Апелляционное определение № 33-42306/2025 от 21 декабря 2025 г.

<данные изъяты>–42306/2025

Судья: Овчинникова А.А. 50RS0036–01–2025–000963–16


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

22 декабря 2025 г. г. Красногорск, Московская область

Судебная коллегия по гражданским делам Московского областного суда в составе:

председательствующего судьи Крюковой В.Н.,

судей Кобызева В.А., Федуновой Ю.С.,

при ведении протокола помощником судьи Седовым Н.П.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело <данные изъяты> по исковому заявлению ФИО к администрации городского округа Пушкинский Московской области, ООО «Сергиево-Посадский региональный оператор» о признании незаконными действий, взыскании денежных средств, компенсации морального вреда, возложении обязанности установить мусорные контейнеры,

по апелляционной жалобе ФИО на решение Пушкинского городского суда Московской области от <данные изъяты>,

заслушав доклад судьи Кобызева В.А.,

выслушав объяснения явившихся лиц,

установила:

ФИО обратился в суд с иском к Администрации городского округа Пушкинский Московской области и ООО «Сергиево-Посадский региональный оператор» о признании незаконным действия, взыскании денежных средств, компенсации морального вреда, возложении обязанности установить мусорные контейнеры.

Требования были мотивированы тем, что апелляционным определением Пушкинского городского суда Московской области с истца была взыскана задолженность за услуги по обращению с твердыми коммунальными отходами в пользу регионального оператора. Истец указывал, что ближайшая контейнерная площадка находится на расстоянии 1350 метров от его дома, что, по его мнению, свидетельствует об отсутствии оказания услуги. Поскольку обязанность по оборудованию площадок лежит на органе местного самоуправления, истец требовал признать незаконными действия Администрации по установке контейнеров на расстоянии свыше 100 метров, обязать ответчиков установить контейнеры в пределах норматива, взыскать с Администрации в порядке регресса сумму, уплаченную региональному оператору, а также компенсацию морального вреда с обоих ответчиков.

Истец ФИО в судебное заседание не явился, о времени и месте рассмотрения дела извещен надлежащим образом, направил представителя.

Представитель истца ФИО, действующая на основании доверенности, в судебное заседание явилась и поддержала исковые требования в полном объеме.

Ответчик Администрация городского округа Пушкинский Московской области в судебное заседание не явилась, направив письменный отзыв, в котором просила отказать в удовлетворении иска, ссылаясь на особенности застройки местности и отсутствие обращений от истца об организации площадки.

Представитель ответчика ООО «Сергиево-Посадский региональный оператор» ФИО в судебное заседание явилась и возражала против удовлетворения иска, пояснив, что региональный оператор не отвечает за создание и содержание контейнерных площадок, а осуществляет вывоз отходов с мест, определенных органом местного самоуправления, и что отсутствие площадки вблизи дома не освобождает истца от обязанности оплачивать услугу.

Решением Пушкинского городского суда Московской области от <данные изъяты> постановлено: иск ФИО удовлетворить частично. Признать незаконными действия Администрации городского округа <данные изъяты> по установке мусорных контейнеров на расстоянии свыше 100 м. от жилого дома ФИО.

Возложить Администрацию городского округа Пушкинский Московской области обязанность установить мусорные контейнеры на расстоянии не менее 20 м. и не более 100 м. от жилого дома, расположенного по адресу: <данные изъяты> В удовлетворении иска в остальной части – отказать.

В апелляционной жалобе, поставлен вопрос об отмене решения суда, как незаконного и необоснованного. Истец полагает решение суда незаконным, поскольку суд незаконно отказал во взыскании компенсации морального вреда и стоимости услуг в порядке регресса.

Истец в судебное заседание суда апелляционной инстанции явился в лице представителя, просил апелляционную жалобу удовлетворить.

Иные лица в судебное заседание суда апелляционной инстанции не явились о времени и месте извещались в соответствии с требованиями ст. 113 ГПК РФ, о причинах неявки суду не сообщили.

В соответствии с положениями ч. 3 ст. 167 ГПК РФ, судебное разбирательство в суде апелляционной инстанции проведено в отсутствие не явившихся лиц, извещавшихся о времени и месте судебного заседания и не представивших сведения о причинах своей неявки.

В соответствии с положениями ст. 167 ГПК РФ, ст. 327 ГПК РФ судебное разбирательство в суде апелляционной инстанции проведено в отсутствие не явившихся лиц, извещавшихся о времени и месте судебного заседания.

Судебная коллегия, проверив в соответствии со статьями 327 и 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации законность и обоснованность решения суда первой инстанции, изучив материалы дела, доводы апелляционной жалобы, исследовав имеющиеся в деле доказательства, пришла к следующим выводам.

В соответствии со ст. 330 ГПК РФ основаниями для отмены или изменения решения суда в апелляционном порядке являются: 1) неправильное определение обстоятельств, имеющих значение для дела; 2) недоказанность установленных судом первой инстанции обстоятельств, имеющих значение для дела; 3) несоответствие выводов суда первой инстанции, изложенных в решении суда, обстоятельствам дела; 4) нарушение или неправильное применение норм материального права или норм процессуального права. Неправильным применением норм материального права являются: 1) неприменение закона, подлежащего применению; 2) применение закона, не подлежащего применению; 3) неправильное истолкование закона.

Указанных обстоятельств, которые могли бы послужить основанием к отмене либо изменению обжалуемого решения суда, при рассмотрении дела не установлено.

Суд первой инстанции при рассмотрении гражданского дела правильно определил юридически значимые обстоятельства, применил подлежащие применению нормы материального права, и постановил законное и обоснованное решение, не допустив существенных нарушений норм процессуального права.

Как следует из материалов дела и установлено судом, истец ФИО является собственником жилого дома, расположенного по адресу: <данные изъяты>. Апелляционным определением Пушкинского городского суда Московской области от <данные изъяты> с истца в пользу ООО «Сергиево-Посадский региональный оператор» была взыскана задолженность за услуги по обращению с твердыми коммунальными отходами в размере 24 022,75 руб. При этом судом апелляционной инстанции было установлено, что ненадлежащая организация мест вывоза твердых коммунальных отходов не может рассматриваться как обстоятельство, свидетельствующее о ненадлежащем оказании услуг со стороны регионального оператора, который полномочиями по определению мест (площадок) для сбора твердых коммунальных отходов не наделен. Из реестра мест (площадок) накопления твердых коммунальных отходов на территории городского округа Пушкинский следует, что вблизи места жительства истца находятся контейнерные площадки, каждая из которых расположена на расстоянии более 100 метров от его жилого дома, что не оспаривалось стороной ответчика. Оценив доказательства, суд первой инстанции пришел к выводу, что ответчиком Администрацией городского округа Пушкинский Московской области были совершены действия в части размещения мест (площадок) накопления твердых коммунальных отходов, нарушающих права и законные интересы истца, поскольку ни одна из площадок не соответствует требованиям СанПиН 2.1.3684–21 в части минимальной и максимальной удаленности от индивидуального жилого дома. Доводы Администрации о невозможности размещения площадки вблизи дома истца из-за условий застройки и близости автомобильной дороги судом были отклонены как не соответствующие положениям законности в части обеспечения прав граждан.

При разрешении спора суд первой инстанции руководствовался положениями статей 42, 8, 12, 209, 304 Гражданского кодекса Российской Федерации, статей 3, 7, 11, 51 Федерального закона от <данные изъяты><данные изъяты>ФЗ «Об охране окружающей среды», статей 8, 22 Федерального закона от <данные изъяты><данные изъяты>ФЗ «О санитарно-эпидемиологическом благополучии населения», пункта 24 части 1 статьи 16 Федерального закона от <данные изъяты><данные изъяты>ФЗ «Об общих принципах организации местного самоуправления в Российской Федерации», статей 1, 4, 8, 13, 13.4, 24.6 Федерального закона от <данные изъяты><данные изъяты>ФЗ «Об отходах производства и потребления», Правил обращения с твердыми коммунальными отходами, утвержденных Постановлением Правительства РФ от <данные изъяты><данные изъяты>, Правил обустройства мест (площадок) накопления твердых коммунальных отходов и ведения их реестра, утвержденных Постановлением Правительства РФ от <данные изъяты><данные изъяты>, а также пункта 45 Постановления Пленума Верховного Суда РФ <данные изъяты>, Пленума ВАС РФ <данные изъяты> от <данные изъяты> «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав».

Разрешая спор по существу, суд первой инстанции, установив, что орган местного самоуправления ненадлежащим образом исполнил возложенную на него законом обязанность по созданию мест накопления твердых коммунальных отходов, руководствуясь приведенными нормами материального права, правомерно удовлетворил требования о признании действий Администрации незаконными и возложил на нее обязанность по устранению нарушения. Отклоняя доводы истца о взыскании в порядке регресса суммы, уплаченной региональному оператору, суд первой инстанции правомерно указывал, что факт надлежащего оказания услуг региональным оператором был установлен вступившим в законную силу судебным актом, имеющим преюдициальное значение, и что истцом не представлено доказательств причинно-следственной связи между действиями Администрации и возникновением этих убытков. Суд первой инстанции также правильно учел, что взыскание компенсации морального вреда по данной категории дел, регулируемой в основном нормами публичного права, направленными на обеспечение санитарно-эпидемиологического благополучия и охрану окружающей среды, действующим законодательством не предусмотрено, а истцом не доказаны факты причинения ему физических или нравственных страданий именно противоправными действиями ответчиков.

С указанными выводами судебная коллегия соглашается, поскольку считает их основанным на правильном применении норм материального и процессуального права, регулирующих спорные правоотношения, с учетом установленных обстоятельств. Выводы суда первой инстанции соответствуют фактическим обстоятельствам дела, подтвержденным исследованными доказательствами, а мотивировка отказа в удовлетворении части исковых требований является полной и юридически грамотной.

Доводы апелляционной жалобы о том, что суд незаконно отказал во взыскании компенсации морального вреда и суммы в порядке регресса, являются несостоятельными. Ссылка в жалобе на незаконность такого отказа не может быть принята во внимание, так как суд первой инстанции, отказывая в этих требованиях, дал им надлежащую правовую оценку, основанную на нормах материального права и анализе представленных доказательств. Как правильно указал суд первой инстанции, право на регресс в данном случае законом не предусмотрено, а взысканная с истца в пользу регионального оператора сумма представляет собой плату за фактически оказанную коммунальную услугу, что подтверждено вступившим в законную силу судебным актом.

Что касается компенсации морального вреда, то суд первой инстанции обоснованно исходил из отсутствия правовых оснований для ее взыскания по спорным правоотношениям, а также из того, что истцом не доказаны ни факт причинения морального вреда, ни вина ответчиков в его причинении.

Пунктом 37 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации <данные изъяты> от <данные изъяты> определено, что моральный вред, причиненный гражданину в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления и их должностных лиц, нарушающих имущественные права гражданина, исходя из норм статьи 1069 и пункта 2 статьи 1099 ГК РФ, рассматриваемых во взаимосвязи, компенсации не подлежит.

Вместе с тем моральный вред подлежит компенсации, если оспоренные действия (бездействие) повлекли последствия в виде нарушения личных неимущественных прав граждан.

Например, несоблюдение государственными органами нормативных предписаний при реализации гражданами права на получение мер социальной защиты (поддержки), социальных услуг, предоставляемых в рамках социального обслуживания и государственной социальной помощи, иных социальных гарантий, осуществляемое в том числе в виде денежных выплат (пособий, субсидий, компенсаций и т. д.), может порождать право таких граждан на компенсацию морального вреда, если указанные нарушения лишают гражданина возможности сохранять жизненный уровень, необходимый для поддержания его жизнедеятельности и здоровья, обеспечения достоинства личности.

Таким образом, законодатель установил ответственность в виде компенсации морального вреда лишь за действия, нарушающие личные неимущественные права гражданина либо посягающие на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а в иных случаях компенсация морального вреда может иметь место при наличии указания об этом в законе.

Ответственность, предусмотренная приведенными нормами закона, в виде компенсации морального вреда наступает при наличии определенных условий, в том числе противоправность действий (бездействия) нарушителя, установленного факта причинения вреда личным неимущественным правам либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, наличия вины причинителя вреда и причинно-следственной связи между наступившими последствиями и противоправным поведением ответчика. Наличие причинной связи между противоправным поведением причинителя вреда и моральным вредом предполагает, что противоправное поведение причинителя вреда должно быть условием наступления негативных последствий в виде физических и нравственных страданий потерпевшего.

Недоказанность одного из названных условий влечет за собой отказ в удовлетворении исковых требований.

Между тем условия, при наличии которых возможно возложение на ответчика как причинителя вреда гражданско-правовой ответственности в виде компенсации морального вреда, к спорным отношениям не применяются.

Иные доводы апелляционной жалобы сводятся к несогласию с постановленным по делу решением суда и не содержат оснований, предусмотренных ст. 330 ГПК РФ, для отмены или изменения решения суда.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу ч. 4 ст. 330 ГПК РФ основанием для отмены принятого судебного акта, судом апелляционной инстанции не установлено.

Таким образом, не имеется оснований, установленных ст. 330 ГПК РФ, для отмены или изменения решения суда по заявленным доводам.

На основании изложенного и руководствуясь статьями 328, 329, 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

определила:

решение Пушкинского городского суда Московской области от <данные изъяты> – оставить без изменения, апелляционную жалобу ФИО – без удовлетворения.

Председательствующий судья

Судьи

Мотивированное апелляционное определение составлено <данные изъяты>