Апелляционное определение № 33-8476/2025 от 9 декабря 2025 г.

УИД 29RS0021-01-2025-001658-27

Судья Цуд М.Н.

№ 2-868/2025

10 декабря 2025 г.

Докладчик Зайнулин А.В.

№ 33-8476/2025

г. Архангельск


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

Судебная коллегия по гражданским делам Архангельского областного суда в составе председательствующего судьи Бланару Е.М.,

судей Зайнулина А.В., Поповой Т.В.,

при секретаре судебного заседания Пономаревой Ю.А.,

рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело по иску Управления Федеральной службы исполнения наказаний по Архангельской области к ФИО1 о возмещении материального ущерба по апелляционной жалобе Управления Федеральной службы исполнения наказаний по Архангельской области на решение Плесецкого районного суда Архангельской области от 8 сентября 2025 г.

Заслушав доклад судьи Зайнулина А.В., судебная коллегия

установила:

Управление Федеральной службы исполнения наказаний по Архангельской области (далее – УФСИН России по Архангельской области) обратилось в суд с иском к ФИО1 о возмещении материального ущерба.

В обоснование заявленных требований указано, что <данные изъяты> г. <данные изъяты> судом Архангельской области вынесено решение по иску осужденного Т. о взыскании в его пользу компенсации морального вреда в размере 7 000 рублей, выразившегося в ненадлежащем представлении в суд ходатайства об освобождении от наказания в связи с болезнью и отсутствии документов о прохождении Т. медицинского освидетельствования. В ходе рассмотрения дела установлено, что непринятие <данные изъяты> ФКУ <данные изъяты> УФСИН России по Архангельской области ФИО1 комплекса мер по направлению Т. для прохождения медицинского освидетельствования явилось основанием для отказа в принятии судом ходатайства об освобождении от наказания в связи с болезнью, дальнейшего обращения осужденного с исковым заявлением и взыскания с ФСИН России в его пользу компенсации морального вреда. В связи с этим истец просил взыскать с ответчика материальный ущерб в размере 7 000 рублей, причиненный при исполнении служебных обязанностей.

Решением Плесецкого районного суда Архангельской области от 8 сентября 2025 г. в удовлетворении исковых требований УФСИН России по Архангельской области к ФИО1 о возмещении материального ущерба отказано.

С указанным решением не согласилось УФСИН России по Архангельской области, в поданной апелляционной жалобе представитель истца просит решение отменить, принять по делу новое решение об удовлетворении заявленных требований.

В обоснование жалобы ссылается на то, что у <данные изъяты> с момента получения ходатайства осужденного возникла обязанность по запросу его медицинской документации и после ее получения направлению документов для проведения в отношении осужденного медицинского освидетельствования. Однако судом первой инстанции при рассмотрении дела данные доводы не учтены, в связи с чем суд пришел к выводу об отсутствии причинно-следственно связи между возникшим ущербом и действиями ответчика.

Указывая на необоснованность вывода суда о нарушении процедуры проведения служебной проверки, выразившемся в неознакомлении с приказом о проведении служебной проверки и заключением по результатам ее проведения, полагает, действующим законодательством не предусмотрено таких действий в отношении лиц, не являющихся сотрудниками уголовно-исполнительной системы.

Также ссылается на несогласие с выводом суда о том, что УФСИН России по Архангельской области не вправе в рассматриваемом случае взыскивать убытки, поскольку они причинены казне Российской Федерации в лице главного распорядителя средств федерального бюджета федерального органа уголовно-исполнительной системы – ФСИН России. Полагает, исходя из положений действующего законодательства, УФСИН России по Архангельской области уполномочен взыскивать в доход федерального бюджета взысканные в счет возмещения ущерба затраты, понесенные федеральным бюджетом.

Ответчик ФИО1 в судебное заседание суда апелляционной инстанции не явился, представителя не направил. Судебная коллегия по гражданским делам, руководствуясь положениями части 3 и 4 статьи 167, части 1 статьи 327 ГПК РФ, считает возможным рассмотреть дело в его отсутствие.

Согласно положениям части 1 статьи 327.1 ГПК РФ, суд апелляционной инстанции рассматривает дело в пределах доводов, изложенных в апелляционной жалобе и возражениях относительно жалобы.

Изучив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, выслушав пояснения представителя истца ФИО2, поддержавшей доводы апелляционной жалобы, судебная коллегия приходит к следующему.

Судом первой инстанции установлено и подтверждается материалами дела, что ответчик ФИО1 проходил службу в уголовно-исполнительной системе Российской Федерации и в период с <данные изъяты> г. по <данные изъяты> г. временно исполнял служебные обязанности по должности <данные изъяты> ФКУ <данные изъяты> УФСИН России по Архангельской области.

С <данные изъяты> г. ответчик освобожден от занимаемой должности в связи с переводом для дальнейшего прохождения службы в УФСИН России по <данные изъяты>, а <данные изъяты> г. ФИО1 уволен из органов уголовно-исполнительной системы Российской Федерации.

Вступившим в законную силу решением <данные изъяты> суда Архангельской области от <данные изъяты> г. (гражданское дело № <данные изъяты>) признано незаконным бездействие должностных лиц ФКУ <данные изъяты> УФСИН России по Архангельской области, выразившееся в непринятии комплекса мер по направлению осужденного Т. для прохождения медицинского освидетельствования в <данные изъяты> г. в рамках рассмотрения судом его ходатайства в порядке статьи 81 Уголовного кодекса РФ по материалу <данные изъяты>. В связи с этим с Российской Федерации в лице ФСИН России за счет средств казны Российской Федерации в пользу Т. взыскана компенсация морального вреда в размере 7 000 рублей.

Указанным решением суда установлено, что в нарушение пункта 3 Правил направления на медицинское освидетельствование осужденных, ходатайствующих об освобождении (представляемых к освобождению) от отбывания наказания в связи с болезнью, утвержденных постановлением Правительства Российской Федерации от 6 февраля 2004 г. № 54, должностными лицами исправительного учреждения все медицинские документы, за исключением справки от <данные изъяты> г., не запрошены и не направлены в медицинскую организацию уголовно-исполнительной системы Российской Федерации для проведения в отношении осужденного Т. медицинского освидетельствования. Соответственно, осужденный не был направлен в медицинскую организацию для прохождения медицинского освидетельствования, что свидетельствует о бездействии должностных лиц исправительного учреждения, подтверждает факт нарушения личных неимущественных прав Т.

Решение <данные изъяты> суда Архангельской области от <данные изъяты> г. по гражданскому делу № <данные изъяты> вступило в законную силу <данные изъяты> г. и исполнено <данные изъяты> г. путем перевода на личный счет осужденного Т. денежных средств в размере 7 000 рублей.

По данному факту на основании приказа начальника УФСИН России по Архангельской области от <данные изъяты> г. № 796 проведена служебная проверка, результаты которой отражены в заключении, утвержденном <данные изъяты> г.

Согласно указанному заключению, по итогам служебной проверки комиссия пришла к выводу, что должностным лицом, не принявшим комплекс мер по направлению осужденного Т. для прохождения медицинского освидетельствования в рамках рассмотрения ходатайства в порядке статьи 81 Уголовного кодекса РФ, являлся <данные изъяты> ФКУ <данные изъяты> УФСИН России по Архангельской области ФИО1

По результатам проведения служебной проверки истцом принято решение о взыскании с ФИО1 денежных средств, выплаченных Т., в качестве ущерба, причиненного казне Российской Федерации.

Разрешая рассматриваемый спор и отказывая в удовлетворении заявленных требований, суд первой инстанции пришел к выводу о недоказанности истцом причинно-следственной связи между ущербом и действиями (бездействием) ответчика; о несоблюдении нанимателем порядка привлечения сотрудника к материальной ответственности (ответчик не ознакомлен с приказом о назначении служебной проверки и не ознакомлен с заключением о результатах служебной проверки). Кроме того, суд первой инстанции пришел к выводу, что убытки причинены казне Российской Федерации в лице ФСИН России, а не лицу, обратившемуся за судебной защитой – УФСИН России по Архангельской области, а также ущерб не связан напрямую с действиями ответчика, как <данные изъяты> ФКУ <данные изъяты> УФСИН России по Архангельской области, и с учетом их правовой природы не могут быть признаны убытками по смыслу действительного прямого ущерба, который заложен в нормах трудового законодательства, в связи с чем, не подлежат взысканию в порядке регресса с сотрудника уголовно-исполнительной системы.

Правоотношения, связанные с поступлением на службу в уголовно-исполнительную систему, ее прохождением и прекращением, а также с определением правового положения (статуса) сотрудника установлены Федеральным законом от 19 июля 2018 г. № 197-ФЗ «О службе в уголовно-исполнительной системе Российской Федерации и о внесении изменений в Закон Российской Федерации «Об учреждениях и органах, исполняющих уголовные наказания в виде лишения свободы» (далее – Федеральный закон от 19 июля 2018 г. № 197-ФЗ)

Согласно часть 2 статьи 3 Федерального закона от 19 июля 2018 г. № 197-ФЗ, нормы трудового законодательства применяются к правоотношениям, возникающим при прохождении службы в уголовно-исполнительной системе в случаях, если они не урегулированы нормативными правовыми актами Российской Федерации, указанными в части 1 данной статьи.

В соответствии с пунктами 1, 2, 6 статьи 1 Федерального закона от 19 июля 2018 г. № 197-ФЗ служба в уголовно-исполнительной системе – вид федеральной государственной службы, представляющий собой профессиональную служебную деятельность граждан Российской Федерации на должностях в уголовно-исполнительной системе Российской Федерации, а также на должностях, не являющихся должностями в уголовно-исполнительной системе, в случаях и на условиях, которые предусмотрены настоящим Федеральным законом, другими федеральными законами и (или) нормативными правовыми актами Президента Российской Федерации; должности в уголовно-исполнительной системе – должности сотрудников уголовно-исполнительной системы, которые учреждаются в федеральном органе исполнительной власти, осуществляющем правоприменительные функции, функции по контролю и надзору в сфере исполнения уголовных наказаний в отношении осужденных, территориальных органах уголовно-исполнительной системы, учреждениях, исполняющих наказания, следственных изоляторах, научно-исследовательских, проектных, медицинских, образовательных и иных организациях, входящих в уголовно-исполнительную систему в соответствии с законодательством Российской Федерации; сотрудник – гражданин, проходящий в соответствии с настоящим Федеральным законом службу в уголовно-исполнительной системе в должности, по которой предусмотрено присвоение специального звания.

Правовое положение (статус) сотрудника определяется настоящим Федеральным законом и другими федеральными законами, регулирующими особенности поступления на службу в уголовно-исполнительной системе, прохождения и прекращения службы в уголовно-исполнительной системе (часть 1 статьи 10 Федерального закона от 19 июля 2018 г. № 197-ФЗ).

В соответствии с частью 5 статьи 15 Федерального закона от 19 июля 2018 г. № 197-ФЗ за ущерб, причиненный учреждению и (или) органу уголовно-исполнительной системы, сотрудник несет материальную ответственность в порядке и случаях, которые установлены трудовым законодательством Российской Федерации.

Из положений статьи 238 Трудового кодекса РФ следует, что работник обязан возместить работодателю причиненный ему прямой действительный ущерб. Неполученные доходы (упущенная выгода) взысканию с работника не подлежат.

Под прямым действительным ущербом понимается реальное уменьшение наличного имущества работодателя или ухудшение состояния указанного имущества (в том числе имущества третьих лиц, находящегося у работодателя, если работодатель несет ответственность за сохранность этого имущества), а также необходимость для работодателя произвести затраты либо излишние выплаты на приобретение, восстановление имущества либо на возмещение ущерба, причиненного работником третьим лицам (часть 2 статьи 238 Трудового кодекса РФ).

В статье 241 Трудового кодекса РФ предусмотрено, что за причиненный ущерб работник несет материальную ответственность в пределах своего среднего месячного заработка, если иное не предусмотрено настоящим Кодексом или иными федеральными законами.

В силу частей 1 и 2 статьи 242 Трудового кодекса РФ полная материальная ответственность работника состоит в его обязанности возмещать причиненный работодателю прямой действительный ущерб в полном размере.

Материальная ответственность в полном размере причиненного ущерба может возлагаться на работника лишь в случаях, предусмотренных этим Кодексом или иными федеральными законами.

В соответствии с пунктом 2 части 1 статьи 243 Трудового кодекса РФ материальная ответственность в полном размере причиненного ущерба возлагается на работника в случае недостачи ценностей, вверенных ему на основании специального письменного договора или полученных им по разовому документу.

В статье 247 Трудового кодекса РФ предусмотрено, что до принятия решения о возмещении ущерба конкретными работниками работодатель обязан провести проверку для установления размера причиненного ущерба и причин его возникновения. Для проведения такой проверки работодатель имеет право создать комиссию с участием соответствующих специалистов. Истребование от работника письменного объяснения для установления причины возникновения ущерба является обязательным. В случае отказа или уклонения работника от предоставления указанного объяснения составляется соответствующий акт. Работник и (или) его представитель имеют право знакомиться со всеми материалами проверки и обжаловать их в порядке, установленном Трудовым кодексом Российской Федерации.

Согласно пункту 4 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 16 ноября 2006 г. № 52 «О применении судами законодательства, регулирующего материальную ответственность работников за ущерб, причиненный работодателю», к обстоятельствам, имеющим существенное значение для правильного разрешения дела о возмещении ущерба работником, обязанность доказать которые возлагается на работодателя, в частности, относятся: отсутствие обстоятельств, исключающих материальную ответственность работника; противоправность поведения (действия или бездействие) причинителя вреда; вина работника в причинении ущерба; причинная связь между поведением работника и наступившим ущербом; наличие прямого действительного ущерба; размер причиненного ущерба; соблюдение правил заключения договора о полной материальной ответственности.

Из приведенных правовых норм трудового законодательства и разъяснений Верховного Суда Российской Федерации следует, что необходимыми условиями для наступления материальной ответственности работника за причиненный работодателю ущерб являются: наличие прямого действительного ущерба, противоправность поведения (действия или бездействия) работника, причинно-следственная связь между действиями или бездействием работника и причиненным ущербом, вина работника в причинении ущерба.

При этом бремя доказывания наличия совокупности указанных обстоятельств, а также размера причиненного ущерба законом возложено на работодателя.

Кроме того, в пункте 7 Обзора практики рассмотрения судами дел о материальной ответственности работника, утвержденного Президиумом Верховного Суда РФ 5 декабря 2018 г., разъяснено, что необходимым условием привлечения работника к материальной ответственности является наличие у работодателя ущерба, который должен быть подтвержден доказательствами, отвечающими требованиям закона.

Однако судебная коллегия не усматривает оснований для удовлетворения исковых требований к указанному ответчику, поскольку истцом не доказана вина ФИО1, а также противоправность его поведения (действий или бездействия) и причинно-следственная связь между его действиями и наступившим ущербом.

Из содержания вышеприведенных норм права следует, что при привлечении работника (сотрудника) к материальной ответственности работодатель (наниматель) обязан определить, в чем заключалась противоправность поведения работника (сотрудника), какие конкретно нарушения трудовой (служебной) дисциплины были допущены по вине работника (сотрудника), явившиеся поводом к привлечению к материальной ответственности.

Однако в заключении по результатам служебной проверки не содержится сведений о том, в чем выразилась вина ответчика ФИО1, а также какие нарушения им допущены, которые повлекли причинение материального ущерба.

Формальная ссылка нанимателя на судебные акты, принятые в ходе рассмотрения гражданского дела № <данные изъяты>, а также на положения постановления Правительства Российской Федерации от 6 февраля 2024 г. № 54 «О медицинском освидетельствовании осужденных, предоставляемых к освобождению и отбыванию наказания в связи с болезнью» не может свидетельствовать о полном и всестороннем исследовании и оценке всех обстоятельств причинения нанимателю материального ущерба, об установлении истцом вины ответчика в его причинении, а следовательно, об обоснованности заявленных требований.

При этом суд первой инстанции обоснованно отметил, что решением <данные изъяты> суда Архангельской области от <данные изъяты> г. по гражданскому делу № <данные изъяты> действия (бездействие) ответчика ФИО1, как <данные изъяты> ФКУ <данные изъяты> УФСИН России по Архангельской области, незаконными не признавались, судебными постановлениями противоправность, виновность действий (бездействия), причинно-следственная связь между ущербом и действиями (бездействием) ответчика также не установлены.

В отсутствие доказательств вины ответчика в причинении ущерба, а также доказательств противоправности его поведения (действий или бездействия), суд первой инстанции обоснованно не усмотрел оснований для удовлетворения заявленных исковых требований.

Кроме того, судебная коллегия учитывает, что в силу части 2 статьи 247 Трудового кодекса РФ истребование от работника письменного объяснения для установления причины возникновения ущерба является обязательным. В случае отказа или уклонения работника от предоставления указанного объяснения составляется соответствующий акт.

Кроме того, согласно разъяснениям, изложенным в пункте 5 Обзора практики рассмотрения судами дел о материальной ответственности работника, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 5 декабря 2018 г., такие объяснения должны быть истребованы работодателем (нанимателем) также и у бывшего работника (сотрудника), с которым трудовые (служебные) отношения прекращены на момент проведения проверки.

Однако в нарушение данной нормы и разъяснений Верховного Суда Российской Федерации истцом при проведении служебной проверки для установления причины возникновения ущерба не истребовались от ответчика ФИО1 письменные объяснения.

Ссылка истца на уведомление от <данные изъяты> г. о предоставлении письменных объяснений (л.д. 17), адресованное ответчику ФИО1, судебной коллегией отклоняется, поскольку указанное уведомление фактически направлено по ошибочному адресу – <данные изъяты>.

Так, согласно материалам дела, в период служебных отношений между сторонами ответчик ФИО1 проживал по адресу: <данные изъяты>.

По указанному адресу ответчик зарегистрирован по месту жительства с <данные изъяты> г. по настоящее время, а также ФИО1 имеет регистрацию по месту пребывания с <данные изъяты> г. по <данные изъяты> г. по адресу: <данные изъяты> (л.д. 37). Сведения о том, что ответчик имел регистрацию по месту жительства или месту пребывания в <данные изъяты>, в материалах дела отсутствуют.

С <данные изъяты> г. ответчик освобожден от занимаемой должности в ФКУ <данные изъяты> УФСИН России по Архангельской области в связи с переводом для дальнейшего прохождения службы в УФСИН России по <данные изъяты>, а <данные изъяты> г. ФИО1 уволен из органов уголовно-исполнительной системы Российской Федерации.

Сведений о том, что после увольнения из органов уголовно-исполнительной системы, т.е. по состоянию на <данные изъяты> г. (дата направления уведомления о даче объяснений) ФИО1 продолжил проживать в <данные изъяты>, в материалах дела не имеется. Ответчик в своих письменных возражениях на иск оспаривает факт истребования у него объяснений по факту причинения материального ущерба.

В связи с этим указанное уведомление о даче объяснений не могло быть получено ФИО1 и не может свидетельствовать о надлежащем исполнении нанимателем обязанности, предусмотренной частью 2 статьи 247 Трудового кодекса РФ.

Более того, судебная коллегия обращает внимание, что уведомление о предоставлении письменных объяснений направлено нанимателем <данные изъяты> г. (л.д. 17), а заключение по результатам служебной проверки, утверждено на следующий день – <данные изъяты> г. Изложенное свидетельствует о формальном подходе нанимателя к соблюдению порядка привлечения сотрудника к материальной ответственности и не может свидетельствовать о надлежащем исполнении истцом обязанности, предусмотренной частью 2 статьи 247 Трудового кодекса РФ, поскольку с учетом почтового пробега ответчик не имел возможности получить указанное уведомление и предоставить нанимателю свои объяснения даже при направлении истцом данного уведомления по правильному адресу.

Ввиду изложенного судебная коллегия приходит к выводу, что истцом нарушен порядок привлечения сотрудника ФИО1 к материальной ответственности, что также является самостоятельным основанием для отказа в удовлетворении к нему заявленных исковых требований. Данный вывод суда апелляционной инстанции согласуется с разъяснениями Президиума Верховного Суда Российской Федерации, изложенными в пункте 5 Обзора практики рассмотрения судами дел о материальной ответственности работника, утвержденного 5 декабря 2018 г.

При этом судебная коллегия не может согласиться с выводом суда первой инстанции о том, что нанимателем нарушен порядок привлечения сотрудника к материальной ответственности в части неознакомления ответчика с приказом о назначении служебной проверки и с заключением о результатах служебной проверки, поскольку по состоянию на дату издания приказа о проведения служебной проверки (<данные изъяты> г.) и на дату утверждения заключения по результатам служебной проверки (<данные изъяты> г.) ответчик ФИО1 был уволен со службы в органах уголовно-исполнительной системы (<данные изъяты> г.). При этом Порядком проведения служебных проверок в учреждениях и органах уголовно-исполнительной системы Российской Федерации, утвержденным Приказом Минюста России от 31 декабря 2020 г. № 341 (действовавшим в указанный период), не предусмотрена обязанность нанимателя знакомить с вышеприведенными документами уволенных сотрудников.

Кроме того, вопреки выводу суда первой инстанции, неознакомление сотрудника с приказом о проведения служебной проверки и заключением по результатам служебной проверки не является нарушением порядка привлечения сотрудника к материальной ответственности, которое влечет отказ в удовлетворении требований нанимателя о возмещении материального ущерба, поскольку таких требований к порядку привлечения работника к материальной ответственности не содержится в статье 247 Трудового кодекса РФ.

Однако указанный ошибочный вывод суда первой инстанции не свидетельствует о незаконности правильно принятого по существу решения, в связи с чем не влечет его отмену.

Также судебная коллегия соглашается с доводом апелляционной жалобы о неверном суждении суда первой инстанции о том, что убытки причинены ФСИН России, а не лицу, обратившемуся за судебной защитой – УФСИН России по Архангельской области, поскольку пунктом 5 Положения о Федеральной службе исполнения наказаний Российской Федерации, утвержденного Указом Президента Российской Федерации от 13 октября 2004 г. № 1314, предусмотрено, что ФСИН России осуществляет свою деятельность непосредственно и (или) через свои территориальные органы, учреждения, исполняющие наказания, следственные изоляторы, а также предприятия и учреждения, специально созданные для обеспечения деятельности уголовно-исполнительной системы. Пунктом 1 Положения об УФСИН России по Архангельской области предусмотрено, что управление является территориальным органом Федеральной службы исполнения наказаний Российской Федерации. В связи этим УФСИН России по Архангельской области вправе обращаться в суд с исками о взыскании материального ущерба, причиненного ФСИН России.

Однако указанный ошибочный вывод суда первой инстанции также не влечет отмену оспариваемого решения, поскольку не свидетельствует о его незаконности.

Учитывая вышеизложенное, судебная коллегия в пределах доводов апелляционной жалобы оснований к отмене или изменению оспариваемого решения не усматривает.

Руководствуясь статьями 328, 329 ГПК РФ, судебная коллегия

определила:

решение Плесецкого районного суда Архангельской области от 8 сентября 2025 г. оставить без изменения, апелляционную жалобу Управления Федеральной службы исполнения наказаний по Архангельской области – без удовлетворения.

Мотивированное апелляционное определение изготовлено 23 декабря 2025 г.

Председательствующий

Е.М. Бланару

Судьи

А.В. Зайнулин

Т.В. Попова