Приговор № 22-3672/2017 от 18 сентября 2017 г. по делу № 22-3672/2017

Судья Воронов В.В. № 22-3672/17

Именем Российской Федерации

АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ
ПРИГОВОР

г. Волгоград 19 сентября 2017 года

Волгоградский областной суд в составе:

председательствующего судьи Маргиевой О.С.,

судей Осадчего Я.А., Минаева О.А.,

при секретаре Пономаревой Е.Ю.,

с участием:

прокурора отдела прокуратуры Волгоградской области Бережновой И.Е.,

осуждённого ФИО6,

защитника осуждённого ФИО6 – адвоката Соколова Н.В., предоставившего удостоверение 1671, выданное ДД.ММ.ГГГГ, и ордер № <...> от ДД.ММ.ГГГГ,

рассмотрел в открытом судебном заседании 19 сентября 2017 года апелляционное представление заместителя прокурора г. Волжского Волгоградской области Андреева М.С., апелляционную жалобу осуждённого ФИО6 на приговор Волжского городского суда Волгоградской области от 27 июля 2017 года согласно которому

ФИО6, родившийся ДД.ММ.ГГГГ в <адрес>, гражданин Российской Федерации, с начальным профессиональным образованием, в браке не состоящий, военнообязанный, не работающий, зарегистрированный по адресу: <адрес>, ранее не судимый,

осуждён:

по ч. 1 ст. 291.2 УК РФ (2 преступления) к штрафу в размере 150 000 рублей за каждое преступление;

по ч. 3 ст. 327 УК РФ (2 преступления) к штрафу в размере 50 000 рублей за каждое преступление.

В соответствии с ч. 2 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений путём частичного сложения окончательно назначено наказание в виде штрафа в размере 250 000 рублей.

В силу ч. 5 ст. 72 УК РФ с учётом содержания ФИО6 под стражей в период с 17 по 19 апреля 2016 года и под домашним арестом в период с 19 апреля по 6 мая 2016 года назначенное наказание в виде штрафа смягчено до 50 000 рублей.

В приговоре разрешена судьба вещественных доказательств.

Заслушав доклад судьи Осадчего Я.А. по обстоятельствам дела, доводам апелляционного представления и апелляционной жалобы, выслушав прокурора Бережнову И.Е., поддержавшую доводы апелляционного представления и возражавшую против удовлетворения апелляционной жалобы, осуждённого ФИО6, его защитника – адвоката Соколова Н.В., поддержавших апелляционную жалобу и настаивавших на отмене приговора и оправдании осуждённого, возражавших против удовлетворения доводов апелляционного представления, суд

УСТАНОВИЛ:

органом предварительного следствия ФИО6 обвинялся в совершении двух преступлений, предусмотренных ч. 3 ст. 291 УК РФ, и двух преступлений, предусмотренных ч. 3 ст. 327 УК РФ, а именно, в даче взяток должностному лицу лично за совершение заведомо незаконных действий, и использовании заведомо подложного документа.

В связи с введением в Уголовный Кодекс РФ на основании Федерального закона РФ от 3 июля 2016 года № 324-ФЗ статьи 291.2 УК РФ – мелкое взяточничество, государственный обвинитель изменил обвинение и просил признать ФИО6 виновным в совершении двух преступлений, предусмотренных ч. 1 ст. 291.2 УК РФ, и двух преступлений, предусмотренных ч. 3 ст. 327 УК РФ.

На основании приговора суда ФИО6 признан виновным в совершении двух преступлений, связанных с дачей взятки должностному лицу лично в размере, не превышающем десяти тысяч рублей, а также в двукратном использовании заведомо подложного документа, при следующих обстоятельствах:

27 января 2016 года в 13 часов 29 минут ФИО6 по телефону обратился к лицу, уголовное дело в отношении которого выделено в отдельное производство, работающему врачом-терапевтом терапевтического отделения №1 поликлиники ГБУЗ «ГКБ №1 им. С.З. Фишера», с просьбой предоставить ему фиктивный листок нетрудоспособности с целью получения освобождения от работы. Лицо, уголовное дело в отношении которого выделено в отдельное производство, имея полномочия на проведение экспертизы временной нетрудоспособности больных, ведение медицинских карт амбулаторных больных, являясь должностным лицом, действуя из корыстной заинтересованности, также по телефону 28 января 2016 года в 14 часов 41 минуту дал своё согласие на выдачу фиктивного листка нетрудоспособности сроком на 5 больничных дней. При этом ФИО6 был осведомлён об условиях оформления листа нетрудоспособности и необходимости передачи денежного вознаграждения в размере 300 рублей за 1 больничный день.

28 января 2016 года примерно в 15 часов 10 минут ФИО6 во исполнение возникшего ранее у него умысла, находясь возле клиники «Диалайн» по адресу: <...> «а» в салоне автомобиля, принадлежащего лицу, уголовное дело в отношении которого выделено в отдельное производство, осознавая общественную опасность и противоправный характер своих действий, предвидя наступление общественно опасных последствий и, желая этого, лично передал должностному лицу, уголовное дело в отношении которого выделено в отдельное производство, взятку в размере 1 500 рублей за совершение последним незаконных действий, а именно за выдачу заведомо подложного листа нетрудоспособности сроком на 5 дней с 28 января 2016 года по 1 февраля 2016 года.

4 февраля 2016 года в 14 часов 15 минут в кабинете № 315 поликлиники ГБУЗ «ГКБ №1 им. С.З. Фишера» г. Волжского по адресу: <...>, лицо, уголовное дело в отношении которого выделено в отдельное производство, передало ФИО6 фиктивный лист нетрудоспособности №203536698478, выданный на период с 28 января 2016 года по 1 февраля 2016 года.

Получив указанный лист нетрудоспособности, ФИО6, реализуя умысел на использование заведомо подложного документа, осознавая общественную опасность и противоправный характер своих действий, предвидя наступление общественно опасных последствий и, желая этого, 5 февраля 2016 года предоставил заведомо подложный документ - лист нетрудоспособности №203536698478 по месту своей работы в отдел кадров АО <.......> по адресу: <адрес>

26 февраля 2016 года в 16 часов 7 минут ФИО6 вновь по телефону обратился к лицу, уголовное дело в отношении которого выделено в отдельное производство, являющемуся врачом-терапевтом терапевтического отделения №1 поликлиники ГБУЗ «ГКБ №1 им. С.З. Фишера», с просьбой предоставить ему фиктивный листок нетрудоспособности с целью получения освобождения его от работы. В свою очередь лицо, уголовное дело в отношении которого выделено в отдельное производство, имея полномочия на проведение экспертизы временной нетрудоспособности больных, ведение медицинских карт амбулаторных больных, являясь должностным лицом, действуя из корыстной заинтересованности, дал согласие на выдачу фиктивного листка нетрудоспособности сроком на 5 больничных дней. При этом ФИО6 был осведомлён об условиях оформления фиктивного листа нетрудоспособности и необходимости передачи денежного вознаграждения в размере 300 рублей за 1 больничный день.

27 февраля 2016 года в 15 часов 50 минут ФИО6, находясь в г. Волжском, реализуя свой преступный умысел, осознавая общественную опасность и противоправный характер своих действий, предвидя наступление общественно опасных последствий и, желая этого, лично передал должностному лицу, уголовное дело в отношении которого выделено в отдельное производство, взятку в размере 2 100 рублей за совершение последним незаконных действий - выдачу заведомо подложного листа нетрудоспособности сроком на 7 дней с 26 февраля 2016 года по 4 марта 2016 года.

4 марта 2016 года в 16 часов 38 минут в кабинете № 315 на 3 этаже поликлиники ГБУЗ «ГКБ №1 им. С.З. Фишера» г. Волжского по адресу: <...>, лицо, уголовное дело в отношении которого выделено в отдельное производство, передало ФИО6 фиктивный лист нетрудоспособности №203540047524, выданный на за период с 26 февраля 2016 года по 4 марта 2016 года.

Получив указанный лист нетрудоспособности, ФИО6, реализуя умысел на использование заведомо подложного документа, осознавая общественную опасность и противоправный характер своих действий, предвидя наступление общественно опасных последствий и желая этого, 7 марта 2016 года предоставил заведомо подложный документ в виде листка нетрудоспособности №203540047524, по месту своей работы в отдел кадров <.......> расположенный по адресу: <адрес>.

В апелляционном представлении заместитель прокурора г.Волжского Волгоградской области Андреев М.С., не оспаривая выводы суда о виновности ФИО6 и квалификации действий осуждённого, находит приговор подлежащим изменению ввиду несправедливости назначенного наказания по мотивам его мягкости. Назначая осуждённому наказание, суд не учёл должным образом характер совершённых преступлений, которые являются умышленными, имеют коррупционную направленность, причиняют ущерб авторитету органов здравоохранения. Обращает внимание на то обстоятельство, что при первом рассмотрении уголовного дела ФИО6 назначалось наказание в виде штрафа в размере 200000 рублей. Вместе с тем, при повторном рассмотрении дела ни одного нового обстоятельства, которое могло повлиять на назначение более мягкого наказания, судом установлено не было и в приговоре не отражено, однако назначенное наказание в четыре раза мягче предыдущего.

Просит приговор изменить, в соответствии с ч.5 ст.72 УК РФ считать ФИО6 осуждённым к наказанию в виде штрафа в размере 200000 рублей.

В апелляционной жалобе осуждённый ФИО6 настаивает на незаконности, необоснованности приговора и в обоснование доводов жалобы указывает на то, что ни одно из положенных в основу обвинения доказательств в их совокупности не содержит сведений о том, каким способом и какими купюрами он передавал взятку ФИО1 а также когда и где именно это происходило. Кроме того, в приговоре суд подверг сомнению его показания о том, что он нуждался в лечении и лечился у врача ФИО1 и сделал вывод о том, что больничные листы являются фиктивными. Его показания о наличии заболеваний надлежащими доказательствами не опровергнуты, а наоборот подтверждены показаниями допрошенных в качестве свидетелей врачей ФИО2 и ФИО1 Кроме того, письменные доказательства, предоставленные стороной обвинения, такие как выписка из истории болезни, журнал регистрации его обращений за медицинской помощью и листки нетрудоспособности не опровергают наличие у него заболеваний, а только подтверждают их.

Обращает внимание на то обстоятельство, что суд в приговоре необоснованно использовал в качестве доказательства его вины акт опроса, составленный по результатам проведения ОРМ «Опрос», поскольку при его исследовании видно, что фактически у него отбиралось объяснение, причём это было сделано против его воли с применением к нему незаконных методов воздействия и без участия защитника, о чём он неоднократно заявлял суду.

Судом в приговоре приведены показания свидетелей ФИО3 ФИО4 и ФИО5В., пояснивших о том, что в отношении ФИО6 проводились ОРМ «Опрос» и негласное видеонаблюдение, в связи с чем сделан вывод о том, что показания указанных свидетелей подтверждают его причастность к совершению преступлений, однако письменных доказательств законности проведения данного мероприятия в материалах дела не содержится. Кроме того, показания указанных свидетелей в части его причастности к даче взятки врачу ФИО1 являются голословными, поскольку его никто на месте совершения преступления не задерживал, предмет взятки – денежные средства отсутствуют.

Имеющаяся в материалах уголовного дела выписка из постановления судьи Волгоградского областного суда о проведении ОРМ «ПТП» не содержит печати суда, подписи судьи, не соответствует ни по форме, ни по содержанию требованиям УПК РФ и не позволяет проверить и непосредственно исследовать законность проведения ОРМ.

В материалах уголовного дела отсутствует судебное решение на проведение ОРМ «Снятие информации с технических каналов связи» в отношении ФИО6 и ФИО1., что также указывает на незаконность проведения в отношении него ОРМ «ПТП». По мнению автора жалобы, это влечёт исключение из числа доказательств выписки из постановления судьи Волгоградского областного суда, CD-R диска с аудиозаписью телефонных переговоров, экспертного заключения № 6/905э от 22 июля 2016 года и протокола осмотра и прослушивания фонограммы от 20 мая 2016 года, как полученных с нарушением уголовно-процессуального закона.

Отмечает, что протокол осмотра и прослушивания фонограммы от 20 мая 2016 года, где осматривается и прослушивается указанный диск с аудиозаписью, судом полностью признан недопустимым доказательством. Вместе с тем, в признании CD-R диска с этой же фонограммой записи телефонных переговоров недопустимым доказательством судом было отказано. Таким образом, признавая прослушивание фонограммы недопустимым доказательством с одной стороны, и использование этой же фонограммы как доказательство его вины в даче взяток с другой стороны, суд допустил существенное противоречие, не позволяющее сделать определённый вывод о его виновности в совершении инкриминируемых преступлений и постановить обвинительный приговор. Кроме того, признавая протокол осмотра и прослушивания фонограммы от 20 мая 2016 года недопустимым доказательством, суд не только не исключил его из числа доказательств, но и далее сослался в приговоре на данный протокол при анализе показаний свидетелей обвинения ФИО3 ФИО4 и ФИО5 Полагает, что указанные выше нарушения уголовно-процессуального закона влекут отмену приговора в связи с существенными нарушениями уголовно-процессуального закона.

Просит приговор отменить и вынести в отношении него оправдательный приговор.

Проверив материалы уголовного дела, обсудив доводы апелляционного представления прокурора, апелляционной жалобы осуждённого, суд апелляционной инстанции считает, что обвинительный приговор в отношении ФИО6 подлежит отмене с вынесением по делу оправдательного приговора по следующим основаниям.

В соответствии с п. 1 ч. 1 ст. 389.15 УПК РФ основаниями отмены или изменения судебного решения в апелляционном порядке является несоответствие выводов суда, изложенных в приговоре, фактическим обстоятельствам уголовного дела, установленным судом первой инстанции.

В соответствии с п. 1, 2 ст. 389.16 УПК РФ приговор признаётся не соответствующим фактическим обстоятельствам уголовного дела, установленным судом первой инстанции, если выводы суда не подтверждаются доказательствами, рассмотренными в судебном заседании, суд не учёл обстоятельств, которые могли существенно повлиять на выводы суда.

Согласно ст. 297 УПК РФ приговор суда должен быть законным, обоснованным и справедливым, то есть постановленным в соответствии с требованиями УПК РФ и основанным на правильном применении уголовного закона.

В соответствии с ч. 4 ст. 302 УПК РФ обвинительный приговор не может быть основан на предположениях и постановляется лишь при условии, что в ходе судебного разбирательства виновность подсудимого в совершении преступления подтверждена совокупностью исследованных судом доказательств.

Исходя из положений п. 3, 4 ч.1 ст. 305, п. 2 ст. 307 УПК РФ, в описательно-мотивировочной части приговора надлежит дать оценку всем исследованным в судебном заседании доказательствам, как уличающим, так и оправдывающим подсудимого. При этом излагаются доказательства, на которых основаны выводы суда по вопросам, разрешаемым при постановлении приговора, и приводятся мотивы, по которым те или иные доказательства отвергнуты судом.

Указанные требования уголовно-процессуального закона судом нарушены.

Свои выводы о виновности ФИО6 в совершении преступлений, предусмотренных ч. 1 ст. 291.2 УК РФ (2 преступления) и ч. 3 ст. 327 УК РФ (2 преступления), суд первой инстанции обосновал показаниями свидетелей ФИО3., ФИО4., ФИО5; материалами оперативно-розыскной деятельности; протоколом осмотра и прослушивания фонограммы от 20 мая 2016 года; заключением эксперта №6/905э от 22 июля 2016 года; протоколами выемки медицинской документации на имя ФИО6 от 24 марта 2016 года, 27 апреля 2016 года, от 17 апреля 2016 года, от 4 августа 2016 года; протоколом выемки информации о соединениях абонентского номера <***> от 4 июля 2016 года; протоколами осмотра документов от 12 мая 2016 года, 6 июня 2016 года, 11 июля 2016 года, от 2 августа 2016 года, от 4 августа 2016 года.

Вместе с тем, доказательства, предоставленные стороной обвинения и положенные в основу приговора, суд апелляционной инстанции считает недостаточными для вывода о виновности ФИО6 в даче ФИО1 взяток 28 января 2016 г. - в размере 1500 рублей и 29 февраля 2016 г. – в размере 2100 рублей, а также в двукратном использовании заведомо подложного документа.

Так, в судебном заседании подсудимый ФИО6 вину в совершении инкриминируемых ему преступлений не признал и пояснил, что в конце января 2016 года у него поднялась температура, появились боли в области поджелудочной железы, в связи с чем он обратился к знакомому терапевту-гастроэнтерологу ФИО1 В то время у него не было постоянного медицинского полиса, он пользовался временным, поэтому в телефонном разговоре поинтересовался у ФИО1 будет ли его лечение платным, либо бесплатным, на что тот предложил вернуться к этой теме после его непосредственного осмотра, рекомендовав быстрее оформить медицинский полис. После того, как ФИО1 его осмотрел, выписал ему больничный лист, он приступил к лечению, одновременно оформил медицинский полис, который, предварительно созвонившись, между плановыми посещениями привёз врачу. Между плановыми посещениями он созванивался с ФИО1 в связи с обострениями болей, по поводу чего последний приезжал к нему домой. По окончанию лечения в начале февраля 2016 года ФИО1 закрыл больничный лист, и он предъявил этот больничный лист по месту работы. В конце февраля - начале марта 2016 года его болезнь вновь обострилась, он позвонил ФИО1 тот приехал и осмотрел его дома, назначил лечение и вновь выписал больничный лист. После выздоровления больничный лист ФИО1 был закрыт и он сдал его по месту работы. Оба больничных листа были выписаны ему в связи с болезнью. ФИО1 проводил его лечение, как при явках в поликлинику, так и посещая на дому. Каких-либо денег за оказанное лечение он ФИО1 не передавал. В один из дней после отдыха на турбазе, он в нетрезвом состоянии приехал домой. Его возле подъезда встретили оперативные работники, пригласили в отдел полиции, где предложили рассказать, как он «покупал» больничные листы, высказав свою версию, как такое могло происходить. Адвоката, который мог бы оказать ему помощь при опросе, ему не предоставили, оказывая психологическое воздействие, угрожая ограничить свободу, вынудили его повторить предложенную ими версию о несоответствующих действительности обстоятельствах получения им у ФИО1. больничных листов. Впоследствии в отношении него было возбуждено уголовное дело, он был задержан по подозрению в даче взятки ФИО1 а затем помещён под домашний арест. Однако, вину свою не признаёт, поскольку преступлений не совершал. Больничные листы ему были выданы в установленном порядке в связи с его документально подтверждённой болезнью, и он предъявил их по месту работы.

Приведёнными в приговоре доказательствами показания ФИО6 не опровергнуты.

Допрошенный в судебном заседании свидетель ФИО2 показал, что в 2010 году к нему обращался на приём ФИО6 Поскольку заболевание последнего было связано с дисфункцией желудочно-кишечного тракта, он рекомендовал тому обратиться к врачу поликлиники ФИО1

Свидетель ФИО1, работавший участковым врачом-терапевтом поликлиники ГКУЗ «ГКБ № 1 им. С.З. Шифера», суду показал, что 27 января 2016 года ФИО6 позвонил ему в связи с ухудшением здоровья, и они договорились встретиться. Он приехал к тому домой, осмотрел, выявил обострение хронического заболевания, пришёл к выводу о том, что тот нетрудоспособен, вернулся на работу, внёс необходимые данные в электронную базу, занёс в амбулаторную карту данные о результатах осмотра, поставленном диагнозе, назначенном лечении. Когда на приём приехал ФИО6, он направил того к специалисту по выдаче больничных листов, который тот получил. Повторно ФИО6 с обострением хронического заболевания обратился к нему в конце февраля 2016 года. На основании обследования, определив его состояние, он также выписал тому больничный лист, который закрыл по выздоровлению. При этом оплата лечения производилась по медицинскому полису. Листки нетрудоспособности он выдавал в соответствии с ведомственными нормативными актами. Никаких денежных средств за свои действия ФИО6 ему не передавал.

Между тем, показания свидетелей ФИО2 и ФИО1 положенные в основу обвинительного приговора, доказательствами виновности ФИО6 в инкриминируемых преступлениях не являются.

В обоснование решения о виновности ФИО6 в совершении инкриминируемых ему деяний суд сослался в приговоре на показания оперативных сотрудников оперативного отдела ИБ и ПК УМВД России по г. Волжскому ФИО4 и ФИО5 не отвечающие требованиям законности в силу положений ст. 75 УПК РФ

Допрошенный в судебном заседании свидетель ФИО4 показал, что им проводилось оперативно-розыскное мероприятие «Опрос» в отношении ФИО6 в рамках оперативного дела в отношении ФИО1 В ходе данного оперативно-розыскного мероприятия ФИО6 подтвердил, что дважды обращался к ФИО1 за выдачей фиктивных больничных листов, пояснил, где и какие суммы он передавал ФИО1 Полученное у ФИО6 объяснение он передал для приобщения к результатам оперативно-розыскной деятельности.

Из показаний в суде свидетеля ФИО5 следует, что в ходе производства оперативно-розыскных мероприятий, направленных на изобличение ФИО1 в получении взяток за выдачу фиктивных больничных листов, было установлено, что абонентом одного из телефонных номеров, с которым ФИО1 общался предположительно по поводу выдачи фиктивных больничных листов, являлся ФИО6 Последний был вызван ФИО4 для беседы, в ходе которой ФИО6 дал объяснения о том, как, когда, при каких обстоятельствах и за какую сумму взяток ФИО1 оформлял ему больничные листы. Им (ФИО5 было принято решение лично побеседовать с Шульгой об известных тому эпизодах преступной деятельности ФИО1 В ходе опроса ФИО6 им была произведена негласная аудио- и видеозапись, которая на основании постановления руководителя следственного органа была направлена вместе с результатами оперативно-розыскной деятельности в следственные органы.

Однако в соответствии с позицией, сформулированной Конституционным Судом Российской Федерации (Определения от 6 февраля 2004 года № 44-О, от 19 июня 2012 года № 1068-О), недопустимо воспроизведение в ходе судебного разбирательства содержания показаний подозреваемого, данных в ходе досудебного производства по уголовному делу в отсутствие защитника и не подтвержденных им в суде, путем допроса в качестве свидетеля дознавателя или следователя, производивших дознание или следствие.

В силу этих требований, суд первой инстанции не вправе был допрашивать свидетелей ФИО4 и ФИО5 - работников полиции, осуществлявших оперативное сопровождение уголовного дела в отношении ФИО1., о содержании пояснений, которые им стали известны из беседы с ФИО6 в отсутствие его защитника.

Таким образом, показания свидетелей ФИО4 и ФИО5 не отвечают требованиям законности, в связи с чем в силу положений ст. 75 УПК РФ они не могут быть использованы в качестве доказательств виновности ФИО6 и положены в основу выводов обвинительного приговора.

Допрошенный в суде в качестве свидетеля оперуполномоченный ФИО3 показал, что в ходе оперативно-розыскных мероприятий ему стало известно, что ФИО6 дважды передал ФИО1. за выдачу фиктивных больничных листов 1500 рублей и 2100 рублей.

Однако из предоставленных в уголовное дело материалов оперативно-розыскных мероприятий, на которых свидетель основывает свои показания, этого не следует.

В качестве доказательства виновности осуждённого ФИО6 в совершении инкриминируемых ему преступлений в приговоре приведены материалы оперативно-розыскных мероприятий – акта, выполненного по результатам ОРМ «Опрос».

Согласно ст. 75 УПК РФ доказательства, полученные с нарушением закона, являются недопустимыми, не имеют юридической силы и не могут быть положены в основу обвинения, а также использоваться для доказывания любого из обстоятельств, перечисленных в ст. 73 УПК РФ.

Признавая достоверным доказательством акт опроса ФИО6, суд не дал оценки тому обстоятельству, что при получении объяснений от ФИО6, ему в нарушение требований ч.1.1 ст.144 УПК РФ не были разъяснены его права не свидетельствовать против самого себя, пользоваться услугами адвоката, приносить жалобы на действия (бездействие) и решения органов предварительного расследования в порядке, установленном гл.16 УПК РФ; не выяснен вопрос о том, был ли ФИО6 обеспечен возможностью осуществления этих прав.

В судебном заседании осуждённый ФИО6 не подтвердил достоверность сведений, указанных в акте опроса, пояснив, что он оговорил себя, находясь в состоянии алкогольного опьянения и под психологическим воздействием сотрудников правоохранительных органов.

При таких обстоятельствах письменное доказательство – акт, выполненный по результатам ОРМ «Опрос», где ФИО6 указывает на то, что дважды передавал денежные средства ФИО1 за получение фиктивных листков нетрудоспособности, по мнению суда апелляционной инстанции, являются недопустимым доказательством на основании ст. 75 УПК РФ, как не отвечающий требованиям, предъявляемым к доказательствам, поскольку указанные пояснения ФИО6 даны без защитника и без разъяснения процессуальных прав, в том числе, без разъяснения о возможном использовании сообщённых сведений против него, и иные процессуальные права, предусмотренные ч. 1.1 ст. 144 УПК РФ.

Кроме того, суд первой инстанции приводит акт опроса ФИО6 в качестве доказательства виновности последнего, оспаривая при этом законность его проведения и признавая его недопустимым доказательством в описательно-мотивировочной части приговора.

Положенные в основу приговора стенограмма и справки, выполненные по результатам ОРМ «Прослушивание телефонных переговоров» также не свидетельствуют о передаче 28 января 2016 года, 27 февраля 2016 года ФИО6 мелких взяток ФИО1 и об использовании подложного документа.

Что касается протокола осмотра и прослушивания фонограммы от 20 мая 2016 года, положенного в основу обвинительного приговора, то из описательно -мотивировочной части приговора усматривается, что данное доказательство признано судом недопустимым с приведением мотивов принятого решения.

Поскольку суд первой инстанции признал недопустимым доказательством протокол осмотра и прослушивания фонограммы от 20 мая 2016 года в полном объеме, а суд апелляционной инстанции не находит оснований для иной оценки указанного доказательства, то производное от протокола осмотра и прослушивания фонограммы от 20 мая 2016 года доказательство - заключение эксперта от 22 июля 2016 года № 6/905э, также не может быть принято в качестве доказательства виновности ФИО6 в даче мелких взяток ФИО1

Приведённые в приговоре протоколы выемки медицинской документации на имя ФИО6 от 24 марта 2016 года, 27 апреля 2016 года, от 17 апреля 2016 года, от 4 августа 2016 года; протоколы выемки информации о соединениях абонентского номера № <...> от 4 июля 2016 года; протоколы осмотра документов от 12 мая 2016 года, 6 июня 2016 года, 11 июля 2016 года, от 2 августа 2016 года, от 4 августа 2016 года, постановления о приобщении к материалам дела вещественных доказательств, рапорт об обнаружении признаков преступления от 24 марта 2016 года, приказ от 29 сентября 2005 года № 502-ЛС о приёме ФИО1. на работу, его должностная инструкция также не свидетельствуют о том, что ФИО6 были переданы ФИО1 денежные средства в качестве вознаграждения за выдачу фиктивных листов нетрудоспособности, а также использованы заведомо подложные документы.

Письменные доказательства, предоставленные стороной обвинения, такие как медицинские карты амбулаторного больного, книги регистрации листков нетрудоспособности и сами листки нетрудоспособности не опровергают наличие у ФИО6 заболеваний, а только подтверждают их.

Кроме того, судом первой инстанции не проверен довод стороны защиты об обоснованности выдачи ФИО1 листков нетрудоспособности на период с 28 января 2016 года по 1 февраля 2016 года и с 26 февраля 2016 года по 4 марта 2016 года в связи имеющимся (предполагаемым) заболеванием.

Такой подход суда к оценке доказательств противоречит положениям ст. 14, 87, 88 УПК РФ, согласно которым все сомнения в виновности обвиняемого, которые не могут быть устранены в порядке, установленном законом, толкуются в пользу обвиняемого, проверка доказательств производится судом путём сопоставления их с другими доказательствами, имеющимися в уголовном деле, а также установления их источников, получения иных доказательств, подтверждающих или опровергающих проверяемое доказательство. При этом каждое доказательство подлежит оценке с точки зрения относительности, допустимости, достоверности, а все собранные доказательства в совокупности - достаточности для разрешения уголовного дела.

В силу п.1 ч.1 ст. 307 УПК РФ описательно-мотивировочная часть обвинительного приговора должна содержать описание преступного деяния, признанного судом доказанным, с указанием места, времени, способа его совершения, формы вины, мотивов, целей и последствий преступления.

Перечисленные требования уголовно-процессуального закона судом по настоящему уголовному делу не выполнены.

Объективная сторона преступления, предусмотренного ч.1 ст.291.2 УК РФ, а именно дача взятки, выражается в даче должностному лицу лично или через посредника взятки в размере, не превышающем десяти тысяч рублей.

С субъективной стороны мелкое взяточничество характеризуется виной в форме прямого умысла.

Как следует из обжалуемого приговора, суд первой инстанции, не указав конкретных преступных действий ФИО6, а также способа и мотивов, лишь констатировал факт того, что 28 января 2016 года примерно в 15 часов 10 минут ФИО6, находясь возле клиники «Диалайн» по адресу: <...> «а» в салоне автомобиля, принадлежащего лицу, уголовное дело в отношении которого выделено в отдельное производство, передал взятку в размере 1 500 рублей за выдачу заведомо подложного листа нетрудоспособности сроком на 5 дней с 28 января 2016 года по 1 февраля 2016 года, который предоставил по месту своей работы, а также 27 февраля 2016 года в 15 часов 50 минут, находясь в г. Волжском, ФИО6 лично передал должностному лицу, уголовное дело в отношении которого выделено в отдельное производство, взятку в размере 2 100 рублей за выдачу заведомо подложного листа нетрудоспособности сроком на 7 дней с 26 февраля 2016 года по 4 марта 2016 года, который предоставил по месту своей работы.

Из материалов уголовного дела следует, что на протяжении всего предварительного и судебного следствия ФИО6 последовательно указывалось на то, что в связи с обострением имеющегося у него хронического заболевания он дважды обращался за медицинской помощью к врачу-терапевту ФИО1 который, убедившись в том, что он нетрудоспособен, выдал ему больничные листы. Никакой договорённости с ФИО1 о выдаче ему за какое-либо вознаграждение листков нетрудоспособности у него не было.

Показания ФИО6 об отсутствии какой-либо договорённости с ФИО1 о выдаче ему за денежное вознаграждение листков нетрудоспособности в ходе предварительного следствия и при рассмотрении дела судом первой инстанции не опровергнуты. Каких-либо новых доказательств, подтверждающих дачу ФИО6 денежных средств, предназначавшихся ФИО1 в качестве взятки, не предоставлено.

Не подтверждён достоверными доказательствами и размер сумм, полученных ФИО1 от ФИО6

Приведённые в приговоре доказательства виновности ФИО6 ранее были предметом рассмотрения суда апелляционной инстанции, которым подвергнуты сомнению в их допустимости и относимости. Кроме того, суд первой инстанции не выполнил указания вышестоящей инстанции о надлежащей оценке полученных доказательств при повторном рассмотрении уголовного дела.

Объективную сторону преступления, предусмотренного ч. 3 ст.327 УК РФ, образует использование заведомо подложного документа по назначению, то есть, его предъявление, вручение, передача и совершение иных подобных действий для незаконного получения прав или освобождения от обязанностей. Субъективная сторона характеризуется прямым умыслом.

Исследованные судом первой инстанции и приведённые выше доказательства как каждое в отдельности, так и в своей совокупности, не подтверждают то обстоятельство, что листы нетрудоспособности № 203536698478, № 203540047524, предоставленные ФИО6 5 февраля и 7 марта 2016 года по месту своей работы в отдел кадров <.......> являлись заведомо подложными, что исключает возможность признания его виновным и свидетельствует об отсутствии в его деянии состава преступлений, предусмотренных ч. 3 ст. 327 УК РФ.

Согласно ст. 73 УПК РФ при производстве по уголовному делу в суде подлежат доказыванию, в частности, событие преступления, виновность подсудимого в совершении преступления и мотивы преступления.

Несмотря на указанные требования закона, в описательно-мотивировочной части приговора отсутствует совокупность доказательств, подтверждающих причастность ФИО6 к совершению преступлений, предусмотренных ч. 1 ст. 291.2, ч. 3 ст. 327 УК РФ, включая обязательные признаки объективной стороны преступлений.

Таким образом, суду не предоставлено объективных и неопровержимых данных о том, что ФИО6 давал взятки лично в размере, не превышающим 10000 рублей, и дважды использовал заведомо подложный документ, а обвинение по каждому из инкриминируемых ему преступлений основано на предположениях и догадках, которые не могут быть положены в основу обвинительного приговора.

Согласно положениям ст. 14 УПК РФ обвиняемый считается невиновным, пока его виновность в совершении преступления не будет доказана в предусмотренном УПК РФ порядке и установлена вступившим в законную силу приговором суда. Подозреваемый или обвиняемый не обязан доказывать свою невиновность. Бремя доказывания обвинения и опровержения доводов, приводимых в защиту подозреваемого или обвиняемого, лежит на стороне обвинения. Все сомнения в виновности обвиняемого, которые не могут быть устранены в порядке, установленном УПК РФ, толкуются в пользу обвиняемого.

В соответствии со ст. 302 УПК РФ обвинительный приговор не может быть основан на предположениях и постановляется лишь при условии, если в ходе судебного разбирательства виновность подсудимого в совершении преступления доказана.

В соответствии с законом в силу принципа презумпции невиновности обвинительный приговор не может быть основан на предположениях, а все неустранимые сомнения в доказанности обвинения, в том числе отдельных его составляющих (формы вины, степени и характера участия в совершении преступления, смягчающих и отягчающих наказание обстоятельств и т.д.), толкуются в пользу подсудимого.

Однако в нарушение указанного принципа выводы суда о виновности ФИО6 в совершении инкриминируемых ему деяний основаны на предположениях. Приведенные в приговоре доказательства не подтверждают причастность ФИО6 к совершению преступлений, предусмотренных ч. 3 ст. 327 УК РФ (два преступления) и ч. 1 ст. 291.2 УК РФ (два преступления).

На основе исследованных судом первой инстанции доказательств судом апелляционной инстанции установлено, что 27 января и 26 февраля 2016 года ФИО6 в связи с обострением имеющегося у него хронического заболевания дважды обращался за медицинской помощью к врачу-терапевту ФИО7, который, убедившись в том, что ФИО6 нетрудоспособен, выдал ему листки нетрудоспособности на период с 28 января 2016 года по 1 февраля 2016 года и с 26 февраля 2016 года по 4 марта 2016 года, которые были предоставлены ФИО6 5 февраля и 7 марта 2016 года по месту работы в отдел кадров <.......>

С учётом изложенного, обвинительный приговор в отношении ФИО6 подлежит отмене, а ФИО6 - оправданию по обвинению в совершении преступлений, предусмотренных ч. 1 ст. 291.2 УК РФ (2 преступления), ч. 3 ст. 327 УК РФ (2 преступления), на основании п. 2 ч. 2 ст. 302 УПК РФ в связи непричастностью к совершению данных преступлений.

На основании п. 4 ч. 2 ст. 133 УПК РФ за ФИО6 следует признать право на реабилитацию.

Вещественные доказательства по делу, а именно: DVD-R диск с видеозаписью ОТМ «НАЗ и НВД», CD-R диск с аудиозаписью ОРМ «Прослушивание телефонных переговоров», компакт диск с информацией, извлечённой из мобильного устройства ФИО6, детализация телефонных соединений абонентского номера ФИО6, листки нетрудоспособности №№ 203536698478, 203540047524, подлежат хранению при уголовном деле; медицинская карта амбулаторного больного №64275 ФИО6, медицинская карта пациента №6034 ФИО6, мобильное устройство ФИО6 «Alcatel onetouch», хранящиеся при материалах уголовного дела, подлежат возврату по принадлежности.

Меру пресечения в отношении ФИО6 в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении следует отменить.

Кроме того, суд не вторгается в оценку доводов апелляционного представления о несправедливости назначенного осуждённому наказания, поскольку ФИО6 подлежит оправданию по предъявленному ему обвинению.

Руководствуясь ст. 305, 306, 309, 38915, 38916, 38920, 38928, 38929, 38933 УПК РФ, суд

ПРИГОВОРИЛ:

приговор Волжского городского суда Волгоградской области от 27 июля 2017 в отношении ФИО6 отменить.

Оправдать ФИО6 по обвинению в совершении преступлений, предусмотренных ч. 1 ст. 291.2 УК РФ (2 преступления), ч. 3 ст. 327 УК РФ (2 преступления) на основании п. 2 ч. 2 ст. 302 УПК РФ в связи непричастностью к совершению указанных преступлений.

Признать за оправданным ФИО6 право на реабилитацию в соответствии со ст. 134 УПК РФ и разъяснить предусмотренное ст. 133 УПК РФ право на возмещение имущественного ущерба, устранение последствий морального вреда, восстановление трудовых, пенсионных и иных прав.

Меру пресечения ФИО6 в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении отменить.

Вещественные доказательства: DVD-R диск с видеозаписью ОТМ «НАЗ и НВД», CD-R диск с аудиозаписью ОРМ «Прослушивание телефонных переговоров», компакт диск с информацией, извлечённой из мобильного устройства ФИО6, листки нетрудоспособности №№ 203536698478, 203540047524, детализацию телефонных соединений абонентского номера ФИО6 – хранить при материалах уголовного дела; медицинскую карту амбулаторного больного №64275 ФИО6, медицинскую карту пациента №6034 ФИО6, мобильное устройство ФИО6 «Alcatel onetouch», хранящиеся при материалах уголовного дела, возвратить по принадлежности.

Апелляционный приговор вступает в силу со дня его провозглашения и может быть обжалован в порядке, установленном главой 471 УПК РФ.

Председательствующий

Судьи