Решение № 2-1840/2019 2-1840/2019~М-844/2019 М-844/2019 от 10 апреля 2019 г. по делу № 2-1840/2019

Дело № 2-1840/2019


Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

11 апреля 2019 года г. Липецк

Советский районный суд г. Липецка в составе:

Председательствующего судьи Калинчевой С.Г.,

при секретаре Овечкиной М.С.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к Обществу с ограниченной ответственностью «Липецкая почтовая служба», Обществу с ограниченной ответственностью «Адэкко» о взыскании компенсации морального вреда,

У С Т А Н О В И Л:

ФИО1 обратилась в суд с иском о взыскании компенсации морального вреда с ООО «Липецкая почтовая служба» в размере 90 000 руб., ООО «Адэкко» в размере 80 000 руб., указывая в своем заявлении, что в 2005 году она осуществляла трудовую деятельность в Липецком филиале ООО «Адэкко», работая в должности <данные изъяты>. 03 августа 2005 года произошел несчастный случай на производстве, был составлен акт о несчастном случае на производстве. Несчастный случай произошел в момент выполнения истцом производственного задания по установке и фиксации трубки под слив конденсата при помощи пневматической дрели. Вращающийся патрон дрели зацепил перчатку на руке, в результате чего, была получена травма <данные изъяты>. Первоначально был поставлен диагноз «<данные изъяты>». В последствие диагноз был дополнен «<данные изъяты>». В связи с произошедшим несчастным случаем у истца был <данные изъяты> она испытывала постоянные боли <данные изъяты>. В последствие из-за травмы сформировался <данные изъяты>. До настоящего времени сохраняются <данные изъяты> В 2018 году истец по данной травме лечилась в дневном стационаре, поскольку, у нее хронические <данные изъяты>, усиливающиеся при нагрузке, <данные изъяты>. Диагноз «<данные изъяты>». В связи с травмой истцу пришлось оставить работу <данные изъяты>, поскольку, травмированная рука не давала возможности корректно выполнять необходимые действия при работе.

В 2015 году истец работала <данные изъяты>». 20 января 2015 года она получила письма для доставки адресатам. В 17 час. 50 мин. зашла в подъезд дома 83 по ул. Гагарина г. Липецка, опустила извещение в почтовый ящик, когда выходила из подъезда было темно, нога соскользнула со ступеньки и подернулась, ФИО1 ударилась ногой о ступеньку. В травмпункте в 18 час. 50 мин. ей поставили диагноз <данные изъяты> и направили в поликлинику для лечения. На следующий день в поликлинике ей был поставлен диагноз <данные изъяты> На больничном она находилась до 20 апреля 2015 года. Лечили консервативно, гипсовой повязкой на 3 месяца. ФИО1 указала, что с момента травмы и по настоящее время она постоянно чувствует <данные изъяты>. По заключению РКТ - диагностики в 2016 году у нее <данные изъяты>. В 2018 году у ее отмечалась <данные изъяты>, <данные изъяты> из-за болевого синдрома. <данные изъяты>. Из-за травмы работать <данные изъяты> она не смогла.

Указала, что ей была установлена <данные изъяты>.

В судебном заседании представитель истца по ордеру адвокат Старикова А.В. заявленные истом исковые требования поддержала в полном объеме, исходя из доводов, изложенных в исковом заявлении, просила взыскать с компенсацию морального вреда с ООО «Липецкая почтовая служба» в размере 90 000 руб., ООО «Адэкко» в размере 80 000 руб. Представитель истца заявил ходатайство о назначении по делу судебной медицинской экспертизы с целью определения утраты трудоспособности истца по травмам от 03 августа 2005 года и 20 января 2015 года.

Ранее в судебном заседании 19 марта 2019 года истец, также, поддержала заявленные требования, указав, что испытывает и после первой и после второй производственной травмы болевые синдромы, ограниченность в движениях, нуждается в постоянном лечении, в том числе, и санаторно-курортном. Указала, что факт получения ей именно производственных травм подтверждается актами о страховом случае на производстве, составленными как ООО «Адэкко», так и ООО «Липецкая почтовая служба».

В судебном заседании представитель ответчика ООО «Липецкая почтовая служба» по доверенности ФИО2 заявленные исковые требования в отношении общества не признала, указав, что ФИО1 с 15 января 2015 года по 22 апреля 2015 года работала в ООО «Липецкая почтовая служба» в должности <данные изъяты> при приеме ее на работу с ней был проведен вводных инструктаж и обучение по охране труда и первичный инструктаж на рабочем месте. 20 января 2015 года с истцом произошел несчастный случай, признанный организацией как несчастный случай на производстве, а именно, ФИО1, выходя из подъезда дома 83 по ул. Гагарина г. Липецка подвернула ногу и ударилась пяткой о ступеньки. Согласно медицинскому заключению от 05 марта 2015 года, выданному <данные изъяты> при обращении к врачу травматологу-ортопеду 21 января 2015 года ФИО1 был поставлен диагноз «<данные изъяты>», что относится к категории легкого вреда. Истец находилась на больничном с 21 января 2015 года по 03 апреля 2015 год, при выписке было установлено, что пострадавший выздоровел. ФИО2 указала, что согласно акту № о несчастном случае на производстве от 05 марта 2015 года причиной несчастного случая явилась неосторожность пострадавшего лица, нарушений охраны труда со стороны работодателя не установлены. Кроме того, отметила, что несчастный случай произошел не на территории ООО «Липецкая почтовая служба», а в связи с ненадлежащим содержанием придомовой территории жилого дома. Указала, что вина ООО «Липецкая почтовая служба» в несчастном случае отсутствует.

Истец, представитель ООО «Адэкко» в судебное заседание не явились, о дне слушания дела были извещены своевременно и надлежащим образом.

Выслушав объяснения лиц, участвующих в деле, исследовав материалы дела, суд приходит к выводу, что исковые требования подлежат удовлетворению по следующим основаниям.

Судом установлено, что истец ФИО1 в период с 24 июня 2005 года по 30 июня 2005 года (трудовой договор от 24 июня 2005 года №), с 30 июня 2005 года по 29 июля 2005 года (изменения № к трудовому договору № от 24 июня 2005 года), в период с 12 июля 2005 года по 29 июля 2005 года (изменения № к трудовому договору № от 24 июня 2005 года), в период с 29 июля 2005 года по 31 августа 2005 года (изменения № к трудовому договору № от 24 июня 2005 года) работала <данные изъяты> в ООО «Адэкко».

В акте о несчастном случае на производстве, составленном 31 августа 2005 года, указано, что 03 августа 2005 года в 13 час. 00 мин. произошёл несчастный случай: <данные изъяты> ФИО1 работала на сборочной линии №, выполняла производственное задание по установке и фиксации трубки под слив конденсата при помощи пневматической дрели. Выполнив операцию по установке трубки, ФИО1 случайно нажала пусковую кнопку дрели и вращающийся патрон намотал перчатку, одетую на левую руку ФИО1 В результате ФИО1 получила <данные изъяты>. В п. № акта в качестве причины несчастного случая указана – неосторожность пострадавшей. В п. № акта указано, что лиц, допустивших нарушение требований охраны труда, нет.

Согласно листам нетрудоспособности ФИО1 находилась на больничном в период с 03 августа 2005 года по 26 августа 2005 года. 31 августа 2005 года трудовой договора с ФИО1 был прекращен на основании п. 2 ст. 77 Трудового кодекса Российской Федерации (окончание срочного трудового договора).

Исходя из выписки, содержащейся в индивидуальной карте амбулаторного больного (<данные изъяты> ФИО1, характер и степень тяжести телесных повреждений, полученных ей при несчастном случае на производстве 03 августа 2005 года относится к числу легких производственных травм.

Истцом предоставлена магнитно-резонансная томография от 23 октября 2012 года, в которой указано, что МР картина может соответствовать <данные изъяты>. МР-признаки <данные изъяты>. Киста <данные изъяты>. <данные изъяты>. В выписках из истории болезни ГУЗ «Липецкая областная клиническая больница» указано, что истец проходила стационарное лечение в период с 19 февраля 2018 года по 02 марта 2018 года и в период с 17 сентября 2018 года по 28 сентября 2018 года, в анамнезе заболевания указано, что сформировался <данные изъяты> (со слов травма на работе 03 августа 2005 года).

Судом установлено, что истец ФИО1 в период с 15 января 2015 года (приказ № от 15 января 2015 года, трудовой договор № от 15 января 2015 года) по 22 апреля 2015 года (приказ № от 22 апреля 2015 года) работала в должности <данные изъяты> в ООО «Липецкая почтовая служба» неполный рабочий день (24 часа в неделю) с окладом в размере 9 800 руб. в месяц с учетом фактически отработанного времени.

В акте о несчастном случае на производстве, составленном 05 марта 2015 года, указано, что 20 января 2015 года в 17 час. 50 мин. произошёл несчастный случай: 20 января 2015 года курьеру ФИО1 в 10 часов утра были выданы письма для доставки адресатам. Письма выданы согласно акта-передачи материальных ценностей, где обозначен маршрут курьера. Разобрав письма, курьер отправился на маршрут в 10 час. 45 мин. Со слов ФИО1 в 17 час. 50 мин. она зашла в подъезд <адрес>, опустила извещение в почтовый ящик, а когда выходила обратно из подъезда и стала спускаться по ступенькам, подвернула ногу и ударилась пяткой о ступеньки. 20 января 2015 года в 18 час. 50 мин. на обратилась в поликлинику, где был выписан больничный лист. В п. № акта указано, что согласно медицинскому заключению формы № от 05 марта 2015 года № №, выданному <данные изъяты> установлен диагноз: <данные изъяты>. Указанное повреждение относится к категории легких. В п. № акта в качестве причины несчастного случая указана – неосторожность пострадавшего. В п. № акта указано, что лиц, допустивших нарушение требований охраны труда, не усматривается.

Согласно листам нетрудоспособности ФИО1 находилась на больничном в период с 21 января 2015 года по 03 апреля 2015 года.

Истцом предоставлена медицинская карта амбулаторного больного ГУЗ «Медицинская городская больница скорой медицинской помощи №», согласно которой ФИО1 в 2015 году проходила лечение в связи с травмой, полученной 20 января 2015 года при исполнении должных обязанностей <данные изъяты> в ООО «Липецкая почтовая служба».

Истцом предоставлена РКТ-диагностика от 14 апреля 2016 года, в которой указано, что РКТ картина <данные изъяты> Структура костей на уровне визуализации <данные изъяты> В выписках из истории болезни <данные изъяты>» указано, что истец проходила стационарное лечение в период с 19 февраля 2018 года по 02 марта 2018 года и в период с 17 сентября 2018 года по 28 сентября 2018 года, в анамнезе заболевания указано, что в области правой пяточной кости <данные изъяты> (со слов травма на работе 20 января 2015 года).

Также истец указала, что является <данные изъяты>.

В соответствии с Конституцией Российской Федерации в Российской Федерации охраняются труд и здоровье людей (часть 2 статьи 7), каждый имеет право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены (часть 2 статьи 37), каждый имеет право на охрану здоровья (часть 2 статьи 41), каждому гарантируется право на судебную защиту (часть 1 статьи 46).

Из данных положений Конституции Российской Федерации в их взаимосвязи следует, что каждый имеет право на справедливое и соразмерное возмещение вреда, в том числе и морального, причиненного повреждением здоровья вследствие необеспечения работодателем безопасных условий труда, а также имеет право требовать такого возмещения в судебном порядке.

Работник имеет право на возмещение вреда, причиненного ему в связи с исполнением трудовых обязанностей, и компенсацию морального вреда в порядке, установленном Трудовым кодексом Российской Федерации, иными федеральными законами (часть 1 статьи 21 Трудового кодекса Российской Федерации).

Работодатель обязан соблюдать трудовое законодательство и иные нормативные правовые акты, содержащие нормы трудового права, локальные нормативные акты, условия коллективного договора, соглашений и трудовых договоров; обеспечивать безопасность и условия труда, соответствующие государственным нормативным требованиям охраны труда; возмещать вред, причиненный работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены Трудовым кодексом Российской Федерации, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации (часть 2 статьи 22 Трудового кодекса Российской Федерации).

В силу части 1 статьи 212 Трудового кодекса Российской Федерации обязанности по обеспечению безопасных условий и охраны труда возлагаются на работодателя.

Согласно части 1 статьи 219 Трудового кодекса Российской Федерации каждый работник имеет право на рабочее место, соответствующее требованиям охраны труда, а также гарантии и компенсации, установленные в соответствии с данным Кодексом, коллективным договором, соглашением, локальным нормативным актом, трудовым договором, если он занят на работах с вредными и (или) опасными условиями труда.

Статья 210Статья 210 Трудового кодекса Российской Федерации определяет основные направления государственной политики в области охраны труда. К ним, в частности, относится защита законных интересов работников, пострадавших от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний, а также членов их семей на основе обязательного социального страхования работников от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний.

Обязательное социальное страхование от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний предусматривает, в том числе возмещение вреда, причиненного жизни и здоровью работника при исполнении им обязанностей по трудовому договору. Данные отношения регулируются Федеральным законом от 24 июля 1998 года № 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний», абзац второй пункта 3 статьи 8 которого предусматривает, что возмещение застрахованному морального вреда, причиненного в связи с несчастным случаем на производстве или профессиональным заболеванием, осуществляется причинителем вреда.

Порядок и условия возмещения морального вреда работнику определены статьей 237 Трудового кодекса Российской Федерации, согласно которой моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора. В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

Между тем названная норма Закона не устанавливает ни размер компенсации морального вреда, причиненного работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, ни критерии его определения. Вместе с тем согласно этой норме стороны трудового договора вправе урегулировать эти отношения посредством заключения соглашения.

Соответственно, работник может обратиться с требованием о компенсации морального вреда, причиненного вследствие несчастного случая на производстве, непосредственно к работодателю, который обязан возместить вред работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора.

Согласно разъяснению, содержащемуся в пункте 63 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 года № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации», в соответствии со статьей 237 Трудового кодекса Российской Федерации компенсация морального вреда возмещается в денежной форме в размере, определяемом по соглашению работника и работодателя, а в случае спора факт причинения работнику морального вреда и размер компенсации определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

Из содержания статьи 237 Трудового кодекса Российской Федерации и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации в их взаимосвязи следует, что размер компенсации морального вреда в случае причинения его работнику неправомерными действиями работодателя определяется судом при наличии спора между работником и работодателем о размере такой компенсации.

Согласно ст. 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный личности или имуществу гражданина, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

В силу ст. 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств, механизмов, электрической энергии высокого напряжения, атомной энергии, взрывчатых веществ, сильнодействующих ядов и т.п.; осуществление строительной и иной, связанной с нею деятельности и др.), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего. Владелец источника повышенной опасности может быть освобожден судом от ответственности полностью или частично также по основаниям, предусмотренным пунктами 2 и 3 статьи 1083 ГК РФ.

Согласно ст. 1083 Гражданского кодекса Российской Федерации если грубая неосторожность самого потерпевшего содействовала возникновению или увеличению вреда, в зависимости от степени вины потерпевшего и причинителя вреда размер возмещения должен быть уменьшен. При грубой неосторожности потерпевшего и отсутствии вины причинителя вреда в случаях, когда его ответственность наступает независимо от вины, размер возмещения должен быть уменьшен или в возмещении вреда может быть отказано, если законом не предусмотрено иное. При причинении вреда жизни или здоровью гражданина отказ в возмещении вреда не допускается.

В соответствии со ст. 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Согласно ст. 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случаях, когда вред причинен жизни или здоровью гражданина источником повышенной опасности.

На основании изложенного, с учетом всех установленных обстоятельств несчастного случая при исполнении должных обязанностей ФИО1 в ООО «Адэкко», суд приходит к выводу, что моральный вред, причинен истцу в результате получения ей травмы - <данные изъяты> (вред относится к категории легких), источником повышенной опасности пневматической дрелью, произошедшего при выполнении истцом производственного задания, данный случай был признан ООО «Адэкко» несчастным случаем на производстве, о чем свидетельствует соответствующий акт от 31 августа 2005 года.

На основании изложенного, с учетом всех установленных обстоятельств несчастного случая при исполнении должных обязанностей ФИО1 в ООО «Липецкая почтовая служба», суд приходит к выводу, что моральный вред, причинен истцу в результата получения ей травмы - <данные изъяты> (вред относится к категории легких), произошедшего при выполнении истцом своих должностных обязанностей, данный случай был признан ООО «Липецкая почтовая служба» несчастным случаем на производстве, о чем свидетельствует соответствующий акт от 05 марта 2015 года.

Факта грубой неосторожности в действиях истца при несчастном случае на производстве в ООО «Адэкко» и в ООО «Липецкая почтовая служба» не установлено.

Суд приходит к выводу, что истцом не доказана причинно-следственная связь между производственными травмами, полученными в период работы в ООО «Адэкко» и в ООО «Липецкая почтовая служба» и фактами лечения в 2016, 2018 годах, следует отметить, что указанные травмы были отнесены к категории легких, что истцом не оспаривалось ни при вынесении актов о несчастных случаях на производстве, ни при рассмотрении ее исковых требований.

Следует отметить, что инвалидность установлена истцу на основании общего заболевания, доказательств того, что она была установлена вследствие получения истцом указанных выше производственных травм, не предоставлено.

В удовлетворении ходатайства представителя истца о назначении по делу судебной медицинской экспертизы с целью определения утраты трудоспособности истца по травмам от 03 августа 2005 года и 20 января 2015 года судом было отказано.

В соответствии со ст. 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические и нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

В силу п. 2 разъяснения постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 года № 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда» под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная <данные изъяты> и т.п.) или нарушающими его личные неимущественные права (право на пользование своим именем, право авторства и другие неимущественные права в соответствии с законами об охране прав на результаты интеллектуальной деятельности) либо нарушающими имущественные права гражданина.

Моральный вред, в частности, может заключаться в нравственных переживаниях в связи с утратой родственников, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, потерей работы, раскрытием семейной, врачебной <данные изъяты> распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию гражданина, временным ограничением или лишением каких-либо прав, физической болью, связанной с причиненным увечьем, иным повреждением здоровья либо в связи с заболеванием, перенесенным в результате нравственных страданий и др.

Таким образом, суд приходит к выводу о доказанности факта причинения морального вреда истцу ответчиком ООО «Адэкко» и взыскании с ответчика ООО «Адэкко» морального вреда в сумме 40 000 руб.

Суд приходит к выводу о доказанности факта причинения морального вреда истцу ответчиком ООО «Липецкая почтовая служба» и взыскании с ответчика ООО «Липецкая почтовая служба» морального вреда в сумме 20 000 руб.

Истец понес расходы по оплате помощи представителя в сумме 5 000 руб., что подтверждается квитанцией от 11 апреля 2019 года, данные расходы подлежат возмещению в силу ст.ст. 94, 98, 100 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.

Принимая во внимание категорию сложности дела, с учетом принципа разумности, объема работы представителя и объема удовлетворенных исковых требований, суд считает возможным взыскать в пользу истца расходы на оплату юридических услуг в размере 1 500 руб., с учетом удовлетворенных требований истца к ответчикам в сумме 495 руб. с ООО «Липецкая почтовая служба» и 1005 руб. с ООО «Адэкко».

На основании ст. 103 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, с ответчиков надлежит взыскать госпошлину в местный бюджет в сумме 300 руб., по 150 руб. с каждого ответчика.

На основании вышеизложенного и руководствуясь ст.ст. 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд,

Р Е Ш И Л:

Взыскать с Общества с ограниченной ответственностью «Адэкко» в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в сумме 40 000 рублей, расходы на оплату услуг представителя в сумме 1 005 рублей.

Взыскать с Общества с ограниченной ответственностью «Липецкая почтовая служба» в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в сумме 20 000 рублей, расходы на оплату услуг представителя в сумме 495 рублей.

Взыскать с Общества с ограниченной ответственностью «Адэкко», Общества с ограниченной ответственностью «Липецкая почтовая служба» в доход местного бюджета государственную пошлину в размере 300 рублей, по 150 рублей с каждого.

Решение может быть обжаловано в Липецкий областной суд через Советский районный суд г. Липецка в течение месяца с момента вынесения мотивированного решения.

Председательствующий С.Г. Калинчева

Мотивированное решение

в соответствии со ст. 108 ГПК РФ

изготовлено 16 апреля 2019 года.