Постановление № 22К-317/2023 КА-317/2023 от 18 июня 2023 г. по делу № №3/1-64/2023

Судья Багдасаров А.А.

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ
ПОСТАНОВЛЕНИЕ №КА-317/2023

ДД.ММ.ГГГГ <адрес>

Судебная коллегия по уголовным делам Южного окружного военного суда в составе председательствующего ФИО6, при помощнике судьи ФИО3, с участием военного прокурора отдела военной прокуратуры Южного военного округа <данные изъяты> ФИО4, подозреваемого ФИО1 и защитника ФИО7 рассмотрела материалы досудебного производства по апелляционной жалобе указанного защитника на постановление судьи Ростовского-на-Дону гарнизонного военного суда от ДД.ММ.ГГГГ, в соответствии с которым военнослужащему войсковой части № <данные изъяты>

Козаку ФИО8, родившемуся ДД.ММ.ГГГГ в <адрес>, несудимому, проходящему военную службу по контракту с августа 1997 г.,

подозреваемому в совершении преступлений, предусмотренных ч. 4 ст. 111 и ч. 5 ст. 286 УК РФ, избрана мера пресечения в виде заключения под стражу на срок 2 месяца, то есть до ДД.ММ.ГГГГ

Заслушав доклад председательствующего ФИО6, выступления подозреваемого ФИО1 и защитник ФИО7 в поддержку доводов апелляционной жалобы, а также возражения прокурора ФИО4, судебная коллегия

установила:

согласно представленным материалам органами предварительного следствия ФИО1 подозревается в умышленном причинении тяжкого вреда здоровью человека, повлекшего по неосторожности смерть потерпевшего, а также в превышении должностных полномочий, явно выходящих за пределы его полномочий и повлекших по неосторожности смерть потерпевшего.

ДД.ММ.ГГГГ в отношении ФИО1 и иного лица возбуждено уголовное дело по ч. 4 ст. 111 и ч. 5 ст. 286 УК РФ.

ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 задержан в порядке ст. 91,92 УПК РФ.

ДД.ММ.ГГГГ старший следователь 1 военного следственного отдела военного следственного управления Следственного комитета РФ по ОГВ (с) (далее - следователь), в производстве которого находилось уголовное дело, с согласия руководителя следственного органа обратился в Ростовский-на-Дону гарнизонный военный суд с ходатайством об избрании подозреваемому ФИО1 меры пресечения в виде заключения под стражу на срок 2 месяца.

В обоснование ходатайства следователь указал, что ФИО1 подозревается в совершении двух преступлений особой тяжести, за которые уголовным законом предусмотрено наказание в виде лишения свободы на срок до пятнадцати лет, в связи с чем последний, находясь на свободе, под угрозой возможного назначения наказания в виде реального лишения свободы на длительный срок, может скрыться от органов предварительного следствия и суда, либо иным путем воспрепятствовать производству по уголовному делу.

Постановлением судьи Ростовского-на-Дону гарнизонного военного суда от ДД.ММ.ГГГГ, вынесенным по итогам рассмотрения вышеуказанного ходатайства следователя, подозреваемому ФИО1 избрана мера пресечения в виде заключения под стражу на срок 2 месяца, то есть до ДД.ММ.ГГГГ

В апелляционной жалобе защитник Кононов, считая указанное постановление судьи об избрании ФИО1 меры пресечения в виде заключения под стражу незаконным и необоснованным, просит его отменить.

В обоснование апелляционной жалобы ее автор, ссылаясь на положения уголовно-процессуального закона и постановление Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ № «О практике применения судами законодательства о мерах пресечения в виде заключения под стражу, домашнего ареста, залога и запрета определенных действий» (далее - постановление Пленума Верховного Суда РФ), утверждает, что у судьи гарнизонного военного суда не имелось фактических и правовых оснований для избрания ФИО1 меры пресечения в виде заключения под стражу, поскольку достаточных данных, свидетельствующих о наличии у подозреваемого намерений совершить действия, перечисленные в ч. 1 ст. 97 УПК РФ, следователь в суд не представил, а вывод судьи в постановлении о необходимости содержания ФИО1 под стражей основан исключительно на предположениях, а также неверном толковании норм уголовно-процессуального закона.

При этом, как полагает автор апелляционной жалобы, удовлетворяя заявленное следователем ходатайство, судья не учел, что в период производства предварительного следствия по данному уголовному делу, ФИО1, имея реальную возможность, попыток скрыться от следствия не предпринимал, регулярно являлся по вызовам следователя, активно принимал участие в проведении следственных действий.

По мнению защитника, указанные обстоятельства объективно свидетельствовали о возможности применения в отношении ФИО1 меры пресечения в виде наблюдения командования воинской части.

Кроме того, автор жалобы указывает на то, что ФИО1 не подлежал задержанию без официального представителя органов федеральной службы безопасности или решения суда, а также обращает внимание на то, что судья необоснованно продлил срок содержания под стражей свыше 2-х месяцев, то есть до ДД.ММ.ГГГГ

Рассмотрев материалы досудебного производства, изучив доводы апелляционной жалобы, судебная коллегия приходит к следующим выводам.

Как видно из протокола судебного заседания, в ходе судебного разбирательства в соответствии со ст. 15, 244 и 274 УПК РФ обеспечено равенство прав сторон, которым судья гарнизонного военного суда, сохраняя объективность и беспристрастность, в условиях состязательного процесса создал необходимые условия для всестороннего и полного исследования всех материалов досудебного производства, имеющих значение для правильного разрешения вопроса о мере пресечении в отношении подозреваемого ФИО1 и определения ее вида.

При этом сведений о том, что судебное разбирательство проводилось формально, а судья отдавал предпочтение какой-либо из сторон, из протокола судебного заседания не усматривается. Участникам процесса предоставлена возможность обосновать свою позицию по рассматриваемому вопросу, в том числе высказаться о применении в отношении ФИО1 иной, более мягкой меры пресечения, чем заключение под стражу, а также представить в подтверждение своих доводов соответствующие материалы, и в реализации этого права стороны ограничены не были.

Все представленные сторонами материалы надлежащим образом исследованы судьей, а заявленные участниками судебного разбирательства ходатайства разрешены в установленном законом порядке.

Вопреки утверждению стороны защиты, вывод судьи о необходимости избрания подозреваемому ФИО1 меры пресечения в виде заключения под стражу ввиду невозможности применения к нему иной, более мягкой меры пресечения, является правильным и соответствует фактическим обстоятельствам, установленным в ходе судебного разбирательства на основании исследования и тщательного анализа представленных материалов.

В судебном постановлении в соответствии с требованиями ст. 97, 99, 100, 108 и 109 УПК РФ изложены убедительные мотивы принятого решения с надлежащим его обоснованием, что соответствует положениям ч. 4 ст. 7 УПК РФ о законности, обоснованности и мотивированности судебного решения.

Согласно п. 1-3 ч. 1 ст. 97 УПК РФ дознаватель, следователь, а также суд в пределах предоставленных им полномочий вправе избрать обвиняемому, подозреваемому одну из мер пресечения, предусмотренных УПК РФ, при наличии достаточных оснований полагать, что подозреваемый (обвиняемый) скроется от органов предварительного следствия или суда, может продолжать заниматься преступной деятельностью, угрожать свидетелям, иным участникам уголовного судопроизводства, уничтожить доказательства либо иным путем воспрепятствовать производству по уголовному делу.

При этом, исходя из требований, закрепленных в ст. 99 УПК РФ, при решении вопроса о необходимости избрания меры пресечения в отношении подозреваемого (обвиняемого) в совершении преступления и определения ее вида при наличии оснований, предусмотренных ст. 97 УПК РФ, должны учитываться также тяжесть преступления, сведения о личности подозреваемого (обвиняемого), его возраст, состояние здоровья, семейное положение, род занятий и другие обстоятельства.

Согласно положениям ст. 100 УПК РФ в исключительных случаях при наличии оснований, предусмотренных ст. 97 УПК РФ, и с учетом обстоятельств, указанных в ст. 99 УПК РФ, мера пресечения может быть избрана в отношении подозреваемого.

В силу требований ч. 1 ст. 108 УПК РФ заключение под стражу в качестве меры пресечения применяется по судебному решению в отношении подозреваемого (обвиняемого) в совершении преступлений, за которые уголовным законом предусмотрено наказание в виде лишения свободы на срок свыше трех лет при невозможности применения иной, более мягкой, меры пресечения. При избрании меры пресечения в виде заключения под стражу в постановлении судьи должны быть указаны конкретные, фактические обстоятельства, на основании которых судья принял такое решение.

При этом в качестве оснований для избрания меры пресечения в виде заключения под стражу, как это разъяснено в п. 5 постановления Пленума Верховного Суда РФ, могут быть признаны такие фактические обстоятельства, которые свидетельствуют о реальной возможности совершения подозреваемым (обвиняемым) действий, указанных в ст. 97 УПК РФ, и невозможности беспрепятственного осуществления уголовного судопроизводства посредством применения в отношении лица иной меры пресечения. В частности, о том, что лицо может скрыться от предварительного следствия или суда, на первоначальных этапах производства по уголовному делу могут свидетельствовать тяжесть выдвинутого подозрения и возможность назначения наказания в виде лишения свободы на длительный срок.

Из представленных в суд материалов усматривается, что уголовное дело в отношении ФИО1 возбуждено в соответствии законом и расследуется, а ходатайство об избрании ему меры пресечения в виде заключения под стражу инициировано и поддержано уполномоченными на то лицами в установленном уголовно-процессуальным законом порядке, должным образом мотивировано, в том числе о невозможности избрания иной, более мягкой меры пресечения, и отвечает требованиям ст. 108 УПК РФ.

Органами предварительного следствия ФИО1 подозревается в совершении двух преступлений особой тяжести, за которые уголовным законом предусмотрены безальтернативные наказания в виде лишения свободы, в том числе на срок до пятнадцати лет.

При этом обоснованность подозрения в возможной причастности ФИО1 к совершению инкриминируемых ему деяний подтверждается представленными в суд материалами, в том числе показаниями свидетелей.

Вышеприведенные сведения должным образом проанализированы и оценены судьей в совокупности с данными о личности ФИО1, что с учетом следственной ситуации, обусловленной начальным этапом расследования, позволило судье прийти к правильному выводу о наличии исключительного случая и необходимости избрания в отношении ФИО1 меры пресечения в виде заключения под стражу ввиду невозможности применения к нему иной, более мягкой меры пресечения, в том числе в виде наблюдения командования воинской части.

Оснований не согласиться с таким выводом судьи гарнизонного военного суда у судебной коллегии не имеется, поскольку он основан на тщательном анализе и правильном оценке исследованных в судебном заседании материалах досудебного производства и соответствует как вышеприведенным требования уголовно-процессуального закона и разъяснениям, изложенным в п. 5 постановления Пленума Верховного Суда РФ, так и правовой позиции, сформулированной в п. 3.4 постановления Конституционного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ №-П, согласно которой при избрании по судебному решению меры пресечения в виде заключения под стражу должна обеспечиваться соразмерность ограничений, связанных с применением в отношении лица заключения под стражу в качестве меры пресечения, тяжести инкриминируемого ему преступления, его личности и поведению в период производства по уголовному делу, а также наказанию, которое может быть назначено в случае признания его виновным в совершении преступления.

Несогласие же автора апелляционной жалобы с правильной оценкой исследованных в судебном заседании материалов, само по себе не влечет необходимости их переоценки и безусловным основанием для изменения избранной в отношении ФИО1 меры пресечения в виде заключения под стражу не является.

Ввиду изложенного утверждение автора апелляционной жалобы об отсутствии у судьи фактических и правовых оснований для избрания подозреваемому ФИО1 меры пресечения в виде заключения по стражу, равно как и доводы о том, что следователь не представил в суд достаточных данных, объективно подтверждающих возможность совершения ФИО1 действий, перечисленных в ч. 1 ст. 97 УК РФ, а выводы судьи основаны на неверном толковании норм уголовно-процессуального закона и его субъективном отношении к разрешаемому вопросу, являются несостоятельными.

Нельзя признать состоятельным и довод автора апелляционной жалобы о том, что задержание в порядке ст. 91,92 УПК РФ ФИО1 произведено с нарушением закона, поскольку в материалах досудебного производства отсутствуют сведения о том, что в указанное время ФИО1 находился при исполнении служебных обязанностей по смыслу ст. 17 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ № 40-ФЗ «О федеральной службе безопасности», не представлены они и в суд апелляционной инстанции.

Как видно из протокола судебного заседания и содержания обжалуемого судебного постановления, при разрешении ходатайства следователя судье были известны данные о личности ФИО1 (положительно характеризуется), в том числе и то, что последний имеет статус участника боевых действий и проходит военной службы по контракту в воинской части, которая принимает участие в специальной военной операции.

Вместе с тем указанные сведения, равно как и иные положительные данные о личности подозреваемого, с учетом характера и степени тяжести выдвинутого в отношении ФИО1 подозрения в совершении преступлений, объектами посягательства которых являются жизнь и здоровье, а также государственная власть, сами по себе безусловными основаниями для применения в отношении ФИО1 иной, более мягкой меры пресечения, чем заключение под стражу, не являются.

Каких-либо данных, объективно свидетельствующих о наличии обстоятельств, препятствующих содержанию ФИО1 под стражей, в том числе и по состоянию его здоровья, в материалах досудебного производства не содержится, в ходе судебного разбирательства судьей не установлено и в суд апелляционной инстанции не представлено.

Таким образом, нарушений уголовно-процессуального закона, влекущих отмену обжалуемого судебного постановления, судьей гарнизонного военного суда при рассмотрении и разрешении ходатайства следователя об избрании подозреваемому ФИО1 меры пресечения в виде заключения под стражу не допущено.

Вместе с тем, проверяя законность и обоснованность обжалуемого судебного решения, судебная коллегия считает необходимым постановление судьи изменить по следующим основаниям.

Так, в соответствии со ст. 109 УПК РФ содержание под стражей при расследовании преступлений не может превышать 2 месяца.

При этом согласно разъяснениям, содержащимся в пп. 19 и 20 указанного выше постановления Пленума Верховного Суда РФ, по смыслу ст. 109 УПК РФ, сроки содержания под стражей исчисляются сутками и месяцами. Исходя из положений чч. 9 и 10 указанной статьи, течение срока содержания под стражей начинается в день заключения лица под стражу на основании судебного решения об избрании заключения под стражу в качестве меры пресечения и истекает в 24 часа последних суток срока независимо от того, приходится ли его окончание на рабочий или нерабочий день. При избрании меры пресечения в виде заключения под стражу, а также при продлении срока ее действия суду следует определять не только продолжительность периода содержания подозреваемого, обвиняемого под стражей, но и дату его окончания. Для правильного установления даты окончания срока содержания под стражей необходимо учитывать положения ч. 10 ст. 109 УПК РФ, в соответствии с которыми в срок содержания под стражей засчитывается время, на которое лицо было задержано в качестве подозреваемого.

Между тем вышеуказанные положения ч. 10 ст. 109 УПК РФ судьей гарнизонного военного суда при вынесении обжалуемого судебного постановления не были учтены.

Так, указав в резолютивной части судебного постановления срок избранной подозреваемому ФИО1 меры пресечения в виде заключения под стражу на срок 2 месяца, судья ошибочно исчислил окончание этого срока до ДД.ММ.ГГГГ, в то время как указанный срок, с учетом задержания ФИО1 ДД.ММ.ГГГГ в порядке ст. 91,92 УПК РФ, необходимо было установить до ДД.ММ.ГГГГ

При таких данных постановление судьи подлежит изменению ввиду существенного нарушения уголовно-процессуального закона, что не ухудшает положение ФИО1 и не нарушает его право на защиту.

На основании изложенного, руководствуясь ст. 38915, 38917, 38919, 38920, 38928 и 38933 УПК РФ, судебная коллегия

постановила:

постановление судьи Ростовского-на-Дону гарнизонного военного суда от ДД.ММ.ГГГГ об избрании подозреваемому Козаку ФИО9 меры пресечения в виде заключения под стражу - изменить.

Считать, что подозреваемому Козаку ФИО10 избрана мера пресечения в виде заключения под стражу на срок 2 (два) месяца, то есть до ДД.ММ.ГГГГ

В остальной части судебное постановление оставить без изменения, а апелляционную жалобу защитника ФИО7 - без удовлетворения.

Настоящее апелляционное постановление может быть обжаловано в Кассационный военный суд в порядке и сроки, предусмотренные гл. 471 УПК РФ.

В случае направления материалов досудебного производства в Кассационный военный суд для рассмотрения в кассационном порядке обвиняемый вправе ходатайствовать о своем участии в заседании суда кассационной инстанции, поручить осуществление своей защиты избранному им защитнику, отказаться от защитника либо ходатайствовать перед судом кассационной инстанции о назначении ему защитника.

ФИО5 ФИО6