Решение № 2-777/2017 2-777/2017~М-723/2017 М-723/2017 от 10 июля 2017 г. по делу № 2-777/2017

Дело № 2-777/2017г.


РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

Анжеро-Судженский городской суд Кемеровской области

в составе председательствующего Логвиновой О.В.,

при секретаре Петерс С.В.,

с участием прокурора Казанцева О.Н.,

рассмотрев в открытом судебном заседании в г. Анжеро-Судженске

11 июля 2017 года

гражданское дело по иску ФИО1 к Акционерному обществу «Транснефть – Западная Сибирь» о взыскании компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

Истец ФИО1 обратился в Анжеро-Судженский городской суд с иском к АО «Транснефть – Западная Сибирь» о взыскании компенсации морального вреда, свои требования мотивировал тем, что в период трудовой деятельности с 08.07.2002г. по 25.12.2015г. на предприятии ответчика работал водителем автомобиля участка технологического транспорта и спецтехники при <...> станции. При исполнении трудовых обязанностей работал на автомобилях УАЗ, КАВЗ-3976, ПАЗ-32053R, автобусе КОРОСА, автобусе ГолАЗ 529112. Ежегодно проходил медицинские осмотры, по результатам предварительных медицинских осмотров было установлено следующее: 2010г. – <...>), 2011г. – <...>; 2012г. – направлен на обследование в отделение профессиональной профпатологии; 2013г. – жалобы на боли в поясничном отделе позвоночника; 2014г. – заключение <...> не годен. В течение 2015г. находился на больничном у врача <...> центральной поликлиники № <адрес>. В силу того, что его заболевание прогрессировало, по назначению врача в 2015г. ему было проведено три операции <...>. В связи с тем, что имеющиеся заболевание не давало возможности исполнять трудовые обязанности по профессии, 25.12.2015г. ответчик прекратил с ним трудовой договор в связи с отсутствием соответствующей работы, необходимой в соответствии с медицинским заключением. 24.12.2015г. ему впервые была установлена <...> инвалидности по общему заболеванию, в соответствии с индивидуальной программой реабилитации противопоказан труд по профессии водитель. 22.12.2016г. подтверждена <...> группа инвалидности по общему заболеванию. В 2016г. проведена четвертая операция <...>. В соответствии с основным диагнозом, указанном в направлении на МСЭ от 09.12.2015г. – <...>, в силу чего не может полноценно отдыхать в ночное время, постоянно принимает обезболивающие лекарственные препараты, не может полноценно физически трудиться, придвигается при помощи трости, считает, что данное заболевание получил, исполняя трудовые обязанности у ответчика. В период исполнения трудовых обязанностей условия работы были следующие: продолжительность рабочей смены составляла 12 часов систематически, на период отпусков и период временной нетрудоспособности продолжительностью 1,5-2 месяца замещал водителя автобуса, совместно со слесарем по ремонту автомобилей выполнял ремонт и техническое обслуживание закрепленных за ним автомобилей примерно 60 дней в году. Условия труда в служебных командировках с 18.07.2007г. по 18.08.2007г. в <адрес>, с 01.03.2008г. по 09.04.2008г. в <адрес>, с 01.12.2008г. по 15.01.2009г. <адрес> были следующие: в командировках работал водителем на автомобиле УРАЛ-3408 (трубовоз), по доставке труб для прокладки трубопровода. В командировках работа велась круглосуточно. Дорог не было, поскольку кругом леса, горы, болота. Трубы перевозили из мест складирования на расстоянии в 30-50 км, машины были старые, а рабочий процесс круглосуточно, они постоянно ломались, ежедневно меняли колеса, проводили ремонт при температуре воздуха в минут 40-50 градусов, лежа или стоя на снегу при сильном ветре. Просил взыскать с ответчика в его пользу компенсацию причиненного морального вреда в размере 1 000 000 рублей.

В судебное заседание истец ФИО1 не явился, о времени и месте рассмотрения дела извещен надлежаще.

Представитель ответчика АО «Транснефть – Западная Сибирь» ФИО2, действующий на основании доверенности от 10.03.2017г., исковые требований не признал, из пояснений, данных в судебном заседании и представленных возражений, следует, что истцом не представлено доказательств причинения вреда его здоровью непосредственно работодателем (ответчиком). Взыскание морального вреда возможно при наличии совокупности оснований: морального вреда, неправомерное поведение (действие или бездействие) работодателя, нарушающее права работника, причинная связь между неправомерным поведением работодателя и страданиями работника, вина работодателя. Истец в силу ст. 56 ГПК РФ должен предоставить суду доказательства нарушения его трудовых прав и наличия причинно-следственной связи между действиями (бездействием) работодателя и таким нарушением. Работая у ответчика, истец проходил ежегодные медицинские осмотры: в 2002г. пройден предварительный медицинский осмотр с заключением врача-терапевта (профпатолога) годен, с 2003-2009гг. профпригоден к работе по результатам периодических медицинских осмотров, в 2010г.,2011г. был направлен на дообследование в центр профессиональной патологии, данное обследование прошел, наличие профессионального заболевания не установлено, в 2012г.-2014г. признан профпригодным, в 2015г. установлена вторая группа инвалидности по общему заболеванию, факт наличия профессионального заболевания установлен не был. Ответчик создал истцу необходимые условия для нормальной трудовой деятельности, истец проходил периодические медицинские осмотры, был обеспечен санаторно-курортным лечением, в связи с расторжением трудового договора истцу была назначена досрочно корпоративная пенсия ПАО «Транснефть». Просил в удовлетворении исковых требований отказать.

Выслушав представителя ответчика, заключение прокурора, полагавшего исковые требования, не подлежащими удовлетворению, исследовав письменные материалы дела, суд приходит к следующему:

В силу статьи 37 Конституции РФ каждый работник имеет право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены.

В соответствии со ст. 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Согласно ст. 220 ТК РФ в случае причинения вреда жизни и здоровью работника при исполнении им трудовых обязанностей возмещение указанного вреда осуществляется в соответствии с федеральным законом.

Согласно ст. 212 ТК РФ, обязанности по обеспечению безопасных условий и охраны труда в организации возлагается на работодателя. Работодатель обязан обеспечить соответствующие требованиям охраны труда условия труда на каждом рабочем месте, безопасность работника при эксплуатации зданий, сооружений, оборудования, осуществлении технологического процесса, применяемых в производстве инструментов, сырья, материалов; организацию контроля за состоянием условий труда на рабочих местах, информирование работников об условиях и охране труда на рабочих местах, о существующем риске повреждения здоровья и полагающихся им компенсациях и средствах индивидуальной защиты.

На основании ст. 1101 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме. Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

В соответствии со ст. 8 Федерального закона от 24.07.1998 №125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» возмещение застрахованному морального вреда, причиненного в связи с несчастным случаем на производстве или профессиональным заболеванием, осуществляется причинителем вреда.

Судом установлено, что согласно сведениям трудовой книжки, истец ФИО1 в период с 08.07.2002г. по 25.12.2015г. осуществлял трудовую деятельность в должности водителя в АО «Транснефть-Западная Сибирь», трудовой договор прекращен в связи с отсутствием у работодателя соответствующей работы, необходимой работнику в соответствии с медицинским заключением, также имеются сведения о работе на других предприятиях, начиная с 1972г., в том числе и в профессии водитель (л.д. 4-10).

Из данных медицинских карт предварительных и периодических осмотров за 2009-2014г.г., в результате осмотров ФИО1 были установлены диагнозы: 2010г. – <...>, 2011г. – <...>, 2012г. – <...>, 2013г. – <...> 2014г. – <...> (л.д. 11-16).

Из выписного эпикриза АНО «Клиника НИТО», ФИО1 в период с 26.01.2015г. по 05.02.2015г. находился на стационарном лечении с диагнозом: <...> (л.д. 17).

Из выписного эпикриза АНО «Клиника НИТО», ФИО1 в период с 22.06.2015г. по 29.06.2015г. находился на стационарном лечении с диагнозом: <...> (л.д. 18).

Из выписного эпикриза ФГБУ «ННИИТО им. Я.Л. Цивьяна» Минздрава России, ФИО1 в период с 11.11.2015г. по 26.11.2015г. находился на стационарном лечении с диагнозом: <...> (л.д. 19-20).

Из выписного эпикриза ФГБУ «ННИИТО им. Я.Л. Цивьяна» Минздрава России, ФИО1 в период с 23.05.2016г. по 27.05.2016г. находился на стационарном лечении с диагнозом: <...> (л.д. 21).

МАУЗ «ЦГБ» Поликлиника №5 г.Анжеро-Судженск 09.12.2015г. ФИО1 был направлен на медико-социальную экспертизу для установления инвалидности, указано основное заболевание: <...> (л.д. 22-23).

Согласно справке серии МСЭ-2014 №, на основании акта освидетельствования № от 24.12.2015г., 24.12.2015г. ФИО1 установлена <...> группа инвалидности по общему заболеванию на срок до 01.01.2017г. (л.д. 24).

Согласно справке серии МСЭ-2015 №, на основании акта освидетельствования 01.01.2017г. ФИО1 установлена <...> группа инвалидности по общему заболеванию на срок до 01.01.2018г. (л.д. 27).

Из представленных медицинских заключений следует, что в результате периодических медицинских осмотров работников ответчика ФИО1: 2002г. – 2009г., 2012г.,2014г.- годен к избранной профессии; 2008г. – <...>; 2009г. – лиц с подозрением на проф.заболевание нет; 2010г. подозрение на проф.заболевание ФИО1 <...>; 2011г. подозрение на проф.заболевание ФИО1 <...>; 2013г. подозрение на проф.заболевание ФИО1 <...> болезнь, (л.д. 40,42-79).

Медицинским заключением № от 07.12.2012г. ГБУЗ КО «КОКБ» Отделения профессиональной патологии с областным центром истцу установлен диагноз: <...> (л.д. 41).

В подтверждение отсутствия вредных условий труда на рабочем месте истца представителем ответчика представлены карты аттестации рабочих мест, протоколы оценки уровней вибрации проведенных работодателем ФИО1 в периоды его работы (л.д. 80-217).

Анализируя вышеизложенное, оценивая представленные сторонами доказательства, суд приходит к выводу, что необходимая для возложения на ответчика обязанности возместить причиненный вред, совокупность условий судом не установлена, так как не установлена причинно-следственная связь между действиями ответчика и наступившим вредом.

По смыслу положений ст. 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, ст. ст. 212, 220 Трудового кодекса Российской Федерации, ст. 8 Федерального закона от 24.07.1998 № 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» работодатель, должным образом не обеспечивший безопасность и условия труда на производстве, является субъектом ответственности за вред, причиненный работнику, когда такой вред причинен в связи с несчастным случаем на производстве либо профессиональным заболеванием.

В соответствии с разъяснением, содержащимся в п. 1 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 года №10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда» суду следует устанавливать, чем подтверждается факт причинения потерпевшему нравственных или физических страданий, при каких обстоятельствах и какими действиями (бездействием) они нанесены, степень вины причинителя, какие нравственные или физические страдания перенесены потерпевшим, в какой сумме он оценивает их компенсацию и другие обстоятельства, имеющие значение для разрешения конкретного спора.

В соответствии с п. 2 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20.12.1994 №10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда» под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна и т.п.) или нарушающими его личные неимущественные права.

Таким образом, общими основаниями ответственности работодателя за причинение работнику морального вреда являются: наличие морального вреда; неправомерное поведение (действие или бездействие) работодателя, нарушающее права работника; причинная связь между неправомерным поведением работодателя и страданиями работника; вина работодателя.

Оценивая представленные сторонами доказательства в их совокупности, суд считает, что истцом в нарушение ст.ст. 56,57 ГПК РФ не представлено доказательств, подтверждающих наличие вины ответчика как его работодателя в возникновении ухудшения состояния его здоровья при осуществлении трудовой деятельности.

Как установлено судом и усматривается из материалов дела ФИО1 в период с 2002г. по 2015г. осуществлял трудовую деятельность на предприятии ответчика в профессии водителя, в 2015г. ему была установлена вторая группа инвалидности. Ситает, что ухудшение состояния его здоровья произошло по вине ответчика, не обеспечившего надлежащие условия труда.

При этом, имеющееся у ФИО1 заболевания являются общими, доказательств того, что возникшее у истца заболевание является профессиональным, и связано с его работой в АО «Транснефть – Западная Сибирь», суду не представлено.

То есть, причинно-следственная связь, как обязательный признак гражданско-правового деликта, между поведением ответчика и состоянием здоровья ФИО1 отсутствует, в данном случае обстоятельств, которые по своей сути подпадают под признаки нравственных или физических страданий, указанных в ст. 151 ГК РФ, и вызванных виновными действиями ответчика, судом не установлено.

При указанных обстоятельствах, суд отказывает истцу в удовлетворении исковых требований к АО «Транснефть – Западная Сибирь» о взыскании компенсации морального вреда полностью.

Руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ, суд,

РЕШИЛ:

В удовлетворении исковых требований ФИО1 к Акционерному обществу «Транснефть – Западная Сибирь» о взыскании компенсации морального вреда полностью отказать.

На решение может быть подана апелляционная жалоба, представление в Кемеровский областной суд в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Председательствующий:

Решение в окончательной форме составлено: 17.07.2017г.