Апелляционное определение № 33-1142/2025 33-120/2026 от 11 февраля 2026 г.

Председательствующий – Кыпчакова Л.В. дело № 33-120/2026 (№ 33-1142/2025)

номер производства в суде первой инстанции 2-1025/2025

УИД 02RS0001-01-2025-002431-25

строка статистической отчетности 2.219


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

12 февраля 2026 года г. Горно-Алтайск

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Республики Алтай в составе:

председательствующего судьи – Черткова С.Н.,

судей – Плотниковой М.В., Чориной Е.Н.,

при секретаре – Чабаковой О.Е.,

рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело по апелляционной жалобе (с учетом дополнений) представителя ФИО5 ФИО1 ФИО4 на решение Горно-Алтайского городского суда Республики Алтай от 30 сентября 2025 года, которым

удовлетворены частично исковые требования ФИО2 к ФИО3.

Взыскана с ФИО3 (паспорт гражданина Российской Федерации серии № №) в пользу ФИО2 (паспорт гражданина Российской Федерации серии № №) сумма долга по договорам займа в размере 19587500 руб., а также проценты за пользование займами за период с <дата> по <дата> в размере 1958 398 руб. 79 коп.

Отказано в удовлетворении остальной части исковых требований ФИО2 к ФИО3.

Заслушав доклад судьи Черткова С.Н., судебная коллегия,

УСТАНОВИЛА:

ФИО2 обратился в суд с иском к ФИО3, в котором просил взыскать с ответчика задолженность по займам в размере 22387500 руб., а также проценты за пользование займами за период с 03 мая 2017 года по 01 апреля 2025 года в размере 3643 778 руб. 91 коп. Требования мотивированы тем, что в период с 2017 года по 2020 год истец в безналичном порядке предоставил ответчику ряд займов на общую сумму 22387500 руб. В нарушение ст. 808 ГК РФ письменная форма договоров займа не была соблюдена. Однако в данном случае перечисление денежных средств ответчику подтверждается платежными документами. В соответствии с п. 1 ст. 809 ГК РФ общий размер процентов по займам по состоянию на 01 апреля 2025 года составляет 3643778 руб. 91 коп. Истцом 29 декабря 2024 года в адрес ответчика было направлено требование о возврате займов, которое получено ФИО3 08 января 2025 года. Однако ответчик на требование не ответил, возврат денежных средств не произвел.

ФИО3 предъявлен встречный иск к ФИО2 о признании договоров займа незаключенными. Встречный иск обоснован тем, что, начиная с 2017 года, ФИО3, будучи генеральным директором и единственным участником ООО «Теплый Стан», договорился с ФИО2 о ведении его проекта – строительства туристической базы на арендуемом ФИО2 земельном участке, принадлежащем ООО «Гранит». ФИО3 являлся доверенным лицом ФИО2 и выполнял поручения, связанные с таким строительством. Тем самым между сторонами сложились исключительно рабочие отношения. С точки зрения правовой структуры к отношениям истца и ответчика применимы положения ст. 971 ГК РФ о договоре поручения. С целью организации строительства на данном земельном участке истец давал поручения ответчику и с целью их своевременного выполнения выплачивал последнему денежную сумму на разные цели: наем рабочих, покупка строительных материалов, оплата на прочие расходы. Между тем, истец, предварительно имея умысел реализации недобросовестного поведения, указывал в комментариях к платежам «заемные оговорки». Об указанных оговорках ответчику стало известно только при ознакомлении с материалами настоящего дела. С 2017 года истец не предъявлял никаких претензий, напротив, длительное время продолжал производить платежи с целью создания отеля и туристической базы, которые должны были перейти в собственность ФИО2 Поскольку ответчику не было известно о заемных отношениях как таковых, на которые ссылается ФИО2, а представленные истцом платежные поручения говорят лишь о заключении им одностороннего договора, сделать вывод о заключении договоров займа между сторонами не представляется возможным.

Определениями суда от 23 мая 2025 года, 21 августа 2025 года, вынесенными в протокольной форме, к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельные требования относительно предмета спора, привлечены ООО «Теплый Стан», ООО «Гранит», ФИО11

Определением суда от 30 сентября 2025 года производство по гражданскому делу № по встречному исковому заявлению ФИО3 к ФИО2 о признании договоров займа незаключенными прекращено в связи с отказом истца от встречного иска.

Суд вынес вышеуказанное решение, об отмене которого просит в апелляционной жалобе (с учетом дополнений) представитель ФИО3 ФИО1 Н.А., считая принятое судом решение незаконным. В обоснование жалобы указывает, что суд сделал противоречивый вывод о заключенности договора займа в нарушение основ гражданского законодательства о сделках, не исследовал комплексно природу отношений между ФИО3 и ФИО2 и не дал оценку тому, как целевое использование полученных средств на строительство объектов на земельном участке истца согласуется с их заемным характером. Таким образом, выводы суда основаны на фрагментарной оценки доказательств, а не всестороннем анализе. Суд не указал, по каким именно мотивам пришел к выводу о наличии воли ФИО3 на заключение договора займа. Ни одно представленное истцом доказательство не подтверждает наличие договоренностей между сторонами, при этом ответчиком представлен комплекс доказательств, подтверждающих обратное, которые судом исследованы не были и не отражены в решении. ФИО2 в своих пояснениях сам подтверждает, что именно в обмен на финансирование строительства отеля «Алтай Сенс» должен был получить долю в собственности отеля, что говорит именно о договоре простого товарищества, но не о займе. Применяя за основу положения главы 42 ГК РФ, суд делает ошибочный вывод о наличии соответствующей задолженности ответчика перед истцом, который, получив в собственность спорные постройки, составляющие туристическую базу, заявляет, что указанные отношения стали заемными, тем самым возвращает потраченные на их постройку денежные средства. Судом незаконно взысканы с ответчика проценты за период с 27 октября 2017 года по 01 апреля 2025 года за пределами исковой давности, так как ответчиком было заявлено об их пропуске. Надлежащее установление первоначальной воли сторон является ключевой обязанностью суда в данном споре. Суд уклонился от исполнения такой обязанности и вынес решение без ее учета. Вступившим в законную силу решением Горно-Алтайского городского суда по делу № отказано в удовлетворении требований ФИО2 к ФИО3 о взыскании сумм по договорам займа, которое имеет преюдициальное значение для настоящего дела. Установленные данным решением выводы суда являются обязательными для настоящего дела, поскольку основаны на единой фактической основе взаимоотношений сторон. Как следует из материалов обоих дел, а также из письменных пояснений сторон, все денежные переводы, включая оформленные расписки и совершенные в безналичном порядке на карту ФИО3, преследовали единую экономическую цель - финансирование строительства туристических объектов в рамках сложившихся деловых отношений. Форма передачи денег (наличная с распиской или безналичная с назначением платежа) не меняет сути правоотношений.

В возражениях на апелляционную жалобу представитель ФИО2 ФИО10 просит оставить апелляционную жалобу без удовлетворения.

Информация о рассмотрении дела в суде апелляционной инстанции размещена на официальном сайте Верховного Суда Республики Алтай.

В судебном заседании суда апелляционной инстанции представитель ФИО3 – ФИО1 Н.А. поддержал доводы апелляционной жалобы, представитель ФИО2 – ФИО10Л. возражал относительно доводов апелляционной жалобы.

Иные лица, участвующие в деле, уведомленные о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы в установленном законом порядке, в судебное заседание не явились, об отложении заседания не ходатайствовали, доказательств уважительности причин неявки не предоставили, в связи с чем, на основании ст. ст. 167, 327 ГПК РФ судебная коллегия признала возможным рассмотреть дело в их отсутствие.

Изучив материалы дела, проверив законность и обоснованность решения в соответствии с ч. 1 ст. 327.1 ГПК РФ исходя из доводов, изложенных в жалобе, обсудив доводы жалобы, заслушав явившихся в судебное заседание лиц, судебная коллегия приходит к следующему.

Из материалов дела следует, что ФИО2 является учредителем ООО «Гранит», в период с 2017 года по 2022 год ответчик ФИО3 являлся учредителем ООО «Теплый стан», размер доли 100%, также ФИО3 является единоличным руководителем указанного общества.

ООО «Теплый стан» на праве аренды принадлежали земельные участки из земель лесного фонда (лесные участки):

с 2007 года с кадастровым номером №, площадью 2,0 га, расположенный по адресу: <адрес>;

с <дата> с кадастровым номером №, расположенный: <адрес>, <адрес>;

с <дата> кадастровым номером №, расположенный: <адрес>, <адрес>;

со <дата> с кадастровым номером №:804, площадью 3,0281 га, расположенный по адресу: <адрес>, <адрес>

Из письменных объяснений представителя истца в ходе судебного разбирательства следует, что в 2017 году между ФИО2 и ФИО3 было достигнуто соглашение о создании совместного гостиничного бизнеса на указанных земельных участках, вследствие чего истцом осуществлялось финансирование указанной деятельности, в том числе путем перевода денежных средств ответчику. В рамках достигнутых договоренностей истец ФИО2 совместно с принадлежащим ему ООО «Инстиционные проекты» должен был получить 70% долей в ООО «Теплый стан».

Материалами дела также подтверждается, что в рамках исполнения указанных договоренностей в 2016 году между ООО «Теплый стан» в лице ФИО3 и ООО «Гранит» (100% участник общества ФИО2) заключены: договор № от <дата> субаренды лесного участка площадью 2 га, с кадастровым номером №, расположенного <адрес>; договор № от <дата> субаренды лесного участка площадью 2, га, с кадастровым номером №, расположенный: <адрес>, <адрес>; договор № от 20.02.2017г. субаренды лесного участка площадью 1,0 га, с кадастровым номером №, расположенный: <адрес>, <адрес>. Договоры были зарегистрированы в установленном законом порядке.

ФИО2 в период с 2017 года по 2020 год перечислял ФИО3 в безналичном порядке денежные средства на общую сумму 22387500 руб., в подтверждение чего истцом представлены следующие платежные поручения и чеки ПАО Сбербанк:

- платежное поручение № от <дата> на сумму 300000 руб., назначение платежа: пополнение счета ФИО3;

- чек ПАО Сбербанк от <дата> на сумму 100000 руб., назначение платежа: взнос наличных денежных средств на банковскую карту ФИО3, номер операции 0005;

- чек ПАО Сбербанк от <дата> на сумму 500000 руб., назначение платежа: взнос наличных денежных средств на банковскую карту ФИО3, номер операции 0003;

- платежное поручение № от <дата> на сумму 3 000000 руб., назначение платежа: процентный займ (1%) по договору 1 от <дата>;

- платежное поручение № от <дата> на сумму 3 000000 руб., назначение платежа: процентный займ (1%) по договору 1 от <дата>;

- платежное поручение № от <дата> на сумму 500000 руб., назначение платежа: процентный возвратный займ под 3% год по договору 2 от <дата>;

- платежное поручение № от <дата> на сумму 500000 руб., назначение платежа: процентный возвратный займ под 3% год по договору 2 от <дата>;

- платежное поручение № от <дата> на сумму 500000 руб., назначение платежа: процентный возвратный займ под 3% год по договору 2 от <дата>;

- платежное поручение № от <дата> на сумму 2 000000 руб., назначение платежа: процентный займ (1%) по договору 1 от <дата>;

- платежное поручение № от <дата> на сумму 500000 руб., назначение платежа: процентный займ по договору 2 от <дата> (1 проц годовых);

- платежное поручение № от <дата> на сумму 500000 руб., назначение платежа: процентный займ по договору 2 от <дата> (1 проц годовых);

- платежное поручение № от <дата> на сумму 1 000000 руб., назначение платежа: перевод на счет банковской карты №, процентный займ по договору 2 от <дата> (1 %);

- платежное поручение № от <дата> на сумму 500000 руб., назначение платежа: процентный займ по договору 2 от <дата> (1 проц годовых);

- платежное поручение № от <дата> на сумму 2 000000 руб., назначение платежа: процентный займ по договору 2 от <дата> (1 проц годовых);

- платежное поручение № от <дата> на сумму 2 000000 руб., назначение платежа: процентный краткосрочный займ по договору 1 от <дата> (1 %);

- платежное поручение № от <дата> на сумму 1 000000 руб., назначение платежа: процентный краткосрочный займ по договору 1 от <дата> (1 %);

- платежное поручение № от <дата> на сумму 2 000000 руб., назначение платежа: процентный краткосрочный займ по договору 1 от <дата>;

- платежное поручение № от <дата> на сумму 500000 руб., назначение платежа: займ по договору 1 от <дата> на оформление участков Дикоросов в Турочаке и участка 7 га в <адрес>, примыкающей к турбазе;

- платежное поручение № от <дата> на сумму 500000 руб., назначение платежа: пополнение счета;

- чек ПАО Сбербанк от <дата> на сумму 900000 руб., назначение платежа: взнос наличных денежных средств на банковскую карту ФИО3, номер операции 0011;

- платежное поручение № от <дата> на сумму 100000 руб., назначение платежа: пополнение счета ФИО3;

- платежное поручение № от <дата> на сумму 80000 руб., назначение платежа: пополнение счета ФИО3 в виде займа;

- платежное поручение № от <дата> на сумму 7 500 руб., назначение платежа: пополнение счета ФИО3 в виде займа;

- платежное поручение № от <дата> на сумму 200000 руб., назначение платежа: пополнение счета;

- платежное поручение № от <дата> на сумму 200000 руб., назначение платежа: пополнение счета.

Факт поступления данных денежных средств со счета истца на счет ответчика сторонами не отрицался и не оспаривался.

Кроме того, в 2019 году ООО «Теплый стан» оформило в аренду еще несколько лесных участков, расположенных рядом с уже арендованными участками, в том числе с кадастровыми номерами: №, расположенный по адресу: <адрес>, часть выдела №, №, расположенный по адресу: <адрес>, №, расположенный по адресу: <адрес>, <адрес>.

В период с 2018 по 2021 годы на указанных лесных участках ответчиком, действующим, в том числе в качестве руководителя ООО «Теплый стан» было осуществлено строительство и монтаж некапитальных строений в целях функционирования эко отеля «Алтай Сенс» (28 деревянных строений), базы отдыха «7ГА» (10 деревянных строений), базы отдыха «на реке Бия» (5 деревянных строений).

Материалами дела также подтверждается, что в целях расходования полученных денежных средств ФИО3 на электронную почту бухгалтера истца представлялись отчеты о расходовании денежных средств по мере их получения, что подтверждается представленной в материалы дела перепиской и лицами, участвующими в деле не оспаривается.

Из материалов дела также следует, что <дата> ФИО3 как единственным учредителем ООО «Теплый стан» принято решение № о нижеследующем: принять в состав участников ООО «Теплый стан» ФИО2 и ООО «Инвестиционные проекты». Увеличить уставный капитал ООО «Теплый стан» до 50 000 руб. за счет внесения дополнительных вкладов ФИО2, ООО «Инвестиционные проекты» и участником общества ФИО3 путем внесения денежных средств на расчетный счет общества в срок не позднее двух месяцев с момента принятия настоящего решения в общей сумме 40000 руб. в следующем порядке: ФИО2 вносит дополнительный вклад в размере 25 500 руб.; ООО «Инвестиционные проекты» - в размере 9 500 руб.; ФИО3 – в размере 5 000 руб. В связи с вступлением в состав участников ФИО2 и ООО «Инвестиционные проекты» определить размер и номинальную стоимость доли каждого участника: ФИО2 доля в размере 51 % номинальной стоимостью 25 500 руб.; ФИО3 - доля в размере 30 % номинальной стоимостью 15 000 руб.; ООО «Инвестиционные проекты» - доля в размере 19 % номинальной стоимостью 9 500 руб. Решение от <дата> № было удостоверено нотариусом.

Иных письменных договоров, регулирующих сложившиеся отношения и природу перечисленных денежных средств, между истцом и ответчиком не заключалось. Поименованные в качестве основания платежей в платежных документах договоры не заключались.

<дата> истец направил в адрес ФИО3 требование о возврате предоставленных ему денежных средств, указывая на их предоставление в качестве займов, которое было получено ответчиком <дата>. Данное требование ФИО3 оставлено без удовлетворения.

Указывая, что ФИО3 не возвращены перечисленные ранее денежные средства, ФИО2 обратился в суд с настоящим исковым заявлением о взыскании денежных средств в сумме 22387500 руб., процентов за пользование займами в размере 3643778 руб. 91 коп. за период с <дата> по <дата>.

Разрешая спор и удовлетворяя исковые требования частично, суд первой инстанций руководствуясь положениями статей 309, 310, 420, 421, 431, 807, 808, Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - Гражданский кодекс, ГК РФ), разъяснениями, изложенными в пункте 43 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25 декабря 2018 г. № 49 «О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации о заключении и толковании договора» и в Обзоре судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 3 (2015), утвержденном Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 25 ноября 2015 г., исходил из того, что представленные истцом платежные документы, в которых указано в качестве основания для перечисления денежных средств на договор займа, подтверждают возникновение между сторонами именно заемных отношений, ответчик не исполнил обязательства по возврату займа, вследствие чего, также обязан уплачивать проценты в соответствии с условиями возврата займов.

Судебная коллегия с указанными выводами суда первой инстанции согласиться не может в силу следующего.

Основными задачами гражданского судопроизводства, сформулированными в статье 2 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, являются правильное и своевременное рассмотрение и разрешение гражданских дел в целях защиты нарушенных или оспариваемых прав, свобод и законных интересов граждан, организаций, прав и интересов Российской Федерации, муниципальных образований, других лиц, являющихся субъектами гражданских, трудовых или иных правоотношений.

Согласно статье 195 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации установлено, что решение суда должно быть законным и обоснованным.

В соответствии с частью 1 статьи 196 названного кодекса при принятии решения суд оценивает доказательства, определяет, какие обстоятельства, имеющие значение для рассмотрения дела, установлены и какие обстоятельства не установлены, каковы правоотношения сторон, какой закон должен быть применен по данному делу и подлежит ли иск удовлетворению.

В соответствии с пунктами 1 – 2 статьи 421 ГК РФ граждане и юридические лица свободны в заключении договора. Стороны могут заключить договор, как предусмотренный, так и не предусмотренный законом или иными правовыми актами.

В силу пункта 3 статьи 421 ГК РФ стороны могут заключить договор, в котором содержатся элементы различных договоров, предусмотренных законом или иными правовыми актами (смешанный договор). К отношениям сторон по смешанному договору применяются в соответствующих частях правила о договорах, элементы которых содержатся в смешанном договоре, если иное не вытекает из соглашения сторон или существа смешанного договора.

Условия договора определяются по усмотрению сторон, кроме случаев, когда содержание соответствующего условия предписано законом или иными правовыми актами (пункт 4 статьи 421, статья 422 ГК РФ).

В пункте 47 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25 декабря 2018 г. № 49 «О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации о заключении и толковании договора» разъяснено, что судам при квалификации договора для решения вопроса о применении к нему правил об отдельных видах договоров необходимо прежде всего учитывать существо законодательного регулирования соответствующего вида обязательств и признаки договоров, предусмотренных законом или иным правовым актом, независимо от указанного сторонами наименования квалифицируемого договора.

Условия договора подлежат толкованию в системной взаимосвязи с основными началами гражданского законодательства, закрепленными в статье 1 Гражданского кодекса, другими положениями ГК РФ, законов и иных актов, содержащих нормы гражданского права. При этом суд с учетом особенностей конкретного договора вправе применить как приемы толкования, прямо установленные статьей 431 Гражданского кодекса, иным правовым актом, вытекающие из обычаев или деловой практики, так и иные подходы к толкованию (абзац первый пункта 43, пункт 46 постановления Верховного суда РФ от 25 декабря 2018 года № 49).

Исходя из приведенных положений гражданского законодательства и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации, свобода сторон спора в самостоятельном определении предмета договора и его условий не исключает обязанность суда правильно квалифицировать возникшие между ними правоотношения, обеспечить правильное истолкование условий договора с учетом предмета, цели договора, прав и обязанностей сторон, и принимая во внимание все соответствующие обстоятельства.

Осуществляя толкование условий договора, суд устанавливает, в чем состоит согласованное волеизъявление сторон относительно правовых последствий сделки, достигнутое сообразно их разумно преследуемым интересам. При этом правовые последствия сделки устанавливаются на основании намерений сторон достигнуть соответствующий практический, в том числе экономический результат.

Таким образом, при разрешении спора следует установить экономическую цель, которую преследовали стороны при заключении договора и ожидания каждой из сторон от его исполнения, осуществить должную квалификацию возникших между сторонами отношений для последующего применения относимых к соответствующим договорам правовых норм.

Судебная коллегия, осуществляя квалификацию возникших между сторонами отношений, исходит из следующего.

В соответствии с частью 1 статьи 432 ГК РФ договор считается заключенным, если между сторонами, в требуемой в подлежащих случаях форме, достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора. Существенными являются условия о предмете договора, условия, которые названы в законе или иных правовых актах как существенные или необходимые для договоров данного вида, а также все те условия, относительно которых по заявлению одной из сторон должно быть достигнуто соглашение.

В силу пункта 2 статьи 433 ГК РФ, если в соответствии с законом для заключения договора необходима также передача имущества, договор считается заключенным с момента передачи соответствующего имущества (статья 224).

Договор в письменной форме может быть заключен путем составления одного документа, подписанного сторонами, а также путем обмена документами посредством почтовой, телеграфной, телетайпной, телефонной, электронной или иной связи, позволяющей достоверно установить, что документ исходит от стороны по договору. Письменная форма договора считается соблюденной, если письменное предложение заключить договор принято в порядке, предусмотренном пунктом 3 статьи 438 настоящего Кодекса (п. п. 2 и 3 ст. 434 ГК РФ).

Пунктом 1 статьи 807 ГК РФ предусмотрено, что по договору займа одна сторона (займодавец) передает в собственность другой стороне (заемщику) деньги или другие вещи, определенные родовыми признаками, а заемщик обязуется возвратить займодавцу такую же сумму денег (сумму займа) или равное количество других полученных им вещей того же рода и качества.

Договор займа в силу абз. 2 пункта 1 статьи 807 ГК РФ является реальным договором, поскольку считается заключенным с момента передачи денег или других вещей.

В силу статьи 808 ГК РФ договор займа между гражданами должен быть заключен в письменной форме, если его сумма превышает не менее чем в десять раз установленный законом минимальный размер оплаты труда, а в случае, когда заимодавцем является юридическое лицо, - независимо от суммы. С 01 июня 2018 года указанная норма изложена в новой редакции - договор займа между гражданами должен быть заключен в письменной форме, если его сумма превышает десять тысяч рублей, а в случае, когда займодавцем является юридическое лицо, - независимо от суммы.

В подтверждение договора займа и его условий может быть представлена расписка заемщика или иной документ, удостоверяющие передачу ему заимодавцем определенной денежной суммы или определенного количества вещей (ч. 2 ст. 808 ГК РФ).

По смыслу приведенной нормы закона договор займа может быть заключен как путем составления одного документа, подписанного сторонами, так и другими способами, оговоренными в пунктах 2 и 3 статьи434 ГК РФ.

Квалифицирующим признаком договора займа является предоставление одной стороной в собственность другой стороны денежных средств с последующим возникновением обязательства такой стороны по возврату переданных ей денежных средств с процентами, если необходимость уплаты процентов предусмотрена законом или договором (статьи 807, 809 ГК РФ).

По общему правилу кредитор по договору займа не несет рисков осуществления должником своей предпринимательской деятельности, не участвует в покрытии возникающих убытков, а также не вправе рассчитывать на получение прибыли от ведения деятельности за пределами возврата суммы займа (тела долга) и уплаты установленных договором процентов.

Заимодавец вправе осуществлять контроль исключительно за целевым использованием переданных денежных средств (если договор содержит соответствующее условие) и не вправе принимать участие в принятии решений о способах ведения коммерческой деятельности должником, результатах такой деятельности.

В случае невыполнения заемщиком условий договора займа о целевом использовании займа, а также при нарушении обязанностей, предусмотренных пунктом 1 статьи 814 ГК РФ, заимодавец вправе отказаться от дальнейшего исполнения договора займа, потребовать от заемщика досрочного возврата предоставленного займа и уплаты причитающихся на момент возврата займа процентов за пользование займом, если иное не предусмотрено договором.

Как разъяснено в Обзоре судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 1 (2016), утвержденном Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 13 апреля 2016 года, для квалификации отношений сторон как заемных необходимо установить соответствующий характер обязательства, включая достижение между ними соглашения об обязанности заемщика возвратить заимодавцу полученные денежные средства.

Таким образом, передача денежных средств на условиях возвратности является существенным условием договора займа, отсутствие которого исключает возможность признания договора займа заключенным.

Как следует из разъяснений, изложенных в вопросе 10 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации, № 3 (2015), утвержденном Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 25 ноября 2015 г., в случае спора, вытекающего из заемных правоотношений, на кредиторе лежит обязанность доказать факт передачи должнику предмета займа и то, что между сторонами возникли отношения, регулируемые главой 42 Гражданского кодекса Российской Федерации, а на заемщике – факт надлежащего исполнения обязательств по возврату займа либо безденежность займа.

Согласно ч. 1 ст. 55 ГПК РФ доказательствами по делу являются полученные в предусмотренном законом порядке сведения о фактах, на основе которых суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения сторон, а также иных обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения и разрешения дела.

В соответствии с ч. 1 ст. 56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Поскольку для возникновения обязательства по договору займа требуется фактическая передача кредитором должнику денежных средств (или других вещей, определенных родовыми признаками) именно на условиях договора займа, то в случае спора на кредиторе лежит обязанность доказать факт заключения сторонами договора займа.

При наличии возражений со стороны ответчика относительно природы возникшего обязательства следует исходить из того, что заимодавец заинтересован в обеспечении надлежащих доказательств, подтверждающих заключение договора займа, и в случае возникновения спора на нем лежит риск недоказанности соответствующего факта.

В соответствии с ч. 1 ст. 71 ГПК РФ при непредставлении истцом письменного договора займа или его надлежащим образом заверенной копии вне зависимости от причин этого (в случаях утраты, признания судом недопустимым доказательством, исключения из числа доказательств и т.д.) истец лишается возможности ссылаться в подтверждение договора займа и его условий на свидетельские показания, однако вправе приводить письменные и другие доказательства, в частности расписку заемщика или иные документы.

К таким доказательствам может относиться, в частности, платежное поручение, подтверждающее факт передачи одной стороной определенной денежной суммы другой стороне.

Платежные документы в виде документов о совершении банковских операций лишь удостоверяют факт передачи определенной денежной суммы, однако не являются соглашениями сторон в письменной форме, свидетельствующими о волеизъявлении обеих сторон на установление заемного обязательства. В случае спора необходимы другие доказательства наличия соглашения о заемном обязательстве между сторонами.

При этом указание в одностороннем порядке плательщиком в платежном поручении договора займа в качестве основания платежа само по себе не является безусловным и исключительным доказательством факта заключения сторонами соглашения о займе и подлежит оценке в совокупности с иными обстоятельствами дела, к которым могут быть отнесены предшествующие и последующие взаимоотношения сторон, в частности их взаимная переписка, переговоры, товарный и денежный оборот, наличие или отсутствие иных договорных либо внедоговорных обязательств, совершение ответчиком действий, подтверждающих наличие именно заемных обязательств, и т.п.

Как следует из содержания приведенных норм в их совокупности, письменными доказательствами в подтверждение договора займа могут быть только те, что исходят от заемщика.

Между тем, таких доказательств истцом, вопреки выводам суда первой инстанции, в материалы дела не представлено.

Давая оценку чекам о совершении банковских операций по переводу денежных средств и платежным поручениям, содержащим сведения о назначении платежа в виде займа, суд первой инстанции в нарушение правил оценки доказательств (ст. 67 ГПК РФ) не учел, что соответствующие письменные доказательства сформированы без воли ответчика, исходят не от него, а от истца, в их содержании не указано на то, что ответчик обязался возвратить денежные средства, ни переписка сторон, ни поведение ответчика в ходе получения денежных средств и их расходования и в последующем в суде не свидетельствуют о признании им обстоятельств наличия у него заемных обязательств.

Принимая в качестве доказательства возникновения заемных отношений представленную истцом переписку посредством мессенджера «WhatsApp» между ФИО3 и бухгалтером истца ФИО7, суд первой инстанции усмотрел признание ответчиком заемных отношений по всем платежным документам, исходя из наличия сообщений истца на перечисление денежных средств в виде займа по двум сообщениям от 26 октября 2017 года и от 19 января 2018 года.

Данный вывод суда первой инстанции сделан с нарушением правил толкования условий договора без учета цели и существа законодательного регулирования обязательств из договора займа, основан на анализе неполной переписки и без учета сложившихся между сторонами правоотношений.

Так, из полного содержания переписки ответчика ФИО3 с бухгалтером ФИО7, представленной в суд апелляционной инстанции следует, что денежные средства предоставлялись ФИО3 на приобретение материалов, леса, выполнение работ, осуществление строительства некапитальных строений с целью их последующего монтажа на арендованных ООО «Теплый стан» лесных участках, то есть для увеличения имущества данного общества, о расходовании денежных средств именно в указанных целях ФИО3 в адрес бухгалтера истца направлялись соответствующе отчеты, которые, исходя из переписки, являлись условием дальнейшего финансирования.

Представленные ответчиком в материалы дела отчеты о расходовании представленных денежных средств также подтверждают инвестиционную направленность предоставления денежных средств, истцом иные отчеты суду не представлены.

В анализируемых случаях переписки мессенджера «WhatsApp» перечисления денежных средств 26 октября 2017 года и 19 января 2018 года формулировки стороны истца о переводе денежных средств «в виде займа», в совокупности с необходимостью предоставления отчетов о расходовании указанных денежных средств и отсутствия прямо сформулированного обязательства о возвратности денежных средств не позволяет истолковать перечисление указанных денежных средств именно в качестве заемных. По иным платежам таких формулировок в переписке вообще не имеется.

При этом, молчание не считается согласием на совершение сделки, выражением воли совершить сделку либо акцептом, только если иное не вытекает из закона, соглашения сторон, обычая или из прежних деловых отношений сторон (ст. 157.1, 158, 438 ГК РФ).

Между тем, из пояснений представителя истца в ходе судебного разбирательства усматривается, что деловые отношения сторон были направлены на создание совместного бизнеса на базе ООО «Теплый стан», а не на возникновение заемных отношений.

В отличие от заемных отношений, инвестиционные отношения основаны на возможности полной потери вложенных средств, осуществляются систематически с целью получения прибыли или достижения иного полезного эффекта, предполагают наличие титула на объект инвестиций, включают не только вложение денежных средств, но и осуществление практических действий, не предполагают возвратности, платности или срочности соответствующих отношений.

Как указано, в период перечисления денежных средств <дата> ФИО3, являющийся единственным участником и собственником 100 % доли в уставном капитале ООО «Теплый стан», принял решение № о нижеследующем: принять в состав участников ООО «Теплый стан» ФИО2 и ООО «Инвестиционные проекты». Увеличить уставный капитал ООО «Теплый стан» до 50 000 руб. за счет внесения дополнительных вкладов ФИО2, ООО «Инвестиционные проекты» и участником общества ФИО3 путем внесения денежных средств на расчетный счет общества в срок не позднее двух месяцев с момента принятия настоящего решения в общей сумме 40000 руб. в следующем порядке: ФИО2 вносит дополнительный вклад в размере 25 500 руб.; ООО «Инвестиционные проекты» - в размере 9 500 руб.; ФИО3 – в размере 5 000 руб. В связи с вступлением в состав участников ФИО2 и ООО «Инвестиционные проекты» определить размер и номинальную стоимость доли каждого участника: ФИО2 доля в размере 51 % номинальной стоимостью 25 500 руб.; ФИО3 - доля в размере 30 % номинальной стоимостью 15 000 руб.; ООО «Инвестиционные проекты» - доля в размере 19 % номинальной стоимостью 9 500 руб. Решение от <дата> № было удостоверено нотариусом. Государственная регистрация указанного решения в ЕГРЮЛ ФИО3 не произведена.

Решение от 09 сентября 2019 года относительно изменения состава участников и собственников долей в уставном капитале ООО «Теплый стан» в регистрирующий орган не предоставлялось, изменения в ЕГРЮЛ не внесены.

28 апреля 2022 между ФИО3 (продавец) и ФИО11 (покупатель) заключен договор купли-продажи доли уставного капитала, по условиям которого продавец обязался передать покупателю из принадлежащей ему доли в размере 100 % уставного капитала ООО «Теплый стан» часть доли в размере 90 % уставного капитала общества, а покупатель обязался принять и оплатить долю уставного капитала в указанном размере на условиях, предусмотренных настоящим договором, - по цене в размере 16 000 000 руб. путем оплаты в течение 60 дней с момента подписания договора.

Решением от <дата> № ФИО3 освобожден от занимаемой должности директора ООО «Теплый стан», директором общества избран ФИО11

Нотариально удостоверенным соглашением от <дата> в договор купли продажи доли уставного капитала от <дата> внесены изменения в связи с существенным изменением обстоятельств, из которых стороны исходили при заключении договора: пункт 3.1 договора изложен в следующей редакции: отчуждаемая доля в размере 90 % в уставном капитале общества продана по согласованной сторонами цене в размере 26 500 000 руб.

<дата> между ФИО3 (продавец) и ФИО11 (покупатель) заключен договор купли-продажи доли уставного капитала, в соответствии с которым продавец обязался передать покупателю принадлежащую ему долю уставного капитала ООО «Теплый стан» в размере 10%, а покупатель обязался принять и оплатить долю уставного капитала в указанном размере на условиях, предусмотренных настоящим договором, - по цене в размере 2 500 000 руб. путем оплаты до <дата>.

Ссылаясь на уклонение ФИО3 как руководителя общества от обязанности произвести государственную регистрацию изменений в ЕГРЮЛ, состоявшихся на основании решения от <дата> №, и неправомерность заключения сделок по передачи доли в уставном капитале общества третьему лицу, ФИО2 и ООО «Инвестиционные проекты» инициировали судебное производство по делу, рассмотренному Арбитражный судом Республики Алтай <дата> № А02-1387/2022, направленное на восстановление корпоративных прав истца на участие в обществе и возврат утраченной им доли.

<дата> постановлением седьмого Арбитражного апелляционного суда по делу №А02-1387/2022 в связи с отказом истцов от иска прекращено производство по делу по исковому заявлению ФИО2, ООО «Инвестиционные проекты» к ФИО11, ФИО3, ООО «Теплый стан» о признании увеличения уставного капитала состоявшимся, о признании права на долю в уставном капитале общества, признании недействительной сделки по отчуждению доли в уставном капитале общества с применение последствий недействительности, применении незаконным бездействия генерального директора ООО «Теплый стан».

<дата> между ФИО11 (продавец) и ФИО2 (покупатель) заключен опционный договор, согласно которому покупатель безвозмездно приобрел 70% доли в уставном капитале ООО «Теплый стан». При этом согласно условий договора стоимость активов ООО «Теплый стан» определена сторонами в размере 450000000 руб.

Согласно отчета об оценке Trs 053 (634)/2024-р от <дата> рыночная стоимость имущества ООО «Теплый стан» на дату оценки составляла 383064000 руб., в том числе право аренды лесных участков 62 570 000 руб.

Таким образом, при рассмотрении дела установлено, что переданные ФИО2 ФИО3 денежные средства истрачены для приобретения строительных материалов и осуществления строительных работы по созданию имущества ООО «Теплый стан», расположенного на земельных участках, находящихся в пользовании ООО «Теплый стан», учредителем которого с <дата> является истец ФИО2 Факт наличия домиков и время их создания подтверждается в том числе представленным отчетом об оценке. При рассмотрении дела стороны не оспаривали, что строительство домиков осуществлял только ФИО3

С учетом изложенного, судебная коллегия приходит к выводу об отсутствии между сторонами заемных отношений, достижении истцом цели предоставления ФИО3 денежных средств в рамках соглашения о создании совместного гостиничного бизнеса.

Вывод суда первой инстанции о применении по аналогии к платежным документам по настоящему делу норм Гражданского кодекса Российской Федерации о займе в связи с наличием вступившего в законную силу решения Арбитражного Суда Республики Алтай от <дата> о взыскании с ООО «Теплый стан» в пользу ООО «Гранит» задолженности в размере 147423045 руб. 76 коп., процентов в сумме 50435377 руб. 07 коп., является необоснованным, поскольку суд в рамках указанного дела, взыскивая денежные средства и квалифицируя отношения между сторонами заемными, исходил, в первую очередь, из подтверждения ответчиком ООО «Теплый стан» заемных обязательств и учете перечисленных денежных средств в бухгалтерской отчетности именно в качестве заемных, на что прямо указано в постановлении Седьмого арбитражного апелляционного суда от <дата>.

Судебная коллегия отмечает, что вопреки доводам стороны истца безвозмездная передача ФИО3 долей уставного капитала ООО «Теплый стан» в размере 70% ФИО2, а также одновременное возвращение заемных денежных средства и оплата процентов, свидетельствуют о злоупотреблении правом со стороны истца, в связи с отсутствием экономической целесообразности для ответчика в получении денежных средств на условиях, исключающих для себя встречное предоставление и (или) получение иной экономической выгоды.

В постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25 декабря 2018 года № 49 «О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации о заключении и толковании договора» разъяснено, что условия договора подлежат толкованию таким образом, чтобы не позволить какой-либо стороне договора извлекать преимущество из ее незаконного или недобросовестного поведения (пункт 4 статьи 1 ГК РФ). Толкование договора не должно приводить к такому пониманию условия договора, которое стороны с очевидностью не могли иметь в виду.

Оценивая доводы стороны истца о возникновении на стороне ответчика ФИО3 в результате перечисления денежных средств неосновательного обогащения и взыскании указанных денежных средств в порядке главы 60 ГК РФ, судебная коллегия отмечает следующее.

В соответствии со статьей 1102 ГК РФ лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество (приобретатель) за счет другого лица (потерпевшего), обязано возвратить последнему неосновательно приобретенное или сбереженное имущество (неосновательное обогащение), за исключением случаев, предусмотренных статьей 1109 настоящего Кодекса.

Правила, предусмотренные главой 60 Гражданского кодекса Российской Федерации, применяются независимо от того, явилось ли неосновательное обогащение результатом поведения приобретателя имущества, самого потерпевшего, третьих лиц или произошло помимо их воли.

Чтобы квалифицировать отношения как возникшие из неосновательного обогащения, они должны обладать признаками, определенными статьи 1102 ГК РФ.

По смыслу указанной нормы, обязательства, возникшие из неосновательного обогащения, направлены на защиту гражданских прав, так как относятся к числу внедоговорных, и наряду с деликтными служат оформлению отношений, не характерных для обычных имущественных отношений между субъектами гражданского права, так как вызваны недобросовестностью либо ошибкой субъектов. Обязательства из неосновательного обогащения являются охранительными - они предоставляют гарантию от нарушений прав и интересов субъектов и механизм защиты в случае обнаружения нарушений. Основная цель данных обязательств - восстановление имущественной сферы лица, за счет которого другое лицо неосновательно обогатилось.

По делам о взыскании неосновательного обогащения на истца возлагается обязанность доказать факт приобретения или сбережения имущества ответчиком, а на ответчика - обязанность доказать наличие законных оснований для приобретения или сбережения такого имущества либо наличие обстоятельств, при которых неосновательное обогащение в силу закона не подлежит возврату.

Для возникновения обязательства вследствие неосновательного обогащения необходимо одновременное наличие трех условий: факта приобретения или сбережения имущества, приобретение или сбережение имущества за счет другого лица и отсутствие правовых оснований неосновательного обогащения.

В соответствии со статьей 1103 ГК РФ, поскольку иное не установлено данным кодексом, другими законами или иными правовыми актами и не вытекает из существа соответствующих отношений, правила, предусмотренные главой 60 этого Кодекса, подлежат применению также к требованиям: 1) о возврате исполненного по недействительной сделке; 2) об истребовании имущества собственником из чужого незаконного владения; 3) одной стороны в обязательстве к другой о возврате исполненного в связи с этим обязательством; 4) о возмещении вреда, в том числе причиненного недобросовестным поведением обогатившегося лица.

Из приведенных норм права следует, что при предъявлении иска, вытекающего из соответствующих договорных правоотношений, материальным законом исключается применение кондикционного иска, имеющего субсидиарный характер по отношению к договорным обязательствам.

Вместе с тем требование из неосновательного обогащения при наличии между сторонами обязательственных правоотношений может возникнуть вследствие исполнения договорной обязанности при последующем отпадении правового основания для такого исполнения.

Совокупность исследованных при рассмотрении дела доказательств указывает на то, что передача денежных средств осуществлялась истцом ответчику осознанно и добровольно, с целью создания имущества ООО «Теплый стан».

В данном случае истец, осуществляющий профессиональную инвестиционную деятельность, намеренно осуществил передачу денежных средств в значительном размере с целью вложения денежных средств для извлечения прибыли и получения контроля в отношении указанного общества.

Каких-либо иных разумных оснований для столь значительного вложения денежных сумм истцом не доказано.

С учетом установленных обстоятельств, у суда отсутствовали основания для применения к спорным правоотношениями положений статья 1102 ГК РФ, поскольку денежные средства получены ответчиком в результате сделок, спорные правоотношения не могли быть квалифицированы, как вытекающие из неосновательного обогащения.

В силу пункта 1 статьи 1 ГК РФ одними из основных начал гражданского законодательства являются обеспечение восстановления нарушенных прав и их судебная защита.

При установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно (пункт 3).

Никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения (пункт 4).

Статьей 10 ГК РФ установлено, что не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (пункт 1).

В случае несоблюдения требований, предусмотренных пунктом 1 данной статьи, суд, арбитражный суд или третейский суд с учетом характера и последствий допущенного злоупотребления отказывает лицу в защите принадлежащего ему права полностью или частично, а также применяет иные меры, предусмотренные законом (пункт 2).

В случае, если злоупотребление правом выражается в совершении действий в обход закона с противоправной целью, последствия, предусмотренные пунктом 2 этой же статьи, применяются, поскольку иные последствия таких действий не установлены данным кодексом (пункт 3).

Пунктом 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 года № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что, оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации.

Согласно статьи 8 ГК РФ гражданские права и обязанности возникают из оснований, предусмотренных законом, и иными правовыми актами, а также из действий граждан и юридических лиц, которые хотя и не предусмотрены законом или такими актами, но в силу общих начал и смысла гражданского законодательства порождают гражданские права и обязанности.

Оценив представленные в дело доказательства в их совокупности с установленными отношениями сторон спора в заявленный в иске период, применительно к приведенному выше правовому регулированию, и распределенного между сторонами бременем доказывания обстоятельств наличия на стороне ответчика за счет истца неосновательного обогащения, учитывая процессуальную позицию сторон в суде, в частности противоречивую позицию истца (обратившегося с настоящим иском спустя более чем трех лет с момента перечисления денежных средств на счет ответчика) относительно правовой природы испрашиваемой в качестве неосновательного обогащения (изначально заем в период осуществления совместной деятельности) осуществления истцом и ответчиком деятельности созданию туристических объектов (в отсутствии договора простого товарищества), суд апелляционной инстанции приходит к выводу, что стороной истца в нарушение положений ст. 56 ГПК РФ, не доказано возникновения у ответчика неосновательного обогащения за счет истца.

Судебная коллегия также считает заслуживающими внимания доводы стороны ответчика о пропуске истцом срока исковой давности.

Согласно статье 195 ГК РФ исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено. Пунктом 1 статьи 196 ГК РФ предусмотрено, что общий срок исковой давности составляет три года со дня, определяемого в соответствии со статьей 200 ГК РФ.

Исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения. Истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске (пункт 2 статьи 199 ГК РФ).

В пункте 15 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 сентября 2015 года № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности» разъяснено, что истечение срока исковой давности является самостоятельным основанием для отказа в иске (абзац 2 пункта 2 статьи 199 ГК РФ). Если будет установлено, что сторона по делу пропустила срок исковой давности и не имеется уважительных причин для восстановления этого срока для истца - физического лица, то при наличии заявления надлежащего лица об истечении срока исковой давности суд вправе отказать в удовлетворении требования только по этим мотивам, без исследования иных обстоятельств дела.

Данное правовое регулирование направлено на создание определенности и устойчивости правовых связей между участниками правоотношений, их дисциплинирование, обеспечение своевременной защиты прав и интересов субъектов правоотношений, поскольку отсутствие разумных временных ограничений для принудительной защиты нарушенных прав приводило бы к ущемлению охраняемых законом прав и интересов ответчиков. Применение судом по заявлению стороны в споре исковой давности защищает участников правоотношений от необоснованно длительных притязаний и одновременно побуждает их своевременно заботиться об осуществлении и защите своих прав.

По общему правилу течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права (пункт 1 статьи 200 ГК РФ).

Пунктом 2 статьи 200 ГК РФ предусмотрено, что по обязательствам с определенным сроком исполнения течение исковой давности начинается по окончании срока исполнения.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 17 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 сентября 2015 года № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности», в силу пункта 1 статьи 204 Гражданского кодекса Российской Федерации срок исковой давности не течет с момента обращения за судебной защитой, в том числе со дня подачи заявления о вынесении судебного приказа либо обращения в третейский суд, если такое заявление было принято к производству.

Учитывая, что наличие между сторонами заемных правоотношений не подтверждено, трехлетний срок исковой давности по заявленным исковым требованиям о взыскании денежных средств истцом пропущен.

Доводы стороны истца о том, что срок исковой давности подлежит исчислению с момента истечения срока для добровольного исполнения требований о возврате займа - с января 2025 года несостоятельны, поскольку истцом не доказан факт заключения договора займа с ответчиком и возникновения в отношении спорных денежных средств заемных правоотношений (аналогичный правовой подход изложен в Определении Верховного Суда РФ от 04 июня 2025 года № 308-ЭС25-4330).

Оценивая доводы истца о необходимости исчисления срока исковой давности с даты продажи ФИО3 доли в уставном капитале ООО «Теплый стан» ФИО11 в апреле 2022 года, судебная коллегия отмечает следующее.

В соответствии с частью 2 статьи 314 ГК РФ в случаях, когда обязательство не предусматривает срок его исполнения и не содержит условия, позволяющие определить этот срок, а равно и в случаях, когда срок исполнения обязательства определен моментом востребования, обязательство должно быть исполнено в течение семи дней со дня предъявления кредитором требования о его исполнении, если обязанность исполнения в другой срок не предусмотрена законом, иными правовыми актами, условиями обязательства или не вытекает из обычаев либо существа обязательства. При непредъявлении кредитором в разумный срок требования об исполнении такого обязательства должник вправе потребовать от кредитора принять исполнение, если иное не предусмотрено законом, иными правовыми актами, условиями обязательства или не явствует из обычаев либо существа обязательства.

В соответствии с пунктом 2.1 статьи 19 Федерального закона от 08 февраля 1998 года № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» заявление и иные документы для государственной регистрации изменений устава в связи с увеличением уставного капитала общества, увеличением номинальной стоимости долей участников общества, внесших дополнительные вклады, принятием третьих лиц в общество, определением номинальной стоимости и размера их долей и в случае необходимости с изменением размеров долей участников общества, а также документы, подтверждающие внесение в полном объеме участниками общества дополнительных вкладов или вкладов третьими лицами, должны быть представлены в орган, осуществляющий государственную регистрацию юридических лиц, в течение месяца со дня принятия решения об утверждении итогов внесения дополнительных вкладов участниками общества.

В случае несоблюдения указанных сроков, увеличение уставного капитала общества признается несостоявшимся.

Таким образом, срок исполнения обязанности по государственной регистрации изменений устава, размера долей в связи с принятием в общество третьих лиц установлен законом, и о нарушении своего права на исполнение решения № о включении в состав общества ФИО2 должен был узнать не позднее 09 октября 2019 года (по истечении месяца со дня принятия ФИО3 решения №).

Соответственно с указанной даты ФИО2 не мог не узнать о нарушении своих прав в рамках достигнутых соглашений о совместной деятельности, и, соответственно о наличии оснований для предъявления требований о взыскании денежных средств.

Между тем, в суд с настоящим исковым требованием истец обратился 10 апреля 2025 года, то есть также по истечении срока исковой давности.

Течение срока исковой давности по требованию о возврате переданного по незаключенному договору начинается не ранее момента, когда истец узнал или, действуя разумно и с учетом складывающихся отношений сторон, должен был узнать о нарушении своего права. Например, до момента, когда суд квалифицирует договор как незаключенный, лицо в отсутствие однозначных доказательств обратного может полагать, что договор порождает юридические последствия. Если платеж был осуществлен в счет будущего договора, и после этого стороны продолжали переговоры о том, что обогащение ответчика стало неосновательным, и о своем праве предъявить соответствующее требование, истец должен был узнать в момент окончания переговоров. Именно тогда стало очевидно, что цель платежа не будет достигнута.

В соответствии со статьей 203 ГК РФ, течение срока исковой давности прерывается совершением обязанным лицом действий, свидетельствующих о признании долга.

По смыслу ст. 203 ГК РФ признанием долга могут являться любые действия, позволяющие установить, что должник признал себя обязанным по отношению к кредитору. Примерный перечень таких действий приведен в пункте 20 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.09.2015 № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности», где указано, что к действиям, свидетельствующим о признании долга в целях перерыва течения срока исковой давности, в частности, могут относиться: признание претензии; изменение договора уполномоченным лицом, из которого следует, что должник признает наличие долга, равно как и просьба должника о таком изменении договора (например, об отсрочке или о рассрочке платежа); акт сверки взаимных расчетов, подписанный уполномоченным лицом.

Исходя из правовой позиции Верховного Суда Российской Федерации, изложенной им в пункте 7 «Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 3 (2023)», утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 15 ноября 2023 года), при определении начала течения срока исковой давности следует исходить из того, что действия ответчика по признанию долга, которые прерывают течение срока исковой давности, должны быть ясными и недвусмысленными.

Между тем, доказательств совершения таких действий ответчиком в материалы дела истцом не представлено.

Принимая во внимание, что вышеуказанные обстоятельства имеют существенное значение для правильного разрешения настоящего дела, учитывая, что судом были допущены нарушения норм материального и процессуального права, повлиявшие на исход дела, в силу чего в соответствии с ч. 2 ст. 328 ГПК РФ, п. п. 1, 4 ч. 1 ст. 330 ГПК РФ решение суда нельзя признать законным и обоснованным, оно подлежит отмене с принятием по делу нового решения о об отказе в удовлетворении требований истца в полном объеме.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 328, 329 ГПК РФ, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

Решение Горно-Алтайского городского суда Республики Алтай от 30 сентября 2025 года отменить, принять по делу новое решение, которым исковые требования ФИО2 к ФИО3 о взыскании суммы долга по договорам займа и процентов за пользование займами оставить без удовлетворения в полном объеме.

Апелляционное определение вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в кассационном порядке в Восьмой кассационный суд общей юрисдикции в срок, не превышающий трех месяцев со дня изготовления в окончательной форме судебного постановления в порядке, предусмотренном главой 41 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, путем подачи кассационной жалобы через суд первой инстанции.

Объявление в судебном заседании суда апелляционной инстанции только резолютивной части апелляционного определения и отложение составления мотивированного апелляционного определения в пределах десятидневного срока для соответствующей категории дел не изменяют дату его вступления в законную силу.

Председательствующий судья С.Н. Чертков

Судьи - М.В. Плотникова

Е.Н. Чорина

Мотивированное апелляционное определение составлено 27 февраля 2025 года.