Апелляционное определение № 33-100/2026 33-1600/2025 от 16 февраля 2026 г.

Судья: Биче-оол С.Х. УИД: 17RS0017-01-2024-009102-16

дело № 2-638/2025 (33-100/2026)


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

г. Кызыл 17 февраля 2026 года

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного суда Республики Тыва в составе:

председательствующего Баутдинова М.Т.,

судей Болат-оол А.В., Дулуша В.В.,

при секретаре Сат К.Р.,

рассмотрев в открытом судебном заседании по правилам суда первой инстанции по докладу судьи Баутдинова М.Т. гражданское дело по исковому заявлению акционерного общества «Россети Сибирь Тываэнерго» к ФИО1, ФИО2 о взыскании задолженности за потреблённую электрическую энергию,

по встречному исковому заявлению ФИО2 к акционерному обществу «Россети Сибирь Тываэнерго» о признании недействительным акта технического осмотра средств учёта электрической энергии,

УСТАНОВИЛА:

АО «Россети Сибирь Тываэнерго» (далее - АО «Россети») обратилось в суд с иском к ФИО1 о взыскании задолженности за потребленную электрическую энергию. В обоснование иска указано, что ФИО1, проживающая по адресу: ** приобретает электрическую энергию для коммунально-бытового потребления. Сотрудники АО «Россети» по состоянию на 25 марта 2024 г. зафиксировали показания приборов учёта энергии - 72 210, что подтверждается актом технического осмотра средств учёта электроэнергии. С 25 марта 2024 г. по 30 июня 2024 г. расчёт произведён по среднемесячному объёму показаний прибора учёта - 2 742 кВт.ч. С 1 июля 2024 г. по 31 августа 2024 г. расчёт произведён по нормативу 166 к кВт.ч за месяц, на одного человека по тарифам за каждый год. Последний платеж потребителем произведён 13 августа 2024 г. в размере 2 253,97 руб.. Задолженность ответчика за электроэнергию на 31 августа 2024 г. составляет 181 074,70 руб. Размер пени составляет 7 340,61 руб. Просил взыскать с ФИО1 181 074,70 руб. в счёт задолженности по оплате за потребленную электрическую энергию, 7 340,61 руб. в счёт пени, а также расходы по уплате государственной пошлины в размере 4 968,61 руб.

Решением Кызылского городского суда от 13 августа 2025 г. исковое заявление АО «Россети» удовлетворено. С ФИО1 в пользу АО «Россети» взыскано в счёт задолженности за потреблённую электрическую энергию 181 074,70 руб., в счёт пени за потреблённую электрическую энергию 7 340,61 руб., в счёт возмещения расходов по оплате государственной пошлины 4 968,31 руб.

Не согласившись с решением суда, лицо не привлечённое к участию в деле ФИО2 подал апелляционную жалобу, в которой просит отменить решение Кызылского городского суда от 13 августа 2025 г. и перейти к рассмотрению дела по правилам производства в суде первой инстанции. В обоснование жалобы указал, что решение суда затрагивает его права и обязанности, так как он является сособственником жилого помещения по адресу **. Сособственники несут бремя содержания общего имущества совместно.

ФИО1 в своей апелляционной жалобе просит отменить решение суда первой инстанции и принять по делу новое решение. Ссылается на то, что АО «Россети» не доказало, что прибор учёта, указанный в акте технического осмотра средств учёта электрической энергии от 25 марта 2024 г. допущен к эксплуатации надлежащим образом. Истец не представил надлежащих доказательств, а именно акт допуска прибора учёта электрической энергии в эксплуатацию по форме, предусмотренной приложением №16 к Правилам технологического присоединения. В акте от 25 марта 2024 г. указано, что «в результате осмотра установлено: в подвальном помещении установлен прибор учёта Электросчётчик тип ЦЭ 6803М №». Истец не представил акт допуска спорного прибора учёта, который был похищен. Последние показания прибора учёта передавались не позднее сентября 2018 г. При этом за период с 1 июня 2022 г. по 31 августа 2024 г. ответчиком, как следует из иска, также не передавались показания прибора учёта. Поскольку указанный в акте от 25 марта 2024 г. прибор учёта находится в подвальном помещении, то он входит в состав общего имущества собственников помещений в многоквартирном доме. Кроме того прибор учёта подлежал признанию утраченным, поскольку отсутствовали результаты измерений и информации о состоянии такого прибора учёта по истечении 180 дней с даты последнего снятия показаний с прибора учёта, в том числе вследствие двукратного не допуска сетевой организации к месту установки прибора учёта в целях исполнения возложенных на соответствующего субъекта обязанностей. Сетевая организация обязана была установить новый прибор учёта не позднее 6 месяцев со дня признания прибора учёта утраченным, а показания прибора учёта, признанного утраченным, не могут использоваться для расчёта потребленной электрической энергии. Суд первой инстанции в нарушение п. 2 ч. 4 ст. 198 ГПК РФ не мотивировал, почему отклонил доводы ответчика относительно злоупотребления истцом своими правами и непоследовательного поведения истца. Судом к участию в деле не привлечён сособственник жилого помещения, что нарушает требования п. 4 ч. 4 ст. 330 ГПК РФ, и не применил нормы ЖК РФ о солидарной ответственности сособственников жилого помещения. Сособственником жилого помещения с кадастровым номером №, по адресу: ** является ФИО2

На основании определения от 24 декабря 2025 г. судебная коллегия перешла к рассмотрению дела по правилам производства в суде первой инстанции, в связи с рассмотрением дела судом первой инстанции без привлечения к участию в деле в качестве ответчика - сособственника жилого помещения ФИО2.

По этим основаниям оспариваемое решение подлежит отмене с принятием по делу нового решения.

13 января 2026 г. от ответчика ФИО2 поступило встречное исковое заявление, в котором он просит признать недействительным акта технического осмотра средств учёта электрической энергии. В обоснование указал, что акт технического осмотра средств учёта электрической энергии от 25 марта 2024 г. не содержит следующих обязательных сведений: 1) лиц, приглашённых в соответствии с требованиями Основных положений для участия в проверке, но не принявших в ней участие; 2) лиц, отказавшихся от подписания акта проверки либо несогласных с указанными в акте результатами проверки, и причины такого отказа либо несогласия; 3) характеристика места установки проверяемого расчётного прибора учёта (из акта невозможно установить, в каком именно подвальном помещении находился проверяемый прибор учёта); 4) указания, при помощи какого технического средства (телефон, фотоаппарат, видеокамера) осуществлялась фотосъёмка, при этом, в материалы дела представлены фотографии, подлинность и относимость к определенной дате и местности которых невозможности установить.

В судебном заседании представители истца поддержали доводы иска по изложенным в нём основаниям.

Ответчик ФИО1, её представитель ФИО3 просили отказать в удовлетворении исковых требований, поддержали доводы встречного иска ФИО2; указали о том, что оснований для признания показаний в последующем похищенного прибора учёта нет, поскольку на него могли воздействовать посторонними предметами, в результате чего точность прибора могла быть изменена.

Ответчик ФИО2 извещённый о месте и времени судебного заседания надлежащим образом, в суд не явился; просил рассмотреть дело в его отсутствие. Руководствуясь статьей 167 ГПК РФ, судебная коллегия считает возможным рассмотреть дело в отсутствие неявившихся лиц.

В обоснование своих доводов и встречного иска ФИО2 ответчик ФИО1 представила суду правовую позицию, в которой указала, что письменного договора энергоснабжения между нею и АО «Россети Сибирь Тываэнерго» не заключалось. Надлежащего уведомления о проведении проверки приборов учёта 25 марта 2024 года ей не направлялось. В этот момент находилась на своём рабочем месте в здании по ** коллеги - сотрудники АО «Россети Сибирь Тываэнерго», проводившие проверку в её доме, знали о её местонахождении, однако о предстоящей проверке не уведомили. Доступ к прибору учёта был получен без её ведома и участия как собственника. У неё не было возможности обеспечить присутствие при проверке, так как не была надлежащим образом извещена. Акт был подписан без участия собственников (её и ФИО2) и выдан лишь спустя месяц после его составления. Отсутствует причинно-следственной связи между актом от 25 марта 2024 г. и действиями по взысканию задолженности. Имеет место злоупотребление правом со стороны АО «Россети», поскольку с сентября 2022 года по февраль 2024 года была вовлечена в сложный трудовой спор по факту незаконного увольнения с должности **, которую занимает с 2011 года. После восстановления на работе в феврале 2024 года на основании решения суда сразу после её выхода на работу в отношении неё последовали действия по отключению электроэнергии в квартире. После отключения обнаружила, что прибор учёта электроэнергии демонтирован. По данному факту было написано заявление в УМВД России по г. Кызылу. На момент незаконного увольнения и вплоть до периода её вынужденной нетрудоспособности задолженности по оплате электроэнергии у неё не было. Образование долга пришлось на период, когда была лишена источника дохода в связи с незаконным увольнением и не имела возможности производить оплату в полном объёме. Как только получила присужденную судом компенсацию за вынужденный прогул, сразу полностью погасила всю предъявленную задолженность. Долг был погашен полностью. Требования истца основаны на акте, составленном с нарушениями, а сам иск и последующие действия (отключение, демонтаж счётчика) носят характер злоупотребления правом и давления на неё как на гражданина, восстановившего свои трудовые права через суд.

ФИО2 в правовой позиции указал о том, что акт технического осмотра от 25 марта 2024 г. был составлен с грубыми процессуальными нарушениями; он был подписан без участия собственников помещений, его копия была предоставлена не своевременно. Невозможность идентификации объекта: из содержания акта невозможно установить точных характеристик и места установки прибора учёта. Поддержал доводы апелляционной жалобы и правовой позиции ответчика ФИО1, своего встречного иска.

Выслушав объяснения лиц, участвующих в деле, изучив материалы дела, судебная коллегия приходит к следующему.

Согласно ст. 10 Жилищного кодекса РФ жилищные права и обязанности возникают из оснований, предусмотренных Жилищного кодекса РФ, другими федеральными законами и иными правовыми актами, а также из действий участников жилищных отношений, которые хотя и не предусмотрены такими актами, но в силу общих начал и смысла жилищного законодательства порождают жилищные права и обязанности.

Граждане и организации обязаны своевременно и полностью вносить плату за жилое помещение и коммунальные услуги (ч.1); Обязанность по внесению платы за жилое помещение и коммунальные услуги возникает у собственника жилого помещения с момента возникновения права собственности на жилое помещение с учётом правила, установленного частью 3 статьи 169 настоящего Кодекса (пункт 5 части 2 статьи 153 Жилищного кодекса РФ).

Обязанность собственника оплачивать в установленный законом срок предоставленные коммунальные услуги, в том числе услугу электроснабжения, оговорена в ст. ст. 210, 539, 544 Гражданского кодекса РФ, ст. ст. 30, 153, 154, 155 Жилищного кодекса РФ.

Согласно пункту 1 статьи 541 Гражданского кодекса РФ количество поданной абоненту и использованной им энергии определяется в соответствии с данными учёта о её фактическом потреблении.

В соответствии со статьёй 544 Гражданского кодекса РФ оплата энергии производится за фактически принятое абонентом количество энергии в соответствии с данными учёта энергии, если иное не предусмотрено законом, иными правовыми актами или соглашением сторон. Порядок расчётов за энергию определяется законом, иными правовыми актами или соглашением сторон.

Согласно части 1 статьи 157 Жилищного кодекса РФ размер платы за коммунальные услуги рассчитывается исходя из объёма потребляемых коммунальных услуг, определяемого по показаниям приборов учёта, а при их отсутствии исходя из нормативов потребления коммунальных услуг (в том числе нормативов накопления твердых коммунальных отходов), утверждаемых органами государственной власти субъектов Российской Федерации в порядке, установленном Правительством Российской Федерации.

Как разъяснено в пункте 2 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 27 июня 2017 г. № 22 "О некоторых вопросах рассмотрения судами споров по оплате коммунальных услуг и жилого помещения, занимаемого гражданами в многоквартирном доме по договору социального найма или принадлежащего им на праве собственности", отношения по оплате гражданами жилого помещения и коммунальных услуг регулируются положениями Жилищного кодекса РФ, Гражданского кодекса Российской Федерации, другими федеральными законами (например, Федеральный закон от 26 марта 2003 г. N 35-ФЗ "Об электроэнергетике"), нормативными правовыми актами, изданными в соответствии с указанными федеральными законами (например, Правила предоставления коммунальных услуг собственникам и пользователям помещений в многоквартирных домах, утвержденные постановлением Правительства Российской Федерации от 6 мая 2011 г. № 354 (далее – Правила № 354).

В силу ч. 1 ст. 539 Гражданского кодекса РФ по договору энергоснабжения энергоснабжающая организация обязуется подавать абоненту (потребителю) через присоединенную сеть энергию, а абонент обязуется оплачивать принятую энергию, а также соблюдать предусмотренный договором режим ее потребления, обеспечивать безопасность эксплуатации находящихся в его ведении энергетических сетей и исправность используемых им приборов и оборудования, связанных с потреблением энергии.

В соответствии с ч. 1 и ч. 3 ст. 543 Гражданского кодекса РФ абонент обязан обеспечивать надлежащее техническое состояние и безопасность эксплуатируемых энергетических сетей, приборов и оборудования, соблюдать установленный режим потребления энергии, а также немедленно сообщать энергоснабжающей организации об авариях, о пожарах, неисправностях приборов учёта энергии и об иных нарушениях, возникающих при пользовании энергией. Требования к техническому состоянию и эксплуатации энергетических сетей, приборов и оборудования, а также порядок осуществления контроля за их соблюдением определяются законом, иными правовыми актами и принятыми в соответствии с ними обязательными правилами.

Согласно ч. 3 и ч. 4 ст. 539 Гражданского кодекса РФ к отношениям по договору энергоснабжения, не урегулированным названным Кодексом, применяются законы и иные правовые акты об энергоснабжении, а также обязательные правила, принятые в соответствии с ними, в том числе Федеральный закон от 26.03.2003 N 35-ФЗ "Об электроэнергетике", Федеральный закон от 23.11.2009 N 261-ФЗ "Об энергосбережении и о повышении энергетической эффективности и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации", Основные положения функционирования розничных рынков электрической энергии, утв. постановлением Правительства РФ от 04.05.2012 N 442 (далее - Основные положения от 04.05.2012 N 442), Правила предоставления коммунальных услуг собственникам и пользователям помещений в многоквартирных домах и жилых домов, утв. постановлением Правительства РФ от 06.05.2011 N 354 (далее - Правил от 06.05.2011 N 354).

В соответствии со ст. 13 Федерального закона от 23.11.2009 N 261-ФЗ "Об энергосбережении и о повышении энергетической эффективности и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации" производимые, передаваемые, потребляемые энергетические ресурсы подлежат обязательному учёту с применением приборов учёта используемых энергетических ресурсов. Расчёты за энергетические ресурсы должны осуществляться на основании данных о количественном значении энергетических ресурсов, произведенных, переданных, потребленных, определенных при помощи приборов учёта используемых энергетических ресурсов.

Согласно п. 54 Правил от 06.05.2011 N 354 объём использованного при производстве коммунального ресурса определяется по показаниям прибора учёта, фиксирующего объём такого коммунального ресурса.

Пунктом 34 Правил от 06.05.2011 N 354 предусмотрена обязанность потребителя сохранять установленные при вводе прибора учёта в эксплуатацию или при последующих плановых (внеплановых) проверках прибора учёта на индивидуальные приборы учёта электрической энергии контрольные пломбы и индикаторы антимагнитных пломб, а также пломбы и устройства, позволяющие фиксировать факт несанкционированного вмешательства в работу прибора учёта.

В соответствии с п. 80 Правил N 354, учёт объёма (количества) коммунальных услуг, предоставленных потребителю в жилом или в нежилом помещении, осуществляется с использованием индивидуальных, общих (квартирных), комнатных приборов учёта. К использованию допускаются приборы учёта утвержденного типа и прошедшие поверку в соответствии с требованиями законодательства Российской Федерации об обеспечении единства измерений. Информация о соответствии прибора учёта утвержденному типу, сведения о дате первичной поверки прибора учёта и об установленном для прибора учёта межповерочном интервале, а также требования к условиям эксплуатации прибора учёта должны быть указаны в сопроводительных документах к прибору учёта.

Абзацем 12 п. 80(1) Правил от 06.05.2011 N 354 предусмотрена обязанность собственника жилого или нежилого помещения в многоквартирном доме, жилого дома (домовладения) обеспечить сохранность и целостность прибора учёта электрической энергии, включая пломбы и (или) знаки визуального контроля, а также иного оборудования, входящего в состав интеллектуальной системы учёта электрической энергии (мощности), установленного внутри (в границах) такого помещения или дома (домовладения) (земельного участка, на котором расположен жилой дом (домовладение), и нести перед гарантирующим поставщиком или сетевой организацией ответственность за убытки, причиненные неисполнением (ненадлежащим исполнением) этой обязанности.

Согласно абз. 1 п. 81(11) Правил от 06.05.2011 N 354 прибор учёта должен быть защищен от несанкционированного вмешательства в его работу. В целях установления факта несанкционированного вмешательства в работу прибора учёта исполнитель, гарантирующий поставщик или сетевая организация с учётом особенностей, установленных п. 81(1) данных Правил, при установке прибора учёта, проведении очередной проверки состояния прибора учёта потребителя вправе установить контрольные пломбы и индикаторы антимагнитных пломб, пломбы и устройства, позволяющие фиксировать факт несанкционированного вмешательства в работу прибора учёта, а также конструкции, защищающие приборы учёта от несанкционированного вмешательства в их работу, при этом плата за установку таких пломб или устройств с потребителя не взимается.

В соответствии с пп. "г" и "е" п. 35 Правил от 06.05.2011 N 354 потребитель не вправе самовольно нарушать пломбы на приборах учёта и в местах их подключения (крепления), демонтировать приборы учёта и осуществлять несанкционированное вмешательство в работу указанных приборов учёта, несанкционированно подключать свое оборудование к внутридомовым инженерным системам или к централизованным сетям инженерно-технического обеспечения напрямую или в обход приборов учёта, вносить изменения во внутридомовые инженерные системы.

Абзацами 11 - 12 ч. 5 ст. 37 Федерального закона от 26.03.2003 N 35-ФЗ "Об электроэнергетике" определено, что в случае отсутствия возможности осуществления расчётов за электрическую энергию (мощность) на основании данных о количестве электрической энергии (мощности), определенных с использованием приборов учёта электрической энергии, применяются расчётные способы определения объёма или стоимости электрической энергии (мощности) и (или) услуг по передаче электрической энергии, устанавливаемые правилами предоставления коммунальных услуг собственникам и пользователям помещений в многоквартирных домах и жилых домов, установленными в соответствии с жилищным законодательством, правилами организации учёта электрической энергии на розничных рынках.

В силу абз. 13 ч. 5 ст. 37 Федерального закона от 26.03.2003 N 35-ФЗ "Об электроэнергетике" ответственность или иные неблагоприятные последствия в отношении субъектов электроэнергетики и (или) потребителей электрической энергии (мощности) за нарушение требований по организации коммерческого учёта электрической энергии (мощности) на розничных рынках и для оказания коммунальных услуг по электроснабжению с использованием приборов учёта электрической энергии предусмотрена правилами предоставления коммунальных услуг собственникам и пользователям помещений в многоквартирных домах и жилых домов, установленными в соответствии с жилищным законодательством, а также правилами организации учёта электрической энергии на розничных рынках.

В соответствии с п. 5 ст. 37 Федерального закона от 26 марта 2003 г. № 35-ФЗ "Об электроэнергетике" коммерческий учёт электрической энергии (мощности) на розничных рынках и в целях оказания коммунальных услуг по электроснабжению обеспечивают гарантирующие поставщики и сетевые организации с применением приборов учёта электрической энергии в соответствии с правилами предоставления коммунальных услуг собственникам и пользователям помещений в многоквартирных домах и жилых домов, установленными в соответствии с жилищным законодательством, правилами организации учёта электрической энергии на розничных рынках, в том числе посредством интеллектуальных систем учёта электрической энергии (мощности). (абз. 1);

В ходе обеспечения коммерческого учёта электрической энергии (мощности) на розничных рынках и для оказания коммунальных услуг по электроснабжению гарантирующие поставщики и сетевые организации обязаны осуществлять контроль соблюдения требований, при которых допускается использование прибора учёта электрической энергии для коммерческого учёта электрической энергии (мощности), а также извещать заинтересованных субъектов электроэнергетики, потребителей электрической энергии (мощности) и иных владельцев приборов учёта электрической энергии о нарушении указанных требований. (абз. 2)

Сетевые организации в ходе обеспечения коммерческого учёта электрической энергии (мощности) на розничных рынках и для оказания коммунальных услуг по электроснабжению обязаны осуществлять приобретение, установку, замену, допуск в эксплуатацию приборов учёта электрической энергии и (или) иного оборудования, а также нематериальных активов, которые необходимы для обеспечения коммерческого учёта электрической энергии (мощности), и последующую их эксплуатацию в отношении непосредственно или опосредованно присоединенных к принадлежащим им на праве собственности или ином законном основании объектам электросетевого хозяйства энергопринимающих устройств потребителей электрической энергии (мощности), приобретающих электрическую энергию на розничных рынках, объектов по производству электрической энергии (мощности) на розничных рынках и объектов электросетевого хозяйства, принадлежащих сетевым организациям и иным лицам, при отсутствии, выходе из строя, истечении срока эксплуатации или истечении интервала между поверками приборов учёта электрической энергии и (или) иного оборудования, которые используются для коммерческого учёта электрической энергии (мощности), в том числе не принадлежащих сетевой организации, а также при технологическом присоединении таких энергопринимающих устройств, объектов по производству электрической энергии (мощности) и объектов электросетевого хозяйства, принадлежащих сетевым организациям и иным лицам, к объектам электросетевого хозяйства сетевой организации, за исключением коллективных (общедомовых) приборов учёта электрической энергии (абз.4);

Субъекты электроэнергетики, потребители электрической энергии (мощности) и иные владельцы приборов учёта электрической энергии не вправе препятствовать обеспечению коммерческого учёта электрической энергии (мощности), в том числе использованию для этих целей данных, получаемых с использованием принадлежащих им приборов учёта электрической энергии, и контролю за осуществлением коммерческого учёта электрической энергии (мощности), включая проверку приборов учёта электрической энергии, установленных в границах объектов, принадлежащих субъектам электроэнергетики или потребителям электрической энергии (мощности) на праве собственности или ином законном основании.

В случае отсутствия возможности осуществления расчётов за электрическую энергию (мощность) на основании данных о количестве электрической энергии (мощности), определенных с использованием приборов учёта электрической энергии, применяются расчётные способы определения объёма или стоимости электрической энергии (мощности) и (или) услуг по передаче электрической энергии, устанавливаемые правилами предоставления коммунальных услуг собственникам и пользователям помещений в многоквартирных домах и жилых домов, установленными в соответствии с жилищным законодательством, правилами организации учёта электрической энергии на розничных рынках.

Из материалов дела следует, что согласно приказу Министерства энергетики Российской Федерации № 584 от 23.06.2022 г. «О присвоении статуса гарантирующего поставщика территориальной сетевой организации» статус гарантирующего поставщика АО «Тываэнерго» (с 19.08.2022 г. переименовано на АО «Россети Сибирь Тываэнерго») присвоен с 2 июля 2022 г.

В соответствии с выписками из ЕГРН жилое помещение по адресу: ** с 21 октября 2008 г. по 10 декабря 2024 г. находилось в общей совместной собственности ФИО1 и ФИО2 С 10 декабря 2024 г. квартира принадлежит Б.

Из сообщения АО «Кызылская ТЭЦ» в адрес АО «Россети Сибирь Тываэнерго» от 2 июля 2025 г. следует, что жилой дом ** не подключен к централизованной системе теплоснабжения. (л.д. 217, т.1)

По договору об осуществлении технологического присоединения к электрическим сетям № от 29.08.2013 года сетевая организация приняла на себя обязательство по осуществлению технологического присоединения энергопринимающих устройств заявителя для электроснабжения жилого помещения по адресу: **, максимальной мощностью присоединяемых энергопринимающих устройств 15 кВт; категория надежности третья; класс напряжения электрических сетей, к которым осуществляется присоединение 0,4кВ. Точка присоединения указана в технических условиях для присоединения к электрическим сетям и располагается на расстоянии не более 25 метров от границы участка заявителя, на котором располагается присоединяемый объект. (л.д. 137-139, т.1)

В соответствии с техническими условиями № от 29.08.2013 года сетевая организация взяла на себя обязательство построить воздушную линию =10 кВ, строительство трансформаторной подстанции 10/0,4 кВ S=160 кВА, прокладку кабельной линии 0, 4 кВ от линейной панели распределительного устройства 0,4 кВ, построенной трансформаторной подстанции до вводно-распределительного устройства 0,4кВ. Заявитель ФИО4 приняла на себя обязательство по проектированию и установке устройств в удобном для обслуживания месте жилого помещения, установить шкаф учёта электроэнергии заводского изготовления с трёх или четырёхполюсным автоматическим выключателем на номинальный ток 25А и трёхфазным счётчиком прямого включения, рекомендуемым классом точности не ниже 1.0. Шкаф оборудовать приспособлением для опломбировки вводных цепей, цепей учёта. Подключение жилого помещения выполнить от точки присоединения до шкафа учёта электроэнергии проводом (кабелем) расчётного сечения. (л.д. 143-144, т.1)

Дополнительным соглашением от 17 августа 2017 г. стороны пришли к соглашению, согласно которому точка присоединения будет от опоры без номера (около жилого дома **, построенной воздушной линии (ВЛ) – 0,4 кВ, отходящая от трансформаторной подстанции (ТП) 10/0,4 кВ № 408, S=630 кВ.

15 ноября 2017 г. составлен акт допуска прибора учёта в эксплуатацию по объекту (<***>), расположенному по адресу: **. Осуществлён допуск прибора учёта с заводским номером № с показаниями 007505,6 (л.д. 160-161, т. 1)

Согласно акту об осуществлении технологического присоединения № от 29.11.2017 года между АО «Тываэнерго» (сетевая организация) и ФИО5, сетевая организация оказала заявителю услугу по технологическому присоединению объектов электроэнергетики (энергопринимающих устройств) заявителя для электроснабжения жилого помещения по адресу: **. Источник питания: ПС №11 «Городская» 110/35/10 кВ, фидер 11-02, РП-2, фидер 20, ТП №408, S=630 кВА, ВЛ-0,4 кВ, опора № б/н; уровень напряжения – 0,4 кВ; максимальная мощность 15 кВт. Границы балансовой принадлежности объектов электроэнергетики и эксплуатационной ответственности сторон в схеме указаны следующим образом: до опоры ЛЭП без номера – отнесенность АО Тываэнерго, после опоры – ФИО4 В ведении заявителя перечислены следующее оборудование: воздушный ввод (СИП 4х16 мм) вводное устройство, прибор учёта электроэнергии, внутренняя электропроводка и электрооборудование. Акт подписан ФИО4, представителем энергоснабжающей организации без замечаний. (л.д. 140-142, т.1)

Истец представил суду информацию о том, что прибор учёта электрической энергии № по адресу: ** установлен 10 мая 2015 г. Акт ввода его в эксплуатацию истцу не передавался. 27 марта 2024 г. был зафиксирован факт хищения данного прибора учёта. Установленный ФИО1 новый прибор учёта не введён в эксплуатацию, поскольку в настоящее время обязанность по оснащению жилого помещения в многоквартирном доме прибором учёта лежит на гарантирующем поставщике согласно п. 80 Правил № 354, а также потому, что у него отсутствует возможность присоединения к автоматизированной интеллектуальной системе контроля учёта электроэнергии. (т.1, л.д. 93)

Согласно акту АО «Россети Сибирь Тываэнерго» от 25 марта 2024 года, составленному и подписанному инженером АО «Тываэнергосбыт» К., а также подписанному представителем управляющей компании И., в 14:20 час произведён осмотр прибора учёта, установленного в подвальном помещении по адресу: ** в отношении потребителя ФИО2 (тел. **, лицевой счёт №). По результатам осмотра подтверждено установление прибора учёта ЦЭ 6803 М, заводской номер №, 2015 г., класс точности 1,0, разрядность 6, зафиксированы показания: 072 210. На клейменной крышке установлена пломба №, на вводном аппарате №. (т.1, л.д. 11)

В дело совместно с актом приобщён фотоснимок прибора учёта с заводским номером №, а также показаниями потреблённой электроэнергии 072210. (т. 1, л.д. 12, 65-67).

25 марта 2024 г. в 14:50 час. подача электроэнергии в квартиру ** была ограничена, о чём инспектором О. составлен акт о введении ограничения режима потребления электроэнергии. На момент составления акта зафиксированы показания прибора учёта прибора учёта ЦЭ 6803 М, заводской номер №. Акт подписан инспектором О.., а также представителем УК И. (т.1, л.д. 95)

25 марта 2024 г. в 17:48 час. подача электроэнергии в квартиру ** была возобновлена в связи с оплатой задолженности за потреблённую электроэнергию, о чём также был составлен акт (т.1, л.д. 96).

26 марта 2024 г. устно ФИО1 обратилась в УМВД РФ по г. Кызылу с заявлением о хищении прибора учёта, установленного в подвальном помещении.

29 марта 2024 г. ФИО1 письменно обратилась в УМВД РФ по г. Кызылу с заявлением о незаконных действия сотрудников АО Россети по ограничению поставки электроэнергии в её дом.

27 марта 2024 г. как истцом, так и ответчиком ФИО1 зафиксирован факт отсутствия (хищения) прибора учёта в месте его прежнего расположения, о чём составлен акт в 13:45 час.

Из постановления оперуполномоченного ОУР УМФД РФ по г. Кызылу М. от 13 апреля 2024 г. следует, что по заявлению ФИО1 КУСП № от 3 апреля 2024 г. принято решение об отказе в возбуждении уголовного дела на основании п. 1 ч. 1 ст. 24 УПК РФ в связи с отсутствием события преступления, предусмотренного ст. 158 УК РФ.

23 апреля 2024 г. ФИО1 уведомлена о принятом процессуальном решении.

3 апреля 2024 г. работниками АО Россети был проверен установленный истцом взамен похищенного прибор учёта типа Ц76803В №, 2023 г. с показаниями 000001,8, который по результатам проверки не введён в эксплуатацию со ссылкой на то, что в настоящее время обязанность по оснащению жилого помещения в многоквартирном доме прибором учёта лежит на гарантирующем поставщике согласно п. 80 Правил № 354, а также потому, что он не имеет возможности присоединения к интеллектуальной системе учёта электроэнергии. Об этом также составлен акт от 3 апреля 2024 г. Проверяющими зафиксировано, что истец отказалась от подписи в актах, а также от установки прибора учёта с возможностью присоединения к интеллектуальной системе учёта электроэнергии (т.1, л.д. 98. 99)

Данное обстоятельство подтверждено видеозаписями, предоставленными ответчиком ФИО1, а также фотографиями, предоставленными истцом (т.1, л.д. 68-69).

3 апреля 2024 г. в адрес ФИО1 направлено сообщение о причинах недопуска установленного ею прибора учёта, содержание оснований которого совпадает с содержанием актов от 3 апреля 2024 г. (л.д. 154-155)

11 апреля 2024 г. до сведения ФИО1 истцом доведено, что ей будет установлен прибор учёта, входящий в состав автоматизированной интеллектуальной системе учёта электроэнергии; установка запланирована на 2 мая 2024 г. Также сообщено о том, что в случае неявки для участия в процедуре допуска прибора учёта, процедура допуска будет осуществлена без неё. Предложено при неявке для процедуры установки прибора учёта явиться для составления акта допуска прибора учёта в административное здание истца.(л.д. 156, т.1)

В акте от 15 апреля 2024 г. зафиксировано, что при проверке прибора учёта на квартиру № при включении тумблеров происходит подача электроэнергии в кв. №. До проверки выключатели находились в выключенном состоянии. (л.д. 100, т.1)

Истец в целях защиты нарушенного права обращался в судебный участок № 5 г. Кызыла.

Судебным приказом № от 22.05.2024 года мирового судьи судебного участка № 5 г. Кызыла Республики Тыва взыскано с должника ФИО1 в пользу АО «Россети Сибирь Тываэнерго» задолженность по оплате за потреблённую энергию за период с 01.07.2022 года по 31.03.2024 года в размере 157 661 рублей 79 копеек, а также расходы по уплате государственной пошлины в размере 2 176,62 рублей.

Определением мирового судьи судебного участка № 5 г. Кызыла Республики Тыва от 29 июля 2024 года отменён судебный приказ № от 22 мая 2024 года мирового судьи судебного участка №5 г. Кызыла Республики Тыва о взыскании задолженности с должника ФИО1 по оплате коммунальных услуг в размере 157 661,79 руб. в связи с поступлением возражения от должника. (т 1, л.д. 13)

Из информационного письма АО «Тываэнергосбыт» от 11.08.2025 года следует, что в АО «Тываэнергосбыт» открыт лицевой счёт № для расчётов за потребленную электроэнергию по адресу: **. По состоянию на 05.08.2025 года по указанному лицевому счёту имеется задолженность за потреблённую электрическую энергию в размере 2 289,90 руб., рассчитанная до показаний 14073 кВт.ч. от 30.06.2022 года. Указанные показания переданы новому гарантирующему поставщику - АО «Россети Сибирь Тываэнерго». По вышеуказанному лицевому счёту в последний раз показания прибора учёта были представлены в АО «Тываэнергосбыт» 25.09.2018 года в размере 8870 кВт.ч. В связи с тем, что показания прибора учёта не представлялись с октября 2018 года и до конца июня 2022 года, расчёт производился в соответствии с пунктами 59, 60 "Правил предоставления коммунальных услуг собственникам и пользователями помещений в многоквартирных домах и жилых домов", утв. Постановлением Правительства РФ от 06.05.2011 г. №354, т.е. исходя из рассчитанного среднемесячного объёма потребления коммунального ресурса и по нормативу. За период с октября 2018 года по июнь 2022 года общий объём начисления исходя из рассчитанного среднемесячного объёма потребления коммунального ресурса и по нормативу составил 5203 кВт/ч., соответственно, конечные показания по которым было произведено начисление составили 14073 кВт/ч. (расчёт: 8870+5203=14073).

Истцом предоставлены следующие расчёты задолженности за потреблённую ответчиками электроэнергию.

С 25.03.2024 года по 30.06.2024 года расчёт произведён по среднемесячному объёму по показаниям прибора учёта 2742 кВт/ч. С 01.07.2024 года по 31.08.2024 года расчёт произведен по нормативу 166 кВт.ч. за месяц, на одного человека по тарифам за каждый год.

Расчёт задолженности ответчика по потреблённой электрической энергии с учётом показаний счётчика в количестве 14073 кВт.ч. по лицевому счёту <***>:

72 210 кВт.ч. (показания на 25.03.2024) - 14 073 кВт.ч. (показания на 30.06.2022) = 58 137 кВт.ч. (объём потребления с 30.06.2022 по 25.03.2024); 58 137 кВт.ч. Х 2,93 рублей (тариф) = 170 341,41 рублей; 170 341,41 рублей + 1 072,38 рублей (за март 2024 по среднему) + 8 034,06 рублей (за апрель 2024 по среднему) + 8 303,62 рублей (за май 2024 по среднему) + 8 034,06 рублей (за июнь 2024 по среднему) + 765,60 рублей (за июль 2024 по нормативу) + 529,54 рублей (август 2024 по нормативу) =197 080,67 рублей (сумма начислений за период с 01.07.2022 по 31.08.2024); 197 080,67 рублей – 13 752 рублей (оплата от 23.03.2024) – 2 253,97 (оплата от 13.08.2024) = 181 074, 70 рублей (сумма задолженности на 31.08.2024).

Ответчики возражают относительно данного расчёта, ссылаясь на конфликтные отношения ответчика ФИО1 с руководством АО «Россети», где данный работник ранее работала и была уволена, а в последующем на основании судебного решения восстановлена в прежней должности. Считают действия представителей истца незаконными, основанными на злоупотреблении правом. Полагают показания прибора учёта, полученные в ходе осмотра 25 марта 2024 г., недействительными, поскольку истец не обеспечил присутствие ответчиков при осмотре путём заблаговременного уведомления о предстоящем осмотре, а также в силу того, что прибор учёта мог быть повреждён путём воздействия на него, вследствие чего показания стали некорректными.

На видеозаписи, предоставленной представителем истца было зафиксировано, что 25 марта 2024 г. работники истца и управляющей компании открыли дверцы всех шкафчиков, в которых расположены приборы учёта, установленные в подвальном помещении дома **. При этом был осмотрен и прибор учёта, расположенный в шкафу, пронумерованном цифрой №.

Стороны не оспаривали, что под № пронумерован металлический шкаф, в котором распложен прибор учёта ответчиков. Электропроводка, выходящая из данного шкафа, обеспечивает подачу электроэнергии в квартиру № и подключена к её внутренней сети.

Представитель истца пояснила судебной коллегии о том, что в данном доме осуществлялся плановый осмотр приборов учёта, поскольку имелись подозрения на хищение электроэнергии; проводились технические мероприятия по введению ограничения режима потребления электроэнергии потребителям-неплательщикам; собственники квартиры не извещались, поскольку представителем управляющей компании был обеспечен свободный доступ к приборам учёта.

Также представитель истца исходит из того, что прибор учёта был опломбирован, технически исправен, оснований для признания в некорректной работе и недостоверных показаниях у проверяющих лиц не имелось.

В соответствии с пунктом 142 Основных положений № 442 в качестве расчётного прибора учёта принимается прибор учёта, установленный и допущенный в эксплуатацию сетевой организацией (гарантирующим поставщиком) в рамках исполнения обязанностей, указанных в пункте 136 настоящего документа. Такой прибор учёта становится расчётным прибором учёта с даты допуска его в эксплуатацию.

В соответствии с абзацем 4 пункта 167 Основных положений № 442 показания расчётных приборов учёта, полученные в ходе контрольного снятия показаний, могут быть использованы для определения объёма потребления (производства) электрической энергии (мощности) потребителем (производителем электрической энергии (мощности) на розничном рынке) и для расчёта стоимости электрической энергии, услуг по передаче электрической энергии за расчётный период, в котором такое контрольное снятие показаний проводилось.

Согласно пункту 151 Основных положений № 442 сетевые организации и гарантирующие поставщики осуществляют установку либо замену прибора учёта в случаях, не связанных с технологическим присоединением энергопринимающих устройств потребителей электрической энергии, объектов по производству электрической энергии (мощности), а также объектов электросетевого хозяйства, принадлежащих сетевым организациям и иным лицам, в порядке, предусмотренном настоящим пунктом.

Согласно п. 152 Основных положений № 442, установленный прибор учёта должен быть допущен в эксплуатацию в установленном порядке. Под допуском прибора учёта в эксплуатацию в целях применения настоящего документа понимается процедура, в ходе которой проверяется и определяется готовность прибора учёта, в том числе входящего в состав измерительного комплекса или системы учёта, к его использованию при осуществлении расчётов за электрическую энергию (мощность) и которая завершается документальным оформлением результатов допуска.

В силу пункта 155 Правил в отношении расчётных приборов учёта, расположенных в границах объектов электросетевого хозяйства сетевых организаций, лицами, ответственными за снятие показаний расчётного прибора учёта, являются сетевые организации.

В соответствии с пунктом 158 Правил снятие показаний расчётного прибора учёта, не присоединенного к интеллектуальной системе учёта электрической энергии (мощности), оформляется актом снятия показаний расчётного прибора учёта и подписывается лицом, ответственным за снятие показаний прибора учёта, а также представителями сетевой организации и (или) гарантирующего поставщика (энергосбытовой, энергоснабжающей организации) в случае, если в соответствии с условиями договора ими осуществляется совместное снятие показаний расчётного прибора учёта.

В отношении расчётных приборов учёта, не присоединенных к интеллектуальным системам учёта электрической энергии (мощности), контрольное снятие показаний осуществляется сетевой организацией, к объектам электросетевого хозяйства которой непосредственно или опосредованно присоединены энергопринимающие устройства потребителей (пункт 165 Правил N 442).

Проверка правильности снятия показаний расчётных приборов учета (далее - контрольное снятие показаний), не включенных в интеллектуальную систему учета гарантирующего поставщика или сетевой организации осуществляется не чаще одного раза в месяц. (п. 165)

Для проведения контрольного снятия показаний сетевая организация вправе привлекать третьих лиц, в этом случае ответственность за действия таких третьих лиц, в том числе перед гарантирующим поставщиком (энергосбытовой, энергоснабжающей организацией), несет сетевая организация. (п. 165)

Также пунктом 165 Правил N 442 установлено, что сетевая организация проводит контрольное снятие показаний приборов учёта, не присоединенных к интеллектуальным системам учёта электрической энергии (мощности), в соответствии с разработанным ею планом-графиком проведения контрольного снятия показаний.

Согласно пункту 166 Основных положений в случае если для проведения контрольного снятия показаний сетевой организацией (гарантирующим поставщиком - в отношении коллективных (общедомовых) приборов учета) требуется допуск к энергопринимающим устройствам (объектам по производству электрической энергии (мощности), объектам электросетевого хозяйства), в границах которых установлен расчётный прибор учета, то сетевая организация (гарантирующий поставщик) за 5 рабочих дней до планируемой даты его проведения направляет собственнику (владельцу) (лицу, осуществляющему управление многоквартирным домом, а при непосредственном управлении собственниками помещений в многоквартирном доме - лицу, уполномоченному общим собранием собственников помещений) уведомление о необходимости обеспечения допуска, содержащее дату и время проведения контрольного снятия показаний, указанные в плане-графике проведения контрольного снятия показаний, а также информацию о последствиях недопуска.

В соответствии с пунктом 167 Правил N 442 результаты контрольного снятия показаний сетевая организация оформляет актом контрольного снятия показаний, который подписывается сетевой организацией и иными лицами, приглашенными к участию в контрольном снятии показаний в установленном настоящим разделом порядке, в случае присутствия таких лиц. При отказе потребителя от подписания акта в нем указывается причина такого отказа. Акт составляется в количестве экземпляров по числу лиц, участвовавших в проведении контрольного снятия показаний. Если для проведения контрольного снятия показаний не требуется допуск к энергопринимающим устройствам (объектам по производству электрической энергии (мощности) и такое контрольное снятие показаний проводилось в отсутствие потребителя (производителя электрической энергии (мощности) на розничном рынке), акт контрольного снятия показаний подписывается сетевой организацией и иными лицами, приглашенными к участию в контрольном снятии показаний в установленном настоящим разделом порядке, в случае присутствия таких лиц.

Лицо, осуществлявшее контрольное снятие показаний, передает гарантирующему поставщику, в случае если тот не участвовал в проведении контрольного снятия показаний, копии актов контрольного снятия показаний в течение 3 рабочих дней после их составления.

Показания расчётных приборов учёта, полученные в ходе контрольного снятия показаний, могут быть использованы для определения объёма потребления потребителем и для расчёта стоимости электрической энергии, услуг по передаче электрической энергии за расчётный период, в котором такое контрольное снятие показаний проводилось. При несогласии потребителя, который не участвовал в контрольном снятии показаний, с показаниями расчётного прибора учёта, указанными в акте контрольного снятия показаний, такой потребитель вправе обратиться к гарантирующему поставщику и (или) сетевой организации с требованием о проведении повторного контрольного снятия показаний в его присутствии и (или) присутствии гарантирующего поставщика.

В силу пункта 169 Основных положений сетевые организации и гарантирующие поставщики проверяют соблюдение требований настоящего документа, определяющих порядок учета электрической энергии, условий заключенных договоров энергоснабжения (купли-продажи (поставки) электрической энергии (мощности), договоров оказания услуг по передаче электрической энергии, договоров оказания услуг оперативно-диспетчерского управления в части организации коммерческого учета, а также проводят проверки на предмет выявления фактов безучетного потребления и бездоговорного потребления электрической энергии.

В соответствии с пунктом 170 Основных положений проверки расчётных приборов учета осуществляются в плановом и внеплановом порядке.

Плановые проверки приборов учета проводятся отношении приборов учета, не присоединенных к интеллектуальным системам учета электрической энергии (мощности).

Проверки расчётных приборов учета включают визуальный осмотр схемы подключения энергопринимающих устройств (объектов по производству электрической энергии (мощности) и схем соединения приборов учета, проверку соответствия приборов учета требованиям настоящего документа, проверку состояния прибора учета, наличия и сохранности контрольных пломб и знаков визуального контроля, в том числе соответствия пломб поверителя оттиску в свидетельстве о поверке и (или) записи в паспорте (формуляре) средства измерений, а также снятие показаний приборов учета. Указанная проверка проводится не реже одного раза в год и может осуществляться в виде инструментальной проверки.

Для целей настоящего документа под инструментальной проверкой понимается процесс оценки работоспособности прибора учета (измерительных трансформаторов и других элементов), заключающийся в проведении визуальной проверки и проверки характеристик элементов измерительного комплекса, устройств сбора и передачи данных, схемы их соединения с помощью инструментов и дополнительного оборудования.

Основаниями для проведения внеплановой проверки приборов учета являются отсутствие показаний расчётного прибора учета 2 и более расчётных периодов подряд.

Согласно абз. 4 п. 173 Основных положений N 442 в акте проверки расчётного прибора учета должны быть указаны: дата, время и адрес проведения проверки, форма проверки и основание для проведения проверки; лица, принявшие участие в проверке; лица, приглашенные в соответствии с требованиями настоящего документа для участия в проверке, но не принявшие в ней участие; характеристики и место установки проверяемого расчётного прибора учета (измерительных трансформаторов - при их наличии), показания прибора учета на момент проверки и дата истечения интервала между поверками прибора учета (измерительных трансформаторов); соответствие оттиску поверителя в свидетельстве о поверке и (или) записи в паспорте (формуляре) средства измерений и место установки контрольных пломб и знаков визуального контроля, установленных на момент начала проверки, а также вновь установленных (если они менялись в ходе проверки); результат проверки; характеристики используемого при проведении проверки оборудования, в случае если проводится инструментальная проверка; лица, отказавшиеся от подписания акта проверки либо несогласные с указанными в акте результатами проверки, и причины такого отказа либо несогласия.

Согласно пп. (е(1)) п.31 Правил о предоставлении коммунальных услуг собственникам и пользователям помещений в многоквартирных домах и жилых домов, утвержденных 31 Постановлением Правительства РФ от 06.05.2011 N 354 (ред. от 28.04.2022) исполнитель обязан осуществлять не реже 1 раза в 6 месяцев снятие показаний индивидуальных, общих (квартирных), комнатных приборов учёта, распределителей, установленных вне жилых (нежилых) помещений, проверку состояния таких приборов учёта (если договором, содержащим положения о предоставлении коммунальных услуг, и (или) решениями общего собрания собственников помещений в многоквартирном доме не установлен иной порядок снятия показаний таких приборов учёта).

Согласно пп. г п. 32 Правил исполнитель имеет право осуществлять не чаще 1 раза в 3 месяца проверку достоверности передаваемых потребителем исполнителю сведений о показаниях индивидуальных, общих (квартирных) и комнатных приборов учёта, распределителей, установленных в жилых помещениях и домовладениях, путем посещения помещений и домовладений, в которых установлены эти приборы учёта, а также проверку состояния указанных приборов учёта (не чаще 1 раза в месяц в случае установки указанных приборов учёта вне помещений и домовладений в месте, доступ исполнителя к которому может быть осуществлен без присутствия потребителя, и в нежилых помещениях).

В соответствии с пп. б п. 82 Правил исполнитель коммунальных услуг обязан проводить проверки достоверности представленных потребителями сведений о показаниях индивидуальных, общих (квартирных), комнатных приборов учёта и распределителей путем сверки их с показаниями соответствующего прибора учёта на момент проверки (в случаях, когда снятие показаний таких приборов учёта и распределителей осуществляют потребители). Проверки, указанные в п. 82 настоящих Правил, должны проводиться исполнителем не реже 1 раза в год, а если проверяемые приборы учёта расположены в жилом помещении потребителя, то не чаще 1 раза в 3 месяца (п. 83).

В силу п. 85 названных Правил проверки № 354, указанные в пп. е(1) п. 31, пп. г п. 32, п. 82, если для их проведения требуется доступ в жилое помещение потребителя, осуществляются исполнителем и (или) гарантирующим поставщиком с извещением потребителя не позднее 14 дней до даты проведения проверки способом, предусмотренным подпунктом "а" пункта 119 настоящих Правил, извещение о предполагаемых дате (датах) и времени проведения проверки, о необходимости допуска в указанное время представителей исполнителя и (или) гарантирующего поставщика для совершения проверки с обязательным разъяснением последствий бездействия потребителя или его отказа в допуске представителей исполнителя и (или) гарантирующего поставщика к приборам учёта, если договором, содержащим условия предоставления коммунальных услуг, не предусмотрено иное.

Согласно пункту 61 Правил предоставления коммунальных услуг собственникам, утвержденных Постановлением Правительства РФ от 6 мая 2011 года N 354, если в ходе проводимой исполнителем проверки достоверности предоставленных потребителем сведений о показаниях индивидуальных приборов учёта будет установлено, что прибор учёта находится в исправном состоянии, в том числе пломбы на нем не повреждены, но имеются расхождения между показаниями проверяемого прибора учёта, который был предъявлен потребителем исполнителю и использован исполнителем при расчёте размера платы за коммунальную услугу за предшествующий проверке расчётный период, то исполнитель обязан произвести перерасчёт размера платы за коммунальную услугу и направить потребителю требование о внесении доначисленной платы за предоставленные потребителю коммунальные услуги либо уведомление о размере платы за коммунальные услуги, излишне начисленной потребителю. Перерасчёт размера платы должен быть произведен исходя из снятых исполнителем в ходе проверки показаний проверяемого прибора учёта. При этом, если потребителем не будет доказано иное, объём (количество) коммунального ресурса в размере выявленной разницы в показаниях считается потребленным потребителем в течение того расчётного периода, в котором исполнителем была проведена проверка.

В соответствии с пунктом 6 Правил N 354 предоставление коммунальных услуг потребителю осуществляется на основании возмездного договора, содержащего положения о предоставлении коммунальных услуг.

Пунктом 2 Правил N 354 термин "исполнитель" определён как юридическое лицо независимо от организационно-правовой формы или индивидуальный предприниматель, предоставляющие потребителю коммунальные услуги.

Таким образом, исполнителем коммунальной услуги по общему правилу является лицо, осуществляющее управление многоквартирным домом (МКД), а в случае заключения прямого договора исполнителем коммунальной услуги является соответственно ресурсоснабжающая организация.

Пунктом 2 Правил, обязательных при заключении управляющей организацией или товариществом собственников жилья либо жилищным кооперативом или иным специализированным потребительским кооперативом договоров с ресурсоснабжающими организациями, утвержденных постановлением Правительства Российской Федерации от 14 февраля 2012 г. N 124 (далее - Правила N 124) термин "исполнитель" определен как юридическое лицо независимо от организационно-правовой формы или индивидуальный предприниматель, на которых возложена обязанность по содержанию общего имущества в МКД и (или) предоставляющие потребителю коммунальные услуги в случаях, предусмотренных Правилами N 354.

Таким образом, понятия "исполнитель" в терминологии Правил N 354 и "исполнитель" в терминологии Правил N 124 не тождественны.

"Исполнителями" в терминологии Правил N 354 являются исполнители коммунальных услуг.

"Исполнителями" в терминологии Правил N 124 являются лица, осуществляющие управление МКД и приобретающие у РСО коммунальные ресурсы, потребляемые при использовании и содержании общего имущества в МКД, и (или) исполнители коммунальных услуг, приобретающие у РСО коммунальные ресурсы в целях предоставления коммунальных услуг.

Разрешая доводы апелляционных жалоб и встречного иска о недействительности акта от 25 марта 2024 года, судебная коллегия приходит к следующему.

Согласно копии приказа АО Россети Сибирь Тываэнерго № ПО л/с от 1 июля 2023 г. К. с 1 июля 2023 г. по 30 июня 2024 г. принят по срочному трудовому договору инженером 1 категории в производственное отделение «Тываэнергосбыт».

Опрошенный в судебном заседании 17 февраля 2026 г. в качестве свидетеля К.. пояснил, что 25 марта 2024 г. работал в АО Тываэнерго в подразделении «Тываэнергосбыт»; будучи инженером по переданной ему начальством заявке занимался введением ограничений в потреблении электроэнергии в **. Доступ в подвал обеспечил представитель управляющей компанией, с которым до этого предварительно созвонились. В ходе проверки собственников не было; прибор учёта был в исправном состоянии, о чём внесли сведения в акт, который также подписал представитель управляющей компании. При осмотре производили фото и видеосъёмку с помощью видеокамеры личного телефона. После того как собственники предоставили сведения об оплате, вечером того же дня ограничения сняли, о чём также составили акт.

Свидетель И. пояснил судебной коллегии, что в актах от 25 марта 2024 г. в отношении прибора учёта в ** стоит его подпись, поскольку он в то время работал в ООО управляющая компания «Аварийно ремонтная служба», где работает и сейчас. По звонку работников Тываэнерго обеспечил им доступ в подвальное помещение указного дома, где установлены приборы учёта, так как это входит в его обязанности и у него имеется ключи от входа в это помещение. Работники Тываэнерго осмотрели прибор учёта, принадлежащий квартире №, сняли его на телефоны. Он в их работу не вмешивался, просто смотрел, потом подписал акты. Прибор учёта имел пломбы, внешне был исправным.

Относительно пребывания ответчика ФИО1 25 марта 2024 г. в ходе осмотра прибора учёта данный свидетель первоначально высказал сомнения в том, что на там находилась, в последующем в ходе опроса стал настаивать на её там пребывании.

В указанной части показаний свидетеля И. судебная коллегия не принимает, поскольку полагает их ошибочными и противоречащими сведениям из видеороликов, а также пояснениям свидетеля К., указавшего, что ответчиков при осмотре не было.

Из табеля учёта рабочего времени за март 2024 г., предоставленного истцом следует, что за 25 марта 2024 г. в отношении ** ФИО1 стоит «8», что указывает об отработке ею полного рабочего дня.

Суду апелляционной инстанции ответчик ФИО1 пояснила о том, что в этот день находилась на рабочем месте, никуда не отлучалась.

Представители истца относительного этого факта возражений не предоставляли, соглашаясь с той позицией ответчиков о том, что они истцом не уведомлялись о предстоящей проверке; Шмидгаль находилась на рабочем месте.

В иной части пояснения свидетеля И., а именно в части времени, места проведения осмотра, факта фото и видеосъёмки работниками истца процедуры осмотра прибора учёта, принадлежащего ответчикам, согласуются с пояснениями свидетеля К., содержанием видеоматериала, поэтому судебной коллегией признаются достоверными.

В рассматриваемом деле, исходя из перечисленных доказательств, судебная коллегия констатирует, что 25 марта 2024 г. участие в контрольной проверке принимали как представители управляющей компании, так и представитель ресурсоснабжающая компании, что было ими подтверждено, их подписи имеются в акте.

Исходя из Основных положений функционирования розничных рынков электрической энергии, а также Правил предоставления коммунальных услуг собственникам и пользователям помещений в многоквартирных домах и жилых домов, обязательность предварительного извещения (уведомления) потребителя о проводимой проверке обусловлена необходимостью обеспечения доступа в жилое помещение.

Материалами дела подтверждается и сторонами не оспаривалось, что при входе в подвальное помещение **, где были размещены приборы учёта всех квартир, была установлена решётчатая дверь, запираемая на замок. Прибор учёта энергопринимающего устройства, расположенный по адресу: ** установлен в этом подвальном помещении, в свободном для осмотра месте, в связи с чем потребитель не обязан обеспечивать допуск к энергопринимающему устройству; этого не требуется ввиду того, что обеспечение допуска возможно любым из собственников квартир в доме или иным уполномоченным лицом. Доступ к данному помещению 25 марта 2024 г. был обеспечен представителем управляющей компании. Соответственно, оснований для направления потребителю уведомления о предстоящей проверке, у истца не имелось.

Материалами дела установлено и сторонами не оспаривается, что в спорном случае прибор учёта, установленный на основании акта от 15 ноября 2017 года, интеллектуальными системами не обладал. Он был 15 ноября 2017 года введён в эксплуатацию и с указанного времени сетевая организация вправе была осуществить контрольное снятие показаний с данного прибора учёта ежемесячно, в том числе и с привлечением представителя управляющей компании.

Результаты проверки (в отличие от акта о безучетном потреблении) сами по себе не возлагали на ответчиков никаких дополнительных обязанностей и не привлекали их к ответственности. Сами по себе показания прибора учёта являются объективной данностью, существующей вне зависимости от присутствия потребителя.

Право ответчиков на судебную защиту было реализовано в полном объёме в ходе рассмотрения настоящего дела, где они имели возможность представить все возражения относительно правильности начислений, в том числе заявить ходатайство о назначении судебной экспертизы (которой они лишились не по вине истца, а вследствие хищения прибора третьими лицами).

Исходя из анализа вышеуказанных норм, следует, что обязанность по передаче показаний прибора учёта лежит на потребителе, а исполнитель в ходе плановых, внеплановых проверок, а также снятия контрольных показаний проверяет их достоверность.

Довод ответчиков о том, что из содержания акта невозможно идентифицировать точные характеристики и место установки прибора учёта, сам объект осмотра, судебная коллегия отклоняет как несостоятельный исходя из следующего.

Судебная коллегия отмечает, что акт от 25 марта 2025 г. действительно не содержит сведений о факте ведения видео и фотосъёмки, в нём действительно имеется неоговорённое исправление записи «АО Тываэнерго» на «УК» в графе представитель, напротив которой была проставлена фамилия И. и его подпись.

Однако судебная коллегия полагает необходимым отметить, что акт от 25 марта 2024 г. по своей правовой природе является не актом допуска прибора учёта в эксплуатацию, для которого требуется участие потребителя и составление документа по строгой форме, а актом контрольного снятия показаний, предусмотренным пунктом 165 Основных положений № 442. Основная цель такого акта — зафиксировать объективные данные (показания, состояние пломб) на конкретную дату.

Действующее законодательство не устанавливает императивных требований к форме такого акта, влекущих его ничтожность при их несоблюдении. Следовательно, поименование его не актом (контрольного) снятия показаний, а актом технического осмотра средств учёта электроэнергии, наличие в нём технических погрешностей (неоговоренное исправление, отсутствие упоминания о фотосъемке) само по себе не может являться основанием для признания акта недействительным, если содержащиеся в нём сведения подтверждены иными доказательствами. Данные нарушения не носят существенного и значимого характера для признания акта недействительным, поскольку факт ведения фото и видеосъемки был подтверждён участниками осмотра.

Нарушение процессуальной формы составления акта, не повлекшее за собой нарушения материальных прав ответчиков, не может служить основанием для отказа в иске о взыскании стоимости фактически потреблённого ресурса.

При этом судебная коллегия исходит из того, что процессуальное законодательство (ст. 55, 71 ГПК РФ) не ставит допустимость фотографии как доказательства в зависимость от наличия о ней записи в акте. Представленные истцом фотографии являются самостоятельными доказательствами, отвечающими принципам относимости и допустимости. Пояснениями участников осмотра в суде установлено, что фотосъёмка производилась в момент проверки. Номер прибора и его показания, зафиксированные на фото, полностью совпадают с данными, внесёнными в акт. Совпадают сведения о номере этого прибора и со сведениями из акта ввода прибора в эксплуатацию от 15 ноября 2017 г. Отсутствие формальной отметки в акте при наличии неопровергнутых доказательств, подтверждающих факт и результаты осмотра, не является основанием для исключения этих доказательств из числа допустимых.

По этим основаниям как несостоятельный отклоняется довод ответчиков о том, что не было доказано, что прибор учёта, указанный в акте от 25 марта 2024 г. был допущен к эксплуатации надлежащим образом.

Вопреки этому доводу истец представил в дело акт допуска прибора учёта в эксплуатацию от 15 ноября 2017 года, тогда как акт от 25 марта 2024 г. являлся актом контрольной проверки, а не актом допуска.

Довод ответчиков о невозможности идентифицировать прибор учёта опровергается совокупностью собранных по делу непротиворечивых доказательств. Судебная коллегия применяет метод идентификации по месту установки.

Из видеофайлов, предоставленных судебной коллегии сторонами на обозрение однозначно следует, что видеосъёмка ответчиком ФИО1 велась в отношении шкафа с маркировкой «№», и именно в отношении него истцом фиксировался факт наличия в нём прибора учёта с заводским номером №, а в последующем обеими сторонами и факт утраты данного прибора учёта.

Как отмечено ранее, стороны не оспаривали, что технологически находящееся в ящике № оборудование присоединено и обслуживает именно квартиру №. Данное обстоятельство ответчиками не оспорено, доказательств того, что в шкафу «№» находится прибор учёта иного лица, вопреки требованиям ст. 56 ГПК РФ не представлено. Таким образом, совокупность сведений: заводской номер, указанный в акте, цифровая маркировка шкафа («№»), совпадение этих данных с информацией о ранее введённом в эксплуатацию приборе с №, — позволяет достоверно установить относимость осмотренного объекта к лицевому счёту ответчиков.

Ссылка ответчиков на неоговорённое исправление в графе «представитель» (исправление «АО Тываэнерго» на «УК») не может быть признана обстоятельством, влекущим недействительность документа. В судебном заседании представитель управляющей компании (И.) и инженер ПО «Тываэнергосбыт» (К.) дали исчерпывающие пояснения относительно обстоятельств составления акта и подтвердили своё участие в осмотре. Таким образом, неопределённость в субъектном составе проверки устранена в ходе судебного разбирательства. Техническая ошибка при заполнении бланка не опровергает факта проведения проверки уполномоченными лицами и не ставит под сомнение достоверность зафиксированных сведений о приборе учёта.

Материалами дела с достаточной полнотой доказано, что в ходе мероприятий по введению режима ограничения потребления электроэнергии в отношении потребителей, имеющих задолженность по оплате обязательных платежей за потреблённую электроэнергию, представителем ресурсоснабжающей организации осуществлены и контрольные мероприятия по фиксации факта целостности прибора учёта и имеющихся на нём текущих показаний. Данные действия действующим законодательством не запрещены.

Ответчик ФИО1 в суде апелляционной инстанции подтвердила, что задолженность, начисленная по нормативу была оплачена в субботу 23 марта 2024 г., а поскольку это был выходной день, то истец мог и не увидеть данный платёж в понедельник 25 марта 2024 г. После введения режима ограничения, представила истцу в ходе сверки указанные сведения, после чего ограничения были сняты.

Изложенная данным ответчиком хронология была подтверждена материалами дела.

Судебная коллегия исходит из того, что факт оплаты 23 марта 2024 г. задолженности сторонами был подтверждён. Следовательно, поступление денежных средств истцу и, соответственно, отражение их в базе данных истца объективно могли быть произведены лишь в первый рабочий день, то есть 25 марта 2024 года.

При таких обстоятельствах формирование истцом заявки на ограничение подачи электроэнергии 25 марта 2024 года при отсутствии на тот момент в его платёжной системе актуальной информации о поступившем платеже, не может расцениваться как действие, совершенное в обход закона либо с намерением причинить вред ответчику. Напротив, поведение истца в данной ситуации являлось технологически последовательным: после поступления сведений об оплате в ходе сверки, произведенной в тот же день, ограничение было незамедлительно снято, что сторонами не оспаривается.

Таким образом, сами по себе действия истца по введению ограничения не были направлены на создание искусственной задолженности или давления на ответчика, а являлись стандартной процедурой реагирования на отсутствие платежа, информация о котором на момент формирования заявки отсутствовала по объективным причинам. Последующее снятие ограничения после выяснения обстоятельств оплаты подтверждает отсутствие в действиях истца умысла на причинение вреда. В связи с изложенным, довод ответчиков о злоупотреблении истцом правом, выразившемся в подаче заявки на ограничение при отсутствии сведений о задолженности, признается судебной коллегией несостоятельным и подлежит отклонению.

Доказательств незаконности действий истца и его сотрудников по снятию контрольных показаний прибора учёта электроэнергии в материалы дела представлено не было. Порядок снятия контрольных показаний прибора учёта электроэнергии истцом соблюдён.

Более того, по результатам проверки акт проверки ИПУ и акт о нарушении правил эксплуатации энергопринимающего устройства, индивидуального прибора учёта, о безучётном потреблении электроэнергии, истцом не составлялись, в связи с чем, права ответчиков в ходе контрольного снятия показаний прибора учёта 25 марта 2024 г. не были нарушены.

Стороны не оспаривали, что в ходе проверки прибор учёта не имел механических повреждений, был опломбирован двумя пломбами, не имел магнитных индикаторов.

Ссылаясь на нарушения при составлении акта, сторона ответчиков не представила суду доказательств того, что зафиксированные показания (72 210 кВт.ч) не соответствуют действительности либо что прибор учёта находился в неисправном состоянии. Бремя доказывания указанных обстоятельств лежит на ответчике в силу статьи 56 ГПК РФ.

При таких обстоятельствах суд приходит к выводу, что акт от 25 марта 2024 года является допустимым и достоверным доказательством по делу, а зафиксированные в нём показания подлежат применению при расчёте задолженности.

Возможное составление данного акта не по месту проверки, в отсутствие потребителей – собственников квартиры № а по месту работы контролирующего лица, само по себе не является нарушением, влекущим недостоверность данного акта, поскольку изложенная в нём информация соответствует фактическим обстоятельствам и результатам проверки указанного прибора учёта электроэнергии.

Относительно того, что прибор учёта был установлен истцом в неположенном месте судебная коллегия исходит из следующего.

Место установки приборов учёта электрической энергии регламентировано п. 144 Правил организации учёта электрической энергии на розничных рынках, утверждённых Постановлением Правительства Российской Федерации от 4 мая 2012 года N 442 (далее - Правила организации учёта электрической энергии на розничных рынках).

Приборы учёта подлежат установке на границах балансовой принадлежности объектов электроэнергетики смежных субъектов розничного рынка, имеющих общую границу балансовой принадлежности, а также в иных местах, с соблюдением установленных законодательством Российской Федерации требований к местам установки приборов учёта.

При отсутствии технической возможности установки прибора учёта на границе балансовой принадлежности объектов электроэнергетики смежных субъектов розничного рынка прибор учёта подлежит установке в месте, максимально приближённом к границе балансовой принадлежности, в котором имеется техническая возможность его установки.

Довод ответчиков о необходимости переноса прибора учёта на внешнюю стену многоквартирного дома или же на опору ЛЭП в контексте рассматриваемого спора основан на неверном толковании пункта 144 Правил № 442.

Из абз. 1 п. 144 Правил № 442 следует: если отсутствует техническая возможность установки прибора учёта на самой границе, он устанавливается в месте, максимально приближенном к ней, где такая возможность имеется.

Сложившаяся схема электроснабжения многоквартирного дома и конструктивные особенности ВРУ (вводно-распределительного устройства), расположенного в подвальном помещении, объективно свидетельствуют о том, что установка индивидуального прибора учёта на стене дома или на опоре ЛЭП (снаружи) технически невозможна без нарушения целостности внутридомовых сетей и требований безопасности.

Помимо этого судебная коллегия отмечает, что сам факт установки прибора учёта в подвале и его допуска в эксплуатацию задолго до спора свидетельствует о том, что сторонами ранее была согласована именно такая точка поставки, несмотря на изложенные в договоре условия.

Это напрямую вытекает из содержания технических условий № 868-1/15 (20.17.950.13) от 29.08.2013 года, согласно которым ФИО4 приняла на себя обязательство по проектированию и установке устройств в удобном для обслуживания месте жилого помещения, установить шкаф учёта электроэнергии заводского изготовления с трёх ли четырёхполюсным автоматическим выключателем на номинальный ток 25А и трёхфазным счётчиком прямого включения, рекомендуемым классом точности не ниже 1.0. Шкаф оборудовать приспособлением для опломбировки вводных цепей, цепей учёта. Подключение жилого помещения выполнить от точки присоединения до шкафа учёта электроэнергии проводом (кабелем) расчётного сечения. (л.д. 142-144)

В силу сложившихся правоотношений и акта разграничения балансовой принадлежности, граница ответственности за эксплуатацию проходит по месту установки прибора учёта, что само по себе не порождает вывод о недействительности акта от 25 марта 2024 г. и не может свидетельствовать о нарушении границ эксплуатационной ответственности сторон в контексте заявленного спора.

Установка прибора учёта на фасаде многоквартирного дома для индивидуального учёта конкретного собственника в данном конкретном случае технически невозможна (или затруднительна) поскольку стены дома являются общим имуществом собственников (ч. 1 ст. 36 ЖК РФ), и их монтаж (бурение, крепление) требует согласия всех собственников или решения общего собрания, которое отсутствует. Ответчики не представили суду доказательств проведения указанной работы. Обязанность согласовывать её у истца отсутствует.

Также ответчиками не предоставлено доказательств того, что проектные характеристики здания предусматривают возможность размещения индивидуальных приборов учёта на фасаде, и доказательств того, что это не приведёт к нарушению целостности фасада, его теплоизоляции и архитектурного облика. Бремя доказывания наличия технической возможности такого переноса, а также соблюдения при этом прав иных собственников и требований безопасности лежит на ответчике (ст. 56 ГПК РФ). Таких доказательств ответчиками не представлено.

Судебная коллегия принимает во внимание, что прибор учёта, принадлежащий ответчикам, изначально, на стадии ввода его в эксплуатацию, был размещён в подвальном помещении. Данное помещение является местом сосредоточения приборов учёта иных собственников помещений в МКД, что образует единый узел учёта.

Нахождение прибора учёта в подвале не затрудняет доступ к нему, поскольку помещение подвала является общим имуществом собственников многоквартирного дома. Ответчик, являясь собственником квартиры, обладает правом доступа в данное помещение в любое время, в том числе для снятия контрольных показаний. Более того, расположение прибора учёта в подвале обеспечивает его сохранность, защиту от атмосферных осадков, вандализма и несанкционированного вмешательства, что гарантирует достоверность показаний и соответствует требованиям п. 1.5.27 Правил устройства электроустановок к условиям эксплуатации приборов учёта (по температуре, влажности и т.д.).

В связи с этим размещение прибора учёта в подвальном помещении (в месте размещения ВРУ) являлось не произвольным выбором, а сложившимся с течением времени фактом, полностью соответствующим диспозиции абз. 2 п. 144 Правил № 442, как место, максимально приближенное к границе балансовой принадлежности.

Из материалов дела не следует, что ответчики с момента ввода в эксплуатацию предпринимали активные действия по переносу прибора учёта из подвального помещения.

В силу статьи 56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений.

Ответчиками не представлено суду ни одного доказательства, подтверждающего факт вмешательства в работу прибора учёта либо его повреждения: заключение специалиста или эксперта о некорректной работе прибора; актов проверки прибора учета, составленных в иные даты, которые свидетельствовали бы о скачкообразном изменении показаний; не заявлено ходатайство о назначении судебной экспертизы (несмотря на то, что прибор был похищен, стороны не лишены возможности ходатайствовать об истребовании доказательств от органов внутренних дел, проводящих проверку по факту хищения); не представлено доказательств обращений ответчиков в правоохранительные органы с заявлением о возможной фальсификации показаний либо умышленном повреждении прибора.

В силу пункта 81(11) Правил № 354 прибор учета должен быть защищён от несанкционированного вмешательства в его работу. Инструментом такой защиты являются контрольные пломбы и индикаторы антимагнитных пломб.

Из материалов дела (акт технического осмотра от 25.03.2024) усматривается и ответчиками не оспаривается, что на момент проверки все пломбы на приборе учета (на клеммной крышке – №, на вводном аппарате – №) были сохранены и не имели повреждений.

Сохранность пломб свидетельствует об отсутствии физического доступа к токоведущим частям и механизму учета прибора.

Любые манипуляции с прибором, способные повлиять на корректность его работы (изменение схемы подключения, торможение диска, воздействие магнитом на электронные компоненты), оставляют следы либо требуют нарушения пломб. Аантимагнитные пломбы (при их наличии) фиксируют факт магнитного воздействия изменением цвета или иным способом.

Ответчиками не представлено доказательств того, что на корпусе прибора имелись следы взлома или иного механического воздействия. Из материалов дела следует, что ответчики никогда не сообщали в ресурсоснабжающую организацию о неисправности прибора учёта

При таких обстоятельствах у суда отсутствуют основания полагать, что прибор работал некорректно.

Сам по себе факт нахождения прибора учёта в подвальном помещении, то есть в месте, доступном для третьих лиц, не может служить основанием для признания его показаний недостоверными. Иное толкование означало бы, что любой потребитель, чей прибор установлен вне жилого помещения (например, на лестничной клетке, в коридоре общего пользования, в подвале), мог бы заявлять о недостоверности показаний, ссылаясь на потенциальную возможность доступа иных лиц, что делало бы невозможным коммерческий учёт энергоресурсов в принципе.

Действующее законодательство исходит из презумпции достоверности показаний прибора учёта, пока не доказано иное. Возложение на истца обязанности доказывать отсутствие вмешательства третьих лиц (то есть доказывать отрицательный факт) противоречило бы принципам распределения бремени доказывания.

Более того, ответчики, являясь собственниками жилого помещения и, соответственно, лицами, ответственными за сохранность приборов учёта (пункт 80(1) Правил № 354), не были лишены возможности: установить на шкаф с прибором учёта дополнительный запирающий механизм; инициировать перенос прибора учёта в иное место (в пределах своей квартиры); осуществлять периодический визуальный контроль за состоянием прибора.

Длительное бездействие ответчиков по обеспечению сохранности своего имущества не может создавать неблагоприятные последствия для истца.

Кроме того, суд учитывает следующее обстоятельство: прибор учета был похищен неустановленными лицами 25 марта 2024 года, то есть после проведения проверки. Если предположить, что существовал заговор с целью искусственного завышения показаний и причинения вреда ответчику, то логичным действием таких лиц было бы оставить прибор на месте, чтобы его показания можно было предъявить в суде, либо, напротив, уничтожить его до проверки, чтобы невозможно было установить реальный объём потребления. Хищение прибора после фиксации показаний, напротив, создало для ответчиков благоприятную ситуацию, лишив истца вещественного доказательства и создав для ответчиков возможность заявлять рассматриваемые в настоящем деле возражения.

Более того, истец не мог контролировать действия неустановленных лиц, похитивших прибор, и не несёт ответственности за их противоправное поведение. Ответчики, обнаружив факт хищения, обратились в правоохранительные органы, что является их правом, однако результаты этой проверки оказались отрицательными, поскольку было отказано в возбуждении уголовного дела. Это не позволяют судебной коллегии сделать вывод о том, что хищение было совершено с целью сокрытия следов вмешательства в работу прибора.

Принимая во внимание, что на момент проверки прибор учета находился в исправном состоянии (пломбы сохранены); показания прибора зафиксированы в присутствии представителя управляющей компании; принадлежность прибора к квартире ответчиков подтверждена маркировкой шкафа и пояснениями сторон; доказательств вмешательства в работу прибора либо его неисправности не представлено; судебная коллегия приходит к выводу, что показания прибора учета, зафиксированные в акте от 25 марта 2024 года, являются достоверными и подлежат применению при расчёте задолженности.

Доводы ответчиков о возможном повреждении прибора учета третьими лицами признаются судом несостоятельными, основанными на предположениях и направленными на уклонение от исполнения обязанности по оплате фактически потреблённой электрической энергии. Ввиду этого довод ответчиков, что злоупотребление истцом заключалось в том числе и в демонтаже прибора учёта, судебной коллегией отклоняется, как несостоятельный и не подтверждённый материалами дела.

Судебная коллегия также полагает несостоятельным довод ответчиков о том, что хищение прибора лишило их возможности оспорить его корректность, и что этот риск должен быть возложен на истца.

В силу прямого указания абзаца 12 пункта 80(1) Правил № 354, именно собственник жилого помещения обязан обеспечить сохранность и целостность прибора учёта, включая пломбы. Ответчики, зная о нахождении принадлежащего им прибора учета в нежилом помещении (подвале), не предприняли должных мер для его защиты от доступа третьих лиц. Истец, действуя в рамках своих полномочий, провёл проверку и зафиксировал состояние прибора на момент, когда он еще существовал. Ответчики, не обеспечив сохранность своего имущества, лишили себя возможности его экспертизы. Переложение негативных последствий этого бездействия на сетевую организацию противоречит принципу распределения бремени содержания собственного имущества (ст. 210 ГК РФ).

Судебная коллегия также учитывает, что довод о позднем вручении ответчикам копии акта направлен на оспаривание акта как доказательства в рамках гражданского процесса. Однако само по себе время получения документа не влияет на его доказательственную силу, если ответчики имели возможность представить свои возражения относительно его содержания в ходе судебного разбирательства.

Ответчики реализовали это право в полном объёме: ими был заявлен встречный иск, представлены письменные возражения, даны объяснения. Таким образом, принцип состязательности и равноправия сторон (ст. 12 ГПК РФ) нарушен не был. Суд, оценивая акт от 25 марта 2024 г. в совокупности с иными доказательствами (фотоматериалы, показания свидетелей, данные о ранее введенном в эксплуатацию приборе), вправе признать его достоверным независимо от даты его вручения ответчикам.

Ответчики, получив акт даже спустя месяц, не лишались права заявить требованием о проведении повторного контрольного снятия показаний в своём присутствии. Однако материалами дела подтверждается, что с момента получения акта в апреле 2024 года ни ФИО1, ни ФИО2 с подобным требованием к истцу не обращались. Доказательств обратного суду не представлено.

Следовательно, реализация права на оспаривание акта путём повторной проверки зависела исключительно от волеизъявления самих ответчиков и не была обусловлена датой получения документа. Невозможность проведения повторной проверки наступила не из-за действий истца, а вследствие хищения прибора учёта неустановленными лицами, риск утраты которого лежит на собственнике (ст. 210 ГК РФ, п. 80(1) Правил № 354).

Доказательств того, что несвоевременное получение акта повлекло за собой неустранимые последствия, в силу которых ответчики были лишены возможности защищать свои права, материалы дела не содержат.

В Правилах N 354 указано, что понятие "утрата прибора учёта электрической энергии" используется в настоящих Правилах в значении, определенном Основными положениями функционирования розничных рынков электрической энергии, утвержденными постановлением Правительства Российской Федерации от 4 мая 2012 г. N 442 "О функционировании розничных рынков электрической энергии, полном и (или) частичном ограничении режима потребления электрической энергии".

В соответствии с абзацем 11 пункта 136 Основных положений N 442 под утратой прибора учёта для целей настоящего постановления понимается отсутствие результатов измерений и информации о состоянии такого прибора учёта по истечении 180 дней с даты последнего снятия показаний с прибора учёта.

Согласно пункта 81(12) Правил N 354 прибор учёта считается вышедшим из строя в случаях: не отображения приборами учёта результатов измерений; нарушения контрольных пломб и (или) знаков поверки; механического повреждения прибора учёта; превышения допустимой погрешности показаний прибора учёта; истечения межповерочного интервала поверки приборов учёта с учётом особенностей, предусмотренных пунктом 80(1) настоящих Правил.

В силу пункта 81(13) потребитель в случае выхода прибора учёта из строя (неисправности) обязан незамедлительно известить об этом исполнителя, сообщить показания прибора учёта на момент его выхода из строя (возникновения неисправности) и обеспечить устранение выявленной неисправности (осуществление ремонта, замены) в течение 30 дней со дня выхода прибора учёта из строя (возникновения неисправности), за исключением случаев, предусмотренных пунктом 80(1) настоящих Правил.

В соответствии с пунктом 84 Правил N 354 при непредставлении потребителем исполнителю показаний индивидуального или общего (квартирного) прибора учёта в течение 6 месяцев подряд исполнитель не позднее 15 дней со дня истечения указанного 6-месячного срока, иного срока, установленного договором, содержащим положения о предоставлении коммунальных услуг, и (или) решениями общего собрания собственников помещений в многоквартирном доме, обязан провести указанную в пункте 82 настоящих Правил проверку и снять показания прибора учёта.

В силу подпункта "б" пункта 82, пункта 83 Правил N 354 на исполнителя возлагается обязанность проводить проверки достоверности представленных потребителями сведений о показаниях индивидуальных приборов учёта путем сверки их с показаниями соответствующего прибора учёта на момент проверки (в случаях, когда снятие показаний таких приборов учёта и распределителей осуществляют потребители).

Проверки, указанные в пункте 82 настоящих Правил, должны проводиться исполнителем не реже 1 раза в год, а если проверяемые приборы учёта расположены в жилом помещении потребителя, то не чаще 1 раза в 3 месяца.

Из обстоятельств дела следует и это установлено судом апелляционной инстанции, что снятие и передача показаний прибора учёта ответчиками не осуществлялись, оплата электроэнергии надлежащим образом не производилась, о неизменности показаний при потреблении электроэнергии в ресурсоснабжающую компанию не сообщалось.

Также суд апелляционной инстанции отмечает, что ни управляющая компания, как исполнитель, ни ресурсоснабжающая компания, ответственные за снятие показаний прибора учёта, на протяжении длительного времени не осуществляли контроль и учёт правильности, достоверности измерений электроэнергии, принимал оплату без приёма соответствующих показаний электросчётчика.

25 марта 2024 г. проверка прибора учёта производилась визуальным способом, что следует из видеозаписи, инструментальные способы не применялись. Измерения приборами, как следует из видеозаписи, производились в отношении иных приоров учёта, не относящихся к квартире № принадлежащей ответчикам.

Пояснения свидетелей о том, что в ходе проверки применялись инструменты, судебная коллегия отклоняет как недостоверные, поскольку применительно к прибору учёта, установленному для квартиры №, это обстоятельство не было подтверждено материалами дела и результатами видеосъёмки.

Между тем данное обстоятельство само по себе не свидетельствует о недействительности итогового результата осмотра прибора учёта.

Ответчики, оспаривая достоверность показаний прибора учёта, зафиксированных в акте от 25 марта 2024 года, ссылаются на положения абзаца 11 пункта 136 Основных положений № 442, исходят из того, что, поскольку снятие показаний прибора учёта не осуществлялось с сентября 2018 года, по истечении 180 дней прибор подлежал признанию утраченным, в связи с чем его показания от 25 марта 2024 года не могут быть использованы для расчёта задолженности.

Судебная коллегия находит указанный довод основанным на неверном толковании норм материального права.

Закон чётко различает понятия «утрата» и «непредставление показаний». Непредставление показаний – основание для расчёта по среднему/нормативу (п. 59-60 Правил № 354). Утрата – физическое отсутствие прибора либо невозможность получения данных о его состоянии (п. 136 Основных положений № 442).

Системное толкование указанных ранее норм позволяет сделать вывод, что законодатель связывает понятие "утрата" не с абстрактным истечением срока непредставления показаний, а с фактической невозможностью получения результатов измерений и информации о состоянии прибора. При этом пункт 81(12) Правил предоставления коммунальных услуг № 354 устанавливает исчерпывающий перечень случаев, когда прибор учёта считается вышедшим из строя: неотображение приборами учёта результатов измерений; нарушение контрольных пломб и (или) знаков поверки; механическое повреждение прибора учёта; превышение допустимой погрешности показаний прибора учета; истечение межповерочного интервала.

Указанные обстоятельства отсутствовали на момент проведения проверки 25 марта 2024 года.

Материалами дела подтверждено, что 25 марта 2024 года прибор учёта находился в месте установки – в шкафу в подвальном помещении многоквартирного дома по адресу: **

В ходе визуального осмотра, проведённого представителями сетевой организации и управляющей компании, зафиксировано: наличие прибора учёта типа ЦЭ 6803М с заводским номером №; показания прибора – 72 210 кВт/ч; сохранность контрольных пломб (на клеммной крышке №, на вводном аппарате №); отсутствие механических повреждений корпуса прибора.

Указанные обстоятельства зафиксированы в акте технического осмотра от 25 марта 2024 г., подписанном представителем управляющей компании без замечаний, и подтверждены видеозаписью, исследованной в судебном заседании.

Таким образом, на момент проверки 25 марта 2024 г. прибор учёта не являлся утраченным, поскольку результаты измерений и информация о состоянии прибора и сохранности пломб были получены.

Длительное непредставление потребителем показаний прибора учёта (с сентября 2018 года) само по себе не влечёт признание прибора утраченным. Указанное обстоятельство является основанием для применения расчётных способов определения объёма потребления (пункты 59, 60 Правил № 354), но не для констатации утраты прибора.

Законодатель разделяет: утрату прибора – физическое отсутствие прибора либо невозможность получения данных о его состоянии; непредставление показаний – неисполнение потребителем обязанности по передаче данных при наличии исправного прибора.

В рассматриваемом случае имело место именно непредставление показаний при наличии исправного прибора, что подтверждено проверкой 25 марта 2024 г.

Довод ответчиков о том, что по истечении 180 дней с даты последнего снятия показаний (сентябрь 2018) прибор подлежал признанию утраченным, не основан на законе.

Пункт 155(1) Основных положений № 442, на который ссылаются ответчики, регулирует ситуацию, когда прибор учёта вышел из строя или утрачен, и это обстоятельство установлено в установленном порядке. Для признания прибора утраченным необходимо: либо обращение потребителя о выходе прибора из строя (п. 81(13) Правил № 354), либо выявление факта отсутствия прибора в ходе проверки.

Ни того, ни другого до 25 марта 2024 г. не произошло, поскольку ответчики не обращались к исполнителю с сообщением о неисправности или утрате прибора; сетевая организация, не проводя проверок, не имела оснований констатировать утрату прибора.

Более того, пункт 179 Основных положений № 442 устанавливает, что в случаях отсутствия, неисправности, утраты или истечения межповерочного интервала расчётного прибора учёта определение объёма потребления производится на основании замещающей информации. Именно так и поступал истец в период с 2018 по 2024 год, рассчитывая плату по среднемесячным показаниям и нормативу.

Материалами дела подтверждено, что 27 марта 2024 года прибор учёта был похищен неустановленными лицами. Данное обстоятельство зафиксировано как истцом, так и ответчиками, и явилось основанием для обращения ответчика ФИО1 в УМВД России по г. Кызылу.

Таким образом, утрата прибора учёта произошла после проведения проверки и фиксации показаний. Для расчёта задолженности правовое значение имеет состояние прибора на момент последнего достоверного снятия показаний – 25 марта 2024 г. Последующая утрата прибора (хищение) не может влиять на достоверность показаний, снятых до момента утраты, и не лишает эти показания доказательственной силы.

Довод ответчиков об отсутствии причинно-следственной связи между актом проверки и действиями по взысканию задолженности основан на неверном толковании обстоятельств дела. Причинно-следственная связь в данном споре существует между фактическим потреблением электрической энергии в объёме, превышающем оплаченный, и обязанностью ответчиков этот объём оплатить. Акт от 25 марта 2024 г. не является причиной возникновения долга, а лишь фиксирует его фактический размер, выявленный в ходе контрольного мероприятия, что является законным основанием для произведения перерасчёта и последующего обращения в суд за взысканием. Отсутствие такого акта при наличии неоплаченного ресурса не освобождало бы ответчиков от обязанности по оплате, однако делало бы невозможным определение подлежащей взысканию суммы.

В силу пункта 80(1) Правил № 354 именно на собственнике жилого помещения лежит обязанность обеспечить сохранность и целостность прибора учета электрической энергии, включая пломбы и знаки визуального контроля.

Ответчики, зная о нахождении прибора учета в подвальном помещении (месте, доступном для третьих лиц), не предприняли мер к его защите (установка запирающего устройства, перенос в квартиру, регулярный визуальный контроль). Длительное бездействие ответчиков по обеспечению сохранности своего имущества не может создавать неблагоприятные последствия для истца и не является основанием для освобождения от оплаты фактически потребленного ресурса.

Пункт 81(13) Правил № 354 возлагает на потребителя обязанность незамедлительно известить исполнителя о выходе прибора учета из строя. Ответчики таких извещений не направляли. Более того, оспаривая достоверность показаний, они не представили суду: заключение специалиста о некорректной работе прибора как до проведения проверки, так и после её проведения; акт инструментальной проверки, подтверждающий превышение допустимой погрешности; доказательства нарушения пломб или механического повреждения прибора.

При таких обстоятельствах суд приходит к выводу, что прибор учёта электрической энергии, установленный в жилом помещении ответчиков, не подлежал признанию утраченным до 25 марта 2024 года, поскольку результаты измерений были получены в ходе проверки; информация о состоянии прибора была установлена визуальным осмотром; признаки неисправности прибора (п. 81(12) Правил № 354) отсутствовали; ответчики не исполняли обязанность по извещению исполнителя о выходе прибора из строя.

Доводы ответчиков о необходимости признания прибора утраченным по истечении 180 дней с даты последнего снятия показаний основаны на неверном толковании пункта 136 Основных положений № 442 и не учитывают, что данная норма регулирует ситуацию фактической невозможности получения данных, а не формального истечения срока непредставления показаний при наличии исправного прибора.

В соответствии с п. 59, 60 Правил N 354, плата за коммунальную услугу, предоставленную потребителю в жилом помещении за расчётный период, определяется исходя из рассчитанного среднемесячного объёма потребления коммунального ресурса потребителем, определенного по показаниям индивидуального или общего (квартирного) прибора учёта за период не менее 6 месяцев, а если период работы прибора учёта составил меньше 6 месяцев, - то за фактический период работы прибора учёта, но не менее 3 месяцев, в следующих случаях и за указанные расчётные периоды: а) в случае выхода из строя или утраты ранее введенного в эксплуатацию индивидуального, общего (квартирного), комнатного прибора учёта либо истечения срока его эксплуатации, определяемого периодом времени до очередной поверки, - начиная с даты, когда наступили указанные события, а если дату установить невозможно, - то начиная с расчётного периода, в котором наступили указанные события, до даты, когда был возобновлен учёт коммунального ресурса путем введения в эксплуатацию соответствующего установленным требованиям индивидуального, общего (квартирного), комнатного прибора учёта, но не более 3 расчётных периодов подряд для жилого помещения и не более 2 расчётных периодов подряд для нежилого помещения. По истечении предельного количества расчётных периодов, указанных в пункте 59 Правил, за которые плата за коммунальную услугу определяется по данным, предусмотренным указанным пунктом, плата за коммунальную услугу, предоставленную в жилое помещение, рассчитывается исходя из нормативов потребления коммунальных услуг с применением повышающего коэффициента, величина которого принимается равной 1,5.

Из пункта 61 Правил N 354 следует, что если в ходе проводимой исполнителем проверки достоверности предоставленных потребителем сведений о показаниях индивидуальных, общих (квартирных), комнатных приборов учёта и (или) проверки их состояния исполнителем будет установлено, что прибор учёта находится в исправном состоянии, в том числе пломбы на нем не повреждены, но имеются расхождения между показаниям проверяемого прибора учёта (распределителей) и объёмом коммунального ресурса, который был предъявлен потребителем исполнителю и использован исполнителем при расчёте размера платы за коммунальную услугу за предшествующий проверке расчётный период, то исполнитель обязан произвести перерасчёт размера платы за коммунальную услугу и направить потребителю в сроки, установленные для оплаты коммунальных услуг за расчётный период, в котором исполнителем была проведена проверка, требование о внесении доначисленной платы за предоставленные потребителю коммунальные услуги либо уведомление о размере платы за коммунальные услуги, излишне начисленной потребителю. Излишне уплаченные потребителем суммы подлежат зачету при оплате будущих расчётных периодов.

Перерасчёт размера платы должен быть произведен исходя из снятых исполнителем в ходе проверки показаний проверяемого прибора учёта. Данное нормативное регулирование носит императивный характер и обязывает произвести перерасчёт потребителю за все время, то есть с того расчётного периода, когда он не передавал показания ИПУ, и до расчётного периода, когда он такие показания передал или когда значение этих показаний было установлено в результате проверки (третий абзац пункта 61).

При этом, если потребителем не будет доказано иное, объём (количество) коммунального ресурса в размере выявленной разницы в показаниях считается потребленным потребителем в течение того расчётного периода, в котором исполнителем была проведена проверка. Исключений из данного правила не предусмотрено.

Следовательно, для целей расчёта размера платы за коммунальную услугу при её перерасчёте исполнителем производится или доначисление объёмов потребленной коммунальной услуги потребителю, или исключение излишне начисленных потребителю объёмов коммунальной услуги в том расчётном периоде, в котором делается перерасчёт. Излишне уплаченные потребителем суммы подлежат зачету при оплате будущих расчётных периодов.

Сторонами по делу не оспаривалось и это подтверждается материалами дела, что ФИО5 с 25 января 2010 г. в различных должностях работала и работает в АО Россети (л.д. 187-197, т.1)

Приказом № от 29 сентября 2022 г. по АО Россети Сибирь Тываэнерго ФИО6 уволена с должности ** в связи с прекращением **, если выполняемая работа требует такого допуска (п. 10 ч. 1 ст 83 ТК РФ)

17 октября 2023 г. приказом № ФИО5 восстановлена в прежней должности на основании решения Верховного суда Республики Тыва от 16 октября 2023 г.

Из копии апелляционного определения Пятого апелляционного суда общей юрисдикции от 22 октября 2024 г. следует, что решением Верховного суда Республики Тыва от 16 октября 2023 г. исковые требования ФИО5 были удовлетворены. Признан незаконным приказ от 22 июля 2022 г. № о наложении на ФИО5 дисциплинарного взыскания в виде **. Признан незаконным приказ от 23 сентября 2022 г. № в части наложения на истца в виде ** Признано незаконным решение от 26 июня 2019 г. о допуске ФИО5 к сведениям, **. Признан незаконным приказ от 22 сентября 2022 г. № о расторжении трудового договора. ФИО5 восстановлена в должности ** АО «Россети Сибирь Тываэнерго». В пользу истца взыскана заработная плата за время вынужденного прогула, компенсация морального вреда. С АО «Россети Сибирь Тываэнерго» в бюджет городского округа «город Кызыл Республики Тыва» взыскана государственная пошлина. Решение суда в части восстановления на работе приведено к немедленному исполнению.

С указанным решением в части компенсации морального вреда не согласилась истец, подав апелляционную жалобу. Представитель ответчика также в апелляционной жалобе просил решение суда отменить и принять новый судебный акт.

Апелляционным определением Пятого апелляционного суда общей юрисдикции от 6 февраля 2024 г. решение Верховного суда Республики Тыва от 16 октября 2023 г. оставлено без изменения, апелляционные жалобы истца и представителя ответчика – без удовлетворения. В кассационном порядке указанные выше судебные акты не обжаловались.

В соответствии с изменениями (дополнением) в Положение о секторе логистики и материально-технического обеспечения отдела логистики и материально–технического обеспечения № 30.1 п. 7 «ответственность» изложена в следующей редакции: Собственник несёт ответственность за своевременную и в полном объёме оплату потреблённой электроэнергии (мощности) и оказание услуги в соответствии с выбранным вариантом тарифа на условиях и в порядке, предусмотренном действующим законодательством; за факт самовольного (безучётного) подключения и использования (хищения) электрической энергии, а также вмешательство в работу прибора учёта (нарушение (повреждение) пломб и (или) знаков визуального контроля), которое привело к искажению данных об объёме потребления электрической энергии (мощности).

Апелляционным определением Верховного суда Республики Тыва от 19 февраля 2025 г. в рамках гражданского дела № 2-4342/2024 решение Кызылского городского суда Республики Тыва от 24 сентября 2024 года было отменено, принято новое решение следующего содержания: «В удовлетворении искового заявления Л. к ФИО1 о защите чести, достоинства и деловой репутации, компенсации морального вреда отказать».

Основанием для обращения в суд послужило заявление управляющего директора АО «Россети Сибирь Тываэнерго» Л. о защите чести и достоинства. Истец указал, что его подчиненная ФИО1, работавшая ** в обращениях к вышестоящему руководству распространила сведения о том, что он предлагал ей работать «незаконно» и требовал денежные средства («откаты») от закупок. Суд апелляционной инстанции отменил решение первой инстанции и отказал в иске, придя к выводу, что ответчик реализовывала конституционное право на обращение к работодателю, действовала в рамках должностных обязанностей, и ее действия не являлись злоупотреблением правом. Кроме того, суд указал на необходимость большей терпимости истца как публичного лица к критике своей профессиональной деятельности.

Ответчики, оспаривая достоверность показаний прибора учёта, зафиксированных в акте от 25 марта 2024 года, ссылаются на то, что прибор учёта расположен в подвальном помещении, доступ к которому имеют неограниченный круг лиц. С учётом наличия трудового конфликта между ответчиком ФИО1 и руководством истца, ответчики полагают, что не исключается возможность повреждения прибора учета либо вмешательства в его работу третьими лицами с целью искусственного завышения показаний и, как следствие, создания задолженности.

Разрешая доводы стороны о том, что предъявленный иск является следствием личных неприязненных отношений и злоупотребления правом со стороны истца, суд приходит к следующим выводам.

В соответствии с пунктом 1 статьи 10 Гражданского кодекса РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом). При этом добросовестность участников гражданских правоотношений предполагается, пока не доказано иное.

Ответчик, заявляя о злоупотреблении правом, обязан в силу статьи 56 ГПК РФ представить суду бесспорные доказательства того, что действия истца имели единственную цель – причинение вреда ответчику, либо являлись заведомо недобросовестными. Таких доказательств суду не было представлено.

Довод ответчика о том, что наличие трудового конфликта с руководством истца создаёт вероятность повреждения прибора учёта третьими лицами, суд находит надуманным и спекулятивным. Он носит исключительно предположительный характер и не подтверждён какими-либо относимыми и допустимыми доказательствами; он построен на догадках и субъективных ощущениях, что не может быть положено в основу судебного решения (ст. 195 ГПК РФ).

Более того, данный довод опровергается совокупностью иных доказательств, имеющихся в материалах дела.

Трудовой спор между работником и работодателем разрешён в судебном порядке; ответчик восстановлена на работе и продолжает трудовую деятельность в АО «Россети Сибирь Тываэнерго» до настоящего времени. Истцом не представлено доказательств того, что после завершения трудового спора в отношении ответчика совершались какие-либо противоправные действия, связанные с её статусом работника.

Судебной коллегией установлено, что задолженность ответчика за потреблённую электрическую энергию образовалась не в связи с действиями истца, а в связи с неисполнением самим ответчиком обязанностей по оплате коммунальных услуг.

Из материалов дела следует, что последние показания прибора учёта передавались ответчиком в сентябре 2018 года. С октября 2018 года по июнь 2022 года расчёт производился по среднемесячным показаниям, а с июля 2022 года – по нормативу. Таким образом, задолженность начала формироваться задолго до возникновения трудового конфликта (сентябрь 2022 года) и до проведения проверки (март 2024 года).

Сам факт наличия трудовых отношений между сторонами не освобождает её как потребителя от обязанности своевременно и в полном объёме вносить плату за коммунальные услуги. Действующее законодательство не предусматривает каких-либо исключений для оплаты электроэнергии сотрудниками ресурсоснабжающих организаций.

Довод ответчика о том, что задолженность образовалась в период вынужденного прогула и отсутствия дохода, также не может быть принят судом во внимание. Риск временного отсутствия дохода является личным риском гражданина и не может служить основанием для освобождения от оплаты фактически потреблённых энергоресурсов. Более того, как указала сама ответчик, после получения компенсации за вынужденный прогул она погасила задолженность, однако в том размере, который считала правильным, а не в размере фактического потребления, зафиксированного прибором учёта. Данное обстоятельство свидетельствует о наличии спора об объёме обязательств, а не о злоупотреблении правом со стороны истца.

Анализ хронологии событий, установленной судом, опровергает доводы ответчика о том, что проверка 25 марта 2024 года и последующее обращение в суд являются формой давления на нее как на работника, восстановившего свои трудовые права.

Ответчик ФИО1 была восстановлена на работе 17 октября 2023 г., тогда как проверка была проведена 25 марта 2024 г., что опровергает довод ответчика ФИО1 о том, что сразу после восстановления её на работе работодатель инициировал проверку прибора учёта.

Как следует из материалов дела, проверка прибора учёта проводилась истцом в рамках реализации прав, предоставленных ему подпунктом "г" пункта 32 Правил предоставления коммунальных услуг № 354, согласно которому исполнитель имеет право осуществлять проверку приборов учета, установленных вне помещений, без присутствия потребителя. Проверка носила плановый характер и была направлена на установление фактического объёма потребления электроэнергии, что является прямой обязанностью ресурсоснабжающей организации.

Судебная коллегия учитывает, что ответчик ФИО1 продолжает работать в АО «Россети Сибирь Тываэнерго» до настоящего времени. В случае наличия у ответчика доказательств реального преследования либо создания невыносимых условий труда, она не лишена возможности защищать свои трудовые права в установленном Трудовым кодексом РФ порядке. Однако в рамках настоящего гражданско-правового спора о взыскании задолженности за электроэнергию данные обстоятельства правового значения не имеют.

Ссылка ответчика на апелляционное определение Верховного суда Республики Тыва от 19 февраля 2025 года по делу о защите чести, достоинства и деловой репутации также не может быть принята судом, поскольку указанным судебным актом разрешен иной спор с иными обстоятельствами и иным предметом доказывания. То обстоятельство, что ответчик реализовывала конституционное право на обращение к работодателю в рамках одного дела, не свидетельствует о злоупотреблении правом со стороны истца в рамках другого, гражданско-правового спора.

В силу статьи 10 Гражданского кодекса РФ для квалификации действий как злоупотребления правом необходимо установить, что лицо действовало исключительно с намерением причинить вред другому лицу. Между тем, как следует из материалов дела, истец реализовал своё законное право на контрольное снятие показаний прибора учёта и последующее взыскание задолженности.

Прибор учёта, показания которого зафиксированы 25 марта 2024 года, находился в исправном состоянии, пломбы не нарушены. Факт хищения прибора неустановленными лицами 257 марта 2024 года не может быть поставлен в вину истцу и не свидетельствует о незаконности его действий.

Крайне важным обстоятельством, опровергающим доводы о злоупотреблении правом, судебная коллегия признаёт то, что ответчик ФИО1, будучи осведомлённой о своей обязанности оплачивать электроэнергию и работая в самой ресурсоснабжающей организации, с сентября 2018 года по март 2024 года (более 5 лет) не передавала показания прибора учета, не производила сверку с реальными показаниями прибора учёта.

Действуя добросовестно и разумно, ответчик, являясь работником истца, имела реальную возможность инициировать проверку прибора учета либо урегулировать вопрос о порядке оплаты, однако этого не сделала.

При таких обстоятельствах судебная коллегия приходит к выводу, что действия истца по обращению в суд с иском о взыскании задолженности являются реализацией законного права на судебную защиту, гарантированного статьей 46 Конституции РФ, и не могут расцениваться как злоупотребление правом.

Ответчики в обоснование своих возражений ссылаются на то, что истец АО «Россети» длительное время с 2018 по 2024 год не предпринимал мер по проверке прибора учета, не производил начислений по фактическим показаниям, ограничиваясь среднемесячными значениями и нормативами, что, по мнению ответчиков, свидетельствует о пассивной позиции истца и, как следствие, о злоупотреблении правом с его стороны.

Судебная коллегия находит указанный довод несостоятельным и основанным на неверном толковании норм материального права и фактических обстоятельств дела по следующим основаниям.

В соответствии с пунктами 59 и 60 Правил № 354, в случае непредставления потребителем показаний индивидуального прибора учета расчёт платы производится последовательно: в первые 3 месяца – исходя из рассчитанного среднемесячного объема потребления коммунального ресурса (п. 59 Правил № 354); по истечении указанного периода – исходя из нормативов потребления коммунальных услуг (п. 60 Правил № 354).

Материалами дела подтверждено и ответчиками не оспаривается, что последние показания прибора учёта передавались потребителем в сентябре 2018 года. С октября 2018 года по июнь 2022 года (включительно) истец производил начисление платы исходя из рассчитанного среднемесячного объема, а с 1 июля 2022 года по день проведения проверки 25 марта 2024 года – исходя из норматива потребления.

Таким образом, действия истца по начислению платы в указанный период полностью соответствовали установленному законом порядку. Действуя по нормативу, истец не бездействовал, а в условиях отсутствия данных от потребителя применял легальный (расчётный) способ определения объема ресурса. Пассивность потребителя, более 5 лет не исполнявшего обязанность по передаче показаний, не может быть вменена в вину ресурсоснабжающей организации.

Довод ответчиков о том, что истец обязан был проверить прибор учёта ранее, не основан на законе.

Подпунктом «г» пункта 32 Правил № 354 установлено, что исполнитель имеет право осуществлять проверку достоверности передаваемых сведений о показаниях приборов учета. Пунктом 82 Правил № 354 предусмотрена обязанность исполнителя проводить такие проверки не реже 1 раза в год, однако данная обязанность корреспондирует с правом потребителя на достоверные начисления, но не лишает исполнителя права взыскать плату за фактически потреблённый ресурс, выявленный при проверке, вне зависимости от того, когда такая проверка была проведена.

Более того, пункт 61 Правил № 354 прямо предусматривает механизм перерасчёта платы в случае, если при проверке выявлены расхождения между переданными (или отсутствующими) показаниями и фактическими. Данная норма не ставит право на перерасчёт в зависимость от того, насколько «своевременно» была проведена проверка. Единственным условием является достоверность зафиксированных показаний и исправность прибора учета, что в рассматриваемом деле подтверждено материалами проверки от 25 марта 2024 года.

В рассматриваемом случае судебная коллегия не усматривает в поведении истца признаков недобросовестности, поскольку истец не уклонялся от получения платы: он ежемесячно выставлял счёта по нормативу, которые ответчиком частично оплачивались. Целью истца являлось получение платы за фактически потреблённый ресурс, что соответствует основной цели его деятельности. Истец не препятствовал ответчику в передаче показаний, длительное время не ограничивал его доступ к прибору учёта (который находился в подвале), не создавал искусственных препятствий для оплаты. Образование задолженности в крупном размере явилось следствием исключительно бездействия самого ответчика, который на протяжении более 5 лет (с 2018 по 2024 год) не исполнял обязанность по передаче показаний и не контролировал объем своего потребления.

Суд также учитывает, что прибор учёта находился в исправном состоянии, был опломбирован и фиксировал реальное потребление. Ответчик, действуя разумно и осмотрительно, имел возможность в любой момент (в том числе ежемесячно при снятии показаний для оплаты) сопоставить свой фактический расход с начислениями по нормативу и принять меры к выяснению причин расхождений. Длительное бездействие самого потребителя не может служить основанием для освобождения его от обязанности оплатить фактически потреблённый ресурс.

Судебная коллегия обращает внимание на противоречивость доводов ответчика.

С одной стороны, ответчики утверждают, что истец действовал недобросовестно, длительное время не проводя проверку и накапливая долг. С другой стороны, именно в тот период, когда истец производил начисление по нормативу (то есть не проводил проверку и не использовал показания прибора), ответчик получал заниженные счета и имел возможность оплачивать их в меньшем размере, чем фактически потреблял.

Если бы истец провёл проверку раньше, ответчик был бы обязан оплатить фактическое потребление ранее, что поставило бы его в то же материальное положение, но с иной датой исполнения обязательства. Следовательно, интересы ответчика нарушены не самим фактом взыскания, а лишь необходимостью единовременно оплатить крупную сумму. Однако данное обстоятельство не является следствием злоупотребления правом со стороны истца, а является следствием длительного неисполнения самим ответчиком обязанности по контролю за собственным потреблением и передаче показаний.

Исходя из закреплённого в ст. 10 Гражданского кодекса РФ принципа добросовестности участников гражданских правоотношений, судебная коллегия приходит к выводу о том, что доказательств того, что истец, не проводя проверку в более ранние периоды, преследовал цель причинить вред ответчику либо действовал в обход закона, суду не представлено. Напротив, поведение истца полностью соответствовало требованиям жилищного законодательства и сложившейся практике взаимоотношений ресурсоснабжающих организаций с потребителями.

При таких обстоятельствах судебная коллегия приходит к выводу, что в действиях АО «Россети Сибирь Тываэнерго» отсутствуют признаки злоупотребления правом, а доводы ответчиков в указанной части основаны на неверном толковании норм материального права и фактических обстоятельств дела.

Проверяя расчёт задолженности, предоставленный истцом, судебная коллегия исходит из того, что постановлением Службы по тарифам Республики Тыва от 29 декабря 2021 года № 61 «Об установлении цен (тарифов) на электрическую энергию для населения и приравненным к нему категориям потребителей по Республике Тыва на 2022 год» с 1 июля 2022 года для потребителей - населения, проживающего в городских населённых пунктах в домах с электроплитами, был установлен льготный тариф в размере 2,68 руб./кВт•ч.

С 1 декабря 2022 года по 31 декабря 2023 года действовал тариф в размере 2,92 руб./кВт•ч, утверждённый приказом Департамента по тарифам от 18 ноября 2022 года № 40 «Об установлении цен (тарифов) на электрическую энергию для населения и приравненным к нему категориям потребителей по Республике Тыва на 2023 год».

С 1 января по 1 мая 2023 года в Кызыле и Республике Тыва для населения, проживающего в городских населённых пунктах в домах с электроплитами, действовал тариф, установленный постановлением Службы по тарифам Республики Тыва от 18 ноября 2022 года №40 «Об установлении цен (тарифов) на электрическую энергию для населения и приравненным к нему категориям потребителей по Республике Тыва» в размере 2,92 руб./кВт•ч.

С 1 мая 2023 года на основании постановления Службы по тарифам Республики Тыва от 7 апреля 2023 года №11 стоимость электроэнергии для жителей домов с электроплитами была скорректирована. Для этой группы потребителей был установлен тариф 2,93 руб./кВт•ч.

Постановлением Службы по тарифам Республики Тыва от 13 июня 2024 года № 15 тариф на электроэнергию для населения на период с 1 июля по 31 декабря 2024 года установлен в размере 3.19 руб./кВт•ч

По результатам проверки представленного истцом расчёта задолженности судебная коллегия приходит к выводу, что он содержит методологические ошибки и подлежит корректировке. Судебная коллегия не может согласиться с указанным расчётом в силу следующего.

Истцом неправильно определён период применения среднемесячного объёма. Включение в расчёт начислений за март-июнь 2024 отдельной строкой при одновременном учёте этого же периода в общем объёме 58 137 кВт.ч приводит к двойному счёту.

Также истцом применён единый тариф 2,93 руб./кВт.ч ко всему периоду с 30.06.2022 г. по 25.03.2024 г., тогда как в указанный период действовали различные тарифы, установленные Службой по тарифам Республики Тыва, которые судебной коллегией перечислены в настоящем определении выше.

В расчёте допущена арифметическая ошибка: дважды указана сумма 8 303,62 руб. за апрель 2024 года при отсутствии начислений за май 2024 года в правильной последовательности.

Производя самостоятельный расчёт, судебная коллегия исходит из следующего.

Общий объём потребления за период с 30 июня 2022 г. по 25 марта 2024 г. составляет 58 137 кВт.ч (72 210 - 14 073). Поскольку точное помесячное распределение объёма установить невозможно, суд применяет пропорциональный метод исходя из количества дней в каждом периоде действия тарифов. Общее количество дней в расчётном периоде (с 01.07.2022 по 25.03.2024) составляет 634 дня.

Период Дни Тариф Объём (кВт.ч) Сумма (руб.)

01.07.2022-30.11.2022 153 2,68 14 029 37 597,72

01.12.2022-30.04.2023 151 2,92 13 848 40 436,16

01.05.2023-31.12.2023 245 2,93 22 467 65 828,31

01.01.2024-25.03.2024 85 2,92 7 793 22 755,56

ИТОГО 634 58 137 166 617,75

За период с 26.03.2024 г. по 30.06.2024 г., в связи с хищением прибора учёта, начисления подлежат расчёту по среднемесячному объёму 2 742 кВт.ч (пункт 59 Правил № 354). С учётом того, что в марте 2024 года прибор учёта находился в эксплуатации только 6 дней (с 26 по 31 марта), объём за март составит 531 кВт.ч (2 742 ? 31 ? 6).

Месяц Объём (кВт.ч) Тариф Сумма (руб.)

Март 2024 (26.03-31.03) 531 2,92 1 550,52

Апрель 2024 2 742 2,92 8 006,64

Май 2024 2 742 2,92 8 006,64

Июнь 2024 2 742 2,92 8 006,64

ИТОГО 25 570,44

За период с 01.07.2024 г. по 31.08.2024 г. начисления производятся по нормативу 166 кВт/ч в месяц на одного человека с применением тарифа, установленного с 01.07.2024 (3,19 руб./кВт.ч).

Месяц Объём (кВт.ч) Тариф Сумма (руб.)

Июль 2024 166 3,19 529,54

Август 2024 166 3,19 529,54

ИТОГО 1 059,08

Таким образом, общая сумма начислений за период с 30.06.2022 г. по 31.08.2024 г. составляет: 166 617,75 руб. + 25 570,44 руб. + 1 059,08 руб. = 193 247,27 руб.

С учётом произведённых ответчиком оплат (23.03.2024 г. в размере 13 752 руб.; 13.08.2024 г. – 2 253,97 руб.) размер задолженности на 31 августа 2024 г. составляет: 193 247,27 руб. - 13 752 руб. - 2 253,97 руб. = 177 241,30 руб.

Судебная коллегия признаёт указанный расчёт арифметически верным, соответствующим требованиям действующего законодательства и фактическим обстоятельствам дела.

С учётом изложенного, требования истца подлежат удовлетворению частично, в размере 177 241,30 руб. в качестве основного долга. В остальной части (3 833,40 руб.) в удовлетворении иска следует отказать в связи с необоснованностью расчёта.

Проверяя представленный истцом расчёт пеней в размере 7 340,61 руб., судебная коллегия находит его не соответствующим требованиям части 14 статьи 155 Жилищного кодекса РФ и Постановления Правительства РФ от 26.03.2022 № 474.

В соответствии с частью 14 статьи 155 ЖК РФ лица, несвоевременно и (или) не полностью внесшие плату за жилое помещение и коммунальные услуги, обязаны уплатить кредитору пени:

- за каждый день просрочки начиная с 31-го дня, следующего за днем наступления установленного срока оплаты, по день фактической оплаты, произведенной в течение 90 календарных дней со дня наступления установленного срока оплаты, либо до истечения 90 календарных дней после дня наступления установленного срока оплаты, если в 90-дневный срок оплата не произведена, - в размере 1/300 ставки рефинансирования Центрального банка Российской Федерации;

- начиная с 91-го дня, следующего за днем наступления установленного срока оплаты, по день фактической оплаты - в размере 1/130 ставки рефинансирования Центрального банка РФ.

В соответствии с пунктом 1(1) Постановления Правительства РФ от 26.03.2022 № 474 «О некоторых особенностях регулирования жилищных отношений в 2022 - 2024 годах» (в редакции, действовавшей в спорный период) начисление и уплата пеней в случае неполного и (или) несвоевременного внесения платы за жилое помещение и коммунальные услуги осуществляются исходя из минимального значения ключевой ставки Центрального банка Российской Федерации из следующих значений: ключевая ставка Центрального банка Российской Федерации, действующая по состоянию на 27 февраля 2022 г., и ключевая ставка Центрального банка Российской Федерации, действующая на день фактической оплаты.

Указанное правило подлежит применению ко всему периоду начисления пеней с июля 2022 года по август 2024 года.

Размеры ключевой ставки Центрального банка Российской Федерации за разные периоды составляли следующие значения: 19,00% за период 16 сентября 2024 г. - 27 октября 2024 г.;18,00.% за период 29 июля 2024 г. - 15 сентября 2024 г.; 16% за период 18 декабря 2023 г. - 28 июля 2024 г.; 15% за период 30 октября 2023 г. - 17 декабря 2023 г.; 13,00% за период 18 сентября 2023 г. - 29 октября 2023 г.; 12,00% за период 15 августа 2023 г. - 17 сентября 2023 г., 8,50% за период 24 июля 2023 г. - 14 августа 2023 г., 7,50% за период 19 сентября 2022 г. - 23 июля 2023 г., 8,00% за период 25 июля 2022 г. - 18 сентября 2022 г., 9,50% за период 14 июня 2022 г. - 24 июля 2022 г.

С учётом ограничения, введённого Постановлением Правительства РФ № 474 с 28 февраля 2022 года до 1 января 2027 года при расчёте пеней применяется особый порядок — наименьшее значение из ключевой ставки ЦБ РФ, действовавшей на 27 февраля 2022 года (9,5%); ключевой ставки ЦБ РФ на день фактической оплаты. Это означает, что для всего периода расчёта максимальная применимая ставка не может превышать 9,5%, даже если фактическая ставка ЦБ была выше.

Производя самостоятельный расчёт пеней за период с июля 2022 года по 31 августа 2024 года, суд исходит из следующего.

При расчёте пени судебная коллегия учитывает, что за период с 30.06.2022 г - 25.03.2024 г. сумма начислений составила 166 617,75, с 26.03.2024 г. - 30.06.2024 г. 25 570,44 руб., с 01.07.2024 г. - 31.08.2024 г. - 1 059,08 руб. При этом 23.03.2024 г. ответчиками выплачено 13 752 руб., 13.08.2024 г. – 2 253,97 руб.

Задолженность ответчика за потреблённую электрическую энергию сформировалась за период с июля 2022 года по август 2024 года. С учётом установленного пунктом 1 статьи 155 ЖК РФ срока оплаты до 10 числа месяца, следующего за расчётным, пени подлежат начислению с 11 числа каждого месяца.

Для корректного расчёта пеней необходимо: определить ежемесячные обязательства исходя из среднемесячного объёма и нормативов; установить дату возникновения обязанности по оплате — до 10 числа месяца, следующего за расчётным; рассчитать дни просрочки с 11 числа месяца, следующего за расчётным; применить ставку 1/300 или 1/130 в зависимости от длительности просрочки; учесть ограничение ставки — не более 9,5%.

Поскольку точное помесячное распределение объёма за период 30.06.2022 г.-25.03.2024 г. невозможно (использован пропорциональный метод), для расчёта пеней целесообразно применить усреднённый подход, распределив общую задолженность равномерно по месяцам.

Суммы ежемесячных обязательств ответчиков определены судебной коллегией следующим образом: за период июль 2022 года - март 2024 года – 7 934,18 руб. в месяц; за апрель-июнь 2024 года – по 8 006,64 руб. в месяц; за июль-август 2024 года – по 529,54 руб. в месяц. Платежи подлежали оплате до 10 числа следующего месяца.

Пени на задолженность за июль-август 2024 года не начисляются, поскольку на 31 августа 2024 года срок просрочки по данным платежам составлял менее 31 дня.

В соответствии со статьёй 319.1 ГК РФ поступившие платежи засчитываются в счёт погашения задолженности за периоды, указанные в платёжном документе, либо в порядке календарной очерёдности.

Платёж от 23 марта 2024 г. засчитывается в счёт задолженности за периоды в порядке очерёдности: Июль 2022 - Февраль 2024 (20 мес. ? 7 934,18); 158 683,60 -7 934,18=144 931,6 руб. В марте 2024 г. сумма в размере 7 934,18 руб. полностью засчитана.

Поскольку оплата 2 253,97 руб. произведена 13 августа 2024 г., она уменьшает базу для начисления пеней только за период после этой даты. Пени, начисленные до 13.08.2024 г., остаются в силе. Платёж от 13 августа 2024 г. в размере 2 253,87 руб. засчитывается в порядке календарной очерёдности. 144 931,60 -2 253,97= 142 677,13 руб.

С учётом произведённых ответчиком оплат 23 марта 2024 года и 13 августа 2024 года, судебная коллегия произвела следующий расчёт пеней:

Месяц Сумма долга (руб.) Срок оплаты Дни просрочки на 31.08.2024 Коэффи-

циент Расчет Сумма пеней (руб.)

2022 год

Июль 7 934,18 10.08.2022 752 1/130 7 934,18 ? 9,5% ? 130 ? 752 435,28

Август 7 934,18 10.09.2022 721 1/130 7 934,18 ? 9,5% ? 130 ? 721 417,36

Сентябрь 7 934,18 10.10.2022 691 1/130 7 934,18 ? 9,5% ? 130 ? 691 400,06

Октябрь 7 934,18 10.11.2022 660 1/130 7 934,18 ? 9,5% ? 130 ? 660 382,09

Ноябрь 7 934,18 10.12.2022 630 1/130 7 934,18 ? 9,5% ? 130 ? 630 364,72

Декабрь 7 934,18 10.01.2023 599 1/130 7 934,18 ? 9,5% ? 130 ? 599 346,79

2023 год

Январь 7 934,18 10.02.2023 568 1/130 7 934,18 ? 9,5% ? 130 ? 568 328,86

Февраль 7 934,18 10.03.2023 540 1/130 7 934,18 ? 9,5% ? 130 ? 540 312,63

Март 7 934,18 10.04.2023 509 1/130 7 934,18 ? 9,5% ? 130 ? 509 294,71

Апрель 7 934,18 10.05.2023 479 1/130 7 934,18 ? 9,5% ? 130 ? 479 277,33

Май 7 934,18 10.06.2023 448 1/130 7 934,18 ? 9,5% ? 130 ? 448 259,40

Июнь 7 934,18 10.07.2023 418 1/130 7 934,18 ? 9,5% ? 130 ? 418 242,03

Июль 7 934,18 10.08.2023 387 1/130 7 934,18 ? 9,5% ? 130 ? 387 224,11

Август 7 934,18 10.09.2023 356 1/130 7 934,18 ? 9,5% ? 130 ? 356 206,15

Сентябрь 7 934,18 10.10.2023 326 1/130 7 934,18 ? 9,5% ? 130 ? 326 188,78

Октябрь 7 934,18 10.11.2023 295 1/130 7 934,18 ? 9,5% ? 130 ? 295 170,86

Ноябрь 7 934,18 10.12.2023 265 1/130 7 934,18 ? 9,5% ? 130 ? 265 153,49

Декабрь 7 934,18 10.01.2024 234 1/130 7 934,18 ? 9,5% ? 130 ? 234 135,53

2024 год

Январь 7 934,18 10.02.2024 203 1/130 7 934,18 ? 9,5% ? 130 ? 203 117,56

Февраль 7 934,18 10.03.2024 174 1/130 7 934,18 ? 9,5% ? 130 ? 174 100,76

Март 7 934,18 10.04.2024 143 1/130 7 934,18 ? 9,5% ? 130 ? 143 82,84

Апрель 8 006,64 10.05.2024 113 1/130 8 006,64 ? 9,5% ? 130 ? 113 65,98

Май 8 006,64 10.06.2024 82 1/300 8 006,64 ? 9,5% ? 300 ? 82 20,77

Июнь 8 006,64 10.07.2024 52 1/300 8 006,64 ? 9,5% ? 300 ? 52 13,18

Июль 529,54 10.08.2024 21 0 0,00 0,00

Август 529,54 10.09.2024 0 0 0,00 0,00

Таким образом, общая сумма пеней за период с июля 2022 года по 31 августа 2024 года составляет 5 147,79 руб. В удовлетворении требования о взыскании пеней в остальной части надлежит отказать в связи с необоснованностью расчёта.

При окончательном расчёте пени судебная коллегия исходит из того, что истец зачёл в счёт её оплаты платёж ответчиков от 28 августа 2024 г. на сумму 1 881,91 руб. Представители истца в суде апелляционной инстанции признали внесение указанного платежа, вследствие чего итоговая сумма пени составляет 3 265,88 (5 147,79-1 881,91)

Разрешая вопрос о порядке взыскания задолженности с ответчиков ФИО1 и ФИО2, суд приходит к следующему.

Материалами дела подтверждено и сторонами не оспаривается, что ответчики ФИО1 и ФИО2 состоят в зарегистрированном браке и являются собственниками жилого помещения, расположенного по адресу: **, на праве общей совместной собственности. Доли в праве собственности между супругами не определялись, соглашение об ином порядке оплаты коммунальных услуг отсутствует.

В соответствии с пунктом 1 статьи 322 Гражданского кодекса РФ солидарная обязанность (ответственность) возникает, если солидарность обязанности предусмотрена договором или установлена законом, в частности при неделимости предмета обязательства.

Статьей 249 Гражданского кодекса РФ установлено, что каждый участник долевой собственности обязан соразмерно со своей долей участвовать в уплате платежей по общему имуществу, а также в издержках по его содержанию и сохранению.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 27 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 27.06.2017 № 22 «О некоторых вопросах рассмотрения судами споров по оплате коммунальных услуг и жилого помещения, занимаемого гражданами в многоквартирном доме по договору социального найма или принадлежащего им на праве собственности», сособственники жилого помещения в многоквартирном доме несут обязанность по оплате жилого помещения и коммунальных услуг соразмерно их доле в праве общей долевой собственности на жилое помещение.

Из системного толкования приведённых норм и разъяснений следует, что сособственники жилого помещения (в том числе супруги, владеющие имуществом совместно) несут самостоятельную ответственность по обязательствам, вытекающим из содержания имущества, пропорционально своим долям. Солидарная ответственность, предусмотренная статьей 31 Жилищного кодекса РФ для членов семьи собственника, не имеющих доли в праве собственности, в данном случае применению не подлежит, поскольку оба ответчика являются сособственниками жилого помещения.

Поскольку соглашение об определении долей между супругами отсутствует, суд, руководствуясь статьей 39 Семейного кодекса РФ, исходит из презумпции равенства долей супругов в общем имуществе.

При таких обстоятельствах задолженность по оплате потреблённой электрической энергии подлежит взысканию с ответчиков в долевом порядке: с каждого из них – пропорционально его доле в праве собственности на жилое помещение, то есть по 1/2 части от общей суммы задолженности.

Размер задолженности, подлежащей взысканию с каждого из ответчиков, определяется судом следующим образом:

Общая сумма задолженности за потребленную электрическую энергию: 177 241,30 руб., следовательно, с каждого из ответчиков в пользу истца подлежит взысканию по 88 620,65 руб. (177 241,30/2).

Сумма пеней составляет 3 265,88 руб., что при разделе определяет для ответчиков обязанность оплатить истцу по 1 632,94 руб. с каждого.

В соответствии с частью 1 статьи 88 ГПК РФ судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела.

Из части 1 статьи 98 ГПК РФ следует, что стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за Судья: Биче-оол **

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

ОПРЕДЕЛИЛА:

Решение Кызылского городского суда Республики Тыва от 13 августа 2025 г. отменить, принять новое решение следующего содержания:

«Исковое заявление акционерного общества «Россети Сибирь Тываэнерго» к ФИО1, ФИО2 о взыскании задолженности за потреблённую электрическую энергию, удовлетворить частично.

Взыскать с ФИО1 (паспорт **), ФИО2 (паспорт **) в пользу Акционерного общества «Россети Сибирь Тываэнерго» (**) с каждого по 88 620 рублей 65 копеек в счёт задолженности за потреблённую электрическую энергию, по 1 632 рубля 94 копейки в счёт пени за потреблённую электрическую энергию, по 2 379 рублю 89 копеек в счёт возмещения расходов по оплате государственной пошлины.

В удовлетворении остальной части иска акционерного общества «Россети Сибирь Тываэнерго» к ФИО1, ФИО2 отказать.

Встречное исковое заявление ФИО2 к акционерному обществу «Россети Сибирь Тываэнерго» о признании недействительным акта технического осмотра средств учёта электрической энергии оставить без удовлетворения.

Апелляционное определение вступает в законную силу со дня его принятия, может быть обжаловано в кассационном порядке через Кызылский городской суд Республики Тыва в Восьмой кассационный суд общей юрисдикции (г.Кемерово) в течение трёх месяцев со дня изготовления мотивированного апелляционного определения.

Мотивированное апелляционное определение изготовлено 20 февраля 2026 года.

Председательствующий

Судьи