Апелляционное определение № 33-1933/2025 33-80/2026 от 20 января 2026 г.

Судья – Калмыкова Е.А. Дело № 2-2696/2025-33-80/2026

УИД 53RS0022-01-2023-001148-96


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

21 января 2026 года Великий Новгород

Судебная коллегия по гражданским делам Новгородского областного суда в составе:

председательствующего – Бобряшовой Л.П,

судей – Ребровой И.В., Тарасовой Н.В.,

при секретаре – Костиной Е.С.,

рассмотрев в открытом судебном заседании 21 января 2026 года по докладу судьи Тарасовой Н.В. гражданское дело по апелляционным жалобам С. М.И., С. А.И., С.-С. С.И. на решение Новгородского районного суда Новгородской области от 18 сентября 2025 года,

УСТАНОВИЛА:

С. М.И. и С. А.И. обратились в суд с иском к С.-С. С.И.. и С. М.В., с учетом уточнений, о признании недействительными согласий на дарение недвижимого имущества, признании недействительными договоров дарения недвижимого имущества, применении последствий недействительности сделок путем истребования недвижимого имущества из чужого незаконного владения, признании недействительным договора купли-продажи именных обыкновенных акций, применении последствий недействительности сделки путем аннулирования записи о зачислении на лицевой счет именных обыкновенных акций, признании недействительными сделки по снятию наличных денежных средств со счетов, открытых в банке, применении последствий недействительности сделок путем включения денежных средств в состав наследственного имущества, признании недействительными доверенностей и завещаний, признании недостойным наследником, признании недействительным отказа от супружеской и обязательной доли в наследстве, признании недействительными свидетельств о праве на наследство по завещанию, прекращении права собственности ответчиков на недвижимое имущество, признании права собственности истцов в порядке наследования по 1/2 доли за каждой на недвижимое имущество, признании права собственности истцов на именные обыкновенные акции, взыскании с ответчиков в пользу истцов денежных средств, подлежавших включению в наследственную массу, указав, что истцы являются наследниками после смерти их отца С. И.И. (далее – С. И.И.), последовавшей <...>, который в 2005 году признан недееспособным, опекуном назначена ответчица, приходящаяся ему родной сестрой. Ответчица ограничила доступ родных к опекаемому, обратилась в суд от его имени с иском о расторжении брака, и, используя свой статус опекуна, производила действия, направленные на обращение принадлежащего их отцу имущества в свою пользу. Также ответчица совершила сделки с имуществом дедушки и бабушки истцов, в свою пользу и в пользу своего сына, в тот период, когда они в силу имевшихся у них заболеваний не могли самостоятельно распоряжаться своим имуществом, в результате чего их имущество незаконно перешло в собственность ответчиков и не было включено в наследственную массу. После смерти дедушки С. Ис.И. (далее С. Ис.И.) в <...> году и бабушки С. Л.П. в <...> году ответчица в целях противоправного присвоения части наследственного имущества, полагавшегося недееспособному отцу истцов, обратилась к нотариусу с заявлением о принятии наследства только от своего имени, указав на отсутствие других наследников, скрыв наличие недееспособного наследника, от имени которого обязана была подать аналогичное заявление и принять все меры для реализации его имущественных прав. Поскольку ответчица своими умышленными противоправными действиями способствовала увеличению причитающейся ей доли в наследстве после смерти своих родителей, за счет имущества, причитающегося ее подопечному, недееспособному брату, она является недостойным наследником, и не должна наследовать после их смерти, а полученное ею в результате недобросовестных действий наследство подлежит изъятию из ее чужого незаконного владения.

Решением Новгородского районного суда Новгородской области от 27 февраля 2024 года иск С. М.И. и А.И. оставлен без удовлетворения.

Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Новгородского областного суда от 3 июля 2024 года решение Новгородского районного суда Новгородской области от 27 февраля 2024 года оставлено без изменения, апелляционная жалоба С. М.И. и А.И. – без удовлетворения.

Определением судебной коллегии по гражданским делам Третьего кассационного суда общей юрисдикции от 20 января 2025 года решение Новгородского районного суда Новгородской области от 27 февраля 2024 года и апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Новгородского областного суда от 3 июля 2024 года отменены в части отказа в удовлетворении требований С. А.И. и С. М.И. о признании С.-С. С.И. недостойным наследником, о признании недействительными свидетельств о праве на наследство по завещанию от 17 октября 2017 года и от 20 декабря 2019 года, признании недействительным отказа ФИО1 от 31 июля 2017 года от супружеской доли и от обязательной доли в наследственном имуществе её супруга С. Ис.И., о признании недействительными действий С.-С. С.И. по снятию наличных денежных средств со счетов С. Л.П. и С. Ис.И. и о включении денежных средств в состав наследственного имущества, о взыскании с С.-С. С.И. денежной компенсации в пользу С. А.И. и М.И.. Дело в указанной части направлено на новое рассмотрение в Новгородский районный суд Новгородской области в ином составе суда. В остальной части решение Новгородского районного суда Новгородской области от 27 февраля 2024 года и апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Новгородского областного суда от 3 июля 2024 года оставлены без изменения, кассационные жалобы С. А.И. и С. М.И. – без удовлетворения.

При новом рассмотрении дела С. М.И. и А.И. уточнили требования о взыскании денежной компенсации и просили взыскать с С.-С. С.И. в их пользу по 5 453 525 руб. 19 коп.

Решением Новгородского районного суда Новгородской области от 18 сентября 2025 года, с учётом определения того же суда от 10 октября 2025 года об исправлении описки, исковое заявление С. М.И. и А.И. удовлетворено частично и постановлено:

- признать С.-С. С.И. недостойным наследником С. Ис.И. и С. Л.П.;

- признать недействительным свидетельство о праве на наследство по завещанию от 17 октября 2017 года, оформленное на имя С.-С. С.И. в отношении наследственного имущества С. Ис.И. в виде денежного вклада на счете <...> в подразделении <...> с причитающимися процентами и компенсациями;

- признать недействительным свидетельство о праве на наследство по завещанию от 20 декабря 2019 года, оформленное на имя С.-С. С.И. в отношении наследственного имущества С. Л.П. в виде денежного вклада на счете <...> в подразделении <...> с причитающимися процентами и компенсациями;

- признать недействительным отказ С. Л.П. от 31 июля 2017 года от супружеской доли и от обязательной доли в наследственном имуществе ее супруга С. Ис.И.;

- признать незаконными действия С.-С. С.И. по снятию наличных денежных средств со счета С. Л.П., совершенных в период с 18 января 2016 года по 19 декабря 2018 года и включить денежные средства в сумме 1170370 руб. 93 коп. в состав наследственного имущества С. Л.П.;

- взыскать с С.-С. С.И. в пользу С. А.И. и С. М.И. денежную компенсацию в сумме 631360 руб. 09 коп. и 631360 руб. 08 коп. соответственно;

- в удовлетворении остальной части иска отказать;

- взыскать с С.-С. С.И. в пользу С. М.И., С. А.И. расходы по оплате государственной пошлины по 11 016 руб. 22 коп. в пользу каждой.

С решением суда не согласились обе стороны.

С. М.И. и А.И. в апелляционной жалобе просят отменить решение суда в части отказа в удовлетворении их иска, принять в этой части новое решение об удовлетворении заявленных требований в полном объёме, ссылаясь на то, что снятие денежных средств со счета наследодателя, приходящегося отцом ответчице и дедушкой истицам, произведены в период плохого состояния здоровья наследодателя в отсутствии своевременного лечения, что не позволяет при отсутствии других доказательств утверждать, что он был осведомлен о снятии денежных средств со своего счета ответчицей и выражал свое одобрение.

С.-С. С.И. в апелляционной жалобе просит решение суда отменить в части удовлетворения иска и принять в указанной части новое решение об отказе в удовлетворении заявленных требований, полагая, что суд формально сослался на нормы права и не учел конкретных обстоятельств дела, не дал оценки ее материальному и семейному положению, ее отношению к опекаемому брату и надлежащему выполнению обязанностей опекуна, ее пояснений о причине несообщения нотариусу о другом наследнике в отсутствие какого-либо умысла на причинение вреда брату, фактической невозможности обогащения за счет сумм, причитающихся второму наследнику. Истицами не доказано и из решения суда не следует, что она умышленно и целенаправленно действовала в ущерб другого наследника.

Также С.-С. С.И. поданы возражения о несостоятельности доводов жалобы истиц.

Проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционных жалоб, возражений на жалобу, выслушав представителя истцов адвоката Б. А.Г., С.-С. С.И. и её представителя адвоката Ф. Г.В., поддержавших свои жалобы и возражавших против удовлетворения жалобы другой стороны, судебная коллегия приходит к следующему.

В соответствии с п.п. 1, 2 ст. 1117 ГК РФ не наследуют ни по закону, ни по завещанию граждане, которые своими умышленными противоправными действиями, направленными против наследодателя, кого-либо из его наследников или против осуществления последней воли наследодателя, выраженной в завещании, способствовали либо пытались способствовать призванию их самих или других лиц к наследованию либо способствовали или пытались способствовать увеличению причитающейся им или другим лицам доли наследства, если эти обстоятельства подтверждены в судебном порядке. Однако граждане, которым наследодатель после утраты ими права наследования завещал имущество, вправе наследовать это имущество.

Не наследуют по закону родители после детей, в отношении которых родители были в судебном порядке лишены родительских прав и не восстановлены в этих правах ко дню открытия наследства.

По требованию заинтересованного лица суд отстраняет от наследования по закону граждан, злостно уклонявшихся от выполнения лежавших на них в силу закона обязанностей по содержанию наследодателя.

Как следует из разъяснений, содержащихся в 19 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29.05.2012г. №9 «О судебной практике по делам о наследовании», при разрешении вопросов о признании гражданина недостойным наследником и об отстранении его от наследования надлежит иметь в виду следующее:

а) указанные в абзаце первом пункта 1 статьи 1117 ГК РФ противоправные действия, направленные против наследодателя, кого-либо из его наследников или против осуществления последней воли наследодателя, выраженной в завещании, являются основанием к утрате права наследования при умышленном характере таких действий и независимо от мотивов и целей совершения (в том числе при их совершении на почве мести, ревности, из хулиганских побуждений и т.п.), а равно вне зависимости от наступления соответствующих последствий.

Противоправные действия, направленные против осуществления последней воли наследодателя, выраженной в завещании, вследствие совершения которых граждане утрачивают право наследования по указанному основанию, могут заключаться, например, в подделке завещания, его уничтожении или хищении, понуждении наследодателя к составлению или отмене завещания, понуждении наследников к отказу от наследства.

Наследник является недостойным согласно абзацу первому пункта 1 статьи 1117 ГК РФ при условии, что перечисленные в нем обстоятельства, являющиеся основанием для отстранения от наследования, подтверждены в судебном порядке - приговором суда по уголовному делу или решением суда по гражданскому делу (например, о признании недействительным завещания, совершенного под влиянием насилия или угрозы);

б) вынесение решения суда о признании наследника недостойным в соответствии с абзацами первым и вторым пункта 1 статьи 1117 ГК РФ не требуется. В указанных в данном пункте случаях гражданин исключается из состава наследников нотариусом, в производстве которого находится наследственное дело, при предоставлении ему соответствующего приговора или решения суда.

Согласно разъяснениям, приведенным в п. 20 вышеприведенного Постановления Пленума Верховного Суда РФ суд отстраняет наследника от наследования по указанному основанию при доказанности факта его злостного уклонения от исполнения обязанностей по содержанию наследодателя, который может быть подтвержден приговором суда об осуждении за злостное уклонение от уплаты средств на содержание детей или нетрудоспособных родителей, решением суда об ответственности за несвоевременную уплату алиментов, справкой судебных приставов-исполнителей о задолженности по алиментам, другими доказательствами. В качестве злостного уклонения от выполнения указанных обязанностей могут признаваться не только непредоставление содержания без уважительных причин, но и сокрытие алиментнообязанным лицом действительного размера своего заработка и (или) дохода, смена им места работы или места жительства, совершение иных действий в этих же целях.

Из материалов дела следует, что С. М.И. и А.И., приходятся дочерями С. И.И. (далее – С. И.И.).

С. И.И., приходился сыном С. Л.П. и С. Ис.И.

С.-С. С.И. приходится дочерью С. Ис.И. и С. Л.П. – родной сестрой С. И.И.

С. М.В. приходится сыном С.-С. С.И.

11 января 1991 года вследствие произошедшего дорожно-транспортного происшествия С. И.И. получил <...>, в результате которой 27 ноября 1995 года ему установлена <...> группа инвалидности бессрочно в связи с трудовым увечьем (травмой на производстве).

Вступившим в законную силу решением Чудовского районного суда Новгородской области от 15 августа 2005 года С. И.И. признан недееспособным.

Распоряжением Администрации Чудовского района от 7 ноября 2005 года <...> над С. И.И. установлена опека, опекуном назначена его родная сестра С.-С. С.И.

С <...> С. И.И. состоял в зарегистрированном браке с С. Л.Н., который расторгнут решением мирового судьи судебного участка № 27 Новгородского судебного района Новгородской области от <...>.

Также из материалов дела установлено, что 23 декабря 2011 года С. Ис.И. на имя С.-С. С.И. была выдана доверенность сроком на три года, удостоверенная нотариусом Великого Новгорода Т. Л.Г., в соответствии с которой он уполномочил С.-С. С.И. управлять и распоряжаться всем его имуществом, быть представителем в органах ГИБДД, налоговых органах, а также получать причитающееся ему имущество, деньги, ценные бумаги, распоряжаться счетами в Сберегательном банке РФ и во всех коммерческих банках и пр.

5 июля 2012 года С. Л.П. выдала доверенность на имя С.-С. С.И. сроком на три года, удостоверенную тем же нотариусом, в соответствии с которой С.-С. С.И. была уполномочена управлять и распоряжаться всем имуществом доверителя, быть представителем в пенсионном фонде, налоговых органах, а также получать причитающееся ей имущество, деньги, ценные бумаги, распоряжаться счетами в Сберегательном банке РФ и во всех коммерческих банках и пр.

1 августа 2013 года С. Ис.И. и С. Л.П. совершены завещания, удостоверенные нотариусом Великого Новгорода и Новгородского района Новгородской области Т. Л.Г. вне помещения нотариальной конторы по адресу проживания завещателей, которыми они все свое имущество, какое ко дню их смерти окажется им принадлежащим, в чем бы таковое не заключалось и где бы оно не находилось, завещали дочери С.-С. С.И.

<...> С. Ис.И. умер.

Из материалов наследственного дела <...> к имуществу С. Ис.И. следует, что 28 июля 2017 года к нотариусу с заявлением о принятии наследства на основании завещания обратилась его дочь С.-С. С.И., указав, в заявлении, что кроме нее наследником к его имуществу является жена наследодателя С. Л.П.

31 июля 2017 года С. Л.П. обратилась к нотариусу с заявлением об отказе от причитающейся ей доли на наследство после смерти мужа в пользу его дочери - С.-С. С.И. Также указано, что претендовать на обязательную долю в наследстве умершего супруга не будет, доля в имуществе, приобретенная во время брака отсутствует.

17 октября 2017 года нотариусом Великого Новгорода и Новгородского района Новгородской области Т. Л.Г. выдано свидетельство о праве на наследство по завещанию, в соответствии с которым С.-С. С.И. является наследником умершего <...> С. Ис.И. Наследство, на которое выдано свидетельство, состоит из денежного вклада, хранящегося в подразделении <...> на счете <...> (ранее счет <...>), с причитающимися процентами и компенсациями (т.7 л.д.1-17).

При жизни С. Ис.И. по вышеназванному счету <...> им были выданы доверенности на имя С.-С. С.И. от 2 августа 2012 года на срок до 22 декабря 2014 года и от 27 апреля 2015 года на срок до 8 апреля 2022; с данного счета С.-С. С.И. произвела снятие наличных денежных средств на общую сумму 5 475 271 руб. 91 коп.; соответствующие операции были произведены в период с 2 августа 2012 года по 2 марта 2017 года.

Из тех же документов следует, что после смерти С. Ис.И. на счете находилась и поступила в распоряжение С.-С. С.И. на основании свидетельства о праве на наследство денежная сумма в совокупном размере 86 242 руб. 31 коп. (85719,46 + 522,85 руб. – т.6, л.д.96).

У С. Ис.И. в ПАО Сбербанк также имелись счета <...> и <...>, по которым доверенности не выдавались и на которых к моменту открытия наследства денежные средства отсутствовали.

<...> С. Л.П. умерла.

Из материалов наследственного дела <...> к имуществу С. Л.П. следует, что 16 октября 2019 года к нотариусу с заявлением о принятии наследства обратилась ее дочь С.-С. С.И. с заявлением о принятии наследства на основании завещания, указав, что она является единственным наследником по закону.

20 декабря 2019 года врио нотариуса Великого Новгорода и Новгородского района Новгородской области Т. Л.Г. – Д. Д.А. выдано свидетельство о праве на наследство по завещанию, в соответствии с которым С.-С. С.И. является наследником умершей <...> С. Л.П. Наследство, на которое выдано свидетельство, состоит из денежного вклада, хранящегося в подразделении <...> на счете <...>, с причитающимися процентами и компенсациями (т.7 л.д.18-29).

По вышеназванному счету <...> С. Л.П. были оформлены доверенности на имя С.-С. С.И. от 23 августа 2012 сроком действия до 5 июля 2015 года и от 17 августа 2015 сроком действия до 6 августа 2022 года. С данного счета С.-С. С.И. в период с 23 августа 2012 года по 2 сентября 2014 года произвела снятие наличных денежных средств по доверенности от 23 августа 2012 года на общую сумму 53 550 руб. (т.6 л.д.3-11), в период с 1 ноября 2016 года по 19 декабря 2018 года по доверенности от 17 августа 2015 года произвела снятие денежных средств на общую сумму 907 519 руб. (т.6, л.д.12-52).

Из тех же банковских документов следует, что к моменту смерти С. Л.П. на счете находилась и поступила в распоряжение С.-С. С.И. на основании свидетельства о праве на наследство денежная сумма в размере 6 630 руб.93 коп. (т.6, л.д.52. т.7, л.д.23-оборот).

Также на имя С. Л.П. в ПАО «Сбербанк России» были открыты счета, в отношении которого действовали доверенности от 8 октября 2014 года на срок до 5 июля 2015 года и от 17 августа 2015 года на срок до 6 августа 2022 года, выданные С. Л.П. на имя С.-С. С.И.: <...>, с которого С.-С. С.И. 18 января 2016 года тремя операциями произвела снятие наличных денежных средств на общую сумму 262 851 руб. 93 коп. (т.6, л.д.53-55); <...>, с которого С.-С. С.И. 23 августа 2012 года произвела снятие наличных денежных средств на общую сумму 87 712 руб. 72 коп. (т.6 л.д.52-53); <...>, с которого С.-С. С.И. 23 августа 2013 года произвела снятие наличных денежных средств на общую сумму 3 621 540 руб. 54 коп. (т.6 л.д.55-56); <...>, с которого С.-С. С.И. 2 сентября 2014 года произвела снятие наличных денежных средств на общую сумму 406 074 руб. 95 коп. (т.6, л.д.1-3).

Как следует из заключения комиссии экспертов <...> от 6 сентября 2023 года, С. Л.П. в период с 7 августа 2012 года до 2014 года психических расстройств не обнаруживала. Это подтверждается тем обстоятельством, что в этот период она не осматривалась психиатром, данных о том, что врачами других специальностей ей устанавливались какие-либо психиатрические диагнозы в указанный период, не имеется. Имеющиеся сведения о психических способностях С. Л.П. в этот период носят противоречивый характер. В условиях противоречивой информации определить психическое состояние С. Л.П. как человека, страдающего психическим расстройством или определить ее психическое состояние, как личностную особенность человека, не страдающего психическим расстройством, не представляется возможным.

Начиная с 2014 года и по момент смерти С. Л.П., страдала <...>. Глубина интеллектуальных и волевых нарушений у С. Л.П. в период с 2014 – начала 2015 годов и по 28 декабря 2018 года была выражена значительно, поэтому она не могла понимать значение своих действий и руководить ими, в частности при составлении отказа от 31 июля 2017 года от своей супружеской доли в наследственном имуществе и от причитающейся ей обязательной доли в наследстве после умершего супруга С. Ис.И. (т.4 л.д.127-133).

Доказательств, опровергающих приведенное экспертное заключение, сторонами не представлено, а потому оснований не доверять выводам эксперта у суда не имелось.

С учётом изложенного, независимо от признания недействительными доверенностей С. Л.П. на имя С.-С. С.И. по распоряжению денежными средствами матери, оформленных в период, когда доверительница не могла понимать значение своих действий и руководить ими, то есть, начиная с января 2014 года, эти доверенности не позволяли ответчице обратить полученные по ним денежные средства в свою пользу, а предполагали распоряжение ими исключительно в интересах доверительницы либо передачу последней.

Между тем, как видно из материалов дела, ответчица не представила суду допустимых, достаточных и достоверных доказательств, подтверждающих, что денежные средства в размере 1 170 370 руб. 93 коп. (907519 руб. + 262851 руб. 93 коп.), полученные ею по доверенности 17 августа 2015 года, были израсходованы исключительно в интересах С. Л.П. Свидетельские показания, в данном случае, такими доказательствами признаны быть не могут, поскольку, в отсутствие соответствующих письменных документов, они не подтверждают конкретные денежные суммы и их размер, потраченные за указанный период.

Остальные денежные средства были получены ответчицей со счетов наследодательницы по доверенностям, выданным С. Л.П. на имя дочери до января 2014 года, то есть, когда С. Л.П. могла понимать значение своих действий и руководить ими.

Судом также установлено, что <...> С. И.И. умер.

Из материалов наследственного дела <...> открытого к имуществу умершего С. И.И. следует, что в установленный законом срок к нотариусу с заявлениями о принятии наследства обратились его дочери С. М.И. и С. А.И., являющиеся наследниками первой очереди.

С. И.И., будучи признан недееспособным, был лишен возможности самостоятельно осуществлять и защищать свои права и законные интересы, их защита была возложена законом на его опекуна.

В соответствии с п. 2 ст. 31 ГК РФ опекуны и попечители выступают в защиту прав и интересов своих подопечных в отношениях с любыми лицами, в том числе в судах, без специального полномочия.

Согласно п.2 ст. 37 ГК РФ опекун не вправе без предварительного разрешения органа опеки и попечительства совершать, а попечитель - давать согласие на совершение сделок по отчуждению, в том числе обмену или дарению имущества подопечного, сдаче его внаем (в аренду), в безвозмездное пользование или в залог, сделок, влекущих отказ от принадлежащих подопечному прав, раздел его имущества или выдел из него долей, а также любых других действий, влекущих уменьшение имущества подопечного.

В силу ч. 1, 4 ст. 17 Федерального закона от 24 апреля 2008 года № 48-ФЗ «Об опеке и попечительстве» подопечные не имеют права собственности на имущество опекунов или попечителей, а опекуны или попечители не имеют права собственности на имущество подопечных, в том числе на суммы алиментов, пенсий, пособий и иных предоставляемых на содержание подопечных социальных выплат. Опекуны или попечители не вправе пользоваться имуществом подопечных в своих интересах, за исключением случаев, предусмотренных статьей 16 настоящего Федерального закона.

С.-С. С.И. при обращении к нотариусу с заявлениями о принятии на наследства после смерти С. Л.П. и С. Ис.И. не сообщила нотариусу информации о наследнике, имеющим право на обязательную долю в наследстве, опекуном которого она являлась. Тем самым С.-С. С.И. предоставила нотариусу недостоверную информацию об отсутствии ещё одного наследника, имеющего обязательную долю в наследстве, что явно противоречило требованиям вышеприведённого пункта 2 статьи 37 ГК РФ.

С учетом установленных по делу обстоятельств, суд первой инстанции пришел к правильному выводу о том, что действия (бездействие) С.-С. С.И., являющейся законным представителем недееспособного наследника С. И.И., по несообщению нотариусу сведений о наследнике, имеющем право на обязательную долю в наследстве, являются явно недобросовестными и противоправными, направленными на незаконное увеличение причитающейся ей доли наследства в ущерб правам такого наследника, не получившего причитающейся ему доли наследства после умерших С. Л.П. и С. Ис.И., что в свою очередь, повлекло уменьшение наследственной массы, причитающейся истицам после смерти С. И.И.

Учитывая, что после смерти С. Ис.И., несмотря на наличие завещания, ответчица сообщила нотариусу о наличии у наследодателя супруги, имеющей право на обязательную долю в наследстве, одновременно скрыв наличие недееспособного сына наследодателя, в интересах которого она обязана была действовать в силу прямого требования закона, то данные действия ответчицы свидетельствуют об умысле последней, направленном на увеличение причитающейся ей доли наследства.

В этой связи не могут быть приняты во внимание доводы апелляционной жалобы ответчицы об отсутствии у неё умысла на причинение ущерба подопечному.

При таких данных суд 1 инстанции обоснованно пришёл к выводу о признании ответчицы недостойной наследницей после смерти родителей.

Также суд пришел к правильному выводу о признании недействительным отказа С. Л.П. от 31 июля 2017 года от супружеской доли и от обязательной доли в наследственном имуществе ее супруга С. Ис.И., поскольку он совершен в период, когда, согласно заключению экспертизы, С. Л.П. не могла понимать значение своих действий и руководить ими.

При таких обстоятельствах, частичное удовлетворение иска соответствует закону и установленным по делу обстоятельствам.

Оснований для удовлетворения иска в остальной части суд правомерно не усмотрел по мотивам, подробно изложенным в решении.

Доводы апелляционных жалоб сторон не опровергают выводов суда, направлены на иную оценку исследованных судом обстоятельств, основаны на неверном толковании закона, а потому они не могут быть приняты во внимание и служить основанием к отмене обжалуемого решения.

Руководствуясь статьями 327-330 ГПК РФ, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

Решение Новгородского районного суда Новгородской области от 18 сентября 2025 года оставить без изменения, апелляционные жалобы С. М.И. и А.И., С.-С. С.И. – без удовлетворения

Председательствующий:

Судьи:

Мотивированное апелляционное определение составлено 22.01.2026г.