Апелляционное определение № 33-4843/2026 от 12 апреля 2026 г.

Самарский областной суд (Самарская область) - Гражданские и административные
ИИ помощник КонсультантПлюс для юриста

Судья: Кужеева Э.Р. №

№

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ


13 апреля 2026 года г. Самара

Судебная коллегия по гражданским делам Самарского областного суда в составе:

председательствующего Шельпук О.С.,

судей Михеевой Е.Я., Нуждиной Н.Г.,

при секретаре Зацаринной Л.Л.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по апелляционной жалобе ФИО6 на решение Куйбышевского районного суда г. Самары от ДД.ММ.ГГГГ,

заслушав доклад судьи Самарского областного суда Михеевой Е.Я., объяснения истца ФИО6, третьего лица ФИО7, поддержавших доводы апелляционной жалобы,

УСТАНОВИЛА:

ФИО2 обратилась в Куйбышевский районный суд <адрес> с исковым заявлением к ФИО3 и ФИО5 о возмещении ущерба, причиненного дорожно-транспортным происшествием. В обоснование требований истец указала, что ДД.ММ.ГГГГ в 07 часов 50 минут в районе <адрес>Б по <адрес> произошло дорожно-транспортное происшествие с участием автомобиля «LADA XRAY», государственный регистрационный знак <***>, принадлежащего на праве собственности ФИО5 и находившегося под управлением ФИО3, и автомобиля марки Toyota Avensis, государственный регистрационный знак <***>, под управлением ФИО4, принадлежащего истцу. Виновным в дорожно-транспортном происшествии был признан водитель ФИО3, что подтверждено постановлением по делу об административном правонарушении и материалами последующего уголовного дела.

На момент происшествия гражданская ответственность ФИО8 была застрахована в страховом акционерном обществе «ВСК» по договору ОСАГО серии ХХХ № 0324116469. После обращения истца в порядке прямого возмещения убытков страховая компания признала случай страховым и выплатила страховое возмещение в пределах лимита ответственности в размере 400 000 рублей.

Для определения действительного размера ущерба ФИО6 обратилась к независимому эксперту. Согласно акту экспертного заключения № от ДД.ММ.ГГГГ, подготовленному ИП ФИО9, стоимость восстановительного ремонта автомобиля Toyota Avensis составила 1 292 900 рублей. Поскольку страхового возмещения оказалось недостаточно для полного восстановления нарушенного права, истец предъявила требования к непосредственному причинителю вреда и собственнику транспортного средства.

Истец также указала, что автомобиль под управлением ФИО8 использовался для коммерческой перевозки пассажиров в качестве такси, заказы принимались через интернет-приложение «Drivee»; погибший в результате дорожно-транспортного происшествия пассажир ФИО10 находился в автомобиле именно в таком качестве. По мнению истца, данные обстоятельства свидетельствуют о наличии между собственником и водителем отношений, предполагающих совместное извлечение дохода, что влечёт солидарную ответственность обоих ответчиков по возмещению вреда.

С учётом уточнения исковых требований в порядке статьи 39 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации ФИО6 просила суд взыскать с ФИО8 и ФИО11 солидарно: сумму невозмещённого материального ущерба в размере 648 700 рублей, рассчитанную как разницу между рыночной стоимостью автомобиля (1 048 700 руб.) и суммой страховой выплаты (400 000 руб.), с учетом полной гибели транспортного средства; расходы на проведение независимой оценки в размере 15 000 рублей; расходы на оплату услуг эвакуатора в размере 8 000 рублей; расходы на хранение повреждённого автомобиля в размере 9 780 рублей; расходы на оплату услуг представителя в размере 45 000 рублей; расходы по уплате государственной пошлины в размере 22 219 рублей; проценты за пользование чужими денежными средствами на основании статьи 395 Гражданского кодекса Российской Федерации за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в размере 193 353 рублей 40 копеек, с последующим начислением по день фактического исполнения обязательства.

Судом вынесено следующее решение:

«Исковые требования ФИО1, – удовлетворить частично.

Взыскать с ФИО3, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, (паспорт №) в пользу ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения (паспорт №) в счет возмещения ущерба, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия, денежную сумму в размере 420 500 руб., расходы на эвакуатор в размере 8 000 руб., расходы на хранение в размере 9 780 руб., расходы по оплате услуг эксперта в размере 9 870 рублей, расходы на представителя в размере 45 000 руб., расходы по оплате государственной пошлины в размере 12 061 руб., а всего 505 211 (пятьсот пять тысяч двести одиннадцать) рублей 00 копеек.

Взыскать с ФИО3, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, (паспорт №) в пользу ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения (паспорт <...>) проценты за пользование чужими денежными средствами в размере ключевой ставки Банка России, действующей в соответствующие периоды, начисляемой на сумму задолженности – 420 500 рублей, начиная с даты вступления решения суда в законную силу и по дату фактического исполнения настоящего решения суда.

В удовлетворении требований к ФИО5, – отказать.

Возвратить ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения (паспорт <...>) излишне оплаченную государственную пошлину в размере 3 889 руб.».

В апелляционной жалобе истец ФИО6 просит решение суда отменить в части отказа в удовлетворении исковых требований о привлечении к солидарной ответственности собственника транспортного средства ФИО11, возложив солидарную ответственность на ФИО11 по уплате суммы ущерба, определённой Куйбышевским районным судом г. Самары в решении от ДД.ММ.ГГГГ. В жалобе указано, что суд первой инстанции, не установив достоверно факт использования автомобиля, принадлежащего ФИО11, для коммерческих целей в качестве такси, не выяснив законность и цели перехода права владения источником повышенной опасности к ФИО8, неправомерно освободил ФИО11 как собственника автомобиля от гражданско-правовой ответственности за причинённый вред. Податель жалобы полагает, что сам по себе факт включения водителя в полис ОСАГО не свидетельствует о переходе права владения, а для полноценной передачи рисков необходимо юридически значимое оформление (договор аренды, доверенность, агентский договор), чего в материалах дела не имеется. Кроме того, в жалобе отмечается, что суд не учёл разъяснения Верховного Суда Российской Федерации, согласно которым передача документов и ключей подтверждает лишь желание собственника предоставить автомобиль в пользование, но не означает переход прав владения, а бремя доказывания законной передачи источника повышенной опасности лежит на собственнике. Заявитель также ссылается на проявленную собственником неосмотрительность: автомобиль был передан лицу, имеющему заболевания, препятствующие управлению, и ранее неоднократно попадавшему в дорожно-транспортные происшествия. Помимо этого, в жалобе содержится ссылка на то, что между ФИО11 и ФИО8 фактически сложились отношения, связанные с использованием транспортного средства для извлечения дохода (такси), что должно влечь солидарную ответственность на основании статьи 1080 Гражданского кодекса Российской Федерации. Таким образом, по мнению заявителя жалобы, решение суда в части отказа в солидарной ответственности собственника является незаконным и подлежит отмене.

В судебном заседании суда апелляционной инстанции истец ФИО6 поддержала доводы жалобы, просила решение суда в обжалованной части отменить, возложить солидарную ответственность на ФИО11 наряду с ФИО8

Третье лицо ФИО7 против удовлетворения апелляционной жалобы не возражал.

Иные лица, участвующие в деле, в заседание суда апелляционной инстанции не явились, о времени и месте слушания дела извещены надлежащим образом, по правилам ст. 113 Гражданского процессуального кодекса РФ, о чем свидетельствуют отчеты отслеживания почтовых отправлений, о причинах неявки судебной коллегии не сообщили, ходатайств об отложении судебного заседания не заявляли.

В силу статей 167 и 327 Гражданского процессуального кодекса РФ судебная коллегия считает возможным рассмотреть дело в отсутствие не явившихся лиц.

В соответствии с частью 1 статьи 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд апелляционной инстанции рассматривает дело в пределах доводов, изложенных в апелляционных жалобах, представлениях и возражениях относительно жалоб, представлений. Поскольку решение суда обжаловано ФИО6 исключительно в части отказа в удовлетворении исковых требований к ФИО11 и не оспаривается в части размера ущерба, взыскания судебных расходов и периода начисления процентов за пользование чужими денежными средствами, судебная коллегия проверяет законность и обоснованность решения только в обжалуемой части.

Выслушав пояснения лиц, участвующих при рассмотрении апелляционной жалобы, проверив материалы дела в пределах доводов, изложенных в апелляционной жалобе, обсудив их, судебная коллегия приходит к следующим выводам.

Согласно пунктам 1 и 2 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере. Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

В соответствии с пунктами 1 и 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный имуществу гражданина, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине.

Юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих, обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего (пункт 1 статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации). В силу абзаца второго пункта 1 статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации обязанность возмещения вреда возлагается на юридическое лицо или гражданина, которые владеют источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании (на праве аренды, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности и тому подобное).

В силу статьи 210 Гражданского кодекса Российской Федерации собственник несет бремя содержания принадлежащего ему имущества, если иное не установлено законом или договором. Из взаимосвязи приведённых норм следует, что гражданско-правовой риск возникновения вредных последствий при использовании источника повышенной опасности возлагается на собственника при отсутствии вины такого собственника в непосредственном причинении вреда, как на лицо, несущее бремя содержания принадлежащего ему имущества. Таким образом, владелец источника повышенной опасности, принявший риск причинения вреда таким источником, как его собственник, несет обязанность по возмещению причиненного этим источником вреда. По смыслу статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации ответственность за причиненный источником повышенной опасности вред несет его собственник, если не докажет, что право владения источником передано им иному лицу в установленном законом порядке.

Понятие владельца транспортного средства конкретизировано в статье 1 Федерального закона от 25 апреля 2002 года № 40-ФЗ «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств», согласно которой владельцем транспортного средства признается собственник транспортного средства, а также лицо, владеющее транспортным средством на праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании (право аренды, доверенность на право управления транспортным средством, распоряжение соответствующего органа о передаче этому лицу транспортного средства и тому подобное). Не является владельцем транспортного средства лицо, управляющее транспортным средством в силу исполнения своих служебных или трудовых обязанностей, в том числе на основании трудового или гражданско-правового договора с собственником или иным владельцем транспортного средства.

Отношения между причинителем вреда и потерпевшим регулируются положениями статей 15 и 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, согласно которым вред, причиненный имуществу гражданина, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившем вред (пункт 1 статьи 1064), лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере (пункт 1 статьи 15), а под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества – реальный ущерб, а также неполученные доходы – упущенная выгода.

В абзаце втором пункта 43 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 8 ноября 2022 года № 31 «О применении судами законодательства об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» разъяснено, что под полной гибелью понимаются случаи, при которых ремонт поврежденного имущества невозможен либо стоимость ремонта поврежденного имущества равна стоимости имущества на дату наступления страхового случая или превышает указанную стоимость (подпункт «а» пункта 18 статьи 12 Закона об ОСАГО).

В соответствии с частью 1 статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Судом первой инстанции на основании совокупности представленных доказательств установлены следующие фактические обстоятельства.

ДД.ММ.ГГГГ в 07 часов 50 минут в районе <адрес>Б по <адрес> произошло дорожно-транспортное происшествие с участием автомобиля «LADA XRAY», государственный регистрационный знак №, принадлежащего на праве собственности ФИО11, под управлением ФИО8, и автомобиля Toyota Avensis, государственный регистрационный знак <***>, под управлением ФИО7, принадлежащего ФИО6 В результате столкновения автомобиль истца получил механические повреждения.

Постановлением инспектора ДПС от ДД.ММ.ГГГГ ФИО8 признан виновным в совершении административного правонарушения, предусмотренного частью 2 статьи 12.16 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, за нарушение правил расположения транспортного средства на проезжей части, повлекшее столкновение.

Постановлением от ДД.ММ.ГГГГ производство по делу об административном правонарушении в отношении ФИО8 по статье 12.24 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях прекращено в связи с отсутствием состава правонарушения.

Вместе с тем, по факту того же дорожно-транспортного происшествия, повлекшего по неосторожности смерть пассажира ФИО12, находившегося в автомобиле «LADA XRAY», было возбуждено уголовное дело по части 3 статьи 264 Уголовного кодекса Российской Федерации.

Приговором Куйбышевского районного суда г. Самары от ДД.ММ.ГГГГ ФИО8 признан виновным в совершении указанного преступления, ему назначено наказание в виде лишения свободы сроком на один год одиннадцать месяцев с отбыванием в колонии-поселении и с лишением права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами, на срок два года. На момент рассмотрения настоящего гражданского дела приговор в законную силу не вступил, однако данное обстоятельство не препятствовало разрешению спора о возмещении вреда, причинённого имуществу потерпевшей.

Гражданская ответственность ФИО8 на момент происшествия была застрахована в САО «ВСК» по договору ОСАГО серии ХХХ №. ФИО8 был включён в указанный полис в качестве лица, допущенного к управлению транспортным средством. Страховая компания, признав дорожно-транспортное происшествие страховым случаем, произвела выплату страхового возмещения в размере 400 000 рублей в пользу ФИО6

Для определения размера ущерба, превышающего лимит страхового возмещения, по ходатайству представителя ответчика ФИО8 судом была назначена судебная автотехническая экспертиза, производство которой поручено ООО «Экспертное бюро ФИО13».

Согласно заключению эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ стоимость восстановительного ремонта автомобиля Toyota Avensis без учёта износа запасных частей составила 3 013 090 рублей, с учётом износа – 1 069 721 рубль; рыночная стоимость аналогичного транспортного средства на дату дорожно-транспортного происшествия определена в размере 1 048 700 рублей, а стоимость годных остатков – 228 200 рублей. Эксперт пришёл к выводу о полной гибели транспортного средства, поскольку стоимость восстановительного ремонта без учёта износа значительно превышает его рыночную стоимость.

Разрешая спор и руководствуясь положениями статей 15, 210, 1064, 1079, 1080 Гражданского кодекса Российской Федерации, суд первой инстанции пришёл к выводу, что надлежащим ответчиком по делу является непосредственный причинитель вреда ФИО8

Суд исходил из того, что на момент дорожно-транспортного происшествия ФИО8 на законном основании владел автомобилем, будучи включённым в полис ОСАГО в качестве лица, допущенного к управлению, а собственник ФИО11 полностью выполнила возложенную на неё законом обязанность по страхованию гражданской ответственности.

Суд указал, что материальный вред истцу не был причинён совместными действиями собственника и водителя, в связи с чем предусмотренные статьёй 1080 Гражданского кодекса Российской Федерации основания для солидарной ответственности отсутствуют.

На этом основании суд отказал в удовлетворении исковых требований к ФИО11, взыскав сумму невозмещённого ущерба, судебные расходы и проценты за пользование чужими денежными средствами исключительно с ФИО8

Судебная коллегия не может согласиться с выводами суда первой инстанции, поскольку они основаны на неправильном применении норм материального права, что в силу пункта 4 части 1 статьи 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации является основанием для отмены решения суда.

Как следует из приведённых выше положений статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации, обязанность возмещения вреда, причинённого источником повышенной опасности, в первую очередь возлагается на его законного владельца.

По смыслу закона, право владения источником повышенной опасности может быть передано собственником иному лицу только на законном основании и при условии надлежащего юридического оформления. Сам по себе факт передачи ключей и регистрационных документов на автомобиль, равно как и внесение водителя в полис ОСАГО в качестве лица, допущенного к управлению, подтверждает лишь волеизъявление собственника на передачу транспортного средства в пользование, однако не свидетельствует о переходе права владения в том значении, которое придаётся этому понятию статьёй 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации. Такое использование не лишает собственника права владения, а, следовательно, не освобождает его от обязанности по возмещению вреда, причинённого этим источником повышенной опасности. Иное толкование означало бы возможность для собственника в любой ситуации уклоняться от ответственности путём простого допуска к управлению иного лица, что противоречило бы сути деликта, закреплённого в статье 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Конституционный Суд Российской Федерации в своих решениях неоднократно подчёркивал, что установление повышенной ответственности владельцев источников повышенной опасности обусловлено необходимостью обеспечить защиту прав лиц, которым причинён вред, и стимулировать владельцев к надлежащему контролю за использованием принадлежащего им опасного имущества.

В развитие этих принципов Верховный Суд Российской Федерации в определении Судебной коллегии по гражданским делам от 2 июня 2020 года № 4-КГ20-11 разъяснил, что передача документов и ключей подтверждает лишь желание собственника предоставить автомобиль в пользование, но не означает переход прав владения, а для возложения ответственности на иное лицо требуется юридически корректное оформление такой передачи (договор аренды, доверенность, внесение в полис ОСАГО в качестве страхователя и т.п.).

Из материалов дела усматривается, что ФИО11 является собственником автомобиля «LADA XRAY», государственный регистрационный знак <***>. ФИО8 был вписан в полис ОСАГО в качестве лица, допущенного к управлению данным транспортным средством, однако каких-либо договоров (аренды, безвозмездного пользования, агентского договора либо доверенности) в подтверждение передачи права владения автомобилем в материалах дела не имеется.

ФИО11, будучи надлежащим образом извещённой о времени и месте рассмотрения дела, в судебные заседания не являлась, письменных объяснений по существу спора не представила, доказательств, свидетельствующих о переходе права владения источником повышенной опасности к ФИО8 в установленном законом порядке, не привела.

При таком положении бремя доказывания обстоятельств, освобождающих от ответственности, лежало именно на ней в силу статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, однако данная процессуальная обязанность исполнена не была.

С учётом изложенного судебная коллегия приходит к выводу, что законным владельцем источника повышенной опасности на момент дорожно-транспортного происшествия оставалась ФИО11, а потому именно она как собственник, несущий бремя содержания своего имущества, обязана возместить вред, причинённый в результате использования этого источника. Вывод суда первой инстанции о том, что лицом, ответственным за возмещение вреда, является только непосредственный причинитель – ФИО8 – не соответствует установленным по делу обстоятельствам и вышеприведённым нормам права.

Вместе с тем доводы апелляционной жалобы о необходимости возложения на ответчиков солидарной ответственности не могут быть признаны обоснованными.

В соответствии со статьёй 1080 Гражданского кодекса Российской Федерации лица, совместно причинившие вред, отвечают перед потерпевшим солидарно. Совместное причинение вреда предполагает согласованные, скоординированные действия двух или более лиц, находящиеся в прямой причинной связи с наступившими вредными последствиями.

В рассматриваемом случае вред ФИО6 был причинён исключительно действиями водителя ФИО8, допустившего столкновение; действия же собственника ФИО11 сами по себе не являлись непосредственной причиной дорожно-транспортного происшествия и не образовывали с действиями водителя единого совместного деликта. Следовательно, правовых оснований для применения солидарной ответственности не имеется.

Вместе с тем данное обстоятельство не освобождает собственника от обязанности возместить вред, поскольку по смыслу статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации ответственность за вред, причинённый источником повышенной опасности, несёт его законный владелец, если он не докажет, что право владения перешло к иному лицу в установленном порядке.

В данном случае законным владельцем, как уже указано, является ФИО11, а потому требование о взыскании с неё суммы ущерба является правомерным. То обстоятельство, что суд первой инстанции взыскал убытки с ФИО8 и одновременно отказал в иске к ФИО11, привело к неправильному определению субъекта ответственности, что подлежит исправлению путём отмены решения и принятия нового решения о возложении обязанности по возмещению ущерба на собственника транспортного средства.

Доводы жалобы об использовании автомобиля для коммерческих целей (такси) и о проявленной собственником неосмотрительности не могут повлиять на вывод о субъекте ответственности. Данные обстоятельства могли бы иметь значение для установления вины самого собственника в возникновении вреда, однако в отсутствие доказательств законной передачи права владения они не изменяют того факта, что именно собственник продолжал оставаться владельцем источника повышенной опасности и обязан отвечать за причинённый им вред. К тому же само по себе возможное использование автомобиля в качестве такси без соответствующего юридического оформления отношений с водителем не порождает солидарной ответственности, если не доказано совместное причинение вреда.

При изложенных обстоятельствах судебная коллегия приходит к выводу о том, что решение суда первой инстанции подлежит отмене полностью, а апелляционная жалоба ФИО6 – частичному удовлетворению. Суд первой инстанции неправильно определил лицо, ответственное за возмещение вреда, отказав в иске к собственнику ФИО11 и полностью освободив её от ответственности, а также неправомерно возложил обязанность по возмещению ущерба исключительно на ФИО8

Между тем, как установлено выше, законным владельцем источника повышенной опасности на момент дорожно-транспортного происшествия являлась ФИО11, а потому именно она обязана возместить причинённый вред. Требование о солидарной ответственности заявлено необоснованно, в связи с чем в его удовлетворении надлежит отказать.

Согласно пункту 1 статьи 395 Гражданского кодекса Российской Федерации в случаях неправомерного удержания денежных средств, уклонения от их возврата, иной просрочки в их уплате подлежат уплате проценты на сумму долга. Размер процентов определяется ключевой ставкой Банка России, действовавшей в соответствующие периоды. В пункте 57 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24 марта 2016 года № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств» разъяснено, что обязанность причинителя вреда по уплате процентов, предусмотренных статьёй 395 Гражданского кодекса Российской Федерации, возникает со дня вступления в законную силу решения суда, которым удовлетворено требование потерпевшего о возмещении причинённых убытков, если иной момент не указан в законе.

Поскольку размер ущерба установлен настоящим решением, проценты за пользование чужими денежными средствами подлежат взысканию с ФИО11 в пользу ФИО6 в размере ключевой ставки Банка России, действующей в соответствующие периоды, начисляемой на сумму задолженности 420 500 рублей, начиная с даты вступления решения суда в законную силу и по дату фактического исполнения обязательства.

В силу части 1 статьи 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесённые по делу судебные расходы. Пропорция распределения расходов, применённая судом первой инстанции исходя из частичного удовлетворения иска, не была предметом апелляционного обжалования, поэтому судебная коллегия не входит в её пересмотр.

Соответственно, с ФИО11 в пользу ФИО6 подлежат взысканию расходы на эвакуатор в размере 8 000 рублей, расходы на хранение в размере 9 780 рублей, расходы по оплате услуг эксперта в размере 9 870 рублей, расходы на представителя в размере 45 000 рублей.

Кроме того, судебная коллегия считает необходимым уточнить размер подлежащей взысканию государственной пошлины. Поскольку исковые требования имущественного характера удовлетворены частично, а государственная пошлина была уплачена истцом в большем размере, чем это предусмотрено подпунктом 1 пункта 1 статьи 333.19 Налогового кодекса Российской Федерации, её окончательный размер, подлежащий возмещению ответчиком, с учётом цены заявленных требований составляет 13 457 рублей.

Таким образом, судебная коллегия считает необходимым решение Куйбышевского районного суда г. Самары от 21 января 2026 года отменить и принять по делу новое решение, которым исковые требования ФИО6 к ФИО11 удовлетворить, а в удовлетворении требований к ФИО8 отказать. Ранее взысканные судом первой инстанции денежные суммы, размер которых не оспаривался, подлежат взысканию с надлежащего ответчика – ФИО11

На основании изложенного, руководствуясь статьями 328–330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

Решение Куйбышевского районного суда г. Самары от ДД.ММ.ГГГГ отменить, апелляционную жалобу ФИО6 удовлетворить частично.

Принять по делу новое решение.

Взыскать с ФИО11, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, (паспорт №) в пользу ФИО6 (паспорт №) стоимость восстановительного ремонта (ущерб) в размере 420 500 (четыреста двадцать тысяч пятьсот) рублей; расходы на эвакуатор в размере 8 000 (восемь тысяч) рублей; расходы на хранение автомобиля в размере 9 780 (девять тысяч семьсот восемьдесят) рублей; расходы по оплате досудебной экспертизы в размере 9 870 (девять тысяч восемьсот семьдесят) рублей; расходы по оплате услуг представителя в размере 45 000 (сорок пять тысяч) рублей; расходы по оплате государственной пошлины в размере 13 457 (тринадцать тысяч четыреста пятьдесят семь) рублей; проценты за пользование чужими денежными средствами в порядке статьи 395 Гражданского кодекса Российской Федерации, начисляемые на сумму задолженности 420 500 рублей, исходя из ключевой ставки Банка России, действующей в соответствующие периоды, начиная с даты вступления настоящего апелляционного определения в законную силу и по дату фактического исполнения обязательства.

В удовлетворении исковых требований ФИО6 к ФИО8 – отказать.

Определение суда апелляционной инстанции вступает в законную силу со дня его вынесения и может быть обжаловано в Шестой кассационный суд общей юрисдикции в течение трех месяцев со дня изготовления мотивированного апелляционного определения через суд первой инстанции.

Мотивированное апелляционное определение изготовлено ДД.ММ.ГГГГ.

Председательствующий:

Судьи:



Суд:

Самарский областной суд (Самарская область) (подробнее)

Судьи дела:

Михеева Е.Я. (судья) (подробнее)


Судебная практика по:

По нарушениям ПДД
Судебная практика по применению норм ст. 12.1, 12.7, 12.9, 12.10, 12.12, 12.13, 12.14, 12.16, 12.17, 12.18, 12.19 КОАП РФ

По ДТП (причинение легкого или средней тяжести вреда здоровью)
Судебная практика по применению нормы ст. 12.24. КОАП РФ

Упущенная выгода
Судебная практика по применению норм ст. 15, 393 ГК РФ

Ответственность за причинение вреда, залив квартиры
Судебная практика по применению нормы ст. 1064 ГК РФ

Источник повышенной опасности
Судебная практика по применению нормы ст. 1079 ГК РФ

Возмещение убытков
Судебная практика по применению нормы ст. 15 ГК РФ

Нарушение правил дорожного движения
Судебная практика по применению норм ст. 264, 264.1 УК РФ