Апелляционное постановление № 22К-1000/2023 от 6 июня 2023 г. по делу № 3/1-95/2023

№

№ 22к - 1000/2023


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

07 июня 2023 года г. Петрозаводск

Суд апелляционной инстанции Верховного Суда Республики Карелия в составе судьи судебной коллегии по уголовным делам Козлова Б.А., при ведении протокола в качестве секретаря помощником судьи Оксенюк К.М., с участием обвиняемого ФИО1, его защитников адвокатов Ямчитского М.А., Тимонина А.В., прокурора Айтеновой А.А.

рассмотрел в открытом судебном заседании дело по апелляционному представлению прокурора на постановление Петрозаводского городского суда от 24 мая 2023 года, которым разрешено ходатайство следственного органа об избрании меры пресечения в виде заключения под стражу в отношении

ФИО1 (.....)

Учитывая содержание обжалуемого постановления, апелляционного представления, письменных возражений обвиняемого, заслушав в судебном разбирательстве в обоснование доводов прокурора Айтеновой А.А., возражения обвиняемого ФИО1, его защитников адвокатов Ямчитского М.А., Тимонина А.В., суд апелляционной инстанции

у с т а н о в и л:

по уголовному делу, возбужденному 19.05.2023, ФИО1 задержан 22.05.2023 в порядке ст.ст.91-92 УПК РФ в качестве подозреваемого, 25.05.2023 ему предъявлено обвинение в совершении преступления, предусмотренного ч.3 ст.160 УК РФ.

Обжалуемым постановлением отказано в удовлетворении ходатайства следователя об избрании ФИО1 меры пресечения в виде заключения под стражу.

В апелляционном представлении прокурор Борисов А.И. просит судебное постановление отменить в связи с его незаконностью, необоснованностью и принять новое решение, поскольку изложенные в постановлении выводы не соответствуют фактическим обстоятельствам дела.

По мнению прокурора, суд первой инстанции не учёл в полной мере следующее: характер и общественную опасность инкриминируемого ФИО1 деяния, отнесённого законом к разряду тяжкого преступления, его причастность к указанному деянию, которое, как указал прокурор, носит исключительно завуалированный характер с созданием фиктивных документов. Уличение ФИО1 в причастности к их созданию требует проведения значительного объёма следственных действий и создаёт определённую сложность в расследовании уголовного дела. В случае, если ФИО1 не будет изолирован от общества, безусловно, по мнению прокурора, обвиняемый может воспрепятствовать производству расследования, но не обязательно угрозами в отношении свидетелей, а в иной форме.

ФИО1, являясь руководителем администрации Медвежьегорского муниципального района, имеет влияние на должностных лиц органов местного самоуправления и предпринимателей района. Ранее он занимал руководящие должности в органах исполнительной власти Республики Карелия и мог сохранить с работниками власти знакомства, поэтому эти обстоятельства дают ему возможность оказать воздействие на изобличающих его лиц с целью изменения показаний в его интересах, а также – уничтожить уличающие его документы.

Кроме этого, следственный орган не успел установить наличие имущества у обвиняемого, на которое может быть наложен арест.

Прокурор обращает внимание, что ФИО1 на момент разрешения ходатайства являлся обвиняемым, а не подозреваемым. Также полагает, что доводы суда о необходимости предоставления результатов оперативно-розыскных мероприятий, явившихся поводом для возбуждения уголовного дела, являются несостоятельными, поскольку их содержание отражено в протоколе осмотра документов от 23.05.2022, составленного в соответствии с требованиями ст.166 УПК РФ.

Учитывая тяжесть инкриминируемого преступления и изложенные выше обстоятельства, личность обвиняемого, состояние его здоровья, прокурор полагает, что ФИО1 может скрыться или воспрепятствовать производству предварительного расследования по уголовному делу.

Вопреки фактическим обстоятельствам дела суд первой инстанции, по мнению прокурора, необоснованно отказал в удовлетворении ходатайства следственного органа об избрании обвиняемому меры пресечения в виде заключения под стражу, оставив без внимания положения ч.7.1 ст.108 УПК РФ. В связи с этим прокурор считает, что при явном наличии имеющихся оснований, с целью исключения наступления негативных для расследования последствий суд первой инстанции не избрал ФИО1 другую меру пресечения, в том числе в виде домашнего ареста, о применении которой ходатайствовала сторона защиты. Прокурор просит избрать ФИО1 меру пресечения в виде домашнего ареста.

В возражениях обвиняемый ФИО1 просит постановление суда оставить без изменения, апелляционное представление прокурора – без удовлетворения.

В судебном разбирательстве прокурор Айтенова А.А. поддержала доводы представления, однако не настаивала на избрании обвиняемому меры пресечения в виде заключения под стражу, просила избрать домашний арест. Прокурор дополнила представление доводами о нарушении судом первой инстанции при рассмотрении дела принципа гласности. Несмотря на то, что рассмотрение дела проводилось в закрытом судебном разбирательстве по ходатайству прокурора, требования уголовно-процессуального закона, по мнению прокурора, были нарушены. Обратила внимание, что 07.06.2023 постановлением следователя мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении, избранная в отношении ФИО1 25.05.2023, в настоящее время отменена, каких-либо мер процессуального принуждения в отношении него не принято. Учитывая наличие у обвиняемого родственников в Финляндской республике, обвиняемый ФИО1 может скрыться.

Сторона защиты выступила с возражениями на доводы прокурора.

Принимая во внимание обстоятельства дела, исследованные судебные документы, суд апелляционной инстанции не находит оснований для отмены или изменения обжалуемого постановления.

Суд первой инстанции, рассматривая ходатайство следственного органа об избрании в отношении обвиняемого ФИО1 меры пресечения в виде заключения под стражу, с достаточной полнотой и всесторонностью исследовал все обстоятельства.

Дело разрешено в соответствии с требованиями ст.ст. 97, 99, 108 УПК РФ, обжалуемое судебное решение отвечает требованиям ст.7 УПК РФ. При этом суд обоснованно учёл требования закона, допускающие применение самой строгой меры пресечения заключения под стражу при невозможности применения иной, более мягкой, меры пресечения. Вопреки доводам апелляционного представления в обоснование своих выводов суд первой инстанции указал конкретные, фактические обстоятельства, на основании которых принято обжалуемое судебное решение.

Суд первой инстанции в полной мере учёл характер и общественную опасность инкриминируемого ФИО1 деяния, отнесённого законом к разряду тяжкого преступления, его причастность к указанному деянию, допускающее применение к обвиняемому самой строгой меры пресечения заключения под стражу.

Вместе с тем, основания для избрания такой меры пресечения и обстоятельства, обязательно учитываемые при её избрании, указанные в ст.ст.97, 99 УПК РФ, при исследовании в судебном разбирательстве представленных следственным органом документов не установлены. Кроме этого, не были установлены обстоятельства невозможности применения в отношении обвиняемого иной, более мягкой, меры пресечения.

Утверждения прокурора, не подтверждённые в суде конкретными обстоятельствами, об определённой сложности расследования уголовного дела, которое, как утверждает прокурор, носит исключительно завуалированный характер с созданием фиктивных документов, и которое может усугубиться действиями обвиняемого в случае, если ФИО1 не будет изолирован от общества, носят декларативный характер.

В качестве возможной формы воспрепятствования указывается на должностное положение обвиняемого ФИО1, однако это обстоятельство следственным органом может быть устранено применением мер процессуального положения в порядке главы 14 УПК РФ. В том числе никаких объективных причин об отсутствии у следственного органа времени по установлению имущества обвиняемого и наложению в соответствии с положениями ст.115 УПК РФ ареста на имущество следствием не представлено.

По уголовному делу выполнены неотложные следственные действия по закреплению доказательств, в распоряжение следственного органа представлены результаты оперативно-розыскной деятельности в отношении лишь одного деяния, противодействия собиранию доказательств со стороны обвиняемого не установлено. Ссылки прокурора без конкретных обстоятельств на некие знакомства обвиняемого во властных структурах, влияние этих отношений на уголовное преследование ФИО1 не могут быть приняты судом во внимание в связи с их несостоятельностью.

Суд также в соответствии с требованиями ст.99 УПК РФ учёл сведения о личности обвиняемого, семейное положение, устойчивые социальные связи и участие ФИО1 в общественной жизни Республики Карелия.

ФИО1 характеризуется только с положительной стороны, не судим и не привлекался к уголовной ответственности, состоит в браке, на его иждивении малолетний ребёнок и несовершеннолетний ребёнок супруги от первого брака, он поддерживает двух своих дочек от первого брака, заботится о своих престарелых родителях.

Обвиняемый имеет заслуги: за достижения в спорте ему присвоено почётное звание «Заслуженный работник физической культуры Республики Карелии», награждён медалью «За заслуги перед Республикой Карелия», является Заслуженным мастером спорта Российской Федерации.

Исходя из установленных обстоятельств дела суд апелляционной инстанции, включая сообщённую устную информацию о родственниках обвиняемого в Финляндской республике, не находит оснований полагать, что ФИО1 может скрыться, продолжить заниматься преступной деятельностью или воспрепятствовать производству по уголовному делу.

Решение следователя об отмене меры пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении в отношении обвиняемого (ошибочно указанного судом первой инстанции подозреваемым), исходя из существа этого процессуального решения, свидетельствует о том, что ФИО1 не представляет для следствия большой общественной опасности и лишь подтверждает изложенные выше выводы суда.

Указанные выводы суда по существу разделяет прокурор, который, оспаривая незаконность и необоснованность обжалуемого судебного решения, в апелляционном представлении не просит удовлетворить ходатайство следственного органа о заключении ФИО1 под стражу. Прокурор просит избрать обвиняемому домашний арест, поддерживая доводы стороны защиты об избрании более мягкой меры пресечения, отмечая, что в порядке ч.7.1 ст.108 УПК РФ суд по своей инициативе вправе был избрать обвиняемому меру пресечения в виде домашнего ареста.

Однако суд апелляционной инстанции обращает внимание, что прокурор такого ходатайства в суде первой инстанции не заявил, и решение указанного вопроса является правом суда, который на основании установленных обстоятельств дела также обоснованно признал избыточным применение в отношении ФИО1 меры пресечения в виде домашнего ареста.

Нарушений требований уголовно-процессуального закона, влекущих отмену или изменение судебного решения, не имеется.

Рассмотрение дела в суде первой инстанции проводилось в закрытом судебном разбирательстве по ходатайству прокурора, при этом участники процесса не возражали против закрытого процесса и не обжаловали это обстоятельство с позиций существенного нарушения их прав.

Таким образом, суд апелляционной инстанции не находит оснований для удовлетворения апелляционного представления прокурора.

Руководствуясь ст.ст. 389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

п о с т а н о в и л:

постановление Петрозаводского городского суда от 24 мая 2023 года, которым разрешено ходатайство следственного органа об избрании меры пресечения в виде заключения под стражу в отношении обвиняемого ФИО1 оставить без изменения, апелляционное представление – без удовлетворения.

Апелляционное постановление может быть обжаловано в соответствии с требованиями главы 47.1 УПК РФ в Третий кассационный суд общей юрисдикции в кассационном порядке в соответствии с положениями ст.401.10 – 401.12 УПК РФ непосредственно в суд кассационной инстанции.

Судья Б.А. Козлов