Решение № 2-1210/2017 2-1210/2017~М-422/2017 М-422/2017 от 3 апреля 2017 г. по делу № 2-1210/2017

<№ обезличен>


РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

г.Химки, Московская область 4 апреля 2017 года

Химкинский городской суд Московской области в составе

председательствующего судьи Букина Д.В.

при секретаре Фрейдине В.М.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО к ООО ЧОП «Святовит-А» о признании увольнения незаконным, изменении даты увольнения, взыскании заработной платы за время вынужденного прогула, задолженности по заработной плате, компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ

Истец обратился в суд с иском к ООО ЧОП «Святовит-А» о признании незаконным увольнения от 28.12.2016, изменении даты увольнения на дату вынесения решения суда; взыскании 41818 руб. задолженности по оплате труда за период с 01.12.2016 по 28.12.2016; 3637,54 руб. компенсации за неиспользованный отпуск за декабрь 2016 года; 146 781,80 руб. заработной платы за время вынужденного прогула; 1465,19 руб. процентов за задержку выплаты; 5000 руб. компенсации морального вреда.

В обоснование требований указал, что 28.12.2016 ему сообщили о том, что трудовой договор расторгнут и уволен по инициативе работника, однако заявления об увольнении он не подписывал. Кроме того, работодателем не выплачена заработная плата за декабрь 2016 года и компенсация за отпуск.

В судебном заседании требования поддержал. Дополнительно пояснил, что заявление об увольнении подписано и подано работодателю не им, об увольнении он узнал в момент, когда его пригласили для ознакомления с приказом об увольнении и вручении трудовой книжки. В момент получения трудовой книжки и окончательного расчета против действий работодателя не возражал, полагая это нецелесообразным. Действия работодателя и причины увольнения в день расторжения трудового договора с коллегами не обсуждал.

Представитель ООО ЧОП «Святовит-А» по доверенности ФИО иск не признала по мотивам, изложенным в письменных возражениях, ссылаясь на то, что работник лично подал заявление об увольнении, которое подписал не сам, а через иное лицо, действуя таким образом недобросовестно в целях возникновения трудового спора и взыскании оплаты вынужденного прогула без отработки.

Представитель ООО ЧОП «Святовит-А» – генеральный директор ФИО в письменных возражениях требования не признал, пояснил, что 28.12.2016 истец зашел в кабинет генерального директора и подал уже подписанное заявление об увольнении по собственному желанию, на вопрос о причинах отсутствия на рабочем месте в период с 01.12.2016 по настоящий день сослался на семейные обстоятельства и плохое самочувствие, просил уволить без отработки в тот же день. Генеральный директор принял решение пойти навстречу работнику и расторгнуть трудовой договор по желанию работника вместо увольнения за прогул, о чем составил резолюцию на его заявлении: «уволить без отработки», после чего с работником не встречался. Полагал, что истец допустил злоупотребление правом представив заявление об увольнении, подписанное от его имени иным лицом, при этом выразив в устном виде свое желание на увольнение и в дальнейшем без претензий и возражений подписав приказ об увольнении, получил трудовую книжку и окончательный расчет.

Прокурор не явился, о причинах неявки не сообщил, извещен.

Выслушав объяснения явившихся лиц, исследовав представленные доказательства по правилам ст.67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд приходит к выводу об отказе в удовлетворении иска по следующим основаниям.

Обстоятельства. Согласно материалам дела ФИО состоял в трудовых отношениях с ООО ЧОП «Святовит-А» в должности инспектора службы в 5 отделе охраны на основании трудового договора № ТД-153 от 02.08.2012, которым установлен гибкий режим рабочего времени не более 40 часов в неделю (п.5.1), а место постоянной работы определено по адресу: <...> д.<адрес> (п.1.8).

В декабре 2016 года ФИО не выходил на работу, что им не оспаривалось и подтверждается табелем учета рабочего времени.

Обосновывая причину невыхода на работу, истец ссылался на указание генерального директора находиться дома и ожидать появления новой работы, однако данное обстоятельство ответчиком опровергается и доказательств в его подтверждение истцом не представлено.

Истец ссылался также на то, что исходя из его трудовой функции не обязательно нахождение на рабочем месте по указанному адресу, поскольку работа имела разъездной характер, однако такие доводы не основаны на условиях заключенного между сторонами трудового договора, которым определено место постоянной работы истца по месту нахождения ответчика и не предусмотрен разъездной характер работы.

На несостоятельность довода истца о разъездном характере работы указывают также показания свидетеля ФИО, бухгалтера по расчету заработной платы, сообщившей суду, что истцу какие-либо расходы на проезд не возмещались, доплаты или надбавки за разъездной характер не устанавливались и о таком характере труда свидетелю неизвестно.

По докладным запискам оперативных дежурных актами об отсутствии работника на рабочем месте зафиксировано отсутствие истца в рабочие дни в период с 1 по 27.12.2016 в течение всего рабочего дня с 9:00 по 18:00.

27.12.2016 в адрес работника почтой было направлено уведомление о необходимости представления объяснения по факту отсутствия на рабочем месте в период с 1 по 27.12.2016, что подтверждается описью вложения и чеком-ордером почтовой службы.

28.12.2016 по прибытии истца на рабочее место составлен акт об отказе от объяснений по поводу предшествовавшего отсутствия на рабочем месте.

28.12.2016 работодателем издан приказ №172 о расторжении трудового договора и увольнении истца по п.3 ч.1 ст. 77 Трудового кодекса Российской Федерации по инициативе работника.

Фактическим основанием для прекращения трудовых отношений послужило заявление от 28.12.2016, заполненное рукописно в части имени работника и должности, а также подписанное от имени ФИО

В тот же день истец под роспись ознакомлен с приказом об увольнении, получил трудовую книжку и иные связанные с работой документы, с ним произведен окончательный расчет при увольнении.

По заявлению истца о подложности доказательства по делу проведена судебная почерковедческая экспертиза заявления об увольнении, согласно заключению которой рукописные записи и подпись от имени ФИО выполнены не им, а другим лицом.

Оценивая экспертное заключение, суд находит заключение полным и непротиворечивым, содержащиеся в нем выводы – обоснованными, в связи с чем заключение принимается судом в основу решения по настоящему делу.

Судом допрошены свидетель ФИО, выполняющую в ООО ЧОП «Святовит-А» на основании договора кадрового аутсорсинга с ООО «Центр безопасности «Святовит» от 01.03.2016 ведение учета кадрового состава, формирование и ведение личных дел сотрудников ответчика и иные обязанности, связанные с оформлением, работой и прекращением трудовых отношений, и свидетель ФИО, выполняющую в ООО ЧОП «Святовит-А» на основании аналогичного договора аутсорсинга, функцию бухгалтера по расчету заработной платы: начисление и выплата заработной платы на основании табеля учета рабочего времени, расчет отпускных, расчет выплат работнику при увольнении, расчет больничных листов.

Факт осуществления свидетелями перечисленных трудовых функций в ООО ЧОП «Святовит-А» на момент расторжения трудового договора истец признал.

Свидетель ФИО сообщила, что 28.12.2016 истец представил ей уже заполненное заявление об увольнении с резолюцией генерального директора об увольнении без отработки. Убедившись в присутствии истца у генерального директора по телефону о его согласии прекратить трудовой договор 28.12.2016 без отработки, свидетель в присутствии истца составила приказ о расторжении трудового договора, ознакомила истца под роспись, заполнила и вручила истцу трудовую книжку, личную карточку формы Т-2, иные документы, связанные с работой, и направила истца в бухгалтерию для окончательного расчета. В ходе выполнения перечисленных действий истец не выражал недовольства и не сообщал о несогласии с увольнением, из его поведения не следовало, что увольнение производится не по его инициативе.

Свидетель ФИО сообщила, что 28.12.2016 истец обратился к ней за окончательным расчетом при увольнении, к моменту его прибытия приказ об увольнении был опубликован кадровым работником в системе «1С Предприятие». Свидетель составила расчет причитающихся при увольнении сумм, в т.ч. компенсации за неиспользованный отпуск, выдала ему расчетный листок и произвела перечисление денежных средств в безналичной форме на зарплатный счет работника. При этом поведение истца не давало сомневаться в том, что увольнение производится по его инициативе, поскольку он какого-либо возмущения не высказывал, о неправомерности увольнения не сообщил.

В судебном заседании по ходатайству истца судом прослушана с его устройства аудиозапись разговора истца со свидетелем ФИО, имевшего место согласно объяснениям истца в январе 2017 года до подачи искового заявления, из которой следует, что предметом разговора была проверка правильности расчета компенсации за неиспользованный отпуск, кроме того, истец сообщил о намерении обратиться в суд, однако прямо не указал причину обращения, предмет обращения или иным образом не связал желание обращения в суд с законностью увольнения. Свидетель ФИО факт данного разговора подтвердила.

Право. Согласно ч.1 ст. 80 Трудового кодекса Российской Федерации (далее – ТК РФ) работник имеет право расторгнуть трудовой договор, предупредив об этом работодателя в письменной форме не позднее чем за две недели, если иной срок не установлен Кодексом или иным федеральным законом. По соглашению между работником и работодателем трудовой договор может быть расторгнут и до истечения срока предупреждения об увольнении.

По смыслу приведенной нормы права предупреждение работодателя в письменной форме о намерении работника расторгнуть трудовой договор направлено на обеспечение доказательства такого волеизъявления работника в целях предупреждения возникновения в последующем трудовых споров о правомерности увольнения.

Несоблюдение работником обязанности по составлению в письменной форме предупреждения о расторжении трудового договора само по себе не влечет недействительность приказа о прекращении трудовых отношений в случае, если волеизъявление работника на расторжение трудового договора по его инициативе подтверждается иными доказательствами.

Действующее трудовое законодательство не содержит такого основания недействительности приказа о прекращении трудового договора по п.3 ч.1 ст. 77 ТК РФ как отсутствие письменного волеизъявления работника, в связи с чем работодатель исходя из принципа состязательности сторон в гражданском судопроизводстве (ст. 12 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации) не лишен возможности доказывать факт волеизъявления работника на расторжение трудового договора иными средствами доказывания, в т.ч. свидетельскими показаниями, которые не исключены трудовым законом из числа допустимых доказательств по данной категории споров.

Согласно ч.1 ст. 55 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации сведения о фактах, на основе которых суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения сторон, могут быть получены, в частности, из объяснений сторон и показаний свидетелей, письменных доказательств, заключений экспертов.

Объяснения стороны и свидетельские показания относятся к числу личных доказательств, которым свойственно отражение субъективного мнения лица, сообщающего суду необходимую информацию.

Хотя бы в силу ч.2 ст. 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации никакие доказательства не имеют для суда заранее установленной силы, указанные два вида доказательств имеют существенное различие, которое заключается в том, что объяснения стороны даются лицом, имеющим материальный и процессуальный интерес в исходе дела, в то время как свидетельские показания даются лицом, в отношении которого судом презюмируется отсутствие заинтересованности в исходе дела.

Презумпция заведомой (субъективной) достоверности сообщаемых свидетелем сведений о фактах обеспечивается уголовной ответственностью за дачу заведомо ложных показаний или отказ от дачи показаний (ст.ст. 307 – 308 Уголовного кодекса Российской Федерации).

Действующее же уголовное или административное законодательство, законодательство о гражданском судопроизводстве не предусматривают ответственности для сторон, в т.ч. истца, за отказ или дачу заведомо ложных объяснений, в связи с чем при представлении такого вида доказательств не исключены искажения действительных обстоятельств дела или различного рода умалчивания в интересах лица, дающего объяснения в обоснование своих требований или возражений. В связи с чем оценка объяснений сторон должна осуществляться в совокупности с иными доказательствами.

В рассматриваемом деле объяснения истца о том, что заявление об увольнении, подписанное неустановленным лицом, предъявил работодателю не истец, а иное лицо, а его уведомили о расторжении трудового договора лишь после издания оспариваемого приказа, опровергаются совокупностью представленных ответчиком доказательств - письменными объяснениями генерального директора ООО ЧОП «Святовит-А» о том, что ФИО явился 28.12.2016 с данным заявлением, попросив расторгнуть трудовой договор без отработки, а также свидетельскими показаниями ФИО, сообщившей о том, что заявление об увольнении приняла в работу непосредственно из рук истца и составила приказ об увольнении в его присутствии, после чего ознакомила и выдала трудовую книжку и связанные с работой документы, и ФИО, сообщившей, что при осуществлении окончательного расчета при увольнении истец не высказывал возмущения, недовольства, иным способ не проявлял признаков несогласия с увольнением и не сообщал о том, что увольнение произведено не по его инициативе.

Показания свидетелей последовательны и непротиворечивы, оснований не доверять им не имеется до тех пор, пока в установленном порядке они не признаны заведомо ложными.

Недобросовестность. Установив факт обращения истца к работодателю с заявлением об увольнении, составленным от имени работника иным лицом, о чем истцу было известно 28.12.2016, предъявления данного заявления им лично генеральному директору предприятия, отказ истца от представления письменных объяснений по требованию работодателя о причинах неявки на работу за период с 1 по 27.12.2016, отсутствие с его сторон возражений об увольнении без отработки не менее двух недель, последующее его поведение при общении с сотрудниками, осуществляющими кадровый учет и расчет заработной платы в бухгалтерии, которое не давало данным работникам и представителю работодателя оснований разумно сомневаться в подлинности заявления об увольнении и правомерности расторжения трудового договора, суд полагает, что истец своим поведением фактически выразил свою волю на прекращение трудовых отношений независимо от несоблюдения письменной формы уведомления об этом работодателя.

Согласно разъяснениям в п.27 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17.03.2004 N 2 при рассмотрении дел о восстановлении на работе следует иметь в виду, что при реализации гарантий, предоставляемых ТК РФ работникам в случае расторжения с ними трудового договора, должен соблюдаться общеправовой принцип недопустимости злоупотребления правом, в том числе и со стороны работников. В частности, недопустимо сокрытие работником временной нетрудоспособности на время его увольнения с работы либо того обстоятельства, что он является членом профессионального союза или руководителем (его заместителем) выборного коллегиального органа первичной профсоюзной организации, выборного коллегиального органа профсоюзной организации структурного подразделения организации (не ниже цехового и приравненного к нему), не освобожденным от основной работы, когда решение вопроса об увольнении должно производиться с соблюдением процедуры учета мотивированного мнения выборного органа первичной профсоюзной организации либо соответственно с предварительного согласия вышестоящего выборного профсоюзного органа.

При установлении судом факта злоупотребления работником правом суд может отказать в удовлетворении его иска о восстановлении на работе (изменив при этом по просьбе работника, уволенного в период временной нетрудоспособности, дату увольнения), поскольку в указанном случае работодатель не должен отвечать за неблагоприятные последствия, наступившие вследствие недобросовестных действий со стороны работника.

В рассматриваемом случае недобросовестное поведение выразилось в представлении заведомо подложного заявления об увольнении, подписанного иным лицом, при непосредственном обращении истца к представителю работодателя по вопросу расторжения трудового договора по инициативе работника с целью заявления в последующем судебного спора о законности увольнения.

Суд принимает во внимание также тот факт, что дате увольнения истца предшествовал период с 1 по 27.12.2016 отсутствия истца в течение полных рабочих дней на рабочем месте, определенном трудовым договором. При разрешении вопроса о наличии дисциплинарного проступка работодатель во исполнение ч.1 ст. 193 ТК РФ направил работнику почтой уведомление о необходимости дать письменные объяснения по обстоятельствам прогулов, что подтверждается почтовой квитанцией от 27.12.2016.

Однако работник при появлении на рабочем месте 28.12.2016 от дачи письменных объяснений отказался, что зафиксировано соответствующим актом и не опровергалось истцом при рассмотрении дела.

При таких обстоятельствах по состоянию на 28.12.2016 у работодателя имелось правовое основание для увольнения истца по п/п.«а» п.6 ч.1 ст. 81 ТК РФ за прогулы, допущенные за период с 1 по 27.12.2016.

Вместо этого, работодатель, отказавшись от возможности расторгнуть трудовой договор по порочащему работника основанию, согласился с просьбой работника в тот же день прекратить трудовые отношения по п.3 ч.1 ст. 77 ТК РФ без двухнедельной отработки, что наиболее полно отвечало интересам самого работника.

В связи с изложенным довод истца о субъективной заинтересованности работодателя в его увольнении неубедителен.

Довод истца о задолженности по заработной плате за период с 1 по 27.12.2016 и по компенсации за неиспользованный отпуск, причитающийся за декабрь 2016 года, несостоятелен, поскольку истец отсутствовал на рабочем месте указанный период без уважительных причин, соответственно, не выполнял трудовой функции, предусмотренной трудовым договором.

В связи с отсутствием задолженности и факта нарушения трудовых прав требование о взыскании процентов за задержку выплат и компенсации морального вреда является необоснованным.

При таких обстоятельствах суд отказывает в удовлетворении иска.

Руководствуясь ст.ст. 194 – 199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации,

РЕШИЛ

В удовлетворении иска ФИО к ООО ЧОП «Святовит-А» о признании незаконным увольнения от 28.12.2016, изменении даты увольнения на дату вынесения решения суда; взыскании 41818 руб. задолженности по оплате труда за период с 01.12.2016 по 28.12.2016; 3637,54 руб. компенсации за неиспользованный отпуск за декабрь 2016 года; 146 781,80 руб. заработной платы за время вынужденного прогула; 1465,19 руб. процентов за задержку выплаты; 5000 руб. компенсации морального вреда отказать.

Решение может быть обжаловано в Московский областной суд через Химкинский городской суд Московской области в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Судья Д.В. Букин

В окончательной форме принято

19 апреля 2017 года.