Решение № 2-528/2020 2-528/2020~М-354/2020 М-354/2020 от 10 ноября 2020 г. по делу № 2-528/2020

№

УИД: 61RS0№-69


РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

11 ноября 2020 года с. Чалтырь Мясниковского района

Ростовской области

Мясниковский районный суд Ростовской области в составе: судьи Килафян Ж.В., при секретаре Гонджиян В.Х., рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО2 к ФИО3, ФИО4, третьи лица нотариус ФИО5, Управление Росреестра по Ростовской области, МУ «Отдел образования Администрации Мясниковского района», о признании недействительным договора дарения доли в праве собственности на жилой дом и земельный участок от 05.03.2020, признании недействительным договора дарения доли в праве собственности на жилой дом и земельный участок от 27.03.2020, применении последствий недействительности сделок, и по встречному иску ФИО3 к ФИО2, третье лицо – Управление Росреестра по Ростовской области, о признании договора купли-продажи от 12.11.2014 недействительным в части,

УСТАНОВИЛ:

ФИО2 в лице свое представителя по доверенности ФИО6 обратился в Мясниковский районный суд Ростовской области с названным исковым заявлением, указал, что на основании договора купли-продажи с рассрочкой платежа в 2014 году истцом с использованием средств материнского капитала был приобретен жилой дом с земельным участком у ФИО3 и ФИО4. Имущество находилось у продавцов во владении на праве общей долевой собственности по ? доли. Указанное право собственности было зарегистрировано в государственном реестре прав на недвижимое имущество. Таким образом, с момента государственной регистрации права истец являлся единоличным собственником указанного имущества. Однако в марте 2020 года истцу стало известно, что между ответчиком ФИО3 и ФИО4 был заключен договор дарения доли в праве общей собственности на земельный участок с долей в праве общей собственности на жилой дом серии № №9 от 05.03.2020 года, по которому ФИО7 Асватурович подарил ФИО8 1/2 доли в праве общей долевой собственности. Указанная сделка была удостоверена нотариусом ФИО5, которая в нарушение ст.47.1 «Основ законодательства Российской Федерации о нотариате не запросила, содержащиеся в Едином государственном реестре недвижимости необходимые сведения, в частности выписку из ЕГРН, подтверждающую право собственности дарителя и исходила лишь из документов, представленных ответчиком. После того как была совершена указанная сделка, истец обратился к нотариусу с целью выяснения причины удостоверения ею незаконной сделки. Нотариус признала факт нарушения ею порядка удостоверения сделок и для устранения нарушения прав собственности истца предложила провести обратную сделку дарения уже от ФИО4 истцу. Поскольку истец не понимал правовых последствий совершения им данной сделки, и был убежден нотариусом, что совершив указанную сделку он восстановит свое право собственности, он, введенный в заблуждение, заключил договор дарения доли в праве общей собственности на земельный участок с долей в праве общей собственности на жилой дом серии № №0 от 27.03.2020 года. В соответствии с частью 1 ст. 167 ГК РФ недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения. Поскольку договор дарения от 05.03.2020 года является ничтожным, то и не порождает никаких юридических последствий, кроме тех, которые связаны с его ничтожностью. Следовательно, так как по ничтожной сделке от 05.03.2020 года у ФИО4 не возникло права собственности на жилой дом и земельный участок, то у него и не было права распоряжаться данным имуществом, соответственно договор дарения от 27.03.2020 года так же является ничтожным, поскольку нарушает требования закона. После регистрации сделки от 27.03.2020 года истцом была получена выписка из ЕГРП от 07.04.2020 года, в результате чего стало известно, что его право собственности не восстановлено, и он на правах общей долевой собственности владеет 1/2 доли в праве собственности одновременно с ответчиком ФИО3. С целью выяснения причин возникновения сложившейся ситуации истцом была заказана выписка из ЕГРН о переходе прав на объект недвижимости от 08.05.2020 года, которая содержала следующие сведения: 2014 год – истец по договору купли-продажи приобретает у ФИО3 и ФИО4, владеющих на праве общей долевой собственностью по 1/2 доли, жилой дом и земельный участок и становится единоличным собственником; 16.03.2020 года право собственности истца прекращается и документом основанием служит договор дарения от 16.03.2020 года; 07.04.2020 года – право собственности ФИО4 прекращается на основании договора дарения от 27.03.2020 года, в результате чего истец и ФИО3 становятся равноправными собственниками в праве общей долевой собственности. 23.05.2020 года истец обратился в Росреестр с заявлением о предоставлении ему копии договора дарения от 16.03.2020 года, но получил отказ. На основании изложенного, истец просит суд:

-признать недействительным договор дарения доли в праве общей собственности на земельный участок с долей в праве общей собственности на жилой дом серии №9 от 05.03.2020 года в силу его ничтожности; признать недействительным договор парения доли в праве общей собственности на земельный участок с долей в праве общей собственности на жилой дом серии № от 27.03.2020 года в силу его ничтожности; применить последствия недействительности сделок путем приведения сторон в первоначальное положение: прекратить право собственности Ответчика ФИО3 и признать недействительными записи в ГГРН о государственной регистрации права № от 16.03.2020 года на объект недвижимости — жилой дом с кадастровым номером № и № от 16.03.2020 года на объект недвижимости - земельный участок с кадастровый номером №; признать недействительными записи в ЕГРП о государственной регистрации права ответчика ФИО4 № от 16.03.2020 года на объект недвижимости — жилой дом с кадастровым номером № и № от 16.03.2020 года на объект недвижимости - земельный участок с кадастровый номером №; признать недействительными записи в ЕГРН о государственной регистрации перехода (прекращения) права ответчика ФИО4 № от 07.04.2020 года на объект недвижимости — жилой дом с кадастровым номером № и № от 07.04.2020 года на объект недвижимости - земельный участок с кадастровый номером №360; восстановить право собственности Истца - ФИО2 на объект недвижимости — жилой дом с кадастровым номером № и на объект недвижимости - земельный участок с кадастровый номером №; признать недействительной записи в ЕГРН о государственной регистрации права Истца - ФИО2 № от 07.04.2020 года на объект недвижимости — жилой дом с кадастровым номером № и № от 07.04.2020 года на объект недвижимости - земельный участок с кадастровый номером №.

- взыскать с ответчиков в пользу истца расходы по оплате государственной пошлины в размере 26 177 рублей.

- взыскать с ответчиков в пользу истца расходы по оплате услуг представителя в размере 20 000 рублей.

Впоследствии, истец уточнил исковые требования в порядке ст. 39 ГПК РФ, просил суд: признать недействительным договор дарения доли в праве общей собственности на земельный участок с долей в праве общей собственности на жилой дом от 05.03.2020, заключенный между ФИО3 и ФИО4 в силу его ничтожности, пррименить последствия недействительности сделок путем возврата сторон в первоначальное положение: прекратить право собственности ответчика ФИО3 в праве общей долевой собственности и возвратить имущество в собственность ФИО2; признать недействительным договор дарения доли в праве общей собственности на земельный участок с долей в праве общей собственности на жилой дом от 27.03.2020, заключенный между ФИО4 и ФИО2 в силу его ничтожности. Взыскать с ответчиков в пользу истца расходы по оплате государственной пошлины в размере 27177 рублей, взыскать с ответчиков в пользу истца расходы по оплате услуг представителя в сумме 25000 рублей.

ФИО3 обратился в Мясниковский районный суд Ростовской области со встречными исковыми требованиями, указал, что ему в порядке наследования принадлежало целое домовладение и целый земельный участок по адресу: <адрес>. 03.10.2007 года истец отчудил 1/2 долю указанного имущества своему сыну - ФИО4, что подтверждается договором дарения. Реальная доля истца состояла из жилых комнат № 1,2,3, кухни № 4., санузла № 5 в жилом доме литер «А». Через несколько лет истец передал в распоряжение ответчика одну жилую комнату в жилом доме литер А - комнату № 3. 12.11.2014 г. истец подарил жилую комнату № 3 площадью 6,4 кв.м, в жилом доме литер А по вышеуказанному адресу своему внуку - ФИО2. Сделка произведена была по настоятельной просьбе ответчика, который уверял, что переоформление необходимо лишь для получения материнского капитала. Однако, между сторонами был подписан договор купли-продажи с рассрочкой платежа всего имущества, которое принадлежало истцу, в простой письменной форме. Согласно устной договорённости, истец передал в собственность ответчику одну жилую комнату, а в договоре купли-продажи было указана ? доля домовладения и земельного участка. Также в договоре купли-продажи указано, что истец продает свою долю, однако не указано, за какую сумму. Таким образом, существенные условия договора между сторонами не были оговорены и согласованы (предмет и стоимость имущества). Истец в спорном имуществе проживает постоянно, после подписания договора купли-продажи состав имущества, приходящегося на его реальную долю, не изменился, имущество не выбывало из его владения. Заключая оспариваемый договор купли-продажи, его стороны заведомо не намеревались придавать сделке соответствующие ей правовые последствия в виде перехода к покупателю комплекса полномочий собственника по владению, пользованию и распоряжению частью объекта недвижимого имущества. Намерение получить в собственность все имущество было только у ответчика, однако, он устно свои намерения не озвучил, обманным путем, пользуясь доверием и юридической неграмотностью своего дедушки, получил в свою собственность недвижимость истца, и деньги из ПФ. На эти деньги ответчик приобрел для своей семьи автомобиль. Истец, будучи уверенным в том, что он является полноправным собственником имущества, в котором проживает, после того, как узнал, что его младший сын Артур попал в трудную жизненную ситуацию и остался без жилья, решил подарить свое имущество сыну. У нотариуса был подписан договор дарения. О своем решении истец уведомил ответчика. Однако, когда ответчик узнал, что истец подарил принадлежащую ему долю своему второму сыну - Артуру, он сообщил истцу, что имущество уже не принадлежит истцу, что он намерен лишить жилья истца. О наличии нарушении своих прав истец узнал только 30 мая 2020 года. В настоящее время истец вынужден просится на ночлег к знакомым, так как дома происходят постоянные скандалы, истца пытаются выжить из единственного жилья. Без повода вызывают полицию, инициируют ссоры. Истец пожилой человек, с 2013 года у него выявлено онкологическое заболевание. Ответчик воспользовался юридической неграмотностью, доверием истца. В то время, когда истец находился в подавленном состоянии, из-за наличия онкологического заболевания, перенесенной операции, ответчик начал активно уговаривать своего дедушку помочь ему обналичить материнский капитал, который получила его семья после рождения второго ребенка. Истец поддался уговорам. Поведение ответчика является злоупотреблением правами, в связи с тем, что он намеренно умолчал о возможных правовых последствиях подписываемого документа. На основании изложенного, истец по встречному иску просит суд: признать договор купли-продажи с рассрочкой платежа ? доли жилого дома с земельным участком, расположенного по адресу: <адрес> между ФИО3 и ФИО2 от 12.11.2014 года незаключенным.

Впоследствии истец по встречному иску в лице своего представителя ФИО9 уточнил исковые требования, просил суд: признать договор купли-продажи от 12.11.2014 года недействительным в части продажи ФИО2 ? доли жилого дома с земельным участком, расположенного по адресу: <адрес> ФИО3.

В судебное заседание истец ФИО2 не явился, о времени и месте слушания дела был извещен.

Суд считает возможным слушать дело в отсутствие истца в порядке ст. 167 ГПК РФ.

ФИО10 Асватуровича по доверенности ФИО11 в судебном заседании полностью поддержала исковые требования в уточненном виде, просила иск удовлетворить. Возражала против удовлетворения встречного иска, указала следующее. В просительной части встречного иска ФИО3 просит признать незаключенным договор купли-продажи с рассрочкой платежа жилого дома с земельным участком от 12.11.2014 года, обосновывая свою позицию тем, что в договоре (по его мнению) не оговорены и не согласованы существенные условия, в частности, не указано за какую сумму истец продает свою долю. Это единственный довод истца в части признания договора незаключенным. В мотивировочной части своего иска Истец ссылается в основном на мнимость сделки. Действия истца в выборе способа защиты права путем признания договора незаключенным вполне объяснимы. Истец прекрасно понимает, что если бы он просил признать сделку от 2014 года недействительной, то очевидным способом защиты Ответчика было бы ходатайство о применении сроков исковой давности, поскольку с момента совершения указанной сделки прошло 6 лет. Поэтому, во избежание применения сроков исковой давности истец и выбрал способ защиты — признание договора не заключенным. Однако, мнение истца о том, что договор не заключен, является ошибочным, поскольку не основано на законе. Кроме того, 25.11.2014 года сторонами было заключено дополнительное соглашение к договору, в котором п.3 договора излагался в новой редакции, конкретизирующей стоимость доли каждого собственника. По договору купли-продажи недвижимого имущества продавец обязуется передать в собственность покупателя здание, сооружение, помещение, объект незавершенного строительства (п. 1 ст. 549, п. 1 ст. 130 ГК РФ). Для договора обязательна письменная форма. Он должен быть составлен в виде одного документа, подписанного сторонами (ст. 550 ГК РФ). В соответствии с п.1 ст. 551 ГК РФ переход права собственности на недвижимость к покупателю подлежит государственной регистрации. По правилам, предусмотренным п.2 ст. 552 ГК РФ в случае когда продавец является собственником земельного участка, на котором находится продаваемая недвижимость, покупателю передается право собственности на земельный участок, занятый такой недвижимостью и необходимый для ее использования, если иное не предусмотрено законом. Если иное не предусмотрено договором купли-продажи, недвижимость, проданная в кредит (в том числе с условием о рассрочке платежа), до момента полной оплаты покупателем признается находящейся в залоге у продавца, т.е. в данном случае возникает ипотека в силу закона. Это следует из совокупности норм п. п. 1,5 ст. 488, п. п. 1,3 ст. 489 ГК РФ. п. п. 1, 2 ст. 1 Федерального закона от 16.07.1998 №102-ФЗ «Об ипотеке (залоге недвижимости)». Ипотека в силу закона подлежит государственной регистрации. Последняя осуществляется одновременно с государственной регистрацией права собственности лица, чьи права обременяются ипотекой, если иное не установлено федеральным законом (ст. 19. п. 2 ст. 20 Федерального закона от 16.07.1998 №102-ФЗ). Договор считается заключенным, если между сторонами достигнуто соглашение в требуемой форме по всем существенным условиям договора. Таковыми являются условия о предмете договора, условия, которые в законе или иных правовых актах определены как существенные или необходимые для договоров данного вида, а также все те условия, относительно которых по заявлению одной из сторон должно быть достигнуто соглашение (п. 1 ст. 432 ГК РФ). Без них договор будет считаться незаключенным. К таким условиям относятся: данные, которые позволяют определенно установить недвижимое имущество, подлежащее передаче по договору, в том числе данные о его расположении на соответствующем земельном участке либо в составе другого недвижимого имущества (ст. 554 ГК РФ); условие о цене передаваемого объекта недвижимости (п. 1 ст. 555 ГК РФ); при продаже недвижимости в кредит с условием о рассрочке платежа - цена объекта недвижимости, порядок, сроки и размеры платежей (п. 1 ст. 489 ГК РФ). Все выше названные условия были соблюдены при заключении договора от 2014 года. Ссылка Истца на то, что в договоре не указана цена доли истца в имуществе как на обстоятельство, позволяющее признать договор незаключенным, является несостоятельной, поскольку согласно ч.1 ст.555 ГК РФ договор продажи недвижимости должен предусматривать цену этого имущества. Законодателем не установлено требование, согласно которому обязательным (существенным) условием договора купли-продажи недвижимого имущества при наличии общедолевой собственности является условие об указании стоимости каждой доли. Когда в договоре указана стоимость имущества, то подразумевается, что она распределяется между продавцами пропорционально размеру их долей в праве на имущество. В спорном договоре указана цена передаваемого имущества, следовательно требования закона соблюдены. По смыслу действующего законодательства заключенный договор как согласованную волю двух или более лиц в отношении условий, указанных в законе или самом соглашении в качестве существенных, облеченную в надлежащую форму, сопряженную в случаях, установленных законом, с передачей вещи и (или) государственной регистрацией и направленную на возникновение, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей. Соответственно незаключенным надлежит считать договор, если в нем отсутствует хотя бы один из вышеуказанных элементов. Учитывая, все вышеизложенное, основания, для признания договора не заключенным отсутствуют, поскольку сторонами были соблюдены все существенные условия договора, а именно: предмет договора, стоимость, момент передачи. Договор был заключен в форме, предусмотренной законом, а переход права собственности прошел государственную регистрацию. Что же касается якобы онкологического заболевания ответчика, то это является откровенной ложью, поскольку у него в 2013 году было обнаружено заболевание — гиперплазия предстательной железы, что является доброкачественной опухолью. Аналогично ложным является утверждение истца о том, что: «пользуясь доверием, ответчик получил в свою собственность недвижимость истца и деньги из ПФ. На эти деньги ответчик приобрел для своей семьи автомобиль». В 2014 года автомобиль ответчик по встречному иску действительно приобрел, но только эта покупка было совершена задолго до сделки и за счет кредитных денежных средств, что подтверждается договором о предоставлении целевого обительского кредита на приобретения автотранспортного средства № от 08.07.2014 года и справкой о погашении кредита от 11.07.2017 года. Самостоятельным основанием для отказа в удовлетворении исковых требований является нарушение истцом по встречному иску сроков исковой давности. В соответствии с ч.1 ст. 196 ГК РФ общий срок исковой давности составляет три года, определяемого в соответствии со статьей 200 настоящего Кодекса. Истец указывает на то, что о нарушении своего права он узнал 30.05.2020 года, однако утверждение не соответствует действительности. Общая цена договора составляла 850000 рублей (стоимость дома с земельным участком). Учитывая что истец владел 1/2 долей в праве общей долевой собственности, то стоимость его доли равнялась 425 000 рублей. 25.11.2014 год, в момент подписания дополнительного соглашения истцом были получены денежные средства в размере 50 000 рублей в счет оплаты стоимости земельного участка. 24.12.2014 года истцом были получены из ПФР средства материнского капитала в размере 214704 рублей 25 копеек в счет оплаты стоимости домовладения. Оставшиеся денежные средства в размере 160 295.50 рублей, были переданы к концу 2015 года. Если истец считал, что договор не заключен (он продал ответчику только лишь комнату №3 общей площадью 4,6 квадратных метров, как указывает в иске), то почему же его не удивила полученная им сумма, которая значительно превышает действительную стоимость имущества. Течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права (ст.200 ГК РФ). Получая исполнение по договору в денежных средств при подписания договора и через месяц еще и на свою банковскую карту, истец по встречному иску, считая договор не заключенным не мог не понимать, что правового основания для этого не возникло. Следовательно, именно с этого момента — с момента получения денег должен исчисляться срок исковой давности. Таким образом, срок исковой давности истек 25.12.2017 года.

Ответчик по первоначальному иску ФИО3 в судебное заседание не явился, о месте и времени слушания дела был извещен надлежащим образом.

Суд считает возможным слушать дело в отсутствие ответчика в порядке ст. 167 ГПК РФ.

Ответчик по первоначальному иску ФИО4 в судебном заседании возражал против удовлетворения исковых требований, просил в первоначальном иске отказать. Встречные исковые требования поддержал в полном объеме, просил встречный иск удовлетворить.

Представитель третьего лица Управления Росреестра по Ростовской области в судебное заседание не явился, о месте и времени слушания дела был извещен надлежащим образом.

Суд считает возможным слушать дело в отсутствие третьего лица в порядке ст. 167 ГПК РФ.

Выслушав представителя истца, представителя ответчика ФИО3,ответчика ФИО4, свидетелей, изучив письменные материалы дела, суд приходит к следующему.

В судебном заседании установлено, что на основании договора купли-продажи с рассрочкой платежа от 12.11.2014 году истцом с использованием средств материнского капитала был приобретен жилой дом с земельным участком у ФИО3 и ФИО4. Имущество находилось у продавцов во владении на праве общей долевой собственности по ? доли (л.д.25-26).

Указанное право собственности было зарегистрировано в государственном реестре прав на недвижимое имущество 19.11.2014 года (л.д.27-28).

05.03.2020 года между ответчиком ФИО3 и ФИО4 был заключен договор дарения доли в праве общей собственности на земельный участок с долей в праве общей собственности на жилой дом серии № от 05.03.2020 года, по которому ФИО7 Асватурович подарил ФИО8 1/2 доли в праве общей долевой собственности. Указанная сделка была удостоверена нотариусом ФИО5 (л.д.29).

27 марта 2020 года между ФИО4 и ФИО2 был заключен договор дарения доли в праве общей собственности на земельный участок с долей в праве общей собственности на жилой дом серии № от 27.03.2020 года (л.д.30).

После регистрации сделки от 27.03.2020 года истцом была получена выписка из ЕГРП от 07.04.2020 года, в результате чего стало известно, что его право собственности не восстановлено, и он на правах общей долевой собственности владеет 1/2 доли в праве собственности одновременно с ответчиком ФИО3 (л.д.31-32).

С целью выяснения причин возникновения сложившейся ситуации истцом была заказана выписка из ЕГРН о переходе прав на объект недвижимости от 08.05.2020 года, которая содержала следующие сведения: 2014 год – истец по договору купли-продажи приобретает у ФИО3 и ФИО4, владеющих на праве общей долевой собственностью по 1/2 доли, жилой дом и земельный участок и становится единоличным собственником; 16.03.2020 года право собственности истца прекращается и документом основанием служит договор дарения от 16.03.2020 года; 07.04.2020 года – право собственности ФИО4 прекращается на основании договора дарения от 27.03.2020 года, в результате чего истец и ФИО3 становятся равноправными собственниками в праве общей долевой собственности (л.д.33-38).

ФИО2 23.05.2020 года обратился в Росреестр с заявлением о предоставлении ему копии договора дарения от 16.03.2020 года, но получил отказ (л.д.41,42).

В судебном заседании были опрошены свидетели. Так свидетель Свидетель №1 суду пояснила, что истец с отцом обратились к ней с вопросом о возможности совершения сделки по договору купли-продажи жилого дома с земельным участком, так как отец и сын были дольщики, поэтому должны были присутствовать все стороны. Они приезжали, сидели в офисе у свидетеля в с. Большие Салы. Потом свидетель вместе с участниками сделки присутствовала в юстиции. Когда была закончена регистрация сделки и получили документы, выяснилось, что пенсионный фонд требует сделать дополнительное соглашение, где будет указано, что будет перечисление проходить двум продавцам на их счёт. С этим дополнительным соглашением свидетель обратилась в юстицию, где ей пояснили, что регистрировать её не нужно, так как условия сделки не изменяются. При снятии обременения свидетель тоже присутствовала. Заявление о снятии обременения писали оба продавца и покупатель тоже подписывал. Впоследствии Арсен позвонил свидетелю и сказал, что дедушка показал договор дарения на третье лицо. Как такое могло случиться свидетелю непонятно. Видимо было какая-то опечатка. Сделка была нотариальная, поэтому она обратилась к нотариусу ФИО5. Так в свою очередь пояснила, что в программе видимо был сбой, и они что-то напутали, а юстиция зарегистрировала. ФИО7 Асватурович лично присутствовал и просил составить договор купли-продажи. На регистрацию они тоже сами поехали. Свидетель разъясняла ФИО7 Асватуровичу природу сделки, что подписывая договор купли-продажи, он лишается собственности, но обязательным условием было его дальнейшее проживание и пользование имуществом. ФИО12 сказал свидетелю, что ему ничего не нужно. Свидетель пояснила ему, что он не будет уже собственником, а Арсен полностью будет хозяином дома. И он со всем этим был согласен. Дополнительное соглашение свидетель составляла и отправляла, а они подписывали его дома. При передаче каких-либо денег свидетель не присутствовала.

Свидетель Свидетель №2 суду пояснил, что знает ФИО7 Асватуровича, является соседом. Знает его уже лет 20-30 лет. Где-то с 2003-2004 года Хаишбашян Асватур продал свою однокомнатную квартиру и с разрешения отца – ФИО7 Асватуровича построил дом. ФИО7 свидетелю рассказывал, что он уже старый и дом переделал на внука – ФИО13. Когда он это говорил, то был очень рад этому обстоятельству.

Свидетель ФИО1 суду пояснил – что является сыном ответчика – ФИО7 Асватуровича. С ФИО7 Асватуровичем проживает с 2003 года. В 2000 году отец предложил переехать к нему. Сначала свидетель построил гараж на этом участке, потом построил фундамент, потом продал квартиру однокомнатную в городе и переехал к отцу всей семьёй. На деньги от продажи квартиры, они построили дом и начали там жить. Обложили дом отца, поменяли крышу. Когда свидетель построил дом, он обратился к отцу, чтобы узаконить свои права. В 2008 году ФИО7 Асватурович самостоятельно сделал документы ? на себя и ? на свидетеля по договору дарения. В 2014 году сын ФИО13 попросил свидетеля, узаконить свои права и продать свою ? долю участка. Это решение было принято на семейном совете. Договор дарения стороны подписывали все вместе. Сопровождала юрист Джемилия Л.В. Все вместе пришли в юстицию. Представитель юстиции зачитывала права, после чего они подписали договор. Деньги за свою долю свидетель получал, когда подписывали дополнительное соглашение в 2014 году. Арсен передал свидетелю 50000 рублей и ФИО7 Асватуровичу сын отдел 50000 рублей. Это происходило дома. Остальные деньги свидетелю пришли от Пенсионного фонда на книжку в размере 214 000 рублей. В конце 2015 года Арсен отдал ему и ФИО7 Асватуровичу еще 160000 рублей.

Свидетель ФИО17 суду пояснила, что знает ФИО7 Асватуровича с 1966 года. Они работали вместе, после его развода, даже некоторое время вместе жили. ФИО7 Асватурович очень внимательный человек. Сказал, что младшему сыну он купил квартиру, а старшему помог построить дом. Старший Федя достроил дом и стал там жить всей семьей. Через некоторое время, ФИО7 Асватурович сказал свидетелю, что его младший сын - Артур развелся с женой, и у него теперь нет жилья и прописки, поэтому ФИО7 Асватурович захотел сделать дарственную на младшего сына, подарить ему часть дома.

Согласно положениям ст.166 ГК РФ, сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка). Требование о признании оспоримой сделки недействительной может быть предъявлено стороной сделки или иным лицом, указанным в законе. Оспоримая сделка может быть признана недействительной, если она нарушает права или охраняемые законом интересы лица, оспаривающего сделку, в том числе повлекла неблагоприятные для него последствия. В случаях, когда в соответствии с законом сделка оспаривается в интересах третьих лиц, она может быть признана недействительной, если нарушает права или охраняемые законом интересы таких третьих лиц. Сторона, из поведения которой явствует ее воля сохранить силу сделки, не вправе оспаривать сделку по основанию, о котором эта сторона знала или должна была знать при проявлении ее воли. Требование о применении последствий недействительности ничтожной сделки вправе предъявить сторона сделки, а в предусмотренных законом случаях также иное лицо. Требование о признании недействительной ничтожной сделки независимо от применения последствий ее недействительности может быть удовлетворено, если лицо, предъявляющее такое требование, имеет охраняемый законом интерес в признании этой сделки недействительной.

Согласно статье 167 ГК Российской Федерации сделка считается недействительной с момента совершения и не порождает тех юридических последствий, ради которых заключалась, в том числе перехода титула собственника к приобретателю; при этом, по общему правилу, применение последствий недействительности сделки в форме двусторонней реституции не ставится в зависимость от добросовестности сторон.

Согласно п. п. 3, 4 ст. 1 ГК РФ, при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. Никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения. В соответствии с п. 1 ст. 9 ГК РФ граждане и юридические лица по своему усмотрению осуществляют принадлежащие им гражданские права. В силу п. 1 ст. 10 ГК РФ не допускаются действия граждан и юридических лиц, осуществляемые исключительно с намерением причинить вред другому лицу, а также злоупотребление правом в иных формах. Согласно положений ст. 2 ГПК РФ, гражданское судопроизводство должно способствовать укреплению законности и правопорядка, предупреждению правонарушений, формированию уважительного отношения к закону и суду. Как разъяснено в п. п. 7, 8 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 г. N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", если совершение сделки нарушает запрет, установленный п. 1 ст. 10 ГК РФ, в зависимости от обстоятельств дела такая сделка может быть признана судом недействительной (п. п. 1, 2 ст. 168 ГК РФ). К сделке, совершенной в обход закона с противоправной целью, подлежат применению нормы гражданского законодательства, в обход которых она была совершена. В частности, такая сделка может быть признана недействительной на основании положений ст. 10 и п. п. 1, 2 ст. 168 ГК РФ. При наличии в законе специального основания недействительности такая сделка признается недействительной по этому основанию (например, по правилам ст. 170 ГК РФ). Согласно Обзору судебной практики Верховного Суда РФ N 1 (2015), утвержденному Президиумом Верховного Суда РФ 04.03.2015 г., злоупотребление правом при совершении сделки нарушает запрет, установленный ст. 10 ГК РФ, поэтому такая сделка признается недействительной на основании ст. ст. 10, 168 ГК РФ. Ст. 10 ГК РФ дополнительно предусматривает, что как злоупотребление правом может быть квалифицировано любое заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав. По своей правовой природе злоупотребление правом - это всегда нарушение требований закона, в связи с чем злоупотребление правом, допущенное при совершении сделок, влечет ничтожность этих сделок, как не соответствующих закону (ст. ст. 10, 168 ГК РФ).

Частично удовлетворяя первоначальный иск, суд исходит из того, что договор дарения доли в праве общей собственности на земельный участок с долей в праве общей собственности на жилой дом от 05.03.2020, заключенный между ФИО3 и ФИО4 является недействительным в силу ничтожности, поскольку на момент совершения указанной сделки, ФИО3 не являлся собственником отчуждаемой недвижимости и не имел права ей распоряжаться. На момент заключения договора дарения от 05.03.2020, спорной недвижимостью владел ФИО2 в силу договора купли-продажи от 12.11.2014, который на тот момент никем не оспаривался и не был признан недействительным.

Таким образом, поскольку договор дарения от 05.03.2020 был заключен не титульным собственником недвижимого имущества, он является ничтожным и влечет недействительность последующего договора дарения этого же недвижимого имущества от 27.03.2020 заключенного между ФИО4 и ФИО2.

Встречный иск суд находит не подлежащим удовлетворению исходя из следующего.

Согласно пункту 1 статьи 549 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору купли-продажи недвижимого имущества продавец обязуется передать в собственность покупателя земельный участок, здание, сооружение, квартиру или другое недвижимое имущество (статья 130 этого кодекса).

Собственник вправе по своему усмотрению совершать в отношении принадлежащего ему имущества любые действия, не противоречащие закону и иным правовым актам и не нарушающие права и охраняемые законом интересы других лиц, в том числе отчуждать свое имущество в собственность другим лицам, передавать им, оставаясь собственником, права владения, пользования и распоряжения имуществом, отдавать имущество в залог и обременять его другими способами, распоряжаться им иным образом (пункт 2 статьи 209 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Как следует из материалов дела и установлено судом, при совершении сделки ФИО3 (продавцом) с ФИО2(покупателем) стороны не только предусмотрели реальные правовые последствия сделки, но и осуществили их. После заключения договора купли-продажи в установленном законом порядке была произведена регистрация перехода к покупателю права собственности на спорное недвижимое имущество, выдано свидетельство о государственной регистрации права, что свидетельствует о наличии воли обеих сторон договора на исполнение совершенной сделки и достижения соответствующих ей правовых последствий.

По общему правилу, установленному в части 1 статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений.

Истец по встречному иску ФИО3 не представил суду доказательств того, что он при заключении оспариваемого им договора купли-продажи от 12.11.2014 заблуждался относительно существа сделки и её последствий. Напротив, то, что он лично присутствовал при подписании договора, при его регистрации в органах юстиции, лично получал денежные средства, перечисленные Пенсионным фондом РФ, говорят о том, что ФИО3 хорошо понимал существо сделки. Это же подтвердили и свидетели Джемилия Л.В., которая, составляла договор и присутствовала при его подписании всеми сторонами и при его регистрации, ФИО14, ФИО4.

В соответствии с положениями пункта 1 статьи 178 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, совершенная под влиянием заблуждения, имеющего существенное значение, может быть признана судом недействительной по иску стороны, действовавшей под влиянием заблуждения. Существенное значение имеет заблуждение относительно природы сделки либо тождества или таких качеств ее предмета, которые значительно снижают возможности его использования по назначению. Заблуждение относительно мотивов сделки не имеет существенного значения.

По смыслу приведенных выше положений закона, сделка может быть признана недействительной, если выраженная в ней воля участника сделки неправильно сложилась вследствие заблуждения, и поэтому сделка влечет иные, а не те, которые он имел в виду в действительности, правовые последствия, то есть волеизъявление участника сделки не соответствует его действительной воле. Так, существенным является заблуждение относительно природы сделки, то есть совокупности свойств (признаков, условий), характеризующих ее сущность.

Вопрос о том, является ли заблуждение существенным или нет, должен решаться судом с учетом конкретных обстоятельств каждого дела исходя из того, насколько заблуждение существенно не вообще, а именно для данного участника сделки.

Отказывая в удовлетворении встречных исковых требований, суд пришел к выводу о том, что ФИО3 не представлено доказательств, свидетельствующих о заблуждении относительно предмета договора либо совершения сделки под влиянием обмана.

Согласно части 2 статьи 199 Гражданского кодекса Российской Федерации исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения. Истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске. До вынесения судом решения ответчиком заявлено о применении исковой давности.

В соответствии со статьей 196 ГК РФ общий срок исковой давности составляет три года со дня, определяемого в соответствии со статьей 200 настоящего Кодекса.

Согласно статье 200 ГК РФ если законом не установлено иное, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.

Руководствуясь положениями статьи 181 ГК РФ, суд определил момент начала течения срока исковой давности по заявленным требованиям с даты начала исполнения сделки, то есть с 19 ноября 2014 года, то есть с даты регистрации договора в Управлении Росреестра по Ростовской области.

При этом в суд с настоящими требованиями ФИО3 обратился только 08 июля 2020 года, то есть с пропуском срока исковой давности.

В силу п. 15 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29.09.2015 N 43 (ред. от 07.02.2017 г.) "О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности", истечение срока исковой давности является самостоятельным основанием для отказа в иске (абзац второй пункта 2 статьи 199 ГК РФ). Если будет установлено, что сторона по делу пропустила срок исковой давности и не имеется уважительных причин для восстановления этого срока для истца - физического лица, то при наличии заявления надлежащего лица об истечении срока исковой давности суд вправе отказать в удовлетворении требования только по этим мотивам, без исследования иных обстоятельств дела.

Отказывая в удовлетворении исковых требований, оценив представленные доказательства по делу, руководствуясь положениями пункта 2 статьи 179, пункта 2 статьи 181, пункта 2 статьи 199 Гражданского кодекса Российской Федерации, разъяснениями пункта 15 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29 сентября 2015 г. N 43 "О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности", суд пришел к выводу о том, что оснований для признания недействительным договора купли-продажи от 12.11.2014 по заявленному истцом основанию, не имеется, поскольку истцом не доказано, что формирование его воли на совершение оспариваемой сделки произошло не свободно, а под влиянием недобросовестных действий ответчика, выразившихся в умышленном создании у него ложного представления об обстоятельствах, имеющих значение для заключения сделки. Заключение договора купли-продажи с рассрочкой платежа с использованием средств материнского капитала, свидетельствовало о наличие у истца воли на отчуждение недвижимого имущества.

Судом применяются последствия пропуска истцом срока исковой давности по заявленным требованиям, который исчислен со дня начала исполнения сделки - с 19 ноября 2014 года, даты государственной регистрации перехода права собственности на земельный участок и жилой дом, и который истек 19 ноября 2017 года.

В силу требований ст.98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, в связи с чем, суд взыскивает с ответчиков ФИО3 и ФИО4 в пользу ФИО2 в возмещение расходов по оплате госпошлины по 13088 рублей 50 копеек с каждого.

Согласно положениям ст.100 ГПК РФ, стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по её письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.

Как следует из разъяснений, изложенных в п.13 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.01.2016 г. № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела», разумными следует считать такие расходы на оплату услуг представителя, которые при сравнимых обстоятельствах обычно взимаются за аналогичные услуги.

Учитывая объем заявленных требований, сложность дела, объем оказанных представителем услуг, время, необходимое на подготовку им процессуальных документов, продолжительность рассмотрения дела и другие обстоятельства, суд полагает обоснованным и разумным взыскать с ФИО3 и ФИО4 в пользу ФИО2 в возмещение расходов на оплату услуг представителя по 5000 рублей с каждого.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 194-198 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

ФИО15 Асватуровича к ФИО3, ФИО4, третьи лица нотариус ФИО5, Управление Росреестра по Ростовской области, МУ «Отдел образования Администрации Мясниковского района», о признании недействительным договора дарения доли в праве собственности на жилой дом и земельный участок от 05.03.2020, признании недействительным договора дарения доли в праве собственности на жилой дом и земельный участок от 27.03.2020, применении последствий недействительности сделок, удовлетворить частично.

Признать недействительным договор дарения доли в праве общей собственности на земельный участок с долей в праве общей собственности на жилой дом от 05.03.2020, заключенный между ФИО3 и ФИО4.

Признать недействительным договор дарения доли в праве общей собственности на земельный участок с долей в праве общей собственности на жилой дом от 27.03.2020, заключенный между ФИО4 и ФИО2.

Применить последствия недействительности сделок, а именно прекратить право ФИО3 на 1/2 долю в праве общей долевой собственности на земельный участок с кадастровым номером № и на здание с кадастровым номером №, расположенные по адресу: <адрес>.

Взыскать с ФИО3 в пользу ФИО2 в возмещение расходов по оплате государственной пошлины 13088 рублей 50 копеек, в возмещение расходов по оплате услуг представителя 5000 рублей, всего взыскать 18088(восемнадцать тысяч восемьдесят восемь рублей) 50 копеек.

Взыскать с ФИО4 в пользу ФИО2 в возмещение расходов по оплате государственной пошлины 13088 рублей 50 копеек, в возмещение расходов по оплате услуг представителя 5000 рублей, всего взыскать 18088(восемнадцать тысяч восемьдесят восемь рублей) 50 копеек.

В удовлетворении остальной части иска ФИО2 отказать.

В удовлетворении встречного иска ФИО3 к ФИО2, третье лицо – Управление Росреестра по Ростовской области, о признании договора купли-продажи от 12.11.2014 недействительным в части, отказать.

Решение суда в окончательной форме изготовлено 19 ноября 2020 года.

Судья Килафян Ж.В.