Постановление № 44У-138/2019 4У-1302/2018 от 29 октября 2019 г. по делу № 1-167/2018

Судья Артемова Л.Н., Дело № 44у-138/2019 года

УСК: председательствующий Карлова И.Б.,

Докладчик Бутина С.В., Шатан Т.М.


П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

суда кассационной инстанции

г. Новосибирск «30» октября 2019 года

Президиум Новосибирского областного суда в с о с т а в е:

председательствующего Сажневой С.В.,

членов президиума Пилипенко Е.А., Галаевой Л.Н., Недоступ Т.В.,

ФИО1, ФИО2,

при секретаре Стуловой Н.Н.

рассмотрел кассационную жалобу осужденного ФИО3 на приговор Искитимского районного суда Новосибирской области от 19 июля 2018г. и апелляционное определение судебной коллегии по уголовным делам Новосибирского областного суда от 21 сентября 2018г.,

Указанным приговором Искитимского районного суда Новосибирской области от 19 июля 2018г.

ФИО3, ДД.ММ.ГГГГгода рождения, уроженец <адрес>, ранее не судимый,

осужден по ч. 4 ст. 111 УК РФ к 7 годам лишения свободы в исправительной колонии строгого режима.

Срок наказания исчислен с 19 июля 2018г.

В срок отбытия наказания зачтено время нахождения ФИО3 под домашним арестом: с 10 ноября 2017г. по 13 июля 2018г. из расчета 1 день лишения свободы за 1 день домашнего ареста, а с 14 июля 2018г. по 18 июля 2018г. из расчета 1 день лишения свободы за 2 дня домашнего ареста.

Апелляционным определением судебной коллегии по уголовным делам Новосибирского областного суда от 21 сентября 2018г. приговор изменен: из описательно-мотивировочной части приговора исключено указание суда на учет при назначении наказания отягчающих обстоятельств. В остальной части приговор оставлен без изменения.

Заслушав доклад судьи областного суда Кощеевой Н.А., выступление осужденного ФИО3 адвоката Малафеевой Т.Н., поддержавших доводы жалобы об отмене судебных решений, мнение заместителя прокурора Новосибирской области Аскерова М.И. об изменении судебных решений только в части зачета домашнего ареста, президиум Новосибирского областного суда

у с т а н о в и л:

По приговору суда ФИО3 осужден за умышленное причинение потерпевшему ИРС тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни, повлекшее по неосторожности смерть потерпевшего.

Преступление совершено ДД.ММ.ГГГГг. в <адрес> при обстоятельствах, изложенных в приговоре.

В кассационной жалобе осужденный ФИО3 ставит вопрос о пересмотре судебных решений, считая их незаконными и необоснованными ввиду существенных нарушений уголовно-процессуального закона, повлиявших на исход дела.

По доводам жалобы, выводы суда о его виновности в умышленном причинении тяжкого вреда здоровью потерпевшего, не соответствуют фактическим обстоятельствам дела;

суд не придал значения аморальному облику свидетельницы З и лживости ее показаний;

суд не дал оценки поведению потерпевшего И, спровоцировавшего преступное посягательство;

в нарушение ст. 240 УПК РФ суд не исключил из объема доказательств показания свидетелей ШЧИ, которые давали показания со слов других лиц;

не были устранены следствием и судом противоречия в части получения травмы И от удара о поребрик, как указывает свидетель С;

наличие лестницы в подъезде не исключает наличия ровной площадки между лестничными маршами;

предмет орудия преступления обнаружен не был, как и не обнаружены у него телесные повреждения, а также следы крови на обуви;

суд занял позицию обвинения;

в нарушение закона суд назначил ему наказание с учетом материального и финансового положения, при непредъявленном гражданском иске;

отсутствует правовое обоснование, и ссылка на закон при зачете времени нахождения под домашним арестом.

Проверив материалы дела, обсудив доводы кассационной жалобы осужденного, президиум Новосибирского областного суда приходит к следующему.

Доводы жалобы ФИО3 о несоответствии выводов суда фактическим обстоятельствам дела не подлежат удовлетворению в силу ограничения, установленного ст. 401.1 УПК РФ, в ее взаимосвязи с положениями ч. 1 ст. 401.15 УПК РФ, согласно которым судебное решение не может быть обжаловано сторонами и пересмотрено в кассационном порядке, предусмотренном главой 47.1 УПК РФ, по такому основанию, как несоответствие выводов суда, изложенных в судебном решении, фактическим обстоятельствам уголовного дела, установленным судом первой инстанции.

Вина ФИО3 в умышленном причинении потерпевшему ИРС тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни, повлекшего по неосторожности смерть потерпевшего, установлена на основании достаточных и допустимых доказательств, собранных по делу, исследованных в судебном заседании и подробно приведенных в приговоре, которым дана надлежащая оценка.

Доводы жалобы осужденного о получении телесных повреждений потерпевшим от удара головой о поребрик, а также от удара о ровную площадку лестничного марша, были тщательно проверены судом, не нашли своего подтверждения и обоснованно отвергнуты совокупностью доказательств, изложенных в приговоре.

Такими доказательствами являются показания свидетеля ЗОВ, из которых следует, что в дверь ее квартиры постучался ФИО3, она ему не открыла, поскольку с ним у нее происходили конфликты, однако ИРС пошел с ним поговорить. Она услышала, как ИРС стал стучать в двери квартиры Г-вых, а затем последовало два глухих удара, после которых ГО закричала: «Иди, забирай своего!», а ФИО3 сказала: «Не трогай его!». Она посмотрела вниз и увидела лежащего на спине ИРС, в связи с чем позвонила в скорую помощь и полицию. Когда И зашел в квартиру, у него на лице были видимые телесные повреждения.

Позже, возвращаясь из больницы, И стало плохо, поэтому он опустился на землю, однако головой при этом не ударялся.

Утверждает, что никаких конфликтов в ее квартире между ней, И и З не было.

Достоверность показаний свидетеля З, вопреки доводам жалобы осужденного, не вызывает сомнений, поскольку они последовательны, не противоречивы и согласуются не только с показаниями свидетелей ЗИВ, ДСА, РАВ, но и с другими доказательствами по делу. При этом ссылки автора жалобы на аморальный облик свидетеля З, не влияют на законность и обоснованность приговора, поскольку судом оценивались показания указанного свидетеля.

Согласно показаниям свидетеля ЗИВ, он с З и И распивали пиво в квартире З, в квартиру постучал сосед, но З не стала открывать дверь, после чего И вышел из квартиры с целью поговорить с соседом. Через непродолжительное время он услышал грохот, два глухих удара и женский крик со словами: «Не трогай его!» и после этого в квартиру зашел ИРС, у которого вся голова была в крови, он понял, что его избил сосед, вызвали скорую. Никаких конфликтов в квартире между ним, ИРС и ЗОВ не было.

Из показаний свидетеля ДСА следует, что находясь у себя в квартире, она услышала шум, доносящийся из подъезда. Выйдя из своей квартиры на лестничную площадку, увидела пятна крови на полу, а также на стене около квартиры Г-вых. Около квартиры стояла ГО, которая смотрела на лестничную площадку, ведущую к входным дверям подъезда. Она же сказала ей (Д зайти в свою квартиру и не выходить. Подойдя ближе, она (свидетель Д) видела на полу, лежащим на спине, головой к входу в подъезд, Романа И). Последний стонал, под его головой была лужа крови. Ю. сказал ГО вызвать скорую помощь.

Согласно показаниям РАВ, в позднее время она услышала со стороны подъезда глухой стук, посмотрев в глазок, она увидела на пороге <адрес> ГО, которая стояла и смотрела в сторону лестницы, по виду она была сильно чем-то удивлена.

Согласно показаниям свидетеля БИВ (врача-хирурга), доставленный в больницу ИРС пояснял о причинении ему телесных повреждений именно соседом; при первичном осмотре пострадавшего у него были обнаружены, в том числе рана скуловой области слева и ушиб затылочной области.

Из показаний свидетеля ГАА следует, что рентгеновские снимки ИРС были низкого качества, но на снимке в прямой проекции все равно можно установить косвенные признаки перелома костей черепа.

Допрошенный в судебном заседании эксперт ПАН, производивший судебно-медицинскую экспертизу трупа ИРС, показал, что имеющиеся у последнего телесные повреждения образовались в короткий промежуток времени, от не менее пяти травматических воздействий, при этом после их получения потерпевший мог жить и совершать активные действия; полученная травма по своей характеристике является единой, но смерть ИРС могла наступить как от каждого телесного повреждения, так и от их совокупности, каждое последующее повреждение усиливало действие предыдущего; место локализации повреждений – лицо и затылок, при этом от однократного падения данные повреждения наступить не могли.

Признаками, перечисленными в ст. 75 УПК РФ показания свидетелей, не обладают. Объективно показания вышеназванных лиц подтверждается:

- протоколом осмотра места происшествия, согласно которому на участке местности, расположенном у дома № 8 по ул. Микрорайон г. Бердска Новосибирской области обнаружен труп ИРС с телесными повреждениями на лице, отмечен отек мягких тканей средней части затылочной области; кости скелета, в том числе черепа (кроме носовых костей), на ощупь целы (л. д. 17-19 т. 1);

- протоколом осмотра места происшествия – подъезда № 3 дома № 7 по ул. Мичурина п. Агролес Искитимского района Новосибирской области, согласно которому при входе в подъезд обнаружено обильное пятно бурого цвета; на лестничной клетке первого этажа, напротив квартиры № 13 имеется группа следов бурого цвета; присутствующая в ходе осмотра эксперт ФИО4 пояснила, что следы крови напротив указанной квартиры замывали. Кроме того, на стене, справа от квартиры, а также на двери квартиры № 13 обнаружена группа следов бурого вещества в виде брызг (л. д. 42-44 т. 1);

- журналом амбулаторных обращений приемного отделения № 2 хирургического корпуса, в котором имеется запись о том, что 09.11.2017 года в 01.15 ч. обратился ИРС, пояснивший, что его избил сосед дома; диагноз: ЗЧМТ, СГМ, ушибленная рана левой скуловой дуги, ушибленная рана затылка (л. д. 174-175 т. 1);

- протоколом осмотра копий карт вызова скорой медицинской помощи: № 98 от 08.11.2017 года, из которой следует, что ИРС пояснял об избиении его соседом 08.11.2017 года, в 23 часа 30 минут, диагноз – ЗЧМТ, СГМ, ушибленная рана затылка, ушибленная рана скуловой дуги, носовое кровотечение; № 105 от 09.11.2017 года, из которой следует, что время приема вызова - 02.35 часов, время прибытия на место вызова по адресу: <адрес> в 02.40 часов, время окончания вызова – 04.30 часов; со слов ЗОВ установлено, что ИРС после избиения соседом был доставлен в травматологическое отделение, где после осмотра ему поставили диагноз: ЗЧМТ, СГМ, ушиб затылочной области, после чего, идя с больницы, в районе дома 8 по ул. Микрорайон, внезапно упал и захрипел (л. д. 193-194 т. 1);

- заключением эксперта № 504-075/2017, согласно которому обнаруженные в подъезде следы крови могли произойти от ИРС (л. д. 207-213 т. 1);

- заключением эксперта № 280-3 от 29.01.2018 года, согласно которому смерть ИРС наступила от отека головного мозга, развившегося в результате причинения тупой травмы головы, сопровождавшейся переломом черепа, травматической субдуральной гематомой, травматическими субарахноидальными кровоизлияниями, ушибом головного мозга, в срок от 6 от 9 часов к моменту исследования трупа в морге (произведено 09.11.2017 года в 9 часов 30 минут).

Все обнаруженные у ИРС телесные повреждения (кровоподтек области носа, оскольчатый перелом носовых костей, кровоподтек левой глазничной и левой скуловой областей, ушибленная рана левой скуловой области, кровоподтек лобной области справа, кровоподтек области верхней губы, кровоизлияние в мягких тканях затылочной области, линейный перелом затылочной кости, травматическая субдуральная гематома затылочной области справа, травматические субарахноидальные кровоизлияния на правой затылочной доле, на левой лобной доле и правой лобной доле до головного мозга, очаг ушиба головного мозга в правой лобной доле) составляют единую травму головы, по своему характеру непосредственно создавали угрозу для жизни, оцениваются как тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни. Учитывая локализацию телесных повреждений, определено пять мест приложения травмирующей силы: затылочная область, лобная область справа, область носа, левая глазничная и левая скуловая области, область верхней губы.

Возможность образования обнаруженных на трупе телесных повреждений в результате неоднократных падений потерпевшего с высоты собственного роста не исключается.

Выводы суда о виновности ФИО3 сделаны на основании других доказательств, совокупность которых обоснованно признана достаточной для постановления обвинительного приговора. Доказательствам в приговоре дана надлежащая оценка в соответствии требованиями ст. 17, 87, 88 УПК РФ.

При этом у суда не было оснований для признания недопустимыми доказательствами показаний потерпевшей ШЮВ, свидетелей ЧСН и ИМВ, как полагает осужденный в жалобе. Предположений и домыслов в показаниях указанных лиц не имеется, они давали показания об известных им обстоятельствах происшедшего, в том числе со слов других конкретных лиц, ЗОВ, а также самого ФИО3

Само по себе несогласие осужденного с оценкой, данной судом доказательствам, не является основанием к отмене приговора.

Какие-либо провоцирующие действия со стороны И, которые бы послужили поводом к совершению ФИО3 преступления, отсутствовали.

Судом достоверно установлено, что ФИО3, действуя умышленно, из личной неприязни к И, нанес последнему множественные удары кулаками по голове, в результате чего причинил потерпевшему единую тупую травму головы, создающую угрозу жизни, оценивающуюся как тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни, повлекшую по неосторожности смерть потерпевшего.

Доводы осужденного о том, что не был обнаружен предмет преступления, безосновательны, поскольку применение какого-либо предмета органами предварительного следствия Грошему не вменялось.

Отсутствие телесных повреждений у ФИО3, в частности на кистях рук, на что он обращает внимание в жалобе, не ставит под сомнение правильность выводов суда, что именно действиями осужденного И был причинен тяжкий вред здоровью, повлекший по неосторожности смерть последнего.

Вопреки доводам жалобы ФИО3, согласно заключению экспертизы вещественных доказательств №504-075/2017г., на шлепанце ФИО3 на правую ногу обнаружена кровь человека, происхождение которой не исключается от И, на шлепанце ФИО3 на левую ногу обнаружены клетки поверхностных слоев кожи человека, происхождение которых возможно от И (т.1, л.д. 207-213).

При этом следует принять во внимание, что изъятие вещей ФИО3, а именно шорт и шлепанцев, происходило не сразу после совершения им преступления, а спустя почти двое суток, что не исключает реальной возможности смыть следы крови, тем более что свидетель ФИО3, говорила, что она постирала шорты мужа; согласно протоколу осмотра места происшествия подъезда №3 дома №7 по ул. Мичурина п. Агролес, напротив <адрес> (ФИО3), экспертом ФЛВ выявлено, что следы крови замывали, то есть уничтожали следы преступления (т. 1, л.д. 42-44).

Все обстоятельства, подлежащие доказыванию в соответствии со ст.73 УПК РФ, судом установлены и приведены в приговоре.

Основываясь на совокупности доказательств, исследованных в ходе судебного разбирательства, суд пришел к обоснованному выводу о доказанности вины и квалифицировал действия ФИО3 по ч. 4 ст.111 УК РФ, как умышленное причинение тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека, повлекшее по неосторожности смерть потерпевшего.

Наказание ФИО3 назначено в соответствии с требованиями ст. ст. 6, 60, 61УК РФ с учетом характера и степени общественной опасности совершенного преступления, смягчающих обстоятельств и личности виновного, а также влияние назначенного наказания на исправление осужденного и на условия жизни его семьи.

Уголовное дело органами предварительного следствия расследовано, а судом первой инстанции рассмотрено – всесторонне, полно и объективно.

Вопреки доводам жалобы, судами первой и апелляционной инстанций были созданы необходимые условия для исполнения сторонами их процессуальных обязанностей и осуществления предоставленных им прав. В ходе судебных заседаний сторона защиты и сторона обвинения не были лишены права на предоставление и исследование доказательств, заявление ходатайств. Все ходатайства, заявленные сторонами, разрешены судами в соответствии с требованиями закона.

Оснований полагать, что уголовное дело рассмотрено судом с обвинительным уклоном, с нарушением принципа состязательности сторон и презумпции невиновности, не имеется.

Вместе с тем, судебные решения подлежат изменению.

Согласно ст. 297 УПК РФ приговор суда признается законным, обоснованным и справедливым, если он соответствует требованиям уголовно-процессуального закона, предъявляемым к его содержанию, процессуальной форме и порядке постановления, а также основан на правильном применении уголовного закона.

Согласно положениям ч. 1 ст. 10 УК РФ уголовный закон, устанавливающий преступность деяния, усиливающий наказание или иным образом ухудшающий положение лица, обратной силы не имеет.

Федеральным законом от 03 июля 2018г. №186-ФЗ, вступившим в силу 14 июля 2018г., в ст. 72 УК РФ внесены изменения относительно зачета времени содержания лица под стражей до вступления приговора в законную силу. Указанная статья дополнена частью 3.4, согласно которой время содержания лица под домашним арестом засчитывается в срок содержания лица под стражей до судебного разбирательства и в срок лишения свободы из расчета два дня нахождения под домашним арестом за один день содержания под стражей или лишения свободы.

До 14 июля 2018г., в соответствии с п. 2 ч. 10 ст. 109 УПК РФ, время домашнего ареста засчитывалось в срок содержания под стражей, а, в соответствии с ч. 3 ст. 72 УК РФ (в редакции Федерального закона от 07 декабря 2011г. №420-ФЗ), время содержания под стражей – в срок лишения свободы из расчета один день за один день.

В соответствии со ст. 72 УК РФ правила зачета наказания, в том числе предусмотренные ч. 3.4 ст. 72 УК РФ, относятся к предмету уголовно-правового регулирования, в связи с чем вопросы действия указанной нормы во времени разрешаются на основании ст. ст. 9 и 10 УК РФ.

При постановлении приговора в отношении ФИО3 указанные требования закона судом не соблюдены.

Как видно из материалов уголовного дела, преступление, за которое осужден ФИО3, совершено им 08 ноября 2017г., а мера пресечения в виде домашнего ареста избрана 10 ноября 2017г., то есть до вступления в силу Федерального закона от 03 июля 2018г. №186-ФЗ.

Принимая решение о зачете ФИО3 времени нахождения под домашним арестом до судебного разбирательства в период с 14 июля 2018г. по 18 июля 2018г. в срок лишения свободы из расчета два дня нахождения под домашним арестом за один день лишения свободы, суд не учел, что положения ч.3.4 ст. 72 УК РФ в редакции Федерального закона от 03 июля 2018г. №186-ФЗ ухудшают положение осужденных и в соответствии со ст. 10 УК РФ обратной силы не имеют.

При таких обстоятельствах, президиум полагает необходимым в силу ст. 10 УК РФ произвести зачет ФИО3 времени нахождения под домашним арестом до судебного разбирательства с 10 ноября 2017г. по 18 июля 2018г. в срок лишения свободы из расчета один день за один день, изменив судебные решения.

Кассационную жалобу осужденного удовлетворить частично.

На основании изложенного, руководствуясь ст. 401.14 УПК РФ, президиум Новосибирского областного суда

п о с т а н о в и л:

Кассационную жалобу осужденного ФИО3 удовлетворить частично.

Приговор Искитимского районного суда Новосибирской области от 19 июля 2018г. и апелляционное определение судебной коллегии по уголовным делам Новосибирского областного суда от 21 сентября 2018г. в отношении ФИО3 изменить.

Зачесть ФИО3 время нахождения под домашним арестом до судебного разбирательства с 10 ноября 2017г. по 18 июля 2018г. в срок лишения свободы из расчета один день за один день.

В остальной части судебные решения оставить без изменения.

Председательствующий: С.В. Сажнева