Решение № 2-4170/2019 2-431/2011 2-431/2020 2-431/2020(2-4170/2019;)~М-3504/2019 М-3504/2019 от 10 февраля 2020 г. по делу № 2-4170/2019

Дело № 2-431/20 11 февраля 2020 года


Решение

Именем Российской Федерации

Василеостровский районный суд Санкт-Петербурга в составе:

председательствующего судьи Минихиной О.Л.,

при секретаре Лукьянцевой Д.С.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО7 к ФИО8 и ФИО9 о признании договора купли-продажи недействительным, истребовании имущества из чужого незаконного владения,

Установил:

Истец обратился в Василеостровский районный суд г. Санкт- Петербурга с исковым заявлением к ФИО9, ФИО8 о признании договора купли-продажи недействительным, истребовании имущества из чужого незаконного владения.

В обоснование заявленных требований истец указывал на то, что 15.04.1996 года приобрел <данные изъяты> квартиру, общей площадью <данные изъяты> кв.м., расположенную по адресу: ..., в которой он был зарегистрирован с 18.03.2014 года до 04.06.2019 года.

04.06.2019 года истец был на работе и его вещи были вывезены из вышеуказанной квартиры в арендуемое помещение по адресу: ...

XX.XX.XXXX истец женился на ФИО8 В период с декабря 2012 года по апрель 2013 года истцом и ФИО8 были взяты кредиты в банках «ВТБ-24», «Русский Стандарт», «Тинькофф», кредитные денежные средства, а также личные сбережения были вложены в покупку бонусных счетов и карт АВС ООО «Союз-Дисконт». Все денежные карточки ООО «Союз-Дисконт» были записаны на ФИО7 ФИО8 также брала кредиты на свое имя, деньги также вкладывались в ООО «Союз-Дисконт», но кредиты на ее имя совместно с истцом были погашены. Выплаты бонусов ООО «Союз-Дисконт» не производило, из-за чего истец не смог своевременно вносить платежи по кредитам и ему стали звонить кредиторы и коллекторы. По поводу мошеннических действий ООО «Союз-Дисконт» истец обращался в правоохранительные органы. В сложившейся ситуации жена и теща стали говорить истцу, что в счет уплаты задолженности по кредитам у него могут отобрать квартиру и обязать выплачивать долги жену истца.

17.04.2013 года ФИО7 уговорила истца заключить брачный договор XXX, с установлением режима раздельной собственности.

07.05.2013 года был заключен договор купли-продажи квартиры б/н с ФИО9 на сумму 3 000 000 руб., при этом никаких денежных средств истец не получил, акт приема-передачи денег также не составлялся. Договор носил притворный (мнимый) характер: он был заключен с целью, не допустить обращения взыскания на квартиру из-за долгов по кредитам.

Кроме того, по настоянию ФИО9, истец выписался из указанной квартиры и оформил фиктивную прописку в Ленинградской области.

17.06.2013 года ФИО9 составила завещание XXX в котором завещает квартиру, расположенную по адресу: ...

XX.XX.XXXX ФИО9 и ФИО7 добились расторжения брака с истцом. Расторжение брака также было мнимым, фактически семейные отношения не прекратились, истец и ответчик ФИО8 проживали вместе и вели совместное хозяйство.

XX.XX.XXXX у истца и ФИО8 родился совместный ребенок – ФИО1

Как указывает истец, в указанной квартире он проживает более 22-х лет, в ней находится мебель и личные вещи истца. Истец регулярно делает ремонт в квартире, а также несет расходы по оплате коммунальных услуг.

С января 2019 года ФИО8 и ее мать - ФИО8 всячески выживают истца из квартиры, создавая невыносимые условия проживания.

На основании изложенного, истец просил суд признать недействительным в силу мнимости договор купли-продажи квартиры от 07.05.2013 года, заключенный между ФИО7 и ФИО9, с применением последствий недействительности сделки, истребовать у ФИО9 квартиру, расположенную по адресу: ..., признать за ФИО7 право собственности на вышеуказанную квартиру, взыскать судебные расходы в размере 130 480 руб., расходы по оплате государственной пошлины в размере 9 752 руб.

Истец и его представитель ФИО10, действующая на основании доверенности от 06.09.2019 года, выданной в порядке передоверия на основании доверенности XXX от 14.09.2019 года, в судебное заседание явились, исковые требования поддержали в полном объеме, заявили ходатайство о восстановлении срока исковой давности, указывая, что нарушение прав истца началось только в 2018 году, когда ответчики стали препятствовать истцу в проживании в спорном жилом помещении, в связи с чем срок исковой давности истцом не пропущен (л.д. 120 –121).

Ответчик ФИО9 в судебное заседание не явилась, о дате и месте судебного заседания извещалась судом надлежащим образом, воспользовалась правом, предоставленным ч. 1 ст. 48 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее ГПК РФ) на ведение дел через представителя.

Представитель ответчика ФИО9 - ФИО11, действующий на основании доверенности XXX от 09.10.2019 года и доверенности XXX от 09.01.2020 года, в судебное заседание явился, возражал против удовлетворения исковых требований по доводам, изложенным в возражениях на исковое заявление, заявил ходатайство о применении последствий пропуска срока исковой давности (л.д. 110 –113).

Ответчик ФИО8 и ее представитель ФИО11, действующий на основании доверенности XXX от 09.10.2019 года и доверенности XXX от 09.01.2020 года, в судебное заседание явились, возражали против удовлетворения исковых требований по доводам, изложенным в возражениях на исковое заявление, заявили ходатайство о применении последствий пропуска срока исковой давности (л.д. 110 – 113).

Представитель третьего лица Управления Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Санкт-Петербургу в судебное заседание не явился, извещался судом надлежащим образом о дате, времени и месте судебного заседания, заявил ходатайство о рассмотрении дела в отсутствии, ранее представил письменную позицию по делу.

Суд полагает возможным рассмотреть дело в отсутствие ответчика ФИО9 и представителя третьего лица в порядке ст. 48 и ст. 167 ГПК РФ.

Выслушав пояснения лиц, участвующих в деле, показания свидетелей, исследовав представленные доказательства, оценив их относимость, допустимость и достоверность, а также их взаимную связь и достаточность в совокупности, суд приходит к следующему.

Целью гражданского судопроизводства является защита нарушенных или оспариваемых прав, свобод и законных интересов граждан, организаций прав и интересов Российской Федерации, субъектов Российской Федерации, муниципальных образований, других лиц, являющихся субъектами гражданских, трудовых или иных правоотношений (ст. 2 ГПК РФ).

В развитие закрепленной в ст. 46 Конституции Российской Федерации гарантии на судебную защиту прав и свобод человека и гражданина часть первая ст. 3 ГПК РФ устанавливает, что заинтересованное лицо вправе в порядке, установленном законодательством о гражданском судопроизводстве, обратиться с суд за защитой нарушенных или оспариваемых прав, свобод или законных интересов.

Тем самым гражданское процессуальное законодательство, конкретизирующее положения ст. 46 Конституции Российской Федерации, исходит, по общему правилу, из того, что любому лицу судебная защита гарантируется только при наличии оснований полагать, что права и свободы, о защите которых просит лицо, ему принадлежат, и при этом указанные права и свободы были нарушены или существует реальная угроза их нарушения (Определение Конституционного Суда Российской Федерации от 13.05.2014 года № 998-О).

Между тем, в силу положений ч. 3 ст. 17 Конституции Российской Федерации осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц.

Указанный основополагающий принцип осуществления гражданских прав закреплен также и положениями ст. 10 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее по тексту ГК РФ), в силу которых не допускаются действия граждан и юридических лиц, осуществляемые исключительно с намерением причинить вред другому лицу, а также злоупотребление правом в иных формах. В случае несоблюдения требований, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, суд, арбитражный суд или третейский суд может отказать лицу в защите принадлежащего ему права.

В соответствии с п. 2 ст. 1 ГК РФ граждане и юридические лица приобретают и осуществляют свои гражданские права своей волей и в своем интересе на основе договора и в определении любых не противоречащих законодательству условий договора.

Положения ст. 8 ГК РФ предусматривают в качестве оснований возникновения гражданских прав и обязанностей возникновение последних из договоров (сделок).

В силу ст. 153 ГК РФ сделками признаются действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей.

Собственник, согласно ч. 2 ст. 209 ГК РФ, вправе по своему усмотрению совершать в отношении принадлежащего ему имущества любые действия, не противоречащие закону и иным правовым актам и не нарушающие права и охраняемые законом интересы других лиц, в том числе отчуждать свое имущество в собственность другим лицам, передавать им, оставаясь собственником, права владения, пользования и распоряжения имуществом, отдавать имущество в залог и обременять его другими способами, распоряжаться им иным образом.

В соответствии с ч. 2 ст. 218 ГК РФ право собственности на имущество, которое имеет собственника, может быть приобретено другим лицом на основании договора купли-продажи, мены, дарения или иной сделки об отчуждении этого имущества.

Из содержания п. 1 ст. 420 ГК РФ физические следует, что договором признается соглашение двух или нескольких лиц об установлении, изменении или прекращении гражданских прав и обязанностей.

Вместе с тем, в соответствии с ч.4 ст. 421 ГК РФ условия договора определяются по усмотрению сторон, кроме случаев, когда содержание соответствующего условия предписано законом или иными правовыми актами.

В соответствии с п. 1 ст. 432 ГК РФ договор считается заключенным, если между сторонами, в требуемой в подлежащих случаях форме, достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора. Существенными являются условия о предмете договора, условия, которые названы в законе или иных правовых актах, как существенные или необходимые для договоров данного вида, а также все условия, относительно которых по заявлению одной стороны должно быть достигнуто соглашение.

Согласно с п. 1 ст. 454 ГК РФ, по договору купли-продажи одна сторона (продавец) обязуется передать вещь (товар) в собственность другой стороне (покупателю), а покупатель обязуется принять этот товар и уплатить за него определенную денежную сумму (цену).

В соответствии с ч. 1 ст. 549 ГК РФ по договору купли-продажи недвижимого имущества (договору продажи недвижимости) продавец обязуется передать в собственность покупателя земельный участок, здание, сооружение, квартиру или другое недвижимое имущество.

В силу ч. 1 ст. 550 ГК РФ договор продажи недвижимости заключается в письменной форме путем составления одного документа, подписанного сторонами (п. 2 ст. 434).

Пунктом 1 ст. 551 ГК РФ предусмотрено, что переход права собственности на недвижимость по договору купли-продажи недвижимости к покупателю подлежит государственной регистрации.

В соответствии с ч. 2 ст. 558 ГК РФ договор продажи жилого дома, квартиры, части жилого дома или квартиры подлежит государственной регистрации и считается заключенным с момента такой регистрации.

В случаях, когда отчуждение имущества подлежит государственной регистрации, право собственности у приобретателя возникает с момента такой регистрации, если иное не установлено законом (п. 2 ст. 223 ГК РФ).

При рассмотрении спора по существу были установлены следующие обстоятельства.

Как следует из материалов дела, собственников квартиры, расположенной по адресу: ..., являлся ФИО7 на основании договора купли-продажи 15.04.1996 года № Д-333 (л.д. 46 - 47).

ФИО7 и ФИО7 с XX.XX.XXXX состояли в зарегистрированном браке, о чем Дворцом бракосочетания № 1 Санкт-Петербурга составлена запись о заключении брака XXX.

17.04.2013 года ФИО7 и ФИО7 заключили брачный договор на бланке XXX, в соответствии с которым на все имущество, в чем бы таковое не заключалось и где бы оно не находилось (любое имущество, в том числе имущественные права и обязанности, доходы, полученные каждым из супругов в результате его трудовой, авторской или научной деятельности), уже приобретенное в период брака до заключения настоящего Договора и то, которое будет присвоено супругами в период брака после заключения настоящего договора, устанавливается режим раздельной собственности (л.д. 50 –51).

Согласно п. 2 брачного договора собственностью каждого Супруга является имущество, приобретенное данным Супругом на свое имя (в том числе зарегистрированное им на свое имя). Денежные средства, на которые приобретается имущество, также являются раздельной собственностью супругов.

В соответствии с установленным режимом раздельной собственности при отчуждении, передаче в залог, мене, заключении иных сделок с приобретенным в период брака имуществом применяется режим раздельной собственности, следовательно, ни один из Супругов не вправе претендовать на выдел соответствующей доли в праве собственности на приобретенное вторым Супругом в период брака имущество, а также не применяются правила, установленные ст. 35 СК РФ вслучае отчуждения или приобретения имущества (то есть не требуется согласие супруга).

07.05.2013 года между ФИО7 и ФИО9 (тещей - матерью ФИО7) был заключен договор купли-продажи, предметом которого являлась принадлежащая истцу на праве собственности квартира, расположенная по адресу: ... (л.д. 48 – 49).

По условиям данной сделки имущество истца продано ФИО9, выступающей в качестве покупателя, за 3 000 000 руб. (п. 4 договора).

В соответствии с п. 6 договора купли-продажи передача отчуждаемой квартиры продавцом покупателю произведена до подписания настоящего договора. Настоящий договор является передаточным актом отчуждаемого имущества.

Согласно п. 7 договора стороны подтверждают, что они не лишены и не ограничены в дееспособности, осознают суть подписываемого договора и обстоятельства его заключения, способны понимать значение своих действий и руководить ими при подписании договора.

07.06.2013 года ФИО9 составлено завещание XXX в соответствии с которым ФИО9 настоящим завещает на случай смерти распоряжение, принадлежащего ей имущества, квартиры по адресу: ..., ФИО7 (л.д 26).

07.07.2014 года спорное жилое помещение передано по договору дарения XXX, заключенному между ФИО9 (даритель) и ФИО7 (одаряемый) (л.д. 24 - 25).

Согласно материалам дела, 25.08.2014 года ФИО7 обратился к мировому судье судебного участка № 16 с заявлением о расторжении брака с ФИО7, в котором указал, что совместная жизнь с ответчиком не сложилась из-за несовместимости характеров и разных взглядов на жизнь. Брачные отношения между сторонами прекращены с 01.09.2012 года, общее хозяйство не ведется. Дальнейшая совместная жизнь и сохранение семьи невозможны (л.д. 114).

Решением мирового судьи Козихина В.А. судебного участка № 16 Санкт-Петербурга брак между ФИО7 и ФИО7 расторгнут, о чем XX.XX.XXXX составлена запись о расторжении брака XXX, что подтверждается свидетельством о расторжении брака (л.д. 14, 27).

03.03.2015 года в отношении спорного объекта недвижимости зарегистрировано право собственности ФИО7 на основании договора дарения от 07.07.2014 года.

XX.XX.XXXX ФИО7 произведена смена фамилии на ФИО8 (л.д. 34).

Обратившись в суд с исковыми требованиями, истец ссылается на то, что договор купли-продажи квартиры является мнимой сделкой, поскольку был заключен с целью не допустить обращения взыскания на квартиру из-за долгов по кредитам. Квартира ФИО9 по акту приема-передачи не передавалась, расчеты по договору между сторонами не произведены, с момента заключения договора истец продолжал проживать в квартире, приобретал предметы мебели, осуществлял текущий и капитальный ремонт, производил оплату коммунальных услуг, то есть нес обязанности собственника объекта недвижимости.

Данные обстоятельства отрицают ответчики, указывая, что действительная воля сторон была направлена именно на заключение договора купли-продажи, произошло исполнение сделки, ФИО9 стала осуществлять права собственника спорной квартиры с момента заключения договора купли-продажи, ее право собственности зарегистрировано в установленном порядке.

Согласно п. 1 ст. 166 ГК РФ, сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Согласно п.1 и 2 ст. 167 ГК РФ, недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.

При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

В соответствии с п. 1 ст. 170 ГК РФ мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

Исходя из содержания указанной нормы права, для признания сделки мнимой необходимо установить, что на момент совершения сделки стороны не намеревались создать соответствующие условиям этой сделки правовые последствия, характерные для сделок данного вида. При этом обязательным условием признания сделки мнимой является порочность воли каждой из ее сторон. Мнимая сделка не порождает никаких правовых последствий и, совершая мнимую сделку, стороны не имеют намерений ее исполнять либо требовать ее исполнения.

Фиктивность мнимой сделки заключается в том, что у ее сторон нет цели достижения заявленных результатов. Волеизъявление сторон мнимой сделки не совпадает с их внутренней волей. Реальной целью мнимой сделки может быть, например, искусственное создание задолженности стороны сделки перед другой стороной для последующего инициирования процедуры банкротства и участия в распределении имущества должника.

В то же время для данной категории ничтожных сделок определения точной цели не требуется. Установление факта того, что стороны на самом деле не имели намерения на возникновение, изменение, прекращение гражданских прав и обязанностей, обычно порождаемых такой сделкой, является достаточным для квалификации сделки как ничтожной.

Сокрытие действительного смысла сделки находится в интересах обеих ее сторон. Совершая сделку лишь для вида, стороны правильно оформляют все документы, но создать реальные правовые последствия не стремятся. Поэтому факт расхождения волеизъявления с волей устанавливается судом путем анализа фактических обстоятельств, подтверждающих реальность намерений сторон. Обстоятельства устанавливаются на основе оценки совокупности согласующихся между собой доказательств. Из разъяснений, содержащихся в пункте 86 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 года N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна (п.1 ст. 170 ГК РФ).

Следует учитывать, что стороны такой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение. Например, во избежание обращения взыскания на движимое имущество должника заключить договоры купли-продажи или доверительного управления и составить акты о передаче данного имущества, при этом сохранив контроль соответственно продавца или учредителя управления за ним.

Равным образом осуществление сторонами мнимой сделки для вида государственной регистрации перехода права собственности на недвижимое имущество не препятствует квалификации такой сделки как ничтожной на основании п. 1 ст. 170 ГК РФ.

По смыслу приведенной нормы и разъяснений, лицо, ссылающее на мнимость сделки, должно представить доказательства того, что волеизъявление обеих сторон сделки направлено на совершение ее лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия

В соответствии со ст. 56 ГПК РФ, содержание которой следует рассматривать в контексте с положениями п.3 ст. 123 Конституции Российской Федерации и ст. 12 ГПК РФ, закрепляющих принцип состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом. Не исполнение стороной указанной обязанности на представление доказательств или злоупотребление им (ч. 1 ст. 35, ч. 4 ст. 1 ГПК РФ, п. 2 ст. 10 ГК РФ), влечет соответствующие процессуальные последствия – в том числе и постановление решения только на основании тех доказательств, которые представлены в материалы дела другой стороной.

Как указывалось ранее, заявляя настоящие требования, истец указал, что вышеуказанный договор купли-продажи квартиры заключен сторонами лишь для вида, без намерения создать юридические последствия.

Как следует из материалов регистрационного дела, 13.05.2013 года с заявлением о государственной регистрации договора и перехода права собственности по нему в Управление Росреестра по Санкт-Петербургу обратилась ФИО2, действующая по доверенности XXX от 06.05.2013 года в интересах ФИО9 и по доверенности XXX от 30.04.2013 года в интересах ФИО7, которая также представила нотариально удостоверенные заявления ФИО9 и ФИО7 об отсутствии у них супругов.

Доверенность XXX от 30.04.2013 года до настоящего времени в установленном порядке не оспорена и не признана недействительной.

24.05.2013 года право собственности ФИО9 в отношении ... по адресу ... было зарегистрировано в Едином государственном реестре прав на недвижимое имущество и сделок с ним.

Из материалов дела следует, что ответчик ФИО8 с 29.05.2000 года зарегистрирована в спорной квартире, проживает в данном жилом помещении и несет бремя содержания жилого помещения, оплачивает коммунальные платежи.

18.03.2014 года ФИО7 снят с регистрационного учета по спорному адресу на основании личного заявления, убыл по адресу: ...

В силу требований ст. 60 ГПК РФ обстоятельства дела, которые в соответствии с законом должны быть подтверждены определенными средствами доказывания, не могут подтверждаться никакими другими доказательствами.

Свидетельские показания могут быть использованы как сведения об обстоятельствах, имеющих значение при рассмотрении данного дела, но наряду с другими доказательствами.

При рассмотрении спора по ходатайству сторон судом в качестве свидетелей были опрошены ФИО3, ФИО4, ФИО5, ФИО6, ФИО8, которые пояснили, что периодически встречают истца у дома, видят на прогулках с ребенком, истец принимает активное участие в решении вопросов многоквартирного дома, действуя как собственник квартиры, в связи с чем свидетели полагали, что истец постоянно проживает по спорному адресу.

Не доверять показаниям свидетелей у суда не имеется оснований, поскольку они не заинтересованы в исходе дела, однако, по мнению суда, показания свидетелей не подтверждают обстоятельства мнимости сделки.

Доводы ФИО7 о том, что после совершения сделки он продолжал проживать в квартире, оплачивал мебель, ремонтные работы являются несостоятельными, поскольку данное обстоятельство не определяет мнимый характер заключенной сделки и отсутствие подлинной воли сторон на создание последствий, соответствующих сделкам данного вида, при том, что ни одна из сторон в ходе слушания дела не оспаривала тот факт, что до июня 2019 года ФИО7 имел доступ в квартиру, поддерживал отношения с детьми. Тот факт, что квартира продавцу фактически не передавалась, не свидетельствует о мнимости договора, поскольку как следует из пояснений ответчика ФИО9, в приобретенной квартире проживала ее дочь с детьми, то есть квартиру приобрела на будущее для своих детей, в связи с чем соглашалась с фактом нахождения истца в квартире.

Учитывая изложенное, суд приходит к выводу, что истцом в нарушение положений ст. 56 ГПК РФ не представлено доказательств, а судом не установлено обстоятельств, подтверждающих заключение оспариваемого договора, направленного на достижение других правовых последствий и прикрывающего иную волю всех участников сделки. Достоверных и убедительных данных, свидетельствующих о том, что стороны сделки купли-продажи квартиры не имели намерений ее исполнять или требовать исполнения, в деле также не имеется.

Согласно ст. 431 ГК РФ при толковании условий договора судом принимается во внимание буквальное значение содержащихся в нем слов и выражений. Буквальное значение условия договора в случае его неясности устанавливается путем сопоставления с другими условиями и смыслом договора в целом.

Если правила, содержащиеся в ч. 1 данной статьи, не позволяют определить содержание договора, должна быть выяснена действительная общая воля сторон с учетом цели договора. При этом принимаются во внимание все соответствующие обстоятельства, включая предшествующие договору переговоры и переписку, практику, установившуюся во взаимных отношениях сторон, обычаи, последующее поведение сторон.

Таким образом, содержание договора определяется в соответствии с его общепринятой трактовкой и пониманием его условий сторонами. Если положения договора могут иметь несколько значений либо не позволяют достоверно установить значение отдельных положений, суды обязаны выявить действительную и реальную волю сторон. Основным способом ее установления являются показания сторон или их представителей по условиям договора и обстоятельствам дела. Суд обязан учитывать в совокупности все собранные по делу доказательства с целью выявления действительной воли сторон и исключения каких-либо сомнений в ее достоверности.

Судом установлено, что форма и содержание сделки соответствуют требованиям действующего законодательства; условия договора исполнены сторонами, поскольку на основании заявлений сторон осуществлена государственная регистрация сделки и перехода права собственности на недвижимое имущество к ФИО9, денежные средства по сделке переданы, что подтверждается п. 4 договора купли-продажи, из буквального содержания которого следует, что покупатель выплатил продавцу 3 000 000 руб. до подписания настоящего договора, что удостоверено собственноручно сделанной истцом подписью в договоре, принадлежность которой ФИО7 не оспаривал.

Суд отклоняет довод истца о том, что денежная сумма в качестве оплаты стоимости квартиры покупателем продавцу не передавалась, поскольку доказательств, свидетельствующих о безденежности договора купли-продажи квартиры от 07.05.2013 года в материалах дела нет, доводы истца противоречат тексту договора.

Более того, невнесение оплаты недействительность договора не влечет. Продавец не лишен возможности защитить свои права в судебном порядке иным способом.

Доводы истца о заниженной стоимости квартиры также не могут являться основанием для признания оспариваемой сделки недействительной, поскольку по смыслу ст. 421 ГК РФ граждане и юридические лица свободны в заключении договоров. Так, из пункта 3 договора купли-продажи от 07.05.2013 года следует, что стороны оценили отчуждаемую квартиру в 3 000 000 руб.

Доводы ФИО7 о том, что указанная сделка являлась способом уклонения истца от исполнения своих долговых обязательств и совершена для вида, нельзя признать обоснованными, ввиду следующего.

На момент совершения оспариваемой сделки задолженность по решениям суда с ФИО7 взыскана не была, отчуждаемое имущество обеспечительными мерами обременено не было, запретов и ограничений на его отчуждение не имелось, доказательств обратного суду не представлено. Само по себе наличие гражданско-правовых обязательств не может препятствовать должнику ФИО7 распоряжаться имуществом, не находящимся под арестом.

Доказательства того, что целью вышеуказанного договора купли-продажи являлось не создание соответствующих правовых последствий, а избежание обращения взыскания на принадлежащее ФИО7 имущество, то есть, что сделки носят мнимый характер, вопреки требованиям ст. 56 ГПК РФ истцом суду не представлены.

Таким образом, в ходе судебного разбирательства установлено, что право собственности на спорное жилое помещение ФИО9 зарегистрировано в установленном законом порядке, впоследствии ФИО9 реализовала свое право на распоряжение своим имуществом, заключив договор дарения с ФИО8, то есть оспариваемая истцом сделка породила именно те правовые последствия, которые соответствуют намерениям сторон при заключении договора купли-продажи, в связи с чем требования истца о признании договора купли-продажи недействительным удовлетворению не подлежат.

В связи с указанными обстоятельствами суд приходит к выводу, что сделка надлежащим образом оформлена в письменной форме и зарегистрирована, что свидетельствует о наличии воли ответчика ФИО9 на ее совершение. Кроме того, поскольку мнимость предполагает порочность воли обеих сторон, то при отсутствии данного признака у другой стороны исключает возможность признания ее мнимой.

Кроме того, исковые требования ФИО7 удовлетворению не подлежат, поскольку истцом был пропущен срок исковой давности.

Конституцией Российской Федерации каждому гарантируется судебная защита его прав и свобод (ч. 1 ст. 46).

Пунктом первым ст. 9 ГК РФ установлено, что граждане и юридические лица по своему усмотрению осуществляют принадлежащие им гражданские права.

Конституционный Суд Российской Федерации неоднократно указывал, что регулирование сроков для обращения в суд, включая их изменение и отмену, относится к компетенции законодателя и что установление этих сроков обусловлено необходимостью обеспечить стабильность правоотношений и не может рассматриваться как нарушение права на судебную защиту (Определения от 03.10.2006 года № 439-О, от 05.03.2009 года № 253-О-О, от 08.04.2010 года № 456-О-О, от 02.12.2013 года № 1908-О и др.). Данный вывод в полной мере распространяется и на гражданско-правовой институт исковой давности (Определения Конституционного Суда Российской Федерации от 24.06.2008 года № 364-О-О, от 29.05.2012 года № 894-О, от 22.04.2014 года №752-О и др.).

Согласно ст.195 ГК РФ исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено.

В силу п. 2 ст. 199 ГК РФ исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения.

Истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

В силу п. 1 ст. 200 ГК РФ течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права.

Согласно ст. 197 ГК РФ для отдельных видов требований законом могут устанавливаться специальные сроки исковой давности, сокращенные или более длительные по сравнению с общим сроком.

Согласно ст. 181 ГК РФ срок исковой давности по требованиям о применении последствий недействительности ничтожной сделки и о признании такой сделки недействительной (п. 3 ст. 166) составляет три года. Течение срока исковой давности по указанным требованиям начинается со дня, когда началось исполнение ничтожной сделки, а в случае предъявления иска лицом, не являющимся стороной сделки, со дня, когда это лицо узнало или должно было узнать о начале ее исполнения. При этом срок исковой давности для лица, не являющегося стороной сделки, во всяком случае не может превышать десять лет со дня начала исполнения сделки (п. 1).

Согласно разъяснениям, изложенным в п. 101 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 года № 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", для требований сторон ничтожной сделки о применении последствий ее недействительности и о признании такой сделки недействительной установлен трехлетний срок исковой давности, который исчисляется со дня, когда началось исполнение ничтожной сделки, то есть одна из сторон приступила к фактическому исполнению сделки, а другая - к принятию такого исполнения (п. 1 ст. 181 ГК РФ).

Поскольку мнимая сделка является ничтожной сделкой, то срок исковой давности по требованию о применении последствий недействительности мнимой сделки составляет три года со дня, когда началось исполнение такой сделки.

Из материалов дела следует, что договор купли-продажи квартиры был заключен 07.05.2013 года, государственная регистрация указанного договора купли-продажи произведена 24.05.2013 года, в то время как с исковым заявлением о признании сделки недействительной в Василеостровский районный суд г. Санкт-Петербурга истец обратился 17.09.2019 года, то есть по истечении трехлетнего срока исковой давности, что в силу п. 1 ст. 199 ГК РФ, п. 15 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29.09.2015 года №43 "О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности" является самостоятельным основанием для отказа в удовлетворении исковых требований.

Довод истца о том, что о нарушении своих прав он узнал только в 2018 году, когда ответчики стали препятствовать истцу в проживании в спорном жилом помещении, суд признает несостоятельным, поскольку в соответствии со ст. 181 ГК РФ срок исковой давности исчисляется с момента исполнения сделки, а не с момента, когда истец узнал или должен был узнать о нарушении своего права.

В порядке исключения из общего правила применительно к требованиям, связанным с недействительностью ничтожных сделок, в п. 1 ст. 181 ГК РФ предусмотрена специальная норма, в соответствии с которой течение срока исковой давности по требованиям о применении последствий недействительности ничтожной сделки определяется не субъективным фактором - осведомленностью заинтересованного лица о нарушении его прав, - а объективными обстоятельствами, характеризующими начало исполнения сделки.

При этом именно такое правовое регулирование обусловлено характером соответствующих сделок как ничтожных, которые недействительны с момента совершения независимо от признания их таковыми судом (п. 1 ст. 166 ГК РФ), а значит, не имеют юридической силы, не создают каких-либо прав и обязанностей как для сторон по сделке, так и для третьих лиц.

При таком положении, поскольку право на предъявление иска в данном случае связано с наступлением последствий исполнения ничтожной сделки и имеет своей целью их устранение, именно момент начала исполнения такой сделки, когда возникает производный от нее тот или иной не правовой результат, избран в качестве определяющего для исчисления срока исковой давности.

Статьей 205 ГК РФ предусмотрено, что в исключительных случаях, когда суд признает уважительной причину пропуска срока исковой давности по обстоятельствам, связанным с личностью истца (тяжелая болезнь, беспомощное состояние, неграмотность и т.п.), нарушенное право гражданина подлежит защите. Причины пропуска срока исковой давности могут признаваться уважительными, если они имели место в последние шесть месяцев срока давности, а если этот срок равен шести месяцам или менее шести месяцев - в течение срока исковой давности.

Доказательств, свидетельствующих об уважительности причин пропуска срока исковой давности, истец не представил.

При таких обстоятельствах, в удовлетворении искового требования о признании недействительным договора купли-продажи надлежит отказать и по мотиву пропуска истцом срока давности. Поскольку требование о признании договора недействительным подлежит отклонению, то отсутствуют и правовые основания для удовлетворения производных от него требований об истребовании имущества из чужого незаконного владения.

В соответствии с ч. 1 ст. 98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы.

В соответствии с ч. 1 ст. 100 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.

Учитывая, что судом отказано в удовлетворении исковых требований, не подлежат удовлетворению требования ФИО7 о возмещении судебных расходов.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 167, 194-199 ГПК РФ, суд

Решил:

В удовлетворении исковых требований ФИО7 к ФИО8 и ФИО9 о признании договора купли-продажи недействительным, истребовании имущества из чужого незаконного владения - отказать.

Решение может быть обжаловано в Санкт-Петербургский городской суд в течение месяца со дня принятия судом решения в окончательной форме путем подачи апелляционной жалобы через Василеостровский районный суд г. Санкт-Петербург.

Судья:

Мотивированное решение суда изготовлено XX.XX.XXXX.