Приговор № 1-63/2020 от 2 июля 2020 г. по делу № 1-63/2020

.

дело № 1-63/2020

УИД: 66RS0057-01-2020-000216-82


ПРИГОВОР

Именем Российской Федерации

г. Талица 03.07.2020

Талицкий районный суд Свердловской области в составе:

председательствующего судьи Анохина С. П.,

при секретаре судебного заседания Сидоровой М. П.,

с участием государственного обвинителя – помощника прокурора Талицкого района Свердловской области Микушина Е. С.,

подсудимого ФИО2,

его защитника - адвоката Семеновой С. А.,

потерпевшего Потерпевший №1

представителя потерпевшей ФИО – ФИО3,

рассмотрев в открытом судебном заседании уголовное дело по обвинению

ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженца <адрес>, гражданина Российской Федерации, со средним специальным образованием, женатого, не военнообязанного, не судимого, пенсионера, проживающего <адрес>, избрана мера процессуального принуждения в виде обязательства о явке (л. <...>),

в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 264 Уголовного кодекса Российской Федерации,

установил:

ФИО2, управляя автомобилем, нарушил правила дорожного движения, что повлекло по неосторожности смерть ФИО1, при следующих обстоятельствах.

Являясь участником дорожного движения, водитель, в соответствии с требованиями пунктов 1.3 и 1.5 Правил дорожного движения Российской Федерации (далее - ПДД РФ), обязан знать и соблюдать относящиеся к нему требования Правил, а так же действовать таким образом, чтобы не создавать опасности для движения и не причинять вреда.

В соответствии с пунктом 2.3.1 ПДД РФ водитель транспортного средства обязан перед выездом проверить и в пути обеспечить исправное техническое состояние транспортного средства в соответствии с Основными положениями по допуску транспортных средств к эксплуатации и обязанности должностных лиц по обеспечению безопасности дорожного движения (далее – Основные положения). Запрещается движение при неисправности рабочей тормозной системы.

На основании пункта 11 Основных положений запрещается эксплуатация автомобилей, если их техническое состояние и оборудование не отвечает требованиям Перечня неисправностей и условий, при которых запрещается эксплуатация транспортных средств.

В силу пункта 1.1 вышеуказанного Перечня, являющегося приложением к Основным положениям, запрещается эксплуатация транспортного средства, если нормы эффективности торможения рабочей тормозной системы не соответствуют ГОСТ Р 51709-2001.

В соответствии с пунктом 10.1 ПДД РФ водитель должен вести транспортное средство со скоростью, не превышающей установленного ограничения, учитывая при этом интенсивность движения, особенности и состояние транспортного средства и груза, дорожные и метеорологические условия, в частности видимость в направлении движения. Скорость должна обеспечивать водителю возможность постоянного контроля за движением транспортного средства для выполнения требований Правил.

На основании пункта 11.1 ПДД РФ, прежде чем начать обгон, водитель обязан убедиться в том, что полоса движения, на которую он собирается выехать, свободна на достаточном для обгона расстоянии и в процессе обгона он не создаст опасности для движения и помеху другим участникам дорожного движения.

В силу пункта 9.9 ПДД РФ запрещается движение транспортных средств по разделительным полосам и обочинам, тротуарам и пешеходным дорожкам.

26.12.2019, около 08:30, в темное время суток, ФИО2 управлял автомобилем ВАЗ-21120 (гос. рег. знак №) и перевозил в салоне пассажира, двигался на транспортном средстве по проезжей части дороги <адрес>.

ФИО2, являясь собственником автомобиля ВАЗ-21120, осуществляя за ним уход и его эксплуатацию, заведомо знал о технической неисправности у транспортного средства тормозной системы, когда при нажатии на педаль тормоза осуществляется торможение и блокировка только передних колес и неисправен механизм торможения задних колес, нарушая тем самым требования пункта 2.3.1 ПДД РФ, пункта 11 Основных положений по допуску транспортных средств к эксплуатации и обязанности должностных лиц по обеспечению безопасности дорожного движения, пункта 1.1 Перечня неисправностей и условий, при которых запрещается эксплуатация транспортных средств, что ухудшало эффективность торможения управляемого им транспортного средства.

При движении на автомобиле <адрес> ФИО2 начал совершать маневр обгона автобуса «Богдан» (гос. рег. знак №), когда в то время на незначительном впереди расстоянии в попутном с направлении по границе левой обочины и проезжей части дороги <адрес> двигалась пешеход ФИО1, то есть, не убедился в том, что своим маневром не создаст опасности для движения и помехи другим участникам дорожного движения, нарушая тем самым требования пункта 11.1 ПДД РФ.

Кроме этого, в ходе выполнения маневра обгона автобуса ФИО2 не избрал безопасной скорости движения, позволявшей ему контролировать движение управляемого им автомобиля в сложных дорожных условиях, в темное время суток, что ограничивало видимость в направлении движения, на участке автодороги имеющем незначительную ширину проезжей части для движения в одном направлении двух транспортных средств, в частности во время выполнения маневра обгона автобуса, где затруднительно соблюдение бокового интервала с обгоняемым транспортным средством без выезда за пределы проезжей части, нарушая тем самым требования пункта 10.1 ПДД РФ.

В ходе совершения обгона автобуса ФИО2 выехал на автомобиле на сторону проезжей части дороги, предназначенную для движения транспортных средств во встречном направлении, и допустил выезд на левую по ходу его движения обочину, нарушив тем самым требования пункта 9.9 ПДД РФ.

Приближаясь к дому <адрес>, в ходе обгона автобуса, обнаружив опасность для своего движения в виде пешехода на крае проезжей части в попутном направлении, на расстоянии, позволяющем ему оценить создавшуюся ситуацию, при которой продолжение движения в том же направлении и с той же скоростью создаст угрозу возникновения дорожно-транспортного происшествия, имея техническую возможность предотвратить происшествие, не предпринял мер к остановке управляемого им автомобиля, нарушая тем самым требования пункта 10.1 ПДД РФ, тем самым создал опасность причинения вреда другим участникам дорожного движения, чем вызывал неизбежность совершения наезда на пешехода ФИО1

В результате нарушения требований пунктов 2.3.1, 9.9, 10.1 и 11.1 ПДД РФ, ФИО2, управляя технически неисправным автомобилем ВАЗ-21120 (гос. рег. знак №), нарушая правила обгона транспортного средства, не убедившись в безопасности выполняемого им маневра, не избрав безопасной скорости движения в сложных дорожных и метеорологических условиях, что не позволило контролировать движение управляемого им автомобиля, создав опасность для движения и причинения вреда другим участникам дорожного движения, допустив выезд автомобиля за пределы проезжей части на левую, по ходу его движения, обочину, при обнаружении опасности для движения, не предпринял необходимых мер для остановки управляемого им транспортного средства, имея при этом возможность избежать дорожно-транспортного происшествия, 26.12.2019, около 08:30, на освещенном фонарем уличного освещения участке дороги у дома <адрес>, на границе левой полосы проезжей части дороги и левой обочины, левой передней частью управляемого им автомобиля, совершил наезд на пешехода ФИО1, которой были причинены телесные повреждения в виде: <данные изъяты> гибели плода мужского пола в гестационном сроке 36 недель, которые, в совокупности, по признаку опасности для жизни, причинили тяжкий вред ее здоровью, а так как являются несовместимыми с жизнью, то повлекли по неосторожности ее смерть на месте дорожно-транспортного происшествия.

В судебном заседании подсудимый ФИО2 вину в инкриминируемом ему деянии признал, но, воспользовавшись правом не свидетельствовать против себя, от дачи показаний отказался.

Из показаний ФИО2 в качестве подозреваемого, следует, что в конце 2018 года он приобрел в собственность автомобиль ВАЗ-21120, 2004 года выпуска. На автомобиле стал ездить с весны 2019 года. Он знал, что у автомобиля не исправен стояночный тормоз, по этой причине задние колеса автомобиля слабо тормозили. Он собирался устранить эту неисправность, починить тормоза, отрегулировать положение стояночного тормоза, но все не находил для этого времени. Диагностическую карту о техническом состоянии автомобиля он получал в г. Талице, когда весной 2019 года оформлял полис ОСАГО. Ни на какую станцию технического обслуживания он не ездил, техническое состояние автомобиля не проверял. За техническим состоянием своего автомобиля он следил сам. Водительский стаж у него с 1978 года. До выхода на пенсию он работал водителем на грузовых автомобилях, на пассажирском автобусе в последние четыре года. 26.12.2019, в период с 07:50 до 08:00, он поехал в Буткинскую больницу, где забрал знакомого по имени Свидетель №1, работающего медбратом на станции «скорой помощи», которого собирался увезти в с. Казаковское Талицкого района. От больницы они поехали, в том числе и <адрес>. Он на автомобиле двигался со скоростью около 40-50 км/ч. Фонари уличного освещения на улице в то время не горели, хотя были еще утренние сумерки. Проезжая часть дороги была чистая, обочины заснеженные. Приближаясь к перекрестку с ул. Зеленой, он догнал автобус желтого цвета марки «Богдан» и сразу стал совершать его обгон. В то время по ул. Чапаева не было встречных транспортных средств. Так же он не видел никаких пешеходов на проезжей части дороги, на полосе встречного движения или на левой для него обочине. Обгоняя автобус, он прибавил скорость движения автомобиля примерно до 60 км/ч, двигался с ближним светом фар. Когда он поравнялся с автобусом, увидел впереди, примерно в 50 метрах, пешехода, который стоял на границе обочины и проезжей части правым боком к нему. Стал притормаживать, надеялся, что проедет мимо пешехода. Несмотря на торможение, остановить управляемое им транспортное средство до пешехода он не сумел и совершил на него наезд левой частью переднего бампера. После наезда пешеход упал на капот автомобиля, ударился в переднее ветровое стекло, которое разбилось. После наезда на пешехода автомобиль остановил на левом краю проезжей части дороги. Свидетель №1 и он вышли из автомобиля, пошли назад, где на краю проезжей части лежал пешеход, который не подавал признаков жизни. Осмотрев женщину, Свидетель №1 достал телефон и вызывал «скорую помощь». Во время движения он не отвлекался от управления автомобилем, смотрел вперед в направлении движения. Обгоняемый им автобус помех его движению не создавал, двигался по своей правой полосе проезжей части дороги (л. д. 120-123). Оглашенные показания Рыжков подтвердил.

При допросе в качестве обвиняемого ФИО2 полностью признал свою вину в совершении поставленного ему в вину преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 264 Уголовного кодекса Российской Федерации, от дачи показаний отказался, подтвердив свои показания, данные им при допросе в качестве подозреваемого (л. д. 131-132).

Потерпевший Потерпевший №1 пояснил, что он приходится отцом погибшей в ДТП ФИО1 С дочерью не проживал с 1994 года и общался с нею изредка. В основном разговаривал по телефону. В последний раз с ФИО1 он общался примерно в мае 2017 года, с того времени он не знал где и как проживает его дочь. С 2017-2018 годов общаться с ним дочери запрещал ее сожитель. О том, что дочь погибла в ДТП он узнал уже позднее, поэтому участия в похоронах не принимал, о том, что она проживала в <...>, не знал, не знал о том, что у дочери родился ребенок, то есть, его внучка.

Свидетель Свидетель №3 пояснил, что 26.12.2019, около 08:30, он ехал на работу на автомобиле ВАЗ-2107 <адрес>, увидел стоящий на его полосе движения легковой автомобиль ВАЗ-21120 с включенной световой аварийной сигнализацией. Также заметил лежащего на проезжей части дороги человека, а возле него стояли ФИО2 и Свидетель №1. Со слов ФИО2 он понял, что он обгонял автобус и сбил пешехода, который стоял на проезжей части дороги.

Свидетель Свидетель №1 показал, что утром 26.12.2019 он находился на работе в Буткинской больнице, собирался ехать к своим родителям в с. Казаковское Талицкого района, для чего позвонил ФИО2, попросил его увезти. Рыжков приехал к зданию больницы, где он сел в автомобиль и они поехали по улицам с. Бутка. Когда двигались по ул. Чапаева, стали обгонять автобус желтого цвета. Сам он не водитель, транспортными средствами не управляет, определить скорость движения не может, но полагает, что они едут быстрее, чем обычно ездят легковые автомобили. Во время обгона он смотрел вправо на автобус. Почувствовал, что автомобиль тормозит, посмотрел вперед и увидел на небольшом расстоянии слева от автомобиля женщину в шубе. И в это же время произошел наезд автомобилем на пешехода. Женщина ударилась о переднее ветровое стекло, затем некоторое время проехала на капоте автомобиля, а после отлетела влево. По его мнению, женщина находилась на левом краю проезжей части, не на заснеженной обочине. Он вышел из автомобиля и подошел к женщине, которая признаков жизни не подавала, пульса у нее не было. ФИО2 говорил, что не увидел пешехода в темноте.

Из оглашенных показаний свидетеля ФИО11 следует, что с ФИО1 он проживал совместно с 2015 года, в августе 2018 года они приехали проживать в <...>, где приобрели квартиру в двухквартирном доме. 04.02.2017 у них родилась дочь Мила. ФИО1 была на 9-м месяце беременности, поэтому на работу уже не ходила. 26.12.2019, около 07:30, она повела дочь в детский сад и должна была вернуться домой. Около 09:30 к нему пришел участковый инспектор полиции и сообщил, что ФИО1 сбил автомобиль по <адрес>, и что она погибла. На месте ДТП он опознал погибшую женщину как ФИО1 (л. д. 57-59).

Из оглашенных показаний свидетеля Свидетель №2 следует, что 26.12.2019, в 08:30 он выехал на автобусе «Богдан» с пассажирами от автостанции в с. Бутка и двигался по ул. Чапаева в сторону ул. Воинской со скоростью около 50 км/ч. В это время было еще темно и по ул. Чапаева горели фонари уличного освещения. Проехав от автостанции около 500 метров, увидел в свете фонаря уличного освещения впереди на расстоянии примерно в 100 метров человека, идущего в попутном направлении. Пешеход шел слева по границе проезжей части и обочины. После обнаружения пешехода заметил, что автобус стал обгонять легковой автомобиль с выездом на левую сторону проезжей части. В тот момент он обеспокоился маневром водителя легкового автомобиля, подумав, видит ли тот пешехода, так как продолжая обгон, этот водитель мог неизбежно совершить наезд на пешехода. Когда автомобиль уже стал обгонять автобус, и находился от него на расстоянии примерно 5 метров, у автомобиля загорелись задние «стоп-сигналы». Он подумал, что водитель ВАЗ заметил пешехода, поэтому тормозит. В тот момент, когда его автобус уже поравнялся с задним бампером автомобиля, заметил, что через автомобиль полетел человек. Тогда он понял, что автомобиль ВАЗ-21120 сбил пешехода (л. д. 63-65).

Вина ФИО2 в инкриминируемом ему преступлении подтверждается и материалами уголовного дела, исследованными судом.

Рапортом помощник оперативного дежурного ОП № 23 ОМВД России по Талицкому району на имя начальника отдела полиции сообщал о дорожно-транспортном происшествии с пострадавшим, которое произошло 26.12.2019, в 08:30 на ул. Чапаева в с. Бутка (л.д. 5).

Протоколом осмотра места дорожно-транспортного происшествия, схемой к нему и фототаблицей подтверждается факт ДТП возле дома <адрес>, зафиксировано расположение автомобиля ВАЗ-21120 (гос. peг. знак №) относительно проезжей части дороги. Отображено место столкновения автомобиля с пешеходом, след волочения тела пострадавшей, местоположение трупа ФИО1 Следов торможения автомобиля не обнаружено. В ходе контрольных торможений установлена неисправность тормозной системы автомобиля - при торможении блокируются только передние колеса, тормозная система задних колес неисправна (л. <...>).

Из акта обследования дорожных условий в месте ДТП обнаружено отсутствие тротуаров <адрес> (л. д. 18).

Из протокола осмотра транспортного средства ВАЗ-21120 (гос. peг. знак №) следует, что у автомобиля имеются механические повреждения, характерные при ДТП (л.д. 19-20).

По сведениям из Буткинской управы Администрации Талицкого городского округа следует, что уличное освещение <адрес> подключается и отключается автоматически по таймеру времени. 26.12.2019 время отключение было установлено на 08:45 (л. д. 35).

Согласно протоколу определения видимости с места водителя в темное время суток и схемы к нему, было установлено, что при включенном фонаре уличного освещения, установленном на анкерной опоре ЛЭП у дома <адрес>, и при освещении дороги светом фар автобуса «Богдан», видимость с водительского места автомобиля ВАЗ-21120 составила 119 метров, при выключенном фонаре уличного освещения видимость составила 38 метров (л. <...>).

С применением стенда тормозного универсального СТМ-8000 в условиях станции технического осмотра транспортных средств, был проведен осмотр автомобиля ВАЗ-21120 (гос. peг. знак №) на предмет удельной тормозной силы передней и задней осей автомобиля. В результате осмотра было установлено, что значения этого параметра на передней оси находятся в пределах установленных ГОСТ значений, на задней оси значение не соответствует норме ГОСТ, что свидетельствует о неисправности тормозной системы (л. д. 39-40).

Из заключения судебно-медицинского эксперта № 05-Э, проводившего судебно-медицинскую экспертизу следует, что на трупе ФИО1 обнаружены телесные повреждения в виде: <данные изъяты>, которые, в совокупности, по признаку опасности для жизни, причинили тяжкий вред ее здоровью, так как являются несовместимыми с жизнью, повлекли по неосторожности смерть на месте дорожно-транспортного происшествия (л. д. 82-91).

Из заключения эксперта №, проводившего автотехническую экспертизу обстоятельств дорожно-транспортного происшествия, следует, что место наезда автомобиля ВАЗ-21120 на пешехода располагалось на проезжей части <адрес>, в непосредственной близости от левого (относительно направления движения автомобиля) края проезжей части в поперечном направлении, в продольном направлении до обнаружения фрагментов лакокрасочного покрытия и пятен крови. Остановочный путь автомобиля ВАЗ-21120 при экстренном торможении в условиях места происшествия определяется равным 67,3 метрам. Водитель автомобиля располагал технической возможностью предотвратить наезд на пешехода при видимости в направлении движения 119 метров. В условиях данного дорожно-транспортного происшествия водитель автомобиля должен был руководствоваться требованиями п. 2.3.1 ПДД РФ при начале движения, требованиями п. 9.9 ПДД РФ при контроле за расположением ТС на проезжей части, требованиями п. 10.1 ПДД РФ при выборе скоростного режима в условиях недостаточной видимости, и при возникновении опасности для движения, требованиями п. 11.1 ПДД РФ при совершении маневра обгона. Действия водителя автомобиля ВАЗ-21120 ФИО2 не соответствовали указанным требованиям Правил дорожного движения РФ (л. д. 102-106).

Выводы по экспертизам у суда не вызывают сомнений и оснований им не доверять не имеется, так как они (выводы) не противоречат другим доказательствам по делу, полностью соответствуют механизму развития ДТП.

Оценивая показания подсудимого, суд полагает, что они в целом подтверждают развитие дорожной ситуации перед ДТП, и при этом не противоречат протоколам осмотра места происшествия и транспортного средства, заключению автотехнической экспертизы.

Показания потерпевшего и свидетелей суд в целом находит допустимыми и полагает, что указанные лица в целом давали правдивые и достоверные показания, их показания в своей совокупности объективно отражают события, которые происходили как до момента дорожно-транспортного происшествия, так и после с участием водителя ФИО2 и пешехода ФИО1, дают представление о дорожных и метеорологических условиях, видимости в направлении движения, обстановку на месте происшествия как до так и после ДТП.

Перед допросом потерпевший и свидетели были предупреждены об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных показаний, а подсудимому разъяснено право не свидетельствовать против себя, их показания объективно подтверждаются другими доказательствами по делу и им не противоречат.

При таких обстоятельствах не доверять показаниям подсудимого, а также потерпевшего и свидетелей, у суда оснований не имеется.

По мнению суда, основанном на исследовании доказательств по делу, причиной ДТП явились опасные действия водителя ФИО2, нарушившего указанные пункты ПДД РФ.

Суд полагает, что между нарушением ФИО2 требований пунктов 2.3.1, 9.9, 10.1 и 11.1 ПДД РФ и ДТП, соответственно, причиненными ФИО1 телесными повреждениями и наступлением ее смерти, имеется прямая причинная связь.

Давая правовую оценку действиям подсудимого, суд полагает, что он нарушил пункты 2.3.1, 9.9, 10.1 и 11.1 ПДД РФ, в результате чего, 26.12.2019, около 08:30, у дома <адрес>, управляя технически неисправным автомобилем ВАЗ-21120 (гос. рег. знак №), нарушая правила обгона транспортного средства, не убедившись в безопасности выполняемого им маневра, не избрав безопасной скорости движения в сложных дорожных и метеорологических условиях, что не позволило контролировать движение управляемого им автомобиля, создав опасность для движения и причинения вреда другим участникам дорожного движения, допустив выезд управляемого им автомобиля за пределы проезжей части, на левую, по ходу его движения, обочину, при обнаружении опасности для движения, не предприняв необходимых мер для остановки управляемого им транспортного средства, имея при этом возможность избежать дорожно-транспортного происшествия, совершил наезд на пешехода ФИО1, в результате чего ей были причинены тяжкие телесные повреждения, повлекшие по неосторожности ее смерть на месте дорожно-транспортного происшествия.

То есть, ФИО2 своими действиями поставил себя в такие условия, когда не мог обеспечить безопасность движения, как для себя, так и для других участников движения.

Таким образом, анализируя исследованные судом и представленные сторонами доказательства по уголовному делу, суд считает, что вина ФИО2 в совершении преступления доказана и его действия квалифицируются судом по ч. 3 ст. 264 Уголовного кодекса Российской Федерации, как нарушение лицом, управляющим автомобилем, правил дорожного движения, повлекшее по неосторожности смерть человека.

В соответствии со ст. ст. 6, 7 Уголовного кодекса Российской Федерации наказание и иные меры уголовно-правового характера, применяемые к лицу, совершившему преступление, должны быть справедливыми, соответствовать характеру и степени общественной опасности преступления, обстоятельствам его совершения и личности виновного, не могут иметь своей целью причинение физических страданий или унижение человеческого достоинства.

При определении вида и размера наказания, суд учитывает характер и степень общественной опасности совершенного преступления, обстоятельства его совершения, характеризующие подсудимого данные, в том числе смягчающие наказание обстоятельства и отсутствие отягчающих наказание обстоятельств, а также влияние назначенного наказания на его исправление и на условия его жизни.

Суд учитывает, что ФИО2 не судим, им было совершено преступление средней тяжести против безопасности движения и эксплуатации транспортных средств, в результате совершения которого по неосторожности был причинен тяжкий вред здоровью человека, повлекший его смерть.

На основании ч. 6 ст. 15 Уголовного кодекса Российской Федерации, с учетом фактических обстоятельств преступления и степени его общественной опасности, суд не усматривает оснований изменения категории преступления на менее тяжкую, оснований для применения к наказанию (основному и дополнительному) положений ч. 1 ст. 64 Уголовного кодекса Российской Федерации.

Смягчающими наказание обстоятельствами у ФИО2 в соответствии с п. «и» ч. 1, ч. 2 ст. 61 Уголовного кодекса Российской Федерации суд находит активное способствование раскрытию и расследованию преступления, признание вины, раскаяние в содеянном.

Суд принимает во внимание, что подсудимый характеризуется положительно, является пенсионером, инвалид 3 группы.

Оснований для отсрочки наказания ФИО2 в соответствии со ст. 82 Уголовного кодекса Российской Федерации не имеется.

Учитывая все в совокупности, необходимость соответствия характера и степени общественной опасности преступления обстоятельствам его совершения и личности виновного, а также влияние назначаемого наказания на исправление ФИО2, руководствуясь принципом справедливости, суд считает необходимым назначить подсудимому наказание за совершенное преступление в виде лишения свободы с применением дополнительного наказания – лишением права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортным средством, так как нарушение им ПДД РФ суд находит грубым, в результате нарушения которого погиб человек.

Вместе с тем, суд приходит к выводу о возможности исправления ФИО2 без реального отбывания основного наказания, с применением ст. 73 Уголовного кодекса Российской Федерации, установлению ему испытательного срока, в течение которого он должен будет доказать свое исправление.

Гражданским истцом Потерпевший №1 был заявлен иск к ФИО2 о взыскании компенсации морального вреда в сумме 1 500 000 рублей в связи с гибелью его дочери в результате ДТП.

ФИО2 требования истца о компенсации морального вреда признал обоснованным, но считал заявленный размер компенсации в 1 500 000 рублей завышенным.

В силу ст. ст. 151, 1099, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации подлежит взысканию с виновного в пользу Потерпевший №1 компенсация морального вреда.

В соответствии со статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации морального вреда.

На основании ст. 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации, граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств, механизмов, … и т.п.), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего. Обязанность возмещения вреда возлагается на гражданина, который владеет источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании (на праве аренды, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности и т.п.).

В силу ст. 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случае, когда вред причинен жизни или здоровью гражданина источником повышенной опасности.

В соответствии со ст. 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме. Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Судом установлено, что на момент ДТП, в котором погибла ФИО1, собственником автомобиля ВАЗ-21120 (гос. рег. знак <***>), то есть, источника повышенной опасности, являлся подсудимый, следовательно, он и должен отвечать по требованиям истца.

Обстоятельств, при наличии которых ответчик освобождался бы от обязанности возместить вред, причиненный истцу, не имеется.

Суд установил и полагает, что Потерпевший №1, безусловно, испытывал и продолжает испытывать нравственные страдания в виду потери родного ему человека – дочери. Его страдания определяются тем, что он в результате ее смерти лишился общения с нею, заботы, внимания и поддержки с ее стороны.

Таким образом, является бесспорным наличие продолжительных нравственных страданий истца в связи с преждевременной смертью его дочери.

В соответствии с разъяснениями, изложенными в п. 32 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26.01.2010 N 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» при рассмотрении дел о компенсации морального вреда в связи со смертью потерпевшего иным лицам, в частности членам его семьи, иждивенцам, суду необходимо учитывать обстоятельства, свидетельствующие о причинении именно этим лицам физических или нравственных страданий. Указанные обстоятельства влияют также и на определение размера компенсации этого вреда. Наличие факта родственных отношений само по себе не является достаточным основанием для компенсации морального вреда.

Как установил суд, истец и его дочь на момент смерти последней совместно не проживали (проживали отдельно), общались изредка, и в основном по телефону, в период с мая 2017 года и по 2018 год он не знал где и как проживает его дочь, не знал, что в этот период дочь родила ему внучку.

Из материалов дела следует, что ответчик ФИО2 является пенсионером по возрасту, инвалидом . группы, страдает ., его супруга также является инвалидом . группы.

Принимая во внимание обстоятельства дела, особенности психологического, эмоционального состояния истца, суд признает установленным факт причинения нравственных и физических страданий истцу, вызванных как перенесенными им страданиями, так и нарушением привычного образа его жизни, поэтому он имеет право на компенсацию морального вреда.

В силу п. 3 ст. 1083 Гражданского кодекса Российской Федерации суд может уменьшить размер возмещения вреда, причиненного гражданином, с учетом его имущественного положения, за исключением случаев, когда вред причинен действиями, совершенными умышленно.

В данном случае вред причинен в результате неосторожных действий ответчика.

При таких обстоятельствах суд полагает, что размер компенсации морального вреда является завышенным.

Учитывая требования разумности и справедливости, суд находит заявленное требование о компенсации морального вреда в размере 1 500 000 рублей завышенным, с учетом материального положения Рыжкова полагает возможным уменьшить размер компенсации морального вреда до 300 000 рублей.

В ходе предварительного следствия Потерпевший №1 понес расходы в сумме 2 196,20 рублей в связи с явкой к месту производства процессуальных действий (л. д. 214-215), а также расходы, связанные с выплатой вознаграждения представителю за оказание юридических услуг, в сумме 7 000 рублей (л. д. 46).

В соответствии с п. п. 1, 1.1 ч. 2 ст. 131 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации указанные суммы являются процессуальными издержками, которые согласно ст. 132 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации должны быть взысканы с осужденного. Оснований, для освобождения ФИО2 от взыскания процессуальных издержек не имеется.

Руководствуясь ст. ст. 307-309 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, суд

приговорил:

ФИО2 признать виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 264 Уголовного кодекса Российской Федерации и назначить ему наказание в виде лишения свободы на срок 3 года с лишением права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортным средством на срок 3 года.

В силу ст. 73 Уголовного кодекса Российской Федерации назначенное основное наказание в виде лишения свободы ФИО2 считать условным, установив испытательный срок в 3 года.

Возложить на осужденного ФИО2 обязанности - не менять постоянного места жительства без уведомления специализированного государственного органа, осуществляющего исправление осужденного.

Назначенное судом дополнительное наказание в виде лишения права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортным средством, привести в исполнение реально.

Меру процессуального принуждения ФИО2 до вступления приговора в законную силу оставить в виде обязательства о явке.

Взыскать с ФИО2 в пользу Потерпевший №1 компенсацию морального вреда в размере 300 000 рублей, судебные

издержки в сумме 9 196 рублей 20 копеек.

Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке в Свердловский областной суд через Талицкий районный суд в течение 10 суток со дня его провозглашения.

Разъяснить осужденному право ходатайствовать об участии в рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции.

Судья подпись Анохин С. П.