Решение № 2-1068/2017 2-1068/2017~М-1120/2017 М-1120/2017 от 15 ноября 2017 г. по делу № 2-1068/2017

Дело №2-1068/2017


Р Е Ш Е Н И Е

И М Е Н Е М Р О С С И Й С К О Й Ф Е Д Е Р А Ц И И

16 ноября 2017г. г. Шебекино

Шебекинский районный суд Белгородской области в составе: председательствующего судьи Ткаченко С.А., при секретаре судебного заседания Тахтахановой А.А., с участием помощника прокурора Плотникова Р.Д., истца ФИО1, представителя третьего лица Следственного управления Следственного комитета РФ по Белгородской области, третьего лица заместителя руководителя СО по Шебекинскому району СУ СК РФ ФИО2, в отсутствие представителя Министерства финансов РФ,

ФИО3 в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 ФИО8 к Российской Федерации о компенсации морального вреда,

установил:

01.11.2016 года постановлением старшего следователя следственного отдела по Шебекинскому району следственного управления Следственного комитета РФ по Белгородской области ФИО12. возбуждено уголовное дело в отношении ФИО1 по признакам состава преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 291 УК РФ.

08.12.2016 года уголовное дело изъято из производства старшего следователя следственного отдела по Шебекинскому району следственного управления Следственного комитета РФ по Белгородской области ФИО13М. и передано для дальнейшего расследования заместителю руководителя следственного отдела по Шебекинскому району следственного управления Следственного комитета РФ по Белгородской области ФИО14

07.11.2016г. в отношении ФИО1 применена мера процессуального принуждения в виде обязательства о явке.

Постановлением от 26.12.2016г. ФИО1 привлечен в качестве обвиняемого по уголовному делу, ему предъявлено обвинение в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 291 УК РФ – дача взятки должностному лицу лично за совершение заведомо незаконных действий.

26.12.2016г. в отношении ФИО1 избрана мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении.

Срок предварительно следствия составил 1 месяц 30 суток.

Обвинительное заключение в отношении ФИО1 по обвинению в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 291 УК РФ утверждено прокурором 19.01.2017г., и направлено для рассмотрения 23.01.2017г. в Шебекинский районный суд Белгородской области.

Приговором Шебекинского районного суда Белгородской области от 02.03.2017г. ФИО1 оправдан по предъявленному обвинению по ч. 3 ст. 291 УК РФ на основании п. 3 ч. 2 ст. 302 УПК РФ за отсутствием в его деянии состава преступления, за ним признано право на реабилитацию.

Апелляционным определением судебной коллегии по уголовным дела Белгородского областного суда от 21.04.2017 года приговор Шебекинского районного суда Белгородской области от 02.03.2017 года в отношении ФИО1 оставлен без изменения, апелляционное представление без удовлетворения.

Дело инициировано иском ФИО1, в котором истец просит суд взыскать из средств казны Российской Федерации в свою пользу компенсацию морального вреда в размере 300000 руб., сославшись на то, что уголовное преследование в отношении него осуществлялось с 13.10.2016г., по 21.04.2017г.; в отношении него был избрана мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении, которая лишала его вести привычный образ жизни; из-за переживаний к него ухудшилось здоровье, стало подниматься давление, что повлекло за собой ухудшение зрения.

В судебном заседании истец поддержал требования по основаниям, изложенным в иске, просил их удовлетворить. Указал, что он не мог полноценно работать – заниматься грузоперевозками в ноябре 2016г., выезжая за пределы Белгородской области, поскольку в отношении него избрана мера пресечения в виде подписки о невыезде. В связи с проведением предварительного расследования и рассмотрения уголовного дела у него ухудшилось состояние здоровья – упало зрение.

Представитель Министерства финансов РФ в судебное заседание не явился, о дате, времени и месте рассмотрения дела извещен своевременно и надлежащим образом, представил суду ходатайство о рассмотрении дела в его отсутствие, при этом просил признать требования истца завышенными и не подлежащими удовлетворению в заявленном размере. Полагал, что истцом не представлены доказательства, свидетельствующие о тяжести нравственных или физических страданий, обосновывающие предъявленную ко взысканию сумму. Следственные действия не имели своей целью нарушить гражданские права истца, а имели цель раскрыть преступление, путем соблюдения предусмотренных нормами уголовного права и процесса процедур.

Представитель третьего лица Следственного управления Следственного комитета РФ по Белгородской области, третье лицо – заместитель руководителя СО по Шебекинскому району СУ СК РФ ФИО2 возражал против удовлетворения требований истца, указав, что доказательства, собранные в ходе следствия недопустимыми не признавались; какие – либо процессуальные решение, подтверждающие факты незаконных действий должностных лиц в отношении истца не принимались; наличие меры пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении не повлияло на привычный образ жизни истца, поскольку истец в период следствия ничем не занимался, нигде не работал. Просил в удовлетворении требований отказать.

Исследовав материалы дела, выслушав лиц, участвующих в деле, прокурора, полагавшего необходимым удовлетворить требования в минимальных пределах, суд признает требования обоснованными.

В соответствии с п. 1 ст. 1070 ГК РФ вред, причиненный гражданину в результате незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного привлечения к административной ответственности в виде административного ареста, а также вред, причиненный юридическому лицу в результате незаконного привлечения к административной ответственности в виде административного приостановления деятельности, возмещается за счет казны Российской Федерации, а в случаях, предусмотренных законом, за счет казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования в полном объеме независимо от вины должностных лиц органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда в порядке, установленном законом.

В отношении лиц, незаконно или необоснованно подвергнутых уголовному преследованию, такой порядок определен Уголовно-процессуальным кодексом Российской Федерации, а именно: статьями 133-139, 397 и 399.

Исходя из содержания данных статей, право на компенсацию морального вреда, причиненного незаконными действиями органов уголовного преследования, возникает только при наличии реабилитирующих оснований (вынесение в отношении подсудимого оправдательного приговора, а в отношении подозреваемого или обвиняемого - прекращение уголовного преследования по реабилитирующим основаниям). При этом установлено, что иски за причиненный моральный вред в денежном выражении предъявляются в порядке гражданского судопроизводства (ст. 136 УПК РФ).

В соответствии с ч. 1 ст. 150 ГК РФ жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна, право свободного передвижения, выбора места пребывания и жительства, право на имя, право авторства, иные личные неимущественные права и другие нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

Согласно ст. 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Основания компенсации морального вреда регламентированы ст. 1100 ГК РФ, в соответствии с которой компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда, в том числе случаях, когда вред причинен гражданину в результате его незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного наложения административного взыскания в виде ареста или исправительных работ.

В соответствии с п. 2 ст. 1101 ГК РФ размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда.

При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Пунктом 21 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29.11.2011 № 17 «О практике применения судами норм главы 18 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, регламентирующих реабилитацию в уголовном судопроизводстве» предусмотрено, что при определении размера денежной компенсации морального вреда реабилитированному судам необходимо учитывать степень и характер физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, иные заслуживающие внимания обстоятельства, в том числе продолжительность судопроизводства, длительность и условия содержания под стражей, вид исправительного учреждения, в котором лицо отбывало наказание, и другие обстоятельства, имеющие значение при определении размера компенсации морального вреда, а также требования разумности и справедливости. Мотивы принятого решения о компенсации морального вреда должны быть указаны в решении суда. Поскольку моральный вред по своему характеру не предполагает возможности его точного выражения в денежной форме и полного возмещения, предусмотренная законом компенсация должна отвечать признакам справедливого вознаграждения потерпевшего за перенесенные страдания.

Согласно Постановлению Пленума Верховного Суда от 20.12.1994г. «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда» суду необходимо выяснить, чем подтверждается факт причинения потерпевшему нравственных или физических страданий, при каких обстоятельствах и какими действиями (бездействием) они нанесены, какие нравственные и физические страдания перенесены потерпевшим, в какой сумме или иной материальной форме он оценивает их компенсацию и другие обстоятельства, имеющие значение для разрешения конкретного спора.

Судом установлено и материалами дела подтверждается, что 01.11.2016 года постановлением старшего следователя следственного отдела по Шебекинскому району следственного управления Следственного комитета РФ по Белгородской области ФИО15. возбуждено уголовное дело в отношении ФИО1 по признакам состава преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 291 УК РФ, в связи с тем, что 13.10.2016г. около 13 часов в помещении служебного кабинета Шебекинского районного отдела судебных приставов УФССП по Белгородской области, расположенного по адресу: <...>, ФИО1 лично передал взятку в виде денежных средств в сумме 30000 руб. судебному приставу – исполнителю Шебекинского районного отдела судебных приставов УФССП по Белгородской области ФИО9 являющейся должностным лицом, за совершение ею заведомо незаконных действий по прекращению исполнительного производства.

08.12.2016 года уголовное дело изъято из производства старшего следователя следственного отдела по Шебекинскому району следственного управления Следственного комитета РФ по Белгородской области ФИО16.М. и передано для дальнейшего расследования заместителю руководителя следственного отдела по Шебекинскому району следственного управления Следственного комитета РФ по Белгородской области ФИО17.

07.11.2017г. ФИО1 допрошен в качестве подозреваемого, ознакомлен с постановлением о назначении судебной экспертизы.

07.11.2016г. в отношении ФИО1 применена мера процессуального принуждения в виде обязательства о явке.

15.12.2016г. и 21.12.2016г. ФИО1 допрошен в качестве подозреваемого.

19.12.2016г. ФИО1 ознакомлен с заключением эксперта № от 19.11.2016г.

21.12.2016г. проведена очная ставка между ФИО1 и ФИО7

Постановлением от 26.12.2016г. ФИО1 привлечен в качестве обвиняемого по уголовному делу, ему предъявлено обвинение в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 291 УК РФ – дача взятки должностному лицу лично за совершение заведомо незаконных действий.

26.12.2016г. ФИО1 допрошен в качестве обвиняемого.

26.12.2016г. в отношении ФИО1 избрана мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении.

Срок предварительно следствия составил 1 месяц 30 суток.

30.12.2016 ФИО1 ознакомлен с материалами уголовного дела, а 31.12.2016г. составлено обвинительное заключение, которое утверждено прокурором 19.01.2017г.

Уголовное дело направлено для рассмотрения 23.01.2017г. в Шебекинский районный суд Белгородской области.

Приговором Шебекинского районного суда Белгородской области от 02.03.2017г. ФИО1 оправдан по предъявленному обвинению по ч. 3 ст. 291 УК РФ на основании п. 3 ч. 2 ст. 302 УПК РФ за отсутствием в его деянии состава преступления, за ним признано право на реабилитацию. Мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении отменена.

Апелляционным определением судебной коллегии по уголовным дела Белгородского областного суда от 21.04.2017 года приговор Шебекинского районного суда Белгородской области от 02.03.2017 года в отношении ФИО1 оставлен без изменения, апелляционное представление без удовлетворения.

Руководствуясь приведенными выше правовыми нормами, исходя из установленных по делу обстоятельств, суд приходит к выводу об обоснованности требований истца о взыскании с Министерства финансов Российской Федерации за счет средств казны Российской Федерации компенсации морального вреда, поскольку факт незаконного уголовного преследования истца нашел свое достоверное подтверждение в ходе судебного разбирательства.

Определяя размер компенсации морального вреда, суд учитывает обстоятельства привлечения ФИО1 к уголовной ответственности, вид и продолжительность избранной в отношении него меры пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении, продолжительность всего уголовного преследования в целом, основание прекращения уголовного преследования, категорию преступления, в котором ФИО1 обвинялся, состояние его здоровья, данные о личности истца, степень нравственных страданий, причиненных незаконным уголовным преследованием, а также конкретные обстоятельства настоящего дела и требования разумности, справедливости.

Наличие у истца нравственных страданий подтверждается в том числе поданным исковым заявлением, объяснениями истца, обвинительным заключением, приговором Шебекинского районного суда Белгородской области от 02.03.2017г., что с учетом исследования материалов дела свидетельствует о незаконности уголовного преследования в отношении ФИО1

Справка, представленная истцом из <данные изъяты> ЦРБ, подтверждает факт нахождения истца на амбулаторном лечении в период с 31.05.2017г. по 08.06.2017г. и с 20.07.2017г. по 28.07.2017г., однако доказательств того, что истец обращался в период проведения предварительного следствия к врачу, материалы дела не содержат.

Пояснения представителя Министерства финансов РФ о том, что истцом не представлено никаких доказательств, свидетельствующих о тяжести нравственных и физических страданий, признаются судом неубедительными, поскольку факт причинения истцу морального вреда в результате незаконного привлечения к уголовной ответственности (уголовного преследования) является очевидным и не подлежит доказыванию.

Доводы представителя третьего лица о том, что доказательства собранные в ходе следствия недопустимыми не признавались; какие – либо процессуальные решения, подтверждающие факты незаконных действий должностных лиц в отношении истца не принимались высказаны вопреки исследованным материалам дела.

Суд исходит из наличия, вступившего в законную силу приговора суда, которым ФИО1 оправдан, за ним признано право на реабилитацию.

При разрешении требований реабилитированного суд не вправе возлагать на него обязанность доказать наличие вины конкретных должностных лиц органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда в причинении ему вреда в связи с незаконным или необоснованным уголовным преследованием, поскольку в силу положений п. 1 ст. 1070 ГК РФ, а также ч.1 ст. 133 УПК РФ такой вред подлежит возмещению независимо от вины указанных лиц.

Довод представителя третьего лица о том, что наличие меры пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении не повлияло на привычный образ жизни истца, нашел свое подтверждение в рамках рассмотрения дела.

Указание истцом на то, что избранная ему мера пресечения в виде подписки о невыезде препятствовала последнему работать в должности водителя– экспедитора, никакими доказательствами не подтверждается. Более того, истец указал о необходимости выезда за пределы Белгородской области в связи с предложенной работой в ноябре 2016г., в то время как мера пресечения ему избрана 26 декабря 2016г.

Какие – либо доказательства, свидетельствующие о предпринимаемых в период уголовного преследования мерах, направленных на трудоустройство, в том числе и в период избрания меры пресечения, истцом не представлено.

Разрешая вопрос о размере компенсации морального вреда, суд принимает во внимание положения Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20.12.1994 № 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда», в соответствии с которыми размер компенсации зависит от характера и объема причиненных истцу нравственных и физических страданий, степени вины ответчика в каждом конкретном случае, иных заслуживающих внимание обстоятельств, а также что обязанность по соблюдению, предусмотренных законом требований разумности и справедливости должна обеспечить баланс частных и публичных интересов с тем, чтобы выплата компенсации морального вреда одним категориям граждан не нарушала бы права других категорий граждан, учитывая, что казна Российской Федерации формируется в соответствии с законодательством за счет налогов, сборов и платежей, взимаемых с граждан и юридических лиц, которые распределяются и направляются как на возмещение вреда, причиненного государственными органами, так и на осуществление социальных и других значимых для общества программ, для оказания социальной поддержки гражданам, на реализацию прав льготных категорий граждан.

Определяя размер компенсации морального вреда, суд, применяя положения статьи 1101 ГК РФ, исходит не только из обязанности максимально возместить причиненный моральный вред реабилитированному лицу, но и не допустить неосновательного обогащения потерпевшего.

При решении вопроса о размере денежной суммы, суд учитывает конкретные обстоятельства данного дела, длительность периода, в течение которого истец подвергался уголовному преследованию, его нахождение в период с 26.12.2016 г. по 21.04.2017 г. под подпиской о невыезде и надлежащем поведении, незначительность проводимых с участием ФИО1 следственных действий, отсутствие в материалах дела доказательств, свидетельствующих о невозможности трудоустройства истца в связи с уголовным преследованием.

Судом принимается во внимание, что человеческие страдания невозможно оценить в денежном выражении, компенсация морального вреда не преследует цель восстановить прежнее положение потерпевшего, поскольку произошло умаление неимущественной сферы гражданина, а лишь максимально сгладить негативные изменения в психической сфере личности.

Исходя из того, что степень нравственных и физических страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств причинения морального вреда, индивидуальных особенностей истца, суд определяет размер компенсации морального вреда в 50 000 руб.

Руководствуясь ст.ст. 194 - 199 ГПК РФ, суд,

решил:

иск ФИО1 ФИО10 к Российской Федерации о компенсации морального вреда – удовлетворить.

Взыскать с Министерства финансов РФ за счет казны Российской Федерации в пользу ФИО1 ФИО11 компенсацию морального вреда, определив её в размере 50000 рублей.

Решение может быть обжаловано в судебную коллегию по гражданским делам Белгородского областного суда путем подачи апелляционной жалобы, представления через Шебекинский районный суд Белгородской области в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Судья С.А. Ткаченко

Мотивированный текст решения изготовлен 20.11.2017г.