Апелляционное определение № 11-3257/2026 от 16 марта 2026 г.

УИД № 74RS0002-01-2024-011920-50

Судья Губка Н.Б. Дело № 2-1242/2025


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ



дело № 11-3257/2026
17 марта 2026 года
г. Челябинск
Судебная коллегия по гражданским делам Челябинского областного суда в составе:

председательствующего Дюсембаева А.А.,

судей Манкевич Н.И., Палеевой И.П.,

при секретаре Мустафиной В.Ю.,

рассмотрела в открытом судебном заседании в зале суда гражданское дело по иску ФИО1 к Отделению Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Челябинской области о признании права на назначение досрочной страховой пенсии по старости,

по апелляционным жалобам ФИО1, Отделения Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Челябинской области на решение Центрального районного суда г. Челябинска от 18 ноября 2025 года.

Заслушав доклад судьи Манкевич Н.И. об обстоятельствах дела и доводах апелляционных жалоб, выслушав объяснения истца ФИО1, представителя истца (по устному ходатайству) ФИО2, поддержавших апелляционную жалобу истца и возражавших против апелляционной жалобы ответчика, судебная коллегия

УСТАНОВИЛА:

ФИО1 обратился в суд с иском (с учетом уточненного искового заявления) к Отделению Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Челябинской области (далее - ОСФР по Челябинской области) о признании права на досрочное назначение страховой пенсии по старости.

В обоснование исковых требований указано, что ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 обратился в ОСФР по Челябинской области с заявлением о назначении страховой пенсии по старости по п. 1 ч.1 ст. 32 Федерального закона от 28.12.2013 № 400-ФЗ «О страховых пенсиях», как родителю инвалида с детства, воспитавшему его до достижения им возраста 8 лет: мужчине, достигшему возраста 55 лет, если он имеет страховой стаж не менее 20 лет при наличии величины индивидуального пенсионного коэффициента в размере не менее 30 (с учетом переходных положений статьи 35 названного закона в ДД.ММ.ГГГГ – 28,2). Решением ОСФР по Челябинской области № от ДД.ММ.ГГГГ ему было отказано в назначении досрочной страховой пенсии по старости по причине отсутствия требуемой продолжительности страхового стажа 15 лет и необходимой величины индивидуального пенсионного коэффициента не ниже 28,2. Решением ОСФР по Челябинской области № от ДД.ММ.ГГГГ истцу установлена продолжительность страхового стажа – 08 лет 11 месяцев 05 дней (при необходимом 15 лет), величина ИПК – 10,999 (при необходимом 28,2), возраст – 63 года (при необходимом 55 лет). В страховой стаж истца не включены следующие периоды работы: с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в качестве <данные изъяты> Ошского завода железобетонных изделий; с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в качестве <данные изъяты> в ТЗКУ ОПО «Плодоовощ»; с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в качестве <данные изъяты> ОС ОСТО; с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в качестве <данные изъяты> Ошского филиала Московского института предпринимательства и права (так как компетентный орган Республики Кыргызстан – Социальный фонд Кыргызской Республики г. Ош в ответе от ДД.ММ.ГГГГ не подтвердил указанные периоды работы и начисление заработной платы). Истец не согласен с вынесенным решением ответчика, в связи с чем, просит признать его незаконным, включить в страховой стаж вышеуказанные периоды обучения, обязать назначить ему досрочную страховую пенсию (дата назначении пенсии истцом не указана).

Истец ФИО1 в судебном заседании суда первой инстанции на удовлетворении заявленных требований настаивал по доводам и основаниям, изложенным в уточненном исковом заявлении.

Представитель ответчика ОСФР по Челябинской области, действующая на основании доверенности ФИО3, в судебном заседании суда первой инстанции полагала, что оснований для удовлетворения заявленных требований не имеется.

Решением суда от ДД.ММ.ГГГГ исковые требования ФИО1 удовлетворены в части. На ОСФР по Челябинской области возложена обязанность включить в страховой стаж ФИО1 периоды работы с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ; с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ. В удовлетворении остальной части исковых требований отказано (л.д. 174-178).

Истец ФИО1 просит отменить решение суда первой инстанции, при вынесении которого нарушены нормы материального и процессуального права. Указывает, что документом, подтверждающим периоды работы по трудовому договору, является трудовая книжка установленного образца. Записи в трудовой книжке соответствуют датам вынесения приказов, заверены подписью ответственных лиц и печатью организаций. Сведения о работе в данных организациях не вызывают сомнений. В отношении периода работы в Ошском филиале Московского института предпринимательства в трудовой книжке содержится запись о его приеме на работу с ДД.ММ.ГГГГ на должность <данные изъяты> со ссылкой на приказ и дату его издания. Действительно, в трудовой книжке отсутствует запись о его увольнении с организации. Вместе с тем факт работы в данной организации подтверждается справкой № от ДД.ММ.ГГГГ, выданной работодателем. Организации, в которых он работал, уже ликвидированы, первичные документы в архив не сдавались, подтвердить факт работы дополнительными документами не представляется возможным. Не согласен со ссылкой суда на Соглашение ЕАЭС на то, что стаж работы должен быть подтвержден только компетентным органом Республики Кыргызстан, тогда как представленные им документы (трудовая книжка, справка) не могут быть приняты во внимание. При применении Соглашения о гарантиях прав граждан государстве – участников Содружества независимых государств в области пенсионного обеспечения от ДД.ММ.ГГГГ установлена возможность включения трудового стажа работы на территории государств-участников до ДД.ММ.ГГГГ без подтверждения компетентными органом уплаты страховых взносов на пенсионное обеспечение. Учитывая, что факт его работы в спорные периоды был подтвержден документально на основании записей, внесенных в трудовую книжку, а также справкой № от ДД.ММ.ГГГГ, то спорные периоды могут быть засчитаны в страховой стаж по первичным документам без из подтверждения компетентным органом Республики Кыргызстан. Считает, что право на установление страховой пенсии по старости у него возникло с ДД.ММ.ГГГГ, поскольку с учетом периодов работы с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ величина ИПК на дату ДД.ММ.ГГГГ составляла 28,2 балла (л.д. 204-205).

Ответчик ОСФР по Челябинской области, не согласившись с решением суда первой инстанции, указал на нарушение судом норм материального права, обратился с апелляционной жалобой на него, в обоснование указал, что обязывая включить в страховой стаж истца периоды работы с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ; с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, суд основывался только на трудовой книжке и не учел особый порядок подтверждения стажа на территории других государств – участников Соглашения о пенсионном обеспечении трудящихся государств-членов Евразийского экономического союза от ДД.ММ.ГГГГ. Соглашением ЕАЭС предусмотрено, что каждое государство – член ЕАЭС определяет право на пенсию и исчисляет ее размер исходя из пенсионных прав, приобретенных в соответствии со своим законодательством с учетом положений названного соглашения. В целях реализации Соглашения решением Совета Евразийской экономической комиссией от 23 декабря 2020 года № 122 был утвержден Порядок взаимодействия между уполномоченными органами, компетентными органами государств – членов Евразийского экономического союза и Евразийской экономической комиссией по применению норм Соглашения ЕАЭС. Пунктом 3 указанного Порядка № 122 предусмотрено, что сотрудничество компетентных органов осуществляется путем обмена формулярами. В Республике Кыргызстан компетентным органом является Социальный фонд Кыргызской Республики, г. Ош, при этом архивные учреждения и иные организации Республики Кыргызстан не являются компетентными органами в рамках соглашений ЕАЭС и не уполномочены для осуществления сотрудничества в соответствии с Порядком № 122. В целях подтверждения стажа и заработной платы ОСФР по Челябинской области направлялся формуляр-запрос в компетентный орган Республики Кыргызстан от ДД.ММ.ГГГГ № (повторный от ДД.ММ.ГГГГ №) за периоды работы и заработной платы, а также о месте жительства (снятии с регистрационного учета). Из компетентного органа поступил ответ в виде формуляра «О стаже работы» от ДД.ММ.ГГГГ №, согласно которому в общий страховой стаж ФИО1 были учтены подтвержденные периоды работы. По судебному поручению Социальный фонд Кыргызской Республики не подтвердил работу ФИО1 с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ. Включение указанных периодов работы в страховой стаж без подтверждения компетентными органами Республики Кыргызстан является нарушением норм международного права (л.д. 185-186).

Ответчик ОСФР по Челябинской области в судебное заседание суда апелляционной инстанции не явилась, о месте и времени рассмотрения апелляционной жалобы извещена надлежащим образом, с ходатайством об отложении рассмотрения дела не обращалась. В связи с чем, судебная коллегия на основании ч. 3 ст. 167, ч. 1 ст. 327 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации признала возможным рассмотреть дело в её отсутствие.

Проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционных жалоб в соответствии с ч. 1 ст. 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации в пределах доводов, изложенных в апелляционных жалоб, судебная коллегия приходит к следующему выводу.

В соответствии с ч. 1 ст. 4 Федерального закона от 28.12.2013 г. № 400-ФЗ «О страховых пенсиях», действующего с 01.01.2015, право на страховую пенсию имеют граждане Российской Федерации, застрахованные в соответствии с Федеральным законом от 15.12.2001 № 167-ФЗ «Об обязательном пенсионном страховании в Российской Федерации», при соблюдении ими условий, предусмотренных данным законом.

В силу ст. 8 Федерального закона от 28.12.2013 № 400-ФЗ «О страховых пенсиях» право на страховую пенсию по старости имеют лица, достигшие возраста 65 и 60 лет (соответственно мужчины и женщины) (с учетом положений, предусмотренных Приложением 6 к данному закону).

В силу п. 1 ч. 1 ст. 32 указанного Федерального закона предусмотрено, что страховая пенсия по старости назначается ранее достижения возраста, установленного статьей 8 настоящего Федерального закона, при наличии величины индивидуального пенсионного коэффициента в размере не менее 30 следующим гражданам, в частности, одному из родителей инвалидов с детства, воспитавшему их до достижения ими возраста 8 лет: мужчинам, достигшим возраста 55 лет, женщинам, достигшим возраста 50 лет, если они имеют страховой стаж соответственно не менее 20 и 15 лет.

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 обратился в ОСФР по Челябинской области с заявлением о назначении страховой пенсии по старости по п. 1 ч.1 ст. 32 Федерального закона от 28.12.2013 № 400-ФЗ «О страховых пенсиях», как родителю инвалида с детства, воспитавшему его до достижения им возраста 8 лет: мужчине, достигшему возраста 55 лет, если он имеет страховой стаж не менее 20 лет при наличии величины индивидуального пенсионного коэффициента в размере не менее 30 (с учетом переходных положений статьи 35 названного закона в 2024 году – 28,2) (л.д. 42-44).

Решением ОСФР по Челябинской области № от ДД.ММ.ГГГГ ему было отказано в назначении досрочной страховой пенсии по старости по причине отсутствия требуемой продолжительности страхового стажа 15 лет и необходимой величины индивидуального пенсионного коэффициента не ниже 28,2 (л.д. 73-74).

Решением ОСФР по Челябинской области № от ДД.ММ.ГГГГ истцу установлена продолжительность страхового стажа – 08 лет 11 месяцев 05 дней (при необходимом 15 лет), величина ИПК – 10,999 (при необходимом 28,2), возраст – 63 года (при необходимом 55 лет). В страховой стаж истца не включены следующие периоды работы: с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в качестве <данные изъяты> Ошского завода железобетонных изделий; с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в качестве <данные изъяты> в ТЗКУ ОПО «Плодоовощ»; с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в качестве <данные изъяты> ОС ОСТО; с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в качестве <данные изъяты> Ошского филиала Московского института предпринимательства и права (так как компетентный орган Республики Кыргызстан – Социальный фонд Кыргызской Республики г. Ош в ответе от ДД.ММ.ГГГГ не подтвердил указанные периоды работы и начисление заработной платы).

При этом в страховой стаж истца включены период работы с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ; ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ; период учебы с 01 июня по ДД.ММ.ГГГГ; период работы с 01 по ДД.ММ.ГГГГ; период учебы с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ; период работы с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ; период учебы с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ; период работы с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ.

Как следует из трудовой книжки на имя ФИО1, он работал с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ <данные изъяты> Ошского завода железобетонных изделий; с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ <данные изъяты> г. Ош; с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ <данные изъяты> в ТЗКУ ОПО «Плодоовощ»; с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ <данные изъяты> ОС ОСТО; ДД.ММ.ГГГГ принят <данные изъяты> Ошского филиала Московского института предпринимательства и прав, при этом запись об увольнении отсутствует; ДД.ММ.ГГГГ принят <данные изъяты> на городских пассажирских перевозках ИП ФИО4, ДД.ММ.ГГГГ уволен по собственному желанию (л.д. 100-106).

Формуляром «О стаже работы» от ДД.ММ.ГГГГ, представленным Ошским городским управленим Социального фонда Республики Кыргызстан, подтверждаются периоды работы истца с 01 по ДД.ММ.ГГГГ; с 01 по ДД.ММ.ГГГГ; с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ; с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 52-53).

Архивными справками Ошского городского государственного архива от ДД.ММ.ГГГГ подтверждена заработная плата истца за ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ; ДД.ММ.ГГГГ; с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ; с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ; с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ; с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ; с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 55, 56).

В архивной справке Ошского городского государственного архива от ДД.ММ.ГГГГ указано, что ФИО5 принят временно <данные изъяты> в сш. № им. Горького с ДД.ММ.ГГГГ; приказом № от ДД.ММ.ГГГГ принят временно <данные изъяты> в ШРМ № им. Горького с ДД.ММ.ГГГГ; В ведомостях по начислению заработной платы значится ФИО6 с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ; с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 57).

На судебное поручение Социальный фонд Кыргызской Республики представил ответ, исходя из которого в базе персонифицированного учета ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ зарегистрирован, однако уплата страховых взносов с ДД.ММ.ГГГГ не производилась, следовательно трудовая деятельность с ДД.ММ.ГГГГ не подтверждается (л.д. 154).

Истцом в материалы дела представлена справка Ошского филиала Московского института предпринимательства и права от ДД.ММ.ГГГГ №, где указано, что ФИО6 действительно работает в Ошском филиале Московского института предпринимательства и права в качестве <данные изъяты> (л.д. 59).

Также истцом представлена справка Ошского филиала Московского института предпринимательства и права от ДД.ММ.ГГГГ №, где указан совокупный доход ФИО6 <данные изъяты> Ошского филиала Московского института предпринимательства за ДД.ММ.ГГГГ, указана дата поступления ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 58).

Разрешая спор и удовлетворяя исковые требования о включении в страховой стаж истца периодов работы ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ; с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, суд первой инстанции, руководствуясь Федеральным законом от 28.12.2013 г. № 400-ФЗ «О страховых пенсиях», Соглашением о гарантиях прав граждан государств – участников Содружества Независимых Государств в области пенсионного обеспечения от 13.03.1992, Соглашением о пенсионном обеспечении трудящихся государств - членов Евразийского экономического союза от 20.12.2019, подзаконными нормативными правовыми актами, Инструкцией о порядке ведения трудовых книжек на предприятиях, в учреждениях и организациях, утвержденной постановлением Госкомтруда СССР от 20.06.1974 № 162, Инструкцией по заполнению трудовых книжек, утвержденной Постановлением Минтруда России от 10.10.2003 № 69, исходил из того, что основным документом, подтверждающим периоды работы по трудовому договору, является трудовая книжка установленного образца, представленная истцом трудовая книжка содержит записи о спорных периодах работы, которые внесены в трудовую книжку истца в соответствии с требованиями трудового законодательства, а потому она является допустимым доказательством трудовой деятельности истца, поступление от компетентного учреждения (органа) Республики Кыргызстан ответа Формуляра «О стаже работы», подтверждающего периоды работы, указанные в трудовой книжке, не в полном объеме, не может служить основанием для исключения спорных периодов работы из страхового стажа.

Оснований не согласиться с указанными выводами суда первой инстанции судебная коллегия не находит, поскольку факт осуществления истцом трудовой деятельности на территории Республики Кыргызстан в данные периоды подтвержден записями в трудовой книжке истца, а также архивными справками. При этом соответствующие записи в трудовой книжке истца за период работы ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ; с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ никем не оспорены и не признаны недействительными, оснований не доверять записям в трудовой книжке, судебной коллегией не установлено. Записи в трудовой книжке о работе истца за период работы ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ; с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ не содержат никаких исправлений, указаны реквизиты приказов, на основании которых внесены данные записи, все записи являются читаемыми.

При этом архивные справки содержат ссылку на подтверждающие документы.

Оснований не доверять изложенным в архивных справках Ошского городского государственного архива, сведениям в отношении указанных периодов работы не имеется, доказательств обратного ответчиком не представлено.

Делая вывод об удовлетворении исковых требований, суд первой инстанции принял во внимание и дал правовую оценку представленным истцом документам о трудовой деятельности и о заработной плате, а именно: трудовой книжке, архивным справкам, в которых содержатся сведения о трудовой деятельности истца в спорный период и размере заработной платы.

Судебная коллегия соглашается с выводами, изложенными в оспариваемом судебном постановлении, поскольку указанные выводы основаны на законе, соответствуют обстоятельствам дела, установленным судом первой инстанции и представленным доказательствам.

Вместе с тем судебная коллегия полагает заслуживающим внимания довод истца о необоснованном отказе во включении в страховой стаж ФИО1 периодов работы с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в связи со следующим.

Судом первой инстанции к периодам работы с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ неправомерно применено Соглашение о пенсионном обеспечении трудящихся ЕАЭС от 20 декабря 2019 года, вступившее в силу с 01 января 2021 года, поскольку к спорным правоотношениям по порядку исчисления страхового стажа истца за период до 1 января 2021 года подлежит применению Соглашение о гарантиях прав граждан государств - участников Содружества независимых государств в области пенсионного обеспечения от 13 марта 1992 года.

Руководствуясь положениями статьи 14 Федерального закона от 28 декабря 2013 года № 400-ФЗ «О страховых пенсиях», частью второй статьи 6 Соглашения о гарантиях прав граждан государств - участников Содружества независимых государств в области пенсионного обеспечения от 13 марта 1992 года, судебная коллегия исходит из того, что страховой стаж истца до ДД.ММ.ГГГГ, с учетом даты (ДД.ММ.ГГГГ) регистрации истца в системе обязательного пенсионного страхования, может быть подтвержден трудовой книжкой, при этом для включения в страховой стаж периодов работы истца после ДД.ММ.ГГГГ необходимо представить доказательства, подтверждающие факт уплаты работодателями страховых взносов на пенсионное обеспечение в компетентный пенсионный орган иностранного государства, бремя представления таких доказательств законом возложено на истца.

Однако периоды трудовой деятельности до указанной даты возможно учесть по представленным истцом документам, в связи с чем, на ответчика необходимо возложить обязанность включить периоды работы на территории Республики Кыргызстан с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в общий страховой стаж истца.

Руководствуясь правилами Правления Пенсионного фонда Российской Федерации от 22 июня 2004 года № 99р «О некоторых вопросах осуществления пенсионного обеспечения лиц, прибывших на место жительства в Российскую Федерацию из государств - республик бывшего СССР», письмом Минтруда России от ДД.ММ.ГГГГ №, принимая во внимание, что спорные периоды работы истца имели место как до ДД.ММ.ГГГГ, так и до ДД.ММ.ГГГГ (момента вступления в силу Соглашения о пенсионном обеспечении трудящихся ЕАЭС от ДД.ММ.ГГГГ), суд апелляционной инстанции пришел к верному выводу о том, что данные периоды могут быть подтверждены данными трудовой книжки истца, сведения в которой не ставились ответчиком под сомнение, в отсутствии подтверждения из компетентного органа Республики Кыргызстан, и в отсутствие сведений об уплате работодателями страховых взносов.

Записи о спорных периодах работы с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ занесены в трудовую книжку истца, заверены печатью, отражают даты его приема на работу и увольнения, не содержат неточностей, расположены в хронологическом порядке, последовательны, полностью соответствуют предъявляемым к ним требованиям, никем не оспорены.

Судебная коллегия полагает подлежащими отклонению доводы апелляционной жалобы ответчика о том, что не могут быть учтены спорные периоды работы истца, так как они не подтверждены документально, а именно, в пенсионный фонд от компетентного учреждения (органа) Республики Казахстан поступил ответ Формуляр «О стаже работы», подтверждающий периоды работы, указанные в трудовой книжке, не в полном объеме, поскольку данные доводы противоречат положениям ст. 11 Соглашения от 13.03.1992, согласно которым необходимые для пенсионного обеспечения документы, выданные в надлежащем порядке на территории государств - участников Содружества Независимых Государств и государств, входивших в состав СССР или до 01.12.1991, принимаются на территории государств - участников Содружества без легализации. При указанных обстоятельствах, пенсионный орган мог принять к рассмотрению представленные истцом справки о работе.

Кроме того, поскольку спорные периоды работы имели место до вступления в законную силу Соглашения о пенсионном обеспечении трудящихся государств - членов Евразийского экономического союза от 20.12.2019, то к настоящему спору необходимо применять законодательство Российской Федерации и Соглашение о гарантиях прав граждан государств - участников Содружества Независимых Государств в области пенсионного обеспечения от 13.03.1992. К документам, подтверждающим периоды работы и (или) иной деятельности (страховой стаж), в том числе периоды работы граждан на территории государств - участников Соглашения от 13 марта 1992 года, также относятся справки, оформленные компетентными учреждениями (органами); справки, выданные организациями, учреждениями, предприятиями, на которых осуществлялась трудовая и (или) иная деятельность; архивные справки, выданные в соответствии с требованиями законодательства государства - участника Соглашения от 13.03.1992. Эти документы должны быть представлены гражданином в подлинниках или в копиях, удостоверенных в установленном законом порядке.

Тогда как запрос формуляра «О стаже работы» применяется в отношении трудящихся, претендующих на пенсию за стаж работы, приобретенный после вступления Соглашения о пенсионном обеспечении от 20.12.2019, то есть после 01.01.2021, а спорные периоды имели место до 01.01.2021, в связи с чем, ссылки ответчика на то, что стаж работы на территории Республики Кыргызстан может быть учтен только на основании ответа Формуляр «О стаже работы» из компетентного органа Республики Кыргызстан, являются необоснованными.

Указания ответчика на положения Соглашения о пенсионном обеспечении трудящихся государств - членов Евразийского экономического союза от 20.12.2019 являются несостоятельными в связи со следующим.

Так, 20.12.2019 государствами - членами Евразийского экономического союза, в том числе Российской Федерацией и Республикой Армения, подписано Соглашение о пенсионном обеспечении трудящихся государств - членов Евразийского экономического союза, вступившее в силу с 01.01.2021.

В соответствии со ст. 12 Соглашения о пенсионном обеспечении трудящихся государств - членов Евразийского экономического союза, заключенного в г. Санкт-Петербурге 20.12.2019, назначение и выплата пенсии осуществляется в следующем порядке: за стаж работы, приобретенный после вступления настоящего Соглашения в силу, пенсия назначается и выплачивается государством-членом, на территории которого приобретен соответствующий стаж работы; за стаж работы, приобретенный до вступления настоящего Соглашения в силу, пенсия назначается и выплачивается в соответствии с законодательством государств-членов и Соглашением о гарантиях прав граждан государств - участников Содружества Независимых Государств в области пенсионного обеспечения от 13.03.1992.

То есть в соответствии с переходным положением ст. 12 Соглашения о пенсионном обеспечении трудящихся государств - членов ЕАЭС, за стаж работы, приобретенный до вступления настоящего Соглашения в силу, пенсия назначается и выплачивается в соответствии с законодательством Российской Федерации и Соглашением о гарантиях прав граждан государств - участников Содружества Независимых Государств в области пенсионного обеспечения от 13.03.1992.

Сам по себе факт прекращения действия Соглашения от 13.03.1992 на дату подачи истцом заявления о назначении пенсии не освобождает сторону договора от выполнения обязательств, которые возникли в результате выполнения договора до его прекращения.

Вместе с тем судебная коллегия не находит оснований для включения в страховой стаж истца периода работы с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в качестве <данные изъяты> Ошского филиала Московского института предпринимательства и права.

Так, в трудовой книжке на имя ФИО1 под записью № содержатся сведения о его увольнении ДД.ММ.ГГГГ из ОС ОСТО по собственному желанию, где он работал <данные изъяты>; следующая запись под номером 9 содержит сведения о принятии истца ДД.ММ.ГГГГ <данные изъяты> Ошского филиала Московского института предпринимательства и прав, однако запись об увольнении из данного института в трудовой книжке отсутствует; при этом следующая запись под номером 10 содержит сведения о его приеме на работу ДД.ММ.ГГГГ <данные изъяты> на городских пассажирских перевозках ИП К.Т.А.…. (л.д. 100-106).

Постановлением Правительства Российской Федерации от 02 октября 2014 года № 1015 утверждены Правила подсчета и подтверждения страхового стажа для установления страховых пенсий.

Согласно пункту 10 указанных Правил, в случае, если в сведениях индивидуального (персонифицированного) учета содержатся неполные данные о периодах работы либо отсутствуют информация об отдельных периодах работы, периоды работы подтверждаются документами, указанными в пунктах 11 - 17 настоящих Правил.

Документом, подтверждающим периоды работы по трудовому договору, является трудовая книжка установленного образца.

При отсутствии трудовой книжки, а также в случае, если в трудовой книжке содержатся неправильные и неточные сведения либо отсутствуют записи об отдельных периодах работы, в подтверждение периодов работы принимаются письменные трудовые договоры, оформленные в соответствии с трудовым законодательством, действовавшим на день возникновения соответствующих правоотношений, трудовые книжки колхозников, справки, выдаваемые работодателями или соответствующими государственными (муниципальными) органами, выписки из приказов, лицевые счета и ведомости на выдачу заработной платы (пункт 11).

Из приведенных норм права следует, что страховой стаж подтверждается трудовой книжкой, а также на основании документов, выдаваемых работодателями или соответствующими государственными (муниципальными) органами в установленном порядке, трудовым договором, показаниями свидетелей, после регистрации гражданина в системе обязательного пенсионного страхования также сведениями индивидуального (персонифицированного) учета.

На момент внесения соответствующих записей в трудовую книжку истца действовала Инструкция о порядке ведения трудовых книжек на предприятиях, в учреждениях и организациях, утвержденная постановлением Госкомтруда СССР от 20 июня 1974 года № 162.

Все записи в трудовой книжке о приеме на работу, переводе на другую постоянную работу или увольнении, а также о награждениях и поощрениях вносятся администрацией предприятия после издания приказа (распоряжения), но не позднее недельного срока, а при увольнении - в день увольнения и должны точно соответствовать тексту приказа (распоряжения). Записи производятся арабскими цифрами (число и месяц двузначными). Записи производятся аккуратно, перьевой или шариковой ручкой, чернилами черного, синего или фиолетового цвета (пункт 2.3 Инструкции).

Согласно пунктам 2.5 - 2.8 Инструкции, в случае выявления неправильной или неточной записи сведений о работе, переводе на другую постоянную работу, о награждениях и поощрениях и др. исправление производится администрацией того предприятия, где была внесена соответствующая запись. Администрация по новому месту работы обязана оказать работнику в этом необходимую помощь. В случае необходимости администрация предприятия выдает рабочим и служащим по их просьбе заверенные выписки сведений о работе из трудовых книжек. Если предприятие, внесшее неправильную или неточную запись, ликвидировано, исправления вносятся правопреемником, а при его отсутствии - вышестоящей организацией, которой было подчинено ликвидированное предприятие. Исправленные сведения о работе, о переводах на другую постоянную работу, о награждениях и поощрениях и др. должны полностью соответствовать подлиннику приказа или распоряжения. В случае утраты приказа или распоряжения либо несоответствия их фактически выполнявшейся работе исправление сведений о работе производится на основании других документов, подтверждающих выполнение работ, не указанных в трудовой книжке.

Исследовав трудовую книжку, судебная коллегия приходит к выводу, что трудовой книжкой не может быть подтвержден период работы истца с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, поскольку сведения о работе внесены с нарушениями Инструкции, не внесены сведения об увольнении истца.

Суд первой инстанции истребовал в Социальном фонде Кыргызской Республики дополнительные доказательства, получен ответ, согласно которому в базе персонифицированного учета ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ зарегистрирован, однако уплата страховых взносов с ДД.ММ.ГГГГ не производилась, следовательно трудовая деятельность с ДД.ММ.ГГГГ не подтверждается (л.д. 154).

Представленные истцом в материалы дела справки Ошского филиала Московского института предпринимательства и права от ДД.ММ.ГГГГ № и №, в которых отражено, что ФИО6 работает в Ошском филиале Московского института предпринимательства и права в качестве <данные изъяты> с указанием его совокупного дохода за ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 58, 59), не могут быть приняты во внимание, поскольку в них не указаны период и фактическая продолжительность работы истца, точная дата приема на работу (указана лишь дата поступления - 1996 год), сведения об отвлечениях, а также основания выдачи справок.

Иные документы, выданные работодателем или соответствующими государственными (муниципальными) органами, подтверждающие работу истца в спорный период и достоверность изложенных в справках сведений, ответчику и суду предоставлены не были.

Таким образом, истец не представил доказательства, подтверждающие факт работы в спорный период, в связи с чем, он не подлежит включению в страховой стаж.

Так, при включении в страховой стаж истца периодов работы с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ; с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ продолжительность страхового стажа ФИО1 составит 21 год 09 месяцев 13 дней (при необходимом 15 лет), ИПК с учетом продолжения истцом осуществления трудовой деятельности по ДД.ММ.ГГГГ составит – 26,525 (при необходимом 28,2) (л.д. 215).

Таким образом, у ФИО1 отсутствует необходимая величина индивидуального пенсионного коэффициента, в связи с чем, оснований для назначения истцу досрочной страховой пенсии по старости с ДД.ММ.ГГГГ не имеется.

Прочие доводы, изложенные в апелляционных жалобах, не содержат фактов, которые не учтены судом первой инстанции при рассмотрении дела и имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли на обоснованность и законность судебного акта, либо опровергали выводы суда первой инстанции, в связи с чем, признаются судебной коллегией несостоятельными и не могут служить основанием для отмены обжалуемого решения суда.

В соответствии с ч. 3 ст. 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации вне зависимости от доводов, содержащихся в апелляционных жалобе, представлении, суд апелляционной инстанции проверяет, не нарушены ли судом первой инстанции нормы процессуального права, являющиеся в соответствии с ч. 4 ст. 330 названного Кодекса основаниями для отмены решения суда первой инстанции. Из материалов дела следует, что таких нарушений судом первой инстанции не допущено.

Иных оснований для отмены или изменения решения суда судебная коллегия не усматривает.

Руководствуясь статьями 328-330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

решение Центрального районного суда г. Челябинска от 18 ноября 2025 года отменить в части отказа в удовлетворении исковых требований ФИО1 о возложении на Отделение Фонда социального и пенсионного страхования Российской Федерации по Челябинской области обязанности включить в страховой стаж ФИО1 периоды работы с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в качестве <данные изъяты> ТЗКУ ОПО «Плодоовощ», с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в качестве <данные изъяты> ОС ОСТО и вынести в этой части новое решение об удовлетворении указанных исковых требований.

В остальной части это же решение оставить без изменения, апелляционные жалобы ФИО1, Отделения Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Челябинской области – без удовлетворения.

Председательствующий

Судьи

Мотивированное апелляционное определение составлено 26 марта 2026 года.