Решение № 2-140/2018 2-140/2018 (2-1907/2017;) ~ М-1756/2017 2-1907/2017 М-1756/2017 от 21 февраля 2018 г. по делу № 2-140/2018

Дело №2-140/2018 (№2-1907/2017)

Поступило 10.10.2017 г.


Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

22 февраля 2018 г. г. Бердск

Бердский городской суд Новосибирской области в составе: председательствующего судьи Кадашевой И.Ф., при секретаре Сиреевой Е.Е., с участием ст.помощника прокурора Стулиной О.Ж., истца ФИО1, ответчиков ФИО2, ФИО3, представителя ответчиков ФИО4, рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО3, ФИО2, ОАО ГСК «Югория» о возмещении ущерба, морального вреда,

у с т а н о в и л :

ФИО1 обратилась с иском к ФИО3 о возмещении причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия материального ущерба в виде расходов на погребение в размере 76455,9 рублей и компенсации морального вреда в размере 1 000 000 рублей. В обоснование исковых требований указала, что 22.04.2015 года около 18 часов 10 мин. водитель ФИО2, управляя автомобилем «Хонда Одиссей» регистрационный знак №, принадлежащего ФИО3, двигался по ул.Черемушная г.Бердска. Напротив дома № 11 совершил наезд на пешехода А.Р., № года рождения, пересекавшую проезжую часть справа налево по ходу движения автомобиля. В результате указанного дорожно-транспортного происшествия А.Р. были причинены телесные повреждения, от которых она скончалась в реанимационном отделении ГБУЗ НСО «БЦГБ». ФИО5 является матерью истца. В судебном заседании 29.01.2018 г. ФИО1 просила взыскать расходы на погребение с ФИО2 и денежную компенсацию морального вреда по 1 000 000 рублей с ФИО2 и ФИО3 – собственника транспортного средства. Истец требования поддержала.

Ответчик ФИО3 иска не признала (л.д.65). Пояснила, что автомобилем не управляла. За рулем был её муж ФИО2 на законном основании.

В качестве соответчиков судом был привлечен ФИО2 и ОАО ГСК «Югория» (л.д.72).

Ответчик ФИО2 иска не признал. Пояснил, что не имел технической возможности остановиться. Никаких нарушений правил дорожного движения с его стороны не было.

Представитель ответчиков ФИО4 считает, что ФИО3 ненадлежащий ответчик, а в действиях ФИО2 нет вины. Полагает, что в действиях погибшей А.Р. имелась грубая неосторожность. В случае, если суд придет к выводу о взыскании морального вреда, полагает, что заявленная сумма является чрезмерно завышенной.

Представитель ОАО ГСК «Югория» не явился. Извещен. О причине неявки не сообщил. Объяснений на иск не представлено.

Выслушав объяснения истца, ответчиков, представителей ответчиков, исследовав материалы дела, выслушав заключение прокурора о наличии оснований для удовлетворения исковых требований о компенсации морального вреда, причиненного смертью близкого родственника, суд приходит к следующему.

По общему правилу, установленному пунктом 1 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вреда. Согласно пункта 2 той же статьи, лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.

Из вышеизложенного следует, что на истца возлагается обязанность доказать факт причинения вреда, неправомерность действий ответчика, причинно-следственную связь между этими двумя элементами и размер причиненного вреда.

Вина причинителя вреда презюмируется, в силу чего доказать отсутствие вины должен ответчик.

При этом статьей 1101 ГК Российской Федерации установлено, что при причинении вреда жизни или здоровью гражданина источником повышенной опасности компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда.

В силу положений статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, содержание которой следует рассматривать в контексте пунктом 3 статьи 123 Конституции РФ и статьей 12 ГПК РФ, закрепляющих принцип состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается, как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Как установлено при рассмотрении дела из объяснений сторон и представленных письменных доказательств, 23.04.2015 г. в г.Бердске умерла А.Р., являющаяся матерью истца (л.д.10, 11). Причина смерти – полученные 22.04.2015 г. в 18 часов 10 минут напротив дома №11 по ул.Черемушная в г.Бердске в ДТП телесные повреждения: <данные изъяты>, с которыми потерпевшая поступила в приемное отделение МСЧ БЭМЗа 22.04.2015 г. в 19 часов 40 минут (л.д.45). 23.04.2015 г. в 13 часов 15 минут А.Р. скончалась в реанимационном отделении МСЧ БЭМЗа.

Из объяснений ФИО2, в том числе данных при рассмотрении настоящего дела, схемы ДТП, имеющихся в материале проверки 6854/1847 КУСП №6854 по факту ДТП Отдела МВД России по городу Бердску, установлено, что водитель ФИО2, управляя техническим исправным транспортным средством «Хонда Одиссей» государственный регистрационный знак № принадлежащего на праве собственности ФИО3, на ул.Черемушная г Бердска в районе д. 11 совершил наезд на пешехода А.Р., которая переходила проезжую часть в неустановленном месте, в зоне видимости нерегулируемого перекрестка слева направо по ходу движения транспортного средства.

Как пояснил ответчик ФИО2, двигался он без превышения допустимой скорости. Пешеход неожиданно выбежала на проезжую часть из-за двигавшегося навстречу ему автомобиля примерно за полтора метра. Он пытался резко затормозить и «уйти» вправо. Однако, столкновения избежать не удалось. Он сбил её левой передней частью транспортного средства.

Доводы ответчика о невозможности предотвращения наезда на пешехода подтверждаются выводами эксперта ФБУ Сибирский РЦСЭ Минюста России (л.д.54-56).

Согласно части 1 статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств, механизмов, электрической энергии высокого напряжения, атомной энергии, взрывчатых веществ, сильнодействующих ядов и т.п.; осуществление строительной и иной, связанной с нею деятельности и др.), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего. Владелец источника повышенной опасности может быть освобожден судом от ответственности полностью или частично также по основаниям, предусмотренным пунктами 2 и 3 статьи 1083 настоящего Кодекса. Обязанность возмещения вреда возлагается на юридическое лицо или гражданина, которые владеют источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании (на праве аренды, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности и т.п.).

На момент ДТП ФИО2 являлся законным владельцем транспортного средства, которым был причинен вред здоровью и жизни потерпевшей А.Р., что подтверждается страховым полисом ОАО ГСК «Югория» (л.д.59).

В силу положений части 2 статьи 1064, части 1 статьи 1079, 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации ФИО2 несет ответственность независимо от вины.

В постановлении Пленума Верховного суда РФ от 20.12.1994 №10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда» разъяснено, что отсутствие в законодательном акте прямого указания на возможность компенсации причиненных нравственных или физических страданий по конкретным правоотношениям не всегда означает, что потерпевший не имеет права на возмещение морального вреда. Так моральный вред, в частности, может заключаться в нравственных переживаниях в связи с утратой родственников.

Как разъяснено в пункте 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.01.2010 №1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», при рассмотрении дел о компенсации морального вреда в связи со смертью потерпевшего иным лицам, в частности членам его семьи, иждивенцам, суду необходимо учитывать обстоятельства, свидетельствующие о причинении именно этим лицам физических или нравственных страданий. Указанные обстоятельства влияют также и на определение размера компенсации этого вреда. Наличие факта родственных отношений само по себе не является достаточным основанием для компенсации морального вреда. При определении размера компенсации морального вреда суду с учетом требований разумности и справедливости следует исходить из степени нравственных или физических страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, степени вины нарушителя и иных заслуживающих внимания обстоятельств каждого дела.

Из чего следует, что истец вправе требовать взыскания денежной компенсации морального вреда. При этом надлежащим ответчиком по данному требованию является непосредственный причинитель вреда – ФИО2.

Доказательств непреодолимой силы либо умысла потерпевшего, как оснований для освобождения от гражданско-правовой ответственности, не представлено.

Собственник транспортного средства ФИО3 не является надлежащим ответчиком. Никаких доказательств причинения морального вреда действиями ФИО3 истец не представила.

Также истцом не представлено доказательств причинно-следственной связи между возникшими у неё в апреле 2016 года заболеваниями (л.д.21-26) с действиями кого-либо из ответчиков.

Согласно разъяснению, данному в пункте 17 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26.01.2010 года «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», основанием для уменьшения размера возмещения вреда применительно к требованиям пункта 2 статьи 1083 Гражданского кодекса Российской Федерации являются только виновные действия потерпевшего, при доказанности его грубой неосторожности и причинной связи между такими действиями и возникновением или увеличением вреда.

По смыслу вышеуказанных норм права понятие грубой неосторожности применимо лишь в случае возможности правильной оценки ситуации, которой потерпевший пренебрег, допустив действия либо бездействие, приведшие к неблагоприятным последствиям. Грубая неосторожность предполагает предвидение потерпевшим большой вероятности наступления вредоносных последствий своего поведения и наличие легкомысленного расчета, что они не наступят. При таких обстоятельствах пересечение потерпевшей проезжей части в неустановленном месте, при скоплении большого количества транспортных средств суд приходит к выводу, что в действиях А.Р. имела место грубая неосторожность, которая способствовала причинению вреда.

Исходя из обстоятельств дела: степени причиненных истцу моральных и нравственных страданий смертью её родной матери, суд пришел к выводу об удовлетворении требований в части компенсации морального вреда в размере 75000 руб.. При этом суд учитывает также семейное и имущественное положение ответчика ФИО2 (наличие трех малолетних детей на иждивении, размер дохода), а также – грубую неосторожность самой потерпевшей, в действиях которой усматривается нарушение требований пункта 4.3 ПДД (л.д.43).

Согласно статьям 935, 936, 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации и пунктом 7 статьи 12 Федерального закона от 25.04.2002 г. №40-ФЗ «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» расходы на погребение лицам, понесшим такие расходы, возмещаются страховщиком причинителя вреда.

Таким образом требование истца о взыскании расходов на погребение с ФИО2 удовлетворению не подлежат.

Как пояснила истец, она с письменным заявлением и с приложением доказательств понесенных расходов в страховую компания ОАО ГСК «Югория» не обращалась. Звонила в страховую компанию. На данный вопрос ей ответили, что для выплаты расходов на погребение необходимо решение суда.

Поскольку истцом не соблюден досудебный порядок, предусмотренный Федеральным законом №40-ФЗ, требование ФИО1 о взыскании расходов на погребение с ОАО ГСК «Югория» в размере 76455,9 рублей определением суда от 23.02.2018 года оставлены без рассмотрения.

Руководствуясь ст. ст. 194 -199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

р е ш и л :

Исковые требования ФИО1 удовлетворить частично.

Взыскать с ФИО2 в пользу ФИО1 денежную компенсацию морального вреда, причиненного смертью близкого родственника, в размере 70 000 рублей.

Отказать ФИО1 во взыскании денежной компенсации морального вреда в размере 1000 000 рублей с ФИО3.

Взыскать с ФИО2 государственную пошлину в соответствующий бюджет в размере 300 рублей.

Апелляционная жалоба на решение суда может быть подана в течение месяца со дня изготовления решения суда в окончательной форме в Новосибирский областной суд через суд, принявший решение.

Судья (подпись) Кадашева И.Ф.