Приговор № 1-150/2018 от 14 июня 2018 г. по делу № 1-150/2018

№1-150/2018


П Р И Г О В О Р

Именем Российской Федерации

г. Новотроицк 15 июня 2018 года

Новотроицкий городской суд Оренбургской области в составе председательствующего судьи Ивлева П.А.

при секретарях Соболевой Я.Ю. и Бердниковой Е.В.,

с участием:государственных обвинителей ст.помощника прокурора г.Новотроицка Пимахина М.А. и помощника прокурора г.Новотроицка Розенберга Е.Л.,

подсудимого ФИО1,

защитника Ермоловой Е.С.,

а также потерпевшей К.Н.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании материалы уголовного дела в отношении: ФИО1, <данные изъяты>, ранее судимого 29.09.2009 года Новотроицким городским судом Оренбургской области по ч.4 ст.111 УК РФ на 8 лет лишения свободы, освобожден 28.02.2017 года по отбытию наказания,

обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч.1 ст.105 УК РФ,

у с т а н о в и л :

ФИО1 совершил убийство, т.е. умышленное причинение смерти другому человеку, при следующих обстоятельствах: 15 февраля 2018 года в г.Новотроицке Оренбургской области <адрес> ФИО1 в период с 17 часов 00 минут до 17 часов 50 минут дня умышленно с целью убийства один раз нанес П.В.В. ножом три удара в область лица и один удар в область грудной клетки слева, чем причинил ему телесные повреждения в виде резаных ран в лобной области справа, на спинке носа слева и левом крыле носа, на левой щеке в скуловой области, которые вреда здоровью не причинили, и в виде колото-резаной раны на передней поверхности грудной клетки слева в III межреберье по линии между окологрудинной и средней ключичной, проникающей в левую плевральную полость в III межреберье по линии между окологрудинной и средней ключичной, с повреждением по ходу раневого канала мягких тканей, сквозным ранением сердечной сорочки и левого желудочка сердца, которые в своей совокупности причинили тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни, создали непосредственную угрозу жизни и повлекли за собой смерть потерпевшего П.В.В. на месте.

Между причиненными ФИО1 телесными повреждениями в виде колото-резаной раны на передней поверхности грудной клетки слева в III межреберье по линии между окологрудинной и средней ключичной, проникающей в левую плевральную полость в III межреберье по линии между окологрудинной и средней ключичной, с повреждением по ходу раневого канала мягких тканей, сквозным ранением сердечной сорочки и левого желудочка сердца, и наступлением смерти П.В.В. имеется прямая причинная связь.

Подсудимый ФИО1 виновным себя в совершении преступления не признал и показал, что 14.02.2018 года днем у него в гостях был П.В.В., которому дал денег на сигареты, и П.В.В. ушел. Больше П.В.В. не видел. 15.02.2018 года сам пришел домой около 17 часов от знакомого, у которого выпивал, и поэтому сразу включил музыку и лег спать, оставив дверь в комнату незапертой. Разбудили его сотрудники полиции. Увидел в своей комнате чужие пакеты. Когда вышел в коридор, увидел на лестничной площадке труп П.В.В. Сотрудники полиции забрали у него ключ от комнаты и стали делать осмотр, а его самого отправили на освидетельствование. Позже узнал, что в комнате изъяли принадлежащие ему нож и сланцы в крови. Сам с ножом по коридору не ходил. Считает, что от П.В.В. избавилась С.Н.П. и его вещи занесла в комнату ФИО1, так как она неоднократно ругала П.В.В., чтобы тот не приходил на обеды пьяный и не опаздывал, а в этот день П.В.В. был пьян и опоздал.

В ходе следствия давал показания, что 15.02.2018 года вернулся домой в свою комнату около 16 часов 30 минут, разделся, включил музыку и лег спать. Входную дверь в комнату не закрывал. Проснулся, когда в комнату пришли сотрудники полиции, которые попросили его пройти вместе с ними. На лестничной площадке 5-го этажа увидел труп П.В.В. Предполагает, что П.В.В. оставил свои пакеты в его комнате в тот момент, когда он спал. (т.1 л.д.249-253, т.2 л.д.4-7,8-11,16-19)

Виновность ФИО1 в совершении преступления подтверждается следующими доказательствами:

Показаниями в судебном заседании потерпевшей К.Н.В. о том, что ее сын П.В.В. жил в общежитии, выпивал, был судим за кражи, иногда жил у друзей, но по характеру был добрый и не конфликтный. 14.02.2018 года сын был трезв, помог ей разнести почту, за что она дала ему 250 рублей. Около 10 часов утра сын ушел. 16.02.2018 года ей позвонили и сообщили о смерти сына. Съездила и опознала его в морге. Там ей рассказали, что тело сына нашли на площадке 5 этажа в общежитии №. Ходила туда и женщина рассказала, что видела, как ФИО1 вытаскивал тело ее сына из своей комнаты. В связи со смертью сына заявляет иск 17700 рублей затрат на погребение сына и 500.000 рублей компенсации морального вреда, так как сын у нее был один, смерть сына она сильно переживает, до настоящего времени плачет, начала после его смерти употреблять успокоительные препараты. Сын помогал ей на работе разносить почту, помогал в ремонте квартиры, а она жалела сына, помогала ему деньгами.

Показаниями в судебном заседании свидетеля С.Н.П.. о том, что она проживает в общежитии по <адрес> на 5 этаже по соседству с ФИО1, который когда выпьет, становится буйным и скандальным. 15.02.2018 года на кухне на этаже варила обеды, которыми кормила нуждающихся. В числе прочих к концу обеда кушать приходил и П.В.В., который был выпивши, но без телесных повреждений. Пообедав, П.В.В. пошел к ФИО1, о чем сказал ей. Сказала ему, что ФИО1 спит, так как видела, что тот один зашел в свою комнату. П.В.В. ее не послушал и все равно пошел в его комнату. Сама ушла в свою комнату, но вскоре услышала шум. Вышла в коридор и увидела, что ФИО1 волоком вытащил П.В.В. из своей комнаты и оставил за дверью на лестничной площадке. Сам ФИО1 был пьян, стал кричать на нее, что они пускают в общежитие посторонних. Через некоторое время с дочерью пошли на улицу и увидели, что П.В.В. так и лежит на площадке. Подумали, что он просто пьян, поэтому ушли. Когда вернулись, в общежитии была полиция, так как П.В.В. умер.

Показаниями в судебном заседании и в ходе следствия свидетеля Х.Е.С. о том, что она проживает со своей матерью С.Н.П. в общежитии по <адрес> на 5 этаже. По соседству в комнате № с февраля 2017 года стал проживать ФИО1, который злоупотребляет спиртным, агрессивен, склонен к грубости и насилию. 15.02.2018 года в 18 часу услышала шум из общего коридора. Вышла из комнаты и увидела, как ФИО1 тащит по коридору тело мужчины и кричит. ФИО1 вытащил тело мужчины на лестничную площадку 5-го этажа и бросил его там. Мужчина никаких действий не предпринимал, не двигался, ничего не говорил и звуков не издавал. Она подошла и увидела, что в одной из рук ФИО1 был нож с темной рукояткой. Затем этот нож оказался на полу рядом с головой лежащего мужчины. Сама пошла в туалет и не видела, поднял ФИО1 снова нож или нет. ФИО1 стал ругаться на ее мать, а затем закрыл дверь на этаж и возвратился в свою комнату. Через некоторое время она с матерью стала выходить из общежития, перешагнули через тело того мужчины, а когда вернулись, увидели сотрудников полиции, так как тот мужчина скончался. Никаких посторонних лиц в тот день ни на этаже, ни в комнате ФИО1, не видела. (т.1 л.д.69-72,73-76)

Свои показания о том, что ФИО1 вечером 15.02.2018 года тащил по коридору 5-го этажа <адрес> тело неизвестного ей мужчины, а после того как вытащил тело мужчины на лестничную площадку стал ругаться с С.Н.П., свидетель Х.Е.С. подтвердила во время очной ставки с ФИО1 (т.2 л.д.36-41)

Показаниями в судебном заседании свидетеля Т.Е.Н. о том, что она проживает в общежитии по соседству с ФИО1, который часто выпивает, а в состоянии опьянения становится агрессивным, кидается на всех драться. Видела, как он один раз избивал дедушку. 15.02.2018 года около 18 часов услышала в коридоре крики. Вышла из комнаты и увидела, что ФИО1 тащит по коридору на лестничную площадку мужчину, который был без сознания. Руки мужчины волочились по полу. При этом ФИО1 кричал, чтобы они не пускали в коридор посторонних. Рядом находились С.Н.П., Х.Е.С. и М.Н.Н.. ФИО1 бросил тело мужчины на лестничной площадке, ударил его ногой несколько раз и ушел в свою комнату, где больше никого не было. Сама через некоторое время выглянула на площадку. Мужчина так и лежал и не шевелился. Попросила незнакомого мужчину, что в это время оказался на кухне, и тот перевернул лежащего мужчину. Мужчина был уже мертв. Подняли у него одежду и увидели рану на груди. Когда приехала полиция, ФИО1 спал в своей комнате.

Показаниями в ходе следствия и в судебном заседании свидетеля М.Н.Н.. о том, что она проживает в общежитии по <адрес> по соседству с ФИО1, который в общении груб, всегда разговаривает в агрессивной манере, злоупотребляет спиртным, оскорбляет соседей без какой-либо причины. В состоянии опьянения ФИО1 всегда ведет себе агрессивно, кричит, ни на чьи доводы не реагирует. 15.02.2018 года увидела в общежитии П.В.В., который ходил по общему коридору с двумя полиэтиленовыми пакетами и сказал, что пришел к ФИО1, но сначала зашел на кухню, где кормят бездомных. Затем видела, что П.В.В. зашел в комнату к ФИО1. Примерно через 10-15 минут увидела, как входная дверь в комнату ФИО1 открылась и ФИО1 вытащил из комнаты тело П.В.В., усадил его рядом со входом в комнату, облокотив спиной о стену. Затем ФИО1 потащил П.В.В. на лестничную площадку 5-го этажа, где бросил. П.В.В. никаких звуков не издавал, никаких действий не предпринимал и не двигался. ФИО1 в свою очередь кричал: «Не пускайте никого!» Когда ФИО1 тащил П.В.В., то несколько раз ударил его руками и ногами по туловищу. П.В.В. остался лежать на спине. Подошла к П.В.В. и обратила внимание, что П.В.В. делает глубокий вздох, как будто задыхается. Она позвонила в полицию и сообщила о случившемся. Через несколько минут сама была в общей кухне, когда туда зашел ФИО1, за спиной которого увидела нож, заткнутый за пояс. Она спросила у ФИО1, зачем он носит с собой нож, на что тот начал кричать, развернулся и прошел в свою комнату. Вскоре прибыли сотрудники полиции и его задержали. (т.1 л.д.60-63,64-67)

Свои показания о том, что ФИО1 в вечернее время 15.02.2018 года перетаскивал тело мужчины по коридору 5-го этажа <адрес>, свидетель М.Н.Н. подтвердила во время очной ставки с ФИО1 (т.2 л.д.25-29)

Показаниями в судебном заседании свидетеля Б.С.А. о том, что он бывал в гостях у знакомых в общежитии по <адрес> и от жильцов слышал, что Т.Е.Н. видела, как в коридоре лежал труп мужчины, которого порезал ФИО1. Но кто это говорил, не помнит.

Протоколами осмотра места происшествия и предметов о том, что 15.02.2018 года в <адрес> на лестничной площадке 5-го этажа на спине лежит труп П.В.В. с колото-резаной раной на груди в области сердца. Труп одет в куртку, толстовку, свитер, футболку и брюки, на которых видны пятна крови. На толстовке, свитере и футболке имеются повреждения ткани в области сердца. Рядом с головой трупа имеется след крови. Дверь в комнату №, расположенную на этой же площадке, повреждений не имеет. В комнате порядок расположения вещей не нарушен. При входе в комнату обнаружены два полиэтиленовых пакета с пластмассовым ведром, продуктами и средствами гигиены, которые со слов присутствующего при осмотре ФИО1, принадлежат П.В.В. Рядом с пакетами находятся резиновые тапочки с пятнами крови, которые, со слов ФИО1, принадлежат ему, а также брюки черного цвета и кофта в полоску. На кухонном напольном шкафу стоит банка с ножом, на клинке которого имеются пятна крови. (т.1 л.д.10-18,214-218)

Заключением эксперта №124А о том, что при судебно-медицинском исследовании трупа П.В.В. обнаружены телесные повреждения:

- колото-резаная рана №1 на передней поверхности грудной клетки слева в III межреберье по линии между окологрудинной и средней ключичной, проникающая в левую плевральную полость в III межреберье по линии между окологрудинной и средней ключичной, с повреждением по ходу раневого канала мягких тканей, сквозным ранением сердечной сорочки и левого желудочка сердца, которая образовалась от однократного ударного воздействия острого предмета, обладающего колюще-режущими свойствами, каковым мог быть нож, на глубине погруженной части клинка около 6,8 см, в срок незадолго (исчисляемый несколькими первыми десятками минут) до наступления смерти, является опасным для жизни и по этому признаку расценивается, как повреждение, причинившее ТЯЖКИЙ вред здоровью человека;

- резаные раны: №2 в лобной области справа, №3 на спинке носа слева и левом крыле носа, №4 на левой щеке в скуловой области, которые образовались от трехкратного воздействия острого предмета, обладающего режущими свойствами, в срок незадолго до наступления смерти и вреда здоровью не причинили.

Смерть П.В.В. наступила около 2-4 часов назад до осмотра трупа на месте его обнаружения (15.02.2018 года в 19 часов 50 минут) в результате колото-резаной раны №1 на передней поверхности грудной клетки слева в III межреберье по линии между окологрудинной и средней ключичной, проникающей в левую плевральную полость в III межреберье по линии между окологрудинной и средней ключичной, со сквозным ранением сердечной сорочки и левого желудочка сердца, сопровождавшейся внутриплевральным кровоизлиянием и кровоизлиянием в полость сердечной сорочки, с последующим развитием острой кровопотери. Между этим телесным повреждением и наступлением смерти имеется прямая причинно-следственная связь.

Направление раневого канала от раны №1: спереди назад, слева направо под углом 35 градусов, сверху вниз под углом 50 градусов. Направление раневого канала совпадает с направлением клинка в процессе причинения повреждения.

После получения телесных повреждений П.В.В. мог жить ограниченное время, исчисляемое несколькими первыми десятками минут (менее часа), что подтверждается результатом судебно-гистологического исследования, но совершение им в этот период активных целенаправленных действий маловероятно. (т.1 л.д.138-146)

Заключением эксперта №170 о том, что на одежде и лоскуте кожи с грудной клетки трупа П.В.В. повреждения являются колото-резаными и могли образоваться от воздействия клинка ножа, изъятого при осмотре места происшествия в комнате по месту проживания ФИО1 (т.1 л.д.194-199)

Протоколами получения образцов для сравнительного исследования и осмотра предметов о том, что у ФИО1 получен образец крови на марлю.

(т.1 л.д.212-213,214-232)

Актом судебно-медицинского обследования о том, что 15.02.2018 года в 23 часа у ФИО1 никаких телесных повреждений не обнаружено. Изъяты смывы содержимого ладоней рук, подногтевого содержимого и срезы ногтевых пласти с пальцев обоих рук. (т.1 л.д.117-118)

Протоколами выемки и осмотра предметов о том, что в Бюро СМЭ изъяты образец крови на бинт и смывы подногтевого содержимого трупа П.В.В., кожный лоскут с раной в области груди, а также одежда: куртка черного цвета, футболка, кофта с капюшоном, кофта, пара перчаток, куртка серо-коричневого цвета, ремень, брюки, трико, трусы, пара носок, подтяжки, левый ботинок. (т.1 л.д.204-207,214-232)

Заключением эксперта №137 о том, что в смыве на марлевом тампоне, изъятом в ходе осмотра места происшествия, правом сланце подозреваемого ФИО1, вещах потерпевшего П.В.В.: куртке черного цвета, футболке, кофте с капюшоном, кофте, паре перчаток, обнаружена кровь от потерпевшего П.В.В. (т.1 л.д.165-174)

Заключением эксперта №138 о том, что в смывах подногтевого содержимого с обеих рук потерпевшего П.В.В. найдены клетки ороговевшего эпителия кожи человека без половых, происхождение которых не исключается от обвиняемого ФИО1 В срезах ногтевых пластин, смывах подногтевого содержимого и смывах с кистей обеих рук обвиняемого ФИО1 найдены клетки ороговевшего эпителия кожи человека без половых маркеров, происхождение которых от потерпевшего П.В.В. не исключается. На клинке ножа, изъятого в комнате по месту проживания ФИО1 обнаружена кровь, происхождение которой не исключается от потерпевшего П.В.В. На рукоятке ножа найдены следы пота и клетки ороговевшего эпителия кожи человека без половых маркеров, происхождение которых от обвиняемого ФИО1 не исключается. (т.1 л.д.183-186)

Согласно заключению судебно-психиатрической экспертизы №258 ФИО1 каким-либо хроническим психическим расстройством, лишающим его возможности в полной мере осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий, либо руководить ими, не страдал и не страдает, <данные изъяты>. В период инкриминируемого ему деяния находился в состоянии простого алкогольного опьянения, был вне какого-либо временного психического расстройства, при этом был в непомраченном сознании, правильно ориентирован в окружающем, не обнаруживал ни бреда, ни галлюцинаций, его действия носили целенаправленный и последовательный характер, помнит о своем поведении, поэтому мог в полной мере осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими. После совершения инкриминируемого ему деяния какого-либо психического расстройства не развилось и в настоящее время ФИО1 может в полной мере осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими, поэтому является вменяемым.

У ФИО1 выявляется <данные изъяты>, тенденция к доминированию, противодействие давлению внешних факторов, самостоятельность принятия решений, которые усилены уверенностью в себе, наступательностью тактики взаимодействия в межличностных контактах, сочетание активно-оборонительная и пассивно-оборонительной позиций, упрямство, ригидность установок в отстаивании своих позиций, инертность в принятии решений, вместе с тем непосредственность и раскрепощенность поведения, избегание пут жестко ограниченных рамок деятельности, сверхчувствительности к критическим замечаниям, недоверчивость; стремление привлечь к себе внимание, тенденция придавать особую значимость своим суждениям; настороженность; черты стеничности (активности), склонность к риску, потребность в отстаивании собственных установок, упорство, противодействие обстоятельствам, опора на накопленный опыт, ориентация на собственное мнение, обидчивость. Выявленные индивидуально-психологические особенности ФИО1 выражены не столь ярко и не могли оказать существенное влияние на его поведение во время совершения инкриминируемого ему деяния или существенно повлиять на его решение в совершении инкриминируемого ему деяния. (т.1 л.д.154-157)

Анализ изложенных доказательств убеждает суд в доказанности вины ФИО1 в совершении преступления, потому что они не противоречат друг другу и установленным обстоятельствам дела и подтверждают эти обстоятельства. Непризнание самим ФИО1 вины, его заявление о том, что он преступления не совершал, а в момент получения П.В.В. ножевого ранения спал, суд оценивает критически, как способ его защиты, стремление избежать ответственности за содеянное. По этой же причине мнение защитника Ермоловой Е.С. об оправдании ФИО1 суд считает неубедительным и не основанным на установленных в судебном заседании обстоятельствах.

Сам ФИО1 признает и подтверждает, что 15.02.2018 года после того, как он пришел домой и лег спать, в комнате он был один, и никого у него в гостях не было.

Не отрицает он и того, что в момент, когда к нему в комнату пришли сотрудники полиции, он в комнате был один, а также то, что нож, который был изъят при осмотре места происшествия, принадлежит ему.

Согласно же заключениям проведенных по делу экспертиз, на клинке этого ножа обнаружена кровь именно потерпевшего П.В.В. и смертельное ранение П.В.В. причинено именно этим ножом. Факт наличия на клинке ножа именно крови потерпевшего, а не подсудимого ФИО1 подтверждается отсутствием у ФИО1 в момент задержания открытого кровотечения.

Кроме того, на рукоятке ножа найдены следы пота и клетки ороговевшего эпителия самого обвиняемого ФИО1, а не какого-либо иного лица.

Свидетели С.Н.П., Х.Е.С., Т.Е.Н. и М.Н.Н. в ходе следствия, а также в судебном заседании, не смотря на отрицание подсудимого, категорично подтвердили, что именно ФИО1 вытащил из своей комнаты и перетащил на лестничную площадку тело потерпевшего П.В.В., которое там и оставил.

Они же подтвердили, что в этот момент П.В.В. никак не сопротивлялся, совсем не двигался и умер почти сразу на том месте, где его оставил ФИО1. Изложенное свидетельствует о том, что телесное повреждение, не совместимое с жизнью, П.В.В. было причинено именно в комнате ФИО1 и именно Ж-вым, поскольку никакого третьего лица в комнате больше не было.

Вопреки утверждению подсудимого, у всех указанных выше свидетелей, не смотря на наличие бытовых конфликтов с Ж-вым, нет никаких оснований для его оговора в совершении особо тяжкого преступления.

Все они предупреждались об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных показаний, а их показания об основных обстоятельствах произошедших событий, прямыми очевидцами которых они были, полностью соответствуют между собой и дополняют друг друга, поэтому суд их показания при постановлении приговора принимает во внимание.

При этом заявления подсудимого о том, что С.Н.П. его оговаривает, так как сама могла убить П.В.В. за то, что тот пришел на обед с опозданием и в состоянии опьянения, что Х.Е.С. его оговаривает, так как является дочерью С.Н.П. и выгораживает ее, что Т.Е.Н. его оговаривает, так как не согласна с вселением ФИО1 в комнату общежития, суд не может принять во внимание как обстоятельства оправдывающие подсудимого.

Действительно С.Н.П. кормила обедами нуждающихся, в том числе и потерпевшего П.В.В.. Действительно она ему делала замечания по поводу опозданий и его приходов на обед в состоянии опьянения, однако данное обстоятельство не является основанием для совершения убийства. Кроме того, С.Н.П. все-таки покормила П.В.В., что опровергает версию стороны защиты о наличии у нее повода для его убийства.

При этом обнаружение во время проведения экспертизы в желудке П.В.В. остатков пищи, похожих на лапшу, хотя по утверждениям С.Н.П., она в этот день посетителей кормила щами, не может служить основанием для того, чтобы ставить ее показания под сомнение, поскольку потерпевший П.В.В. пришел к ней на обед уже в состоянии алкогольного опьянения и имел возможность до прихода в общежитие употреблять иную пищу, а вывод эксперта, что обнаруженные остатки – это именно лапша, не категоричны, так как эксперт указывает на наличие остатков пищи лишь похожих на лапшу.

Действительно, свидетель Х.Е.С. является дочерью С.Н.П., а свидетель Т.Е.Н. была не согласна с вселением ФИО1 в комнату общежития, однако данные обстоятельства не могут служить основанием для оговора человека в совершении убийства, тем более что их показания о том, что именно ФИО1 из своей комнаты вытаскивал тело П.В.В., полностью подтвердила и свидетель М.Н.Н., у которой никаких оснований для оговора подсудимого нет, а поэтому и с учетом того, что нож, которым было причинено смертельное ранение П.В.В. был обнаружен в комнате ФИО1, когда тот в комнате был один, на лезвии ножа обнаружена кровь потерпевшего П.В.В., а на рукоятке ножа пот подсудимого ФИО1, суд считает вину ФИО1 в нанесении П.В.В. ножом удара, повлекшего смерть потерпевшего, полностью доказанной.

При этом версия подсудимого, что П.В.В. ножом ударила С.Н.П. во время конфликта на кухне общежития, чтобы избавиться от него, а затем вытащила ФИО2 на лестничную площадку, а его вещи занесла в комнату ФИО1, является несостоятельной и не полностью опровергается установленными в судебном заседании обстоятельствами.

Указанные выше свидетели видели, что на лестничную площадку тело П.В.В. тащил именно ФИО1 и не из кухни, а из своей комнаты. Нож, которым было нанесено смертельное ранение потерпевшему, был обнаружен именно в комнате ФИО1 и принадлежит ему, что исключает возможность использовать этот нож С.Н.П. во время конфликта с П.В.В. на кухне. Кроме того, на ноже обнаружены кровь потерпевшего П.В.В. и пот самого ФИО1.

Ранее П.В.В. уже бывал в комнате ФИО1, был знаком с ним и вместе с ним выпивал, поэтому у него были все основания для того, чтобы после обеда у С.Н.П. прийти в комнату к ФИО1, где кроме них двоих больше никого не было. Обнаружение в комнате ФИО1 при осмотре места происшествия пакетов с вещами П.В.В. этот факт как раз и подтверждает.

Некоторые расхождения в показаниях свидетелей о времени происходивших событий, о том, лежал потерпевший на животе или на спине, видели они у него на лице телесные повреждения или нет, тащил ФИО1 тело П.В.В. за одежду или, обхватив тело, был ли у ФИО1 в тот момент при себе нож или нет, также не могут служить основанием для оправдания ФИО1. Все свидетели за событиями наблюдали в динамике в условиях стрессовой ситуации, представляющей опасность для окружающих, и никто из свидетелей в момент событий, очевидцами которых они стали, специально за временем не наблюдал, однако все они называют примерно одно и то же время: период около 17 до 18 часов. Указанное время полностью соответствует периоду, который отражен и в заключении судебно-медицинского эксперта, согласно которому труп П.В.В. был осмотрен в 19 часов 50 минут 15.02.2018 года, а его смерть наступила в период за 2-4 часа до момента осмотра, то есть смерть П.В.В. наступила в период с 15 часов 50 минут до 17 часов 50 минут, что полностью соответствует обстоятельствам дела и показаниям допрошенных свидетелей.

Не соответствует действительности и заявление ФИО1 о том, что сотрудники полиции осмотр в его комнате и изъятие ножа проводили в его отсутствие, так как на протоколе осмотра места происшествия наряду с подписями следователя и понятых, имеются подписи самого обвиняемого ФИО1, который никаких замечаний по поводу проведенного осмотра не сделал и протокол подписал. Также, на бланке протокола имеется собственноручно сделанная ФИО1 запись, что он разрешает проведение осмотра в его комнате.

Кроме того, из текста протокола осмотра места происшествия видно, что подсудимый ФИО1 не только присутствовал при осмотре места происшествия, но и по ходу проводимого осмотра давал пояснения, в частности о том, что в комнате он проживает один с 28.02.2018 года, что обнаруженные в его комнате пакеты принадлежат П.В.В., а находящиеся рядом с пакетами тапочки черного цвета принадлежат ему самому и что он ходит в них по общему коридору общежития. Изложенные обстоятельства никто, кроме самого ФИО1, не мог сообщить следователю для внесения в протокол, а поэтому суд считает факт личного участия ФИО1 в проведении осмотра доказанным и признает протокол осмотра места происшествия допустимым доказательством.

Факт обнаружения на правом сланце подозреваемого ФИО1 крови от потерпевшего П.В.В. дополнительно подтверждает, что ножевое ранение потерпевшему причинил именно ФИО1, который затем и перетащил тело П.В.В. из своей комнаты через коридор общежития на лестничную площадку.

То обстоятельство, что во время осмотра места происшествия ФИО1 сам пояснял сотрудникам полиции, что обнаруженные в его комнате пакеты принадлежат П.В.В., дополнительно опровергает утверждение подсудимого, что пакеты в его комнату принесла С.Н.П., когда он спал и подтверждает, что сам ФИО1 видел П.В.В. в своей комнате и видел, как тот поставил в ней свои пакеты, о чем ФИО1 и сообщил следователю при осмотре. Все указанное дополнительно свидетельствует о виновности ФИО1 в совершении преступления.

Не может служить основанием для оправдания ФИО1 и тот факт, что П.В.В. в момент гибели был сильно пьян и, поэтому, по мнению подсудимого, не мог в таком состоянии сам подняться к ним на этаж, а, следовательно, по мнению ФИО1, его и напоила спиртным С.Н.П., а потом убила. Однако такая версия полностью противоречит версии самого же подсудимого о том, что С.Н.П. ругала П.В.В. и запрещала тому приходить на обеды пьяным.

С учетом изложенного, а также того, что смертельное ранение П.В.В. было причинено ударом принадлежащего ФИО1 ножа, суд вину ФИО1 в умышленном убийстве П.В.В. считает полностью доказанной.

Вместе с тем суд уточняет время совершения преступления: в период не с 16 часов до 18 часов 40 минут, а в период с 17 часов 00 минут до 17 часов 50 минут, так как свидетели указывают, что П.В.В. в общежитие пришел около 17 часов, а согласно заключению эксперта его смерть наступила в период до 17 часов 50 минут.

В ходе предварительного следствия и государственный обвинитель Пимахин М.А. в судебном заседании действия подсудимого квалифицировали правильно, поэтому суд действия ФИО1 квалифицирует по ч.1 ст.105 УК РФ, как убийство, т.е. умышленное причинение смерти другому человеку, а именно: умышленно ударил ножом П.В.В., чем причинил ему смертельное ранение.

О том, что ФИО1 было совершено именно умышленное убийство, свидетельствует то, что удар потерпевшему он нанес ножом в область расположения жизненно-важных органов – грудную клетку слева. Глубина проникновения раневого канала составила около 6,8 см, что свидетельствует о значительной силе, с которой был нанесен этот удар. Мотивом убийства послужили личные неприязненные отношения, связанные с приходом потерпевшего в комнату ФИО1 без приглашения, когда тот спал.

Определяя вид и меру наказания, суд учитывает конкретные обстоятельства и характер, степень общественной опасности совершенного преступления, данные о личности подсудимого, а также влияние наказания на исправление обвиняемого и на условия жизни его семьи.

Подсудимым совершено умышленное оконченное особо тяжкое преступление. Учитывая характер, степень общественной опасности и конкретные обстоятельства совершенного преступления, оснований для снижения категории преступления на менее тяжкую нет.

Оценивая личность подсудимого, суд учитывает, что ФИО1 ранее был судим, имеет постоянное место жительства, вдовец, характеризуется как лицо, склонное к употреблению спиртных напитков, но жалоб от соседей не имеющее, на учете психиатра и нарколога не состоит.

Учитывая общественную опасность и конкретные обстоятельства совершенного преступления, данные о личности подсудимого, влияние назначаемого наказания на исправление обвиняемого и условия жизни его семьи, его материальное положение, суд, руководствуясь положениями ст.6,60 УК РФ, не может назначить ФИО1 иного наказания кроме реального лишения свободы без назначения дополнительных видов наказания.

Обстоятельствами, смягчающими наказание подсудимому ФИО1, суд, в соответствии с ч.1,2 ст.61 УК РФ, расценивает <данные изъяты>, а также поведение потерпевшего, который сам находился в состоянии алкогольного опьянения и без приглашения зашел в комнату подсудимого.

Обстоятельством, отягчающим наказание ФИО1, в соответствии с п.«а» ч.1 ст.63 УК РФ, является рецидив преступлений, так как ранее он был судим к реальному лишению свободы за совершение умышленного особо тяжкого преступления и вновь осуждается к реальному лишению свободы, за совершение умышленного особо тяжкого преступления. В соответствии с п.«б» ч.3 ст.18 УК РФ действия ФИО1 образуют особо опасный рецидив преступлений.

В соответствии с ч.2 ст.68 УК РФ, срок наказания при рецидиве преступлений не может быть менее 1/3 части максимального срока наиболее строгого вида наказания, предусмотренного за совершение преступления.

Учитывая характер, степень общественной опасности и конкретные обстоятельства совершенного преступления, оснований для снижения в соответствии с ч.6 ст.15 УК РФ категории преступления на менее тяжкую нет.

Оснований для применения в отношении ФИО1 правил ст.64, ч.3 ст.68 и 73 УК РФ с назначением ему наказания ниже низшего предела, чем предусмотрено законом за данный вид преступления, без применения правил назначения наказаний при рецидиве преступлений или условно нет, так как совокупность смягчающих его наказание обстоятельств не может быть расценена как исключительные обстоятельства.

Отбывание наказания ФИО1 должно быть в соответствии с п.«г» ст.58 УК РФ определено в исправительной колонии особого режима, так как он осуждается к реальному лишению свободы за особо тяжкое преступление, ранее наказание в виде лишения свободы отбывал, а его действия образуют особо опасный рецидив преступлений.

Меру пресечения ФИО1 в виде заключения под стражу до вступления приговора в законную силу следует оставить без изменения в связи с назначением ему наказания в виде реального лишения свободы и данными о личности подсудимого.

Разрешая гражданский иск К.Н.В. к ФИО1 о возмещении материального вреда: затрат на похороны в сумме 17700 рублей, суд, руководствуясь ст.1064 ГК РФ, полагает его, не смотря на непризнание подсудимым, подлежащим удовлетворению в полном объеме, поскольку материальные затраты истицей были произведены в связи с виновными умышленными действиями подсудимого ФИО1, повлекшими смерть сына истицы.

Разрешая гражданский иск К.Н.В. к ФИО1 о компенсации морального вреда в сумме 500.000 рублей, суд, руководствуясь требованиями ст.151,1099-1101 ГК РФ, принципами разумности и справедливости, учитывая степень нравственных страданий гражданского истца, материальное положение подсудимого, приходит к следующему.

ФИО1, который не работает и постоянного источника дохода не имеет, исковые требования о компенсации морального вреда не признал, отрицая свою вину в смерти сына истицы, однако именно в результате умышленных виновных действий ФИО1 П.В.В. был убит. К.Н.В. - мать погибшего П.В.В., который проживал отдельно от нее, но К.Н.В. смерть сына сильно переживает, до настоящего времени плачет, начала после его смерти принимать успокоительные препараты. Сын помогал ей по работе разносить почту, помогал ей в ремонте квартиры, она жалела сына, помогала ему деньгами, поэтому исковые требования К.Н.В. о компенсации морального вреда подлежат удовлетворению частично на сумму 300.000 рублей.

Вещественные доказательства по делу, хранящиеся в камере хранения вещественных доказательств СО по г.Новотроицку СУ СК РФ по Оренбургской области (т.1 л.д.231-232 – следователь Ш.М.М.): смыв вещества бурого цвета на марлевом тампоне; пара сланцев ФИО1, вещи потерпевшего П.В.В.: куртка черного цвета, футболка, кофта с капюшоном, кофта, пара перчаток, куртка серо-коричневого цвета, ремень, брюки, трико, трусы, пара носков, подтяжки, левый ботинок; образцы крови П.В.В. и ФИО1; кухонный нож; образцы биологического происхождения от трупа П.В.В., образцы биологического происхождения обвиняемого ФИО1, вещи обвиняемого ФИО1: свитер и брюки – подлежат уничтожению, поскольку они содержат на себе следы преступления или их владельцы от их получения в судебном заседании отказались.

На основании изложенного и, руководствуясь ст.307,308 и 309 УПК РФ, суд

п р и г о в о р и л :

Признать ФИО1 виновным в совершении преступления, предусмотренного ч.1 ст.105 УК РФ, и назначить ему наказание в виде лишения свободы на срок 11(одиннадцать) лет с отбыванием в исправительной колонии особого режима.

Меру пресечения ФИО1 в виде заключения под стражу до вступления приговора в законную силу оставить без изменений.

Срок отбывания наказания ФИО1 исчислять с 15 июня 2018 года.

Зачесть ФИО1 в отбытое наказание время содержания под стражей до приговора в период с 15 февраля по 14 июня 2018 года включительно.

Вещественные доказательства по делу, хранящиеся в камере хранения вещественных доказательств СО по г.Новотроицку СУ СК РФ по Оренбургской области: смыв вещества бурого цвета на марлевом тампоне; пару сланцев ФИО1, вещи потерпевшего П.В.В.: куртку черного цвета, футболку, кофту с капюшоном, кофту, пару перчаток, куртку серо-коричневого цвета, ремень, брюки, трико, трусы, пару носков, подтяжки, левый ботинок; образцы крови П.В.В. и ФИО1; кухонный нож; образцы биологического происхождения от трупа П.В.В., образцы биологического происхождения обвиняемого ФИО1, вещи обвиняемого ФИО1: свитер и брюки – уничтожить.

Гражданский иск К.Н.В. к ФИО1 удовлетворить частично.

Взыскать с ФИО1 в пользу К.Н.В. в возмещение материального вреда 17700 (семнадцать тысяч семьсот) рублей, в компенсацию морального вреда 300.000 (триста тысяч) рублей.

Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке в судебную коллегию по уголовным делам Оренбургского областного суда в течение 10 суток со дня его провозглашения, а осужденным, содержащимся под стражей,- в тот же срок со дня вручения ему копии приговора.

В случае подачи апелляционной жалобы, осуждённый вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции. Ходатайство о своём участии в рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции осуждённый вправе заявить в течение 10 суток со дня вручении ему копии приговора, а в случае обжалования приговора другими участниками процесса – в течение 10 суток со дня вручения ему копии апелляционной жалобы или апелляционного представления, затрагивающих его интересы. Осуждённый также вправе поручать осуществление своей защиты в суде апелляционной инстанции избранному им защитнику либо ходатайствовать перед судом апелляционной инстанции о назначении защитника.

Председательствующий Ивлев П.А.

.
.

.