Апелляционное определение № 22-1040/2026 от 13 апреля 2026 г.

Судья 1-й инстанции – Ильина И.С. № 22-1040/2026


А П Е Л Л Я Ц И О Н Н О Е О П Р Е Д Е Л Е Н И Е

14 апреля 2026 года город Иркутск

Судебная коллегия по уголовным делам Иркутского областного суда в составе: председательствующего Шовкомуда А.П., судей Кашиной Т.Н. и Поправко И.В., при секретаре Григорьевой А.А.,

с участием:

прокурора Огородниковой А.А., представителя потерпевшего Б.,

осуждённых ФИО1 и ФИО2,

защитников – адвокатов Навроцкого Р.В. и Хмелькова А.И.,

рассмотрела в открытом судебном заседании уголовное дело с апелляционными жалобами осуждённых ФИО1 и ФИО2 на приговор Ангарского городского суда Иркутской области от 13 февраля 2026 года, которым

ФИО1, родившийся Дата изъята в (данные изъяты), гражданин Российской Федерации, ранее не судимый,

- осуждён по ч.3 ст.260 УК РФ к наказанию в виде лишения свободы сроком на 2 года, в соответствии со ст.73 УК РФ условно с испытательным сроком 2 года.

ФИО2, родившийся Дата изъята в (данные изъяты), гражданин Российской Федерации, ранее не судимый,

- осуждён по ч.5 ст.33, ч.3 ст.260 УК РФ к наказанию в виде лишения свободы сроком на 1 год 6 месяцев, в соответствии со ст.73 УК РФ условно с испытательным сроком 1 год 6 месяцев.

Испытательный срок каждому исчислен со дня вступления приговора в законную силу. В испытательный срок зачтено время, прошедшее со дня провозглашения приговора.

В соответствии с ч.5 ст.73 УК РФ возложены на условно осужденных ФИО1, ФИО2 обязанности: своевременно встать на учет в уголовно-исполнительной инспекции по месту жительства; ежемесячно являться в инспекцию для регистрации в установленные инспекцией дни; не менять постоянного места жительства и места работы без уведомления уголовно-исполнительной инспекции.

Меры пресечения ФИО1, ФИО2 в виде подписок о невыезде и надлежащем поведении оставлены без изменения, по вступлении приговора в законную силу постановлено отменить.

Приговором разрешен вопрос о судьбе вещественных доказательств, в том числе, в отношении: бензопилы "HusqvBrna" 5200 оранжевого цвета, принадлежащей ФИО1, хранящейся на складе, расположенном по адресу: <адрес изъят>, являющейся орудием совершения преступления; транспортного средства – автомобиля марки Тойота Камри (TOYOTACAMRY), с государственным регистрационным знаком Номер изъят регион, принадлежащего ФИО1 и находящегося у него на ответственном хранении, являющегося средством совершения преступления - на основании п.«г» ч.1 ст.104.1 УК РФ постановлено конфисковать, безвозмездно изъяв и обратив в собственность государства.

Для обеспечения исполнения приговора в части конфискации сохранен арест, наложенный на основании постановления Ангарского городского суда Иркутской области от 14 октября 2025 года на принадлежащее ФИО1 имущество – автомобиль марки Тойота Камри (TOYOTACAMRY), 2004 года выпуска, с государственным регистрационным знаком Номер изъят регион и бензопилу "HusqvBrna".

Приговором разрешен вопрос о процессуальных издержках.

Этим же приговором осуждён ФИО3 по ч.3 ст.260 УК РФ к наказанию в виде лишения свободы сроком на 2 года, в соответствии со ст. 73 УК РФ условно с испытательным сроком 2 года, в отношении которого приговор в установленные законом сроки не обжалован.

По докладу председательствующего, заслушав: осуждённых ФИО1, ФИО2 и их защитников – адвокатов Навроцкого Р.В. и Хмелькова А.И., полагавших приговор подлежащим изменению по доводам апелляционных жалоб; представителя потерпевшего Б., не имеющую возражений по доводам апелляционных жалоб; прокурора Огородникову А.А., возражавшую удовлетворению апелляционных жалоб, полагавшую судебное решение законным и обоснованным, судебная коллегия

У С Т А Н О В И Л А:

по приговору суда ФИО1 и ФИО3 (в отношении которого приговор не обжалован) при пособничестве ФИО2 совершили незаконную рубку лесных насаждений в значительном размере группой лиц по предварительному сговору.

Преступление совершено на территории Ангарского городского округа во времени и при обстоятельствах, подробно изложенных в описательно-мотивировочной части приговора.

В судебном заседании суда первой инстанции ФИО1 и ФИО2 вину признали полностью, раскаялись, от дачи показаний отказались, воспользовавшись положениями ст. 51 Конституции РФ.

В апелляционной жалобе осужденный ФИО1 не соглашается с приговором суда в части конфискации автомобиля «Тойота Камри» и обращения его в собственность государства. Также не соглашается с осуждением указанным приговором ФИО2 В обоснование указывает, что в соответствии с диспозицией ст. 104.1 УК РФ конфискации подлежит транспортное средство, принадлежащее обвиняемому и использованное им при совершении преступления, предусмотренного ст.ст. 264.1, 264.2 или 264.3 УК РФ, в то время как его осудили за совершение преступления, предусмотренного ст. 260 УК РФ. Суд посчитал, что автомобиль являлся средством совершения преступления, указав в приговоре, что им осуществлялась перевозка незаконно заготовленной древесины. Полагает данный вывод необоснованным, выходящим за рамки обвинения, поскольку обвинялся в незаконной рубке лесных насаждений, а не в ее краже. Ссылаясь на разъяснения, содержащиеся в п. 16 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 8 октября 2012 года № 21 «О применении судами законодательства об ответственности за нарушения в области охраны окружающей среды и природопользования», полагает, что состав преступления по ст. 260 УК РФ является оконченным с момента первичной обработки (разделения стволов на сегменты) и помещения древесины на хранение в лесу после отделения ствола дерева. Обработанная древесины была помещена на хранение в лесу до ее перевозки. Автомобиль в процессе рубки и первичной обработки древесины применен и задействован не был. Обвинение предъявлено в незаконной рубке древесины, а не в ее краже. Автомобиль «Тойота Камри» является легковым седаном, не является специальным грузовым транспортным средством для перевозки грузов. Изначально планировал перевезти древесину на грузовом автомобиле своего друга, но грузовик сломался.

Также не соглашается с осуждением обжалуемым приговором ФИО2, в обоснование позиции ссылается на то, что ФИО2 не принимал участия в процессе спиливания деревьев, оставался на дачном участке, приехал на место, когда процесс спиливания и первичной обработки был завершен. Независимо от признания вины суд должен был дать оценку его действиям с учетом требований закона и других доказательств, критически отнестись к показаниям обвиняемых. Обращает внимание, что при допросе фразу «незаконная рубка» никогда не использовали, показания напечатаны следователем, вместе с тем замечания на протокол допроса не писали, поскольку юридически не образованы, адвокаты промолчали, поскольку формально присутствовали при допросах и очных ставках.

Ссылаясь на положения ст. 6 УК РФ, а также разъяснения, содержащиеся в п. 1 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 22 декабря 2015 года № 58 «О практике назначения судами Российской Федерации уголовного наказания» полагает, что с учетом обстоятельств произошедшего, его личности, отношения к содеянному, отсутствия крупного ущерба, возмещения в полном объеме причиненного экологии ущерба в совокупности с изъятием самой древесины полагает достаточным наказание в виде лишения свободы, просит не лишать его имущества, стоимость которого в десятки раз больше, чем сумма ущерба по делу.

Просит приговор Ангарского городского суда Иркутской области от 13 февраля 2026 года в части конфискации и обращения в собственность государства в соответствии с п. «г» ч. 1 ст. 104.1 УК РФ автомобиля «Тойота Камри» Дата изъята с государственным регистрационным знаком Номер изъят изменить, указанный автомобиль оставить по принадлежности у ФИО1

В заявлении, поступившем в Иркутский областной суд 27 марта 2026 года, ФИО1 указывает, что приговором суда установлены смягчающие наказание обстоятельства и не установлены отягчающие обстоятельства, назначенное наказание не превышает трех лет лишения свободы, ранее не судим; искренне раскаивается в содеянном; использовать древесину в коммерческих целях не планировал, дрова необходимы были для отопления дома; изначально планировал спил только одного дерева; его действиями причинен небольшой ущерб экологии. Просит изменить категорию преступления на менее тяжкую, прекратить уголовное преследование в отношении него с назначением меры уголовно-правового характера в виде судебного штрафа на основании ст. 25.1 УПК РФ.

В апелляционной жалобе осужденный ФИО2 также не соглашается с приговором, полагает себя невиновным. Указывает, что соучастником преступления не являлся, поскольку материалами дела установлено, что он не принимал участия в процессе спиливания деревьев. Ссылаясь на разъяснения, содержащиеся в п. 16 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 8 октября 2012 года № 21 «О применении судами законодательства об ответственности за нарушения в области охраны окружающей среды и природопользования», считает, что преступление окончено в момент получения сегментов стволов. Просит его оправдать.

В заявлении, поступившем в Иркутский областной суд 27 марта 2026 года, ФИО2 указывает, что приговором суда установлены смягчающие наказание обстоятельства и не установлены отягчающие обстоятельства, назначенное наказание не превышает трех лет лишения свободы, ранее он не судим. Кроме того, после совершения преступления он не задерживался, добровольно явился с повинной, о чем в деле имеется соответствующий протокол, активно способствовал раскрытию преступления, давал изобличающие показания в отношении других подсудимых, причиненный ущерб возмещен в полном объеме его семьей, древесина изъята, ранее он не судим. Мотивом совершения преступления явилось желание помочь пожилому отцу ФИО1 погрузить тяжести, о чем он его попросил. С учетом фактических обстоятельств совершения преступления и степени общественной опасности просит изменить категорию преступления на менее тяжкую, прекратить в отношении него уголовное преследование в связи с деятельным раскаянием на основании ст. 28 УПК РФ.

В возражениях на апелляционные жалобы осужденных ФИО1 и ФИО2 государственный обвинитель Рыбкина В.Ю. приводит доводы о законности приговора, просит доводы апелляционных жалоб оставить без удовлетворения, приговор суда – без изменения.

Выслушав стороны, изучив материалы уголовного дела, обсудив доводы апелляционных жалоб и дополнений к ним, представленных возражений, судебная коллегия приходит к следующему.

Уголовное дело рассмотрено с соблюдением предусмотренного ст. 15 УПК РФ принципа состязательности сторон. Судом созданы необходимые условия для исполнения сторонами их процессуальных обязанностей и осуществления предоставленных им прав.

Как следует из протокола судебного заседания, суд не ограничивал прав участников процесса, предоставлял сторонам равные возможности в исследовании доказательств и разрешении ходатайств.

Оснований для вывода об обвинительном уклоне судебного разбирательства судебная коллегия не усматривает.

Выводы суда первой инстанции о доказанности вины ФИО1 и ФИО3, в отношении которого приговор не обжалован, при пособничестве ФИО2, в совершении незаконной рубки лесных насаждений в значительном размере группой лиц по предварительному сговору, подтверждены исследованными в судебном заседании доказательствами, которые полно и подробно изложены в приговоре, получены с соблюдением требований уголовно-процессуального закона, согласуются между собой по фактическим обстоятельствам, дополняют друг друга, не содержат существенных противоречий, в связи с чем, правильно признаны судом достоверными и приняты за основу при постановлении приговора. Вопреки доводам жалобы, фактические обстоятельства уголовного дела и все обстоятельства, предусмотренные ст. 73 УПК РФ, судом первой инстанции установлены правильно.

Вопреки доводам жалоб, обстоятельства, при которых совершено преступление, и которые в силу ст. 73 УПК РФ подлежали доказыванию, судом установлены верно, на основании не только признательных показаний ФИО1, ФИО3 и ФИО2, данных в ходе предварительного расследования и признанных судом достоверными, но и показаний представителя потерпевшего Б., а также оглашенных в судебном заседании показаний свидетелей Свидетель №1, Свидетель №4, Свидетель №2, Свидетель №3, данных ими на предварительном следствии, протоколов осмотра места происшествия, протоколов личного досмотра, протоколов проверки показаний на месте, и других доказательств, содержание которых подробно приведено в описательно-мотивировочной части приговора.

Выводы суда о доказанности вины, квалификации действий каждого из осуждённых должным образом мотивированы, в том числе касаемо действий ФИО2, которые обжалуются стороной защиты, полагающей, что он должен быть оправдан.

Вместе с тем, позиция стороны защиты ФИО2 основана на неправильном толковании уголовного закона, в том числе разъяснений Пленума Верховного Суда РФ. Действительно, п. 16 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 18 октября 2012 года № 21 «О применении судами законодательства об ответственности за нарушения в области охраны окружающей среды и природопользования», на который ссылается сторона защиты, предусмотрены действия, которые охватываются объективной стороной данного преступления. Суд правильно пришёл к выводу о том, что ФИО2 в отличие от остальных осуждённых объективную сторону ч. 3 ст. 260 УК РФ непосредственно не совершал, поэтому его действия должны быть квалифицированы как пособничество. При этом суд обоснованно руководствовался и разъяснениями, которые даны в п. 19 того же Пленума Верховного Суда РФ, согласно которому в случаях, когда согласно предварительной договоренности между соучастниками незаконной рубки насаждений в соответствии с распределением ролей каждый из них совершает отдельное действие, входящее в объективную сторону преступления (осуществляет спиливание (срубание или срезание), либо трелевку древесины, либо первичную обработку и (или) хранение в лесу), все они несут уголовную ответственность за незаконную рубку, совершенную группой лиц по предварительному сговору. Если лицо непосредственно не совершает каких-либо действий, входящих в объективную сторону преступления, но, например, указывает место незаконной рубки, объем подлежащих незаконной рубке деревьев, предоставляет в этих целях необходимую технику и горюче-смазочные материалы, заранее обещает приобрести или сбыть незаконно заготовленную древесину, то при отсутствии признаков участия в составе организованной группы его действия надлежит квалифицировать как соучастие в содеянном со ссылкой соответственно на чч. 3, 4 или 5 ст. 33 УК РФ.

Таким образом, суд совершенно верно пришёл к выводу, о том, что действия ФИО2 относятся к пособничеству, поскольку, во-первых, осуждённые изначально договорились о совершении рубки, то есть они распределили роли до начала совершения преступления, что и является одним из квалифицирующих признаков совершения преступления группой лиц по предварительному сговору. При этом ФИО2 действовал в соответствии с заранее разработанным планом, ему досталась именно роль пособника, так как он участвовал в совершении преступления путем разгрузки, загрузки незаконно заготовленной древесины. Как видно из материалов уголовного дела, о том, что древесина заготовлена незаконно ФИО2 было известно, и он своими действиями оказывал содействие в реализации единого преступного плана. Установив данные обстоятельства, суд совершенно обоснованно пришел к выводу о том, что действия последнего должны квалифицироваться именно через ч. 5 ст. 33 УК РФ.

Таким образом, судом правильно установлены фактические обстоятельства, при которых было совершено преступление, дана верная квалификация действиям каждого из осуждённых.

С учётом материалов уголовного дела, сведений о личности каждого осуждённого, их поведения в судебном заседании, судебная коллегия признаёт обоснованным вывод суда первой инстанции о вменяемости ФИО1, ФИО2 и их возможности нести уголовную ответственность за совершённые ими преступления.

Проверяя законность и обсуждая вопросы, касающиеся назначенного ФИО1 и ФИО2 наказания, судебная коллегия считает, что выводы суда о виде и размере назначенного наказания надлежащим образом мотивированы в приговоре, наказание назначено с учётом характера и степени общественной опасности преступления, степени фактического участия каждого из них в совершении преступления, за которое они осуждены, с учётом данных о личности осуждённых, обстоятельств, смягчающих наказание, а также влияния наказания на исправление осуждённых и на условия жизни их семей.

При отсутствии обстоятельств, отягчающих наказание, суд в соответствии со ст. 61 УК РФ в качестве обстоятельств, смягчающих наказание, обоснованно учёл осуждённым: активное способствование раскрытию и расследованию преступления, выразившееся в даче подробных изобличающих себя и иных соучастников преступления показаний об обстоятельствах его совершения и роли каждого, в том числе при даче объяснений, данных еще до возбуждения уголовного дела (п.«и» ч.1 ст. 61 УК РФ); добровольное возмещение вреда, причиненного преступлением, путем внесения ФИО1 суммы 44 142 рубля 00 копеек на счет Администрации Ангарского городского округа, и последующего возмещения ему части указанной суммы ФИО2 и ФИО3 (п. «к» ч.1 ст.61 УК РФ). Кроме того, в соответствии с ч. 2 ст. 61 УК РФ смягчающими наказание обстоятельствами суд признал полное признание вины, раскаяние в содеянном, совершение преступления впервые, положительные характеристики, неблагополучное состояние здоровья.

Суд правильно не усмотрел оснований для признания явки с повинной ФИО2 в качестве смягчающего обстоятельства, предусмотренного п. «и» ч.1 ст.61 УК РФ, поскольку она дана им 26 сентября 2025 года уже после того и в связи с тем, что его застали непосредственно на месте совершения преступления. Данную явку с повинной суд обоснованно расценил, как чистосердечное признание, которое учёл в качестве смягчающего обстоятельства ФИО2 в соответствии с ч.2 ст.61 УК РФ. Иных обстоятельств, смягчающих наказание, судом не установлено, не находит таковых и судебная коллегия.

Назначение наказания в виде лишения свободы условно, отсутствие оснований для применения в отношении ФИО1 и ФИО2 положений ч. 6 ст. 15 УК РФ, судом первой инстанции надлежаще мотивировано. Исключительных обстоятельств, связанных с целями и мотивами преступления, за которое осуждены ФИО1 и ФИО2, ролью виновного, его поведением до и после совершения преступления, и других обстоятельств, существенно уменьшающих степень общественной опасности преступления, судебной коллегией по делу не установлено, поэтому оснований для применения ст. 64 УК РФ не имеется.

Оснований для признания назначенного ФИО1 и ФИО2 наказания чрезмерно суровым не имеется. Наказание назначено в полном соответствии с требованиями ст. ст. 6, 43, 60, 61 УК РФ, является справедливым и соразмерным содеянному.

Исходя из вышеизложенного, оснований для удовлетворения заявлений ФИО1 об изменении категории преступления на менее тяжкую и прекращении уголовного преследования в отношении него с назначением меры уголовно-правового характера в виде судебного штрафа на основании ст. 25.1 УПК РФ, и ФИО2 об изменении категории преступления на менее тяжкую и прекращении в отношении него уголовного преследования в связи с деятельным раскаянием на основании ст. 28 УПК РФ, судебная коллегия не находит.

Вопрос о вещественных доказательствах разрешён судом в соответствии с п.1 ч.3 ст.81 УПК РФ и п. «г» ч.1 ст.104.1 УК РФ, согласно которым орудия, оборудования или иные средства совершения преступления, принадлежащие обвиняемому, подлежат конфискации.

Установленное следственным органом и судом использование осуждёнными при совершении преступления, принадлежащих ФИО1 на праве личной собственности бензопилы "HusqvBrna" 5200 оранжевого цвета и транспортного средства – автомобиля марки Тойота Камри (TOYOTACAMRY), с государственным регистрационным знаком Номер изъят регион, сомнений не вызывает.

Указанные предметы в ходе предварительного расследования осмотрены и признаны вещественными доказательствами.

При постановлении приговора суд обоснованно пришёл к выводу, что бензопила относится к орудию, а автомашина к средству совершения преступления и постановил конфисковать в доход государства бензопилу «HusqvBrna» 5200 оранжевого цвета и транспортное средство – автомобиль марки Тойота Камри (TOYOTACAMRY), с государственным регистрационным знаком Номер изъят регион, принадлежащие ФИО1

Вопреки доводам апелляционной жалобы, принимая решение о конфискации автомобиля марки «Тойота Камри» (TOYOTACAMRY), с государственным регистрационным знаком Номер изъят регион, суд первой инстанции обоснованно указал о том, что данное транспортное средство использовалось при совершении преступления, что соответствует фактическим обстоятельствам.

Положениями п. «г» ч. 1 ст. 104.1 УК РФ предусмотрена конфискация орудий, оборудования или иных средств совершения преступления, принадлежащих обвиняемому.

По смыслу п. 1 ч. 1 ст. 81 УПК РФ под орудиями преступления понимаются предметы, непосредственно использованные в процессе совершения преступления в целях достижения преступного результата, при условии, что их использование имело непосредственное отношение к исполнению действий, образующих объективную сторону состава преступления.

То есть, по смыслу закона, транспортное средство может быть признано в качестве орудия или средства преступления, если оно непосредственно использовалось при реализации действий, образующих объективную сторону преступления.

По настоящему уголовному делу судом установлено, что на конфискованном автомобиле осужденные осуществляли перевозку незаконно заготовленной древесины. Кроме того, именно на данном автомобиле осуждённые прибыли к месту совершения преступления, доставили орудие преступления. Довод стороны защиты о том, что данный автомобиль является легковым седаном, а не грузовым транспортным средством, не влияет на выводы суда о необходимости его конфискации, поскольку данное обстоятельство не препятствовало осуждённым использовать его как средство совершения преступления.

Таким образом, из установленных судом фактических обстоятельств следует, что названое транспортное средство использовалось для выполнения объективной стороны преступления, то есть являлось средством совершения указанного преступления. Данных о том, что указанный автомобиль является для ФИО1 основным источником средств к существованию, и его конфискация существенно негативно повлияет на условия жизни его семьи, не установлено.

При таких обстоятельствах решение суда первой инстанции о конфискации автомобиля, принадлежащего осужденному ФИО1, является обоснованным, оснований согласиться с доводами жалобы осужденного ФИО1 у суда апелляционной инстанции не имеется.

Нарушений уголовно-процессуального закона, которые путём лишения или ограничения гарантированных законом прав участников уголовного судопроизводства, несоблюдения процедуры судопроизводства или иным путём повлияли или могли повлиять на постановление законного, обоснованного и справедливого приговора по делу, и влекущих его отмену или изменение, не установлено.

Нарушений уголовно-процессуального закона, которые путём лишения или ограничения гарантированных законом прав участников уголовного судопроизводства, несоблюдения процедуры судопроизводства или иным путем повлияли или могли повлиять на постановление законного и обоснованного приговора по делу, и влекущих его отмену по доводам апелляционных жалоб, судебная коллегия не усматривает.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 38920, 38928, 38933 УПК РФ, судебная коллегия

О П Р Е Д Е Л И Л А:

Приговор Ангарского городского суда Иркутской области от 13 февраля 2026 года в отношении ФИО1, ФИО2 – оставить без изменения, апелляционные жалобы осуждённых ФИО1 и ФИО2 – без удовлетворения.

Апелляционное определение может быть обжаловано в кассационном порядке, предусмотренном главой 47.1 УПК РФ, в судебную коллегию по уголовным делам Восьмого кассационного суда общей юрисдикции (г. Кемерово) через суд первой инстанции в течение шести месяцев со дня его вынесения.

В случае обжалования осуждённые вправе ходатайствовать об участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий А.П. Шовкомуд

Судьи Т.Н. Кашина

И.В. Поправко