Решение № 12-5/2020 5-146/2019 от 26 января 2020 г. по делу № 12-5/2020

Судья Григорьев Д.Ю.

Дело № 5-146/2019


РЕШЕНИЕ

№ 12-5/2020
27 января 2020 г.
г. Ростов-на-Дону
Судья Южного окружного военного суда Коробенко Эдуард Васильевич (<...>), при секретаре Григорьевой Д.А., с участием лица, в отношении которого ведется производство по делу об административном правонарушении - ФИО1 и защитника адвоката Брыгина Ю.Г., рассмотрев дело об административном правонарушении по жалобе указанного защитника в интересах бывшего военнослужащего войсковой части № рядового

ФИО1, родившегося ДД.ММ.ГГГГ в <адрес>, имеющего среднее общее образование, ранее привлекавшегося к административной ответственности по ст. 12.6 КоАП РФ - 28 сентября 2018 г., а также 28 июня и 7 августа 2019 г., и по ч. 3.1 ст. 12.5 КоАП РФ - 13 августа 2019 г., проживавшего по адресу: <адрес>, войсковая часть №,

на постановление судьи Буденновского гарнизонного военного суда от 26 ноября 2019 г. о назначении административного наказания за совершение правонарушения, предусмотренного ч. 1 ст. 12.26 КоАП РФ,

установил:

согласно судебному постановлению водитель ФИО1 признан виновным в том, что 21 сентября 2019 г. около <данные изъяты> на <адрес> управляя транспортным средством «<данные изъяты>» государственный регистрационный знак №, в нарушение требований п. 2.3.2 Правил дорожного движения Российской Федерации отказался от выполнения законного требования уполномоченного должностного лица о прохождении медицинского освидетельствования на состояние опьянения, то есть совершил правонарушение, предусмотренное ч. 1 ст. 12.26 КоАП РФ. В связи с этим ФИО1 назначено наказание в виде административного штрафа в размере 30000 руб. с лишением права управления транспортными средствами на срок 1 год 8 месяцев.

В жалобе, поданной в порядке пересмотра, защитник Брыгин Ю.Г. просит постановление судьи ввиду незаконности и необоснованности отменить, производство по делу прекратить в связи с отсутствием состава административного правонарушения. В обоснование автор жалобы излагает обстоятельства дела и указывает, что ФИО1 при себе каких-либо емкостей для сбора биологического объекта (мочи), кроме выданной ему фельдшером наркологического диспансера, не имел, а выявление сотрудниками полиции факта наличия у подзащитного другой емкости произошло после сдачи биологического объекта медицинскому работнику для исследования в ходе проведенного с нарушением установленных требований досмотра. При этом ФИО1 выражал несогласие с незаконными, по его мнению, действиями фельдшера наркологического диспансера и инспекторов ДПС, один из которых снимал происходящее на мобильный телефон, однако эту видеосъемку к протоколу либо материалам дела не приобщил. Ссылаясь на показания допрошенного судом в качестве свидетеля А.В.., защитник указывает на допущенные фельдшером наркологического диспансера нарушения порядка проведения медицинского освидетельствования на состояние опьянения, установленного приказом Минздрава России от 18 декабря 2015 г. № 933н, выразившиеся, по его мнению, в отсутствии исследования сданного биологического объекта. Кроме того, ФИО1 в состоянии алкогольного опьянения не находился, о чем в 15 часов 21 сентября 2019 г. был составлен акт № 1431, не употреблял наркотические либо психотропные вещества и не отказывался от прохождения медицинского освидетельствования, что свидетельствует об отсутствии у него мотива на фальсификацию биологического объекта. Далее защитник полагает, что имеющиеся в материалах дела видеозаписи подтверждают, что при составлении протокола об административном правонарушении по ст. 12.26 КоАП РФ ФИО1 вину в совершении данного правонарушения не признавал. При этом подзащитный вел себя адекватно и не имел признаков опьянения, в связи с чем у должностных лиц не имелось оснований для направления его на медицинское освидетельствование. В заключение автор жалобы утверждает, что допрошенные в качестве свидетелей инспектор ДПС и фельдшер наркологического диспансера являются заинтересованными в исходе дела лицами, в связи с чем их показания нельзя признать допустимыми доказательствами, а судья, при рассмотрении дела, был необъективен, что послужило принятию незаконного и необоснованного постановления.

В возражениях на жалобу инспектор ДПС И.Г.., полагает приведенные защитником доводы необоснованными и просит оставить жалобу без удовлетворения.

Рассмотрев материалы дела, доводы жалобы и возражений на нее, заслушав лицо, привлекаемое к административной ответственности - ФИО1 и его защитника - Брыгина Ю.Г. в обоснование поданной жалобы, не нахожу оснований для отмены или изменения постановления судьи первой инстанции.

В соответствии с п. 2.3.2 ПДД водитель транспортного средства обязан по требованию должностных лиц, которым предоставлено право государственного надзора и контроля за безопасностью дорожного движения и эксплуатации транспортного средства, проходить освидетельствование на состояние алкогольного опьянения и медицинское освидетельствование на состояние опьянения.

Направление ФИО1 на медицинское освидетельствование на состояние опьянения осуществлено должностным лицом Госавтоинспекции в пределах его компетенции, установленной ч. 2 ст. 27.12 КоАП РФ.

В силу ч. 1.1 ст. 27.12 КоАП РФ требование сотрудника полиции о прохождении медицинского освидетельствования на состояние опьянения признается законным при наличии достаточных оснований полагать, что водитель находится в состоянии опьянения. Поводом для направления этого водителя на медицинское освидетельствование на состояние опьянения является его отказ от прохождения освидетельствования на состояние алкогольного опьянения либо его несогласие с результатами освидетельствования, а равно наличие достаточных оснований полагать, что лицо находится в состоянии опьянения, при отрицательном результате освидетельствования на состояние алкогольного опьянения.

Согласно п. 3 Правил освидетельствования лица, которое управляет транспортным средством, на состояние алкогольного опьянения и оформления его результатов, направления указанного лица на медицинское освидетельствование на состояние опьянения, медицинского освидетельствования этого лица на состояние опьянения и оформления его результатов, утвержденных постановлением Правительства Российской Федерации от 26 июня 2008 г. № 475, достаточными основаниями полагать, что водитель находится в состоянии опьянения, является наличие одного или нескольких следующих признаков: запах алкоголя изо рта, неустойчивость позы, нарушение речи, резкое изменение окраски кожных покровов лица, а также поведение, не соответствующее обстановке.

Поэтому, вопреки утверждению в жалобе, адекватность поведения ФИО1 не свидетельствует об отсутствии оснований для направления его на медицинское освидетельствование в случае наличия хотя бы одного из перечисленных в вышеназванной норме признаков.

Из протокола от 21 сентября 2019 г. о направлении на медицинское освидетельствование на состояние опьянения, составленного в отношении водителя ФИО1, обстоятельством, послужившим законным основанием для направления его на медицинское освидетельствование, явилось резкое изменение окраски кожных покровов лица, несмотря на наличие отрицательных результатов его освидетельствования на состояние алкогольного опьянения.

Эти обстоятельства подтверждаются составленными 21 сентября 2019 г. протоколами об административном правонарушении и об отстранении от управления транспортным средством, а также актом освидетельствования на состояние алкогольного опьянения.

Протоколы процессуальных действий составлены согласно процедуре их оформления, установленной КоАП РФ, с применением видеозаписи, достоверность и объективность их содержания сомнений не вызывает.

Меры обеспечения производства по делу об административном правонарушении применены к ФИО1 в соответствии с требованиями ст. 27.12 КоАП РФ.

Все юридически значимые обстоятельства, предусмотренные ч. 2 ст. 27.12 КоАП РФ, включая отстранение ФИО1 от управления транспортным средством, направление его на медицинское освидетельствование, в связи с наличием признаков опьянения при отрицательных результатах освидетельствования на состояние алкогольного опьянения, нашли свое отражение в соответствующих процессуальных документах, правильность содержания которых удостоверена подписями самого ФИО1, проставленными под осуществляемую при произведении процессуальных действий видеосъемку.

Кроме того, факт согласия ФИО1 с прохождением медицинского освидетельствования на состояние опьянения при отрицательных результатах освидетельствования на состояние алкогольного опьянения, подтверждается приложенными к материалам дела видеозаписями обстоятельств, перечисленных в ч. 2 ст. 27.12 КоАП РФ. Из данных видеозаписей также усматривается, что ФИО1 был отстранен от управления транспортным средством. Каких-либо оснований для признания данных видеозаписей недопустимыми доказательствами из материалов дела не усматривается.

Будучи доставленным в медицинское учреждение, был выявлен факт фальсификации ФИО1 пробы его биологического объекта (мочи), выразившийся в наличии при себе иной емкости с фиктивной биологической жидкостью, в связи с чем было прекращено дельнейшее медицинское освидетельствование.

Вышеизложенные обстоятельства, вопреки доводам жалобы, подтверждаются содержанием акта медицинского освидетельствования на состояние опьянения, показаниями допрошенных в качестве свидетелей старшего инспектора ДПС ОГИБДД ОМВД России по Буденновскому району старшего лейтенанта И.Г.., составлявшего процессуальные документы, и фельдшера кабинета медицинского освидетельствования наркологического диспансера государственного бюджетного учреждения «Краевой центр специализированных видов медицинской помощи № 1» г. Буденновска А.В.., проводившего медицинское освидетельствование. Об этом свидетельствует и исследованная в судебном заседании суда второй инстанции видеозапись, приложенная И.Г.. к поданным им возражениям на рассматриваемую жалобу защитника Брыгина Ю.Г.

Оснований сомневаться в достоверности показаний данных свидетелей не имеется, поскольку они последовательны и согласуются как между собой, так и с другими материалами дела. Каких-либо неприязненных отношений между указанными свидетелями и ФИО1 или иной заинтересованности в таких показаниях в суде не установлено и из материалов дела не усматривается.

Согласно подп. 4 п. 19 Порядка проведения медицинского освидетельствования на состояние опьянения (алкогольного, наркотического или иного токсического), утвержденного приказом Минздрава России от 18 декабря 2015 № 933н, фальсификация пробы биологического объекта (мочи) расценивается в качестве отказа от медицинского освидетельствования. В этих случаях медицинское освидетельствование и заполнение акта прекращаются.

Поэтому, вопреки доводам жалобы, неисследование биологического объекта после выявления факта его фальсификации ФИО1 не свидетельствует о нарушении порядка проведения медицинского освидетельствования на состояние опьянения.

В силу разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации, содержащихся в п. 11 постановления от 26 июня 2019 г. № 20 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при рассмотрении дел об административных правонарушениях, предусмотренных главой 12 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях», отказ от выполнения законных требований уполномоченного должностного лица либо медицинского работника о прохождении медицинского освидетельствования на состояние опьянения образует объективную сторону состава административного правонарушения, предусмотренного ст. 12.26 КоАП РФ, и может выражаться как в форме действий, так и в форме бездействия, свидетельствующих о том, что водитель не намерен проходить указанное освидетельствование, в частности предпринимает усилия, препятствующие совершению данного процессуального действия или исключающие возможность его совершения, например отказывается от прохождения того или иного вида исследования в рамках проводимого медицинского освидетельствования.

Таким образом, будучи направленным в установленном порядке на медицинское освидетельствование на состояние опьянения, ФИО1 отказался от его прохождения, в связи с чем медицинским работником в соответствии с п. 19 Порядка проведения медицинского освидетельствования на состояние опьянения (алкогольного, наркотического или иного токсического), утвержденного приказом Минздрава России от 18 декабря 2015 г. № 933н, обоснованно вынесено заключение об отказе от медицинского освидетельствования.

С учетом изложенного, факт отказа ФИО1 от выполнения законного требования сотрудника полиции о прохождении медицинского освидетельствования на состояние опьянения сомнений не вызывает.

К тому же, как верно установил суд, исходя из содержания протокола об административном правонарушении и видеозаписи его оформления, ФИО1 после неоднократного указания инспектором ДПС основания составления протокола не выразил каких-либо возражений относительно порядка проведения медицинского освидетельствования на состояние опьянения, хотя имел возможность и, с учетом данных им в гарнизонном военном суде пояснений, должен был это отразить в процессуальном документе.

Таким образом, обстоятельства, подлежащие доказыванию по делу об административном правонарушении, вопреки мнению автора жалобы, установлены судьей гарнизонного суда в достаточном объеме и получили должную оценку в соответствии с требованиями ст. 26.11 КоАП РФ, изложенный в обжалуемом постановлении вывод о наличии в действиях ФИО1 события и состава правонарушения, предусмотренного ч. 1 ст. 12.26 КоАП РФ, является обоснованным и мотивированным, а доводы защитника о том, что судья был необъективен, в ходе рассмотрения жалобы своего подтверждения не нашли.

Административное наказание назначено ФИО1 в пределах установленных сроков привлечения к административной ответственности, соответствует тяжести содеянного, данным о личности виновного и определено в размере, предусмотренном санкцией ч. 1 ст. 12.26 КоАП РФ.

Что касается иных доводов автора жалобы, то их следует признать направленными на переоценку представленных в гарнизонный военный суд доказательств, которые были исследованы и правильно оценены, и не опровергают выводы судьи о виновности ФИО1, в связи с чем они подлежат отклонению как необоснованные.

Следовательно, жалоба удовлетворению не подлежит.

На основании изложенного, руководствуясь ст. 30.6 и 30.7 КоАП РФ, судья

решил:

постановление судьи Буденновского гарнизонного военного суда от 26 ноября 2019 г. о назначении ФИО1 административного наказания за совершение правонарушения, предусмотренного ч. 1 ст. 12.26 КоАП РФ, оставить без изменения, а жалобу защитника Брыгина Ю.Г. - без удовлетворения.

Судья Э.В. Коробенко