иском ФИО1 обратилась 17 марта 2025 года.

Отказывая в удовлетворении иска, суд первой инстанции пришел к выводу о пропуске истцом срока на обращение в суд, установленного ч. 1 ст. 392 ТК РФ, без уважительных причин.

В апелляционной жалобе ФИО1 оспаривает данный вывод, полагая, что течение срока по требованиям о признании отношений трудовыми не может быть связано с днем прекращения фактического допуска к работе, поскольку данный спор подлежит разрешению в судебном порядке по существу.

Судебная коллегия не находит оснований для отмены решения по указанному доводу.

Сроки обращения работника в суд за разрешением индивидуального трудового спора установлены ст. 392 ТК РФ.

Частью 1 ст. 392 ТК РФ предусмотрено, что Работник имеет право обратиться в суд за разрешением индивидуального трудового спора в течение трех месяцев со дня, когда он узнал или должен был узнать о нарушении своего права, а по спорам об увольнении - в течение одного месяца со дня вручения ему копии приказа об увольнении либо со дня выдачи трудовой книжки или со дня предоставления работнику в связи с его увольнением сведений о трудовой деятельности (ст. 66.1 настоящего Кодекса) у работодателя по последнему месту работы.

Согласно п. 3 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 года № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации» заявление работника о восстановлении на работе подается в районный суд в месячный срок со дня вручения ему копии приказа об увольнении или со дня выдачи трудовой книжки, либо со дня, когда работник отказался от получения приказа об увольнении или трудовой книжки, а о разрешении иного индивидуального трудового спора - в трехмесячный срок со дня, когда работник узнал или должен был узнать о нарушении своего права (ч. 1 ст. 392 ТК РФ, ст. 24 ГПК РФ).

Разъяснения по вопросам пропуска работником срока на обращение в суд за разрешением индивидуального трудового спора также даны в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 мая 2018 года № 15 «О применении судами законодательства, регулирующего труд работников, работающих у работодателей - физических лиц и у работодателей - субъектов малого предпринимательства, которые отнесены к микропредприятиям» (далее - постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 мая 2018 года № 15).

В пункте 13 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 мая 2018 года № 15 разъяснено, что по общему правилу, работник, работающий у работодателя - физического лица (являющегося индивидуальным предпринимателем, не являющегося индивидуальным предпринимателем) или у работодателя - субъекта малого предпринимательства, который отнесен к микропредприятиям, имеет право обратиться в суд за разрешением индивидуального трудового спора в течение трех месяцев со дня, когда он узнал или должен был узнать о нарушении своего права (ч. 1 ст. 392 ТК РФ). К таким спорам, в частности, относятся споры о признании трудовыми отношений, связанных с использованием личного труда и возникших на основании гражданско-правового договора, о признании трудовыми отношений, возникших на основании фактического допущения работника к работе в случае, когда трудовой договор не был надлежащим образом оформлен. При разрешении этих споров и определении дня, с которым связывается начало срока, в течение которого работник вправе обратиться в суд за разрешением индивидуального трудового спора, судам следует не только исходить из даты подписания указанного гражданско-правового договора или даты фактического допущения работника к работе, но и с учетом конкретных обстоятельств дела устанавливать момент, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своих трудовых прав (например, работник обратился к работодателю за надлежащим оформлением трудовых отношений, в том числе об обязании работодателя уплатить страховые взносы, предоставить отпуск, выплатить заработную плату, составить акт по форме Н-1 в связи с производственной травмой и т.п., а ему в этом было отказано).

Из норм трудового законодательства и разъяснений Пленумов Верховного Суда Российской Федерации по их применению следует, что по общему правилу работник вправе обратиться в суд за разрешением индивидуального трудового спора в течение трех месяцев со дня, когда он узнал или должен был узнать о нарушении своего права.

Из материалов дела следует, что фактическое взаимодействие между ФИО1 и ИП ФИО2 прекратилось 14 февраля 2024 года. Уже 26 февраля 2024 года истец, будучи осведомленной о своем праве, направила ответчику претензию, в которой прямо указала на наличие, по ее мнению, трудовых отношений в указанный период и потребовала выплаты соответствующих сумм. Данная претензия была получена ответчиком и оставлена без удовлетворения. Таким образом, истец достоверно знала о том, что ответчик не признает ее требования, однако своевременно за защитой трудовых прав в суд не обратилась. Обращение в суд 17 марта 2025 года, то есть за пределами трехмесячного срока, является пропуском срока на обращение в суд. Уважительных причин его пропуска истцом не представлено.

Довод апелляционной жалобы о том, что течение срока не могло начаться до судебного признания отношений трудовыми, основан на неверном толковании закона. Требование о пропуске срока на обращение в суд может быть заявлено стороной в споре независимо от юридической квалификации сложившихся между сторонами отношений. Истец, заявляя требования, вытекающие из трудовых отношений, обязан соблюсти установленный для них специальный срок. Признание отношений трудовыми является не основанием для начала течения срока, а предметом судебного разбирательства, которое может быть начато при условии своевременного обращения.

Суд первой инстанции правильно установил, что истец пропустила срок для обращения в суд, и обоснованно отказал в удовлетворении исковых требований.

Предусмотренных ст. 330 ГПК РФ оснований для отмены решения суда по доводам апелляционной жалобы не имеется.

Руководствуясь ст. ст. 327.1. – 329 ГПК РФ, судебная коллегия

определила:

решение Петропавловск-Камчатского городского суда Камчатского края от 25 сентября 2025 года оставить без изменения, апелляционную жалобу ФИО1 - без удовлетворения.

Председательствующий:

Судьи:

Мотивированное апелляционное определение изготовлено 26 января 2026 года.