Апелляционное постановление № 22-1301/2025 от 11 августа 2025 г.

Судья Метелягин Д.А. Дело № 22-1301


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г.Ижевск 12 августа 2025 года

Верховный Суд Удмуртской Республики в составе:

председательствующего судьи Дементьева Д.Е. единолично,

при секретаре судебного заседания МАН,

с участием прокурора управления прокуратуры УР СТС,

потерпевшего Потерпевший №1,

защитника – адвоката ВДО,

рассмотрев в открытом судебном заседании материалы уголовного дела по апелляционным представлениям помощника и заместителя прокурора <адрес> УР, апелляционной жалобе защитника ВДО на

приговор Завьяловского районного суда Удмуртской Республики от ДД.ММ.ГГГГ, которым

ЧАЮ, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженец <адрес>, имеющий гражданство Российской Федерации, зарегистрированный по адресу: <адрес>, проживающий по адресу: УР, <адрес><адрес>, имеющий среднее профессиональное образование, женатый, несовершеннолетних детей не имеющий, техник <данные изъяты>», военнообязанный, ветеран боевых действий, не судимый,

осужден:

- по ч.1 ст.116.1 УК РФ к 200 часам обязательных работ,

- по ч.1 ст. 167 УК РФ к 220 часам обязательных работ,

на основании ч.2 ст. 69 УК РФ путем частичного сложения назначено окончательное наказание в виде 240 часов обязательных работ,

мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении оставлена без изменения до вступления приговора в законную силу,

исковые требования потерпевшего Потерпевший №1 удовлетворены в полном объеме, с ЧАЮ в пользу Потерпевший №1 взыскано возмещение имущественного вреда, причиненного преступлением, в сумме 25 484 рубля, компенсация морального вреда в сумме 50 000 рублей,

УСТАНОВИЛ:

Приговором от ДД.ММ.ГГГГ ЧАЮ осужден за нанесение побоев, причинивших физическую боль, но не повлекших последствий, указанных в ст. 115 УК РФ, и не содержащих признаков состава преступления, предусмотренного ст. 116 УК РФ, лицом, подвергнутым административному наказанию за аналогичное деяние. Кроме того, признан виновным в умышленном повреждении чужого имущества, если это деяние повлекло причинение значительного ущерба. Согласно судебному решению преступления совершены ДД.ММ.ГГГГ в д. <адрес> УР.

В апелляционных представлениях помощник и заместитель прокурора района считают приговор незаконным и необоснованным в связи с неправильным применением уголовного закона, несоответствия выводов суда, изложенных в приговоре, фактическим обстоятельствам уголовного дела, существенного нарушения уголовно-процессуального закона, несправедливостью наказания вследствие чрезмерной мягкости, а дополнительном представлении - чрезмерной суровости. Приводя положения закона, указывают, что при назначении наказания суд не полной мере учел характер и степень общественной опасности преступлений, объектом которых является здоровье человека и собственность. Установленные судом смягчающие обстоятельства в совокупности с данными о личности виновного не могут столь существенно уменьшить степень общественной опасности содеянного. Судом не дана оценка представленным защитой сведениям о факте дорожно-транспортного происшествия ДД.ММ.ГГГГ с участием автомобиля потерпевшего и возможном образовании повреждений при ДТП. Согласно ст. 73 УПК РФ при производстве по уголовному делу подлежат доказыванию, в том числе, характер и размер вреда, причиненного преступлением. Оценка стоимости причиненного ущерба должна быть установлена экспертным путем в соответствии с положениями главы 27 УПК РФ. Суд в качестве доказательства сослался на отчет экспертного бюро об определении рыночной стоимости восстановительного ремонта автомобиля, которая составила 25 484 рублей. Вместе с тем, в нарушение ст. 195, 198, 199 УПК РФ вышеуказанная оценка стоимости ущерба проведена ненадлежащим образом. Приводя положения уголовного закона, указывают, что при квалификации преступления против собственности по признаку причинения гражданину значительного ущерба следует учитывать имущественное положение потерпевшего, стоимость имущества и его значимость для потерпевшего, размер заработной платы, пенсии, наличие у потерпевшего иждивенцев, совокупный доход членов семьи, с которыми он ведет совместное хозяйство. Выводы суда о значительности причиненного ЧАЮ материального ущерба надлежащим образом не мотивированы. Суд сделал вывод о наличии признака значительности причиненного ущерба без оценки всей совокупности вышеуказанных обстоятельств, а также всех обстоятельств, связанных с нанесением побоев Потерпевший №1, тогда как вышеназванные действия ЧАЮ взаимосвязаны между собой, совершены в один временной период, в одном и том же месте в отношении одного и того же потерпевшего и охватывались единым преступным умыслом. Судом недостаточно мотивированы выводы относительно квалификации противоправных действий ЧАЮ и назначения окончательного наказания с применением ст. 69 ч. 2 УК РФ путем частичного сложения наказаний. В дополнительном апелляционном представлении указывают, что надлежащим образом не учтена и не мотивирована степень общественной опасности противоправных действий подсудимого, что повлекло назначение чрезмерно сурового наказания. Предлагают приговор отменить, передать дело на новое судебное разбирательство.

В апелляционной жалобе защитник ВДО считает приговор незаконным, необоснованным и немотивированным, указывает, что суд не принял во внимание и не дал оценку доводам стороны защиты, ограничившись лишь перечислением доказательств обвинения, основываясь на недостоверных показаниях потерпевшего и его жены. Вопреки выводам суда, на указанных судом видеозаписях не запечатлены моменты нанесения ЧАЮ ударов ногой в заднюю часть автомобиля, виден только одни удар по автомобилю, однако не видно в какую область автомобиля пришелся удар. На видеозаписях зафиксировано, что и подзащитный и потерпевший толкаются, пытаются нанести удары друг другу, но однозначно не видно, чтобы удары подзащитного доходили до потерпевшего. Потерпевший не падал, не держался за какие-либо места тела, где испытывал бы физическую боль. Оценка судом обстоятельств, зафиксированных на видеокамеры, является субъективной, не может быть положена в основу приговора. Видеозаписи не отвечают критериям относимости, допустимости и достоверности и являются недопустимыми доказательствами. Запись осуществляли с помощью мобильного телефона по очереди жена потерпевшего и несовершеннолетняя дочь потерпевшего, видеозапись неоднократно прекращалась, она не дает полную картину произошедшего. Видеозапись с телефона предоставлена суду четырьмя файлами общей продолжительностью 8 минут 47 секунд, при этом свидетельскими показаниями установлено, что конфликт длился 15-20 минут, отсутствует более половины конфликта, что свидетельствует о возможном монтаже видеозаписи. Видеозапись видеокамерой на доме потерпевшего длится 15 минут 50 секунд, однако на представленном видео запечатлен только конец конфликта с периодом времени 3 минуты 30 секунд, остальное время видеозаписи показывает частную жизнь семьи ЧАЮ. Видеокамера потерпевшим установлена в нарушение закона без согласия семьи ЧАЮ, фиксирует личную жизнь семьи, нарушая их конституционные права и свободы. В соответствии с ч.2 ст. 50 Конституции РФ при осуществлении правосудия не допускается использование доказательств, полученных с нарушением федерального закона. Данные доводы суд не принял во внимание, не дал им надлежащей оценки. В материалах уголовного дела отсутствуют какие-либо доказательства, что именно в результате действий подзащитного возникли повреждения автомобиля SUZUKI SX4, отсутствует подтверждение того, что ДД.ММ.ГГГГ у автомобиля отсутствовали данные повреждения. Осмотр автомобиля проведен только ДД.ММ.ГГГГ. Повреждения автомобиля могли возникнуть и после конфликта. Стороной защиты приобщены данные с официального сайта Госавтоинспекции РФ о том, что автомобиль SUZUKI SX4, принадлежащий потерпевшему, ДД.ММ.ГГГГ являлся участником ДТП, в результате которого повреждены задний бампер, заднее правое крыло с характером повреждений: царапины, сколы, потертости лакокрасочного покрытия и пластиковых конструктивных деталей. По мнению защитника, указанные в протоколе осмотра места происшествия и в отчете об оценке повреждения автомобиля могли возникнуть и при ДТП в 2022 году. По делу не установлены механизм образования и давность повреждений автомобиля, возможность нанесения повреждений ударом ногой, в т.ч. в обуви с мягкой подошвой, которые были на ногах у подзащитного. При анализе фотоизображений повреждений автомобиля отчетливо видно, что царапины как на задней двери и на заднем бампере автомобиля имеют разнонаправленный характер - имеются горизонтальные, вертикальные, диагональные царапины, и даже если предположить, что они могли возникнуть от удара ногой, то, по мнению стороны защиты, таких ударов должно быть не менее 5-6 в каждый поврежденный элемент автомобиля, что абсолютно не подтверждается материалами уголовного дела. Потерпевший и его супруга живут в частном двухэтажном кирпичном доме с гаражом и приусадебным участком, на момент конфликта имели грузовой автомобиль Газель и легковой автомобиль марки Suzuki. После конфликта потерпевший приобрел еще один грузовой автомобиль, что говорит о хорошем благосостоянии семьи. Потерпевший является индивидуальным предпринимателем, с его слов его доход составляет в среднем 100 000 рублей, доход супруги составляет 30-35 т.р. Ущерб в размере 25 484 рубля не является для потерпевшего значительным. Приводя содержание заключения эксперта № от 27.06.2024г, указывает, что в ходе судебного разбирательства не доказано, что именно ЧАЮ нанес Потерпевший №1 телесные повреждения. Все три телесных повреждения не характерны для телесных повреждений, образующихся в результате удара рукой или ногой. Данные телесные повреждения вследствие своей незначительности и незаметности могли у потерпевшего быть еще до конфликта, а также могли быть получены и после конфликта. Сторона защиты не исключает возможность после конфликта инсценировки потерпевшим и его женой указанных телесных повреждений с целью в очередной раз написать заявление в полицию на подзащитного с учетом долговременно длящегося конфликта между их семьями. Получение телесных повреждений в результате действий подзащитного свидетельскими показаниями не подтверждено. Утверждения Потерпевший №1 и его супруги об образовании от ударов гематомы на животе и большого синяка на груди являются ложными, в ходе проведения экспертизы данные телесные повреждения не установлены. Суд необоснованно и немотивированно удовлетворил исковые требования потерпевшего, в действиях ЧАЮ отсутствует состав какого-либо уголовно-наказуемого деяния, нравственные и физические страдания потерпевшего не подтверждены материалами уголовного дела, повреждения вреда здоровью не причинили. Предлагает приговор отменить, вынести оправдательный приговор, отказать в удовлетворении исковых требований Потерпевший №1

В судебном заседании прокурор СТС предложила приговор отменить по доводам представлений, передать дело на новое судебное разбирательство.

Защитник ВДО предложил приговор отменить по доводам апелляционной жалобы, дал аналогичные пояснения, предложил вынести в отношении ЧАЮ оправдательный приговор.

Потерпевший Потерпевший №1 высказал согласие с апелляционным представлением. На вопросы пояснил, что на момент конфликта ранее имевшиеся повреждения на автомобиле были устранены. В октябре 2024 года он приобрел мини-грузовик марки «Соллерс Атлант» в кредит за 3 600 000 рублей, сумма платежа около 70 000 рублей, позже продал автомобиль «Газель» 1 200 000 рублей. Совокупный доход их семьи на момент совершения преступления составлял около 150 000 рублей в месяц. Повреждения на автомобиле в настоящее время не устранены, они не препятствуют его эксплуатации.

Изучив материалы дела, выслушав мнение участников судебного разбирательства, суд апелляционной инстанции считает необходимым приговор в части осуждения ЧАЮ по ч.1 ст. 167 УК РФ отменить в связи с несоответствием выводов суда, изложенных в приговоре, фактическим обстоятельствам уголовного дела, установленным судом первой инстанции, неправильным применением уголовного закона.

Вопреки доводам апелляционной жалобы, обжалуемый приговор в части осуждения ЧАЮ по ч.1 ст. 116.1 УК РФ является законным, обоснованным и справедливым.

Суд первой инстанции всесторонне, полно и объективно исследовал все имеющиеся по делу доказательства, подробно привел их сущность в приговоре.

Оценив в совокупности исследованные доказательства с точки зрения относимости, допустимости, достоверности и достаточности, суд пришел к обоснованному выводу о доказанности вины ЧАЮ в нанесении побоев.

Вина осужденного подтверждается достаточной совокупностью исследованных судом допустимых доказательств – показаниями потерпевшего и свидетелей, а также материалами дела. Доказательства стороны обвинения в целом согласуются между собой по фактическим обстоятельствам, получены с соблюдением требований уголовно-процессуального законодательства и в своей совокупности достаточны для признания осужденного виновным в совершении данного преступления.

Содержание показаний допрошенных лиц подробно изложено в описательно-мотивировочной части приговора, существенных противоречий между показаниями, которые могли бы поставить под сомнение выводы суда о виновности осужденного, не имеется. Содержание письменных доказательств в приговоре раскрыто, данные доказательства не противоречат показаниям допрошенных лиц.

Из показаний потерпевшего Потерпевший №1 следует, что при обстоятельствах, установленных судом, его сосед ЧАЮ умышленно нанес ему множественные удары руками и ногами в область головы, тела и конечностей. От ударов он испытал физическую боль, появились телесные повреждения. Факт нанесения побоев также установлен показаниями свидетелей Свидетель №2 и Свидетель №4 – непосредственных очевидцев происшедшего.

Вопреки доводам апелляционной жалобы, судом первой инстанции обоснованно приняты во внимания видеозаписи совершения преступления, сделанные камерой с дома потерпевшего, а также с помощью мобильного телефона КНС Судом сделан верный вывод о нанесении ЧАЮ множественных ударов потерпевшему. Из видеозаписей прямо следует, что в течение длительного времени конфликта Потерпевший №1 агрессию не проявлял, защищался от ударов, блокировал часть ударов руками. Доводы стороны защиты о наличии обоюдной драки, попыток потерпевшего нанести удары ЧАЮ являются несостоятельными, противоречащими указанным доказательствам стороны обвинения. Вопреки доводам защиты, из записей усматривается, что наносимые осужденным удары достигают конечностей, головы и тела потерпевшего.

С учетом характера противоправных действий осужденного каких-либо оснований не доверять показаниям Потерпевший №1 о физической боли от примененного ЧАЮ насилия, появлении именно от нанесенных инкриминируемых осужденному побоев повреждений характера кровоподтеков в подчелюстной области и правом предплечье, ссадины на кисти не имеется. Доводы стороны защиты о возможной инсценировке потерпевшим появления повреждений, возможно наличии повреждений до начала конфликта являются голословными.

Процессуальных нарушений в ходе дознания не допущено, оснований для признания доказательств, в том числе указанных видеозаписей, не имеется. Представленные потерпевшим видеозаписи записи относятся к настоящему делу, данный факт очевиден, стороной защиты не отрицается. Показания потерпевшего и свидетелей обвинения о характере примененного ЧАЮ насилия согласуются с видеозаписями. Вопреки доводам стороны защиты, отсутствие непрерывности видеозаписи не является безусловным подтверждением ее монтажа. Осуществление потерпевшим видеозаписи происходящего на его придомовой территории с учетом попадания в кадр жилища осужденного не ставит под сомнение допустимость данного доказательства.

Нарушений норм уголовно-процессуального закона, которые путем лишения или ограничения прав участников уголовного судопроизводства, несоблюдения процедуры судопроизводства или иным путем повлияли или могли повлиять на постановление законного и обоснованного решения, суд апелляционной инстанции не усматривает. Судебное разбирательство проведено с соблюдением уголовно-процессуального закона, объективно и с достаточной полнотой, в условиях состязательности и равноправия сторон, процессуальные права участников процесса не нарушены. Судом первой инстанции надлежащим образом разрешены ходатайства участников процесса.

Действия ЧАЮ по данному факту обоснованно квалифицированы по ч.1 ст. 116.1 УК РФ, оснований для иной квалификации не имеется.

Указание в обвинительном акте и фабуле установленного судом деяния на привлечение ЧАЮ к административной ответственности по ст. 6.1.1 КоАП РФ постановлением мирового судьи судебного участка № <адрес> УР от ДД.ММ.ГГГГ (день совершения преступления вышеуказанного преступления) является явной технической ошибкой, не влияющей на законность и обоснованность приговора в данной части. Согласно материалам дела указанное постановление вынесено мировым судьей ДД.ММ.ГГГГ (том 1 л.д. 67), вступило в законную силу ДД.ММ.ГГГГ, данный факт сомнений не вызывает.

С учетом сведений о личности осужденного, его поведения в судебном заседании суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о вменяемости ЧАЮ по настоящему уголовному делу.

При назначении наказания судом в полной мере учтены характер и степень общественной опасности преступления, данные о личности виновного, влияние наказания на исправление осужденного и на условия жизни его семьи, установлено и учтено смягчающее обстоятельство. Отягчающих наказание обстоятельств не имеется.

С учетом вышеуказанных обстоятельств судом сделан обоснованный и мотивированный вывод о назначении ЧАЮ наказания в виде обязательных работ. Назначение менее строгого вида наказания в виде штрафа не будет способствовать установленным ч.2 ст. 43 УК РФ целям наказания, в том числе исправлению осужденного.

Назначенное ЧАЮ наказание является справедливым, оснований для признания его чрезмерно суровым либо мягким суд апелляционной инстанции не усматривает. Оснований для отмены либо изменения приговора в части осуждения ЧАЮ по ч.1 ст. 116.1 УК РФ не имеется.

При определении размера компенсации морального вреда судом в полной мере учтены характер и степень физических и нравственных страданий потерпевшего от нанесенных побоев, требования разумности и справедливости. Установленный судом размер компенсации не является завышенной, согласуется с принципами конституционной ценности здоровья и достоинства личности, позволяет максимально возместить причиненный моральный вред, при этом не поставить в чрезмерно тяжелое имущественное положение лица, ответственного за компенсацию вреда.

Вместе с тем, суд апелляционной инстанции признает заслуживающими внимание доводы представлений и жалобы о необоснованности вывода суда о значительности причиненного Потерпевший №1 ущерба от повреждения принадлежащего ему имущества.

Согласно предъявленному ЧАЮ обвинению и фабуле установленного судом первой инстанции преступления последний умышленно нанес удары руками и ногами по автомобилю потерпевшего, причинив повреждения заднего бампера и задней двери, стоимость восстановительных работ по ремонту составила 25 484 рубля, причинив Потерпевший №1 с учетом его имущественного положения значительный материальный ущерб.

По мнению стороны обвинения, вина ЧАЮ в совершении указанного преступления подтверждается показаниями Потерпевший №1 об обстоятельствах повреждения автомобиля, значительности причиненного ему материального ущерба в размере 25 484 рубля; показаниями свидетелей; протоколом осмотра места происшествия, согласно которому на автомобиле потерпевшего SUSUKI SX4 установлено наличие повреждений лакокрасочного покрытия на заднем бампере и задней двери данного автомобиля; отчетом экспертного бюро об определении рыночной стоимости восстановительного ремонта указанного автомобиля в размере 25 484 рублей.

Причинение значительного ущерба в результате умышленного повреждения чужого имущества является обязательным диспозитивным признаком ч.1 ст. 167 УК РФ. Согласно уголовному закону значительный ущерб гражданину определяется с учетом его имущественного положения.

Оценив представленные сторонами доказательства, с учетом имущественного положения Потерпевший №1 суд апелляционной инстанции приходит к выводу об отсутствии для потерпевшего значительного материального ущерба от инкриминируемого ЧАЮ повреждения автомобиля.

Так, из материалов дела, показаний допрошенных лиц, в том числе пояснений Потерпевший №1 в суде апелляционной инстанции следует, что последний проживает с супругой и одним несовершеннолетним ребенком в двухэтажном частном кирпичном доме, занимается предпринимательской деятельностью в сфере грузоперевозок на личном автомобиле, супруга потерпевшего трудоустроена начальником отдела кадров ООО «Фортуна».

На момент совершения инкриминируемых ЧАЮ действий общий ежемесячный доход семьи Потерпевший №1 составлял около 150 000 рублей (показания последнего в суде апелляционной инстанции), при этом в собственности семьи имелись два автомобиля общей стоимостью не менее 2 400 000 рублей (оценка со слов потерпевшего). В октябре 2024 года, то есть через несколько месяцев после происшедшего, Потерпевший №1 приобретен новый автомобиль для грузоперевозок стоимостью 3 600 000 рублей, при этом со слов потерпевшего совокупный доход семьи с июня 2024 года не изменился.

Имеющиеся на автомобиле Потерпевший №1 механические повреждения в виде излома бампера, а также повреждения лакокрасочного покрытия бампера и задней двери не являются существенными. Данные повреждения легко устранимы, они не влияют на функциональные свойства автомобиля, не препятствуют его дальнейшей эксплуатации в соответствии с целевым назначением. Инкриминируемый ущерб не превышает пятую часть указанного Потерпевший №1 совокупного среднемесячного общего дохода потерпевшего и его супруги.

Из представленных стороной обвинения доказательств не следует, что повреждение автомобиля поставило потерпевшего и его семью в тяжелое материальное положение. Осуществление ремонта транспортного средства существенно не отразится на условиях жизни семьи.

Вышеуказанные обстоятельства в их совокупности свидетельствует об отсутствии значительного ущерба для Потерпевший №1 (25 484 рубля). Наличие кредитных обязательств, размер ежемесячных выплат по которым определяется самим потерпевшим с учетом уровня его дохода, не является безусловным основанием для установления значительности ущерба.

Надлежащая оценка указанным обстоятельствам, в том числе сведениям о материальном положении потерпевшего, судом первой инстанции не дана. Указанное нарушение подлежит устранению путем отмены приговора в данной части и вынесения нового решения.

На основании изложенного суд апелляционной инстанции отменяет приговор в части осуждения ЧАЮ по ч.1 ст. 167 УК РФ, уголовное дело в данной части подлежит прекращению на основании п. 2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ в связи с отсутствием в деянии состава преступления.

В рамках предъявленного обвинения установлено отсутствие вышеуказанного обязательного диспозитивного признака, в связи с чем суд апелляционной инстанции не дает оценку иным доводам апелляционной жалобы о непричастности ЧАЮ к причинению установленных на автомобиле механических повреждений.

Прекращение уголовного дела по указанному основанию в соответствии с п. 3 ч. 2 ст. 133, ч. 1 ст. 134 УПК РФ влечет признание за ЧАЮ права на реабилитацию.

В связи с принятием данного решения суд апелляционной инстанции исключает из приговора указание на назначение наказания на основании ч.2 ст. 69 УК РФ.

С учетом разъяснений п. 30 постановления Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ № "О практике рассмотрения судами гражданского иска по уголовному делу" в связи с прекращением уголовного дела по вышеуказанному основанию суд оставляет без рассмотрения гражданский иск Потерпевший №1 в части взыскания с ЧАЮ материального ущерба, причиненного в результате повреждения автомобиля. При этом за истцом сохраняется право на предъявление иска в порядке гражданского судопроизводства.

Оснований для изменения приговора в иной части либо отмены судебного решения в части осуждения ЧАЮ по ч.1 ст. 116.1 УК РФ не имеется.

Руководствуясь ст.ст.389.13-389.33 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

ПОСТАНОВИЛ:

Приговор Завьяловского районного суда Удмуртской Республики от ДД.ММ.ГГГГ в отношении ЧАЮ в части осуждения по ч.1 ст. 167 УК РФ отменить, уголовное дело прекратить на основании п. 2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ в связи с отсутствием в деянии состава преступления, апелляционные представления и жалобу удовлетворить частично.

На основании п. 3 ч. 2 ст. 133 УПК РФ признать за ЧАЮ право на реабилитацию, направить ему предусмотренное ч. 1 ст. 134 УПК РФ извещение.

Этот же приговор в отношении ЧАЮ изменить.

Исключить указания на применение положений ч.2 ст. 69 УК РФ, взыскание с ЧАЮ в пользу Потерпевший №1 в счет возмещения имущественного вреда 25 484 рублей.

Гражданский иск Потерпевший №1 к ЧАЮ о возмещении имущественного вреда, причиненного преступлением, оставить без рассмотрения. Разъяснить Потерпевший №1 право на предъявление иска в порядке гражданского судопроизводства.

В остальной части приговор оставить без изменения.

Апелляционное постановление вступает в законную силу с момента провозглашения, может быть обжаловано в Шестой кассационный суд общей юрисдикции в порядке, установленном главой 47.1 УПК РФ, в течение 6 месяцев с момента вступления судебного решения в законную силу. Кассационные жалобы, представление подаются через суд первой инстанции, к ним прилагаются заверенные соответствующим судом копии судебных решений, принятых по данному делу.

В случае пропуска шестимесячного срока для обжалования судебного решения в порядке сплошной кассации или отказа в его восстановлении, кассационные жалоба, представление подаются непосредственно в Шестой кассационный суд общей юрисдикции и рассматриваются в порядке выборочной кассации, предусмотренном статьями 401.10 - 401.12 УПК РФ.

Осужденный вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий Д.Е. Дементьев

Копия верна

Судья Д.Е. Дементьев