Апелляционное постановление № 10-8/2025 от 23 февраля 2025 г. по делу № 1-2/2024

Мировой судья Поваляева А.С. Дело № 10-8/2025

УИД 23MS0236-01-2024-001961-56


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г.Краснодар 24 февраля 2025 года

Советский районный суд г.Краснодара в составе:

председательствующего - судьи Шаршавицкого А.В.,

с участием:

государственного обвинителя - помощника Краснодарского транспортного прокурора Перовой А.А.,

осужденного ФИО1,

защитника осужденного - адвоката Колесниченко С.В., представившего удостоверение № от ДД.ММ.ГГГГ и ордер № от ДД.ММ.ГГГГ,

при секретаре Кудайнетовой И.Ю.,

рассмотрев в апелляционном порядке в открытом судебном заседании материалы уголовного дела по апелляционной жалобе защитника осужденного ФИО1 – адвоката Колесниченко С.В. на приговор мирового судьи судебного участка № Карасунского внутригородского округа г.Краснодара от ДД.ММ.ГГГГ, которым

ФИО1, <данные изъяты>, ранее не судимый,

осужден по п.«в» ч.1 ст.256 УК РФ к наказанию в виде обязательных работ на срок 180 часов;

гражданский иск прокурора к ФИО1 удовлетворен и с него взыскан ущерб, причиненный водным биологическим ресурсам Российской Федерации, в доход Российской Федерации (в лице государственного учреждения Азово-Кубанского территориального управления Федерального агентства по рыболовству) в размере 52 895 рублей,

разрешена судьба вещественных доказательств,

заслушав выступления участников процесса, исследовав материалы дела,

установил:

Приговором мирового судьи судебного участка № Карасунского внутригородского округа г.Краснодара от ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 признан виновным в незаконной добыче (вылове) водных биологических ресурсов на миграционных путях к местам нереста и осужден по п.«в» ч.1 ст.256 УК РФ к наказанию в виде обязательных работ на срок 180 часов, гражданский иск прокурора к ФИО1 удовлетворен и с него взыскан ущерб, причиненный водным биологическим ресурсам Российской Федерации, в доход Российской Федерации (в лице государственного учреждения Азово-Кубанского территориального управления Федерального агентства по рыболовству) в размере 52 895 рублей, разрешена судьба вещественных доказательств.

Преступление совершено ДД.ММ.ГГГГ в период с 17 часов 10 минут до 17 часов 50 минут в акватории реки Кубань, на участке водной глади, имеющем географические координаты; 45.0453883 с.ш. и 39.3259722 в.д., в 650 метрах в северо-западном направлении от домовладения, расположенного по адресу: <адрес>, при обстоятельствах, подробно изложенных в приговоре.

В апелляционной жалобе защитник осужденного выражает несогласие с приговором, просит его отменить, уголовное преследование ФИО1 прекратить в связи с отсутствием в его действиях состава преступления, мотивируя свои требования тем, что ФИО1 осужден за действия, не имеющие состава уголовного преследования. Указывает, что примененное ФИО1 орудие лова не относится к способу массового истребления рыб. Принимая во внимание порядок и хронологию назначения дознавателем и проведения исследования специалистом по постановлению от ДД.ММ.ГГГГ о назначении повторной судебно-ихтиологической экспертизы, сторона защиты считает, что заключение эксперта №ИОК-7 от ДД.ММ.ГГГГ подлежит исключению из числа доказательств как недопустимое, поскольку повторная экспертиза назначена в филиал организации, которая ранее признана потерпевшей стороной по настоящему делу, адрес проведения исследования и адрес, куда назначена экспертиза, являются разными, при этом, заключение изготовлено не экспертом, а специалистом филиала ФИО6, не может быть объективным, так как имеет признаки заинтересованности интересов потерпевшего от результатов проведенной экспертизы, в которой по помимо прочего отсутствует оригинал подписи ФИО6 о том, что он предупрежден об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения. Ссылается на тот факт, что в приговоре вообще не дана оценка доводам стороны защиты относительно того, что исследовано в ходе экспертизы специалистом ФИО6, кто и на каком основании хранил вещественные доказательства.

В судебном заседании осужденный ФИО1 фактические обстоятельства дела подтвердил, при этом, с защитником настаивали на доводах апелляционной жалобы, просили приговор мирового судьи отменить, уголовное преследование ФИО1 прекратить в связи с отсутствием в его действиях состава преступления.

Государственный обвинитель в судебном заседании приговор мирового судьи просил оставить без изменения по основаниям, подробно изложенным в письменных возражениях, поскольку он является законным, обоснованным и справедливым, апелляционную жалобу без удовлетворения.

Представитель потерпевшего в судебное заседание не явился, представил заявление о рассмотрении дела в его отсутствие, приговор мирового судьи просит оставить без изменения, апелляционную жалобу без удовлетворения.

Выслушав участников процесса, обсудив доводы апелляционных жалоб, суд приходит к следующим выводам.

В силу положений ст.297 УПК РФ приговор суда должен быть законным, обоснованным и справедливым. Приговор признается законным, обоснованным и справедливым, если он постановлен в соответствии с требованиями УПК РФ и основан на правильном применении уголовного закона.

В соответствии с требованиями ч.1 ст.389.9 УПК РФ суд апелляционной инстанции проверяет по апелляционным жалобам, представлениям законность, обоснованность и справедливость приговора, законность и обоснованность иного решения суда первой инстанции.

Согласно ч.4 ст.302 УПК РФ обвинительный приговор не может быть основан на предположениях и постановляется лишь при условии, что в ходе судебного разбирательства виновность подсудимого в совершении преступления подтверждена совокупностью исследованных судом доказательств.

Судебное разбирательство проведено судом первой инстанции в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона. Мировым судьей соблюдены права участников процесса, обеспечено равенство прав сторон, соблюден принцип состязательности и созданы все необходимые условия для всестороннего и полного исследования обстоятельств дела.

В соответствии со ст.87 УПК РФ, судом первой инстанции проверены доказательства, представленные, как стороной обвинения, так и стороной защиты, и оценены в соответствии со ст.88 УПК РФ с точки зрения относимости, допустимости, достоверности и достаточности.

Вина ФИО1 в совершении вменяемого ему преступления подтверждена собранными по делу доказательствами, в том числе, показаниями свидетелей ФИО7 и ФИО8 (сотрудников полиции), из которых видно, что в ходе проведения операции «Путина» ими замечен ФИО1, который в районе <адрес> подплыл к берегу на лодке, в которой был обнаружен мешок с рыбой, после чего, ФИО1 вместе с ФИО7 поплыли на лодке к месту, где была установлена снасть, а именно вентерь. После осмотра места и орудия вылова подъехала следственная группа, все изъяла и опечатала.

Мировой судья правильно учел, что указанные показания согласуются с показаниями как самого ФИО1, так и с фактическими обстоятельствами, зафиксированными в протоколах следственных действий, с экспертным заключением и другими доказательствами, приведенными в приговоре.

Какие-либо данные, свидетельствующие о заинтересованности свидетелей в исходе дела либо оговоре ФИО1, не установлены.

Вопреки доводам жалобы адвоката, мировой судья дал правильную оценку экспертному заключению, а также показаниям эксперта, которые использовал в той их части, где эти доказательства согласуются с совокупностью других допустимых доказательств, а именно в части указания на размер причиненного по делу ущерба, а также в части того, что участок акватории реки Кубань в районе места преступления по состоянию на ДД.ММ.ГГГГ являлся миграционным путем к местам нереста рыб для судака, леща, жереха и сома. Кроме того, в ответе на запрос из ФГБОУ «КубГУ» от ДД.ММ.ГГГГ указано, что примененное ФИО1 орудие лова – вентерь, состоящий из крыла и двух бочек, при любительском рыболовстве относится к запрещенным орудиям лова.

Оснований сомневаться в правильности изложенных выводов, у суда первой инстанции не имелось, так как они даны уполномоченным, квалифицированным лицом, являются научно обоснованными и согласуются с другими доказательствами.

Кроме того, Азово-Черноморский филиал ФГБНУ «ВНИРО» (АзНИИРХ), специалистом которого проведена повторная судебно-ихтиологическая экспертиза, и признанное по делу потерпевшим Федеральное агентство по рыболовству в лице Азово-Черноморского территориального управления, являются различными организациями и не находится в отношении подчинения друг перед другом, что подтверждается представленными в деле материалами и исследованными мировым судьей в судебном заседании.

В связи с этим, доводы защитника о том, что повторная экспертиза назначена в филиал организации, признанной по делу потерпевшей, в связи с чем, заключение имеет признаки заинтересованности интересов потерпевшего от результатов проведенной экспертизы, являются несостоятельными.

Мировой судья тщательно проверил доводы стороны защиты о недопустимости заключения специалиста ФИО6 и об отсутствии у него компетенции и убедительно отверг такие доводы в приговоре. Основания для переоценки этих выводов судом апелляционной инстанции также отсутствуют.

В соответствии с ч.2 ст.195 УПК РФ судебная экспертиза производится государственными судебными экспертами и иными экспертами из числа лиц, обладающих специальными знаниями. При этом, с учетом взаимосвязанных положений ст.41 Федерального закона от 31 мая 2001 г. № 73-Ф3 «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации» и ч.2 ст.195 УПК РФ судебная экспертиза может производиться вне государственных и негосударственных судебно-экспертных учреждений лицами, обладающими специальными знаниями в области науки, техники, искусства или ремесла.

Указанный вывод подтверждается разъяснениями, содержащимися в п.2 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21 декабря 2010 г. № 28 «О судебной экспертизе по уголовным делам», согласно которым к иным экспертам из числа лиц, обладающих специальными знаниями, относятся в том числе лица, не работающие в судебно-экспертных учреждениях.

Приведенная правовая позиция конкретизирована в п.5 названного Постановления Пленума Верховного Суда, в котором указано, что в отдельных случаях производство судебной экспертизы может быть поручено лицу, не работающему в судебно-экспертном учреждении, в том числе, сотруднику научно-исследовательского учреждения, обладающему специальными знаниями и имеющему в распоряжении необходимое экспертное оборудование.

Тем самым научные сотрудники ФГБНУ «ВНИРО» и его филиалов могут привлекаться для проведения судебных экспертиз при наличии у них необходимых специальных знаний и экспертного оборудования. При этом, принятие решения о поручении научному сотруднику ФГБНУ «ВНИРО» судебной экспертизы, определение степени достаточности квалификации эксперта относится к исключительной компетенции судьи или должностного лица правоохранительного органа, назначающих судебную экспертизу.

Местом фактического производства экспертизы по настоящему делу явилось: <адрес>, и осуществлялась она специалистом сектора азовских лиманов Азово-Черноморского филиала ФГБНУ «ВНИРО» («АзНИИРХ») ФИО2 В связи с удаленностью от основного структурного подразделения (<адрес>В) составленное специалистом заключение № ИОК-7 направлено в подразделение электронным способом путем сканирования подписанного заключения, при этом, подпись специалиста ФИО2 заверена руководителем Азово-Черноморского филиала ФГБНУ «ВНИРО» («АзНИИРХ») и гербовой печатью. Кроме того, по запросу мирового судьи предоставлены оригиналы соответствующих документов, исследованные в судебном заседании.

Учитывая изложенное, доводы относительно сомнений защитника в компетентности специалиста ФИО6 и правомерности дачи им заключения являются необоснованными.

Исследованные специалистом при проведении экспертизы вещественные доказательства (рыба) были переданы на ответственное хранение представителю ИП ФИО9 – ФИО10 на законных основаниях после признания их таковыми следователем и на основании соответствующих договора и доверенности, предусматривающей все необходимые для этого полномочия. В связи с этим, каких-либо обоснованных сомнений в правомерности передачи на хранение представителю ИП ФИО9 – ФИО10 вещественных доказательств (рыбы), действовавшему по доверенности, не имеется. При этом, орудие лова (вентерь) передано на хранение не ФИО10, а в камеру хранения вещественных доказательств Краснодарского ЛУ МВД России на транспорте. Таким образом, в этом части доводы апелляционной жалобы не состоятельны и подлежат отклонению.

Довод защитника о том, что примененное ФИО1 орудие лова не относится к способу массового истребления рыб, не относится к предъявленному обвинению, поскольку данный квалифицирующий признак ему не вменяется.

По своей сути, доводы, изложенные защитником в апелляционной жалобе, сводятся к несогласию с осуждением, а также к изложению его собственной оценки собранных по делу доказательств, которая представляется ему более правильной. Между тем, поскольку проверка и оценка исследованных доказательств произведена судом первой инстанции в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона, у суда апелляционной инстанции оснований для переоценки доказательств не имеется.

Суд апелляционной инстанции отмечает, что доводы апелляционной жалобы защитника в целом аналогичны доводам, изложенным стороной защиты в ходе судебного разбирательства уголовного дела. Однако, судом первой инстанции данная версия тщательно проверена и мотивированно опровергнута в приговоре.

Всем исследованным доказательствам, в соответствии со ст. 88 УПК РФ, в приговоре дана надлежащая оценка, не согласиться с правильностью которой у суда апелляционной инстанции оснований не имеется. Кроме того, в приговоре приведены мотивы, по которым приняты одни доказательства и отвергнуты другие, а выводы суда первой инстанции о виновности осужденного убедительно мотивированы. При этом, несогласие стороны защиты с судебной оценкой представленных доказательств не является основанием для отмены приговора.

Из материалов уголовного дела усматривается соблюдение равенства сторон, судом созданы необходимые условия для всестороннего и полного исследования обстоятельств дела, нарушений принципов уголовного судопроизводства не допущено. Судебное разбирательство проведено с достаточной полнотой и в строгом соответствии с требованиями УПК РФ.

Кроме того, все ходатайства участников судопроизводства судом первой инстанции рассмотрены в установленном законом порядке ст.122,256,271 УПК РФ, каждой стороной в соответствии с принципами состязательности и равноправия реализовано право на высказывание и поддержание своих доводов, по результатам обсуждения ходатайств мировым судьей приняты законные, обоснованные и мотивированные решения, с которыми суд апелляционной инстанции соглашается.

Дав надлежащую оценку приведенным в приговоре доказательствам в совокупности, суд первой инстанции правильно пришел к выводу об их достоверности и допустимости и обоснованно признал их достаточными для подтверждения виновности ФИО1 в инкриминируемом деянии, положив их в основу приговора.

Суд первой инстанции правильно установил все подлежащие доказыванию обстоятельства содеянного ФИО1, который, установив вентерь при отраженных в приговоре обстоятельствах, совершил все незаконные действия, направленные на изъятие водных биологических ресурсов из среды обитания и завладение ими в нарушение норм экологического законодательства, совершив оконченное преступление.

При таких обстоятельствах, учитывая разъяснения, содержащиеся в п.3 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 ноября 2010 года N 26 "О некоторых вопросах применения судами законодательства об уголовной ответственности в сфере рыболовства и сохранения водных биологических ресурсов (часть 2 статьи 253, статьи 256, 258.1 УК РФ)", действия ФИО1 правильно квалифицированы по п.«в» ч.1 ст.256 УК РФ, как незаконная добыча (вылов) водных биологических ресурсов на миграционных путях к местам нереста.

Оснований для иной квалификации действий ФИО1 либо для прекращения его уголовного преследования не имеется, поскольку его вина в совершении указанного преступления нашла полное подтверждение в ходе судебного разбирательства и подтверждается исследованными доказательствами.

При назначении наказания ФИО1 мировым судьей учтены характер и степень общественной опасности совершенного им преступления, все данные о личности виновного, влияние наказания на исправление осужденного и на условия жизни его семьи, а также обстоятельства, смягчающие наказание, указанные в приговоре.

Данные о том, что суд оставил без внимания какие-либо иные обстоятельства, которые в соответствии с положениями ч.1 ст.61 УК РФ подлежали обязательному учету, отсутствуют, а в силу положений ч.2 указанной статьи признание других обстоятельств смягчающими отнесено к компетенции суда и, соответственно, является его правом, а не обязанностью.

Вместе с тем, как стало известно в суде апелляционной инстанции, супруга ФИО1 родила второго ребенка, что подтверждается приобщенной стороной защиты копией выписки с личного кабинета обвиняемого «Госуслуги» о рождении ребенка, при этом, на момент вынесения приговора супруга находилась в состоянии беременности, что признанно смягчающим обстоятельством в силу ч.2 ст.61 УК РФ. В связи с чем, суд апелляционной инстанции считает необходимым исключить из описательно-мотивировочной части приговора указание на смягчающее обстоятельство – беременность супруги виновного ФИО12 по ч.2 ст.61 УК РФ и признать дополнительно в качестве смягчающего обстоятельства по п.«г» ч.1 ст.61 УК РФ - наличие второго малолетнего ребенка у виновного – ФИО13

Обстоятельства, отягчающие наказание, не установлены.

Выводы суда о назначении ФИО1 конкретного вида и размера наказания, а также мотивы, по которым не применены положения ст. 64 УК РФ, являются обоснованными и убедительными. Не установлено мировым судьей и наличие правовых оснований для изменения категории преступления в соответствии с ч. 6 ст.15 УК РФ. Не установлено таких оснований и судом апелляционной инстанции.

Таким образом, назначенное ФИО1 наказание по своему виду и размеру отвечает требованиям закона, соразмерно содеянному, данным о его личности и является справедливым. Наказание назначено правильно, в пределах санкции статьи особенной части уголовного кодекса, с учетом требований ст.61 УК РФ и отсутствия отягчающих обстоятельств, соответствует содеянному, в том числе, с учетом установленных судом апелляционной инстанции смягчающих обстоятельств, которые по своему характеру и содержанию фактически соразмерны смягчающим обстоятельствам, признанным мировым судьей. Учтены все характеризующие личность виновного обстоятельства. Оснований для применения другого наказания, признания иных обстоятельств, характеризующих личность осужденного, суд апелляционной инстанции не находит.

Гражданский иск по делу разрешен мировым судьей в соответствии с требованиями ГПК РФ и УПК РФ с учетом установленного материального ущерба.

Судьба вещественных доказательств разрешена в соответствии со ст.81 УПК РФ.

На основании изложенного, и, руководствуясь статьями 389.20, 389.33 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

постановил:

Приговор мирового судьи судебного № Карасунского внутригородского округа г.Краснодара от ДД.ММ.ГГГГ в отношении ФИО1 – изменить.

Исключить из описательно-мотивировочной части приговора указание на смягчающее обстоятельство – беременность супруги ФИО1, и признать в качестве смягчающего обстоятельства в соответствии с п.«г» ч.1 ст.61 УК РФ наличие второго малолетнего ребенка у виновного.

В остальной части приговор оставить без изменения, апелляционную жалобу адвоката Колесниченко С.В. в защиту интересов осужденного ФИО1 - без удовлетворения.

Апелляционное постановление вступает в законную силу с момента провозглашения и может быть обжаловано в Четвертый кассационный суд общей юрисдикции в порядке, установленном главой 47.1 УПК РФ, в течение 6 месяцев со дня его вынесения.

Судья А.В. Шаршавицкий