Решение № 2-412/2019 2-412/2019~М-325/2019 М-325/2019 от 25 июня 2019 г. по делу № 2-412/2019

Р Е Ш Е Н И Е

именем Российской Федерации

Дело № 2-412/2019
26 июня 2019 года
Город Саянск


Саянский городской суд Иркутской области в составе председательствующего судьи Маничевой С.С., при секретаре Стерховой Е.И., с участием истца ФИО1, представителей ответчика ФИО2 и ФИО3, помощника прокурора г. Саянска Ласточкиной Л.Е., рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к Обществу с ограниченной ответственностью «Лавр» об установлении факта наличия трудовых отношений, о восстановлении на работе, взыскании недоначисленной заработной платы и заработной платы за время вынужденного прогула, о компенсации за спецодежду, о компенсации морального вреда и возмещении судебных расходов,

установил

Истец ФИО1 обратился в суд с иском к ответчику ООО «Лавр» о восстановлении на работе, взыскании недоначисленной заработной платы, средней заработной платы за время вынужденного прогула, денежной компенсации морального вреда и судебных расходов, указав в исковом заявлении и своих объяснениях в суде, что с 01 июля 2018 года он был допущен к работе дворника в ООО «Лавр» техником ООО «Лавр» Т.А. на уборку территорий домов <номер изъят> и <номер изъят> микрорайона <адрес изъят><адрес изъят>. За свою работу в июле 2018 г. ФИО1 получил от Т.А. 14000 руб., в августе 2018 г. - 7000 руб. Затем ФИО1 продолжал работать дворником у ответчика в том же режиме на дворовых территориях домов <номер изъят> и <номер изъят> микрорайона <адрес изъят>» и после заключения сторонами на неопределенный срок письменного трудового договора от 03 сентября 2018 г. <номер изъят>, в котором дата начала работы была указана 03 сентября 2018 г. Приказ о приеме на работу был датирован также 03 сентября 2018 г. с указанием начала работы с 03 сентября 2018 г. Вместо территории <адрес изъят> микрорайона <адрес изъят> ФИО1 было устно поручено убирать территорию <адрес изъят> того же микрорайона <адрес изъят>. Один день истец убирал двор <адрес изъят>, другой день - двор <адрес изъят>.

В соответствии с данными приказом и трудовым договором ФИО1 был принят дворником на 0,47 ставки с объемом обслуживания 7521 кв.м. при ежедневной норме обслуживания 3670,5 кв.м., с размером должностного оклада (тарифной ставки) 2526,25 руб. в месяц и оплатой труда пропорционально отработанному времени. При этом ФИО1 была установлена пятидневная рабочая неделя с двумя выходными днями (суббота и воскресенье) с продолжительностью ежедневной работы 8 часов, временем начала работы -8ч., временем окончания работы -17ч., перерывом в работе с 12ч. до 13ч. Для истца были предусмотрены: районный коэффициент - 30% от должностного оклада и надбавка за стаж работы в южных районах Восточной Сибири - до 30% от заработной платы. За работу во вредных условиях труда истцу была установлена доплата 4% тарифной ставки (оклада). По решению работодателя предусматривалась возможность выплаты ФИО1 премии до 100% согласно Положению по организации оплаты труда и премированию работников ООО «Лавр». За расширенный объем обслуживания была установлена доплата пропорционально объему обслуживания и должностному окладу. Продолжительность ежегодного основного оплачиваемого отпуска с сохранением места работы (должности) и среднего заработка была определена 28 календарных дней и 8 календарных дней дополнительного оплачиваемого отпуска. Дополнительным соглашением № 05 от 01 февраля 2019 г. к трудовому договору сторон от 03 сентября 2018 г. № 40 размер должностного оклада (тарифной ставки) был увеличен ФИО1 с 01 февраля 2019 г. до 3428 руб.

В своих объяснениях истец ФИО1 также указал, что ему была выдана работодателем спецодежда дворника не в полном объеме - не были выданы в соответствии с нормативами Минтруда России от 09 декабря 2014 г. № 997н сапоги резиновые с защитным подноском - 1 пара, перчатки с полимерным покрытием - 6 пар, костюм защитный от механических повреждений - 1 штука, фартук из полимерных материалов с нагрудником - 2 штуки, зимний головной убор - 1 штука, утепленная куртка - 1 штука, зимняя обувь - 1 пара Между тем ФИО4 добросовестно выполнял свои трудовые обязанности дворника, о чем свидетельствуют положительные отзывы о его работе жильцов домов, дворовую территорию которых убирал истец. Но когда техник Т.А. стала требовать от истца уборки территории <адрес изъят> микрорайона <адрес изъят><адрес изъят> с гораздо большим объемом работы, ФИО1 не согласился, после чего и своих критических замечаний на планерках он стал неугодным для ответчика работником, поводом для увольнения которого стал его незначительный дисциплинарный проступок, когда 02 апреля 2019 г. Т.А. застала истца в 8ч.30мин. за уборкой территории, не обслуживаемой ООО «Лавр». Т.А. потребовала от истца 02 апреля 2019 г. написания им заявления об увольнении по собственному желанию и возврата ключа от бытовки, в которой хранились спецодежда и необходимый для уборки инвентарь. ФИО1 этого делать не стал, 02 апреля 2019 г. привел в порядок ранее отведенную ему ответчиком для уборки территорию, но когда утром 03 апреля 2019 г. пришел на работу, то не смог открыть дверь бытовки своим ключом из-за смены замка. Будучи лишенным без спецодежды и инвентаря физической возможности осуществлять свои трудовые функции дворника по уборке дворовых территорий, но желая продолжать работу в ООО «Лавр», истец обращался с жалобами на незаконное отстранение его от работы в г. Саянске в прокуратуру, отдел полиции, а также в государственную инспекцию труда, которой было выявлено нарушение ответчиком трудового законодательства начислением ФИО1 месячной заработной платы менее минимального размера оплаты труда в Российской Федерации с учетом сверх этого размера районного коэффициента и процентной надбавки за работу в южных районах Иркутской области. Доначисление истцу заработной платы ООО «Лавр» было произведено лишь частично. Согласно расчету ФИО1 сумма недоначисленной ему заработной платы составляет сумму с учетом ее уточнения 134913,55 руб., имеется в связи с этим недоначисление истцу отпускных.

Приказ ООО «Лавр» об увольнении ФИО1 от 11 апреля 2019 г. за прогул по пп. «а» п. 6 ч. 1 ст. 81 ТК РФ (однократное грубое нарушение работником трудовых обязанностей - прогул, то есть отсутствие на рабочем месте без уважительных причин в течение всего рабочего дня (смены), независимо от его (ее) продолжительности, а также в случае отсутствия на рабочем месте без уважительных причин более четырех часов подряд в течение рабочего дня (смены) истец считает незаконным, так как 02 апреля 2019 г. ФИО1 отсутствовал на работе лишь 30мин., а незаконным после этого отстранением истца от работы 02 апреля 2019 г. и последовавшей за этим сменой замка на бытовке ФИО1 был лишен работодателем возможности выполнять свои обязанности дворника. Незначительное нарушение ФИО1 условий трудового договора 02 апреля 2019 г. непродолжительным отсутствием на работе - это был единственный дисциплинарный проступок, до этого момента замечаний к истцу по его работе не было, что подтверждается начислением истцу ежемесячной премии работодателем в 100-процентном размере.

С учетом изложенного ФИО1 в своем иске просил: признать факт наличия трудовых отношений его с ООО «Лавр» с 01 июля 2018 г.; восстановить его в должности дворника по уборке территории домов <номер изъят> и <номер изъят> микрорайона <адрес изъят><адрес изъят> в ООО «Лавр»; взыскать с ООО «Лавр» в пользу истца средний заработок за время вынужденного прогула с 02 апреля 2019 г. по день восстановления на работе, а также недоначисленную заработную плату с июля 2018 по март 2019 г., недоначисленную сумму компенсации за неиспользованный отпуск, денежную компенсацию морального вреда за нарушение трудовых прав работника, денежную компенсацию за не выданную работодателем спецодежду дворника. И ФИО1 просил взыскать в возмещение его судебных расходов на текстовой набор иска и изготовление копий искового материала для ответчика с ООО «Лавр» 2933 руб.

Представители ответчика ФИО2 и ФИО3 в окончательном варианте своих пояснений по делу исковые требования ФИО1 признали частично, а именно: признали необходимость доначисления истцу месячной заработной платы до установленного в Российской Федерации минимального размера оплаты труда с учетом районного коэффициента и процентной надбавки за работу в южных районах Иркутской области, как это частично было сделано ответчиком, а также признали необходимость доначисления в связи с этим истцу отпускных. Не возражали против возмещения ФИО1 судебных расходов в указанном им размере. Но не признали иск в части требований о факте наличия трудовых отношений истца с ООО «Лавр» в июле-августе 2018 г., о восстановления ФИО1 на работе, взыскании среднего заработка за время вынужденного прогула, денежной компенсации морального вреда и денежной компенсации за не выданную истцу спецодежду, ссылаясь на то, что некоторые предметы спецодежды истцу были выданы во время его работы дворником в ООО «Лавр», а увольнение ФИО1 является законным и обоснованным вследствие совершенных им прогулов 02, 03, 04, 05, 08, 09, 10 апреля 2019 г., подтвержденных служебной запиской техника Т.А., актами об отсутствии истца на работе в указанные дни и объяснительной ФИО1 от 11 апреля 2019 г., на которые имеется ссылка в приказе (распоряжении) о прекращении (расторжении) трудового договора с работником (увольнении) от 11 апреля 2019 г. В соответствии с данным приказом истец был уволен по пп. «а» п. 6 ч. 1 ст. 81 ТК РФ. Ранее дисциплинарных проступков ФИО1 не совершал, к дисциплинарной ответственности не привлекался, и в связи с отсутствием замечаний по его работе истцу начислялась и выплачивалась ежемесячно премия в размере 100%.

Заслушав участников процесса, свидетелей, исследовав письменные материалы дела, принимая во внимание заключение помощника прокурора г. Саянска Ласточкиной Л.Е. о необходимости частичного удовлетворения исковых требований ФИО1, суд пришел к выводу о необходимости частичного удовлетворения этих требований в связи с далее изложенным.

В соответствии со ст. 67 Трудового кодекса Российской Федерации (ТК РФ) трудовой договор заключается в письменной форме, составляется в двух экземплярах, каждый из которых подписывается сторонами. Один экземпляр трудового договора передается работнику, другой хранится у работодателя (ч. 1). Трудовой договор, не оформленный в письменной форме, считается заключенным, если работник приступил к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного на это представителя.

При этом в п. 12 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17 марта 2004 г. № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации» разъясняется, что представителем работодателя в указанном случае является лицо, которое в соответствии с законом, иными нормативными правовыми актами, учредительными документами юридического лица (организации) либо локальными нормативными актами или в силу заключенного с этим лицом трудового договора наделено полномочиями по найму работников, поскольку именно в этом случае при фактическом допущении работника к работе с ведома или по поручению такого лица возникают трудовые отношения (ст. 16 ТК РФ) и на работодателя может быть возложена обязанность оформить трудовой договор с этим работником надлежащим образом.

Согласно ст. 67.1 ТК РФ, если физическое лицо было фактически допущено к работе работником, не уполномоченным на это работодателем, и работодатель или его уполномоченный на это представитель отказывается признать отношения, возникшие между лицом, фактически допущенным к работе, и данным работодателем, трудовыми отношениями (заключить с лицом, фактически допущенным к работе, трудовой договор), работодатель, в интересах которого была выполнена работа, обязан оплатить такому физическому лицу фактически отработанное им время (выполненную работу).

Оформление приема на работу регламентировано положениями ст. 68 ТК РФ, а именно: прием на работу оформляется приказом (распоряжением) работодателя, изданным на основании заключенного трудового договора. Содержание приказа (распоряжения) работодателя должно соответствовать условиям заключенного трудового договора.

В своих объяснениях, сведения из которых являются доказательствами по делу в соответствии с ч. 1 ст. 55 ГПК РФ, истец ФИО1 последовательно в предварительном судебном заседании и в судебных заседаниях в ходе рассмотрения иска судом по существу утверждал, что фактически был допущен к работе дворника в ООО «Лавр» техником ООО «Лавр» Т.А. на уборку территорий домов <номер изъят> и <номер изъят> микрорайона <адрес изъят><адрес изъят> с 01 июля 2018 г. и в дальнейшем продолжал работать дворником у ответчика в том же режиме и при том же объеме обслуживания дворовых территорий после подписания трудового договора от 03 сентября 2018 г. <номер изъят>. В подтверждение своих объяснений в этой части ФИО1 предоставил аудиозаписи и собранный им характеризующий истца письменный материал, в которых другими лицами упоминается работа истца дворником на уборке территорий домов <номер изъят> и <номер изъят> микрорайона <адрес изъят><адрес изъят> с июля 2018 г. и случаи работы в ООО «Лавр» дворников без официального оформления трудовых правоотношений.

Свидетель И.Б. дала в суде показания о том, что до ухода на пенсию она примерно 4-5 лет работала дворником ООО «Лавр». В 2018 г. техник ООО «Лавр» Т.А. при встрече спросила, не желает ли И.Б. подработать дворником, та согласилась и в октябре-ноябре 2018 г. работала в ООО «Лавр» дворником без какого-либо официального оформления трудовых отношений, как это бывало в ООО «Лавр» с дворниками в связи с тем, что они часто менялись.

Представители ответчика ФИО2 и ФИО3 отрицали факт допущения работодателем истца ФИО1 к работе дворника ООО «Лавр» ранее подписания с ним трудового договора от 03 сентября 2018 г.

Допрошенная в качестве свидетеля техник ООО «Лавр» Т.А. также отрицала, что именно она допустила ФИО1 к работе дворника в ООО «Лавр» на уборку территорий домов <номер изъят> и <номер изъят> микрорайона <адрес изъят><адрес изъят>, однако показания Т.А. как свидетеля невозможно отнести к достоверным доказательствам по делу, поскольку они в основной своей части (об отстранении истца от работы 02 апреля 2019 г.) были опровергнуты самой Т.А., опознавшей наряду с представителем ответчика ФИО3 на предоставленных ФИО1 аудиозаписях его разговора с Т.А. голос последней об отстранении ею истца от работы 02 апреля 2019 г. с требованиями к нему вернуть 02 апреля 2019 г. ключ от бытовки, тогда как ранее в судебном заседании Т.А. отрицала и факт отстранения ею истца от работы.

Для проверки объяснений ФИО1 о фактическом выполнении им работы дворника ООО «Лавр» с 01 июля 2018 г. у ответчика были запрошены в ходе судебного разбирательства, но не были предоставлены суду данные о том, кто именно выполнял работу дворника по уборке территорий домов <номер изъят> и <номер изъят> микрорайона <адрес изъят><адрес изъят> в июле-августе 2018 <адрес изъят> расстановки рабочих на объекте ООО «Лавр» с данными на июль-август 2018 г. суду предоставлен не был со ссылкой на то, что этот журнал не сохранился.

При таких обстоятельствах у суда нет оснований сомневаться в правдивости объяснений ФИО1, которые как в части факта допущения его до работы техником Т.А. с 01 июля 2018 г., так и в остальной части нашли свое подтверждение в ходе судебного разбирательства.

Эти объяснения истца не опровергаются и показаниями свидетеля А.С., показавшего, что, проживая в <адрес изъят> микрорайона <адрес изъят><адрес изъят>, он не видел, чтобы дворник ФИО1 убирал придомовую территорию летом 2018 г., запомнил его работу дворника на придомовой территории только зимой 2018 г. В этой связи следует отметить, что проживание данного свидетеля в указанном многоквартирном доме не обусловливает вывод о том, что им внимательно отслеживалась работа того или иного дворника ООО «Лавр» на той или иной обслуживаемой ответчиком территории.

Таким образом, необходимо признать установленным обстоятельство фактического допуска ФИО1 к работе дворника ООО «Лавр» с 01 июля 2018 г. техником ООО «Лавр» Т.А. Но при отсутствии данных о том, что техник Т.А. была уполномочена на это работодателем, и работодатель отказывается признать отношения, возникшие между ФИО1, фактически допущенным к работе, и ООО «Лавр» в июле-августе 2018 г. трудовыми отношениями, - подлежит оставлению без удовлетворения иск ФИО1 о признании факта наличия трудовых отношений его с ООО «Лавр» с 01 июля 2018 г. (до даты заключения 03 сентября 2018 г. трудового договора), однако должны быть применены положения ст. 67.1 ТК РФ о последствиях фактического допущения к работе не уполномоченным на это лицом в виде оплаты работодателем, в интересах которого была выполнена работа, фактически отработанного истцом времени (выполненной работы) за минусом сумм (в июле 2018 г. - 14000 руб., в августе 2018 г. - 7000 руб.), которые, по словам ФИО1, он получил за свою работу дворника ООО «Лавр» от ответчика.

Письменный трудовой договор от 03 сентября 2018 года <номер изъят> был подписан от имени ООО «Лавр» его директором ФИО2 и истцом ФИО1 на неопределенный срок с указанием даты начала работы истца 03 сентября 2018 г. (п. 1.4).

В приказе (распоряжении) директора ООО «Лавр» ФИО2 о приеме работника на работу от 03 сентября 2018 г. дата начала работы ФИО1 также указана 03 сентября 2018 г.

В соответствии с названными трудовым договором и приказом ФИО1 был принят дворником на 0,47 ставки с объемом обслуживания 7521 кв.м. при ежедневной норме обслуживания 3670,5 кв.м., с размером должностного оклада (тарифной ставки) 2526,25 руб. в месяц и оплатой труда пропорционально отработанному времени (п. 1.5, 1.6). Место работы истца обозначено как ООО «Лавр» г. Саянск (п. 1.3). ФИО1 была установлена пятидневная рабочая неделя с двумя выходными днями (суббота и воскресенье) с продолжительностью ежедневной работы 8 часов, временем начала работы -8ч., временем окончания работы -17ч., перерывом в работе с 12ч. до 13ч. (п. 6.1, п. 6.2, п. 6.3) К начислению истцу были предусмотрены районный коэффициент и процентная надбавка за работу в южных районах Иркутской области (по 30% коэффициент и надбавка) (п. п. 5.3, п. 5.4). За работу во вредных условиях труда истцу была установлена доплата 4% тарифной ставки (оклада) (п. 5.5). По решению работодателя предусматривалась возможность выплаты ФИО1 премии до 100% согласно Положению по организации оплаты труда и премированию работников ООО «Лавр» (п. 5.7). За расширенный объем обслуживания была установлена доплата пропорционально объему обслуживания и должностному окладу (п. 5.6). Продолжительность ежегодного основного оплачиваемого отпуска с сохранением места работы (должности) и среднего заработка была определена 28 календарных дней и 8 календарных дней дополнительного оплачиваемого отпуска (п. 6.5).

Таким образом, за выполнение установленной трудовым договором ежедневной нормы обслуживания 3670,5 кв.м. ФИО1 был определен должностной оклад в размере 2526,25 руб. в месяц. В трудовом договоре сформулировано положение о таком объеме работы истца на 0,47 ставки, но поскольку для выполнения этой работы истцу была установлена при пятидневной рабочей неделе продолжительность ежедневной работы 8ч. по 17ч., когда ФИО1 обязан был находиться на своем рабочем месте (кроме перерыва с 12ч. до 13ч.), необходимо признать, что истец был принят в ООО «Лавр» на полную ставку заработной платы.

Дополнительным соглашением <номер изъят> от 01 февраля 2019 г. к трудовому договору сторон от 03 сентября 2018 г. <номер изъят> размер должностного оклада (тарифной ставки) был увеличен ФИО1 с 01 февраля 2019 г. до 3428 руб.

На основании приказа директора ООО «Лавр» ФИО2 от 09 января 2019 г. <номер изъят>а ежедневная норма обслуживания придомовой территории для дворника была установлена 8000 кв.м., но условия трудового договора с ФИО1 с учетом этого не менялись.

В соответствии с ч. 3 ст. 192 ТК РФ за совершение дисциплинарного проступка, то есть неисполнение или ненадлежащее исполнение работником по его вине возложенных на него трудовых обязанностей, работодатель имеет право применить дисциплинарное взыскание в виде увольнения по соответствующим основаниям, предусмотренным этим кодексом.

Основания расторжения трудового договора по инициативе работодателя приведены в ст. 81 ТК РФ.

Так, подп. «а» п. 6 ч. 1 ст. 81 ТК РФ определено, что трудовой договор может быть расторгнут работодателем в случае однократного грубого нарушения работником трудовых обязанностей - прогула, то есть отсутствия на рабочем месте без уважительных причин в течение всего рабочего дня (смены), независимо от его (ее) продолжительности, а также отсутствия на рабочем месте без уважительных причин более четырех часов подряд в течение рабочего дня (смены).

Как неоднократно указывал Конституционный Суд РФ, решение работодателя о признании конкретной причины отсутствия работника на работе неуважительной и, как следствие, об увольнении его за прогул может быть проверено в судебном порядке. При этом, осуществляя судебную проверку и разрешая конкретное дело, суд действует не произвольно, а исходит из общих принципов юридической, а следовательно, и дисциплинарной ответственности (в частности, таких, как справедливость, соразмерность, законность) и, руководствуясь подп. «а» п. 6 ч. 1 ст. 81 ТК РФ во взаимосвязи с другими его положениями, оценивает всю совокупность конкретных обстоятельств дела, в том числе причины отсутствия работника на работе (определения Конституционного Суда РФ от 19 февраля 2009 г. № 75-0-0, от 24 сентября 2012 г. № 1793-0, от 24 июня 2014 г. № 1288-0, от 23 июня 2015 г. № 1243-О и др.).

В п. 23 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17 марта 2004 г. № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации» разъяснено, что при рассмотрении дела о восстановлении на работе лица, трудовой договор с которым расторгнут по инициативе работодателя, обязанность доказать наличие законного основания увольнения и соблюдение установленного порядка увольнения возлагается на работодателя.

Согласно п. 38 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17 марта 2004 г. № 2 «О применении судами Российской федерации Трудового кодекса Российской Федерации» при рассмотрении дела о восстановлении на работе лица, уволенного по п. 6 ч. 1 ст. 81 ТК РФ, работодатель обязан представить доказательства, свидетельствующие о том, что работник совершил одно из грубых нарушений трудовых обязанностей, указанных в этом пункте.

Приказом директора ООО «Лавр» ФИО2 от 11 апреля 2019 г. ФИО1 был уволен за прогул по пп. «а» п. 6 ч. 1 ст. 81 ТК РФ -однократное грубое нарушение работником трудовых обязанностей - прогул, то есть отсутствие на рабочем месте без уважительных причин в течение всего рабочего дня (смены), независимо от его (ее) продолжительности, а также в случае отсутствия на рабочем месте без уважительных причин более четырех часов подряд в течение рабочего дня (смены). Изложения обстоятельств дисциплинарного проступка (дисциплинарных проступков), за который (которые) был уволен истец, приказ от 11 апреля 2019 г. не содержит.

В данном приказе имеется ссылка на служебную записку техника Т.А., а также акты об отсутствии истца на работе 02, 03, 04, 05, 08, 09, 10 апреля 2019 года и на объяснительную ФИО1 от 11 апреля 2019 г.

Свидетель О.К. в своих показаниях в суде подтвердила подписание ею комиссионных актов об отсутствии ФИО1 на рабочем месте с 8ч. до 17ч. 04, 08, 10 апреля 2019 г., сообщив, что не видела истца, когда выходила во двор многоквартирного <адрес изъят> микрорайона <адрес изъят><адрес изъят>, в котором в указанные дни убирала лестничные клетки, работая уборщицей лестничных клеток в ООО «Искра».

Свидетель ФИО5 своими показаниями в том же судебном заседании 14 июня 2019 г. подтвердила подписание ею комиссионных актов об отсутствии ФИО1 на рабочем месте с 8ч. до 17ч. 02, 05, 09, 11 апреля 2019 г., ссылаясь на то, что не видела истца, когда выходила во двор многоквартирного <адрес изъят> микрорайона <адрес изъят><адрес изъят>, где в указанные дни убирала лестничные клетки, выполняя свои трудовые функции уборщицы ООО «Лавр».

Необходимо обратить внимание, что не смотря на указание в трудовом договоре с ФИО1 места работы истца ООО «Лавр» г. Саянск, без конкретизации поручения по уборке конкретной территории в г. Саянске, не содержит информации о том, какую именно придомовую территорию должен был убирать истец, и предоставленный ответчиком журнал расстановки рабочих на объекте ООО «Лавр», который ведется с 13 ноября 2018 г. Из этого журнала следует лишь то, кому были даны под роспись поручения по уборке лестничных клеток, а кому - поручения по уборке придомовой территории (без указания какой именно). Запись в журнале о поручении ФИО1 уборки придомовой территории от 02 апреля 2019 г. подписи истца не содержит.

При существующем в ООО «Лавр» порядке расстановки дворников для уборки в разные дни различных территорий, в том числе с различным объемом обслуживания, при увеличении которого дворникам начисляется заработная плата пропорционально установленным за норму объему обслуживания и должностному окладу (п. 5.6 трудового договора), из актов об отсутствии истца на рабочем месте 02, 03, 04, 05, 08, 09, 10 апреля 2019 г. невозможно установить, где именно на рабочем месте должен был находиться, но отсутствовал ФИО1 в указанные дни.

Из стабильных объяснений истца ФИО1 следует, что после того как 02 апреля 2019 г. техник Т.А. застала его в 8ч.30мин. за уборкой территории, не обслуживаемой ООО «Лавр», Т.А. отстранила 02 апреля 2019 г. истца от работы, потребовав от него заявление об увольнении, возврата ключа от бытового помещения, в котором хранились спецодежда, необходимый для уборки дворницкий инвентарь, и заменив 03 апреля 2019 г. замок на данном бытовом помещении.

В письменных объяснениях от 03 и от 11 апреля 2019 г., адресованных директору ООО «Лавр», ФИО1 также указал, что 02 апреля 2019 г. в течение получаса он убирал не территорию, обслуживаемую ответчиком, а другую территорию, вследствие чего Т.А. велела истцу писать заявление об увольнении, отстранила его от работы, требовала ключи от бытовки, замок в которой сменила, но на работу все дни после этого истец приходил.

Между тем суду наряду с письменными объяснениями истца был предъявлен ООО «Лавр» акт, подписанный директором ФИО2 и техником Т.А., от 11 апреля 2019 г. о не предоставлении ФИО1 письменного объяснения по факту отсутствия его на рабочем месте в период с 04 по 11 апреля 2019 г.

Утверждавшая в своих показаниях свидетеля техник ООО «Лавр» Т.А., что истец от работы 02 апреля 2019 г. не отстранялся, впоследствии после прослушивания в суде предоставленной ФИО1 аудиозаписи, в частности его разговоров с Т.А. 02, 03 апреля 2019 г., свой голос на аудиозаписях опознала и не отрицала отстранение ею ФИО1 от работы с 02 апреля 2019 г. с заменой на следующий день замка на бытовом помещении.

Эти обстоятельства отстранения истца ФИО1 от работы с 02 апреля 2019 г. подтвердил после прослушивания аудиозаписей и представитель ответчика ФИО3

Также в служебной записке техника Т.А. от 02 апреля 2019 г. отражено, что во время обхода Т.А. 02 апреля 2019 г. в 08ч.30м. территории микрорайона <адрес изъят><адрес изъят> дворник ФИО1 отсутствовал на убираемой им территории. Пройдя к дому <номер изъят>, Т.А. увидела истца убирающим территорию магазина «Светофор» и для дачи письменного объяснения отстранила его от работы.

Вследствие установления в суде обстоятельства незаконного отстранения ФИО1 от работы с 02 апреля 2019 г. и лишения его тем самым возможности выполнения своих трудовых обязанностей дворника по уборке какой-либо обслуживаемой ответчиком и порученной истцу для уборки конкретной территории невозможно считать совершенными по вине работника прогулами отсутствие истца на уборке той или иной обслуживаемой ООО «Лавр» территории в период с 02 по 11 апреля 2019 г. Отсутствие ФИО1 на работе в этот период следует отнести к периоду вынужденного для истца прогула.

Признаваемый истцом дисциплинарный проступок отсутствия его на работе в ООО «Лавр» без уважительных причин 02 апреля 2019 г. в 8ч.30м. приведенных в пп. «а» п. 6 ч. 1 ст. 81 ТК РФ признаков прогула не имеет.

В п. 53 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17 марта 2004 г. <номер изъят> «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации» разъясняется, что работодателю необходимо представить доказательства, свидетельствующие не только о том, что работник совершил дисциплинарный проступок, но и о том, что при наложении взыскания учитывались тяжесть этого проступка, обстоятельства, при которых он был совершен, предшествующее поведение работника, его отношение к труду. Даже если при рассмотрении дела о восстановлении на работе суд придет к выводу, что проступок действительно имел место, но увольнение произведено без учета вышеуказанных обстоятельств, иск работника может быть удовлетворен.

Признать значительным нарушение ФИО1 условий трудового договора 02 апреля 2019 г. непродолжительным отсутствием на работе невозможно. А согласно сведениям, предоставленным обеими сторонами по делу, до этого момента замечаний к истцу по его работе не было, и ежемесячно ему начислялась работодателем премия в максимальном размере.

Непредставление работодателем доказательств законности увольнения ФИО1 за прогул, а также учета при наложении взыскания тяжести совершенного проступка, обстоятельств, при которых он был совершен, предшествующего поведения работника, его отношения к труду влечет в силу ст. 394 ТК РФ восстановление истца на работе и выплату ему среднего заработка за время вынужденного прогула.

Поскольку приказ директора ООО «Лавр» ФИО2 от 11 апреля 2019 г. об увольнении ФИО1 за прогул по пп. «а» п. 6 ч. 1 ст. 81 ТК РФ является незаконным и необоснованным, истец подлежит восстановлению на работе, определенной ему трудовым договором от 03 сентября 2018 г. <номер изъят>.

В п. 1.3, п. 1.5 трудового договора сказано о принятии ФИО1 на работу дворником ООО «Лавр» (без указания в качестве места работы конкретной территории для уборки).

Вследствие изложенного исковое требование о восстановлении истца в должности дворника по уборке территории домов <номер изъят> и <номер изъят> микрорайона <адрес изъят><адрес изъят> в ООО «Лавр» подлежит частичному удовлетворению. Суд считает необходимым восстановить ФИО1 на прежней работе дворника ООО «Лавр» и отказывает в удовлетворении данного требования в части указания в качестве места работы истца территории домов <номер изъят> и <номер изъят> микрорайона Олимпийский г. Саянска.

Не считает суд возможным удовлетворить и исковое требование ФИО1 о взыскании денежной компенсации за не выданную работодателем (кроме полученной истцом согласно личной карточке учета выдачи средств индивидуальной защиты) специальную одежду дворника. Нормативами Минтруда России действительно предусматриваются типовые нормы бесплатной выдачи специальной одежды, специальной обуви и других средств индивидуальной защиты работникам сквозных профессий и должностей всех видов экономической деятельности, занятым на работах с вредными и (или) опасными условиями труда, а также на работах, выполняемых в особых температурных условиях или связанных с загрязнением, однако выплата работникам денежной компенсации за средства индивидуальной защиты трудовым законодательством не предусмотрена. Данных о том, что ФИО1 понес какие-либо убытки, подлежащие компенсации в связи с невыдачей ему специальной одежды и обуви (например, связанные с приобретением средств индивидуальной защиты за счет собственных денежных средств), суду не предоставлено.

При исчислении истцу ФИО1 среднего заработка за время вынужденного прогула за период с 02 апреля 2019 по 26 июня 2019 г. (дату вынесения судебного решения по иску) суд руководствуется положениями ч.ч. 1, 2, 3 ст. 139 ТК РФ о том, что для всех случаев определения размера средней заработной платы (среднего заработка), предусмотренных настоящим Кодексом, устанавливается единый порядок ее исчисления. Для расчета средней заработной платы учитываются все предусмотренные системой оплаты труда виды выплат, применяемые у соответствующего работодателя независимо от источников этих выплат. При любом режиме работы расчет средней заработной платы работника производится исходя из фактически начисленной ему заработной платы и фактически отработанного им времени за 12 календарных месяцев, предшествующих периоду, в течение которого за работником сохраняется средняя заработная плата. При этом календарным месяцем считается период с 1-го по 30-е (31-е) число.

В этой связи необходимо обратить внимание, что заработок начислялся ФИО1 ответчиком без учета ниже приведенных положений трудового законодательства и Постановлений Конституционного Суда РФ.

Так, в ч. 3 ст. 133 ТК РФ приведено положение о том, что месячная заработная плата работника, полностью отработавшего за этот период норму рабочего времени и выполнившего нормы труда (трудовые обязанности), не может быть ниже минимального размера оплаты труда.

В соответствии со ст. 146 ТК РФ оплата труда работников, занятых на работах с вредными и (или) опасными условиями труда, производится в повышенном размере. В повышенном размере оплачивается также труд работников, занятых на работах в местностях с особыми климатическими условиями.

В силу ст. 147 ТК РФ оплата труда работников, занятых на работах с вредными и (или) опасными условиями труда, устанавливается в повышенном размере. Минимальный размер повышения оплаты труда работникам, занятым на работах с вредными и (или) опасными условиями труда, составляет 4 процента тарифной ставки (оклада), установленной для различных видов работ с нормальными условиями труда.

Согласно ст. 148 ТК РФ оплата труда на работах в местностях с особыми климатическими условиями производится в порядке и размерах не ниже установленных трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права.

Постановлением Конституционного Суда РФ от 07 декабря 2017 № 38-П предписано признать взаимосвязанные положения ст. 129, ч. 1 и ч. 3 ст. 133, ч.ч. 1, 2, 3, 4 и 11 ст. 133.1 ТК РФ не противоречащими Конституции РФ, поскольку по своему конституционно-правовому смыслу в системе действующего правового регулирования они не предполагают включения в состав минимального размера оплаты труда (минимальной заработной платы в субъекте Российской Федерации) районных коэффициентов (коэффициентов) и процентных надбавок, начисляемых в связи с работой в местностях с особыми климатическими условиями, в том числе в районах Крайнего Севера и приравненных к ним местностях.

Постановлением Конституционного Суда РФ от 11 апреля 2019 г. № 17-П взаимосвязанные положения ст. 129, ч.ч. 1, 3 ст. 133 и ч.ч. 1-4 и 11 ст. 133.1 ТК РФ признаны не противоречащими Конституции РФ, поскольку по своему конституционно-правовому смыслу в системе действующего правового регулирования они не предполагают включения в состав заработной платы (части заработной платы) работника, не превышающей минимального размера оплаты труда, повышенной оплаты сверхурочной работы, работы в ночное время, выходные и нерабочие праздничные дни.

Из содержания Постановления Конституционного Суда РФ от 11 апреля 2019 г. № 17-П следует, что вывод Конституционного Суда РФ в резолютивной части данного Постановления о повышенной оплате сверхурочной работы, работы в ночное время, выходные и нерабочие праздничные дни сделан исходя из того, что работу во вредных условиях труда заявитель жалобы не осуществлял, соответствующие выплаты для него предусмотрены не были. Однако, анализируя в тексте Постановления оспариваемые положения стт.ст. 129, 133 и 133.1 ТК в системной связи с его ст.ст. 149, 152 - 154, Конституционный Суд РФ указал на необходимость соблюдения гарантии об установлении работникам заработной платы не ниже минимального размера оплаты труда и на определение справедливой заработной платы для каждого работника в зависимости от его квалификации, сложности выполняемой работы, количества и качества затраченного труда, а также повышенную оплату труда в условиях, отклоняющихся от нормальных, в том числе при работе в ночное время, сверхурочной работе, работе в выходные и нерабочие праздничные дни.

Не смотря на то, что конституционно-правовой смысл в системе действующего правового регулирования законоположений о повышенной оплате труда в условиях, отклоняющихся от нормальных, был выявлен лишь в Постановлении Конституционного Суда РФ от 11 апреля 2019 г., этот смысл является общеобязательным и при проверке по иску ФИО1 начисления ему месячной заработной платы за период выполнения им работы дворника в ООО «Лавр», поскольку в указанный период выше приведенные положения трудового законодательства уже действовали и должны были применяться в соответствии с положениями Конституции РФ исходя из принципа прямого ее действия.

В судебном решении по иску ФИО1 данные положения должны быть учтены, вследствие чего для расчета среднего заработка за время вынужденного прогула необходимо сначала разрешить исковое требование ФИО1 о взыскании в его пользу с ООО «Лавр» недоначисленной заработной платы и определить размер заработной платы истца за период с 03 сентября 2018 до 02 апреля 2019 г., а также определить в соответствии со ст. 67.1 ТК РФ размер оплаты истцу фактически отработанного им времени (выполненной работы) за период с июля по август 2018 г.

Поскольку выплата ФИО1 премий предусмотрена в соответствии с п. 5.7 трудового договора и утвержденным директором ООО «Лавр» 01 июня 2016 г. Положением по организации оплаты труда и премированию работников ООО «Лавр» только по решению работодателя и не в фиксированном размере, а в размере от 0% до 100%, невозможно начисление премии истцу судом при расчете среднего заработка за время вынужденного прогула с 02 апреля 2019 г. до даты вынесения судебного решения 26 июня 2019 г. и оплаты истцу фактически отработанного им времени (выполненной работы) за период с июля по август 2018 г. (работодателем по его решению начисление премий ФИО1 произведено в размере 100% за период с сентября 2018 по март 2019 г.).

Для расчета недоначисленной заработной платы истца ФИО1 за период с 03 сентября 2018 до 02 апреля 2019 г., а также для определения размера оплаты истцу фактически отработанного им времени (выполненной работы) за период с июля по август 2018 г. суд использует следующие исходные данные: должностной оклад (тарифная ставка) до 01 февраля 2019 г. - 2526,25 руб., с 01 февраля 2019 г. - 3428 руб.; районный коэффициент и процентная надбавка за работу в южных районах Иркутской области в размере 30% коэффициент и 30% надбавка) (п. 5.3, п. 5.4 трудового договора); размер повышения оплаты труда истца за работу во вредных условиях труда - 4% тарифной ставки (оклада) (п. 5.5 трудового договора); сумма минимального размера оплаты труда с 1 мая 2018 г. - 11163 руб. (ст. 1 Федерального закона от 07 марта 2018 г. № 41-ФЗ); сумма минимального размера оплаты труда (МРОТ) с 1 января 2019 г. - 11280 руб. (ст. 1 Федерального закона от 25 декабря 2018 г. № 481-ФЗ); начисленная истцу заработная плата; полная отработка истцом нормы рабочего времени (трудовых обязанностей) в период с сентября 2018 по март 2019 г. (согласно справкам ООО «Лавр») и, соответственно, в июле и августе 2018 г.

Таким образом, размер начисленной ФИО1 месячной заработной платы в период с сентября 2018 г. по декабрь 2018 г. не мог быть менее 18307,32 руб. (11163 руб. (МРОТ) + 3348,90 руб. (районный коэффициент - 30% от 11163 руб.) + 3348,90 руб. (процентная надбавка - 30% от 11163 руб.) + 446,52 руб. (4% от 11163 руб.)) = 18307,32 руб. (минимальный размер начисления заработной платы для истца); 18307,32 руб. х 4 месяца = 73229,28 руб.

Размер начисленной ФИО1 месячной заработной платы в период с января 2019 г. по март 2019 г. не мог быть менее 18499,20 руб. (11280 руб. (МРОТ) + 3384 руб. (районный коэффициент - 30% от 11280 руб.) + 3384 руб. (процентная надбавка - 30% от 11280 руб.) + 451,20 руб. (4% от 11280 руб.)) = 18499,20 руб. (минимальный размер начисления заработной платы для истца); 18499,20 руб. х 3 месяца = 55497,60 руб.

Всего истцу начислена ответчиком за период с сентября 2018 по март 2019 г. сумма заработной платы с учетом доначисления по указанию государственной инспекции труда - 98121,33 руб.

Следовательно, с ООО «Лавр» должна быть взыскана в пользу ФИО1 недоначисленная ему заработная плата за период с сентября 2018 по март 2019 г. на сумму: 73229,28 руб.(подлежащая начислению заработная плата с сентября 2018 по декабрь 2018 г.) + 55497,60 руб. (подлежащая начислению заработная плата с января 2019 по март 2019 г.) = 128726,88 руб. (подлежащая начислению заработная плата за период с сентября 2018 по март 2019 г.); 128726,88 руб. - 98121,33 руб. (начисленная ответчиком за период с сентября 2018 по март 2019 г. сумма заработной платы с учетом доначисления по указанию государственной инспекции труда) = 30605,55 руб.

Размер оплаты фактически отработанного времени (выполненной работы) суд рассчитывает следующим образом. В июле 2018 г.: 11163 руб. (МРОТ) + 3348,90 руб. (районный коэффициент - 30% от 11163 руб.) + 3348,90 руб. (процентная надбавка - 30% от 11163 руб.) + 446,52 руб. (4% от 11163 руб.)) = 18307,32 руб. (минимальный размер начисления заработной платы для истца); 14000 руб. (выплаченная истцу сумма) + 1820 руб. (НДФЛ в размере 13%) = 15820 руб. (общее начисление оплаты с учетом обязанности организации как налогового агента по удержанию налога на доходы физических лиц и перечисления его в бюджет (п. п. 1, 2 ст. 226 НК РФ).; 18307,32 - 15820 = 2487,32 руб. (недоначисленная заработная плата за июль 2018 г.). В августе 2018 г.: 11163 руб. (МРОТ) + 3348,90 руб. (районный коэффициент - 30% от 11163 руб.) + 3348,90 руб. (процентная надбавка - 30% от 11163 руб.) + 446,52 руб. (4% от 11163 руб.)) = 18307,32 руб. (минимальный размер начисления заработной платы для истца); 7000 руб. (выплаченная истцу сумма) + 910 руб. (НДФЛ в размере 13%) = 7910 руб. (общее начисление оплаты с учетом обязанности организации как налогового агента по удержанию налога на доходы физических лиц и перечисления его в бюджет (п. п. 1, 2 ст. 226 НК РФ); 18307,32 - 7910 =10397,32 руб. Итого: 2487,32 + 10397,32 = 12884,64 руб.

Средний заработок для оплаты времени вынужденного прогула определяется в общем порядке исходя из среднего дневного заработка и количества рабочих дней за время вынужденного прогула (ст. 139 ТК РФ, п. 9 Положения о средней заработной плате, утвержденного Постановлением Правительства РФ от 24 декабря 2007 г. <номер изъят>, п. 62 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17 марта 2004 г. <номер изъят>).

Для оплаты времени вынужденного прогула ФИО1 с 02 апреля 2019 по 26 июня 2019 г. (дату вынесения судебного решения) средний заработок истца определяется с учетом работы истца до этого менее одного года, поэтому расчетный период составляет с 01 сентября 2018 по 31 марта 2019 г. (7 месяцев) при количестве рабочих дней по календарю для пятидневной рабочей недели в данном расчетном периоде: 20 (в сентябре 2018 г.) + 23 (в октябре 2018 г.) + 21 (в ноябре 2018 г.) + 21 (в декабре 2018 г.) + 17 (в январе 2019 г.) + 20 (в феврале 2019 г.) + 20 (в марте 2019 г.) = 142 рабочих и фактически отработанных истцом дня.

За расчетный период ФИО1 должна была быть начислена (в соответствии с выше приведенным расчетом) заработная плата на сумму 128726,88 руб.

Средний дневной заработок за расчетный период - 906,53 руб. (128726,88 руб. / 142 дня).

Средний заработок за время вынужденного прогула с 02 апреля 2019 по 26 июня 2019 г., за 57 рабочих дней (22 в апреле + 18 в мае + 17 в июне 2019 г.), составляет: 906,53 руб. х 57 рабочих дней = 51672,21 руб.

При расчете компенсации за неиспользованный ФИО1 отпуск судом учитываются положения ч. 4 ст. 139 ТК РФ о том, что средний дневной заработок для оплаты отпусков и выплаты компенсации за неиспользованные отпуска исчисляется за последние 12 календарных месяцев путем деления суммы начисленной заработной платы на 12 и на 29,3 (среднемесячное число календарных дней), а также учитывается порядок расчета среднего заработка для определения размера отпускных, установленный постановлением Правительства РФ от 24 декабря 2007 г. № 922 (с изменениями и дополнениями) «Об особенностях порядка исчисления средней заработной платы», в соответствии с п. 5 которого при исчислении среднего заработка из расчетного периода исключается время, а также начисленные за это время суммы, если за работником сохранялся средний заработок в соответствии с законодательством Российской Федерации, и учитывается разъяснение в письме Министерства труда и социальной защиты РФ от 02 ноября 2018 г. № 14-2/ООГ-8717 о том, что количество дней неиспользованного отпуска определяется в следующем порядке: определяется стаж работника (в полных месяцах), дающий право на ежегодный оплачиваемый отпуск, и определяется количество дней отпуска, соответствующее продолжительности стажа работника, путем деления установленной работнику продолжительности отпуска на 12 месяцев и умножения на количество месяцев, включенных в стаж.

В силу ст. 394 ТК РФ за время вынужденного прогула работнику выплачивается средний заработок на основании решения органа, рассматривающего индивидуальный трудовой спор. Из этого следует, что при расчете среднего заработка для оплаты отпуска работника, восстановленного на работе по решению суда, средний заработок, выплаченный за время вынужденного прогула, не учитывается.

Таким образом, размер начисления истцу компенсации за неиспользованный отпуск определяется судом за 21 день (36 дней (общее количество календарных дней отпуска согласно п. 6.5 трудового договора) : 12 месяцев в году х 7 отработанных полных месяцев = 21 день).

Средний дневной заработок ФИО1 для выплаты компенсации за неиспользованный отпуск составляет 538,81 руб. (подлежащая начислению за период с сентября 2018 по март 2019 г. (7 месяцев) заработная плата на сумму 128726,88 руб. : 7 месяцев х 29,3 (среднемесячное число календарных дней) = 538,81 руб.).

Итого сумма компенсации за неиспользованный отпуск истцу ФИО1 должна была быть начислена в размере 11315,01 руб. (21 день х 538,81 руб. = 11315,01 руб.). Ответчиком ООО «Лавр» эта сумма начислена в размере 10143 руб. Поэтому недоначисленная сумма компенсации за неиспользованный отпуск истцу ФИО1 взыскивается судом в размере 1172,01 руб. (11315,01 - 10143 = 1172,01 руб.).

Статьей 236 ТК РФ предусмотрена материальная ответственность работодателя за задержку выплаты заработной платы и других выплат, причитающихся работнику, в виде уплаты процентов (денежной компенсации) в размере не ниже одной сто пятидесятой действующей в это время ключевой ставки Центрального банка Российской Федерации от не выплаченных в срок сумм за каждый день задержки начиная со следующего дня после установленного срока выплаты по день фактического расчета включительно. При неполной выплате в установленный срок заработной платы и (или) других выплат, причитающихся работнику, размер процентов (денежной компенсации) исчисляется из фактически не выплаченных в срок сумм.

Однако требования о взыскании денежной компенсации за задержку выплаты заработной платы и других выплат ФИО1 не заявлял.

В соответствии с общим правилом ч. 3 ст. 196 ГПК РФ суд принимает решение по заявленным истцом требованиям.

При этом из предоставленных ООО «Лавр» справок усматривается отсутствие между сторонами спора относительно необходимости выплаты ФИО1 установленной ст. 236 ТК РФ денежной компенсации. При неполной выплате в установленный срок заработной платы и (или) других выплат, причитающихся работнику, денежная компенсация ответчиком выплачивается, и суда нет оснований полагать, что это не будет сделано ООО «Лавр» по недоначисленным им и взыскиваемым судом суммам.

В силу ст. 237 ТК РФ моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора. В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

Вследствие установленных судом нарушений ответчиком ООО «Лавр» трудовых прав истца ФИО1 в пользу истца суд присуждает с ответчика сумму денежной компенсации морального вреда в размере 2000 руб., исходя из конкретных обстоятельств данного дела, с учетом объема и характера причиненных истцу нравственных страданий, степени вины работодателя, требований разумности и справедливости.

Принимая во внимание положения ст. 98 ГПК РФ о распределении судебных расходов между сторонами и при отсутствии возражений ответчика относительно требования ФИО1 о возмещении ему ООО «Лавр» судебных расходов на текстовой набор иска и изготовление копий искового материала для ответчика на сумму 2933 руб., суд присуждает с ООО «Лавр» в пользу ФИО1 возмещение судебных расходов последнего на указанную сумму.

С учетом всего изложенного суд считает необходимым удовлетворить исковые требования ФИО1 в части восстановления истца на работе в должности дворника ООО «Лавр» с 12 апреля 2019 года и в части взыскания с ООО «Лавр» в пользу истца: недоначисленной оплаты фактически отработанного времени (выполненной работы) в июле-августе 2018 г. на сумму 12884,64 руб.; недоначисленной заработной платы за период с сентября 2018 по март 2019 г. на сумму 30605,55 руб., недоначисленной суммы компенсации за неиспользованный отпуск в размере 1172,01 руб.; среднего заработка за время вынужденного прогула с 02 апреля 2019 по 26 июня 2019 г. на сумму 51672,21 руб.; суммы денежной компенсации морального вреда за нарушение трудовых прав работника в размере 2000 руб.; судебных расходов на сумму 2933 руб., итого 101267,41 руб.

Суммы взыскания рассчитаны судом без вычитания НДФЛ, поскольку удержание налога на доходы физических лиц и перечисление его в бюджет является обязанностью работодателя (п. п. 1, 2 ст. 226 НК РФ).

При этом суд отказывает в удовлетворении исковых требований: о восстановлении ФИО1 на работе в ООО «Лавр» на уборку дворовых территорий при многоквартирных домах 7 и 8 микрорайона <адрес изъят> г. Саянска Иркутской области; о признании факта наличия трудовых отношений его с ООО «Лавр» с в июле-августе 2018 г.; о взыскании денежной компенсации за не выданную специальную одежду дворника.

Государственную пошлину на основании подп. 1 п. 1 ст. 333.36, подп. 8 п. 1 ст. 333.20 НК РФ в доход местного бюджета городского округа муниципального образования «город Саянск» Иркутской области следует взыскать с ответчика в размере, рассчитанном в соответствии с подп. 1 п. 1 ст. 333.19 НК РФ: 12884,64 руб. (недоначисленная оплата фактически отработанного времени (выполненной работы) в июле-августе 2018 г.) + 30605,55 руб. (недоначисленная заработная плата за период с сентября 2018 по март 2019 г.) + 1172,01 руб. (сумма недоначисленной компенсации за неиспользованный отпуск) + 51672,21 руб. (средний заработок за время вынужденного прогула с 02 апреля 2019 по 26 июня 2019 г.) = 96334,41 руб.; 800 руб. + 3% суммы 96334,41 руб., превышающей 20000 руб. = 3090 руб. (государственная пошлина по исковым требованиям имущественного характера); 3090 руб. + 300 руб. (государственная пошлина в силу подп. 3 п. 1 ст. 333.19 НК РФ по иску имущественного характера, не подлежащего оценке, - о денежной компенсации морального вреда) = 3390 руб.

Руководствуясь ст.ст.194-199 ГПК РФ, суд

решил

Восстановить ФИО1 в должности дворника в Обществе с ограниченной ответственностью «Лавр» с 12 апреля 2019 года.

Взыскать с Общества с ограниченной ответственностью «Лавр» в пользу ФИО1: недоначисленную оплату фактически отработанного времени (выполненной работы) в июле-августе 2018 года на сумму 12884,64 рублей; недоначисленную заработную плату за период с сентября 2018 по март 2019 года на сумму 30605,55 рублей, недоначисленную сумму компенсации за неиспользованный отпуск в размере 1172,01 рублей; средний заработок за время вынужденного прогула с 02 апреля 2019 по 26 июня 2019 года на сумму 51672,21 рублей; сумму денежной компенсации морального вреда за нарушение трудовых прав в размере 2000 рублей, судебные расходы на сумму 2933 рублей, итого 101267 (сто одна тысяча двести шестьдесят семь) рублей 41 копейка.

В удовлетворении исковых требований ФИО1 о восстановлении его на уборке обслуживаемых Обществом с ограниченной ответственностью «Лавр» дворовых территорий при многоквартирных домах <адрес изъят> и <адрес изъят> микрорайона <адрес изъят> г. Саянска Иркутской области, о признании факта наличия трудовых отношений его с Обществом с ограниченной ответственностью «Лавр» с в июле-августе 2018 года и о взыскании денежной компенсации за не выданную специальную одежду дворника отказать.

Взыскать с Общества с ограниченной ответственностью «Лавр» в доход местного бюджета городского округа муниципального образования «город Саянск» Иркутской области государственную пошлину в размере 3390 (три тысячи триста девяносто) рублей.

Решение в течение месяца со дня принятия его в окончательной форме может быть обжаловано в апелляционном порядке в Иркутский областной суд через Саянский городской суд Иркутской области.

Председательствующий: С.С. Маничева