Приговор № 1-204/2021 от 1 июля 2021 г. по делу № 1-204/2021

дело №1-204/2021


П Р И Г О В О Р

Именем Российской Федерации

г. Усть-Илимск 2 июля 2021 года

Усть-Илимский городской суд Иркутской области в составе: председательствующего судьи Бахаева Д.С., при секретаре Алехиной В.К.,

с участием государственного обвинителя Петровой И.К.,

подсудимого ФИО1, защитника адвоката Кравченко А.С.,

рассмотрев в открытом судебном заседании материалы уголовного дела в отношении

ФИО1, <данные изъяты>, судимого:

- 9 июля 2020 года Усть-Илимским городским судом Иркутской области по ст. 264.1 УК РФ на 180 часов обязательных работ, с лишением права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами на срок 2 года (наказание в виде обязательных работ отбыто 13 сентября 2020 года; дополнительное наказание не отбыто, неотбытый срок составляет 1 год 20 дней),

с мерой пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении,

обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного п. «в» ч. 2 ст. 158 УК РФ,

У С Т А Н О В И Л :

ФИО1 совершил кражу с причинением значительного ущерба гражданину, при следующих обстоятельствах.

Так, ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ около 16 часов находился на улице вблизи магазина «<данные изъяты>» по адресу: <адрес>, где заметил, что из рук несовершеннолетней Свидетель №3 на снег выпал сотовый телефон. В этот момент ФИО1 из корыстных побуждений, решил тайно, противоправно, безвозмездно изъять и обратить в свою пользу увиденный сотовый телефон. Реализуя свой преступный умысел, ФИО1 в указанное время, воспользовавшись тем, что прохожие не обращают на него внимания, тайно похитил со снега указанный сотовый телефон «<данные изъяты>», стоимостью <данные изъяты> рублей, с чехлом, стоимость которого входит в стоимость телефона, а также с защитным стеклом и сим-картами, ценности не представляющими, принадлежащие ФИО2 №1 После чего, ФИО1 с похищенным имуществом с места преступления скрылся, распорядившись им в последующем по своему усмотрению, чем причинил ФИО2 №1 значительный ущерб на сумму <данные изъяты> рублей.

Подсудимый ФИО1 в судебном заседании вину в совершении преступления признал частично, не отрицал, что действительно поднял сотовый телефон со снега, в дальнейшем его продал, однако утверждал, что он не видел, как телефон выронила девочка, считал данный телефон находкой.

Несмотря на такую позицию подсудимого по предъявленному обвинению, которая фактически сводится к непризнанию преступного характера своих действий, виновность подсудимого в совершении преступления при указанных в описательной части приговора обстоятельствах, нашла свое полное подтверждение.

Выводы суда о наличии события преступления, и то, что это преступление совершил именно ФИО1, основаны на следующих доказательствах.

Так, потерпевший ФИО2 №1 в судебном заседании показал, что в ДД.ММ.ГГГГ года он приобрел для дочери сотовый телефон <данные изъяты> в корпусе красного цвета, в комплект телефона входил прозрачный силиконовый чехол. С оценкой телефона на <данные изъяты> рублей и чехла на <данные изъяты> рублей он согласен. ДД.ММ.ГГГГ он с дочерью пошел в магазин, при этом он зашел в магазин, а дочь осталась на улице с собакой. Когда он вышел из магазина, дочь ему рассказала, что у нее вырвалась собака и побежала на дорогу, при этом у нее выпал сотовый телефон, дочь побежала за собакой, а потом хотела вернуться и подобрать телефон. Однако когда она вернулась через 10-15 секунд на то место, то телефона уже не было. Он несколько раз позвонил на телефон, сначала шли гудки, а потом телефон стал недоступен. В последующем он обратился в магазин, и охранник продемонстрировал запись с камеры наблюдения магазина, из которой было видно, что когда у дочери выпал телефон, молодой человек примерно через 2 секунды подобрал телефон, положил его в карман и ушел. В ходе следствия сотовый телефон был возвращен следователем, также следователь передал <данные изъяты> рублей, которые Заенко отдал за утраченный чехол. Ущерб в сумме <данные изъяты> рублей является для него значительным, поскольку его заработная плата составляет <данные изъяты> рублей, заработная плата супруги <данные изъяты> рублей, на иждивении у них двое малолетних детей, они оплачивают ипотеку <данные изъяты> рублей в месяц, коммунальные услуги <данные изъяты> рублей в месяц, на детское образование тратят <данные изъяты> рублей ежемесячно.

После оглашения его показаний на следствии (л.д. 51-55), потерпевший настоял на том, что сотовый телефон им приобретался в ДД.ММ.ГГГГ, а не в ДД.ММ.ГГГГ, подтвердил стоимость телефона на момент покупки <данные изъяты> рублей, а также то, что в комплекте с телефоном шел силиконовый чехол, при этом стоимость чехла входила в стоимость телефона.

Аналогично об указанных потерпевшим обстоятельствах поясняла допрошенная по делу дочь потерпевшего, а именно свидетель Свидетель №3 Из ее оглашенных показаний следует, что ДД.ММ.ГГГГ они с папой около 16 часов пошли в магазин «<данные изъяты>», у нее в руках был сотовый телефон, а также она держала собаку за поводок. Папа ушел в магазин, она осталась на улице. Собака побежала в сторону, дернув поводок, при этом телефон у нее выпал из рук на снег. Она решила сначала догнать собаку, а потом вернуться за телефоном. Через несколько секунд она вернулась к тому месту, однако телефона на месте уже не было. Она не видела, кто подобрал телефон (л.д. 110-113).

Как установлено из оглашенных показаний свидетеля Свидетель №2 – контролера торгового зала магазина «<данные изъяты>», ДД.ММ.ГГГГ в пятом часу дня к нему действительно обратился мужчина, который пояснил, что его дочь выронила сотовый телефон рядом с магазином. Он показал мужчине запись с камеры наблюдения магазина, при просмотре было установлено, что у девочки вырвалась собака, сотовый телефон упал на снег, девочка побежала за собакой, через несколько секунд телефон подобрал мужчина и ушел (л.д. 85-87).

Об утрате сотового телефона потерпевший сообщил правоохранительным органам, что следует из телефонного сообщения и заявления потерпевшего в отдел полиции, где он сообщил о том, что в районе магазина «<данные изъяты>» по <адрес>, его дочь выронила телефон, и неизвестный человек через 2-3 секунды подобрал телефон (л.д. 3, 4).

При проверке данного сообщения был проведен осмотр места происшествия, а именно участок территории около магазина «<данные изъяты>» по <адрес> в <адрес>. Участвовавший в осмотре потерпевший ФИО2 №1 указал место, где его дочь выронила сотовый телефон, а впоследствии его похитил неизвестный мужчина (л.д. 11-14).

Также было установлено, что указанный сотовый телефон был продан в комиссионный магазин «<данные изъяты>» по паспорту на имя ФИО1, о чем свидетельствует изъятый в указанном магазине договор купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 27-28, л.д. 77). При осмотре данного договора установлено, что ФИО1 продал сотовый телефон марки «<данные изъяты>», покупателем выступил ИП ФИО4 в лице Свидетель №1 (л.д. 70-78).

При этом допрошенная в качестве свидетеля Свидетель №1 (продавец магазина «<данные изъяты>») подтвердила, что действительно мужчина по паспорту на имя ФИО1 продал в магазин сотовый телефон «<данные изъяты>» за <данные изъяты> рублей, о чем был составлен договор купли-продажи (л.д. 82-84).

Также помимо договора купли-продажи, из магазина «<данные изъяты>» был изъят и сам сотовый телефон, при осмотре которого в сопоставлении с представленной потерпевшим упаковочной коробкой от телефона (л.д. 59-60, л.д. 70-78), установлено совпадение марки и модели сотового телефона, а также серийных номеров imei, что объективно подтверждает принадлежность указанного сотового телефона потерпевшему.

При этом объективным подтверждением, что сотовый телефон был похищен именно подсудимым ФИО1, является просмотренная в судебном заседании видеозапись с камеры видеонаблюдения магазина «<данные изъяты>». Данная запись была осмотрена в ходе следствия и приобщена к делу в качестве вещественного доказательства (л.д. 70-78, 79).

Так, на записи запечатлено как мужчина и девочка, установленные как отец и дочь ФИО12, подошли к магазину. В 16 часов 00 минут 52 секунды у ФИО12 с поводка вырвалась собака, при этом на снег упал сотовый телефон. Далее ФИО12 пропала из поля видимости камеры, и в 16 часов 00 минут 55 секунд к упавшему телефону подошел мужчина, одетый в шапку ушанку с мехом, куртку черно-белого цвета, темные штаны и темные кроссовки, поднял сотовый телефон и быстрым шагом удалился, убрав сотовый телефон в карман.

Подсудимый ФИО1 удостоверил свою личность на данной записи, при этом подтвердил, что он действительно подобрал сотовый телефон, однако настоял, что не видел, что этот сотовый телефон уронила девочка.

Оглашенные показания свидетелей и письменные материалы дела подсудимый подтвердил в полном объеме, никаких замечаний не имел, содержание доказательств сторонами не оспорено.

Анализируя вышеприведенные доказательства, суд приходит к выводу, что они не противоречат друг другу, полностью согласуются между собой и взаимодополняют друг друга.

Так исследованными доказательствами установлено, что ДД.ММ.ГГГГ около 16 часов вблизи магазина «<данные изъяты>» по <адрес> несовершеннолетняя Свидетель №3 действительно выронила сотовый телефон, приобретенный ее отцом ФИО2 №1 и фактически принадлежащий ему. При этом сотовый телефон был поднят со снега подсудимым, а в дальнейшем и реализован им в комиссионный магазин.

Поскольку в действиях ФИО1 усматривался состав преступления, что следует из рапортов на л.д. 29, 31, то в отношении него было возбуждено уголовное дело.

ФИО1 в судебном заседании, не соглашаясь с обвинением, отрицал наличие преступного умысла на хищение, поскольку считает, что он нашел сотовый телефон и мог им распоряжаться.

Вместе с тем, на предварительном следствии ФИО1 придерживался иной позиции, признавая себя виновным в совершении преступления, пояснял, что ДД.ММ.ГГГГ около 16 часов он, проходя рядом с магазином «<данные изъяты>» увидел, что девочка с собакой уронила сотовый телефон, он решил похитить этот телефон, проходящие люди не обращали на него внимания, поэтому считал свои действия тайными. Он поднял телефон, когда девочка побежала за собакой. Ждать девочку, чтобы вернуть ей телефон он специально не стал, поскольку не хотел его возвращать. Об обнаружении никому не говорил, в магазин «<данные изъяты>» не заходил, поскольку решил телефон оставить себе и распорядиться им по своему усмотрению. Подняв телефон, он убрал его в карман и ушел. В пути следования выключил телефон, извлек и выкинул сим-карты, также выкинул силиконовый чехол, снял защитное стекло. Через некоторое время сбросил настройки телефона до заводских. ДД.ММ.ГГГГ он сдал сотовый телефон в комиссионный магазин за <данные изъяты> рублей. Он понимал, что телефон ему не принадлежит, и он не может его брать (л.д. 45-48, 104-105, 119-121).

При проверке показаний на месте (л.д. 63-67), ФИО1 указал на место на снегу, откуда им было совершено хищение сотового телефона.

Подсудимый оглашенные показания подтвердил частично, отказавшись от своих показаний в той части, где он указывал на возникновение преступного умысла на тайное хищение чужого имущества, поскольку он не видел девочку, и полагал телефон своей находкой.

Однако, оценив совокупность представленных доказательств, суд пояснения ФИО1 в судебном заседании считает недостоверными и неискренними, вводящими суд в заблуждение. Более достоверными суд находит показания ФИО1 на следствии, поскольку они согласуются со всей совокупностью доказательств. Приходя к такому выводу, суд исходит из следующего.

Так исследованными доказательствами опровергаются показания ФИО1 о том, что он не видел, как Свидетель №3 уронила сотовый телефон на снег. По хронологии просмотренной видеозаписи видно, что события развивались стремительно, а именно в течение трех секунд после падения телефона, подсудимый подошел к телефону, поднял его и быстрым шагом удалился. Исходя из этого, ФИО1 не мог не видеть момент выпадения телефона из рук Свидетель №3 Показания подсудимого на следствии соответствуют установленным из видеозаписи обстоятельствам, поскольку он в своих показаниях ссылался на наличие у девочки собаки, что с очевидностью установлено видеозаписью и другими доказательствами. При этом установлено, что сотовый телефон ФИО1 отключил в течение короткого времени, что подтверждается показаниями потерпевшего, а также показаниями самого ФИО1 на следствии. О наличии преступного умысла на хищение сотового телефона свидетельствует и тот факт, что ФИО1 не предпринял попыток вернуть сотовый телефон собственнику, имея реальную возможность это сделать, поскольку телефон имеет идентификационные признаки принадлежности (imei номер, сим-карту). Однако ФИО1 не обратился в правоохранительные органы с заявлением о находке сотового телефона, не предпринял попыток установить собственника по имеющейся в самом телефоне информации, не остался в месте находки, чтобы подождать прихода собственника телефона, несмотря на то, что данное место является общественным. Напротив ФИО1, активно преследуя корыстную цель незаконного обогащения, отключив телефон, вынул и выбросил, имеющиеся в телефоне сим-карты, далее сбросил настройки телефона до заводских, дабы облегчить возможность реализовать телефон. В дальнейшем сотовый телефон ФИО1 действительно реализовал, получив материальную выгоду для себя.

Таким образом, действия ФИО1 суд квалифицирует именно как хищение, поскольку данные действия являются общественно опасными и подпадают под регулирование уголовного закона. Оснований считать действия ФИО1 как присвоение найденной бесхозной вещи, не имеется по вышеприведенным мотивам. Судом достоверно установлено, что действовал он с корыстной целью, желая в дальнейшем продать сотовый телефон, что и было сделано. Его действия носили противоправный характер, так как сотовый телефон ему не принадлежал, что подсудимый понимал и осознавал с очевидностью. Изъятие сотового телефона было безвозмездным, подсудимый обратил его в свою пользу, своими действиями причинив материальный ущерб собственнику, а именно потерпевшему ФИО2 №1 Действия были не очевидны для собственника и иных лиц, следовательно, хищение было тайным.

Что касается предмета хищения, то судом установлено, что сотовый телефон был похищен с защитным стеклом и сим-картами, ценности для потерпевшего не представляющими, а также с чехлом, который оценен в <данные изъяты> рублей. Вместе с тем, как установлено из показаний самого потерпевшего, указанный чехол входил в комплект телефона при его покупке, и стоимость чехла включалась в стоимость сотового телефона. Таким образом, поскольку изначально чехол как отдельный аксессуар сотового телефона фактически не приобретался потерпевшим, то есть он прямых материальных затрат на его приобретение не понес, то суд считает необоснованным оценивание чехла как отдельного предмета хищения с точки зрения его материальной ценности для потерпевшего.

Таким образом, на основе принципа презумпции невиновности о том, что все сомнения в виновности обвиняемого, которые не могут быть устранены должны толковаться в пользу обвиняемого, суд исключает из объема обвинения, предъявленного ФИО1, хищение на сумму <данные изъяты> рублей, в которую был оценен чехол, и считает установленным, что стоимость чехла входит в стоимость самого сотового телефона.

При этом в обоснование стоимости похищенного сотового телефона в судебном заседании были представлены показания специалиста ФИО5, который установил рыночную стоимость телефона «<данные изъяты>» в комплекте с силиконовым чехлом-бампером прозрачного цвета на ДД.ММ.ГГГГ - <данные изъяты>, силиконового чехла - <данные изъяты> рублей (л.д. 88-90).

Таким образом, при анализе показаний специалиста, с учетом исключения стоимости чехла, суд приходит к выводу о том, что стоимость похищенного сотового телефона составляет <данные изъяты> рублей.

С учетом показаний потерпевшего о том, что он приобретал сотовый телефон за <данные изъяты> рублей, суд находит, что вышеприведенная оценка телефона в <данные изъяты> рублей не является явно завышенной.

Противоречие в показаниях потерпевшего о дате покупки сотового телефона (в ДД.ММ.ГГГГ), суд считает устраненным, поскольку при осмотре упаковочной коробки установлено, что на ней имеется дата производства июнь ДД.ММ.ГГГГ года, соответственно телефон был приобретен в ДД.ММ.ГГГГ году.

Данное противоречие, по мнению суда, не влияет на обоснованность оценки, поскольку специалист давал свои суждения, исходя из даты покупки телефона в ДД.ММ.ГГГГ году, а при условии, что телефон был приобретен на год позже, указанная оценка не должна быть ниже.

В этой связи суд считает достоверно установленным, что преступными действиями подсудимого потерпевшему был причинен ущерб на сумму <данные изъяты> рублей.

Ущерб, с учетом уменьшения объема обвинения на <данные изъяты> рублей, а именно в сумме <данные изъяты> рублей, суд оценивает для потерпевшего ФИО2 №1 как значительный, исходя из его материального положения, поскольку как указывал потерпевший, совокупный доход его семьи составляет <данные изъяты> рублей (заработная плата его и супруги), на иждивении у него находится двое малолетних детей, имеются обязательные ежемесячные расходы на общую сумму <данные изъяты> рублей (ипотека, коммунальные платежи, оплата обучения детей). При этом сумма <данные изъяты> рублей фактически составляет четвертую часть дохода семьи потерпевшего, что при наличии обязательных расходов на две третьих от дохода, бесспорно, будет являться для потерпевшего значительной. Значительность ущерба на сумму <данные изъяты> рублей соответствует примечанию 2 к ст. 158 УК РФ.

Оценивая вышеприведенные доказательства, не сомневаясь в допустимости доказательств ввиду их получения в строгом соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона, суд полагает, что совокупности этих доказательств достаточно для установления вины ФИО1

Несмотря на частичный отказ подсудимого от своих показаний, суд полагает возможным использовать их в качестве доказательств, поскольку судом не установлено обстоятельств, свидетельствующих о самооговоре подсудимого, его показания, данные в ходе следствия и оглашенные в судебном заседании, подтверждены всей совокупностью исследованных в судебном заседании доказательств, показания он давал добровольно, в присутствии защитника. Доводы о том, что протоколы допроса он подписал не читая, опровергаются его же собственноручными записями, где он удостоверил правильность отражения его показаний в протоколе.

Показания потерпевшего и свидетелей, а также письменные материалы суд также полагает возможным использовать в качестве доказательств по делу, поскольку они отвечают требованиям допустимости, оснований для оговора подсудимого со стороны свидетелей и потерпевшего судом не установлено.

В этой связи, на основе представленных и исследованных доказательств, суд находит вину ФИО1 в совершении преступления при указанных в описательной части приговора обстоятельствах полностью доказанной и квалифицирует его действия по п. «в» ч. 2 ст. 158 УК РФ, как кража, то есть тайное хищение чужого имущества, с причинением значительного ущерба гражданину.

Обсуждая вопрос о психическом состоянии подсудимого ФИО1, суд приходит к следующим выводам.

Из материалов уголовного дела следует, что ФИО1 на учете у врачей психиатра, нарколога, невролога не состоит.

В судебном заседании подсудимый ФИО1 правильно ориентируется во времени и в пространстве, отвечает на вопросы, помнит и мотивирует свои действия.

В этой связи, оценивая все вышеприведенные обстоятельства, суд не сомневается в психическом состоянии подсудимого и признает его вменяемым и подлежащим уголовной ответственности за совершенное преступление.

При назначении наказания суд учитывает характер и степень общественной опасности совершенного преступления, которое относится к категории преступлений средней тяжести, а также данные о личности ФИО1, наличие смягчающих и отсутствие отягчающих наказание обстоятельств. Учитывает суд и влияние назначаемого наказания на его исправление и на условия жизни его семьи.

Как личность по месту жительства со стороны участкового уполномоченного ФИО1 характеризуется удовлетворительно, общественный порядок не нарушает, жалоб на него не поступало, состоит на учете как лицо, лишенное права, заниматься определенной деятельностью (л.д. 147).

ФИО1 судим, отбывает дополнительное наказание по приговору суда. Он не женат, детей и иждивенцев не имеет. В настоящее время официально трудоустроен (со слов, подтверждающих документов подсудимый не представил).

В качестве смягчающих наказание обстоятельств подсудимому ФИО1 на основании пункта «и» ч. 1 ст. 61 УК РФ суд учитывает его фактическую явку с повинной, что выразилось в признании своих преступных действий на стадии проверки до возбуждения уголовного дела, что установлено рапортом оперативного сотрудника (л.д. 31), а также активное способствование расследованию преступления, путем дачи подробных изобличающих показаний на следствии, участии в проверке показаний на месте. Данные обстоятельства суд считает установленными, несмотря на отказ подсудимого от своих показаний, поскольку суд признал показания подсудимого на следствии достоверными доказательствами.

Активного способствования розыску похищенного имущества суд не установил, поскольку факт продажи сотового телефона в комиссионный магазин был установлен в результате оперативно-розыскных мероприятий еще до дачи объяснений ФИО1 по обстоятельствам дела.

Вместе с тем, иными смягчающими наказание обстоятельствами на основании ч. 2 ст. 61 УК РФ суд полагает возможным учесть частичное возмещение ущерба на сумму <данные изъяты> рублей, а также частичное признание вины (признания факта завладения телефоном и его последующей продажи), и состояние здоровья подсудимого.

Отягчающих наказание обстоятельств, предусмотренных ст. 63 УК РФ суд не усматривает. Судимость по приговору от ДД.ММ.ГГГГ рецидив не образует, поскольку ФИО1 по указанному приговору осужден за совершение преступления небольшой тяжести.

Вместе с тем, с учетом фактических обстоятельств настоящего преступления, степени его общественной опасности, несмотря на наличие установленных судом смягчающих наказание обстоятельств, и отсутствие отягчающих, оснований для изменения категории преступления на менее тяжкую, в соответствии с ч. 6 ст. 15 УК РФ, суд не находит.

Назначая подсудимому конкретный вид наказания, учитывая все обстоятельства дела, обстоятельства совершения преступления, личность подсудимого, суд считает, что альтернативные, менее строгие виды наказания, предусмотренные санкцией ч. 2 ст. 158 УК РФ, такие как штраф, обязательные, исправительные и принудительные работы, не смогут обеспечить достижение целей наказания, а именно восстановление социальной справедливости, исправление ФИО1 и предупреждение совершения им новых преступлений.

Как видно из материалов дела, подсудимый ФИО1 совершил преступление в период судимости по приговору, где ему назначалось наказание в виде обязательных работ, что свидетельствует о том, что применение альтернативного наказания не оказало воспитательного воздействия на подсудимого, он совершил новое умышленное преступление, а потому ему необходимо назначить более строгое наказание.

Поэтому, с учетом личности подсудимого, с учетом его поведения и отношения к требованиям закона, суд полагает, что для исправления ФИО1 необходимо назначить наказание в виде лишения свободы.

Определяя размер наказания, суд учитывает льготные требования, предусмотренные ч. 1 ст. 62 УК РФ, поскольку отягчающих наказание обстоятельств в действиях ФИО1 не имеется, и судом установлено наличие смягчающих наказание обстоятельств, предусмотренных п. «и» ч. 1 ст. 61 УК РФ.

Дополнительное наказание в виде ограничения свободы, с учетом личности подсудимого, суд считает возможным не применять, поскольку для достижения целей наказания, достаточно назначение только основного наказания.

Преступление по настоящему делу совершено ФИО1 в период отбывания дополнительного наказания по приговору от 9 июля 2020 года, поэтому в силу статьи 70 УК РФ, окончательное наказание ФИО1 подлежит назначению по совокупности приговоров путем полного присоединения неотбытой части дополнительного вида наказания по приговору от 9 июля 2020 года к наказанию, назначенному настоящим приговором.

Несмотря на то, что по делу установлена совокупность смягчающих наказание обстоятельств, а также то, что ФИО1 имеет постоянное место жительства, не нарушает общественный порядок, суд не может признать совокупность данных обстоятельств исключительной, что существенно уменьшало бы степень общественной опасности преступления, либо указывало на то, что подсудимый может исправиться без реального отбывания наказания, исполняя определенные обязанности под контролем государства, а потому оснований для назначения подсудимому наказания по правилам ст. 64, 73 УК РФ, то есть более мягкого наказания, чем предусмотрено санкцией статьи, либо наказания условно, суд не находит. Также суд не находит и оснований заменить ФИО1 наказание на принудительные работы в качестве альтернативы лишению свободы в силу ст. 53.1 УК РФ. Суд считает, что ФИО1 для своего исправления нуждается в реальном отбывании наказания в виде лишения свободы.

Назначение основного наказания по настоящему приговору в виде реального лишения свободы, по мнению суда, существенно не отразится на условиях жизни семьи ФИО1, поскольку он не женат, детей, либо других иждивенцев не имеет.

На основании п. «а» ч. 1 ст. 58 УК РФ, отбывать наказание в виде лишения свободы ФИО1 должен в колонии-поселении, поскольку он осуждается за совершение преступления средней тяжести, ранее не отбывал лишение свободы.

В соответствии со статьями 97 и 99 УПК РФ, ст. 75.1 УИК РФ, поскольку подсудимый от следствия и суда не скрывался, не уклонялся от явки в суд, имеет постоянное место жительства, порядок следования ФИО1 в колонию-поселение суд определяет как самостоятельный за счет государства.

При этом меру пресечения ФИО1 в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении суд считает необходимым оставить без изменения, а по вступлении приговора в законную силу мера пресечения подлежит отмене.

Судьба вещественных доказательств разрешается в соответствии с требованиями ст. 81 УПК РФ.

Гражданский иск по делу не заявлен.

Вопрос о процессуальных издержках будет разрешен отдельным постановлением.

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст. 304, 307-309 УПК РФ, суд

П Р И Г О В О Р И Л :

Признать ФИО1 виновным в совершении преступления, предусмотренного п. «в» ч. 2 ст. 158 УК РФ, и назначить ему наказание в виде 1 года лишения свободы.

В соответствии со ст. 70 УК РФ по совокупности приговоров к назначенному наказанию полностью присоединить неотбытую часть дополнительного наказания по приговору Усть-Илимского городского суда Иркутской области от 9 июля 2020 года в виде лишения права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами на срок 1 год 20 дней, и окончательно назначить ФИО1 наказание в виде 1 года лишения свободы с отбыванием в колонии-поселении, с лишением права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами на срок 1 год 20 дней.

Меру пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении в отношении ФИО1 оставить без изменения, а по вступлении приговора в законную силу отменить.

В соответствии с со ст. 75.1 УИК РФ, обязать ФИО1 по вступлении приговора в законную силу прибыть в территориальный орган уголовно-исполнительной системы для получения предписания о направлении к месту отбывания наказания и следовать в колонию-поселение за счет государства самостоятельно.

Срок отбывания наказания в виде лишения свободы исчислять со дня прибытия осужденного в колонию-поселение, зачесть в срок лишения свободы из расчета один день за один день время следования ФИО1 к месту отбывания наказания.

Разъяснить осужденному ФИО1, что в случае уклонения от получения предписания территориального органа уголовно-исполнительной системы или неприбытия к месту отбывания наказания в установленный в предписании срок, осужденный объявляется в розыск и подлежит задержанию на срок до 48 часов, который может быть продлен судом до 30 суток, и заключению под стражу с направлением в колонию-поселение под конвоем в порядке, предусмотренном статьями 75 и 76 УИК РФ.

Дополнительное наказание в виде лишения права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами – исполнять самостоятельно после отбытия наказания в виде лишения свободы.

Вещественные доказательства:

- сотовый телефон и упаковочную коробку от сотового телефона, возвращенные потерпевшему ФИО2 №1 – оставить у последнего по принадлежности;

- договор купли-продажи и видеозапись на ДВД-диске – оставить в материалах дела.

Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке в судебную коллегию по уголовным делам Иркутского областного суда через Усть-Илимский городской суд Иркутской области в течение 10 суток со дня его провозглашения.

В случае подачи апелляционной жалобы осужденный вправе ходатайствовать о своем участии при рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции, в том числе с участием защитника.

Председательствующий: Д.С. Бахаев